Для того чтобы быть другом не обязательно быть собакой

NN

Ориентировавшись по своему чутью, с утра пораньше Антонио вынырнул из недр любимого Пекла. И оказался прямо перед носом удивленного донельзя охранника Миши, недремлющего стража строительной компании "ЖилСтрой-эндКо", директором которой являлся Александр Тюара. Антонио предпочел не обратить внимания на круглые глаза человека в форме, поправил пиджак и смело шагнул в стену. Стена не поддалась. Даже не спружинила. А вот Антонио, врезавшись лбом в кирпичную кладку, присел на пол и задумался. Ненадолго, пока глаза не перестали съезжать в кучку на переносице.

— Подозрительная стеночка какая-то… — пробормотал Антонио. Он потрогал обои пальцем, потом всей ладонью, даже понюхал их, но никаких признаков необычности не обнаружил.

— Эээйй, мужиик, — тихонько позвал беса Миша, — ты откудова взялся?

Антонио втянул голову в плечи. Его видят?! Какого…

— Ты меня видишь? — спросил он у человека. Тот несколько раз кивнул — еще как вижу!

— А почему?… — словно между прочим поинтересовался Антонио. — В детстве травмы были?

— Ногу ломал…

— Да нет! — отмахнулся бес, — Серьезные травмы. Головой бился?

— Нееет… Кажется…

— Тоесть ты не уверен? — Антонио победно усмехнулся. — Теперь можешь знать наверняка — ты бился головой в детстве! Кстати, а что со стенкой?

Охранник Миша, озадаченный и расстроенный, только вздохнул.

— Вы ее святили? — решил помочь Антонио.

— Да нет вроде…

— Тоже не уверен? Хотя ты же в детстве травмированный. Тебе можно… А какие стеночки вы еще святили? — бес принялся расхаживать по фойе, дотрагиваясь до различных предметов: — И это освячено, и это. И даже это. Какой вам батюшка попался трудолюбивый…

Когда Антонио обтрогал почти весь первый этаж, ему стало понятно, что дело — дрянь. В святого отца, который освятил даже мусор, он больше не верил. Охранник Миша по пятам преследовал неожиданного гостя. Каким-то образом, даже в состоянии легкого анабиоза, Миша не забывал о своих обязанностях. Да, он оставил свой пост, да, не успел открыть входную дверь для ранних сотрудников и уборщиц, но отпустить гулять по территории незнакомого типа охранник не смог.

— Слушай, человек, — не оборачивая головы сказал, наконец, Антонио. — Если ты все равно за мной ходишь, побудь хоть немного полезен. Где работает Дана Серафим?

— Здесь! — уверенно кивнул Миша.

— Ответ неподражаем… — съязвил бес. — А поточнее?

— Пятый этаж налево, крайняя дверь справа.

— ОК! Где лифт?

Миша не задумываясь ткнул пальцем.

— Спасибо! — "Первый день на работе, — в шутку подумал Антонио. — Надо быть вежливым".

Большое зеркало в лифте подтвердило нехорошие предчувствия молодого беса. Оно отражало! То есть показывало не легкий сизый туман, каким Антонио могли видеть некоторые шаманы, и не истинную сущность, как если бы зеркало было зачаровано. Нет! Отражение было вполне приемлемым для человека. Лицо, ноги, руки — все на месте. И все видно…

"Не будем паниковать раньше времени… — пробормотал Антонио. Двери лифта открылись. — А вот теперь можно паниковать…"

Прямо в лицо бесу устремился длинный тонкий клинок. Второй направлялся ниже и защекотал нервы похлеще первого. Сверкающие доспехи боевого ангела слепили глаза, а улыбка была просто белоснежной. И оч-чень характерной.

— Неужели Даниил? Собственной персоной спустился с облака и прямо мне на голову… — проворковал Антонио, пытаясь убрать стратегически важную точку с линии удара.

— Да, это я! — подтвердил ангел, неумолимо двигая второй клинок за мишенью. — А какого… ты здесь забыл?!

— Ангел, а так выражаешься! — сокрушенно покачал головой Антонио. — Кстати, у меня для тебя новость!

Даниил изогнул бровь.

