Когда сыну  исполнилось пять лет, Алена вышла замуж.  

  «Веселым» теткам из службы бракосочетания пришлось смириться с тем, что у невесты на пальце уже поблескивало золотое обручальное кольцо. Оно ни в какую  не снималось и иногда било током особо настырных помощников. Но ничем другим вроде бы не досаждало своей хозяйке.

  А Никита рос подвижным, озорным и  непослушным. В общем, таким же, как все мальчишки, сорванцом.  С улицы    он частенько возвращался с разбитым носом,  изредка плакал из-за этого, но чаще смеялся, рассказывая о своих удалых дворовых подвигах. 

    Ничем особенным среди сверстников Никита не выделялся. Если только упрямством…

  К тому времени, когда Никите исполнилось десять лет, Алена и думать забыла о том, что сын с ней не одной крови. Она души не чаяла в своем сорванце.

 Однажды, поздно вернувшись с улицы, Никита  взял маму за руку и задал  вопрос:

 -  Почему всем мальчикам нравятся одноклассницы, а мне -  взрослая девушка?

 - Где ты её видел? – насторожилась Алена.

 - Во дворе.

 - Она живет в нашем доме?

 - Нет!

 - И чем она занимается?

 - Смотрит, как я играю с друзьями.

 По спине Алены пробежали холодные мурашки. И тут же вспомнилось недалекое прошлое…

 - Следит за тобой?

 - Да.

 - Как она выглядит?

 - Похожа на тебя, мам.

 - И где она сейчас?

 - Сидела во дворе на лавочке, когда я заходил в подъезд.

  Алена опрометью выскочила на балкон. Но двор был пуст, и быстро темнело. Осенний вечер подходил к концу: красно-желтое солнце уже скрылось за многочисленными «хребтами» многоэтажек.

 Мальчишке могло показаться!  Просто  ему понравилась какая-то тетенька. Такое с детьми бывает…

   Прошло время, и Алена забыла о вопросе Никиты, потому что он больше не возвращался к этой теме.

***

   Прошли очередные, быстротечные  шесть лет.

  Никита здорово вытянулся. Стал нервным и впечатлительным. Он часто просиживал в своей комнате в полном одиночестве.  Запоем читал романы, смотрел по проектору старые кинофильмы и усердно руками и ногами пинал боксерскую грушу. У него  лихо получалось! У отца возникло  ощущение, что за плечами у парня десятилетия тренировок.

 Алена отметила, что Никита  замкнулся в себе, будто у него появилась тайна, с которой он не хотел расставаться и не хотел ни с кем ее делить.

  Как-то разглядывая свои детские фото, Никита неожиданно спросил:

 - Мам, а может быть такое, чтобы люди не старели?

 - Не может, сынок. Люди так созданы.

 - Это неправда! – Сын пристально посмотрел в глаза матери. – Я нашел среди твоих старых писем вот это! Откуда у тебя это послание?

  Алена узнала старый  пожелтевший лист. Он когда-то лежал в кармане куртки взрослого Никиты.

 -  Выбрось! Говорят, он приносит людям несчастье.

 Никита недоверчиво ухмыльнулся.

 - Зачем же ты его хранила?

 - Потому что он  принадлежал одному очень сильному и смелому мужчине, -  Глаза мамы неожиданно озорно блеснули. -  Я даже  была в него  влюблена!

 - Ты про отца говоришь?

 - Нет. Я познакомилась с этим мужчиной до встречи с твоим отцом.

  Какой-то вопрос явно вертелся на языке у Никиты. Он переминался с ноги на ногу, но  не решался.

   В таких ситуациях Алена обычно оставляла сына одного. Но сегодня она не могла уйти: чувствовала, что нечто, тревожащее Никиту, давно лишает его сна.

 - Спрашивай, сын, не молчи! Что случилось?

 - У нас во дворе появляется девушка…

 Речь, наверняка, шла об очередной влюбленности, поэтому Алена расслабилась. Но Никита, выдержав паузу, неуверенно продолжил:

 - Ей лет двадцать. Она каждый год осенью, в одни и те же дни, приходит в наш двор. Приходит и сидит. Девять  лет подряд.   Я… каждый год жду ее появления, мам, - неожиданно Никита  быстро заговорил, будто плотина, сдерживаемая стеснением, рухнула. -  Она иногда смотрит  на меня. А, когда я пытаюсь к ней подойти поближе,   уходит.

 Алена пока еще не понимала сути беспокойства сына.

 - Может быть, девушка приходит к кому-нибудь в гости?

 - Нет, мам…  Мне часто снится ее лицо. Она смотрит, будто я ей что-то должен.

 - Чего ты так переполошился? Ну, понравилась тебе девушка! Такое со всеми случается!

  Никита устало усмехнулся и скрестил руки на груди, будто отгородился от всего мира. Он, видимо, все еще что-то недоговаривал.  Алена терпеливо ждала.

 - Мам!  Мне кажется,  я сошел с ума, - глаза Никиты и впрямь сияли легким безумием. – Думаю,  нет никакой девушки! Она мне лишь видится.  Ведь не может же человек в течение десяти лет не стареть…  А я  не могу  смотреть ни на одну одноклассницу! Мне этот призрак не дает нормально жить!

  С такими симптомами обычно идут к психологу, а то и к психиатру. Парня надо было успокоить и обнадежить. Но Алена испугалась. А может быть, ревность перехлестнула все остальные чувства.

 - Не вздумай с ней заговорить! Держись от девушки подальше!

 Алене вдруг показалось, что золотое кольцо на правом пальце шевельнулось.

 - Ты знаешь, о ком я говорю? – на лице Никиты  сверкнула  улыбка безудержной радости. – Значит, она существует?

