Бойня продолжается

Герролд Дэвид

5. Вольнонаемный судьбы

 

 

Мы шли следом за дядей Айрой и Дэнни Андерсоном по длинному подсобному коридору, пока они оба не убедились, что нас уж точно никто не подслушает.

- Достаточно, - сказал Уоллакстейн.

Повернувшись ко мне, Андерсон достал из кармана комбинезона какие-то бумаги и ручку.

- Держи, подпиши все три экземпляра…

- Можно хотя бы сначала прочитать?

- Можешь мне поверить, они в порядке, - сказал Уоллакстейн и взглянул на часы. - Осталось мало времени. Через полчаса нам с Андерсоном надо покинуть корабль, а у нас еще не было возможности поцеловать новобрачную.

- Не спешите. Мы еще не успели пожениться. Времени хватило только на то, чтобы сделать ребенка. Эй!… - начав читать, я был поражен. - Но это же не приказ о моем производстве. Вы увольняете меня из Специальных Сил!

Уоллакстейн и Андерсон удивленно переглянулись.

- Ты ничего ему не говорила?

Лиз выглядела расстроенной.

- У меня не было случая. - Она с виноватым видом покачала головой. - Я подумала, что лучше это сделать вам.

- Что? - резко спросил я.

- Генерал Уэйнрайт не любит тебя, а Данненфелзер ненавидит.

- Ну и что?

Тут вмешался Дэнни Андерсон:

- Боюсь, что ты нажил себе врага похуже Злой Волшебницы Запада. Никто так не мстит, как педики.

Я вопросительно поднял бровь:

- Простите?…

Мне вспомнилось, как Лиз однажды говорила, что Дэнни голубой.

- Надо знать их. Дело в том, что этот сукин сын подал на тебя рапорт.

Ты размазал его по стенке, разве не так?

- Недостаточно сильно, я думаю. Он преувеличивает.

- Ладно, хотя несколько десятков личных помощников генерала и рады пожать тебе руку, назначено дисциплинарное слушание. Тебе чертовски повезло, что не трибунал. Ты всегда был самым везучим сукиным сыном во всей армии Соединенных Штатов. Твой послужной список целиком состоит из подобных фокусов. И никто никогда не дал тебе по рукам. То, что ты привел ренегатов на склад военного имущества, присвоил армейскую собственность, отсутствовал без увольнительной, использовал личность капитана Дьюка Андерсона… А нападение на лагерь ренегатов, казни, последовавшие за этим? Да за тобой тянется целая гора трупов.

Дядя Аира перебил Андерсона:

- Тогда мы тебя прикрыли, потому что ты крутился очень близко к другим операциям, которые нельзя было раскрывать.

- А я-то был уверен, что вы это сделали из жалости ко мне.

Дядя Аира не обратил внимания на мою реплику.

- А еще мы защищали тебя потому, что, по мнению генерала Тирелли, твои показания могли помочь президенту принять решение об использовании ядерных бомб в Колорадо.

- Одному богу известно, почему мы возились с тобой, - сказал Дэнни Андерсон. - Но своей маленькой проделкой с майором Беллусом ты переполнил чашу нашего терпения. Мы никогда в жизни не заступились бы за тебя, если бы не один твой друг возле ушка президента.

Он даже не взглянул на Лиз, но я знал, кого он имеет в виду.

- Дэнни. - Уоллакстейн остановил коллегу, дотронувшись до его руки.

Потом повернулся ко мне. - Соль шутки в том, что мы можем прикрыть тебя от преследования за убийство штатских - это просто, - но не в силах спасти от обвинения в грубом обращении с генеральским мальчиком для утех. После того как я отправил тебя в Панаму, обнаружилось, что Данненфелзер подал на тебя рапорт - ясно, что с согласия Уэйнрайта, этот старый сукин сын не сдержал слово, - и теперь военная полиция разыскивает тебя. Мне пришлось немного повалять дурака. На твое счастье, я это здорово умею делать. Твои бумаги где-то затерялись, так что теперь тебя ищут то ли в Айдахо, то ли на Аляске, то ли где-то посередине. Черт возьми, насколько мне известно, ты находишься на Саскечеване. Откуда мне знать, куда ты направился? Меня и самого здесь нет.

- Эти бумаги, - сказал Андерсон, показывая пачку листков, которые все еще держал в руке, - датированы задним числом. Если ты подписал свою отставку прежде, чем дал в морду Данненфелзеру, он может возбудить против тебя только гражданский иск.

- Понятно. И когда я подписал свою отставку?

