Водрузив на плиту огромную кастрюлю с бобами, Мелисса устало опустилась на табуретку. Она чувствовала, что готова вот-вот взбунтоваться.

С того самого момента, как эта ломака Кэрри спросила, кто же теперь будет готовить, Мелисса поняла, чем ей грозит несчастье Барбары. Она попалась, она вновь обречена на неблагодарную роль кухарки и прислуги «за все» в шале «Приют влюбленных»!

Конечно, она не сдалась без боя. Но эта битва была из тех, что проиграны задолго до начала.

Первой ее худшие опасения подтвердила Кэрри. Обведя присутствующих твердым взглядом, блондинка заявила, что отказывается даже переступать порог кухни.

Гленда залилась густым румянцем и, переглянувшись с Николасом, пролепетала, что и макароны толком сварить не умеет, а о прочих изысках и речи идти не может.

Но Мелисса еще сопротивлялась судьбе. Поставив поднос с кофе на стол, она уперла руки в бока и окинула вызывающим взглядом мужскую часть компании.

— Добровольцы найдутся?

Добровольцев, как и следовало ожидать, не нашлось. Конрад, по своему обыкновению, отмалчивался, взирая на Мелиссу с откровенным ужасом. Николас клялся и божился, что по части стряпни они с женой друг друга стоят — оба беспомощные дилетанты.

Оставался Джералд. Повернувшись к нему, Мелисса с негодованием обнаружила, что ситуация его явно забавляет. Он ведь знал, что Мелисса с детских лет отлично умеет готовить. Но, к чести его сказать, не стал делиться этим знанием с окружающими.

— Дорогая моя Мелисса, — картинно развел он руками, — что до меня, я жажду помочь всем, если это в моих силах. Тем более что ты наверняка не забыла, как мастерски я готовлю омлет.

При этом скрытом упоминании о ночи, проведенной Мелиссой в его доме, по щекам молодой женщины разлился предательский румянец. А Джералд уже повернулся ко всем сидящим за столом.

— Поверьте на слово: мой омлет — шедевр поварского искусства. Только это единственное блюдо, которое я умею готовить. Разумеется, если вы ничего не имеете против того, чтобы две недели кряду есть его на завтрак, обед и ужин…

— Спасибо, дружище. Однако мы, пожалуй, откажемся от твоего великодушного предложения! — засмеялся Николас.

Таким образом, участь Мелиссы была решена. Видя, что выбора у нее нет, она согласилась взвалить на себя обязанности кухарки. Но не более того.

— Я не намерена провести весь отпуск за домашней работой, — заявила она. — Так что мыть посуду и убираться в доме вы будете сами. Согласны?

Все дружно закивали. Но не прошло и двух дней, как этот договор был нарушен.

Джералд с Майком отправились в больницу проведать Барбару, а чета Дарлин поехала в ближайший городок за продуктами. Таким образом ежедневная уборка и мытье посуды выпали на долю Конрада и Кэрри.

Однако спустя час выяснилось, что за работу никто и не думает браться. Конрад куда-то пропал, зато Кэрри была дома — сидела в гостиной и невозмутимо красила ногти! Похоже, подобное ничегонеделание было для нее нормой.

Кэрри вообще проявляла интерес к происходящему только в присутствии Джералда. Она восторженно хлопала ресницами и восхищалась каждой его фразой, откровенно пожирала глазами его статную рослую фигуру и норовила при любой возможности прижаться к нему пышной грудью. Джералд не мог не замечать этих «знаков внимания», однако по его невозмутимому лицу Мелисса так и не поняла, по вкусу ли они ему.

— Ну и девица! Просто прилипала какая-то! — возмущенно заявила Гленда Мелиссе как раз накануне, когда подруги ненадолго остались одни. — Ты заметила, что она Джералду прохода не дает? Отвратительно! Не понимаю, и как это только Конрад мирится с таким поведением Кэрри? В конце концов, кто ее сюда привез?

Мелисса философски пожала плечами.

— Быть может, считает, что лучше делить с кем-то свою девушку, чем ходить одному.

— Кошмар! Бедненький Конрад! — воскликнула Гленда. — А Джералду каково! Тоже оказался в неудобной ситуации.

