Прошло четыре года. К концу подходили лихие девяностые…

  Умерла мать, и Никита остался один. Впервые он понял, что такое настоящее одиночество и почувствовал, что что-то не так с его жизненными приоритетами. Счастья и спокойствия внутри самого себя не  было и в помине. Нужно было что-то менять!

  Личный бизнес у Никиты не заладился с самого начала.  Налоги и аренда отбирали почти все высвобожденные из оборота средства. Где-то с год пришлось работать «на дядю». Сказки о помощи малому бизнесу уже не ласкали ухо, а доводили до тихого бешенства.  Среда взрослых негодяев окружила  плотным кольцом врагов-конкурентов, «официальных» бандитов и паразитов, которые палец  о палец не били, но жили на широкую ногу благодаря таким  дуракам, как Никита.

    Для того, чтобы вовсю развернуться на родной планетёнке, Коту требовалась самая малость – приличный стартовый капитал. Но предлагаемое приятелями  скорое его сколачивание грозило быстрой отсидкой, поэтому до прихода лучших времен пришлось устроиться на  работу.

    Кот  в тюрьму не торопился: общий ночной горшок и баланда не первой свежести его не привлекали.  Он ждал случая и вычислял возможности. А тому, кто ждет и надеется, жизнь всегда предоставляет неожиданные варианты…

***

     В этот кабак Кот никогда не заходил хотя бы потому, что  в нём всегда сидели отморозки (совсем «безбашенные» мордовороты) местного «крестного отца» Федора Карташова. И  за эту «безбашенность» им здорово платили.

    Зашел из чистого любопытства и для того, чтобы перекусить, завершая очередную внеплановую командировку. Черные прямые джинсы и такого же цвета рубашка давно стали визитной карточкой Никиты в «родных» кварталах. Тут же Кота никто толком не знал. 

   Первая мысль, возникшая в голове, как только нога переступила порог «заведения», почти кричала в ухо, что нужно сделать пару шагов в обратном направлении и захлопнуть за собою дверь.  Но дух противоречия и желание в очередной раз проверить, на что сам способен,  заставили замереть. Кот всегда поступал подобным образом, потому-то он и стал таким, каким стал.

    Только те, кто не стояли под дулом пистолета, легко осуждают трусость других  в подобной ситуации. Если рука владельца «ствола» не дрожит, а лицо его искажено злобой и ненавистью, то жизнь твоя не стоит и ломаного гроша, стоит лишь дернуться в ненужном (неправильном) направлении. 

  В чем суть произошедшего,  Кот, конечно, не знал, но мог догадаться.  В полутемном помещении кабака примерно на десять–тринадцать столиков только что произошла разборка чьих-то «полетов».  Три крупных мужских тела «аккуратно», словно в объятиях раскинув руки, валялись в проходе между столами.  Резко пахло жженым  порохом. Кровь, лужицами растекавшаяся возле тел, говорила о том, что тот, кто стоял спиною к Коту, только что «неплохо», а главное метко пострелял. Явно имел специфическую подготовку. Искаженные ужасом, застывшие, будто на фотографии,  лица случайных посетителей лишь подтверждали очевидную истину.

   Кот зашел  бесшумно, и стрелок не обернулся: он был занят другим. Приземистый незнакомец напряженно ждал реакции двух таких же квадратных мужчин, сидевших за крайним, самом близком к нему столиком. Ствол пистолета был направлен именно на них.  В левой руке стрелка зажат бумажный лист, потертый и пожелтевший. Жадные, ничуть не испуганные  глаза его новых предполагаемых жертв «пожирали» именно  эту по виду дешевую реликвию.

   Расклад ситуации стал ясен. Взрослые, «серьезные» негодяи бились за потрепанную  бумажку. Оказывается, по стоимости она приравнивалась уже к жизням трех человек, а может быть, и гораздо большему количеству.  А это приличные по нынешним временам бабки!

   Похоже, наклюнулась удача!  Никита  тщательно готовился к ее приходу. Всегда хотелось доказать стоящим негодяям, что он самый из них…

  Тем более что  лица Кота, стоявшего за широченною спиною «стрелка», никто не видел.

 А красная «Ява» послушно ждала   за дверью, находящейся всего в двух шагах.