  Алена открыла рот для отрицания, но вспомнила, как уже однажды обманула Никиту и молила у бога прощения. И клялась, что больше ему не солжет.  Она  даже помнила имя той девушки.

 - Да… Ее зовут Магда.

 Никита поднял руки над головой и сделал резкий выдох:

 - Я знал, что не сумасшедший.

 Алена всегда боялась, что когда-нибудь такой день наступит. 

 - Если она не стареет, тебе нельзя с ней разговаривать, сын! Никогда!

  Она еще попыталась объяснить почему, но из горла звуки не шли, будто кто-то выключил звук.

  В правой руке неожиданно начала пульсировать усиливающаяся  боль:  золотое кольцо  посерело и всё туже стягивало палец, словно уменьшалось в размерах.

   По брошенному затравленному взгляду  матери Никита  понял, кто виновник страданий.  Он протянул руку  и двумя пальцами осторожно  стянул посеревшую семейную  драгоценность.  

 - Что это с ним? Как будто заржавело!

 Алена ахнула и в испуге закрыла глаза: никто из взрослых не мог сделать того, что только что легко получилось у Никиты.

 - Ты чего, мам? – ее настойчиво трясли за рукав халата. – Не бойся! Я положил его в сервант. Наверное, вместо золота сплав какой-нибудь дешевый подсунули.

  И Алена вдруг поняла, почувствовала душой, что  рассчиталась за  старый грех.  Она прощена…  А Никита повзрослел.

***

     Прошел ещё год,  в течение которого Никита иногда настойчиво пытался заговорить с матерью о загадочной незнакомке, но Алена предпочитала отнекиваться от обсуждения неприятной ей темы, тем более что ничего  толком  о Магде не знала.

    Наступил конец очередного сентября. Никита  каждый вечер допоздна проводил во дворе.  Алена знала, кого он ждет.

    Но к концу подошел ненастный октябрь… 

    Незнакомка  не появилась и в ноябре. Никита почти  забросил учебу в университете.

   И начали тянуться, как жевательная резина, три жутких для Алены месяца.  Сын мучился настоящей взрослой депрессией.   Мать не спала по ночам, глядя на исхудавшего Никиту. Отец пытался вытащить его в лес на прогулки, на спортивную площадку, давал  свою машину, но ничего не помогало.

    Зимнюю  сессию Никита с трудом, но сдал.   И чуть не завалил летнюю. Помогли деньги и связи отца.

***

 Наступила очередная  осень.

   Вплоть до конца октября Никита каждый день до ночи сидел во дворе.  Утром первого ноября  он не встал с постели: под сорок  поднялась температура.

  Врачи,  приехавшие по вызову, быстро поставили диагноз – одностороннее  воспаление легких от длительного переохлаждения и затяжного стресса.  И сына на месяц положили в больницу.

  Серое кольцо, снятое с руки Алены, пропало из  серванта.

 ***

    Выпал первый снег.  В этот день Алена позднее, чем обычно, возвращалась домой. Тусклые уличные фонари слабо освещали детскую площадку, а над подъездом, как всегда, не горел свет. 

   На желтой лавочке возле песочницы, съежившись,  сидела молодая девушка.  Алена вздрогнула и остановилась.  Эту девятнадцатилетнюю фигуристую фифу - ровесницу собственного сына -  она уже когда-то  встречала.

  Черные волнистые волосы, уверенный взгляд, высокие каблуки и… нервные руки. Девушка не знала, куда их деть, потому что явно кого-то ждала…

  Ее красота резала ножом по сердцу. Сорокадвухлетняя Алена узнала свою соперницу, хотя и видела её всего один раз…

   Хотелось пройти мимо, сделав вид, что девушка не знакома, но за спиною очень тихо прозвучало:

 - Ты обманом отобрала его  у меня. Пришло время возвратить долг!

     От  предчувствия неминуемой  беды сердце вдруг забилось в груди, а в горле пересохло - Алена тяжело опустилась на скамейку рядом с  нервной девушкой.

 - Где он? Я жду третий день.

 - Раньше надо было приходить, - не скрывая злости в голосе, ответила Алена.

   Она не могла глядеть самоуверенной собеседнице в глаза, поэтому рассматривала ее черную норковую шубку и не по погоде распущенные по плечам длинные черные волосы.

 - Что с ним случилось? – в голосе незнакомки зазвучал неподдельный страх. – Я не могла прийти раньше… Говори! Не молчи!

   - Почему в прошлом году не пришла? – Алёне доставляло удовольствие предъявлять претензии самоуверенной красавице, будто та была в чем-то виновата.

  Вскочив с лавки, девушка начала  расхаживать взад и вперед - в её руке оказалась сигарета. Щелкнула пламенем зажигалка, но тут же  потухла.

 - Я почти душу продала, чтобы дождаться его такой, какой ты меня видишь! -  В  голосе Магды злость перемешалась с  гневом. – Думаешь, мне дешево достается молодость? И не тебе меня упрекать!  Я пришла не для того, чтобы выслушивать претензии!

 Внутри Алены волной поднималось раздражение: она четырнадцать с лишним лет отдала сыну, и тут какая-то…

 - А для чего тогда пришла?

 - Чтобы быть с ним!  Теперь он уже может сам принимать решения.

 - Уверена, что он уйдет из семьи ради такой, как ты? –  едко  усмехнулась  Алена.  Ей хотелось  видеть, как нервничает  соперница.

