Население лагеря после фееричного выступления Прокурора еще с пол часа восторженно обсуждало грядущее светлое будущее, но вскоре люди наговорились и разошлись по койкам — за исключением патрульных, само собой. Я же решил по своему обыкновению поэкспериментировать, не собирая свою гвардию для выдачи инструкций, а использовав вместо этого прогрессирующие способности Хозяина. Я уже довольно легко мог различить своих Миньонов между собой по их Ауре, и сейчас собирался передать им свои мысли по поводу предстоящих событий — не столько для пользы дела, сколько для тренировки пробуждающихся навыков. Так что я уселся в опустевшей столовой за одним из столов, и сосредоточился на связи, что объединяла меня и моих подчиненных. Расстояние не играло никакой роли — я был уверен, что при правильном использовании смогу передать мысленную команду хоть на другой материк. Главное — концентрация и контроль.

Первым делом я потянулся к Камню Душ — в предстоящем эксперименте ему была уготована роль сопроцессора: самостоятельно я не смогу поддерживать должный уровень контроля, но с его помощью…

Усевшись поудобнее, я закрыл глаза, и попытался очистить разум. Через минуту ушли переживания последних дней, и я смог отрешиться от посторонних эмоций. Через две я погрузился в себя так глубоко, что потерял ощущение пространства и времени, даже собственная энергетика превратилась всего лишь в воспоминание… Пора!

Сформировав в голове необходимый образ, я очистил его от посторонней шелухи, вроде ассоциативных связей и личных пристрастий, и протянул от него тонкую ниточку-контакт к следующему образу…и снова…и снова… Нечто схожее я испытывал, когда формировал заклятья, но там все было намного сложнее и проще одновременно. Сложность заключалась в необходимости использования демонических понятий, недоступных для человеческого понимания, а простота объяснялась тем, что я всего лишь повторял последовательность действий за Демоном, не понимая сути процесса. Сейчас же я плел эту вязь самостоятельно, от начала и до конца.

Первым в очереди был Матвеич: и дело не только в личной преданности или силе его Ауры — просто ему предстояло принять самый простой информационный пакет: фактически, я собирался передать ему всю ту информацию, что была доступна мне. О демонической энергии, о принципах ее функционирования, о таких понятиях, как Хозяин и Миньон, о сумасшествии Прокурора и моих мыслях относительно текущей ситуации. Формирование «файла» заняло у меня порядка получаса, а отправка — пару секунд. Ну и ну! Зато теперь я практически уверен — когда ветеран проснется, он будет знать все то, что я ему передал. Не уверен, что смог бы уложиться в такое же время, действуя по-старинке — словами.

Очнувшись после первого эксперимента, я прислушался к происходящему вокруг: люди отдыхали, в немалой степени из-за приказа «Спать», витающего в воздухе. Дежурные, которых это указание не касалось, следили за обстановкой по другую сторону стены воинской части, готовые предупредить о возможной надвигающейся угрозе.

Энергетика Прокурора вышла далеко за пределы лагеря, и я снова невольно позавидовал ее колоссальным объемам.

Следующим, а именно Царю, Николаю и Квасу, я собирался не просто подкинуть свежей информации, но и установить в их сознании кое-какие закладки, такие, как лояльность своему Офицеру, и уважение меня как лидера. Я уже понял, что если они будут продолжать видеть во мне зеленого юнца, то далеко мы не уедем. Из-за отсутствия авторитета слишком много времени приходится тратить на ненужные оправдания.

Я снова вошел в транс, и принялся за формирование очередного информационного пакета…

Я почти закончил, когда меня выдернули из подсознания: вынырнув в реальный мир, я открыл глаза и увидел перед собой взволнованного Андрея.

— Андрей? В чем дело? Ты оторвал меня от важного дела, между прочим… — я постарался собрать разбегающиеся мысли в кучу.

— Он догадался! Он видел, как я пошел за тобой, и знает, о чем мы говорили!

Я замахал рукой:

— Воу-воу, погоди! Дай мне прийти в себя! О чем вообще речь?

Нервно сжимающий кулаки мужчина, севший напротив меня, досадливо цыкнул, и предпринял вторую попытку объяснить свое неожиданное появление:

— Босс все знает. Он знает, о чем мы говорили, и знает, чего мы хотим! Это не я подошел к нему с предложением о встрече — он сам подошел и предложил ее! Он на шаг впереди!