— Нас здесь видят! Смотри! — Антонио ткнул пальцем куда-то за спину Даниила. Одного мгновения потери бдительности хватило для беса, чтобы изогнуться, нырнуть под клинок и уйти слева от противника. Отпрыгивая подальше, бес с разворота приложил кулаком Даниилу в глаз. Удар вышел смазанным, но весьма чувствительным. Пока Даниил не успел опомниться, бес изо всех ног припустился по коридору.

"Последний кабинет направо?… Значит, мне сюда!" — резко распахнув дверь и заскочив внутрь, Антонио прижался к ней, как к самому родному созданию. "Подпираю спиной человеческую дверь, в человеческом мире, в человеческом обличии…" — подумал он, и только потом обвел комнату взглядом.

***

Я открыла глаза от того, что кто-то громко хлопнул входной дверью. Солнце уже встало и залило золотом комнату. Я попыталась глубже утопить лицо в подушку, но она была угловатой и жесткой. "Бррр…" — подумалось мне, ощущение было такое, словно лицом подметали асфальт. Скосив один глаз вниз я прочла "Бухгалтерия для…" Все ясно! Я опять ночевала на работе. А Миша снова забыл проверить кабинеты и выпроводить меня домой.

Прикрывшись кирпичом знаний, я позволила себе широко зевнуть и только потом увидела мужчину у своих дверей.

— Доброе утро! — приветливо улыбнулась я ему, пытаясь одновременно убрать книгу и пригладить волосы. — Вы ко мне?

— Нет, — пропыхтел мужчина от двери, — просто мимо пробегал! Где ключ?

— От чего ключ?

— От двери, конечно!

Я задумалась. Если мужчина интересуется ключами, наверное, это наш новый охранник. Миша говорил, что они ищут человека в отдел. Что он пытается сделать с дверью оставалось загадкой, но если ему так нужны ключи…

— Вот, пожалуйста! — протянула я ему свой.

— Спасибо, дорогая! — улыбнулся мужчина и быстро провернул ключ в замке.

— Вы только что заперли дверь, — констатировала я.

— Знаю, — спокойно ответил он, одергивая пиджак. — Но иначе нам не дадут поговорить.

— И так тоже не дам! — сквозь дверь вплыл серафим с обнаженными клинками. — Мы не закончили!

Я переводила взгляд с одного на другого. Человек был искренне удивлен (я бы даже сказала — возмущен) тем фактом, что дверь пропустила ангела внутрь. Мне показалось целесообразным вмешаться:

— Пожалуйста, не нервничайте, — подбежав к мужчине я тихонько потянула на себя рукав его пиджака. — Это не призрак, не фантом и не умертвие. — Мужчина поднял на меня круглые глаза. — Это обычный ангел, который сейчас уйдет! — злобно покосившись на представителя своего вида, я аккуратно попыталась перетащить человека себе за спину.

— Э… позвольте!.. — начал было серафим, но его перебил искренний хохот человека:

— Понял, красавчик? — поднял он в воздух указательный палец. — Ты здесь не нужен!

— Сейчас посмотрим, кто здесь больше нужен! — оскалился ангел и сделал резкий выпад вперед. Клинок прошел совсем близко, но не успел зацепить человека. Схватив за плечо своего неожиданного подопечного, я резко потянула на себя. Видимо не ожидая от меня подобной прыти, человек потерял равновесие, взмахнул свободной рукой и упал на колено. Второй клинок ангела просвистел прямо над макушкой несчастного смертного, но и здесь я успела вовремя! Всем телом повиснув на шее жертвы серафима, я буквально впечатала ее носом в пол. Третий выпад мне удалось предугадать, и я загнала человека под стол удачным пинком еще до того, как ангел успел прицелиться.

— А можно ты не будешь мне помогать?… — откуда-то снизу раздался жалобный стон. Я удивленно покосилась на голос и замерла, пораженная. Сжавшись в компактный комочек, мой гость прислонился к ножке стола, и выглядел, прямо скажем, немного затравлено. А с другой стороны корчился от смеха серафим.

— Ну что же ты… — я присела перед столом, периодически оборачиваясь на странного ангела. — Я же защищаю тебя!

— От кого? — чуть не плача спросил человек. Я подарила ему самую ласковую из своих улыбок:

— От него, конечно! — серафим за моей спиной захохотал еще громче.

— А от тебя меня кто защитит? — обиженно пролепетал неразумный человек. "Как ребенок, честное слово…", — подумала я.