— Думаю, за него можно не волноваться, — возразила Мелисса. — Как-нибудь справится.

— Кэрри откровенно вешается ему на шею. Слушай, уж кто-кто, а ты в жизни всякого насмотрелась. Как думаешь, она сумеет затащить его в постель?

— Понятия не имею.

Мелиссе начало потихоньку отказывать чувство юмора. Гленда обращается с ней так, будто она старая, умудренная жизнью женщина. Черт возьми, ей всего двадцать восемь! Ненамного больше, чем самой Гленде, хотя та явно считает ее глубокой старухой, у которой никакой личной жизни уже и быть не может.

Меж тем Гленда не торопилась менять тему.

— Так что ты думаешь? Соблазнит она его или нет?

— Кто знает? — пожала плечами Мелисса и хмуро добавила: — Во всяком случае, если и нет, то не потому, что плохо старалась.

Ее собеседница вздохнула и покачала головой.

— Не понимаю я этих мужчин. Ведь сразу видно, что, пусть фигура у Кэрри и потрясающая, сама-то она дура дурой. Ну как может разумный человек связываться с особой, у которой на уме один секс?

Мелисса в ответ засмеялась, выразительно закатывая глаза. Гленда покраснела.

— Ладно, понимаю, глупый вопрос. Мало кто способен отказаться, когда спелое яблочко само падает в рот, да? Слава Богу, — добавила она с чувством, — эта особа хотя бы на моего Николаса не зарится!

Мелисса не стала портить подруге настроение логичным предположением, что, если Джералд отклонит заигрывания Кэрри, роковая женщина местного масштаба переключится на следующего по привлекательности мужчину.

Впрочем, что удивительного, если Джералд попадется-таки на удочку? С каждым днем наряды Кэрри становились все откровеннее, а взгляды — зазывнее.

Смешивая ингредиенты для соуса, Мелисса решила, что не станет и пытаться разобраться в своих сложных и противоречивых чувствах к Джералду. Для нее и так стало неприятным сюрпризом, что всякий раз при откровенно-незамысловатых атаках Кэрри на Джералда она испытывает самую что ни на есть настоящую ревность.

Нет! Уж лучше думать о стряпне. На сегодня Мелисса задумала сделать баранину с бобами по-провансальски, а на сладкое — желе со взбитыми сливками.

Она вытирала красивую форму для желе, как вдруг на ее талии сомкнулись чьи-то сильные руки. Мелисса так и подскочила от неожиданности. Судорожно дернулась — и буквально впечаталась в Джералда.

— Боже! Как ты меня напугал! Чего ради ты вздумал ко мне подкрадываться?

— Тсс! Я теперь хожу по дому на цыпочках. Стараюсь не попадаться Кэрри на глаза, — прошептал он ей на ухо. — Честно говоря, эта женщина меня просто пугает.

— Неужели? — саркастически усмехнулась Мелисса. — Что-то вчера вечером, когда она вытащила тебя на террасу любоваться луной, вид у тебя был не слишком испуганный.

Впрочем, она тотчас же прикусила язык. Лучше не показывать Джералду, как бесят ее наглые домогательства развязной блондинки. Еще решит, чего доброго, будто она его ревнует!

Увы, судя по всему, он читал ее мысли с нечеловеческой проницательностью.

— Можешь не ревновать, милая! Клянусь, я до этой особы добровольно и пальцем не дотронулся бы, — заверил он и, склонив голову, прижался губами к шее Мелиссы.

— А с какой стати мне ревновать? — возразила она, невольно содрогаясь от прикосновения теплых, нежных губ.

— Как бы там ни было, — тихо продолжил он, прижимая молодую женщину к себе, — я пришел сюда не для того, чтобы говорить о Кэрри. Смотри, какой сегодня чудесный день! Склоны так и манят, правда?

С этими словами он увлек Мелиссу за собой к окну. Перед ее взором предстала прямо-таки рождественская открытка: сияющие на солнце пики гор, нарядные, заснеженные сосны на склонах.