Я, наконец, окончательно пришел в себя, и задумчиво уставился на напряженного собеседника:

— Ну и чего ты кипишь поднимаешь? Прокурор видел, как ты ушел вместе со мной — это понятный факт. Понять, что мы там не о растущей безработице беседы вели, он вполне в состоянии. Так же, как и понять истинную тему разговора. Тем более, учитывая твою свободу от его влияния, как Хозяина.

— Хозяина? — Андрей задумался, но я не дал ему времени на обдумывание:

— Не отвлекайся — рассказывай, что там произошло?

Офицер кивнул:

— Когда люди разошлись, я подошел к нему с твоим предложением о встрече, но и слова сказать не успел: он сам начал этот диалог. Я там как дурак стоял, и только открывал рот — он сам все за меня говорил! — Андрей требовательно посмотрел на меня.

Вздохнув, я предположил:

— Ну и чего ты так всполошился? Мы же добивались именно этого: встречи.

— Но он все знает!

Я махнул рукой:

— Да успокойся ты, не знает он ничего! Только догадывается! Подслушать наш с тобой разговор он не мог, значит догадался. А потом просто читал твои мысли, и рассказывал их тебе же, вот ты и подумал, что он на шаг впереди…

Собеседник нахмурился:

— А разве одно не значит другое? Если он может читать мои мысли, значит он на шаг впереди!

— Нет, не значит…да и мысли твои он не читал, я уверен в этом на 99 процентов… Просто я не так выразился: скорее, он читал твои эмоции, и, опираясь на них, строил свои предположения. Интуиция его не подвела — он угадал… — я забарабанил пальцами по столу, задумавшись:

— Значит, он согласился? Когда и где?

Андрей выдержал небольшую паузу, акцентируя внимание:

— Он сказал, в любое время, в любом месте.

Я удивленно поднял брови:

— Ему что, уже и спать нет необходимости? Тогда…не будем откладывать в долгий ящик! — я хлопнул в ладоши, не без удовольствия наблюдая, как вытягивается лицо Андрея, — сейчас же и пойдем! Уверен, Прокурор возьмет с собой Петра, своего второго апостола, так что все заинтересованные лица будут в деле. Своих бойцов я будить не буду — нечего им там делать…

Собеседник привстал со стула:

— Что, прямо сейчас идем?

Я довольно кивнул:

— Ну конечно! А чего тянуть? Так что… — я на мгновение задумался, — давай через пол часа у «Оленя». Пригласи Прокурора, а я покамест отправлюсь на место встречи. И это…не надо так нервничать — у тебя же на лице все написано, и мыслей читать не нужно.

Андрей смутился:

— Я постараюсь. Значит, в парке?

Я кивнул:

— Ага. Я буду ждать там через пол часа.

Мужчина встал из-за стола, и направился в админкорпус, где Прокурор, я уверен, с нетерпением ожидал его повторного визита. Он не идиот, так что даже учитывая влияние сердца демона, вполне в состоянии мыслить адекватно — о чем говорит хотя бы факт «прочтения» им намерений Андрея. Он понимает, что я вряд ли позволю ему хозяйничать тут, и попытается как-то изменить расстановку сил. Либо он попытается меня прикончить, либо…либо… — я задумался, уставившись на звездное небо: а какие у нас есть альтернативы? Отпустить меня? Вместе с моими Миньонами? Не думаю, что он согласится на это… Но поговорить в любом случае стоит. При этом нужно не забывать о том, что он, скорее всего, владеет парочкой заклятий — если не больше.

Вот черт — дрался с Демонами, теперь настал черед людей… Однако оставлять все, как есть — будет большой ошибкой, в этом я был убежден. Нужно действовать жестче.

В раздумьях я подошел к границе лагеря, и задрал голову, оценивая высоту стены, по верху которой была натянута колючая проволока: метра три-три с половиной.

Я подтянул ремень на штанах, несколько раз качнулся с пятки на носок, и одним прыжком перемахнул через препятствие, оставшись незамеченным для патрульных.

До парка было совсем немного, особенно учитывая тот факт, что я не собирался останавливаться для осмотра достопримечательностей. Проносясь по темным улицам, я не ощущал ни одной живой души вокруг, хотя зона покрытия моей Ауры выросла вдвое по сравнению с прошлым — люди или погибли, или покинули город, скрываясь от ужасов Вторжения за его пределами.