 -  Я целый год была уверена, что он меня бросил! Ты не представляешь, что я пережила... На этой планете, кроме него, у меня никого нет!  Чтобы тебя  найти, мне пришлось вернуться к тем, кто заказывал его смерть, - Магда зловеще прищурилась. Ее темные глаза поймали настороженный взгляд Алены и уже не отпускали. -  Оказывается, ты тоже хотела его смерти… Иуда! Хочешь, чтобы Никита узнал правду?..  Не советую! Ты и жива ведь только потому, что он любит тебя как мать.  Иначе бы я…  Я не хочу быть его матерью!

   Алена тоже приподнялась с лавки. И теперь соперницы стояли друг напротив друга.

 - Он все равно будет меня  любить. Пусть даже как мать!

 Пожав  плечами, Магда  снова щелкнула зажигалкой, но сигареты не достала.  Ее холодный взгляд блеснул металлом.

 - Пусть любит…  Меня он любил по-другому. И я ждала этого дня почти пятнадцать лет. Не становись у меня на пути! Сделай шаг в сторону! И о тебе он тоже  не забудет. Обещаю…

  Алена с трудом выдержала ледяной взгляд соперницы.

 - Я тебя не боюсь!

 - А зря! Ты всего лишь взрослая домашняя девочка…

 - А ты кто? Встречи с тобою приносили ему только несчастья!

  Магда в ответ тяжело вздохнула.

 - Ради него я … лучше тебе не знать. Но разговор  затеяла не для этого!  Те, кто хотели его убить, уже давно знают, что твой сын – бывший носитель куба.  Без куба он для них не представляет опасности.  Поэтому Никиту оставили в покое!  Но куб все эти годы искали.  Ты не знаешь, где он? 

 - Зачем тебе?

 - Если узнают, что он у Никиты, снова попытаются его убить.

 - Я не знаю, где куб…

  - А где Никита, ты знаешь? – голос девушки вдруг дрогнул, а  глаза  блеснули неожиданной крупной слезой.

 Алена смотрела молоденькой красавице в глаза и не могла решиться: делить Никиту она не хотела ни с кем. Ни за что!!!

 - Скажи, я прошу тебя!

  Неожиданная мольба заставила сердце Алены дрогнуть. И, даже не отдав себе отчета в том, что делает, ответила:

 - В первой городской больнице.  Ждал тебя слишком долго на холоде! Вот и воспаление легких! Верни его к жизни,  разлучница…

  Частый стук каблучков заставил Алену очнуться -  Магда торопливо уходила, призраком растворялась  в темноте переулка.  И уже откуда-то  издалека донеслось:

 -  В молодости ты ему очень нравилась! Он рискнул жизнью, чтобы только попросить у тебя прощения…  Но меня он ЛЮБИЛ!

***

   Ночью в отделение пульмонологии, как и в саму больницу, не пускали, но Магда не хотела ждать до утра. Она  умела обходить любые преграды,  где нужно - лестью, где - деньгами, где - неотразимой улыбкой…  Сейчас же пришлось использовать все средства.

  Поэтому на ней уже через двадцать минут после появления возле дежурного помещения красовался белоснежный халат медсестры, отданный в долг  интерном, оставленным на ночное дежурство. Рыжий обаятельный паренек, метящий в доктора,  сам взялся провести изящную девушку до палаты с больным.  

 - Он на антибиотиках. Плюс постельный режим. Прошу сильно  не беспокоить: совсем недавно сбили температуру! Соседа только что выписали. Вам повезло!

  Паренек понимающе подмигнул.

  Но Магда не слушала наставления интерна, она цокала каблуками по старому, затертому линолеуму в сторону седьмой палаты.

 - У вас десять минут! – послышалось вслед. – Иначе у меня будут проблемы!

 Перед  белой дверью с номером «7» Магда замерла. Часы показывали половину первого ночи. В больнице - мертвая тишина. Все спят.

  Магда скрипнула дверью и вошла в слабо освещенное лунным светом помещение на три кровати. Белые стены, белые простыни, белые занавески. Магда никогда не любила белый цвет.  И сейчас ничего не изменилось в ее вкусах и пристрастиях…

   Парень спал к ней спиною.  Он  здорово походил на того Никиту, которого она когда-то знала. Почти та же стать, те же волосы,  то же лицо.  К метаморфозам, происходившим с  внешностью, в итоге привыкаешь…

   У  Магды ёкнуло сердце и внезапно задрожали руки. Доктора сказали бы, что это обычный тремор… но ничем обычным здесь и не пахло!

 Магда села на соседнюю кровать, скрипнув пружинами, -  Никита вздрогнул и повернулся.

    Взгляды  встретились.  В лунном полумраке в полной тишине Магде казалось,  что ее сердце стучит так громко, что  люди из соседних палат обязательно проснутся.

   Веки Никиты медленно опустились - он снова спал. Блаженная улыбка скользила по  губам, шепчущим её имя. Магда встала с кровати, сделала шаг вперед и села рядом.

  Пружины скрипнули - тела коснулись друг друга. Наклонившись, девушка   прикоснулась губами к его теплой от сна щеке. Никита вздрогнул и окончательно проснулся.

    - Почему ты бросила меня? – он ничуть не удивился появлению Магды.

   В его голосе слышалась требовательность. Так привыкший к  привилегии человек, однажды лишившись ее,  все равно продолжает   рассчитывать на свой особый статус. Он чувствует себя обиженным.

 - Я не бросала тебя, - Магда провела рукою по плечу Никиты  и прикоснулась к его волосам. – Это ты меня бросил!

  Девушка рассчитывала совсем на другую реакцию, ждала других слов…

 - Я не мог тебя бросить! – парень высвободился от  поглаживаний и принял вертикальное положение. Теперь они сидели бок о бок, не поворачивая  друг к другу лиц. – Мне только исполнилось девятнадцать.