— Ну зачем тебе от меня охрана? Я тебя не обижу. Вот он, — я снова зыркнула назад, — как оказалось, может. А я — никогда.

— Я с ним почти четыреста лет знаком, а он мне даже прическу ни разу не испортил. А тебя я вообще не знаю, но ты уже успела вывихнуть мне плечо, разбить нос, а про то, как я попал под стол лучше умолчать.

— Да что ты… — снова начала я свои увещания, но вдруг смысл сказанного завершил свой длинный путь от уха в мозг и основательно встряхнул меня изнутри. Сколько-сколько лет они знакомы?.. Я лихорадочно стала перебирать в уме свои познания в анатомии человека. Может я и пропустила чего на занятиях, но я почти полностью уверена, что люди столько не живут.

— А он не человек, — подошел ко мне серафим. Последнюю мысль, как оказалось, я высказала вслух. — Он самый настоящий бес. Зовут Антонио. Давненько я его на земле не видел… Эй, бес! — ангел заглянул под стол. — Ты чего здесь делаешь? Да ладно тебе, вылезай! Она тебя не тронет.

— Тебе бы только поржать… — кряхтя и постанывая, Антонио осторожно высунул голову из-под стола с противоположной от нас стороны. — Знаешь, как больно?

— Могу только догадываться. И это она тебе помочь пыталась. Представляешь, что будет, когда тебя захотят изгнать?

Бес передернул плечами и шепотом пробормотал:

— Страшная женщина…

Мужчины в унисон вздохнули. Я тихо закипала, но пока не решалась вступать в диалог.

— Ладно, — махнул рукой серафим. — Ближе к теме. Антонио, ты не ответил — какого тебя занесло на землю?

— Я по делу, — насуплено ответил бес.

— А поточнее?

— А поточнее — иди в…!

Серафим сдвинул брови:

— Я смотрю, пинок под зад просто необходим, как стимул к душевной беседе…

— Ну, попробуй! — бес поднялся во весь рост и поднял руки, готовый отчаянно защищать свой тыл.

— Я? Зачем? — искренне удивился ангел и бросил очень выразительный взгляд в мою сторону. Антонио побледнел. Я тоже, но от злости.

Наверное, боевые ангелы каким-то восемнадцатым чувством улавливают надвигающиеся катастрофы, потому что Даниил одним прыжком перемахнул через стол. Мой пинок, обещанный Антонио, но адресованный ангелу, ушел "в молоко". Теперь из-за стола на меня с подозрением смотрели уже две пары глаз.

— Ты вообще уверен, что она — ангел? — локоть Антонио опустился на ручку моего кресла, надеясь незаметно занять это стратегически важное и удобное место.

— Уже нет, — серафим покосился на беса и повторил его маневр. — Но очень похожа…

— Да кто вы оба такие, в конце-концов? — не выдержала я. Мужчины резко отскочили от кресла и встали передо мной, готовые к внезапному нападению. Я скрестила руки на груди и притоптывала от нетерпения.

— Меня зовут Даниил, — ангел вытянул руку вперед в известном приветствии нашей расы. — Я здесь, чтобы тебе помогать. Так что бить меня не нужно. Я, в принципе, хороший.

— А я, как ты знаешь, Антонио, — бес повторил движение ангела, хотя к нему оно не имело никакого отношения. — Вообще-то меня послали тебе мешать. Но бить меня тоже не надо. Потому что я тоже хороший.

На вопросительно-недоверчивый взгляд Даниила, бес быстро добавил:

— В каждом можно найти положительные черты! Вам ли этого не знать, ангелы?…

Я буравила взглядом по очереди обоих и не знала, что думать. Тоже мне, помощник и вредитель… Зачем мне дополнительные проблемы? К тому же демон, судя по всему, не может скрываться в Теневых Материях. Хм… В принципе, если мы привязаны к одному человеку, тогда все ясно. Закон объективного равновесия я выучила еще на втором курсе. Один только нюанс: равнение идет по мне. А значит, бес у Александра появился после ангела. То есть, Василис был прав. Не будь меня рядом, никто бы не посылал на Землю Антонио и жил бы мой подопечный, как и раньше, свободно и без забот. Я только одного не понимала — заклятие Истинного Хранителя должно было избавлять от проблем, а не создавать их. Оно должно было давать защиту, а вместо этого привязало меня к человеку и сделало его мишенью. Либо я чего-то не знаю, либо древние обладали исключительным чувством юмора. Немного злобным, но воистину оригинальным…

— У меня есть предложение, — жизнерадостно заявил бес. Мы с Даниилом синхронно изогнули бровь. — Предлагаю с недельку осмотреться… И пока ваши брови не выползли за пределы ваших лиц, уточняю — не нападать! Одну неделю.

