— Дай водички попить, совсем меня этот рогатый вымотал… — я перехватил на лету брошенную Андреем бутылку минералки, и тут же скрутил ей крышку.

Сил совершенно не осталось — жадно глотая теплую воду, я скосил глаза на Демона, пластом лежащего у моих ног, мерзко подергивающегося подобно раздавленному таракану. Эта скотина никак не желала понимать, чего я от нее хочу, и теперь наслаждалась побочными эффектами моей памятестирательной техники. Так ей и надо — у меня самого голова неслабо гудела после всех тех испытаний, что ей довелось пережить минуту назад: кажется, я немного перестарался, заставляя лежащего на земле Демона эволюционировать. Задачка оказалась намного сложнее чем я предполагал, и дело было не столько в рискованности охоты на Демонов, сколько в сопутствующих ей мелочах, которым я поначалу не придал значения. Это и информация от разведчиков, которая дай бог один раз из десяти оказывалась точной, и несоответствие найденных объектов моим требованиям, и подозрительные взгляды со стороны защитников, в зону чьей епархии я иногда, так уж случалось, влезал. Но давайте поясню немного подробнее ситуацию, сложившуюся на текущий момент.

Уже несколько дней прошло с тех пор, как я изъявил желание помочь защитникам Центра в очищении нашего мира от демонической скверны, и все эти дни мой третий специальный отряд носился по Москве и ее окрестностям, реагируя на сигналы разведчиков Центра. Когда я сказал «помощь защитникам» я слукавил: главной моей целью был поиск подходящего для задуманной мною задачи Демона — ликвидация была лишь побочным эффектом. Я решил скрыть свою истинную цель, ибо не был уверен, что она получит одобрение начальства: все же я оставался единственным Офицером, способным подчинить своей воле Демона, и вряд ли мне бы позволили так сильно рисковать, как я собирался. Самой опасной частью в подчинении было непосредственно общение с Демоном: суметь войти с ним в контакт, наладить двустороннюю связь — вот, что было сложнее всего. И тут не было никаких очевидных подсказок; каждая тварь требовала собственного подхода, общих знаменателей не существовало. Единственное, что их объединяло, так это наличие меня в роли их Хозяина.

Короче говоря, уже четвертый день третий специальный отряд выполнял нетипичную для себя работу защитников, зачищая окрестности столицы от рогатых захватчиков. Пока что нам не везло: из более чем шестидесяти вызовов только пять окончились встречей с Демонами. К сожалению, ни один из них не удовлетворял моему главному требованию: близостью к эволюционному рывку. Остальные рейды, коих оказалось подавляющее большинство, оказались ложными: неопытные Офицеры зачастую путали слабых недодемонов с их более сильными собратьями, и отправляли запрос в Центр на полноценный рейд. Дико раздражала подобная некомпетентность. Было сложно оставаться спокойным, когда очередной выезд оканчивался пшиком, особенно учитывая тот факт, что с должности ликвидаторов нас никто не снимал, и приходилось реагировать еще и на эти вызовы.

— Денис, может — ну его? Если не получается. — Петр сидел у туши твари на корточках, протянув к ней ладони, будто греясь у пламени костра: он считал, что стимуляция Ауры способна повысить ее качество и плотность. На эту мысль ему ненавязчиво намекнул ваш покорный слуга — не будучи до конца уверенным в состоятельности этой гипотезы, я подтолкнул Петра к экспериментам — не одному же Маршаллу опыты на людях ставить!

— Нет, нельзя отказываться от идеи после пары-тройки неудач. Я добьюсь своего, так или иначе. Давайте прикончим этого, — я ткнул в сторону парализованного существа ногой, — и немного передохнем. Башка трещит…знали бы вы, чего стоит объединить сознание с Демоном! Мерзкие твари…

Андрей с завистью посмотрел на меня:

— Хотел бы я заглянуть к нему в башку. Любопытно, что там происходит…

Я поднял на него глаза, усмехнувшись:

— А я тебе рассказать могу… У демонов нет единого сознания — по крайней мере у всех тех, кого я встречал до этого, не было. Они мыслят…как будто у них развитая супершизофрения: тысячи крохотных псевдоличностей в процессе осмысления объединяются в одну, которая и является конечным результатом. Получается, что Демоны изменяются каждую секунду. Полагаю, их мышление представляет собой пример истинной демократии: голос каждой клетки учитывается и влияет на жизнь всего организма.

