Среди Сыновей Энтропии многие были колду shy;нами, их долгие годы учили искусству магии. Они владели навыками разрушительной энергии, за shy;щитных заклинаний, целительного колдовства, заво shy;раживающих чар и многого другого. Некоторые служители Фулканелли стали выдающимися магами, но его огорчало то, что очень немногие из них зани shy;мались изысканной магией.

Большинство же жаждало лишь власти, жестокой и кровавой, но, по его мнению, власть без воображе shy;ния – ничто. И хотя некоторые его ученики обладали неплохими способностями, по сравнению с ним -отцом и вдохновителем Сыновей Энтропии – они были дилетантами.

Фулканелли потратил сотни лет, оттачивая свое Искусство. В распоряжении Фулканелли (его еще на shy;зывали Ил Маэстро) имелась такая изощренная Магия, о которой мало кто догадывался. Но самое глав shy;ное – он знал уникальное заклинание, против кото shy;рого не было защиты.

Для него не существовало понятия возраста. Фулка shy;нелли был бессмертен. Он получил этот дар от дьявола за то, что принес ему в жертву Истребительницу. Все, чего он достиг, не имело бы смысла без дара Белфегора.

А достиг он немалого. Получив дар, Фулканелли начал претворять в жизнь свой план. В течение дол shy;гих лет он создавал проходы в Другой Мир, ослабляя барьер между Хаосом и Землей. Он не знал, что его заклятый враг, волшебник Рене, еще жив. А Рене тем временем создал Гейтхаус и основал династию При shy;вратников, не предполагая, что проходы в Другой Мир – дело рук Фулканелли.

План колдуна давно бы уже осуществился, если бы не Привратник.

Но теперь желанный момент наконец настал.

Джакомо Фулканелли с восхищением смотрел на каменный лабиринт, гладкие стены которого дости shy;гали в высоту двадцати футов. Он занимал практи shy;чески всю парковочную площадку бывшего магазина «Твин» в Саннидейле.

– Прекрасное зрелище.

– Да, Маэстро, – сказал брат Дандо, – вы правы. Фулканелли нахмурился. Наверное, сам того не

осознавая, он говорил вслух.

– Что еще я сказал, Дандо?

– Что-то не так, Маэстро? – с широко раскрыты shy;ми от ужаса глазами спросил Дандо.

– Не беспокойся, Дандо, – ответил Фулканелли, – ты мой любимый сын. – И, помолчав, спросил: – Ми shy;нотавр точно находится внутри лабиринта?

– Конечно. Это самый большой проход в Другой Мир. Наверное, Привратник совсем ослаб. Чтобы удо shy;стовериться, что Минотавр точно находится внутри, мы бросили туда несколько человек. Никто из них не вернулся, но зато мы слышали душераздирающие кри shy;ки, – с довольным видом закончил Дандо.

– Мы еще раз проверим, только чуть позже. – Фул-канелли был рад, что все шло, как он задумал.

Решительно повернувшись, он зашагал к полураз shy;валившемуся бункеру, который когда-то занимал брат Люпо, поставленный во главе Сыновей Энтропии, находящихся в Саннидейле.

Служители, встречавшиеся Фулканелли на пути к бункеру, почтительно кланялись, потому что все пре shy;красно знали, что если они не выразят свое почтение, то их ждет медленная и мучительная смерть.

Около комнаты, в которой держали Джойс Саммерс, у Фулканелли возникло острое желание зайти, но он решил, что вернется сюда позже, и поспешно стал подниматься по лестнице бункера.

Он нашел пустое помещение и, удостоверившись, что находится здесь один, воззвал к своему господи shy;ну, дьяволу:

– О, коварнейший Белфегор, я призываю тебя. Я преклоняюсь перед твоей красотой, я проклинаю тебя. Умоляю, явись мне.

В комнате запахло серой, в воздухе повис черный маслянистый клубок энергии, в котором что-то шеве shy;лилось. Фулканелли старался не смотреть, потому что появление Белфегора представляло собой слишком страшное зрелище. Отец Сыновей Энтропии, непрев shy;зойденный по силе колдун, просто-напросто боялся. – Ты звал меня, Джакомо?