 Да! В его голосе слышалась настоящая обида. Он был разочарован, зол и не хотел верить уверениям, которых еще ни разу до этого не слышал.

 - Твоя жизнь гораздо длиннее, чем ты думаешь, - Магда прислонилась к Никите и взяла его руку в свою. – Если бы ты знал, сколько я ждала этого дня! Ночи…  Мне раньше думалось, что это ТЫ будешь просить у меня прощения. А видишь, как все вышло…

 - За что я должен просить у тебя прощения? – Никита вырвал руку. Его голос подрагивал от волнения. – За то, что ждал тебя два года? Куда ты пропала? Хотела доставить мне боль? Ты её доставила!  Зачем сейчас пришла? Я начал привыкать к мысли, что тебя не существует.

   Он вел себя как ребенок, избалованный женским вниманием.  Даже не понимал того, что рядом с ним сидит девушка, которой пришлось нарушить все правила приличия, чтобы проникнуть в палату.

  Он ревновал, не имея на то никаких оснований. Магда глубоко и облегченно вздохнула. Никита её любил. И даже не пытался этого скрыть. Но… это был не тот Никита.

  Совсем ещё мальчишка… А она любила другого человека. Или мечту о нём.

  Им не о чем было разговаривать, нечего делить, нечего вспоминать. И только сейчас Магда поняла, что совершила ошибку…  Ценою в четырнадцать лет.

  Все, что она хотела сказать Никите, не имело никакого отношения к этому молодому, похожему на него парню.

  Внезапно в горле  Магды встал ком, слеза сама скатилась по щеке -  она отвернулась от Никиты и, упав на кровать, зарылась лицом в подушку.

  Сегодня Магда потеряла Никиту второй раз. И, как ей казалось, последний. Такое жуткое разочарование она уже испытывала…  дважды. И все они были связаны с Никитой.

  Рядом сидел чужой, пусть и любящий её человек.

 - Я чего-то не знаю? Чего-то не помню? – юный голос, полный сочувствия,  звучал над самым ухом. – Может быть, мои сны не совсем сны? Магда, мне самому иногда кажется, что я гораздо старше, чем выгляжу, и знаю то, что не дано знать другим. И испытываю чувства, которых не испытывают мои ровесники. Объясни почему?

 Магда поднялась с кровати, вытерла белоснежным рукавом халата слезы.

 - Ты еще ребенок! Я любила совсем другого человека. Тот Никита не стал бы задавать  вопросов. В его руках я забыла бы обо всем… И всё бы ему простила!

   Высокие каблуки снова зацокали по линолеуму. Никита молча смотрел вслед торопливо уходящей девушке.

  Дверь хлопнула – Никита вскочил.

 - Стой!

  Он добежал до коридора.

 - Ты падала ВМЕСТЕ со мною с нашей телевышки?

  Вопрос задали твердым, привычным ей голосом - Магда споткнулась и чуть не упала. С трудом сохранив равновесие, оглянулась на  плечистый силуэт, вырисовывавшийся на фоне дежурного освещения.

 - Падала! Конечно, падала!

 - Спасала мне жизнь на чужой планете?

 - Спасала!

 Магда  смахнула слезы и сжала зубы, чтобы снова не зарыдать.

 - Так, КАКОГО ЧЁРТА, уходишь? Кто, кроме тебя, может поверить в подобную ерунду, хранящуюся в моей голове?! Это же бред сумасшедшего!!! Я боялся даже заикаться о нем! И никому никогда не рассказывал!

  Магда сама не понимала, что делает: она бежала назад. Мчалась изо всех сил.

 Её тискали и мяли сильные руки Никиты. Этот парень без стеснения мог делать с ней всё, что ему было угодно. И он это делал…

   Через пятнадцать минут в дверь осторожно постучали.

 - Вам пора! – Голос рыжего интерна за тонкой стеной был спокоен и ровен. Он хорошо знал, для чего в такое время хорошенькие девушки приходят к «больным» парням.

   Магда выскользнула из-под одеяла и кое-как натянула  юбку.

 - Ты был круче, когда вместе со мною падал с небес.

  Её зловредная улыбка, как и всегда,  не смутила Никиту.

 - Кто бы говорил, женщина, о моей крутизне?! Лучше посмотри сюда!

  Рука Никиты оказалась в зоне лунного света. На его левой руке, на безымянном пальце, тускло поблескивало серым  обычное, дешевое кольцо.

 Магда проглотила комок в горле, облизала пересохшие губы. Даже забыла, что нужно натягивать водолазку.

 - Откуда  эта штука? Ты  же ещё не разводился?

 Удивленное пожатие плечами было ответом.

 - И как давно оно у тебя?

 -  Только  сейчас появилось! А так… вообще…  с тех пор как  побывал в мегаполисе, - Многозначительно улыбнулся Никита. – Или  забыла?

 - Значит,  куб…

 - Значит, он.

 - Я приду к тебе завтра утром.

 -  Нет! Сегодня!

 - Да! уже сегодня…

 Магда вдохнула полную грудь воздуха. Она чувствовала себя счастливой, но… не до конца. Когда дверь за нею закрывалась, вновь зазвучавший голос Никиты стал низким  и призывным:

 - Прости меня! Я доставил тебе столько боли! Я все исправлю… Обещаю!

 Дверь закрылась – Магда сжала от счастья кулачки. Она все-таки услышала эти слова. Через четырнадцать с лишним лет.

  На темной набережной, возле стоянки такси,  Магда  никак не могла отделаться от ощущения, что спину сверлит чей-то тяжелый взгляд. Весь этот день, с самого утра, её не покидало похожее, жутковатое  ощущение.

