У двери квартиры Нюни Рашид постоял немного, прислушиваясь. Она не спала: было слышно, как она двигается внутри. Он негромко постучал и услышал быстрые шаги, приближающиеся к двери.

Нюня отперла и широко распахнула дверь; при виде беглеца она едва не зарыдала.

- Рашид! Я.., так волновалась.

Она взяла его за руку и втянула в комнату, потом прижалась к нему, положив голову ему на грудь.

- Я боялась, что вас уже убили. - Засмущавшись, она поспешно отступила в сторону, закрыла и заперла дверь.

- Пока еще нет, - отозвался Рашид. - К счастью. Помните, вы же поцеловали меня на счастье?

- Я помню, - еле слышно прошептала она. Ее ярко-голубые глаза вдруг широко распахнулись. - О Аллах! Что случилось с вашим лицом? И что это за наряд?

Он усмехнулся:

- Одолжил одежонку у приятеля. Даже начал бриться, но мне.., помешали.

С совершенно серьезным лицом она подвела его к дивану и усадила рядом с собой.

- Неприятности?

- Кое-какие. Но все норма - я же вернулся!

- Но как? Вы достали машину?

- Одну увел, а обратно приехал на тачке приятеля. Ее я припрятал, не доезжая до города, и добрался сюда пешком. Я веду просто очаровательную жизнь. Во всяком случае, в отдельные моменты.

Он передернулся, вспомнив долгую прогулку к дому Нюни, все возраставшее напряжение, свои попытки смотреть одновременно во все стороны и старания убраться с дороги немногих пешеходов, встреченных на темных улицах; заря загорелась, как раз когда он поравнялся с "Елки Палки".

- Вы достали то, за чем ездили? - поинтересовалась Нюня.

Он достал из-за пояса револьвер и показал ей. Рашид успел протереть его досуха еще в машине, и сейчас оружие тускло блестело в свете лампы.

При виде револьвера Нюня отшатнулась.

- Рашид, - жалобно простонала она, - уберите, пожалуйста, я не хочу его видеть. - Положив руку на его плечо, она спросила:

- Неужели вы не можете обойтись без оружия? Оно только приведет к новой беде. Пока вы никого не убили, но до этого может дойти, если вы будете расхаживать с пушкой.

- Вы правы, может и дойти. - Он заметил отвращение на ее лице и продолжил более спокойным тоном:

- Придется, Нюня, если меня вынудят. Я не имею в виду полицию или что-нибудь в этом духе. Я хочу сказать, если не будет другого выхода или если я найду убийцу Акпера.

Некоторое время она таращилась на него, потом спросила:

- Вы уверены? Вы думаете, что знаете, кто.., действительно виновен? Он кивнул:

- Думаю да. Сегодня ночью я постараюсь повидать Марьям Балыгову. Она лишила меня алиби, нагло солгав. Я хочу знать почему. И я хочу побеседовать по душам с большой шишкой, которая заправляет в "Хазаре".

- С Бармаговым?

- С самим Омаром Бармаговым.

- Он вызывает у меня дрожь. У вас есть какие-нибудь улики против него?

- Не то чтобы улики. Но я непременно навещу его.

И Марьям.

Нюня подобрала под себя стройные ножки и разгладила юбку, откинулась на спинку дивана и проговорила:

- Рашид, я не хочу, чтобы вы пострадали, чтобы вас ранили или даже убили. Вы должны быть осторожны.

- Можете не волноваться на этот счет.

- Но я.., волнуюсь.., из-за револьвера.

- Нюня! Не могу же я заявиться к Марьям или к Омару и просто сказать им: "Колитесь!" - в надежде, что они сразу все выложат. Так не пойдет - оружие мне просто необходимо.

- О том, чтобы сдаться властям, вы, вероятно, и не помышляете?

- Ни в коем случае! Это был бы конец. Нет, Нюнечка. Если я и приближусь к тюряге, то только тогда, когда у меня будет шанс опрокинуть все ложные обвинения.