- Ты сделал устное заявление генералу Тирелли, когда тебя заменили другим офицером по науке. Генерал Тирелли подтвердит это.

Андерсон взглянул на Лиз. Она кивнула.

- Эти бумаги официально подтвержают твое заявление. Они не спасут тебя, если Данненфелзер захочет обратиться в гражданский суд, но я думаю, что это маловероятно. Это сильно выбьет их из колеи.

- По-моему, я чего-то не понимаю. Я демобилизуюсь из Спецсил и снимаю всех остальных с крючка, верно? Это означает, что я больше не участвую в экспедиции, но зачем в таком случае Лиз изменила мой допуск, а вы пригласили меня на совещание с уровнем секретности Дубль-Кью, Красный Статус?

- Будь любезен прочитать бумаги до конца и подписать. Ты задерживаешь вылет.

Я перелистал бумаги.

- Что за чертовщина!

- Прими мои поздравления, - сказал Уоллакстейн. - Ты будешь первым индейским проводником, которого наняло федеральное правительство за последние сто лет.

- Индейским проводником?…

- Да. Армия Соединенных Штатов имеет право нанимать гражданских лиц, если это необходимо. Лиц с определенными способностями. Индейских проводников. Ты ведь на одну четверть чероки, не так ли?

- Разве это имеет значение?

- Нет, конечно. Это просто удовлетворяет моему чувству юмора.

- На самом деле я чероки на одну восьмую, - признался я. - Моя бабушка по матери была индианкой. А еще я на четверть неф и на четверть испанец - тоже по материнской линии. Наша семья стала чем-то вроде тигля для переплавки наций. Во мне течет еще и еврейская и ирландская кровь.

- Не важно. Этого вполне достаточно, - нетерпеливо остановил меня Уоллакстейн и ткнул в бумаги. - Контракт гарантирует тебе работу, пока не закончится война или одна из сторон не захочет его разорвать. Зарабатывать ты будешь в четыре раза больше, чем в армии, плюс сохранение армейской медицинской и финансовой страховки и остальных полагающихся благ. Да, и премиальные за каждого червя, уничтоженного тобой лично, и доля за убитого коллективно. Сам увидишь, что ставки для вольнонаемных гораздо выше, чем для военнослужащих.

- В качестве официального индейского проводника армии Соединенных Штатов, - добавил Дэнни Андерсон, - ты будешь приписан к штату генерала Тирелли и должен исполнять все, что сочтет нужным она. Твое первое задание - сопровождать ее во время операции "Ночной кошмар" и использовать свой опыт для успешного завершения этой экспедиции.

Уоллакстейн ухмыльнулся:

- По закону ты, конечно, больше не состоишь на действительной службе в Специальных Силах и лишаешься допуска в нашу сеть данных. Тем не менее ты - участник операции дяди Аиры и увидишь, что информация, доступная тебе по категории Дубль-Кью, Красный Статус, намного интереснее. Важно, что это полностью выводит тебя из-под командования генерала Уэйнрайта. Собственно, над тобой вообще не будет командиров. Приказывать больше не будут — только советовать. Но ты лишен права проводить военные операции. Возможно, это несколько разочарует тебя. Но если ты посмотришь параграф тринадцать, то увидишь, что армия Соединенных Штатов сохраняет за собой право вернуть тебя на действительную службу в будущем. Если возникнет необходимость.

- Другими словами, меня призовут во второй раз?

- А я-то думал, что закон запрещает дважды подвергать жизнь человека риску.

Уоллакстейн пожал плечами:

- Мы оставляем дверь открытой на случай, если генерал Уоллакстейн падет смертью храбрых. Возможно, в один прекрасный день окажется полезным вернуть тебя на службу. Ну как, подпишешь бумаги?

- А что, если я откажусь? Что, если решу бороться с Данненфелзером?

- Тогда я отдам приказ генералу Андерсону немедленно арестовать тебя, снять с корабля и передать в руки соответствующих инстанций сразу по прибытии в Хьюстон. Еще вопросы имеются?

Уоллакстейн посмотрел на меня добрыми голубыми глазами. Я узнал это выражение, означающее:

"Не-задавай-больше-никаких-вопросов-ответом-на-них-будет-нет".

Я раздраженно крякнул, но тем не менее подписал бумаги. Лиз их засвидетельствовала. Дэнни Андерсон заверил ее подпись. Дядя Аира взял документы, быстро свернул и засунул во внутренний карман комбинезона. Дэнни Андерсон сказал:

- Твое удостоверение, пожалуйста.