***

    На следующее утро возле больницы дежурил полицейский наряд. Магда попыталась поднырнуть под ленточку, опоясывающую периметр, но   к ней тут же направился крепко сбитый бравый сержант. С каменным лицом он выслушал объяснения и «слезные» просьбы девушки, но переступить очерченную зону не позволил.

   И только после бесполезного разговора с полицейским Магда обратила внимание на перемены в больничном «пейзаже».

   Огромные двухстворчатые двери высотой в два человеческих роста, ранее перекрывавшие вход в главный корпус, лежали неподалеку от каменной лестницы, у основания которой и стояла Магда. Вокруг, будто кто-то недавно сажал деревья, на фоне недавно выпавшего снега  возвышались высокие конусообразные холмики из ржавой грязи. А может быть, это и была  ржавчина.  Стены здания возле дверного косяка походили на решето.

   Магда заглянула вовнутрь больничного корпуса, но ни одного человека не увидела. Пустой холл весь был истоптан грязной обувью. Похоже, всех пациентов в спешке эвакуировали.

    Здесь недавно проходили боевые действия…

  Внутри  Магды похолодело,  закружилась голова - захотелось сесть прямо на асфальт. Кто-то осторожно сжал ей локоть – рядом стоял рыжий интерн. В черном плаще и тщательно выглаженных брюках со стрелочками.

 - Лучше отсюда уйти, - Парень настойчиво тянул Магду к набережной и еле слышно говорил.  – В два ночи в седьмую палату ворвался спецназ.  Что тут творилось!!! Видела холмики вокруг входа?

  Наконец Магда взяла себя в руки. Она уже могла мыслить.

 - Что за холмики?

 -  Пять машин, на которых приехали спецназовцы, на моих глазах превратились в кучки  мусора!

 - Люди погибли?

 Интерн торопливо шагал рядом вдоль парапета и все время оглядывался назад.

 - Да нет! Спецы в это время  штурмовали седьмую палату.

 - Его схватили? – Только этот вопрос и интересовал Магду.

 - Не знаю! Тут какой-то апокалипсис начался!  Спецы летали по коридору, как птицы. Их лупили почем зря!

 - А дверь кто выбил?

 - Твой! Ёе заперли, чтобы загнать жертву в капкан. А он вышиб  ногой. Просто по ходу движения пнул!

 - А они?

 - Открыли огонь на поражение! Изрешетили всё вокруг. Ну и…   машины их вдруг исчезли. Испарились! И твой тоже… исчез!

 Магда остановилась. Теперь она никому не доверяла. А интерну - тем более.

 -  Зачем меня ждал?

   Цивильный парень  в длинном кожаном плаще пожал плечами, будто сам не знал, зачем ему это надо, и снова оглянулся вокруг. Они стояли под мостом, с которого когда-то прыгал Никита.

   Люди спешили на работу, толкали их плечами. Оборачиваясь, что-то раздраженно говорили.

 - Твой перед штурмом просил передать, чтобы его не искала, - Щеки интерна слегка покраснели, он, словно засмущавшись, опустил взгляд на свои остроносые ботинки. – Сказал, что любит тебя.  Что задолго перед твоим приходом они поставили ему условие… но он тогда им не поверил.

  Сердце Магды сжалось от страха, и уже остальные слова она слышала, как сквозь пелену.

 - …если  не улетит, тебя обещали убить. Он дал согласие.  Просил у тебя прощения! И еще сказал, -  интерн  тяжело вздохнул и наконец-таки оторвал взгляд от начищенных до блеска ботинок. -  Хоть я и не понимаю смысла, но передам дословно…  Ему дали возможность заглянуть в будущее.  Через сто с лишним лет ты вновь окажешься на своей планете. И уже никто не помешает вам встретиться, кроме самой памяти, которая к тому времени сотрет все твои и его воспоминания. И все повторится… кроме одного! Кубов больше не будет!

  Магда вздрогнула, вытерла затянутые слезами глаза, и в этот миг чьи-то жесткие, как камень ладони, обхватили её предплечья.

   За спиною завизжали тормоза автомобиля, в который за  несколько ошеломительных секунд втянули Магду.  Ее «воткнули» между двумя плечистыми сопровождающими в камуфлированных куртках – мощный двигатель иномарки взревел, и набережная с серым, истоптанным ногами снегом осталась далеко позади.

***

   На переднем сидении сидел седовласый шестидесятилетний мужчина с граненым лицом военного. Специфические морщины гневливого человека избороздили его лицо. Он даже не оглянулся на пленницу, потому что хорошо ей был знаком.

 Через полчаса новехонькое черное  БМВ вырвалось за город и понеслось в сторону заброшенной дороги.  Магда догадалась о конечной точке маршрута: они спешили в Железницу.

 - Он жив, генерал?

   Ожидание ответа затянулось – по спине девушки стекла холодная капля пота, а зубы в нервном припадке выбили дробь. Наконец, «Седовласый» пожал плечами.

 - Не знаю… Вы нам нужны для другого.

 - Зачем, Артём Валерьевич? –  Вопрос девушки снова повис   без ответа. – Значит, дела ваши совсем плохи?

  «Седовласый» задвигал челюстями, как жерновами, но оглядываться все равно не стал.

 - Вам страшно, генерал? Нашли добычу не по зубам? –  всё внутри Магды вскипело и грозило вырваться наружу. -  Вы не привыкли, чтобы вас жалели? А он вас жалел! Упорно оставлял  в живых! Будь я на его месте, вы бы сдохли первым!

   Крепкий сосед по сиденью, облаченный  в черную маску, двинул Магду плечом, и она подавилась собственным словом. Генерал повернул к девушке бесстрастное, будто высеченное из камня лицо.