Она залюбовалась было открывшимся видом, но объятия Джералда вернули ее к действительности. На миг зарывшись лицом в ее волосы, он предложил:

— Пойдем покатаемся.

— Не могу! — запротестовала она. — Я еще не приготовила ужин. А кроме того…

— Ерунда! — перебил Джералд. — Каждый прекрасно может сам себе что-нибудь приготовить. На худой конец, кругом полно ресторанов. Но, конечно, — с коварной улыбкой добавил он, — если ты предпочитаешь остаться в кухне, что ж, я готов составить тебе компанию. Только… — В голос его закралась вкрадчивая хрипотца, и, запустив руки под свитер Мелиссы, он скользнул ладонями вверх, к ее груди. — Только я не готов противиться искушению заняться с тобой любовью прямо здесь…

— Хорошо-хорошо, — пролепетала она, когда его пальцы сомкнулись на внезапно затвердевших сосках. — Пойдем кататься. Только дай мне пять минут на то, чтобы собраться.

Она выскользнула из объятий Джералда. А тот, похоже, ничуть не расстроился.

— Хоть двадцать пять. Только бы выбраться из дома так, чтобы Кэрри нас не заметила, — все тем же полушепотом отозвался он и поморщился. — Ты не поверишь, но, когда я сейчас проходил мимо гостиной, эта кривляка красила ногти на ногах в ярко-зеленый цвет!

Торопливо поднимаясь по лестнице в свою спальню, Мелисса отчаянно пыталась заглушить упреки совести. В конце концов, ничего страшного, если она разок пренебрежет своими обязательствами. Да и совсем не обязательно кататься очень долго. Часочка вполне хватит. Она прекрасно проведет время, а потом приготовит ужин.

Поскольку в этом году ни один из них еще не стоял на лыжах, молодые люди выбрали для начала трассу полегче. Но Мелисса сразу поняла, с каким первоклассным лыжником имеет дело. Правда, и он в свою очередь похвалил ее мастерство.

— Мы с тобой друг другу под пару, тебе не кажется? — улыбнулся он, когда они остановились перевести дух. — Давай наперегонки до самого низа? Поехали!

И, не дав ей времени ответить, помчался по склону.

— Здорово! — восторженно воскликнула Мелисса, резко затормозив рядом с Джералдом. — Чудесно! Какая красота!

— Могу то же самое сказать про тебя, — снова улыбаясь, отозвался он, с откровенным восторгом глядя на легкую, стройную фигурку в голубом, под цвет глаз, костюме.

Лицо молодой женщины разрумянилось от свежего воздуха, глаза сияли. Она была чудо как хороша! Джералд не смог удержаться от искушения привлечь ее к себе и нежно поцеловать. Однако уже в следующую минуту обоим пришлось со смехом спасаться от стайки новичков, что угрожали врезаться прямо в них.

Давно Мелисса так не наслаждалась. Все тревоги, все неприятности выветрились из головы. Лишь когда начало смеркаться, она виновато осознала, как долго они катаются.

— Пора возвращаться, — со вздохом сожаления сказала она Джералду. — Я и так провела тут куда больше времени, чем собиралась. Даже если я немедленно начну готовить, все равно ужин поспеет только поздно вечером.

— Что ж, тем хуже для них! Потому что для нас я заказал столик в одном замечательном ресторане неподалеку отсюда. И даже не думай со мной спорить, Мелисса, — заявил он. — Я приехал сюда с единственной целью: побыть с тобой, так и знай! И будь я проклят, если позволю тебе изображать Золушку, пока мы все будем наслаждаться жизнью.

— Но я не могу…

— Предоставить им самим позаботиться об ужине? Еще как можешь! Не умрут же они с голоду, сама подумай. Кругом полно всевозможных кафе и ресторанов.

Пред лицом его несгибаемой решимости провести вечер в ее обществе — неужели Джералд и впрямь приехал сюда ради нее? — Мелисса согласилась с тем, что их товарищи, возможно… может быть… все-таки сумеют поужинать и без нее.

— Отлично! Насчет самого главного мы, кажется, договорились. А теперь самое время найти уютное местечко, чтобы немного выпить перед ужином.