Через десять минут я был на месте: парк недалеко от театра, в котором я впервые столкнулся с человеческой алчностью, помноженной на демоничеркую жажду власти, воплощенную в человеке, которого я обозвал Кукловодом. Тут я впервые был серьезно ранен…ностальгия. Это же случилось буквально несколько дней назад, а уже столько всего случилось! С ума сойти…

Я решил зайти в театр, но у самого входа резко остановился — порыв ветра донес до меня приторно-сладкий запах гниения, исходящий изнутри: черт, а ведь никто не озаботился убрать тела погибших там людей! Если улицы отряды разведки старались хоть как-то очистить от жертв демонов, то тут…

Сглотнув вязкий комок в горле, я развернулся, и побрел назад, к памятнику оленю…

Сколько же людей погибло с начала Вторжения? Тысячи… Десятки тысяч ни в чем не повинных обывателей стали жертвами вируса, а ведь это только те жертвы, которые подверглись энергетическому воздействию. А ведь есть еще Демоны с их прихвостнями-мутантами, и идиоты, вроде того же Прокурора, ведущие тех, кто смог каким-то чудом остаться в живых, в пропасть. Я ощутил себя последней сволочью, ибо, чего уж скрывать-то — я наслаждался той силой, что приобрел вместе с вирусом. Я понимал, что это неправильно, но иначе думать не получалось. Я и раньше был таким? Или я стал таким?

На фоне разрухи, захватившей мой родной город, я выглядел эдаким баловнем судьбы: незаслуженно получивший силу, озабоченный лишь ее увеличением… Сотни людей, за которых я несу ответственность? Ну конечно: люди, которых я хочу защитить и в которых нуждаюсь, уже являются моими Миньонами, а прочие…я даже их лиц не вспомню, не то что имен. Это во мне говорит эгоизм, заботливо оберегаемый вирусом. Хотя…я заключил сам с тобой договор, согласно которому обязан защищать их всех — хочется мне этого или нет.

Но несмотря ни на что, я хочу остаться человеком, со всеми его слабостями: способностью сострадать, переживать чувство вины, сомневаться в своих решениях… Эта борьба с самим собой здорово изматывает, заставляя гнаться за двумя зайцами одновременно: стремиться к большей силе, оставаясь человеком.

Я устало опустился на скамью у памятника безымянному оленю, и посмотрел в его грустные бронзовые глаза:

— Что смотришь, мой металлический друг? Не веришь в меня? Был бы ты живым, я бы заставил тебя поверить, хех! — я усмехнулся, но тут же подобрался: резко изменившийся энергетический фон сказал лучше любых слов — он идет.

Прикрыв глаза я ощущал, как знакомая Аура накатывает на парк, будто приливной волной затапливая все новые и новые пространства перед собой. Поборов внутреннюю дрожь, я встал и развернулся:

— Рад видеть… — опа! Он привел с собой Майора, а я этого даже не почувствовал! Энергетика колобка просто терялась на его фоне!

Преодолев секундную заминку, я закончил:

— …видеть всех присутствующих тут. Прокурор, Майор… — я кивнул вышедшим из-за их спин Андрею и Петру.

Мой визави широко улыбнулся, продемонстрировав довольно длинные клыки, отросшие, видимо, за минувшие неспокойные сутки:

— Мой юный друг, полагаю, ты пригласил меня сюда не для того, чтобы любоваться луной? Назови ту причину, по которой мы все здесь находимся?

Я с готовностью кивнул:

— Что ж, тогда позвольте мне начать. Я пригласил сюда вас всех с целью корректировки дальнейшей жизни и развития нашего общего дома — воинской части, и вынужден начать, уж простите, с претензий. Мне не совсем понятна ваша роль, как смотрителя, уважаемый Леонид Сергеевич. Мне казалось, что главная задача Офицера, занимающего такой ответственный пост — это сохранение трезвого рассудка у…ммм…Миньонов, — я плюнул на конспирацию — здесь все свои, так что нет смысла в тонких намеках и изящных аналогиях.

— Но то, что произошло сегодня вечером… Объяснитесь, будьте добры.