   Мягкий тренированный  шаг вперед оказался  легким и беззвучным. Свист совершающей  размашистую дугу пятки заставил незнакомца с пистолетом резко дернуть  голову назад - внешняя сторона ступни на бешеной скорости со звуком шлепка мухобойки  приложилась  к  красному, слегка оттопыренному и уже сломанному в нескольких местах уху.

   Выхватив у падающего на пол стрелка бумажку, Кот рванул к двери. Сзади защелкали затворы пистолетов. Широкоплечие «цели» стрелка, сидевшие за столиком, не сразу поняли, что случилось.

    Дверь звучно хлопнула одновременно с  парой выстрелов. 

   Бешено взревел мотор мотоцикла, и квартал с унылым кабаком остался далеко позади. Выскочившие наружу  «люди» Карташова вслед не «пуляли».  Да и догонять почему-то тоже  не торопились.

***

  В самом низу потрепанного тетрадного листа еле виднелась истертая временем подпись. Она когда-то давно была накарябана  карандашом и, естественно, уже истерлась, но Кот ее восстановил.

   Пришлось осторожно натирать поверхность бумаги копировкой, и благодаря тому, что буквы когда-то от сильного нажатия карандаша вдавились в лист, их контуры слабо, но обозначились, превратившись в плохо различимое загадочное слово «Железница».

  Что обозначает сия надпись, Кот, несмотря на всю свою  эрудицию, не знал. То, что было изображено на листке, точно не стоило жизни людей.

   По виду детская рука нарисовала примитивную схему ветряной мельницы.   В левом верхнем углу красовалось солнце, а перед ним - мельница в разрезе.

    От солнца через окно  шли пунктирные линии к малюсенькой комнате внутри огромного помещения. Пунктирные линии упирались в прямоугльных ящик.  Вокруг  мельничного колеса на рисунке выпукло выпирала прорисованная жирная стрелка, показывающая вращение против часовой стрелки.

    Вот собственно и все, что бросилось в глаза при первом изучении…

 Кот разочарованно вздохнул и отложил пожелтевшую от времени бумагу в сторону. И стоило из-за подобной ерунды так «париться» и подставлять голову под пули?!

   Пришлось после бесконечно долгого перерыва снова отправиться в библиотеку.   Расследование стоило начать с выяснения, что обозначает слово «Железница».

   После долгого  копания в справочниках и словарях у загадочного слова нашлось несколько значений, среди которых лишь одно вызвало ассоциативную связь с произошедшим.

   Оказалось, что это название маленькой деревушки, расположенной примерно в ста километрах от родного города. И это, видно, не было простым совпадением! Возможно, на бумаге  обозначили план захоронения  клада, оставленного еще в незапамятные времена. Оставалось  лишь найти старую водяную мельницу в окрестностях Железницы. Правда, на современных картах деревни  не существовало. Вымерла лет пять назад!

   Кот почувствовал нешуточный азарт кладоискателя. Наклевывалось  стоящее дельце! Всю его серьезность подтверждали «стопроцентные»  трупы желающих завладеть пожелтевшей бумажкой.

***

   Недолго думая, Кот утром следующего дня взял на работе неделю отпуска за свой счет.  В дорогу собрался за двадцать минут.

   Что нужно такому, как он, когда лето в самом разгаре?  Быстроходный транспорт, деньги и сменное белье на первое время.  Кот никогда не был прихотливым. При необходимости мог спать и на голой земле. Научили!

    В Железницу красная «Ява», тихо урча мощным двигателем, «прокралась»   примерно в двенадцать часов по полудни.  Три часа подряд, пристроившись на пыльной обочине перед первой покосившейся хатой, Кот наблюдал за «местными» жителями, которых по идее быть-то не должно! Готовый исчезнуть в любой момент, он  выслеживал и старых «знакомых».

   Деревня, как говаривали в былые времена, состояла из семи дворов. Судя по внешнему виду, один из них пустовал. Выбитые стекла небольших некрашеных окон подтверждали очевидную истину.

   Одноэтажные домишки-избушки вразброс шли по разным сторонам   узенькой суглинистой дороги, которая сразу за последней избой упиралась в чащу глухого елового леса. Неглубокая лесная речушка, больше похожая на ручей, огибала избы с правой стороны,  метрах в ста от крайних полусгнивших деревянных построек.