- В тюрьме слова вам не помогут.

- Иногда их бывает достаточно. Если найти верные слова. И именно такие слова я постараюсь найти. Но лучше бы найти верного человека.

Нюня наклонилась и сжала его руку:

- Вы знаете, Рашид, что я на вашей стороне и надеюсь, что у вас все получится.

- Спасибо. Должно получиться.

- Вы в самом деле собираетесь навестить их сегодня ночью?

- Да.

Она выставила вперед свой изящный подбородок и чуть выпятила нижнюю губу:

- Тогда я пойду с вами.

Он засмеялся, но тут же смолк, увидев выражение боли на ее лице.

- Неужели это так смешно? - спросила она с обидой в голосе.

- Да нет, конечно, - быстро запротестовал он. - Просто вы выглядели так прелестно! Словно собирались съесть кого-нибудь. Но так не пойдет, Нюня. Ваша квартира будет моим штабом. Так я буду уверен, что кто-то знает всю подноготную и мне есть к кому обратиться за помощью и кому сообщить новую информацию.

- Ну что ж, - она, казалось, успокоилась, - ладно. Но мне все равно не нравится ваше намерение поехать к ним. - Через мгновение она добавила:

- Рашид, вы, должно быть, устали до смерти. Почему бы вам не отправиться в постель? - Он широко заулыбался, и она, порозовев, поспешно добавила:

- А я иду на работу!

- Это необходимо?

- Да. Если я не появлюсь в редакции, там удивятся и, чего доброго, пришлют кого-нибудь сюда... - Она вдруг смолкла и прикрыла рот, снова покраснев. - , К тому же я хотела бы узнать, нет ли чего нового в газете.

- Хорошо. Узнайте, не убил ли я еще кого-нибудь.

- Надеюсь, нет. Вы не голодны?

- Нет, только устал.

- Тогда отправляйтесь баиньки. Проголодаетесь, в холодильнике полно всего. А мне нужно бежать.

- Уже?

- Да.

Рашид ощупал свое лицо и спросил:

- У вас, случайно, не найдется бритвы?

- Не-а. Постараюсь раздобыть.

Рашид нахмурился, подумал немного, потом сказал:

- Раз уж вы займетесь бритвой, достаньте заодно фонарик, пару стамесок и липкий пластырь. Да, и любые отмычки, какие только вам попадутся. Как, не трудно будет?

- Не очень. Но я не понимаю... - Не ожидая объяснений, она продолжила:

- Однако постараюсь.

- Подождите, Нюня. - Рашид вскочил на ноги и остановил девушку, когда она уже собралась уходить. Взяв ее за руки и улыбнувшись, он проронил:

- На счастье?

Он нежно поцеловал ее в губы, и на какой-то момент ее руки обвились вокруг его шеи. В следующее мгновение она, уже в дверях, произнесла:

- Нужно бежать. А вы ведите себя здесь тихо. - И дверь закрылась за ней.

Проснулся он, когда уже наступила ночь. Из гостиной и кухни до его слуха доносились какие-то звуки. Очевидно, понимая, что ее гость смертельно устал, Нюня решила дать ему отоспаться.

Он продолжал тихо лежать в полной темноте, постепенно пробуждаясь и начиная уже размышлять над тем, что ждало его этой ночью.

Он перебрал в уме все, что случилось с ним за несколько дней до убийства Акпера и до настоящего момента. И через полчаса он поднялся с постели, совершенно убежденный в двух вещах. Первое - Марьям явно помогла подставить его под обвинение в убийстве, хотя сама она не могла совершить оба убийства, поскольку лежала с ним в постели; второе - Омар Бармагов был вторым членом команды, подведшей его под монастырь, и, вполне возможно, тем человеком, который застрелил Акпера.

Не сознавая того, в полной темноте Рашид одобрительно кивнул самому себе. У него не оставалось сомнений в том, что именно Бармагов убил Акпера, но как убедить в этом полицию?