Я передал карточку Дэнни, и он вставил ее в щель на своем блокноте.

Нажал на кнопку, подождал две секунды и вернул карточку. Я равнодушно взглянул на нее. В графе, где был указан мой чин, прибавилось: "уволен", после чего следовало: "вольнонаемный специалист"; несколько армейских шифров тоже выглядели иначе. Кодовый номер на лицевой стороне изменился прямо на моих глазах, пока я смотрел на него; его цифры будут произвольно меняться все время. Карточку можно подделать, но не программу, заложенную в микрочипе. Я сунул карточку обратно в свой нагрудный прозрачный кармашек.

После этого дядя Аира пожал мне руку.

- Поздравляю. Теперь ты волен быть таким ослом, каким хочешь, не подвергая при этом риску карьеру окружающих тебя людей. Правда, их жизни ты по-прежнему угрожаешь, так что, пожалуйста, веди себя осмотрительно.

Дэнни Андерсон тоже пожал мне руку - несмотря на могучую внешность, его рукопожатие оказалось удивительно мягким.

- Поздравляю. - Его тон был язвительным и не особенно теплым.

Лиз лишь вздохнула и утомленно потерла переносицу.

- Что с тобой? - спросил Уоллакстейн.

- Если бы мы могли так же умно действовать против червей, - сказала она, - то нам не нужно было бы исхитряться, действуя против собственной армии.

Лицо Уоллакстейна напряглось.

- Тебе надо быть посерьезнее, понятно?

- Простите, война такая длинная, я устала.

Дядя Аира понимающе кивнул, шагнул к Лиз и почти по-отечески положил руки ей на плечи.

- Да, я сделал это для Маккарти, но и для тебя тоже. Скажи мне, что ты счастлива.

Она моргнула, смахнув ресницами слезы.

- Мы беременны. Я очень счастлива.

- Хорошо. Я рад. - Дядя Аира обнял Лиз, нежно поцеловал, затем снова заглянул ей в глаза и поцеловал еще раз. - Заботься о себе и своем ребенке, а когда вернешься в Хьюстон, мы подумаем, как переправить тебя на Луну. Его тоже, если ты настаиваешь.

Он кивнул в мою сторону.

- Да, его тоже, - кивнула Лиз. - Он начинает мне нравиться.

Тут Дэнни Андерсон постучал по плечу дяди Аиры.

- Теперь моя очередь.

Он сгреб Лиз в свои объятия, как заблудший братец, согнул пополам и впился в нее отнюдь не братским поцелуем. Когда они наконец вынырнули на воздух, Лиз раскраснелась и никак не могла отдышаться.

- Вот это да, Дэнни, - смутилась она. - Если бы я знала, как ты целуешься… - Она замолчала, не в силах закончить, и, искренне удивленная, смерила его быстрым взглядом с головы до ног. - Какая потеря!

- Да уж, - плотоядно ухмыльнулся он. - В такие моменты я хочу быть лесбиянкой.

Оба засмеялись и снова упали друг другу в объятия. Затем Дэнни повернулся ко мне. Почему-то сейчас он казался выше, чем обычно.

- Хорошенько береги себя. - Он хлопнул меня по плечу и напомнил Уоллакстейну: - Время вышло. Зимф рассвирепеет, если я заставлю ее ждать.

Уоллакстейн прошел было мимо меня, но потом остановился, задумался, словно желая что-то сказать. В итоге он так ничего и не сказал. Просто поднял руку и резким движением взъерошил мне волосы.

- Береги ее, Джим. Иначе я убью тебя.

А потом пошел за Дэнни Андерсоном к служебному выходу.

Я повернулся к Лиз. Мы смотрели друг на друга сквозь годы.

- Боже, - проговорил я. - Люди приходят и уходят, выбирая самые странные пути.

 

"Горячее кресло", передача от 3 апреля (продолжение):

РОБИНСОН…Хорошо, расскажите нам о плане победы. Но должен честно вас предупредить, я не знаю, сколько еще этого мусора влезет в меня, прежде чем он попрет обратно прямо из горла…

ФОРМАН. Не притворяйтесь большим дураком, чем вы есть, Джон. Вы знаете факты не хуже других. Сейчас предпринимаются самые мощные в истории военные действия, чтобы сдержать и взять под контроль хторранское заражение здесь, на Земле. Мы постоянно пересматриваем их. Черви адаптируются. Мы - тоже.

Ясно, что прямые военные удары по мандалам - лишь бесполезная трата энергии.