— А если не врать? — Даниил в упор посмотрел Антонио в глаза.

— Если не врать, тогда три дня, — честные глаза беса гарантировали нам ровно сутки стопроцентной безопасности и еще одни, если ему будет лень. На третьи бес начнет отрабатывать свой гонорар во что бы то ни стало. Но ни я, ни Даниил даже не шелохнулись. Уличать беса во лжи… Неблагодарное и невыполнимое задание.

***

Не очень темным весенним вечером, когда солнце еще только-только село за горизонт, Татьяна Тюара спешила домой по своему обычному маршруту. Нельзя сказать, что она сильно любила рисковать, но желание оказаться дома как можно раньше вело ее через старый заросший парк, между покинутыми домами по пустырям… Да что там! Она прошла бы и по кладбищу в полнолуние, если бы это сохранило ей пятнадцать минут. Чему удивляюсь в людях, так это их полному неумению, а главное — нежеланию правильно реагировать на опасность. Вот, к примеру, летит вам в лицо кирпич. Зачем останавливаться и внимательно наблюдать за траекторией его полета? Что вы там увидите? Не лучше ли сделать шаг в сторону и не тратиться потом на собственные похороны? А идя по тихому безлюдному пустырю вдруг услышать неожиданное шипение из-под земли? Зачем говорить себе, что это бред твоего воображение и специально идти медленнее? Дабы убедиться в собственной смелости? Что ж, Татьяна Тюара оказалась удивительно смелой женщиной. Оборотень даже немного опешил, когда его так некультурно игнорировали первые несколько минут. Жаль, что в отличие от человека, нечисть умеет правильно расставлять акценты.

Татьяна очнулась, когда луна поднялась уже довольно высоко и первая мысль, пришедшая в голову женщине, была мыслью о любимом мужчине. "Интересно, — подумала Татьяна, — Саша сообразил приготовить себе ужин сам, или умер от голода?…" Улыбнувшись, она поднялась на ноги, поправила прическу, отыскала отброшенную в сторону сумку и спокойно пошла дальше по пустырю. Еще никогда Татьяна не ощущала себя так хорошо после обморока. Ей хотелось летать и смеяться, она была бесстрашна и абсолютно счастлива. Обескураженный оборотень сидел в кустах неподалеку и с тоской провожал взглядом свою жертву. Ночь вступила в свои права и принесла ему одни неприятности… Обидно…

***

"Я не сплю, я просто медленно моргаю…" — тягуче проплыла в голове мысль, и я перевернулась на правый бок. На нем мне всегда думается хуже, а значит — лучше спиться. Последнее время, сон от меня стал ускользать. Возможно, потому что в соседней квартире поселился Антонио, который на поверку оказался очень жизнерадостным бесом. В том плане, что теперь из-за стены первые полночи доносились смех и музыка, а вторые полночи — ругань хозяев квартиры с другими, не менее бодрыми соседями. А может, виной всему был неугомонный Даниил, который ночевал в кресле под окошком в моей комнате. Он каждый вечер желал мне хорошо отдохнуть и обещал беречь мой сон. В результате, я получала комментирующего хранителя, который периодически перекрикивался с Антонио через стену.

И так продолжалось уже неделю. Я все больше походила на воскресшее умертвие, с темными кругами под глазами, упавшими уголками губ и забастовкой мозгов в голове. Нет, как ангел я все еще не нуждалась во сне. Но, прожив больше месяца среди людей, я научилась ценить ночной покой. И я действительно уставала от еженощной перебранки, а попытки уснуть выматывали сильнее, чем целый день бодрствования. Я — ангел, мне положено смиренно относиться к тягостям жизни, но как сказал однажды Василис — ангелы терпимы не бесконечно.

За стеной послышался шум воды и надрывное пение. Я села в кровати:

— Половина второго?

— Мг, — Даниил даже не оторвался от книги.

— По нему можно часы сверять… — простонала я. Пение за стеной становилось все громче. — Ему кто-нибудь говорил, насколько он немузыкален? — я скривилась на очередной сорвавшейся ноте.

