День, устав, склонился пред вечерним
Солнцем. Тропки с гор бегут к воде.
Принесет ли ночь мне облегченье,
Если быть беде?
В дебрях тишины мой голос вьется.
С угасаньем дня увял чабрец.
Целовать душа моя так рвется
Пепельность небес.
День, устав, склонился пред вечерним
Солнцем. Тропки с гор бегут к воде.
Принесет ли ночь мне облегченье,
Если быть беде?
В дебрях тишины мой голос вьется.
С угасаньем дня увял чабрец.
Целовать душа моя так рвется
Пепельность небес.