Вы видели фотографии района взрыва в Скалистых горах. Он снова становится красным. Земные виды не могут соперничать с хторранами на выжженной земле.

Как бы соблазнительно ни выглядела тотальная бомбежка всех лагерей червей на планете - а у нас наверняка хватило бы ядерного оружия, - в перспективе это стало бы страшной ошибкой. Мы всего лишь расчистим Землю для следующего поколения хторран.

РОБИНСОН. Да? Ну, и чем же мы занимаемся вместо этого? Заборами от червей? Капелька пеностирола и немножко бритвенной ленты - это все, что вы можете предложить?…

ФОРМАН. Мне показалось, что вы говорили о собственном расследовании, Джон…

РОБИНСОН. Полимерные аэрозоли? Вы и в самом деле думаете, что силикон остановит червей?

ФОРМАН. Между прочим, мы видели, как он работает. Мы закрыли целые поля этим веществом. Аэрозоль делают из стекла и песка, поэтому его производство дешево. Мы на пороге того, чтобы производить его прямо на местах. Твердое вещество с такой низкой плотностью еще никогда не производилось. Очень маленькой массой можно покрыть очень большую площадь, и действует он на все сто процентов все сто процентов времени. Это идеальный забор против червей, потому что червь не видит его, не ощущает, не чувствует ни запаха, ни вкуса.

Человек видит очень слабую дымку или туман, стелющийся по земле, но для червей он абсолютно невидим - это как-то связано с устройством их глаз.

Хторры идут прямо в ловушку и ничего не подозревают, пока не становится слишком поздно. Это поразительное вещество, Джон. Оно такое же липкое, как и легкое. Прежде чем червь сообразит, что происходит, он уже со всех сторон окружен невидимой стеной. Не важно, в какую сторону он рванется, - клубок, мешающий двигаться, будет расти и расти, все больше и больше нитей будут опутывать его. Червь сам себя втягивает в гигантскую паутину. Чем больше он двигается, тем сильнее запутывается. Длинные нити аэрозоля создают потрясающий кумулятивный эффект. Бедный червь не сможет даже прогрызть дыру - вещество забивает пасть, зубы, всю пищеварительную систему. Оно обездвиживает червя за считанные минуты. Тот просто сворачивается и замирает, но даже это не поможет. Потревоженные нити сокращаются, стягиваются, прилипают. Вырваться невозможно. И ни один хторр не сможет прийти к нему на помощь - освободить, вытащить оттуда или войти в состояние общения, - не попавшись сам. Таким образом, они даже не смогут передать друг другу, что существует подобная ловушка.

ФОРМАН (продолжает после рекламной паузы). Сегодня мы производим аэрозоли с периодом полураспада от недели до трех лет. Мы можем распылить их сплошной стеной вокруг города или ставить ловушки в наиболее зараженных районах. Препарат нетоксичен и разлагается в результате биодеградации, так что его можно использовать повсюду. Японцы любят это вещество и даже используют его для создания новой отрасли - разведения червей. Хторранское масло. Хторранское суши. Хторранская кожа. Эта отрасль промышленности прогрессирует на азиатском материке. Видите, человек кое-что может.

РОБИНСОН. Дымовая завеса? Вы хотите сказать, что нас спасет дымовая завеса?

ФОРМАН. Вас? Понадобится очень много дыма, чтобы спасти вас, Джон. Я думаю, что столько нам не произвести. Но что касается остальных - да.

Контролирующее агентство Объединенных Наций уже одобрило разделение планеты на экологические зоны, разграниченные аэрозольными барьерами. А в конечном итоге мы намереваемся изолировать подобными заграждениями все крупные очаги заражения сразу после их обнаружения. Такая мера, мы надеемся, остановит или, по крайней мере, затормозит рост зараженных территорий. Если мы сумеем изолировать резервуары инфекции, то одержим крупную победу…

Подхваченные потоками воздуха споры манны выпускают длинные тончайшие нити, чуть клейкие и очень нежные - нежнее паутины - и достигающие в длину нескольких сантиметров.
"Красная книга" (Выпуск 22. 19А)

В воздухе они могут склеиваться с нитями других спор, и в конце концов пучки нитей манны становятся достаточно крупными, так что даже невооруженным глазом можно увидеть дрейфующие в воздухе бледно-розовые хохолки.

Если выброс спор был достаточно велик, комочки нитей манны продолжают расти и могут достичь такой величины, что по виду и по цвету становятся похожими на сахарную вату, отсюда и пошло расхожее название растения - "сахарная вата".