— Не обращай внимания, — посоветовал мне Даниил, философски вздохнув. — Может, он мечтает выступать в хоре и так тренируется?

— Его не возьмут в хор, даже если руководитель и все музыканты будут глухие. Хотя почему будут? После его пения точно оглохнут! — мне хотелось сказать что-то еще, но вдруг по спине прошел озноб.

— Что случилось? — встревоженный Даниил опустил ладонь мне на голову.

— Не поняла… Такое мгновенное чувство опасности… А потом все прошло.

Вода за стеной литься перестала и пение стихло. Мы с Даниилом переглянулись:

— До окончания концерта еще пятнадцать минут… — посчитала я. — Что с ним могло случиться?

Поугадывать нам не дали, поскольку буквально через мгновение кто-то громко застучал в дверь.

— Я открою, а ты усыпи старушку! — Даниил бросил мне халат и побежал к дверям. — Звонок есть! — рявкнул он, впуская Антонио. Я только зубами скрипнула — успокоенная бабушка недовольно засопела, но моими стараниями не проснулась.

— Уже нет! — бес кивнул в сторону комнаты моего арендодателя. — Она все вывинтила. Даже не представляю, почему, а главное — как. Бабуля-то — Божий одуванчик! А со звонком на раз-два справилась. Ножницами!

— Нечего было в полчетвертого утра за солью приходить! Кстати, ты сейчас здесь что забыл? Опять водку не с чем пить?

— Во-первых, тэкилу. Во-вторых, мне проверить кое-что нужно. ДЕЛАЙЛА!!! Ты здесь?!

Небо, ну где я еще могу быть?! Как мельница махая руками над головой старушки я скороговоркой повторяла про себя мантру: "Не убей, не убей… ой! Не проснись, не проснись…"

— Заткнись, придурок! — громоподобный шепот и звонкий подзатыльник Даниила заставил зарычать как беса, так и меня. "Это безнадежно!" — подумала я, схватила кусок ваты, которую всегда можно найти на прикроватной тумбочке пожилого человека, и засунула бабуле в уши. Потом подумала, покосилась на дверь и поверх самодельных берушей наложила свое Слово. Да, там где не обойтись гипнозом, придут на помощь обычные ватные тампоны.

Оставив старушку досматривать сны, я тихонько прикрыла дверь в ее комнату и поспешила выяснять причины ночного визита.

— Антонио, что случилось? — с тревогой заглянула я в глаза бесу.

— Да так…, - решил пошутить он. — За солью зашел.

Даниил крякнул, я приложила палец к губам:

— Полдома уже разбудили… Закройте дверь и идите за мной, — мужчины переглянулись, пожали плечами и отправились в мою комнату, аккуратно подняв и переставив меня к стеночке. Чтобы проход не загораживала. Я стиснула зубы, еще раз помянув неласковым словом свое ангельское воспитание. Потом закрыла за мужчинами входную дверь, клацнула цепочкой и отправилась к себе.

На кровати, положив руки за голову, лежал бес. Даниил сидел в своем любимом кресле с таким выражением лица, будто под ним был, по меньшей мере, золоченый трон. Я осмотрелась — больше в комнате сидений не было. Подойдя к кровати и старательно не замечая любопытных взглядов, я постаралась максимально комфортно уместиться на свободной от беса территории. Даниил немного понаблюдал за моими действиями:

— Удобно? — наконец, спросил он.

— Не очень, — я вообще старалась поменьше врать. Тем более, когда все и так очевидно. Тяжело вздохнув, ангел оторвался от кресла и жестом предложил мне его занять. Я улыбнулась и поспешила переместиться. Даниил проводил меня печальным взглядом и пошел к кровати:

— Туловище подвинь! — буркнул он Антонио.

— Постоишь, — даже не пошевелился бес. Даниил пожал плечами и спокойно уселся прямо на вытянутые ноги. Бес побурел, я улыбнулась:

— Удобно?

— Терпимо, — вернул мне улыбку Даниил. Резко выдернув из-под ангела свои пострадавшие конечности, Антонио фыркнул и сел.

— А скажи-ка, Дана, — начал он. — Не случалось ли с тобой в последнее время чего странного?

