Когда Бобби вышел из кабинета доктора Орфино в коридор, у него зазвонил мобильник. Бобби поморщился, но Кэтрин просто подтолкнула его.

— Мне, во всяком случае, нужно позвонить отцу, — сказала она. — Пусть привезет Натана.

Бобби кивнул, Кэтрин отошла на пару шагов и достала телефон. Бобби вытащил свой собственный. Звонила Д.Д. Голос у нее был странный.

— Ты где? Я все утро пытаюсь до тебя дозвониться.

— У меня дела. Что случилось?

— Ты с ней? — спросила Д.Д.

Бобби не нужно было просить уточнить, кого она имеет в виду, это подразумевалось самим тоном вопроса.

— Ди-Ди, чего тебе нужно?

— Где ты?

— Сначала ответь на мой вопрос.

Наступила тишина. Бобби нахмурился, пытаясь как-то объяснить себе это молчание. И он не так уж сильно ошибся.

— Пришли результаты баллистической экспертизы пистолета Джимми Гэньона, — сказала Д.Д. — Его девятимиллиметровка была полностью заряжена. Из обоймы не выпустили ни одного патрона. Ни в стволе, ни на рукоятке никаких следов гальванической реакции. Из этого пистолета вообще никогда не стреляли.

— Но я подумал… — Бобби помолчал, пытаясь собраться с духом. Он почуял опасность, но еще не понял, с какой стороны она надвигалась.

— Ты имеешь в виду — как же сообщения о выстрелах? — подсказала Д.Д.

— Да.

— Удивительное открытие. Вчера, когда мы приехали к Гэньонам, чтобы забрать тело няни, один из криминалистов сдвинул комод. Угадай, что было прикреплено внутри под его крышкой?

Он понял. И закрыл глаза. Полностью отвернулся от Кэтрин, поскольку не в силах был смотреть нее и одновременно выслушивать такие новости.

— Второй пистолет.

— И тоже девятимиллиметровка, из которой недавно стреляли. В обойме не хватало двух патронов.

— А отпечатки?

— Ее, Бобби. Пистолет, заряженный и зарегистрированный на ее имя, который купила она, если верить поставщику. Джимми Гэньон не стрелял в четверг вечером. Это сделала Кэтрин.

Бобби попытался понять смысл этих слов. Потом уверить себя, будто это не важно. У нее имелся повод, Джимми ее оскорблял. Или, возможно, она защищала сына. Он не знал. Он вертел эту мысль так и сяк, но по-прежнему оставался спокоен и холоден.

— Ты объяснил ей, как это можно устроить, Бобби? — спросила Д.Д. — Вы встретились на вечеринке, и ты решил сменить свою блондинку на что-то более экзотическое. Кэтрин — это действительно большой успех, я должна тебя поздравить. Она обещала тебе деньги или ты все сделал исключительно ради любви?

— Дело было совсем не так.

— Нет? Значит, просто секс? Она тебя обработала, а ты раскатал губу?

— Ди-Ди, на вечеринке я общался с Кэтрин всего одну минуту, и мы больше не виделись до того самого четверга.

— Кэтрин тебя подставила, Бобби. Она сама стреляла из пистолета и все это устроила. Если бы у нас имелась аудиозапись, то, клянусь, мы бы услышали самые страшные оскорбления, которыми она осыпала Джимми, чтобы заставить его разозлиться и схватиться за пушку. В конце концов, это был всего лишь вопрос времени.

Бобби больше не протестовал. Он закрыл глаза и все равно продолжал видеть то, что хотел забыть. Голову Джимми Гэньона в перекрестии прицела. Свой палец, нажимавший на курок.

— Я не понимаю, Бобби, — тихо сказала Д.Д. — Может, она действительно использовала тебя, чтобы убрать Джимми. И ты даже думал, она права. Но ради Бога, что она сказала, чтобы натравить тебя на Копли? Господи, Бобби, это же наш человек!

— Что?

— Мы оба знаем — он тебя прижал. И все-таки ты мог бы оправдаться, Бобби. Ты полицейский с незапятнанной репутацией. Да, ты ошибся. Но у тебя все еще оставался выход. И не нужно было… Господи, Бобби, почему именно нож? Я бы никогда даже не подумала, что ты способен на такое…

— Ди-Ди, я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Бобби, где ты?

Бобби из осторожности решил не отвечать. Что-то случилось с Копли. Нож. Возможно, Умбрио. Они думают, это сделал он, Бобби. И если все его коллеги из полицейского департамента придерживаются того же мнения…

Да, за профессиональным снайпером эксперты с голыми руками не охотятся.