 - У  каждого  есть свои слабости. У него они тоже есть.

 - Поэтому  везете меня в Железницу? Или Ольгу никак простить ему не можете?

 - Не важно.

 - Пока он не начнет вас убивать, вы от него не отвяжетесь?

  Генерал позволил себе снисходительную улыбку.

 - Если  не убивает, значит, не может! А мог бы, уже давно взял бы власть  в свои руки!

 - А о таком качестве вашей души, как великодушие и сострадание, вы ничего не слышали? Не думаете, что ему вас чисто по-человечески жаль? Вы все-таки, как и он, земляне!

  Железные челюсти генерала вновь заскрежетали.

 -  Бабские сказки! В свое время я пытался с ним договориться…  В мире взрослых мужчин нет такой чепухи!

 - А зря!

   Руки девушки открыли сумочку и извлекли оттуда губную помаду -  напрягшиеся было охранники снова отвернули лица к боковым стеклам.

 - У людей есть древняя легенда, в которой посланника Бога, спустившегося на Землю, тоже казнили солдаты. Хотя решение, конечно, принимали их командиры. Я с интересом прочитала вашу библию. Занимательная вещь! Оказывается, он уже здесь бывал. Только совсем беспомощный и наивный! Я  не такая…

   Улыбка непонимания скользнула по губам «Седовласого» и он процедил сквозь зубы:

 - Слабым и сердобольным не место на Земле… Историю переписывают под победителей!

 Утвердительно  кивнув головой, Магда  оттолкнула плечом  придвинувшегося к ней слишком близко охранника.

 -   Я с вами согласна.  А кто сказал, что он слабый?

  Генерал  пожал плечами, будто этот вопрос не входил в его компетенцию.

 - В данный момент меня интересуете вы! Вы -  слабая! И этого достаточно.

 - Вы так думаете?

***

  Машину раскачивало на колдобинах бездорожья, будто корабль во время шторма. Охранники то и дело сплющивали девушку между собой, как между сходящимися скалами.

  Правая рука Магды, державшая губную помаду, во время очередной «волны» ухабов  прикоснулась к шее охранника – тот дернулся и обмяк,  стукнувшись лбом о боковое стекло. Небольшая ранка, похожая на укус слепня, обозначилась возле его сонной артерии.  Помада переместилась в левую руку девушки.

  БМВ подлетело вверх из очередной ямы – охранник слева сполз по спинке сиденья.  Впереди, среди серого, безлиственного лесного массива показалась Железница.  Разбитые окна  ее избушек приветствовали непрошенных гостей, словно открытые рты голодных птенцов.

   Машина резко затормозила, и «уснувшие» охранники полетели к передним сиденьям. Услышав  удары тяжелых тел о передние кресла, генерал схватился за кобуру. Но Магда уже стояла снаружи.

 - Выходите, Артем Валерьевич, - Она сама открыла дверь «Седовласому». – Ваши мальчики пока живы.  Давайте поговорим по душам. Пришло время…

  Кряжистый водитель бросил вопросительный взгляд на командира, но тот успокаивающе кивнул ему и неуклюже, будто делал это в первый раз, выбрался наружу.

   Магда прятала руки в карманы шубки,  ежилась от порывов хлесткого,  зимнего ветра и не смотрела в лицо «Седовласого».

 - И зачем мы здесь?

 - Там мой сын! –  дрогнувшая рука генерала указала в сторону конца деревни, туда, где за перелеском пряталась старая мельница, а над горизонтом клубились густые облака черного дыма. – И не только он. Нужна ваша помощь!

 Магда подняла на «Седовласого» удивленные глаза.

 - Он из солдат?

 - Из офицеров…

 - Я вам скажу правду, генерал! И у вас останется время подумать о своих дальнейших шагах!

  Девушка вытащила левую руку из кармана и показала собеседнику безымянный палец. На нем матово отсвечивало серое кольцо. Лицо «Седовласого» незаметно дрогнуло -  он еле слышно прошептал:

 - У него такое же.

 - Вот именно. Я его только что одела,  хорошенько поразмыслив над вашими словами, генерал!  Старое послание, попавшее  в ваши руки, не имело к Никите никакого отношения. Оно имело отношение ко мне! Никита был вашим ангелом-хранителем! Спасал вас от меня! От моей жажды власти и от моей безумной скуки. Пока он жил рядом, в моей жизни был смысл. Я его любила…  Может быть, больше, чем себя. Его было за что любить!  Ведь он смог подарить мне мою и свою жизнь.  А теперь…

  Настороженный взгляд «Седовласого» скользнул сверху вниз по стройному телу девушки: с ее сведённых судорогой ненависти губ - на безымянный палец.

   Неожиданно Магда повернулась спиною к генералу   и пошагала к лесной тропинке. Снег звонко хрустел под её сапогами, а тонкие каблуки почему-то не проваливались в сугробы.

  Генерал медленно поднял руку с пистолетом, тщательно прицелился ей в спину. Рука не дрожала…

 - Если он погиб, - крикнула Магда, не оборачиваясь, - вы все умрете! Все до одного! Вы же признаете только силу! Она перед вами!

     Пистолет опустился.

  Магда взмахнула рукой -  две крайних избушки, подскочив, как футбольные мячики, в воздух на пару метров, осыпались на землю грудой опилок и мусора. БМВ будто взрывной волной отбросило в придорожную канаву и перевернуло на крышу.

  Ноги сами несли девушку к мельнице, её шаг становился всё быстрее, а душа всё бесчувственнее.

 Сорвавшись с места, генерал  тяжело побежал за нею следом. Он судорожно нажимал кнопки сотового телефона, но на  дисплее отображался знак отсутствия сети.