— Случалось, — хлопнула я ресницами. — Уже месяц среди людей живу, спать по ночам хочется, на беса и ангела любуюсь, которые рядышком на кровати сидят. Что может быть еще более странным?

Антонио поднял на меня тяжелый взгляд:

— Может, прекратишь притворяться дурой?

— Нет, не прекращу, — спокойно ответила я. — Извини, но помогать тебе я не буду.

Долгое мгновение Антонио провел в раздумьях, потом тяжело вздохнул:

— Ну, хорошо. Давай разберемся. Во-первых, я только что ощутил волну опасности, которая приближается к нашему человеку. Опасности вполне реальной, а значит — смертельной. И никакого отношения ко мне не имеющей. Чтобы ты не испытывала ненужных опасений, я тебе кое что объясню. В моих интересах добиться того, чтобы этот человек, Александр Тюара, жил долго и, желательно, без лишних стрессов. Потому что если сейчас по каким-либо причинам его жизнь прервется, он попадет прямиком к Райским воротам. Да и ты тоже. А значит, его смерть никак не может быть мне полезна. Так вот, я хочу спросить еще раз — ты ощущала или не ощущала чего-то странного, что могло бы отнестись к нашему человеку?

Я подумала, взвесила все "за" и "против", и кивнула. Бес говорил правду. Жизнь Александр, — не предмет охоты для таких как Антонио. Его душа — да. На сегодняшний день человек совершил слишком мало зла, чтобы убивать его ради души. А это значит, что какое-то время мы с бесом можем рассчитывать на взаимную помощь. В некоторых вопросах… Так сказать, "дружить против общих врагов".

— Понятно… — Антонио прикрыл глаза. — Что будем делать?

— Не думаю, что вваливаться среди ночи к нашему начальнику будет разумной идеей… — покачала я головой. С недавних пор отдел охраны "ЖилСтрой-эндКо" все-таки пополнился. Антонио предпочел спокойную и непыльную должность, без необходимости в обозримом будущем заниматься собственным образованием. Бесы вообще не признают самосовершенствования. Зачем? Идеальный камень не требует огранки. Даже если это идеально правильный кирпич.

— Согласен с тобой. Будучи человеком, я стараюсь проникнуться человеческими ценностями.

— Ценности? В смысле — здоровый сон? — подозрительно уточнил Даниил. Бес хмыкнул:

— Ценности в смысле — зарплата и премиальные!

***

Ночью на улице было темно и безлюдно. С одной стороны от меня скользил Даниил, с другой — бесшумной тенью шагал Антонио. А между ними стучала каблучками я. Каждый шаг отдавал набатом в тишине, и сотоварищи поминутно награждали меня косыми взглядами. Если бы идти нужно было чуть дальше, они вдвоем выработали бы во мне стойкий комплекс неполноценности:

— Я не виновата! — наконец не выдержала я. — Все человеческие женщины так ходят. У меня просто нет другой обуви.

— Ты могла бы идти босиком!

— Но еще почти зима! — я повернулась к ангелу в поисках поддержки, и на этот раз он меня не обманул:

— Нечего причитать, Антонио. Мне приказано не спускать с нее глаз и всячески беречь. Насколько я знаю анатомию человека, сняв обувь зимой, она может простудиться. Если хочешь, чтобы не было лишних звуков — тащи ее на себе.

Антонио окинул меня внимательным взглядом, и ехидно процедил:

— Спасибо. Меня уже все устраивает.

Кажется, у меня задергался правый глаз, но прежде чем я успела что-то сказать, мы были на месте.

— Ну, я в путь, — сам себе сказал Даниил и исчез в Теневых Материях.

— Вот! — Антонио ткнул пальцем в то место, где только что стоял ангел. — Какого демона ты так не можешь?! — Из ниоткуда появилась рука и отвесила бесу звонкую оплеуху:

— Не матерись при даме! Еще научишь плохому. А мне потом перед начальством отчитываться.

— Как это? — переспросила я.

— Как-как… — Даниил прискорбно вздохнул. — По акту приема-передачи… Не приведи Небо на тебе лишнюю царапину отыщут. Или какое другое отклонение от нормы…

— И что тогда? — Антонио вложил в эту фразу столько чувства, что я самым живым образом представила Даниила на костре.

Из той же пустоты образовалась вторая рука, и они смешно разъехались в стороны:

— Поврежденный товар обмену и возврату не подлежит!