В мгновение ока Джералд помог спутнице снять лыжи, небрежно закинул их на плечо вместе со своими и, крепко взяв ее за руку, повел к дому.

— Как вкусно! — счастливо вздохнула Мелисса, откладывая нож с вилкой. — Нет-нет, спасибо. Честное слово, я больше и кусочка не проглочу. Разве что чашечку кофе.

— Неплохо провели время, правда? — произнес Джералд, откидываясь на спинку стула и с улыбкой глядя на обворожительную спутницу.

Она кивнула.

— Да, просто чудесно. И ты был совершенно прав. Ума не приложу, с чего это я вбила в голову, будто обязана день-деньской торчать в кухне!

Хотя, призналась она себе, без поддержки Джералда ей не хватило бы духу сказать всем остальным, что сегодня им придется самим о себе позаботиться.

— Я везу Мелиссу в ресторан, так что сами думайте, что будете есть на ужин, — объявил он, когда, выпив в небольшом баре по стаканчику глинтвейна, они вернулись переодеться в шале. — А тебе… — добавил он, указывая на Кэрри, — да-да, тебе как раз пора приподнять с дивана задницу и чуть-чуть поработать. Ну, чего ждешь? — Ошеломленная блондинка лишь хлопала ресницами, тупо глядя на него. С ней явно давно так никто не разговаривал. — Фартук висит за дверью. Так что надевай — и за дело!

Мелисса с трудом сдержала смех. Судя по всему, остальным тоже нелегко было сохранить невозмутимое выражение лица, когда под жестким взглядом Джералда Кэрри выбежала из комнаты. Через мгновение из кухни донесся громкий лязг — должно быть, фотомодель вымещала злость на ни в чем не повинных кастрюлях.

— Страшно представить, что она там наготовила! — засмеялась Мелисса, вспомнив этот эпизод. — Хотя, по-моему, ты с ней слишком круто обошелся.

— Пустяки! Ей это только на пользу, — уверенно ответил он. — Тем более что Майк собирается завтра отвезти Барбару в Нью-Йорк. А значит, на двух едоков станет меньше.

— О Господи! — Мелиссу мгновенно обуяло раскаяние. — Я совсем забыла про бедную Барбару. Какая же я бесчувственная эгоистка!

— Брось. За последние два дня ты два раза навещала ее, а остальные хорошо если по разу.

— Но мне ее так жалко! — Мелисса все еще не могла отделаться от чувства вины. — Ей не стало хуже? Майк не поэтому везет ее в Нью-Йорк?

Джералд медленно покачал головой.

— Нет. Тут очень опытные врачи, что, впрочем, и неудивительно для горнолыжного курорта. Так что с ней все будет в порядке. На самом деле, — продолжил он, долив себе и Мелиссе вина, — Майк решил, что Барбаре нет никакого смысла оставаться в шале. Кэрри ее просто съест. А оставлять бедняжку совсем без присмотра тоже нельзя. Дома, с родителями, ей будет гораздо лучше.

— А сам Майк собирается потом вернуться?

Джералд пожал плечами.

— Не знаю. По-моему, он еще и сам не решил… Но вряд ли. У меня такое впечатление, что Майк собирается приехать сюда в конце марта и опять пригласить Дарлинов.

— Они с Николасом старые друзья? — спросила Мелисса, когда официант принес кофе.

— Да, мы с Николасом и Майком вместе учились в школе. А вот Конрад не из нашей компании. И честно говоря, нам всем кажется, что, связавшись с Кэрри, он повел себя как полный болван.

— Ну… — пробормотала Мелисса, отводя глаза, чтобы скрыть замешательство, — она ведь очень красивая, правда?

Джералд саркастически усмехнулся.

— Может, и красивая. Но я достаточно повидал на своем веку, чтобы узнать девицу легкого поведения, когда мне доведется ее встретить, — безжалостно произнес он. — Кстати, я хотел тебе кое-что сказать.

— О Кэрри? — непонимающе вскинула взор Мелисса.

— Да нет же, глупышка! — усмехнулся он. — Делать мне нечего, как разговаривать с тобой об этой дуре. О нас с тобой.

Он на миг замялся, словно бы не зная, с чего начать, а потом наклонился вперед, накрывая ладонями дрожащие пальцы Мелиссы.