За внешним спокойствием я старался скрыть раздражение тем фактом, что из-за чрезмерного давления Ауры Прокурора я не имел возможности незаметно отследить реакцию его Миньонов на свои слова. А ориентироваться по одним только внешним признакам…

Майор держался напряженно, но судя по его постоянным озираниям, связано это было скорее с возможностью нападения на нас демонов, чем на назревающий конфликт между нами. Петр смотрел на меня прямо, собранный и сосредоточенный, готовый в любой момент выполнить приказ своего Хозяина. Андрей же встал несколько в стороне, дистанцируясь от этой группировки, и я ощутил, как по его Ауре, едва заметной из-за доминирующего давления Прокурора, пробегают странные, едва заметные волны. Как любопытно! Неужели он готовит какую-то магию?

Мой клыкастый оппонент, не прекращая улыбаться, покачал головой:

— Я-то думал, у тебя на самом деле серьезная тема для диалога, а тут… — он взмахнул рукой и осмотрелся, — Денис, ты не хуже меня видишь, как стремительно меняется мир. Если мы хотим выжить, и помочь всем остальным — то нам просто необходимо изменяться вместе с ним. Стоит нам хоть немного притормозить, проявляя избыточную осторожность — и мы останемся на обочине истории. Это я тебе говорю на правах более опытного, старшего товарища.

Я демонстративно усмехнулся:

— А кто сказал, что я предлагаю останавливаться? Я не против движения вперед. Но я против зомбирования людей той философией, что ты пропагандируешь. Не стоит выставлять себя Мессией, а своих Миньонов — апостолами!

После моих слов улыбка пропала с лица Прокурора, и я уловил злобу в его вскользь брошенном на меня взгляде — но лишь на мгновение. Через секунду он натянул прежнюю улыбку на свое лицо, и покаянно развел руки в стороны:

— Все-все, ты меня подловил! Я действительно немного переусердствовал…но я делаю это для блага людей! — он посерьезнел, и поднял указательный палец вверх:

— Денис, давай я тебе кое-что объясню: чем сильнее связь между Офицером и его подчиненными, тем легче ему защищать их. Это простая и доступная для понимания абсолютно любому человеку пропорция! Поэтому… — закончить я ему не дал.

Окружающие меня люди уже начали привыкать к тому, что мои слова — не пустое сотрясение воздуха, но Прокурор пока что считал иначе, даже несмотря на то, что был таким же Офицером, как и я. Поэтому я добавил металла в голосе, обрезая его самоуверенный спич:

— Я знаю все это. Не стоит меня недооценивать, Прокурор. Я взял на себя обязательства по защите их жизней еще до того, как вы втроем тут нарисовались, и выполнял их так хорошо, насколько мог, не ломая при этом психику доверившихся мне людей, и не впаривая им сказку про зеленого слоника! А с вашим, Прокурор, появлением, у них резко подскочило желание бить поклоны и читать молитвы, надеясь на чудо — причем вполне конкретному человеку! — я выразительно поднял бровь, — Чем не простая и доступная для понимания любому человеку пропорция?! И уж мне-то не надо заливать о крепкой связи между Офицером и Миньоном! Судя по тому, что я вижу, ваша цель — подчинение как можно большего количества людей на максимально возможном уровне, и к защите это не имеет никакого отношения! Прошу — не надо лицемерить и отрицать очевидного! — признаю, меня немного занесло, но я нашел в себе силы остановиться, и замолчал, с вызовом глядя на хмурого Офицера.

Несмотря на его внешне спокойный вид, энергетика вокруг нас буквально вскипела — крепко же я задел его своими словами!

Напитав тело энергией, я подготовился к жесткому варианту развития событий — судя по тем эмоциям, что испускал Прокурор, именно к этому варианту все и идет.

Прокурор пожевал губами, не скрывая откровенного, даже демонстративного презрения в своем взгляде, и обернулся к Андрею:

— Андрей, прикончи его.

Что ж, я и не рассчитывал на извинения…

Еще до того, как Прокурор, окончательно утративший в моих глазах всякое подобие человека, закончил свою фразу, я активировал Радужную Броню, и отступил от него на пару шагов. Несомненно, он ощутил формирование заклятья, но никак на это не отреагировал, ибо просто не успел. Я создаю броню секунд за десять объективного времени, при ускорении оно сокращается более чем втрое. Сейчас я справился менее чем за секунду — правда пришлось пожертвовать временем, необходимым моей Ауре для успокоения, так что ближайший плазменный шар я смогу сотворить не ранее, чем через минуту, в лучшем случае.