– Да, повелитель, мне нужно тебе кое-что сказать.

– Подожди. Ты мой слуга, и ты провинился. При shy;вратник все еще жив. Истребительница тоже жива. Ты прекрасно знаешь, где найти ее, но почему-то мед shy;лишь. Ты… разочаровываешь меня, Джакомо.

Фулканелли охватил ужас, который он даже не пытался скрыть.

– Мальчик все еще находится в Саннидейле, – пробормотал он, поворачиваясь, но стараясь не смот shy;реть на Хаос, в котором жил Белфегор. – Я сделал все, чтобы его не отправили в Бостон, а мои служители осаждают Гейтхаус.

– А что Истребительница?

– С ней вместе сражаются ее друзья. Куратор ока shy;зался гораздо опаснее, чем мы предполагали, кроме того, вампир и оборотень всегда приходят на подмогу.

– Твоя дочь тоже стала союзницей Истребитель-ницы, не так ли?

Фулканелли не смог ответить – слишком тяжело было для него говорить об этом.

– Она должна умереть, – сурово произнес Белфе shy;гор, и эхо подхватило его слова. Голос звучал одно shy;временно близко и приглушенно, казалось, слова про shy;ходили через стену, а возможно, так оно и было. -Я позабочусь о Микаэле, – пообещал колдун. – Да, ты сделаешь это, – повторил Белфегор. – Тебе удалось поместить Минотавра и лабиринт в свой мир, это хорошо. Используй мать Истребительницы и мальчика как наживку. Постарайся сделать все быст shy;рее. Отправь Истребительнице зубы ее матери или глаза. Делай все что угодно, чтобы заполучить ее.

Фулканелли неуверенно кивнул, мысли хаотично вертелись у него в голове.

– Говори, в чем ты сомневаешься, Джакомо, – потребовал дьявол.

– Истребительница может не прийти, – проговорил тот, явно нервничая. – Я, конечно, пошлю за ней своих служителей, но если… это ни к чему не приведет…

Из черного клубка энергии, из этих ворот в Ад, от shy;крытых Фулканелли, долгое время не было слышно ни звука. Наконец показалась свирепая морда с рога shy;ми, небольшим хоботком и блестящими зелеными глазами, как у ящерицы, а на лбу, в самом центре, было что-то вроде огромной шишки. Фулканелли отвел глаза. Дьявол высунулся еще больше. – Ты хочешь сказать, что можешь потерпеть пора shy;жение? – Впервые Фулканелли услышал, как дьявол смеется. – Если это случится, то тебя ждут неприят shy;ности. Но не стоит слишком расстраиваться. Уже сей shy;час барьер начал рушиться, Ад неотступно проникает в Другой Мир. Мы могли бы использовать смерть Истребительницы, чтобы открыть Хеллмут, но, если этого не произойдет, мы уничтожим Гейтхаус. Это, конечно, не самый лучший способ разрушить мир, но при необходимости им можно будет воспользовать shy;ся. Однако ты этого можешь уже не увидеть…

– Конечно, я понимаю тебя, – пробормотал Фул shy;канелли, стараясь унять дрожь.

Он повернулся и спотыкаясь вышел из комнаты, а Белфегор смеялся ему вслед…

– Все это ложь, – сказал брат Люпо, скрежеща зубами.

Они стояли на парковке, недалеко от конечной остановки автобуса, на окраине Саннидейла. Каждый приехал на своей машине, но, несмотря на это, брат Клод был уверен, что Фулканелли обо всем узнает. Они оставили машины в самом дальнем конце парковочной « площадки, между деревьями, подальше от фонарей. Но Клод знал, что темнота не спасет их. Он в упор смотрел на Люпо. Эти двое были удиви shy;тельно не похожи. Люпо – мощного телосложения, с внушительных размеров лысиной и седеющей бород shy;кой, левый глаз пересечен огромным шрамом. Клод – более высокого роста, постройнее и помоложе – боль shy;ше напоминал школьного учителя, чем колдуна. Люпо был жестоким убийцей, готовым на все ради достиже shy;ния своей цели. Для Клода главным было – иметь воз shy;можность для применения своей силы.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, – сказал Люпо.