Господи, как больно.

— Ди-Ди, — настойчиво сказал он, — послушай. В субботу утром одного парня освободили из тюрьмы. Его зовут Ричард Умбрио. Подними досье: ты увидишь, это тот же самый человек, который двадцать пять лет назад похитил и изнасиловал Кэтрин Гэньон. Он не подлежит досрочному освобождению, но судья Гэньон все устроил, договорился. Он использует Умбрио, чтобы убивать всех, кто близок к Кэтрин.

— Копли вовсе не был к ней близок.

— Я не знаю, зачем он убил его! Честное слово. Ты сказала, нож. Умбрио зарезал ножом доктора Рокко. И он убил Пруденс Уокер.

— Копли умер не сразу, Бобби. С Риком нелегко оказалось справиться. В колледже он занимался боксом, ты это знал? Тебя не удивило, что он так отчаянно сопротивлялся? Ты не предвидел, что это будет так трудно? Рик все-таки посмеялся последним. Лежа в ванной и истекая кровью, он оставил нам ключ к разгадке. Он написал твое имя, Бобби. Своей собственной кровью.

Черт, подумал Бобби.

— Колин Робинсон, — быстро сказал он, пытаясь выведать как можно больше. — Это посредник, ее нанял судья Гэньон, а она, в свою очередь, наняла Ричарда Умбрио. Найди отчеты о денежных переводах, отследи Робинсон. Ты обнаружишь подтверждение моих слов. Это сделал судья, Ди-Ди. Он изо всех сил пытается скрыть свой инцест с Марианной. Свяжись с доктором Орфино, он тебе подробно все объяснит…

— Бобби, подчинись.

— Не могу.

— В последний раз…

— Если я окажусь за решеткой, — ответил он, — не останется никого, чтобы защитить Кэтрин.

— Бобби, черт тебя подери…

Он захлопнул телефон и пересек комнату быстрым шагом, движимый горем и гневом. Кэтрин по-прежнему держала трубку возле уха — бледная, с расширенными глазами.

Он схватил ее за плечи и, не удержавшись, крепко встряхнул.

— Какого дьявола ты творишь?

— Бобби…

— Ты думаешь, мне на все плевать? Думаешь, я не стану возражать против того, чтобы меня использовали как орудие убийства?

— Не важно, не важно…

— Черта с два! Ты меня подставила. Ты мне лгала. Из-за тебя я убил человека.

— У меня не было другого выбора! Бобби, пожалуйста, послушай…

— Заткнись! — рявкнул он.

И тогда она его ударила. По лицу. Наотмашь. У Бобби зазвенело в ушах. Его охватила ярость, и в следующую секунду он поймал себя на том, что заносит руку в ответ… Он живо представил себе, как сейчас качнется вперед и врежет ей. Кэтрин упадет как подкошенная. И он что, почувствует себя победителем? Ощутит триумф благодаря своему физическому превосходству? Будет смотреть, как она съежится от страха, точь-в-точь как его мать на кухонном полу?

Он опустил руку. Шум в голове утих, Бобби пришел в себя. Увидел, что по-прежнему сжимает одной рукой плечо Кэтрин, его пальцы безжалостно стискивают ее ключицу, а по лицу женщины катятся слезы.

Бобби отпустил ее, и она пошатнулась.

— Он собирался забрать у меня Натана, — сказала Кэтрин. — И оставить меня одну — просто потому, что это в его власти. Ты не знаешь, каково это, Бобби, — не иметь ничего.

— Ты не имела права…

— Все было бы в порядке, если бы он меня любил. Вот что такое подлинная манипуляция. Нельзя заставить человека сделать то, чего он не хочет. Но можно заставить сделать то, о чем он втайне думает.

— Откуда ты знаешь?

— Я видела его лицо. Тогда, в четверг. Я посмотрела в глаза Джимми и вдруг поняла, что умру.

— Ложь.

— Бобби, я поблагодарила тебя не за то, что ты его убил, — твердо сказала Кэтрин. — А за то, что ты спас мне жизнь.

Он молчал. Он был слишком смущен и удручен.

— Бобби. — Она нерешительно погладила его руку. Он вздрогнул от ее прикосновения. — Ты мне нужен, ты должен мне помочь.

Бобби вымученно рассмеялся:

— Что, собираешься убить кого-то еще?

— Сейчас, когда я позвонила, отец не подошел к телефону.

— И что?

— Трубку взял Ричард Умбрио.