    Эта деревенька «произрастала» на отшибе от всего, чего только можно. Местные, если таковые здесь и были,  как-то обходились  без магазина, водопровода и газа. Глухомань! Экзотика! Колодезная вода и душистые кучи навоза среди улицы…

   Удивленная  белая корова с одним рогом,  мирно пасущаяся за второй избой, вопросительно косила на  незваного гостя большим печальным глазом и подтверждала удивительную мысль о наличии  здесь деревенских жителей.

   Кот подмигнул корове, выехал на середину деревни и пару раз оглушительно рыкнул двигателем, выплюнув в чистейшую лесную атмосферу едкую струю переработанного глушителем газа.

    В  окошках изб  «высветились» удивленные лица. Среди них Никита наметанным глазом вычленил   симпатичную девичью мордашку.

   Наглого мотоцикла с любопытством и беззастенчиво разглядывали через давно немытые стекла. Кот еще раз «газанул», скинул шлем и подмигнул молоденькой «крестьянке».

   Знакомство со слабым полом теперь точно не помешает.  Ведь без помощи местных найти старую водяную мельницу быстро  не получится!

  Окошко с симпатичным личиком задернулось  белесой, застиранной  занавеской. Из остальных же  все так же торчали беззастенчивые загорелые лица разных возрастов: тут был и семидесятилетний старик-боровик со сморщенным, будто старый кирзовый сапог, лицом, и молодая, цветущая, словно кровь с молоком,  бабенка лет тридцати, и древняя бабка, явно перешагнувшая столетний рубеж, и   мужик годов сорока с узким прищуром хитроватых глаз, и ушастый прыщавый парень лет двадцати, но уже со всеми «цветастыми» признаками «глубокой» алкогольной зависимости.

   В общем, банды по-настоящему опасных противников Кот не обнаружил.

 Скрипнула  дверь второй слева хаты - на  пороге в позе ожидания застыла молодая белокурая «крестьянка».    

  В стоптанных босоножках на крепких загорелых ножках, в коротком цветастом сарафане  и с задранным кверху маленьким, удивительно-правильным носиком, не по-деревенски стройная блондинка спокойно стояла, скрестив руки на груди.

  Кот не стал тянуть время:

 - Мне бы до старой мельницы!

 Будто  не расслышав вопроса, девушка неторопливо спустилась с крыльца и обошла мотоциклиста вокруг.

 - Это Железница? – на этот раз Кот спросил громче, почти крикнул.

 - Чего  орешь? – Ехидно хихикнув, «глухая»  отошла к крыльцу. – Да! Железница! И не надо  рычать мотоциклом. Всех кур распугал!

  Никита оглянулся: любопытные ухмыляющиеся лица в окошках никуда не исчезли. Они внимательно следили за развитием событий. Старик-боровик даже натянул на крючковатый нос обмотанные  черной изолентой очки. Кот стал для деревенских  редким развлечением!

  Видимо, на «вы» не принято обращаться в здешних краях.  Чтобы продолжить разговор, пришлось заглушить мотоцикл.

 - Как до мельницы добраться, красавица?

 - Да тут недалеко, но не советую.

 В ответе прозвучало плохо скрытое недовольство. А может быть, это был и страх.

 - И почему?

 - Дорога почти заросла. Пешком идти придется.  Да и дурной славой пользовался  бывший ее владелец!

   Никиту совсем не интересовал местный фольклор  и девичьи россказни на ночь.

 - А что говорят, богатый был мужик?

 - По местным меркам, да. Только  жил он лет сто назад!

 - Сама из города?

  В ответ  -  замороженная улыбка и равнодушное молчание.

 - Так как  до мельницы добраться, красавица?

  Девушка так же  неторопливо поднялась на крыльцо и указала тонкой загорелой рукой на конец дороги, упиравшейся в еловый лес.

 - Пешком пойдешь по лесной тропинке.  Если пропадешь, никто искать не станет. Лучше возвращайся туда, откуда явился! Тоже мне нашелся, красавчик!

  Кот не привык к такому откровенному равнодушию и пренебрежительности.  Но шансов поставить на место «крестьянку» не представилось: дверь за нею быстро захлопнулась.  Словесный «раунд» был, однозначно,  проигран!

  И только сейчас вспомнилось, что Железницы уже не существовало как географического понятия.