– Конечно. Ты прав – с моей стороны рискованно обращаться к тебе, но я уверен, что ты меня поймешь.

– Это очень странно, – возразил Клод, – ты же знаешь, что я всегда тебя ненавидел.

– Так, может, лучше сотрудничать? Что такое лич shy;ная неприязнь по сравнению с тем, что Ил Маэстро – меня тошнит от одного этого имени – хочет сделать с миром?

– Он поклялся, что мы будем повелителями Хао shy;са. – Клод печально покачал головой.

– Он никогда ни с кем не будет делить власть, – сказал Люпо. – Ил Маэстро обманывает нас. Он не захотел показать нам страшное заклинание, против которого нет защиты, сказал, что мы недостаточно сильны. Но я сам выучил это заклинание…

– Что? – Глаза Клода расширились от ужаса. – Ты можешь выполнить его?

– Могу, – с гордостью ответил Люпо. – Это страш shy;ное заклинание – на самом деле всего лишь трюк. Фулканелли жаждет воцарения Ада, чтобы стать по shy;велителем Земли, и на нас ему наплевать. Как мы во shy;обще могли в это поверить?

– Глупцы, – согласился Клод, горестно вздох shy;нув, – мы все глупцы.

Они стояли и в упор смотрели друг на друга, чув shy;ствуя одно и то же, но не осмеливаясь заговорить. Никто не решался озвучить дальнейший план дей shy;ствий. Но так как разговор начал Люпо, Клод решил, что он должен его поддержать.

– Мы должны убить его, – произнес он.

Люпо улыбнулся в ответ. Но только он собрался заговорить, как раздался чей-то голос:

– Предатели!

Неподалеку, около машин, стоял брат Дандо, его маленькое лицо было искажено яростью. Яркие язы shy;ки пламени вспыхивали на пальцах.

– Негодяи! – Дандо кипел от злости. – Как вы посмели сомневаться в Ил Маэстро?!

– Сомневаться? – Люпо рассмеялся. – Брат, ты уже довольно долго стоишь и подслушиваешь, неуже shy;ли ничего не понял? Мы всего лишь его рабы. Он при shy;несет нас в жертву Аду, вот и все.

– Ложь! – закричал Дандо.

Он взмахнул руками, и из его пальцев вырвалось пламя. Люпо успел создать для себя защиту, но Клод не среагировал так быстро: пламя опалило его лицо. Он упал на землю, прикрыв лицо руками.

Колдун, излечи сам себя, подумал он, чувствуя, как помутился его разум.

И это произошло.

Дрожа от слабости, Клод с трудом поднялся на ноги. Жуткая картина предстала перед его взором. Недале shy;ко от него стоял Люпо, его руки окутывала черная энер shy;гия. Это было то самое страшное заклинание, против которого нет защиты. Клод видел его лишь однажды.

Брат Дандо считался чуть ли не самым могуще shy;ственным колдуном из всех Сыновей Энтропии, но и он был бессилен. Он корчился в агонии, пока его душа превращалась в золу.

– Глупец, – произнес Люпо, когда труп Дандо упал на дорожку.

– И не он один – согласился Клод. – Я думаю, нам не стоит рассчитывать на поддержку братьев.

– Тогда придется их всех убить, – просто сказал Люпо.

Клод немного подумал, затем достал из кармана ключи и пошел к своей машине. Перед тем как сесть в нее, он обернулся к Люпо:

– Можешь положиться на меня.

Ровно в семь Баффи должна была встретиться с Ангелом в библиотеке, но до этого она решила еще раз забежать домой и проверить, не звонила ли мама. Она все же надеялась, что Сыновья Энтропии не ста shy;нут сразу убивать Джойс. Если Истребительница проиграет, то ее мать точно не выживет, но если она победит… Она им еще покажет!