— Честно говоря, милая, мне не хочется снова и снова возвращаться к нашему прошлому. Для меня оно умерло. И все же факт остается фактом: десять лет назад, когда тебе только исполнилось восемнадцать, да и я был немногим старше в смысле житейского опыта, между нами произошел бурный и страстный роман. Теперь тебе двадцать восемь, а мне — тридцать три, и мы не только на десять лет старше, мы изменились. Стали совсем другими людьми.

— Ты прав, — согласилась молодая женщина, стараясь не замечать тепла, что исходило от его длинных сильных пальцев.

— Вот почему я рискнул приехать сюда, в Деер-Вэлли, чтобы провести две недели с тобой, Мелисса, — тихо произнес он. — Не буду отрицать, что меня по-прежнему неудержимо влечет к тебе. Настолько влечет, что я с трудом себя контролирую, — с хмурой улыбкой признался Джералд. — Но одного физического влечения к женщине еще мало для…

Он снова замялся, подбирая слова.

— Ну, скажем, прочной дружбы на этом не построишь. А именно таких отношений, ясных и прочных, я хочу, Мелисса. — Джералд посмотрел ей в глаза. — Поэтому я надеюсь, что ты согласишься со мной. Давай попытаемся, пока мы не вернулись к привычной жизни, к привычным делам и обязанностям, как можно лучше узнать друг друга. Лучше, чем мы знаем друг друга сейчас.

— Давай… — Она бросила застенчивый взгляд из-под ресниц на Джералда и, смутившись, снова потупилась.

Однако когда они поздним вечером вернулись в шале и обнаружили, что все остальные его обитатели уже спят мирным сном, Мелисса выяснила, что предложение Джералда «получше узнать друг друга» включает в себя не только день, но и ночь.

— Да будет тебе, Мелисса! — взмолился он, заходя вслед за ней в спальню. — Не прогоняй меня! Не хочешь же ты, чтобы я не спал всю ночь да вдобавок вынужден был придвигать к двери мебель, чтобы забаррикадироваться от Кэрри?

— Ты имеешь в виду, что… — Мелисса не договорила, шокированная мыслью, что женщина способна вломиться в комнату к мужчине.

— Именно это самое! — заверил ее Джералд, решив скрыть тот факт, что не далее как сегодня утром ему уже пришлось выдворять настырную блондинку из своей ванной, куда она проскользнула, пока он брился. Нелегкая это была задача!

— Так мне предлагается спасти тебя от участи похуже, чем смерть? — переспросила Мелисса, умудрившись изобразить на лице непринужденную улыбку, хотя ноги ее дрожали, как студень, а сердце грозило выскочить из груди.

— Совершенно верно! — пылко согласился Джералд, привлекая молодую женщину к себе.

Темно-русая голова склонилась над ней. Первое же прикосновение жарких губ вызвало к жизни волну такого дикого, необузданного желания, что Мелисса застонала, вмиг забывая обо всем на свете. Так было десять лет назад, так было сейчас.

Только сейчас, став на десять лет старше, она ощущала все как-то сильнее, глубже, интенсивней. А поцелуй Джералда, нежный и бережный поначалу, становился все требовательнее.

Прильнув к его широкой груди, Мелисса таяла. Медленные, безумно эротические движения его рук возносили ее на вершину блаженства. В ответ на ее слабый восторженный лепет из горла Джералда вырвалось хриплое, сдавленное рычание, а в следующую минуту он подхватил ее на руки и шагнул к кровати.

Осторожно опустив побежденную красавицу на покрывало, торжествующий победитель на миг замер, любуясь ею. В глазах его было столько страсти, что Мелиссе казалось, будто она плавится в горниле любовного томления.

— Сколько же на вас, женщинах, всякой одежды, — недовольно проворчал он и принялся проворно расстегивать пуговицы ее шелковой блузки.

Сознание молодой женщины словно раздвоилось. Она была способна оценить ту ловкость, с которой Джералд освободил ее от блузки, брюк и тонких лоскутков белья. И то же время упивалась тем, как участилось его дыхание при виде ее обнаженного тела, как задрожали пальцы, коснувшись шелковистой кожи, как он сдавленно охнул, когда она обняла его за шею.

