— Вставай, человек. — Голос был высоким, но приятным. Хотелось раствориться в нем и наслаждаться тем, как звуки складываются в слова.

Сергей улыбнулся и открыл глаза. Наверное, он окончательно сбрендил. Перед ним стояло четырехметровое существо с гигантскими крыльями. Руки и ноги напоминали тонкие стальные прутья; кожа обтягивала тело так сильно, что казалось вот-вот разорвется; пальцы соединялись перепонками; на тонких губах виднелись гнойники; лицо было опухшим, однако в его складках прятались добрые бусинки-глаза.

У Тропова в животе всё похолодело.

— Не бойся, — сказала существо. — Я Человек-мотылек.

Крылья Человека-мотылька напоминали скорее крылья летучей мыши, поэтому для Сергея оставалось загадкой (??) имя четырехметровой твари.

— Я умер, — выдавил Тропов.

— Нет, Первый. Я пришел, чтобы помочь тебе.

— Помочь в чем? — спросил Сергей.

— Выбраться из деревни и найти Кивира. Ты помнишь Кивира?

Тропов кивнул. Мальчик из снов.

— Он очень волнуется за твою жизнь, — сказало существо. — Ты чуть не погиб. Хорошо, что ты смог продержаться до положенного срока. Теперь я вылечу твою ногу. Ты станешь прежним.

Чем больше Сергей смотрел на Человека-мотылька, тем сильнее его охватывал страх. Видимо, когда взорвалась статуя, кусок мрамора угодил ему в голову. И теперь — распишитесь, вы счастливый обладатель четырехметровой галлюцинации.

Надо просто не обращать внимание на существо.

Сергей огляделся. Таня лежала в двух метрах от него. Без сознания? Или умерла?

— Ты не веришь, что я здесь стою, — сказал Человек-мотылек и присел. Колени противно хрустнули.

Существо провело скрюченным пальцем по щеке Сергея. Рот раскрылся, как гнилая рана, обнажая острозаточенные зубы. Эти зубы приковывали на себе взгляд: почерневшие, но все равно способные отгрызть что-нибудь. Высунулся язык, испачканный в зеленой слизи, и облизнул губы, растянутые в хищной усмешке.

— Я настоящий, человек, — сказало существо. — Куда более чем. И у тебя есть два варианта: хороший и плохой. Хороший вариант заключается в том, что ты выслушаешь меня и исполнишь мои указы. Тогда я вылечу ногу, и ты отправишься к Кивиру. Плохой вариант — ты ослушаешься меня. В таком случае я брошу тебя умирать. Мертвяков в деревне сейчас очень много. Без помощи не выбраться.

Сергей кивнул.

— Не волнуйся ты так, — продолжал Человек-мотылек. — Просто выполни мои просьбы — и я уйду.

— Ты какая-то новая мутация мертвяков? — спросил Сергей.

Существо улыбнулось:

— А ты считаешь, что зомби заражены?

— Ну да.

— Ошибаешься. Нет никакого вируса. Люди одержимы демонами. Всё просто.

— А ты тоже демон? — спросил Сергей.

— Нет, Первый.

— А кто такой Кивир? Он демон?

— Кивир собирает ответы, — сказал Человек-мотылек.

После взрыва статуи комната напоминала место бомбежки: все окна разбиты, на потолке красуется черное жирно пятно, пол испачкан кусочками мрамора, кровать перевернута. Сергей мысленно присвистнул: удивительно, как его кишки не разбросало по стенам. После такого взрыва глюки — меньшее зло.

— Слушай же меня! — крикнул Человек-мотылек и вцепился в горло Тропова. — Я последний раз предупреждаю.

— Хорошо, — прохрипел Сергей.

Хоть бы глоточек воздуха…

— Проводник укажет тебе путь, — сказало существо. — Выполняй все его указания. Плата за непослушание — смерть. Понятно?

Лицо Тропова покраснело. От недостатка кислорода перед глазами запрыгали яркие звезды.

Человек-мотылек отпустил Сергея. Тропов начал хватать ртом воздух, но в грудь ничего не входило. Вдруг в горле что-то хрустнуло, и дышать стало легче.

Вдох-выдох, вдох-выдох.

— Ты должен убить Таню, — сказал Человек-мотылек и протянул револьвер. — Только после этого я вылечу твою ногу.

— Зачем? — спросил Сергей, тяжело дыша. — Я не буду никого убивать.

— Ты забыл, что она сделала? Она же обрекла тебя на смерть. Она убила Анжелу! Кивир хочет, чтобы ты расправился с девчонкой.

Сергей зажмурился. Еще вчера он мечтал убить эту малолетнюю дуру, но сегодня внутри что-то переменилось.

«Убей, — зашептал внутренний голос. — Ты вновь станешь свободным как ветер. Начнешь жизнь с чистого листа. После того, как найдешь этого Кивира, подашься на Юг, где потеплее, отыщешь себе новую девчонку. Построишь домик для двоих. Заведешь детишек… И больше никогда и не вспомнишь про Таню и про Анжелу».