   А вокруг них  горбились деревья с отстреленными сучьями, валялся вырванный метровыми клоками дерн,  возвышались завалы из срезанных ракетами стволов берез.

    И чем ближе приближалась лесная поляна, тем больше бывшая узкая тропинка  походила на широкий, вырубленный пулями и снарядами тракт. Тот, кто здесь недавно уходил от погони, видимо, испробовал на своей шкуре многие  виды оружия.

 - Чего ж не сказала ему, что  не нуждаешься в  защите? – крикнул в спину с трудом  ковыляющий по утоптанному снегу  генерал. Он, похоже, намеренно отставал от своей молодой спутницы, меняя маршрут…

 Магда отмахнулась, будто это уже не имело никакого  значения.

 - Обычное женское вранье… Такую меня он не мог бы любить!  Ради него я прикинулась бы и овечкой.

***

     Наконец показалась сероватая, будто припорошенная дорожной пылью поляна.  До нее  оставалось метров пятьдесят.

 - Не стрелять!!! – охрипший крик генерала, долетевший откуда-то издалека, заставил девушку остановиться.

   Первый выстрел Магда не услышала.  Никто не слышит выстрела, если  он по вашу душу. Пуля вошла  в спину, под левую лопатку.  И следом   вторая -  в грудь. Ее пронзительный свист Магда   сумела различить. Боль была такой, что   не  вскрикнуть.

    Стреляли с пристрелянных позиций, с разных точек…

   Девушка рухнула на колени, но, успев опереться на руки, удержала тело на весу. Из ее спины с треском выстрелил золотой электрический разряд. Тонким трассером  он обозначил траекторию полета первой пули.

     Где-то далеко позади  вскрикнул мужчина. Из  ссыхающегося на глазах  тела стрелка вместе с золотой нитью безжалостно уходила жизнь, она вливалась  в рану Магды и «латала» разрыв нежной девичьей  плоти.

  Грудь девушки вздрогнула - второй разряд   молнией метнулся  до середины запорошенной  снегом поляны.  Он словно лазерная указка высветил поднявшегося во весь рост снайпера. Но даже с такого расстояния   белый балахон делал его фигуру слабо различимой.

   Как поручнями, поддерживаемая с разных сторон   трескучими золотыми нитями, Магда осторожно приподнялась с колен и отряхнула с сапог грязный снег. Боль ушла, раны затянулись -  нахлынула неудержимая  жажда мести…

   Пули разом засвистели со всех сторон. От  пронзительного звука заложило уши. К гулким одиночным выстрелам добавилась металлическая  долбежка автоматического оружия.

   Тело девушки, будто пробитый со всех сторон сосуд, выкинуло во все стороны   сотни тонких золотистых лучей - всё разом стихло.  «Сосуд» наполнился…

  И только один ствол не выпустил ни одной пули. Этот ствол принадлежал генералу.

    Золотой лучистый «еж» на двух стройных девичьих ножках в изорванной в клочья норковой шубе ждал, когда последняя его «иголка» - щупалец спрячется в теле. Как только стих последний стон,  исчез последний золотистый луч.

 - Генерал! – крикнула Магда так звонко, что, отразившись от деревьев, вернулось эхо. –  Это Никита рассчитывался за ваши и мою  жизни своею! Пришло время пожалеть о нем! Или уже некому жалеть? Но вы-то не дурак! Я уверена,  остались живы!

         ***

  Укрывшийся за одним из самых высоких лесных завалов,  «Седовласый» стоял над скрюченным телом  снайпера, стрелявшего первым в спину девушки. Стрелок,  беспрекословно выполнивший  приказ, умер естественной смертью. От мгновенно наступившей старости…

   Генерал снял фуражку и опустился на колени. Дрожащей рукой схватился за плечо сына. Старый солдат уже давно не умел плакать, его учили ненавидеть врагов и мстить им. Он  так же, как и всё погибшее подразделение,  выполнял задание. И провалил его…

  О том, что ожидало человечество, благодаря их ошибке, не хотелось даже думать. А служил  он Отечеству  верой и правдой…

 - Я здесь! –  собравшись с силами, крикнул генерал. -  Прошу тебя о последнем разговоре! Пожалуйста!

    Инопланетный противник оказался неуязвимым, но у него оставалась последняя слабость: сущность, поселившаяся в теле девушки, пока еще  зависела от её же чувств.

   Послышался хруст снега под легкими ногами. Генерал обернулся: девушка, запахнувшись в остатки от шубы, перебиралась к нему через охапки повсюду наваленных, посеченных пулями сучьев.

 - Значит, не обманул! Твой сын был среди них. Тем хуже для тебя!

  В голосе пришельца нет даже капли сочувствия.  И можно понять почему…

  Генерал с трудом поднялся с колен и кивнул себе под ноги.

 - Верни ему жизнь. И я дам тебе шанс остаться в живых. Знаю, что чисто по-человечески сам во всем виноват. Но теперь уже поздно виниться… Было бы смешно после всего мною сказанного и сделанного начинать просить у тебя прощения!

 - Дашь мне шанс? – Улыбка злобы искривила красивое лицо. – Лучше попроси пощады! Я еще не приняла решения о том, что с тобою самим делать.

  - Подумай! – упрямо повторил генерал. –  Сегодня, благодаря тебе, я многое понял.  Клянусь, что объявлю начальству о твоем уничтожении. И  сможешь жить, где угодно и как угодно. Правда, только не в нашей стране. Но это  ведь не проблема?

   Что-то такое было в голосе «Седовласого», из-за чего Магда почти поверила  его словам. Но поддаваться на шантаж…  Никита, наверняка, спас бы жизнь снайперу. Но она не Никита. И жив ли сам Никита?