— Мелисса, милая моя, красавица ненаглядная…

Она выгнулась, всем телом прижимаясь к возлюбленному, безоговорочно покоряясь властному напору его губ и рук, трепеща от горячечного жара, что порождали в ней прикосновения его пальцев к ее упругой груди, стройным бедрам. Мелисса билась в тенетах лихорадочного, неуемного желания, тело пульсировало жаждой, что настоятельно требовала утоления.

— Мелисса… — выдохнул Джералд, когда молодая женщина принялась ласкать его.

Кровь тяжело и часто стучала в висках. Броня выдержки покрылась трещинами и рассыпалась, не выдержав завораживающих движений пальцев возлюбленной и силы собственного желания, что недвусмысленно давало знать о себе.

Мелисса всем своим существом отзывалась на зов страсти, трепетала под утонченными ласками Джералда. И когда наконец напряжение меж ними достигло предела, оба разом утратили контроль над собой. С гортанным рыком Джералд раздвинул бедра возлюбленной и овладел ею…

Потом, когда они лежали, не расплетая объятий, — ее голова покоилась у него на груди, он уткнулся лицом в ее душистые волосы, — Мелисса думала, что никогда в жизни не испытывала такого блаженства. Какие бы переживания ни выпали на ее долю в будущем, она знала: давняя любовь к этому мужчине, единственному в ее жизни, осталась прежней и не потускнеет с годами.

Следующие десять дней и ночей слились для Мелиссы в сплошной поток безоблачного, упоительного счастья. Они с Джералдом жили в своем, только им принадлежащем мире, дивном и восхитительном. В мире, тем более прекрасном, что оба были сейчас совершенно свободны от гнета ответственности и обязанностей, что ограничивает людей в обыденной жизни.

День за днем они катались на лыжах по снежным склонам гор или рука об руку бродили по окрестностям, глядя на витрины магазинчиков или дорогих бутиков, в одном из которых Джералд, не слушая никаких возражений, купил Мелиссе потрясающую золотую цепочку. Никогда в жизни она еще не была так счастлива. Поглощенные только друг другом, они почти не замечали происходящего вокруг. Но окружающий мир не остался слеп к их счастью. Во всяком случае, остальные обитатели шале недолго оставались в неведении.

Мрачные взгляды и язвительные реплики Кэрри ясно дали понять: она сложила два и два, получив в итоге четыре. Зато Гленде потребовалось некоторое усилие, чтобы осознать: несмотря на «престарелый» возраст, тонкая и гибкая Мелисса все еще способна очаровать кавалера столь блистательного, как Джералд Морган.

— Прости. Представляю, какой идиоткой я тебе казалась, когда рассуждала о Джералде с Кэрри, — смущенно сказала Гленда старшей подруге в один из этих дивных дней. — Просто я почему-то совсем не думала…

— Что старуха, стоящая одной ногой в могиле, еще не окончательно вышла в тираж? — засмеялась Мелисса.

— Нет-нет! Я совсем не это имела в виду, — запротестовала Гленда. — Но как же я рада, что Кэрри дали по носу! Она теперь дуется целыми днями напролет.

И Гленда захихикала.

Однако Мелисса была слишком счастлива, чтобы думать о Кэрри. Конечно, такое счастье не может длиться вечно.

Уже через несколько дней им придется вернуться в реальный мир, где ежедневные рабочие будни, деловые встречи и совещания неизбежно омрачат нынешнюю эйфорию. Но все равно она никогда, никогда не пожалеет о том, что провела эти дни с Джералдом!

В одну из божественных ночей после очередного апофеоза страсти Джералд вдруг приподнял голову. Рука, что рассеянно поигрывала тонкими пальцами возлюбленной, напряглась. Удивленная Мелисса открыла глаза.

— Джералд, в чем дело? Что-то не так?

Он ответил не сразу.

— Милая, только не обижайся. Пойми меня правильно, я не должен задавать тебе подобных вопросов, но мы, мужчины, такие собственники! Я не скрываю моего прошлого — что толку? А ты? У тебя было много мужчин?