Миньоны переглянулись:

— Да, отдохнуть тебе действительно не помешает…

— Точно-точно!

— Позвольте мне самому решать, что мне нужно, а что нет. Это я еще от слияния не отошел, поэтому выражаюсь не совсем понятно…дайте мне часик — буду как новенький. — я поморщился, — Надоела эта возня, поэтому перегнул палку в этот раз, не сдержался.

Петр перевел глаза с меня на подрагивающего Демона:

— Это точно…мне кажется, или у него Аура слабеет?

Я потянулся к твари, и с каким-то злобным, мстительным удовлетворением заметил, что он прав:

— Верно подметил! Значит, все же не выдержала его энергетика того издевательства, которому я ее подверг. Ну и ладно, пускай мучается — нам его в любом случае кончать надо.

Петр с сожалением поднялся, и выдернул из набедренного чехла странный кинжал, по форме отдаленно напоминающий нож разведчика:

— И в этот раз не получилось ничего выучить. Магия такая сложная! Зато Эллу порадуем, — он с хрустом вонзил кинжал Демону в горло, между пластинами брони, и налег на него всем своим немалым весом, разрезая неподатливую, словно из резины, плоть. Существо никак не отреагировало на это — впрочем, как и остальные четверо до него. Сейчас, пока Демон без сознания, с ним можно было делать что угодно: минут за пять Петр разберет монстра на части, и сложит их в багажник. В таком виде Демон не сможет быстро восстановиться, и у нас будет достаточно времени, чтобы доставить его в лабораторию. Я снова удивился тем изменениям, которые произошли в частности со мной: гляжу на то, как живое существо, пускай и Демона, режут на части, и не испытываю по этому поводу никаких особых эмоций…разве что раздражение оттого, что мне не удалось подтолкнуть его к эволюции:

— Андрей, помоги ему, чего смотришь? Я тебе нож для чего дал?

Тот возмутился:

— Мой нож — благородное оружие, а не инструмент скорняка! — но тут же сдулся под моим взглядом, вынимая клинок:

— Ладно-ладно, не заводись ты так, сейчас все сделаем.

Я цыкнул и, отбросив пустую бутылку, отошел на несколько шагов в сторону, отвернувшись от работающих Миньонов. За эти несколько дней я понял несколько важных вещей, одной из которых было понимание того, что среди измененных нет того единства, как прежде — и это еще мягко говоря. Все чаще случались драки между своими — старшие Офицеры в основной массе держали себя в руках, но новички… Взрывные, как сухой порох, они будто специально провоцировали друг друга — правильно Эланиэль тогда сказала: «они будто стая гиен». Я привык скрывать свою Ауру, поэтому частенько ловил на себе оценивающие взгляды пополнения, не осведомленного о моих реальных возможностях. Если предчувствия говорили о том, что ситуация накаляется, я обычно растворялся в воздухе, отводя глаза возможным противникам, избегая таким образом столкновений. Но эти дни, полные нервов, заставили меня усомниться в верности этой стратегии — все чаще я ловил себя на мысли о том, с каким бы удовольствием я раскидал этих молокососов, размазав их самодовольные усмешки по асфальту… Может, это добавит им мозгов и заставит…

— Денис, — Андрей сзади деликатно кашлянул, прервав мои размышления, и я развернулся, поспешив упрятать вырвавшуюся злобу в глубину своей Ауры:

— О, вы уже закончили?

Петр возился у машины, запихивая какую-то из конечностей Демона в багажный отсек авто, а Андрей подошел ко мне с озабоченным видом:

— Денис, что-то ты в последнее время стал чересчур раздражительным, дергаешься из-за всякой ерунды: слияние все-таки не проходит для тебя даром — мы это чувствуем. Может, в самом деле сделаем перерыв? Отдохнешь денек-другой от этой суеты, родителей навестишь?

