После обеда небо затянуло  и стал накрапывать мелкий затяжной дождик. Солнце лишь на короткие минуты выглядывало из-за перистого  каравана серых облаков.

   А свет вечернего солнца в окне был нужен как глоток воздуха для застывшего на глубине ныряльщика.

   До вечера Никита просидел у окна, ожидая прихода опасных гостей. Как раз в тот редкий момент, когда из-за облаков выглянуло солнце, возле тропинки, за одной из елей, блеснуло стекло оптики. 

    Никита  вышел наружу. Он намеренно долго ходил вокруг избушки, изредка изображая роденовского мыслителя.  С задумчивым видом трогал вороты шлюзов, лазил по засохшему каналу. В общем,  изображал, что настойчиво разгадывает страшную тайну.

   До нужного времени оставалось не больше часа. Сильный ветер все быстрее гнал облака, и вероятность  того, что солнце напоследок  все-таки заглянет в «чудесное» окошко, существовала.

    По тропинке  к мельнице, ни от кого не прячась и умело раскачивая тугими бедрами, едва прикрытыми коротким голубым в белый горошек платьем, шла Ольга. Её босые загорелые ноги, словно кошачьи лапки, беззвучно ступали по траве.

    Мягкая зазывная улыбка и томный взгляд серых с поволокой глаз  - такой соблазнительной  она ещё не была. И  все эти женские хитрости, без сомнения, предназначались  Никите.

   Обе  девушки, не сговариваясь,  «вырядились» для городского гостя. Может быть, они в сговоре? Настал решающий день?

   Все так же изредка   из-за кустов поблескивало стекло оптики.

   - Надо же, - Ольга остановилась у распахнутой  двери, - смог всё-таки… Надо было  сразу познакомиться поближе. Я же предлагала зайти ко мне!

 - Зачем пришла? – Никита решил встретить очередную претендентку грубостью.

  Девушка стояла спиною, и намеренно крутой изгиб ее сильного стана намекал, что пришла, чтобы понравиться, чтобы заполучить то, о чем мечтал каждый житель этой проклятой деревеньки.

  - Расскажи мне все, что ты знаешь, и уходи отсюда, - Ольга развернулась и зазывно облизала будто бы пересохшие губы. - Тебя не сделает счастливым то, что ты ищешь.

 - А что  я ищу?

 - Не прикидывайся. Вижу, что ты, парень, не промах. Можем договориться. Если хочешь, внесу интерес...

  Недвусмысленно приподняв бровь, Ольга приподняла край и без того короткого платья, обнажив широкие сильные бедра. На смуглой коже, на месте трусиков, белел незагорелый след.

   Никита  опустил глаза. Он не засмущался:  просто не ожидал такой развязной прямоты и откровенности.  Вспомнилось предупреждение Артема.

   Стоило привести зарвавшуюся девушку в чувства. Иначе «раунд» останется за нею!  А красотка всё же смогла нанести  ошеломляющий удар! Уже хотелось бежать за нею следом, высунув язык, словно собака в жару.

 Чтобы взять себя в руки, Никита пошел ва-банк.

 - Артема не боишься? Он, похоже, не из тех, кто прощает.

 Могло показаться, что с лица Ольги сошел загар. Глаза её сузились в щелки, а зазывно изогнутый стан резко распрямился. И мигом исчезло всё умопомрачительное обаяние, как будто кто-то брызнул дихлофосом  поверх  нежного запаха французских духов.

 - Кто  о нем рассказал? – Голос девушки зазвенел нескрываемым раздражением.

  Никита  бросил взгляд в сторону тропинки: оптика больше не поблескивала. Наблюдатель исчез.

 - Догадался. Это не сложно. Скажи  лучше, в какой избе раньше жил священник?

  Может, и не надо было задавать этот вопрос, но хотелось убедиться, что  догадки имеют под собою хоть какие-то реальные основания.

 - Ты или не тот, за кого себя выдаешь…  - девушка  метнула на Никиту жгучий изучающий взгляд, - или узнал то…

 - Так, где он жил? Хотя… можешь не отвечать. Он жил в доме Артема!

   Вздрогнув, словно кто-то ледяной  рукой потрогал ей спину, Ольга оглянулась на лесную тропинку.

    Из-за серых облаков выглянуло солнце, и первые его лучи осветили крошечное окошко мельницы. Настал долгожданный час!

 - Откуда ты взялся? –  Пристально вглядываясь в черты лица Никиты, Ольга что-то пыталась вспомнить. – Назови свое настоящее имя!

 - Лучше скажи мне, как зовут третьего.

 В общем-то, и этот вопрос для непосвященного в прошлую жизнь исчезнувшей с карты Железницы ничего не значил. Вопрос как вопрос!  Реакция на него оказалась неожиданной.

 - Можно я останусь с тобою? –  попросила девушка.  Теперь  ее лицо выражало решимость и даже что-то, похожее на покорность. – И лучше бы ты был тем, кем  кажешься!

 Чем дальше, тем больше словесный «раунд» оставался за Никитой. Он почувствовал, что входит в раж, и решил  подыграть, довести дело до конца:

 - А не боишься?

 - Нет!

   Ольга  оглянулась на заходящее солнце, но взгляд ее в итоге замер на крошечном окошке в мельничной избушке.

   Пришло время проворачивать колесо против часовой стрелки! Без дополнительных разъяснений   девушка сама поспешила к мельнице.  Она, судя по всему, знала порядок действий не хуже Никиты и  даже первой  обхватила ржавое колесо.   На ладных женских руках заметно вздулись  рельефные бугорки мышц.

   Первый  оборот сопровождался режущим слух скрипом, после которого снова все замерло и затихло. Только  настойчивое  карканье одинокой вороны разносилось над поляной.

   Никита все больше убеждался в недавно возникшем подозрении, что перед ним бывшая   жена священника – Глафира!

 - Больше не могу! – Оторвавшись от колеса, Ольга бессильно развела руками. На ее лбу выступили крупные капли пота.

     Не сдержав снисходительной ухмылки,  Никита ухватил край «строптивой» железяки. Несколько секунд напрягался, как мог, даже что-то хрустнуло в спине, но  ржавый механизм стоял на месте, как влитой.

 - Ты, наверное, не тот, о ком я подумала.  Иначе бы  знал… - Откровенно-пренебрежительные нотки в голосе девушки неприятно поразили.

   Такого  конфуза Никита давно не испытывал, потому что в спортзале немногие мужики могли составить ему конкуренцию.

  - Где же твои силенки, мужичок?

  Ольга могла бы и пощадить самолюбие парня, но, похоже,  была не из тех, кто церемонится с чужими чувствами. Несмотря на шикарную женскую внешность, в ней явно прослеживались не лучшие мужские повадки.

  Солнце еще не успело спрятаться за облака, и Никита снова схватился за колесо.

 – Давай же! Вдвоем сможем!

    Только сейчас он вспомнил, как  в руках Артема колесо  дало не меньше шести оборотов.  Нисколько не стесняясь, Ольга плотно прислонилась к Никите, обдала жаром сильного, влекущего к себе тела -  колесо вновь заскрипело.

  Этот «раунд» был полностью и бесповоротно проигран!