Настал черед Мелиссы надолго замолчать. Он коснулся больной темы — темы, на которую ей не хотелось бы говорить. Но от Джералда она ничего не могла утаить — сердце ее невольно открывалось ему навстречу.

— Не смейся, но… Честно говоря, ни одного. То есть, — быстро добавила она, почувствовав его невольное изумление, — в этом самом смысле ни одного. А так, за мной многие ухаживали, и подчас мне это даже нравилось, а с двумя из них я даже целовалась. Только… — Мелисса снова помолчала. — Только это было совсем по-другому. И ничего большего мне совершенно не хотелось. Как думаешь, — высказала она свои давние потаенные опасения, может, я просто холодная от природы?

Ответом ей послужил громовой хохот. Джералд едва не всхлипывал от смеха, на глазах его выступили слезы.

— Нет, родная, — очень серьезно ответил он, отсмеявшись. — Нет, ты не холодная от природы. Скорее, наоборот. Честно говоря, мне еще не встречались женщины, столь пылкие и отзывчивые.

Джералд говорил чистую правду. Он не знал возлюбленной, которая бы столь полно и безоглядно разделяла его наслаждение, делала это наслаждение поистине райским. Каждый мужчина рисует в своем воображении образ идеальной любовницы, но встречает ее далеко не каждый. Она ненасытно, без устали исследовала его тело, и под ее ласками он превращался в человека, обуреваемого первобытными, безудержными страстями.

Джералд опустил голову на живот возлюбленной, коснулся губами выступающей косточки на бедре. Мелисса вздрогнула от знакомого, сладостного предвкушения. И они вновь сплелись в любовном объятии…

Но вот праздник подошел к концу. И хотя Мелисса охотнее всего провела бы свой последний вечер в Деер-Вэлли наедине с любимым, тем не менее она согласилась на его предложение отправиться всей компанией в «Млечный Путь», один из самых роскошных местных ресторанов, а оттуда — в ночной клуб.

Вечер прошел на диво успешно. Даже Кэрри, похоже, сделала над собой усилие и кончила дуться. Хотя Мелиссе не очень-то хотелось это признавать, но высокая блондинка выглядела просто потрясающе в длинном обтягивающем вечернем платье из красного шелка а-ля Мэрилин Монро.

Что же до выреза… Мелисса еле сдержала смех, заметив, как все трое мужчин на миг застыли соляными столпами при виде глубокого, почти до пояса, треугольного выреза, выставляющего напоказ главное сокровище Кэрри.

— Знаешь что, дорогая, постарайся не наклоняться и не делать резких движений, а то нас всех, чего доброго, арестуют за нарушение общественного спокойствия! — засмеялся Джералд.

И Кэрри в кои-то веки повела себя как нормальный человек: захихикала, обняла смущенного Конрада и чмокнула его в щеку. Неужели эти двое наконец-то поладили? Ради Конрада Мелисса надеялась, что так оно и есть, хотя шансов на подобный исход дела было не так уж много.

А вот Гленда отнюдь не склонна была проявлять подобную снисходительность. Возможно, потому, что ей лишь с величайшим трудом удалось заставить мужа оторвать взгляд от прелестей роскошной блондинки.

— Нет, ты только погляди на это платье, — прошипела она, когда подруги после ужина отправились подкрасить губы. — Какая гадость!

— Да ладно тебе, Гленда, — улыбнулась Мелисса. — Давай смотреть правде в глаза. У Кэрри и в самом деле изумительная фигура.

— Это-то мне и не нравится, — надула та губки.

Мелисса засмеялась.

— Не переживай! Если я что-либо понимаю в жизни, то Кэрри бросит Конрада и сегодня же вечером попытается найти в ночном клубе приятеля побогаче и покрасивее! И, судя по тому, как она выглядит, — цинично добавила молодая женщина, — ей это удастся.

— Наверное, ты права, — согласилась Гленда. — В общем-то, мне абсолютно все равно, как она выглядит и какие платья носит. Пусть только к моему мужу не лезет!