Я ощутил, как раздражение от этой неуместной заботы подкатило к груди, но постарался не выказывать его:

— Я же сказал, со мной все в порядке, не выноси мне мозг. Давайте лучше поскорее отправляться домой, тут больше нечего ловить. Петр, погнали.

Тот послушно кивнул, и сел на водительское место, захлопнув багажное отделение. Обратный путь прошел в молчании, апостолы не решались нарушить зависшую в салоне тяжелую атмосферу, а я не горел желанием обсуждать с ними свои слабости.

Слияние — опасная штука: для более глубокого контакта я вынужден полностью открываться чистой демонической энергии, а это чревато. Я стал напоминать самому себе одного из тех никчемных Офицеров, которые, будучи не в силах бороться с вирусом в своей крови, выплескивали вовне свои непомерно раздутые амбиции. Сравнение с ними, пускай и не открытым текстом, меня раздражало неимоверно: я столько времени боролся с демоном внутри себя, но стоило лишь немного ослабить контроль, как он вновь поднял рогатую голову.

Петр, хотя и обладал слабой Аурой, но владел ей на великолепном уровне — прочитать его было весьма сложно даже мне — Хозяину. Но Андрей, будучи мутантом, был неспособен на тонкие манипуляции с энергией, поэтому я прекрасно ощущал исходящие от него эмоции: озабоченность моим психическим здоровьем занимало в них одно из главных мест. Выносить это было выше моих сил:

— Петр, выбросишь меня у полигона, ладно? С Демоном, — я ткнул пальцем за спину, — разберетесь сами. Передайте его Эланиэль, пускай ковыряется.

— Так точно.

Через двадцать минут я выбрался из авто перед зданием стадиона, ставшим в новом времени полигоном для отработки заклятий. Мне нужно срочно сбросить пар, пока я не сорвался из-за какой-то ерунды и не натворил делов. Джип с трофеями, рыкнув мощным двигателем, покатил к лаборатории, мигнув напоследок фарами.

В последнее время тут было весьма людно: новенькие Офицеры любили похвастать друг перед другом изученными заклинаниями, и на поле постоянно торчали группки из таких вот продвинутых…хмм…уж не воспаленное ли подсознание в поисках приключений завернуло мои ноги именно сюда? Я ухмыльнулся, спрятав свою Ауру, и направился к стадиону. С той стороны уже слышались звуки тренирующихся магов: среди шума взрывов можно было различить пронзительные выкрики — дефекты…или дешевая рисовка — кому интересны проблемы слабаков?

Офицеры из новых — те, что появлялись среди переживших третью волну в анабиозе — обладали энергетикой высокого качества, но имели малый ее объем. Примерно такой же я имел в самом начале своего становления магом — его хватало всего на несколько плазменных шаров. Сейчас я даже не задумывался о затратах — Камень Душ восполнял мои запасы с нуля минут за десять.

На трибунах для болельщиков у самого входа устроились зрители, среди которых я, к своему удивлению, обнаружил и Семена: тот напряженно вглядывался в тренирующихся магов, периодически записывая что-то в толстый блокнот, лежащий у него на коленях.

— Семен, здоров! Ты чего тут забыл? — я подошел к увлеченному своим делом Офицеру, и хлопнул его по плечу, заставив того подпрыгнуть от неожиданности:

— Денис! Тьфу на тебя — напугал! Подкрадываешься… Это ты чего тут забыл? Демоны перевелись, или ты кого-то потренировать пришел? — он заглянул ко мне за спину в поисках несуществующего ученика. Пришлось его разочаровать:

— Нет, сам решил потренироваться — давненько меня тут не было… — я оглянулся по сторонам, обратив внимание, что моей скромной персоной заинтересовались местные заводилы. Это заметил и Семен:

— Эээ…а зачем тебе тренировки? Ты же и так… — я поспешил перебить его:

— Тренировки нужны всем, даже мне! Ну что, тут в очередь записываться надо, или как?