Ему необходимы конкретные улики, нечто более осязаемое, нежели его собственная дедукция, иначе он снова окажется там, где был, - в камере, в ожидании суда. Возможно, сегодня ночью он получит то, что нужно, от Марьям или от Бармагова.

Или даже найдет ответ на все вопросы в клубе "Хазар". "По крайней мере, - думал Рашид, - Бармагов именно тот человек, который мне нужен. И теперь у меня есть пушка".

Он быстро оделся и вышел в гостиную. Нюня услышала его шаги и появилась из кухни.

- Привет! - весело воскликнула она. - Вы выглядите уже лучше. - Она подошла к журнальному столику у дивана и указала на него Рашиду. Там были аккуратно разложены две тонкие стамески, кольцо с ключами, моток белой клейкой ленты и фонарик. А также небольшая квадратная коробочка, которую она подняла и перекинула ему.

- Все, что было заказано. Теперь вы должны мне два лахмачун.

- Спасибо, Нюня. Обязательно компенсирую вам все. И.., мне очень вас не хватало.

- Можно подумать!

- Ну, после того, как я проснулся. - Он помахал квадратной коробочкой. - А это что?

- Это чтобы вы выглядели еще лучше. Бритва и лезвия. Весь набор. Так что займитесь собой. - Она нежно улыбнулась ему. - Хочу видеть вас красивым.

Через несколько минут из ванной комнаты появился довольный собой Рашид с гладко выбритым лицом.

- Ну как?

- Чудесно, Рашид бек!

Он подошел к дивану, сел рядом с ней и попытался обнять ее за плечи. Она отстранилась, но ее глаза лукаво заискрились.

- На счастье? - намекнул он. Она усмехнулась.

- Нет, мой господин. Это только когда кто-то из нас уходит. - Ее улыбка стала еще более озорной. - Иначе вы окажетесь слишком удачливым.

Несколько минут они сидели молча, занятые каждый своими мыслями. Потом Нюня намекнула, что он, наверное, умирает от голода так же, как и она, и вышла в кухню приготовить что-нибудь поесть.

За кофе Рашид поинтересовался:

- Что новенького узнали в редакции?

- Кое-какие подробности того, что произошло с вами прошлой ночью.., или, скорее, сегодня на рассвете. - Она сходила в гостиную и вернулась с номером "Полумесяца".

Рашид пробежал глазами заметку о себе, занимавшую центральное место на первой полосе; заголовок был набран огромными черными литерами. Все оказалось даже хуже, чем он ожидал.

Репортер использовал освященные временем словосочетания типа "подозрение в убийстве" и "предполагаемый убийца", но сам же намекал, что это чистая условность, ибо речь явно шла о маньяке, одержимом мыслью об истреблении людей.

В большой заметке Рашид один раз был назван "неуловимым и опасным субъектом" и дважды "призрачным убийцей".

Рашид взглянул на Нюню:

- "Призрачный убийца".., звучит мерзко, да? - Смущенный, он смолк. - Надеюсь, не вы это сочинили?

- Конечно же нет, Рашид. Меня тоже воротит от такого, но это обеспечивает рост тиража. Благодаря "призрачному убийце" или "кровавому насильнику-садисту" газеты легче продать, нежели с "пропавшим подозреваемым" или "врожденным психопатом".

Рашид ухмыльнулся:

- Пожалуй. Но тем не менее меня тошнит. Они продолжали лениво болтать, и в каждом нарастало напряжение. Наконец Нюня взглянула на Рашида и произнесла неестественным голосом:

- Вы в самом деле собираетесь.., ну, сами знаете куда?

Рашид кивнул и посмотрел на часы - без малого час ночи.

- Через несколько минут отправлюсь попытать судьбу. Улицы должны уже опустеть. А "Хазар" не закроется раньше чем через час. Если я приду до закрытия, придется ждать, пока все не уйдут.