Дома все было тихо. Никаких сообщений на авто shy;ответчике, никаких фанатиков с кинжалами и закли shy;наниями.

Джайлс все еще сидел в библиотеке, Оз – в клетке, а Микаэла с Жаком – в доме у Ангела.

Итан Райан, напротив, рыскал по городу, в поисках Джойс Саммерс. Итан был опасным человеком, одна shy;ко Баффи не раз приходилось принимать помощь от опасных людей, и она уже начала привыкать к этому. Нужно будет завязать с этим, подумала Баффи – как только найду маму.

Баффи еще раз обошла комнату в надежде найти хоть какие-то доказательства того, что Сыновья Энт shy;ропии были здесь. Проходя мимо кровати, она по shy;чувствовала непреодолимое желание упасть на нее, свернуться калачиком и проспать целый месяц. Ведь даже у Ангела была возможность поспать. Но она – Истребительница, к тому же ее маму похитили.

Баффи с грустью посмотрела на свою роскошную ванну… Она уже падала от усталости, но еще нужно было везти Жака в Бостон. Джайлс уже заказал биле shy;ты на самолет для себя и для мальчика. Они вылетали утром, первым рейсом.

Баффи не была уверена, что мальчик будет в безо shy;пасности во время полета, но Жак разуверил ее, ска shy;зав, что знает какие-то магические заклинания. Она хотела напомнить ему, что его уже один раз похити shy;ли, но сдержалась – ведь она и так виновата в том, что не летит с Жаком.

Баффи быстро умылась, переоделась и отправи-ась на поиски матери.

Джойс сидела на полу, уткнувшись подбородком в колени, и неотрывно смотрела в пол.

Она думала о Баффи: где она, как она, да и жива ли она вообще? Задавая себе эти вопросы каждые чет shy;верть часа, она неизменно приходила к выводу, что если бы Баффи была мертва, то ее самой тоже не было бы в живых. А раз Сыновья Энтропии пока не убили Джойс, значит, ее дочь была на свободе.

Через несколько дней плена (Джойс не помнила точно, как долго она находилась в руках этих сумас shy;шедших, Сыновей Энтропии, с благоговением жду shy;щих конца света) для нее все потеряло смысл: еда, сон, галерея, сама жизнь. Она думала лишь о Баффи, о сво shy;ем единственном ребенке.

Звук открываемого замка прервал ее размыш shy;ления. Джойс подняла голову и, увидев человека, стоящего на пороге, поняла, что это он. Джакомо Фулканелли. Ил Маэстро.

– Миссис Саммерс, – сказал колдун, – пойдемте со мной.

Его голос звучал так, что она сразу подумала: ее ведут на смерть, а Баффи уже нет в живых. Джойс за shy;плакала.

– Я никуда не пойду с тобой, монстр. Если хочешь Убить меня, сделай это прямо здесь.

– Вставай, женщина! – крикнул Фулканелли.

– Иди к дьяволу! – крикнула Джойс с дрожью в голосе.

И тут случилось невероятное – колдун улыбнулся:

– Зачем мне идти к дьяволу, если я могу привести его' на Землю и сделать повелителем?

Увидев торжествующее выражение на лице Маэст shy;ро, Джойс похолодела. Он вошел в комнату и двинулся прямо к ней. Джойс решила не сдаваться и, сжав кулаки, приготовилась к прыжку. Но Маэстро поднял руку, и змейки энергии больно ударили ее в голову, а Фулка shy;нелли, не обращая на нее больше внимания, повернулся и пошел прочь. Джойс пронзительно закричала, вско shy;чила на ноги и, спотыкаясь, пошла вслед за колдуном. Если она останавливалась или падала, змейки с неверо shy;ятной силой жалили ее. От бессилия она заплакала.

– Я желаю тебе самой мучительной смерти, – про shy;шептала Джойс.