Прокурор окинул меня настороженным взглядом расплывшйхся зрачков, оценивая хаос в Ауре, наступивший после применения заклинания, и повернулся к неподвижно стоящему Андрею, прошипев сквозь зубы:

— Я. Сказал. Убей. Его.

Тот отступил на шаг назад и отрицательно покачал головой:

— Нет, босс. Мне тоже не нравятся методы, которые ты используешь, так что с этой секунды я больше не твой слуга. И еще кое-что: настоятельно советую тебе отпустить Петра… — он прищурился, и волны, блуждающие по его Ауре, заметно усилились, — Ты же знаешь, на что я способен, так что давай постараемся обойтись без крови…

Прокурор злобно оскалился, переведя разъяренный взгляд с него на меня:

— Два ублюдка! Вы думаете, что сможете противостоять мне?! МНЕ?! — от него во все стороны разошлась плотная волна энергии, насыщенная нестерпимой яростью и желанием убивать.

Я без особого труда отразил этот импульс, но Андрей покачнулся, с видимым усилием противостоя мощному давлению вражеской энергетики. Неизвестное, но явно опасное заклятье, что он подготовил, мгновенно рассеялось.

Прокурор громко расхохотался:

— Идиот, неужели ты думал, что я не найду твоего слабого место?! А сейчас прости — но у меня есть дела поважнее, — он мазнул по мне взглядом, — тобой займется Петр.

Его Миньон наконец зашевелился, с явным разочарованием переключая свое внимание с меня на своего бывшего товарища:

— Андрей, зря ты так. Босс знает, что делает, а этот пацан, — он мотнул в мою сторону головой, — нихрена не понимает. И сейчас я тебе это докажу! — он размазался в воздухе, чтобы через мгновение материализоваться с занесенным для удара кулаком, прямо перед ошеломленным Андреем. За дальнейшим развитием их схватки я не смог наблюдать: Аура Прокурора пришла в движение, и, ощущая формирующееся в ее недрах заклятье, я бросился в сторону, с удивлением осознав, что скорость моего движения заметно ниже скорости Петра. Рассуждать на эту тему времени не было: мой соперник выставил в моем направлении ладонь, сложенную на манер пистолета, и неожиданно заголосил на манер индейцев из старых фильмов:

— Илилилилилилили!!!

Мое удивление было настолько велико, что я едва не споткнулся на ровном месте, но ярко-красный луч, вырвавшийся из пальца Прокурора и с шипением вонзившийся в замерцавшую защиту, быстро привел меня в чувство. Не знаю, что это было за заклятье, но броню оно сажало очень здорово, причем в режиме нон-стоп! Вокруг полыхнул радужным заревом побочный эффект от работы защитной магии, и я чертыхнулся — даже мои глаза с трудом различали окружающий мир сквозь эту пляску света.

Судя по интенсивности северного сияния, Прокурорский лазер был гораздо мощнее автоматной очереди, и здорово просаживал мою защиту. Уже через пару секунд после начала боя я всерьез задумался о необходимости расконсервации Камня Душ — с этим мощным источником энергии мои шансы на победу значительно вырастали.

Прокурор поступил предусмотрительно, захватив с собой своих Миньонов. Будучи Офицерами, они сами по себе являлись серьезными противниками, а уж при поддержке своего Хозяина… Андрей оказался связан боем с Петром, и не мог использовать магию: для создания заклинания даже мне требуется какое-то время, что уж говорить о том, чтобы попытаться активировать ее, находясь под градом мощных ударов! Я даже не мог сейчас понять, как там у него дела — ослепленный собственной защитой, я бежал от Прокурора фактически вслепую, рискуя влететь в одно из деревьев, украшавших парк.

Неожиданно улюлюканье моего соперника прекратилось, и вместе с этим затух лазерный луч, терзающий мою защиту. Я резко остановился, развернувшись на сто восемьдесят градусов, и рванул обратно к Прокурору — если я правильно понимаю, то какое-то время он будет неспособен повторно использовать магию, так что сейчас мы находимся в равных условиях…ну, почти в равных — радужная броня, которую он так и не смог сбить, все еще находилась на своем месте! Стелясь над землей, я преодолел разделявшие нас три десятка метров за пару секунд, примериваясь к отвисшей от удивления Прокурорской челюсти. И отлетел в сторону от мощного удара, на который не успел отреагировать. Крутанувшись в воздухе, я все же смог приземлиться на ноги, прочертив начавшими не вовремя разваливаться ботинками по гравию две борозды. Подняв взгляд, я зло чертыхнулся — ну как я мог забыть о Майоре! Будет мне наука — каким бы рохлей не является Офицер, в первую очередь он — Офицер, сильнейший противник среди людей! Я стиснул челюсти, наблюдая за колобком, защищающим своего Хозяина. Тот выпрямился после нанесенного плечом удара, и выкрикнул:

— Денис, прекрати немедленно! Прокурор желает нам всем добра, не делай глупостей!