Возможно, голос прав. Однако убивать стало бы легче, если бы он знал наверняка, что Таня хотела сбежать из дома. Что специально открыла ворота, чтобы мертвяки «подчистили» территорию.

«Не глупи! Ты хочешь остаться с Таней? С больной ногой? Это же самоубийство, идиот! Шансов выбраться из деревни нет. На взрыв зомби сбегутся сюда, как воробьи на хлеб».

Таня не бросит его! Она же сказала, что хотела помочь тогда. Открыла ворота и ждала, когда мертвяки побегут за ней. Чтобы у нас с Анжелой появился шанс убежать.

«Что-то не сходится. Разве не должна была Таня сказать тебе о своем плане? Разве в тот день ты не поругался с ней? Напряги извилины».

Сергей нахмурился. Девчонка могла убить его вчера! Он же беззащитен как ребенок. Да любой мертвяк сожрет его в один присест.

«Она не убила потому, что хочет сделать из тебя наживку. Подумай сам: на вас нападают зомби, Таня избавляется от одноногого дурачка и остается в живых. Гениально простой план».

Ярость накатила волной. Сергей стиснул челюсти, заиграли желваки. Он схватил у Человека-мотылька револьвер и нацелился на девчонку.

«Сделай это», — зашептал внутренний голос.

— Сделай это, — с улыбкой на лице сказало четырехметровое существо.

Спусковой крючок обжег палец холодом металла.

Не получится. Нет. Нельзя убивать последнего родного человека…

Под кожей дернулась жилка, заставляя палец тянуть за крючок. Вот и всё. Раздался оглушительный грохот выстрела. Брызнула вспышка. Голова Тани взорвалась как спелый арбуз. Впитываясь в мраморную пыль, кровь вперемежку с мозговой жидкостью начала растекаться по полу. Девчонка так никогда и не узнает, что её убило.

Тропова забила дрожь. Он так легко расправился с человеком, с которым делил хлеб вот уже несколько месяцев. Таня всегда выслушивала его и всегда жалела. Девочка с прической в стиле боб.

Направив дуло револьвера на Человека-мотылька, Сергей сказал:

— Теперь лечи меня.

Существо осклабилось. Оно острыми когтями распороло правую штанину джинсов, затем, что-то шепча, принялось водить указательным пальцем по волдырям и ожогам. Сергею показалось, что четырехметровая тварь сейчас исчезнет, и он останется один на один со своими проблемами.

Однако Человек-мотылек никуда не пропадал.

«Ты будешь вновь здоровым, — сказал внутренний голос. — Тебя ничего больше не остановит. Выкини к черту сострадание и любовь. В этом мире нет места щенячьим радостям».

Сергей старался не смотреть в сторону трупа, но взгляд притягивало туда как магнитом. Большая часть головы Тани разлетелась по комнате: стены, потолок, входная дверь — все были заляпаны кровью и мозгами. Раскинутые руки девчонки уже синели. Одну из лямок маечки разорвало, видимо, из-за взрыва мраморной статуи, оголив правую грудь. Торчащий, как кончик стрелы, сосок целился в потолок. Тропов почувствовал, как в штанах набухает член.

Господи, что за мысли! Сергей отвел взгляд от Тани. Он же её убил! Однако воображение рисовало, как он подходит к ней, расстегивает ширинку и…

Нет!

«Ты ведь давно хотел взять её. Что же мешает сейчас?»

То, что она мертва, твою мать…

— Я вылечил ногу, — сказал Человек-мотылек. — Поднимайся, хватит валяться.

Сергей глянул на больную ногу. Волдыри не исчезли. Как и ожоги.

— Но…

— Вставай, — перебило четырехметровое существо и протянуло Тропову руку.

Сергей поднялся сам. Он ожидал, что боль обожжет тело, но её не было.

— На крыльце тебя ждет проводник, — сказал Человек-мотылек сладким голосом. — Затем вы отправитесь к Кивиру. Запомни: теперь твое имя Первый. И забудь прошлое. У тебя его нет. Больше мы с тобой не встретимся, человек.

Сергей ожидал увидеть, как под ногами существа откроется дверь в ад. Вспышки огня запляшут по стенам. В комнате раздастся вой мучеников. Однако Человек-мотылек просто исчез.

***

Тропов в нерешительности стоял в коридоре. Он боялся выходить на улицу. Сердце гулко стучало в груди, каждый удар болью отдавался в спине. Шрам на щеке горел. Неведомая сила тянула Сергея обратно в комнату.

«Что ты как баба? Соберись».

Идти не хотелось. Что за проводник встретит его? Очередное страшилище?

Сергей обернулся. Прежде чем выйти в коридор, он все-таки трахнул Таню, накрыв её голову одеялом.

Сергей провел указательным и средним пальцами по нижней губе. Хороша же оказалась девчонка! Жаль, что он не изнасиловал её раньше. Хотя такой — молчаливой и холодной — она понравилась ему больше. Если проводник разрешит, то он попытается подцепить еще девчонку на дороге для любовных утех.