Собеседник пожал плечами:

— Да тут сами как-то разбираются, кто за кем идет. Слушай, ты серьезно собираешься тренироваться? Тогда не против, если я понаблюдаю?

— Все еще одержим идеей чистой магии?

Семен грустно кивнул:

— Времени на это остается совсем мало: Маршалл загрузил меня в этой своей магической школе преподаванием, плюс Элла постоянно дергает в лабораторию — ты в последнее время как с цепи сорвался — у них уже места не хватает тела Демонов складывать!

— Ну прости, что отрываю тебя от твоих исследований своими Демонами! — я отвесил шутовской поклон, и тут же перешел на серьезный тон:

— Слушай, а кто тут самый сильный среди них? — я оглянулся на тренирующихся измененных, но ответа так и не дождался. Повернувшись обратно к Семену, я заметил выражение крайней озабоченности на его лице.

— Ты чего молчишь?

— Значит, и до тебя докатилось…

Мне отчего-то сильно не понравился тон, которым он произнес эти слова. Нахмурившись, я попытался понять, что он имеет ввиду.

— Ты ведь сюда не за тренировкой пришел, верно? Хочешь подраться с кем-то из людей? Оставь эти глупости, Денис, ты же сам прекрасно понимаешь — они тебе не соперники, даже если нападут всем скопом!

Я замахал руками, отступив на шаг:

— Воу, полегче! Я просто так, ради любопытства спросил, а ты сразу…

— Денис. Не знаю, в курсе ты или нет… — Семен указал на кресло рядом с ним, — ну-ка присядь, поговорим.

Я послушно сел — стало любопытно, чего же это я могу не знать.

— Думаю, ты знаешь о том, что практически все Офицеры из старых совершают вылазки за город?

Я кивнул:

— Занимаются поиском выживших, и их информированием — я в курсе.

Собеседник медленно покачал головой из стороны в сторону, не отрывая от меня взгляда:

— Так было сразу после третьей волны, Денис. С тех пор прошло уже больше трех месяцев, и многое изменилось. Ты занимаешься только охотой на Демонов в Зеленой зоне. Как думаешь — почему тебя назначили на эту работу?

Я ухмыльнулся:

— Потому что я лучший, естественно! Моя команда больше всего подходит для…

— Нет, не так. Маршалл не хочет подвергать тебя риску, надолго отпуская за город. — Семен снова осмотрелся по сторонам, будто выискивая шпионов:

— Слушай, то, что я тебе сейчас расскажу, конечно не совсем секретная информация, но все же… Короче говоря, наши Офицеры постепенно теряют над собой контроль, думаю, ты и сам это замечаешь…

— Работа у нас нервная, вот и случаются эксцессы, — я пожал плечами, раздраженно глядя на Семена. Его слова напомнили мне о недавнем разговоре с Майором — тот тоже волновался из-за проявляющейся у защитников, в частности у полковника Семакина, агрессии.

— Работа это да, но… Ты, в отличие от остальных Офицеров, держишь свои эмоции под контролем, чем и заинтересовал Маршалла. Ты — туз в его рукаве, припрятанный до тех пор, пока, не дай Галлеан, кто-то из Офицеров решит побуянить. Карманное пугало для самых сильных из нас. Не воспринимай это как оскорбление — как один из сильнейших Офицеров, ты являешься защитой не столько от Демонов, сколько от возможного безрассудства других. Эланиэль не так давно прямо так мне и сказала: «если бы не такие, как Денис, установившийся у нас строй уже начал бы разваливаться».

Я вскинул брови — утверждение Семена выглядело по меньшей мере странным:

— Она верно решила подшутить, а ты и поверил…

— Денис! Она не шутила, поверь мне! Ты, в своих бесконечных рейдах, медитациях и экспериментах просто не замечаешь, что творится вокруг! Вирус воспользовался тем, что многие расслабились, и принялся завоевывать сознание измененных! Вода камень точит, Денис: вспомни, что произошло бы три месяца назад за драку в черте Зеленой зоны?