Усмехнувшись, я решил не ввязываться в бесполезный диалог — переубедить чужого Миньона, это все равно, что… Не знаю — сложная это задача, короче! Вместо слов я вновь ринулся навстречу отходящему после применения странного заклятья Прокурору. Майор сорвался со своего места, пытаясь преградить мне дорогу — ну что ж, миндальничать я не стану!

Выбросив вперед правый кулак, я заставил колобка пригнуться, и уже снизу врезал ему коленом. В подбородок ему я не попал — толстый живот помешал, но даже так эффект оказался выше всяких похвал: сдавленно хрюкнув, Майор отлетел далеко в сторону, и я ощутил, как его грудина хрустнула под моим коленом. Извини, но тебя нужно как можно скорее выводить из строя, в мои планы не входит сражаться сразу с двумя Офицерами, один из которых к тому же периодически может проверять на прочность мою броню.

Не останавливаясь после нанесенного удара, я подскочил к неподвижно стоящему Прокурору, и с оттяжкой врезал ему в челюсть. Я ожидал всякого: что он увернется, или сам нанесет неожиданный контрудар. Я был готов даже к магии. Но он так и не пошевелился, со страхом провожая взглядом мой летящий кулак до самого момента его столкновения со своим подбородком.

Удар получился на загляденье — тело Прокурора взлетело метра на полтора вертикально вверх, при чем он не пошевелился даже после удара, будто парализованный. В брызгах слюны и крови разлетелись осколки его зубов, не выдержавших столкновения с моим кулаком — похоже, я сломал Прокурору челюсть!

Поразмыслить о его странном, неподвижном состоянии мне помешал Петр, чье приближение я заметил слишком поздно. Попытавшись развернуться к нему, я не преуспел — двигался этот Офицер невероятно быстро! Полагаю, с Андреем он уже разобрался, раз переключился на меня. Удар кулаком в бок я заблокировал предплечьем, и тут же пожалел об этом: кость правой руки, воссозданная пару дней назад из демонических материалов, с трудом выдержала это испытание, а я повторил полет Майора, но в усиленном варианте.

Пытаясь вернуть правой руке чувствительность, я пролетел с десяток метров, и остановился, только врезавшись в ствол одного из деревьев, растущих в парке.

Ускоренное восприятие позволило мне сориентироваться, чтобы минимизировать урон, но приземлиться на землю я не успевал — Петр уже ждал меня снизу, с занесенной для удара рукой. Выплеснув навстречу противнику мощный импульс ментально заряженой энергии, я воспользовался одной из своих Офицерских возможностей:

- «ЗАМРИ»!

Не знаю, что оказало решающий эффект: или неожиданность подобной атаки, или разница в качестве наличной энергии, но мой приказ заставил Петра на секунду окаменеть, потеряв контроль над своим телом. Этого времени мне хватило с запасом: приземлившись на землю, я нанес мощный левый боковой ему прямо в челюсть. Будучи правшой, и, к тому же, не имея большого опыта драк, я несколько смазал удар, и выключить Петра наподобие Майора не вышло — однако я заработал себе немного времени — ноги Офицера подкосились, и он упал на землю, потеряв равновесие! Бросив взгляд на Прокурора, я заскрипел зубами: этот гад уже вскочил на ноги, и снова направил на меня палец — неужели опять лазер?! Ну ничего, моя броня, конечно, выдержит и второй залп, но затягивать бой будет большой глупостью с моей стороны. Я рванул к своему главному сопернику, походя постаравшись пнуть пытающегося подняться Петра по голове — надеюсь, он еще долго не сможет шевелиться.