Когда вся компания прибыла в ночной клуб и устроилась за заказанным столиком, прогнозы Мелиссы вроде бы начали сбываться. Кэрри немедленно вызвала откровенное восхищение у нескольких мужчин за соседними столиками.

Как ни странно, шампанское развязало язык Конраду. После долгого молчания его словно прорвало: он болтал без умолку, рассказывал анекдот за анекдотом. Вскоре вся компания уже покатывалась со смеху — за исключением Кэрри. Та, томно прильнув к груди высоченного шведа, покачивалась в медленном танце и не замечала, что ее друг внезапно оказался в центре внимания.

— Похоже, мы недооценивали старину Конрада, — шепнул Джералд Мелиссе.

В отличие от остальной компании он ограничился кока-колой. А когда молодая женщина выразила свое удивление, заметил, что хоть кому-то надо оставаться трезвым для того, чтобы потом отвезти остальных в шале. Вот это ответственность! Мелисса была глубоко впечатлена. Они с Джералдом много танцевали и веселились от души. Но под конец вечера, присев за столик перевести дух, Мелисса вдруг заметила, что к ней с угрожающим видом направляется Кэрри. Похоже, фотомодель снова принялась завидовать чужому счастью. Все ее планы потерпели крах, когда на сцене появись жена рослого шведа — миниатюрная брюнетка с очень решительным характером. При виде законной супруги швед тотчас же бросил новую знакомую на произвол судьбы.

От того ли, что ей не удалось никого подцепить, или виной всему было чрезмерное количество выпитого шампанского, или в Кэрри снова взыграла прежняя обида на Джералда, посмевшего проигнорировать ее авансы, но блондинка повела себя более чем странно.

— Джералд, милашка! — воскликнула она, опрокинув очередной бокал шампанского. — Ты отлично провел тут время, а вот Мелиссе, боюсь, скоро будет не до веселья. Вернется она домой и поймет, что ты дал ей отставку, как всем остальным твоим однодневкам. Прости, душечка! — Она одарила соперницу фальшивой улыбкой. — Надеюсь, ты не навоображала себе невесть что? Ну, например, что он собирается на тебе жениться!

Едва ли Кэрри отдавала себе отчет, чего намерена добиться подобными речами. В наступившей гробовой тишине Джералд вскочил на ноги.

— Счастлив сказать вам всем, что Кэрри глубоко ошибается! — громко объявил он, обводя взором пораженные лица.

Быстро нагнувшись и вытащив что-то из-под стола, он потянул бледную Мелиссу за руку, заставляя ее подняться, и привлек к себе.

— Конечно, это не традиционное кольцо с бриллиантом, — улыбнулся он, надевая на палец молодой женщины колечко от банки с кока-колой. — Что касается меня, то я жажду жениться на Мелиссе. Хотя мои слова для нее в некоторой степени неожиданны, я надеюсь, она примет мое предложение. Так что можете считать этот вечер официальным празднованием нашей помолвки!

Снова воцарилась потрясенная тишина. Все ошарашенно смотрели на Джералда. А он как ни в чем не бывало обнял дрожащую «нареченную» и поцеловал нежным долгим поцелуем.

В следующий миг все кругом уже смеялись, хлопали в ладоши, поздравляли жениха и невесту. Поднялся такой шум, что не только сидящие за соседними столиками, а весь зал начал любопытствовать, что там такое происходит. В мгновение ока к компании подскочил присутствующий на вечере корреспондент какой-то газеты.

Потрясенная, лишившаяся дара речи от скорости, с которой развивались события, Мелисса все же прекрасно понимала, что нельзя воспринимать безумное предложение Джералда всерьез. Решив отнестись к происходящему как к веселому розыгрышу, она засмеялась:

— Впервые слышу, что предложение руки и сердца сопровождалось колечком от банки колы!

— Ничего, дело поправимое. Как только доберемся домой, купим что-нибудь получше! — с широкой улыбкой пообещал ей Джералд.

Молодая женщина снова засмеялась и покачала головой:

— Надеюсь, я до этого доживу!

— Силы Небесные! Уж конечно! — И он опять заключил ее в объятия.

В этот момент их ослепила магниевая вспышка — корреспондент тоже не терял времени даром.