— Выселение за ее пределы, полагаю. При мне таких дурачков не находилось…

— Именно! А сейчас что происходит? Чей сектор самый спокойный?

Я довольно улыбнулся, ибо точно знал ответ на этот вопрос:

— Тот, где Майор смотритель. Он отлично справляется…

Семен отмахнулся от меня, будто от мухи:

— Глупости! Главная причина в том, чей он Миньон! Вы связаны, и твои убеждения влияют на мышление подчиненных, подспудно изменяя их в нужном для тебя направлении. Именно поэтому ты окружен понимающими тебя людьми: ты просто сделал так, чтоб они тебя понимали! Ты — один из немногих источников адекватности Центра, и Маршалл ценит в тебе именно это. То, что ты сильный — не главная причина. Поэтому…

Я мотнул головой, подняв руку:

— Погоди-погоди… Я что-то не могу понять, зачем ты меня расхваливаешь? В чем смысл нашего разговора? Переходи к сути, хватит плясать вокруг да около!

Семен несколько секунд помолчал, собираясь с мыслями:

— За последние дни ты тоже изменился. Это заметно невооруженным взглядом: внешне все такой же спокойный, но твоя Аура…

Я перебил его:

— Это временное явление, не волнуйся. Со мной все в порядке…скажи-ка лучше вот что: апостолы в курсе того, что ты мне сейчас рассказал?

Семен отвел глаза:

— Думаю, да. Эланиэль…

Я сжал зубы, сощурившись: эта ненормальная идиотка пытается влиять на меня через моих Миньонов?! А харя не треснет?!

— Успокойся, Денис! Она желает тебе добра! Выслушай меня до конца: в последние дни с тобой происходит что-то странное, что тревожит не одну Эланиэль, но всех нас!

Я встал с кресла, глядя на Семена сверху вниз:

— Я. Не потерплю. Любых попыток контроля. Над собой. Если ей есть что сказать — пускай скажет это в глаза, а не дурит головы МОИМ Миньонам! Я понятно выразился?

Семен, придавленный моей Аурой к креслу, кивнул.

— Вот и ладушки. В таком случае, пойду, навещу нашу эльфийку… — я обвел взглядом измененных, которых мой всплеск гнева застал врасплох. Все без исключения отводили глаза, чувствуя пропасть в силе между нами. Никчемное слабачье. Разочарованно покачав головой, я направился к выходу — вряд ли сейчас кто-то осмелится встать передо мной…

Весь путь до лаборатории внутри меня кипел гнев и я жаждал выплеснуть его на кого-то — а эта девка явно напрашивалась! На стоянке перед зданием лаборатории меня встретила целая делегация: Эланиэль, парочка ее подручных, и мои Миньоны. По-любому ощутила мою Ауру и выскочила из своей пещеры.

Не успел я и рта раскрыть, как она ткнула в меня пальцем и предупредила холодным тоном:

— Дальше тебе нельзя.

Я тут же оскалился в ответ:

— Это почему же?

— Там хранятся артефакты Демонов, и ты можешь повредить их своей Аурой. Спрячь ее…

Уловив повелительные нотки в ее голосе, я сделал шаг вперед:

— Эти артефакты добыты мной, и если я захочу их забрать — я сделаю это! — по моим жилам будто пробежал жидкий огонь, наполняя тело энергией: я ощущал себя так великолепно, как никогда до этого — если она считает, что сможет остановить меня — пускай попытается!

— Не ты один их собирал, это раз. И два — тебе бы лучше успокоиться.

Я удивленно присвистнул, создав над собой алую сферу:

— А если я откажусь? Что ты сделаешь, если я откажусь?