- Но почему "Хазар", Рашид? Из-за Бармагова?

- Отчасти. Акпер там часто бывал. Не знаю, что именно у Акпера было на него, но он боялся стать жертвой киднеппинга. Поэтому хотел быть ближе к сильным мира сего. Как бы подстраховаться.

Конечно, это всего лишь догадки. Бармагов - очень осторожный тип, уж я-то знаю. - Он помолчал. - Но первая моя мишень - Марьям. Хотите помочь мне?

- Конечно.

- Прежде чем отправиться так далеко, нужна уверенность, что я застану ее дома. Позвоните ей как любопытствующий репортер и убедитесь, что она дома. О'кей?

Нюня кивнула, набрала номер и, не дождавшись ответа, положила трубку. Они поболтали еще немного, потом она опять позвонила, подождала немного, посмотрела на Рашида и покачала головой.

- Ну что ж, - откликнулся он, - остаются "Хазар" и Бармагов.

Рашид встал, сходил в спальню за револьвером, взял разложенные на столике предметы и рассовал их по карманам джинсов и куртки.

Нюня приблизилась к нему и посмотрела снизу вверх в его глаза:

- Не надо, Рашид. Не ходите. Останьтесь здесь.

- Я должен. Не могу же я остаться здесь на всю жизнь.

- Тогда оставьте свою пушку.

- Нет.

- Пожалуйста, Рашид! Она меня пугает. Вдруг вы убьете кого-нибудь. Или.., вас убьют.

- Извините, Нюня, но пушка мне нужна. Если у меня будет оружие, больше надежды узнать то, что мне нужно, и не быть подстреленным.

- Пожалуй, вы правы, - вздохнула Нюня. Рашид засунул револьвер за пояс брюк и затянул "молнию" на куртке.

- Ну, пока. Здесь есть черный ход? Она кивнула.

- В конце коридора налево. Спуститесь по лестнице, и вы попадете в переулок.

- О'кей, Нюня, увидимся позже. Может, мне удастся вернуться к завтраку? Нюня покачала головой.

- Я не останусь дома, Рашид. Не смогу ждать здесь. Отправлюсь в полицейский участок и буду следить оттуда за происходящим. - Она попыталась улыбнуться. - И если они притащат вас на носилках, я сразу узнаю об этом. Понятно?

Они помолчали немного, потом Рашид сказал:

- Ну я пошел. Все, ухожу. - Он шагнул к ней и улыбнулся. - Гм, на счастье?

На этот раз она не заколебалась, не отстранилась. Ее руки обняли его, и она тесно прижалась к нему, пока он целовал ее. Он почувствовал нежную мягкость ее грудей и бедер, горячую влажность ее губ.

Сердце Рашид бешено заколотилось в груди, кровь запульсировала в висках, все мускулы его тела напряглись, и он с силой сжал Нюню в объятиях.

Наконец она оторвалась от его губ и заглянула в его глаза.

- Не уходи, Рашид, - задыхаясь, произнесла она. - Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится.

- Иногда не дано, Нюня...

- Тебя убьют... Весь город ищет тебя. Я не позволю тебе уйти, Рашид! Скажи, что не уйдешь!

Он безмолвно покачал головой.

Долгое мгновение она пристально смотрела на него, потом снова потянулась губами к нему. Ее поцелуй не был столь искусным и виртуозным, как у Марьям.

Мягкий, сладкий, нежный... Но прикосновение ее губ пронзило Рашида горячей волной страстного желания. Ее губы двигались жадно, настойчиво, ее мечущийся язык обжигал его губы и язык. Долгую минуту она вся отдавалась его губам, рукам, телу, потом уперлась ладонями в его грудь и отстранилась.

Мгновение она молча покусывала нижнюю губу, потом вздохнула и улыбнулась ему, потирая ладонью живот.

- Я же просила тебя оставить эту пушку. Он быстро повернулся и вышел в коридор.