С этими мыслями Сергей вышел из дома. Нещадно палило солнце. Казалось, на асфальтовой дороге можно пожарить яичницу. Пахло травой и… гнилью.

Возле яблони на Тропова пялилась Анжела. Сергей узнал её по сутулой спине, по огромным грудям и темным волосам. Глаза девушки затянули бельма (?). Лицо же напоминало сгнившее яблоко. Вместо щек — кровавая каша, в которой копошились черви. Со лба свисал лоскут (?) кожи. Нижняя губа была оторвана.

Это не Анжела, убеждал себя Сергей. Это не может быть она. Он же убил её!

Недолго думая, Тропов наставил на мертвячку револьвер и нажал на спусковой крючок. Клацнул барабан.

Сергей замер. Анжела продолжала тупо глазеть на него.

Попробовать убежать из деревни? Но Человек-мотылек сказал, что на улице будет ждать проводник. Неужели Анжела и есть…

Бред. Бред в кубе.

— Ты проводник? — осипшим голосом спросил Сергей.

Продолжая молчать, Анжела растянула верхнюю губу в улыбке. Из её рта потекла черная жижа. Кровь? Стекая по подбородку, она капала на траву.

Сергей поежился от омерзения.

— Ты умеешь говорить?

Молчание в ответ.

— Ты помнишь меня? Я Тропов. Узнала?

Анжела лишь шире улыбнулась.

Сергей покачал головой. На зомби она не очень-то и похожа. Видимо, Анжела и есть проводник. Как заставить её показать путь к Кивиру?

«А зачем тебе вообще идти к какому-то Кивиру?» — спросил внутренний голос.

У Сергея не было ответа. Нет никаких гарантий, что Человек-мотылек вновь не навестит его. И существо вряд ли будет довольно, если узнает о его бегстве.

Лучше не рисковать.

— Анжела? Ты слышишь меня? Отведи меня к Кивиру.

Никакой реакции.

Сергей спустился с крыльца, поднял с земли камушек и бросил в мертвячку. Удар пришелся прямо в правую щеку. Чавкнуло. Голова Анжелы качнулась, как воздушный шарик на ветру.

Однако мертвячка продолжала изображать из себя столб.

Твою мать!

— И как мне тебя разговорить? — спросил Сергей.

И тут его осенило:

— Я Первый! — сказал он.

Улыбка исчезла с лица Анжелы. Она наклонила голову к правому плечу и сделала несколько шагов к Тропову. Запах тухлятины, исходивший от её тела, буквально сваливал с ног. Сергей вспомнил, как в детстве нашел за дачным домиком мертвого воробья. Птичка пахла также отвратительно.

Он попятился. Страшно подумать, что мертвячка сможет коснуться его. Или укусить…

Анжела ускорила шаг. Каждая часть её тела словно жила собственной жизнью: руки извивались, как черви после дождя, пальцы сжимались-разжимались, голова поворачивалась то влево, то вправо. Когда до Сергея было всего несколько шагов, Анжела остановилась. В сухой тишине сада каждое её движение казалось вызовом природе.

Тропов вытянул руки вперед на тот случай, если мертвячка решится напасть. Холодные струйки пота текли по спине, оставляя влажный след.

Спокойнее, Сергей. Всё хорошо. Она не собирается тебя убивать.

«Откуда такие светлые мысли?» — с ехидцей спросил внутренний голос.

Пошел к черту.

— Ты меня отведешь к Кивиру? Правда же?

Сергей как можно медленнее сделал шаг назад, бросил взгляд под ноги. Как назло не было ничего тяжелого. Если эта полумертвая дура нападет…

Прочь, дурные мысли.

— Я Первый, — говорил Сергей как мантру. — Я Первый…

Анжела замерла. Словно невидимый кукловод вытащил душу мервячки. Тело её застыло. Лишь слабый ветер трепал космы черных волос, свалявшихся в сальные колтуны. Только что мертвячка дрыгалась словно в эпилептическом припадке, а теперь — статуя, сделанная из кожи и тухлого мяса.

— Ты проводник? — в сотый раз спросил Сергей.

Кивок.

Наконец-то! Спасибо богу за такой маленький подарочек! Эта дура хоть что-то понимает.

— Ты отведешь меня к Кивиру?

Кивок.

— Куда мы пойдем?

С минуту ничего не происходило. Затем Анжела подняла руку и повернулась в сторону леса.

— Ты помнишь меня?

Молчание.

Несмотря на то, что Анжела походила на статую, тело её напоминало сытую, но опасную змею.

— Веди меня, — сказал Сергей.

Анжела повернулась к Тропову спиной и поковыляла к воротам. Только сейчас Сергей обратил внимание, что спереди футболка мертвячки была чистой за исключением несколько пятен черной жижи, тогда как сзади её облепляли комья грязи.

Мужчина выругался в сердцах и двинулся вслед за проводником.

Лес. Его ждал лес.