– Кто знает, может, твое пожелание и сбудется, -ответил Фулканелли.

Встречавшиеся им служители Маэстро почтитель shy;но кланялись своему повелителю.

– Пожалуйста, – умоляла их Джойс. – Помогите мне. Неужели вы не видите, что он делает? Он безу shy;мец. Он хочет уничтожить этот мир. Если он превра shy;тит Землю в ад, думаете, кто-нибудь из вас сможет спастись?

Они не обращали на нее никакого внимания. Она – приманка для Истребительницы. К тому же она была здесь по повелению Ил Маэстро, а он мог сделать с ней все, что вздумается.

Фулканелли направил еще один разряд энергии ей в голову. Из маленькой ранки по волосам, а затем по щеке сбежала струйка крови. Ее голова была опущена, пока она следовала за ним, но, когда он остановил shy;ся и ослабил магические путы, обвивавшие ее, Джойс смогла оглядеться.

– Ну что, дух захватывает? – спросил он, когда они вышли на улицу.

Она не ответила, глядя на огромное сооружение, которое появилось на стоянке. Он слегка толкнул ее, Джойс закусила губу.

– Да, – пробормотала она. – Да, именно так.

– Сюда, – указал он.

Впереди возвышалась огромная стена. Они подо shy;шли к железным дверям, запертым на железный за shy;сов, закрепленный кольцами.

Красные разряды затрещали и, по-змеиному изви shy;ваясь, отодвинули засов и распахнули двойные две shy;ри настежь.

– Пошли, – сказал ей колдун.

– Что? – переспросила Джойс, недоверчиво гля shy;дя на него.

Фулканелли улыбнулся:

– Здесь есть и другой выход, миссис Саммерс. Если ваша дочь придет за вами, я намерен взять ее в плен. Если же нет… Эта дверь будет заперта, но, если вы смо shy;жете отыскать другой выход, я не буду преследовать вас. К этому времени судьба вашей дочери уже будет так или иначе решена…

Джойс не знала, что в его словах правда, а что ложь, поэтому сделала то единственное, что могла, – про shy;шла через железные двери внутрь. Колдун запер замок. .

– Я все еще жива, – прошептала Джойс. – А это значит, что Баффи на свободе.

Она повернула налево и пошла вдоль стены, по shy;том свернула направо. Это лабиринт, подумала она в изумлении и широко улыбнулась сама себе. Она любила лабиринты. Один из них был построен на тер shy;ритории колледжа, недалеко от того места, где она выросла. Конечно, он не был таким большим, как этот, но… она справится. Нужно только сконцентрировать shy;ся, запоминать повороты и попытаться нарисовать в голове схему лабиринта.

Снова направо. Она справится.

Где-то совсем близко раздался рев. Она вспомнила все, что Баффи, Джайлс и Ива рассказывали ей о Гейтхаусе, о Другом Мире, о лабиринте и о получеловеке-полубыке, который жил внутри лабиринта, охотясь на тех, кто заблудился в нем.

О Минотавре.

Он был здесь, в лабиринте, рядом с ней.

Но Джойс решила об этом не думать.

Это мешало сконцентрироваться.

Снаружи оставалось всего лишь несколько Сыновей Энтропии, но Привратник не мог больше защищаться. Истекая кровью и из последних сил карабкаясь по ступеням Гейтхауса, Жан-Марк понял, что это конец. Он слишком слаб, чтобы добраться до дома, да и Бла shy;гословенный котел с отрубями ему уже не поможет.

Когда враги двинулись на него, он подумал о своей матери, Антуанетте. Он был счастлив присоединить shy;ся к ней в мире духов.

Но когда молодой колдун с помощью чар разруше shy;ния превратил кости его ног в порошок, Жан-Марк вспомнил о своем сыне. Потому и закричал – не столько от физической, сколько от душевной боли.

– Жак, – позвал он. – Прости, мне так жаль.

Голова Жан-Марка упала на грудь. Привратник был мертв.

Мир затаил дыхание…