   Магда в очередной раз повернулась к генералу спиной и побежала к старой мельнице.

***

     На  поляне, перед лесной речушкой, в том месте, где раньше стояла  мельница, зияла огромная черная воронка. Прямое попадание…

   Первый тонкий ледок, совсем недавно затянувший реку, весь покололо осколками.

  Пересилив страх, невидимыми путами сковывающий движения, Магда переместила свой взгляд за воронку, ближе к лесу, туда, где раньше среди густой травы в треугольном углублении прятался звездолет.

   На белой простыне поля, местами покрытого посеревшим от сажи  снегом, виднелась глубокая черная рана.

    Магда всхлипнула - попробовала взять себя в руки, но дыхание стало судорожными и прерывистым.  Слезы сами бежали по щекам. И она уже не знала, чему принадлежат эти слезы. Несчастью или безумной радости…

   Хотелось  проклинать ЕГО из-за  того, что он улетел и бросил её здесь одну,  и тут же зарыдать от счастья, что он жив… но обещал ей встречу через сто лет.

    Прошли томительные десять минут, пока  чувства хоть как-то уравновесились и   восстановилась способность мыслить. За спиною захрустел наст.

    Генерал с трудом брел по снегу, проваливаясь по колено в  сугробы.  Между врагами оставалось метров пять ровного поля.

 - Зачем пришел? – девушка даже не повернулась к старому человеку, она смотрела в голубое прозрачное небо.

 - Чтобы выполнить свое обещание! И сыграть с твоими покровителями в русскую рулетку.   Пусть принимают решение! Я,  кажется, понял, с кем имею дело! Пусть решают, кто из нас прав!

   В обеих руках  генерала поблескивали граненые  стволы пистолетов.

 - И что ты сделаешь?

    Магда плохо знала военных.  Многие из них воспитывались на принципах ей абсолютно непонятных. Никита когда-то с гордостью  рассказывал  о своих наставниках. Говорил, что среди них есть люди чести. Вспомнился лейтенант Шевцов. Одержать победу над таким, как он…

   Магда вздрогнула и резко обернулась. Может быть, она поторопилась с принятием решения!

   Генерал стоял в двух шагах. Его правая рука держала пистолет, почти упиравшийся ей в лоб.  Девушка  переместила взгляд со ствола пистолета на левую руку «Седовласого». В ней тоже поблескивало оружие. Только глядело оно в левый висок генерала.

  - Хочешь умереть?

 - Мне не привыкать… -  Ледяная  улыбка на лице старого человека заставила сердце Магды замереть. – Я это делаю для того, чтобы остальные жили спокойно. Жалею, что так поступил с Никитой! За ошибку готов расплатиться… Терять мне уже нечего! Хочу и СИДЯЩЕЕ внутри тебя забрать с собою.

   Магда успела взмахнуть ресницами – два пистолетных выстрела слились в один.

    Золотой электрический разряд вылетел изо лба  девушки и застыл на полпути к генералу, у которого уже нечего было забирать.  Бездыханное  тело «Седовласого» оседало на снег.

  Магда, захлебнувшись собственной кровью, упала на спину.  Электрические разряды плотным туманом окутали умирающее, агонизирующее  тело, но нечем было компенсировать катастрофическую  потерю жизненных сил.

   И где-то в глубине мироздания на краткое мгновение застыли в нерешительности извечные Противники.

   Раздался сухой звонкий щелчок – золотая нить связала отверстие во лбу и  серое кольцо на безымянном пальце.  Металл странного украшения пожелтел и расплавился.  Вновь  щелкнул разряд – кольцо исчезло. Навсегда.

  Грудь Магды совершила первых тяжелый вдох. Пришло время расплаты…

 ***

    Девушка поднялась со снега и огляделась вокруг. Она не узнала места, где оказалась, и не знала человека, лежащего у её ног.

   Не знала, что генерал смог победить и спас землян от жуткого будущего, а её саму -  от  страшного Покровителя,  терпеливо ожидавшего  прихода своего часа, когда в теле Магды  угаснет последнее человеческое  чувство, упорно сопротивлявшееся Ему.

   И на этот раз тот, КТО не имел ИМЕНИ, смог одержать победу над своим ВРАГОМ, отобрав у  него еще одну жертву.

    Девушка не знала ничего -  просто брела по полю и улыбалась желто-красному закату.   Высокие каблуки её черных сапог смешно проваливались в сугробы. Она  спотыкалась и падала в снег лицом.

    Простым смертным не так просто жить на белом свете!

   Какие-то сердобольные  люди из ближайшего поселка подобрали замерзшую  девушку, одиноко бредущую по старой заброшенной дороге. Они приехали сюда, чтобы узнать, что за ужасающий грохот длился часа три подряд в заброшенной лет двадцать назад деревушке. 

  Девушку обогрели, накормили и напоили горячим чаем. Но самочувствие спасенной почему-то становилось всё хуже.

    По странному стечению обстоятельств её отвезли в первую городскую больницу, в которой нашелся интерн, знающий имя новой пациентки. Он вел себя так, будто был в чем-то перед ней виноват. В его лице она нашла надежного помощника и покровителя.

    Девушка по имени Магда еще не знала, что вскоре врачи поставят ей страшный для всех землян диагноз -  рак.  И жить ей отмерят всего пару лет.

  Она не знала, за что именно расплатилась своим здоровьем.  Она не помнила парня по имени Никита  и  его предсказания.

   На  какое-то время ей даже стало легче жить, но без ПАМЯТИ о нём  в этой жизни  уже не было никакого смысла...

Продолжение - роман "Куб Пандоры"