Петр шагнул вперед, протянув ко мне руку. Не знаю, что он хотел мне сказать, но догадываюсь что ничего интересного. Счета полыхнула алым, и в его ладони появилось аккуратное круглое отверстие:

— Встал на место, Петя, с тобой я поговорю позже, как и с твоим другом, — я бросил взгляд на Андрея, стоящего истуканом за спиной эльфийки:

— Слабаки, которые подчиняются другому Офицеру, мне не…

Закончить свое предложение я не успел — мощнейший удар в грудь отправил меня в недолгий полет — аккурат до припаркованного джипа третьей команды, в борт которого я врезался спиной с такой силой, что машина, кажется, сдвинулась с места. В глазах потемнело, но это не было помехой: еще в полете заглушив боль в отбитых внутренностях, продырявленных переломанными ребрами, я начал стрелять лазерными лучами по взбунтовавшемуся Миньону. Со злобой я понял, что зря давал ему столько свободы — этот идиот решил пойти против своего Хозяина?! Неверный ход! Петр выставил перед собой аурный щит, но он не мог полностью поглотить энергию выстрелов, и на его предплечьях, защищающих лицо, появились первые ожоги. То ли еще будет, урод!

Андрей стоял неподвижно, однако его расплывшиеся зрачки однозначно давали понять, что он так же разогнал свое восприятие, и готов в любой момент вмешаться. Если попытается — получит свою долю плетей… Так, не понял… Петр, не обращая внимания на полосующие его защиту лучи, рванул ко мне навстречу: ха! Само собой — его конек это ближний бой: уверен, он специально рассчитал траекторию моего полета таким образом, чтобы она оборвалась как можно скорее, иначе я бы успел разобрать его на запчасти еще до того, как он добрался бы до меня. И все-таки он невероятно быстр — я только-только впечатался в джип, а он уже в метре от меня, и готовится нанести очередной удар! Сократил дистанцию буквально за доли секунды! Я даже с максимальным ускорением не успевал за ним! Разогнанные до предела токи энергии в моей Ауре многократно ускоряли перезарядку умений, так что когда он подскочил ко мне с занесенным кулаком, его встретила стена сверхплотного воздуха. Относительно простое заклятье, которое не даст ему подобраться ко мне, а я в это время буду… Додумать я не смог: перебирая конечностями с сумасшедшей скоростью, Петр будто какой-то невероятный мим, карабкался по моей воздушной стене, таранящей его в сторону от меня. И тут я понял, что бой будет отнюдь не прогулкой! Значит, можно не сдерживаться! В ушах зашумело от скорости, с которой энергия перемещалась по моему телу: восстанавливать ребра времени не было — мятежный Миньон уже находился на гребне воздушного пресса, собираясь вновь атаковать, а моя аура все еще была не готова к использованию магии. Нужно разорвать дистанцию! Я напружинил ноги и с силой оттолкнулся от земли. Как нельзя вовремя, ибо в то место, где я только что стоял, влетело гравитационное лезвие… Надо же, и Андрюша тоже решил попытать счастья? Ну-ну, удачи с этим: в глазах прояснилось, и я сфокусировал их на противниках: таковыми оказались оба моих Миньона, и бабка Эланиэль — ее лаборанты улепетывали со стоянки во все лопатки…жалкие ничтожества. Я подавил в себе желание выделить и им несколько залпов алой сферы: нужно сосредоточиться на действительно опасных врагах. Это тебе не Демоны, которые рассчитывают больше всего на грубую силу — с этими двумя следует держать ухо востро!

Приземлившийся Петр рванул налево, а Андрей побежал справа, обходя меня по дуге, и я различил, как в его ауре формируется очередное заклятье… Вот черт, я же все еще лечу! В момент, когда я достиг наивысшей точки своего полета, он активировал магию, и полупрозрачный серп понесся ко мне, угрожая располовинить мою тушку. Я явственно видел его, но уклониться не имел никакой возможности, поэтому выставил перед собой обе руки и выпустил перед собой максимально возможное количество энергии, постаравшись насколько возможно уплотнить ее в плоскости полета гравитационной атаки. Петр очевидно намеревался рвануть ко мне, оттолкнувшись от асфальта, уже начавшего крошиться под его голыми ступнями: свои ботинки он разорвал еще при первом рывке. Отвлечься от запущенного Андреем снаряда я не мог — так что пришлось воспользоваться козырем, к которому я не хотел прибегать:

- «ЗАМРИ!»