Охраняя главного оппонента, мне наперерез бросился очнувшийся Майор…хотя это еще как сказать — скорее начал падать в мою сторону — видок у него был тот еще: еле передвигается на дрожащих ногах, шатаясь из стороны в сторону, как пьяный, форма на груди вся залита кровью, непрерывным потоком льющейся из полуоткрытого рта. Глаза мутные, ничего не соображающие… Я прикинул, что ему хватит еще одного хорошего удара для того, чтобы надолго покинуть наш междусобойчик.

Черт побери, я рассчитывал, что от Андрея будет больше пользы, учитывая его сопротивляемость внушению и владение магией. А в итоге сражаюсь я один против троих! Если бы не моя броня, лежать мне после первых секунд боя порезанным пополам лучом Прокурора.

Как ни странно, ожидаемого выстрела не последовало, вместо этого Прокурор развернулся и бросился прочь! Убегаешь, падла?!

Я задавил в себе преждевременное торжество, и кинулся вслед — упускать его нельзя ни в коем случае!

Кажется, я понял, отчего у него ничего не получилось — его Аура все еще пребывала в состоянии хаоса. По физическим характеристикам, по крайней мере в скорости, он уступал мне, так что догнать и вырубить его не представлялось сложной задачей. Однако отсутствие схваток с себе подобными сыграло против меня — когда я пробегал мимо нокаутированного Майора, защита сзади полыхнула, поглощая чью-то атаку. Я был вынужден развернуться, реагируя на новую опасность, и с удивлением и даже некоторым страхом заметил, что Петр уже пришел в себя! Настоящий монстр! Я бы не поставил на себя в схватке один-на-один с ним.

Вот черт подери, что же делать? Без применения тяжелой артиллерии мне этот танк не остановить, к рукопашной схватке он однозначно готов лучше меня! Но убивать его нельзя!

Мои силы не безграничны: я уже ощущал, что напряжение боя сказывается на слабом человеческом теле…

- «УБЕЙ ПРОКУРОРА. Я ЗАЙМУСЬ ПЕТРУХОЙ»,- из-за чужих мыслей, неожиданно зазвучавших в моей голове, я едва не споткнулся на ровном месте. Это еще кто? Ощущая, как у меня появляется новый Миньон, я потянулся по связи между нами — Андрей, оглушенный в скоротечном бою с Петром, пришел в себя, и был готов продолжить. Что ж, надеюсь, он знает, что говорит… Более не задерживаясь, я рванул за удирающим во все лопатки Прокурором. Надеюсь, на этот раз Андрей справится со своей задачей.

Проскользнув мимо Майора, я оценил состояние своей Ауры: через десять-пятнадцать секунд я смогу вновь использовать магию, и на этот раз это будет плазменный шар! Постепенно приближающаяся спина противника будет превосходной мишенью! А для гарантии я ударю его с близкого расстояния — от неторопливо летящего заряда даже такой Офицер, как Прокурор, сможет увернуться. Вот бы мне магию, как у него — лазерный луч показал себя отличным атакующим умением! Мою защиту он, конечно, не пробил — но был близок!

Крепко удерживаемый демон внутри меня радостно зарычал, когда я смог настичь свою жертву — подгоняемый страхом, Прокурор несся на пределе своих сил, даже не оглядываясь. Мой плазменный шар, запущенный с дистанции в пять метров, влетел ему точно промеж лопаток.

Я развил приличную скорость, догоняя его, так что, перепрыгнув визжащую тушку, закувыркавшуюся по асфальту, я по инерции пробежал еще метров десять. Когда я смог остановиться, и вернулся к дымящемуся телу, Прокурор был еще жив. Возможно, даже скорее всего, его измененное тело справится с теми повреждениями, что я ему нанес: переломанная челюсть, и сквозная дыра в груди с оплавленными краями…но у меня были другие планы:

— Отбегался, болезный? Сейчас, погоди чуток, я избавлю тебя от боли…

Я устало выдохнул, и отошел на пару шагов от Прокурора, глядящего широко распахнутыми глазами в небо над собой: похоже, он не умеет блокировать болевые ощущения…хотя я бы и сам, боюсь, не справился с подавлением боли от подобных ран. Мне нужно буквально десять секунд на стабилизацию Ауры, и тогда я закончу с этой проблемой, а пока…

- «КАК ДЕЛА?»

Ответ от Андрея пришел почти сразу:

- «НОРМА.»

Ну и ладушки… Я протянул ладонь с разгорающимся на ней огненным шаром к бессильно лежащему у моих ног Офицеру:

— Спокойной ночи, мудак.