Тех секунд, на которые хватит моего ментального приказа, будет достаточно, чтобы разобраться с Андреем…

Защита с трудом поглотила энергию центральной части лезвия, пропустив мимо меня его края, и я с облегчением выдохнул: как себя поведет аурный щит под атакой Андрея, мы не проверяли, так что я не был уверен, что у меня получится. На лице Миньона промелькнула досада оттого, что я смог заблокировать его атаку, и это заставило меня злорадно усмехнуться: на что ты рассчитывал, слабак!!!

- «НИЧТОЖЕСТВО, ПРОТИВ МЕНЯ ТЫ НИКТО!»

Качество Ауры Андрея было заметно выше, чем у Петра, но вот работал с ней он гораздо хуже, так что сформировать защиту перед летящими в его сторону лазерными лучами не успел: тело измененного само по себе крепче, чем у обычного человека, а уж у боевого Офицера, привыкшего к трудностям… Алая сфера была неспособна нанести критические повреждения, но поджарить конечности — запросто. Прикрывая голову руками, окутанными слабеньким аурным щитом, Андрей ринулся под защиту бронированного джипа, но все же несколько моих выстрелов достали его, вызвав во мне чувство глубокого удовлетворения. Стрелять сквозь автомобиль я не стал — бессмысленное занятие. Чтоб его пробить, нужно заклятье посильнее сферы — тот же лазер, к примеру… Я бросил взгляд на Петра — тот все еще стоял в забавной позе, полуприсев, будто никак не мог решиться: справлять ему большую нужду, или нет?

Аура Андрея выплеснулась из-за машины, и из нее вылетело очередное лезвие.

- «НЕПЛОХО, НО МАЛО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ПОБЕДИТЬ МЕНЯ!», - обретя опору под ногами, я мог уклоняться от летящих в меня атак, что тут же и продемонстрировал. А он, видимо, решил не давать мне ни единого мгновения на передышку, стреляя в меня из-за машины без перерыва — очевидно, работает на пределе своих возможностей, выкладываясь на полную: по два смертоносных лезвия в секунду. От каких-то атак я уворачивался, какие-то приходилось принимать на защиту, но на этот счет я уже не волновался. Аура пришла в порядок, так что посмотрим, сможет ли Андрей уклониться от воздушного пресса так, как это сделал Петр. Не смог: мои губы исказила торжествующая усмешка, когда машину вместе с верхним слоем бетона снесло на край стоянки: судя по энергетике Миньона, приложило его здорово — обе ноги сломаны! Отлично, теперь у меня есть несколько секунд, для того, чтобы разобраться с Петром, который уже начинал подавать признаки жизни, сопротивляясь моему ментальному воздействию. Я развернулся к нему, широко улыбаясь:

— Слабак! Сражаться против меня — эта самая идиотская идея, какая тольк могла прийти тебе в… Гравитационное лезвие проявилось буквально в нескольких сантиметрах от спины, и легко, словно раскаленный нож через масло, пронеслось через мое тело. Улыбка пропала с моего побледневшего лица, когда обе мои руки, отрезанные чуть выше локтей каждая, полетели на землю, а парализованные ноги подогнулись. Верхняя часть тела мягко поползла с нижней в сторону…сизые парящие внутренности поползли в разные стороны из ровного разреза. Даже при моих способностях к регенерации, эти раны…эта боль! Из моего разинутого рта не вырвалось ни звука — большая часть легких была отрезана.

АНДРЕЙ, СУКА! УБЛЮДОК…

однако даже сквозь оглушающую боль я четко ощутил, что Миньон не при чем — он сам находился в схожем со мной положении, раздавленный бронированным внедорожником. Но кто?! Кто?!

Верхняя часть моего тела рухнула на землю, но этого удара я даже не ощутил на фоне всепоглощающей, разрывающей мозг, адской боли.

Сознание стремительно тускнело, не в силах ей сопротивляться, однако тускнеющим взором я заметил спокойно шагающую к моему изуродованному телу Эланиэль. Над ее головой парили три гравитационных лезвия, окруженные мощной Аурой.

— Тварь…

- «ТВАРЬ»…

Не хочу…так…

Занавес…