Спали всю ночь, лишь Зевеса не радовал сон безмятежный. Все он в уме размышлял, как бы лучше почтить Ахиллеса, Как бы ему погубить пред судами побольше ахейцев. И показалось Зевесу в душе наилучшим решеньем

2-5

Пагубный Сон ниспослать к Агамемнону, сыну Атрея. И, обратившись к нему, он крылатое слово промолвил: "Пагубный Сон, снизойди к кораблям быстроходным ахейцев И к Агамемнону сыну Атрея проникши в палатку, Все ты поведай как я поручаю, — вполне неизменно.

2-10

Ты прикажи, чтоб немедля он пышноволосых ахейян В бой ополчил, ибо нынче возьмет он широкодорожный Город троянцев: уже на Олимпе живущие боги Разно не мыслят теперь, оттого что их всех преклонила Гера мольбою своей, — и троянцам печаль угрожает".

2-15

Так он промолвил и Сон, услышавши слово, помчался. Вскоре затем он достиг кораблей быстроходных ахейских И, подойдя к Агамемнону, сыну Атрея, в палатке Спящим увидел его, окруженного сладким покоем. Стал он над ним в головах, уподобившись сыну Нелея,

2-20

Нестору: больше, чем старцев других, его чтил Агамемнон. Нестора образ принявши, божественный Сон молвил слово: "Спишь ли, Атрея, коней укротителя, сын благородный? Не подобает всю ночь так покоиться мужу совета, Кто и народы блюдет и о многом заботиться должен.

2-25

Быстро мне внемли теперь: от Зевеса к тебе я посланник. Он и вдали озабочен тобой и тебя сожалеет. Он повелел, чтоб немедля ты пышноволосых ахеян В бой ополчил, ибо ныне возьмешь ты широкодорожный Город троянцев: уже на Олимпе живущие боги

2-30

Разно не мыслят теперь, оттого что их всех преклонила Гера мольбою своей — и троянцам бедой угрожает Зевс. Ты же в мыслях своих мою речь сохрани, чтоб забвенье Не овладело тобой, когда сон тебя сладкий покинет". Так говоря, он ушел и в палатке оставил владыку,

2-35

Полного мыслей о том, что по воле судьбы не свершилось. Ибо он верил, что город Приама сегодня разрушит, Глупый, не зная событий, которые Зевс приготовил, Много еще ниспослать пожелавший стенаний и бедствий На аргивян и троянцев среди беспощадных сражений.

2-40

Встал он со сна — а кругом раздавался божественный голос. Быстро поднявшись, он сел и в мягкий хитон облачился, Сшитый недавно, красивый. И плащ перекинув широкий, Пару сандалий прекрасных к блестящим ногам подвязал он, Меч среброгвоздый потом через плечи могучие бросил,

2-45

В руки же скипетр взял прародительский, вечно нетленный, С ним и отправился в путь к кораблям меднобронных данайцев. Уж на великий Олимп богиня Заря ниспустилась, Чтобы о дне возвестить и Зевесу и прочим бессмертным. Тотчас Атрид приказал глашатаям звонкоголосым

2-50

Пышнокудрявых ахейцев созвать на собранье. Они же Кликнули клич и ахейцы весьма торопливо сбирались. Прежде всего разместил он совет многоопытных старцев Пред кораблем повелителя Нестора, родом Пилосца: Вместе собравши, он к ним обратился с разумным советом:

2-55

"Слушайте, други! Божественный сон среди ночи священной Спавшим меня посетил, и видом, осанкой и ростом Был он вблизи богоравному Нестору много подобен. Став над моей головой, он мне слово такое промолвил: "Спишь ли, Атрея, коней укротителя, сын благородный?

2-60

Не подобает всю ночь так покоиться мужу совета, Кто и народы блюдет, и о многом заботиться должен. Быстро мне внемли теперь: от Зевеса к тебе я посланник. Он и вдали озабочен тобой и тебя сожалеет. Он повелел, чтоб немедля ты пышноволосых ахеян

2-65

В бой ополчил, ибо ныне возьмешь ты широкодорожный Город троянцев: уже на Олимпе живущие боги Разно не мыслят теперь, оттого что их всех преклонила Гера мольбою своей и троянцам бедой угрожает Зевс. Ты же в мыслях своих сохрани мою речь". — Так сказавши,

2-70

Он, отлетев, удалился — и сон меня сладкий покинул. Дайте ж обсудим, как в бой ополчить нам ахейское войско. Стану сперва искушать их словами, насколько пристойно, И повелю им бежать на судах многовесельных, — вы же Каждый на месте своем удержать их старайтесь словами".

2-75

Так он промолвил и сел, и тогда между ними поднялся Нестор, который царил над Пилосом, обильным песками. Он, благомыслящий, к ним обратился и слово промолвил: "Милые други! Вожди и советники войска данайцев! Если б другой из ахеян про сон рассказал нам подобный,

2-80

Мы бы, лжецом обозвавши, совсем от него отвернулись. Ныне ж он снился тому, кто гордится, что первый он в войске. Дайте ж устроим, чтоб дети ахейские в бой ополчились". Так говоря, он поднялся и первый ушел из совета. После поднялись другие, владыке народов послушны,

2-85

Скиптродержавные мужи, а войско меж тем собиралось. Точно пчелиные рои весной из пещеры в скале вылетают, Вьются густыми роями, один за другими без счета, То над цветами весенними гроздеобразно повиснут, То в направлениях разных по воздуху, легкие, реют:

2-90

Так и ахейцы во множестве из кораблей и палаток Вдоль по высокому берегу моря, сплотившись рядами, К месту собрания шли. И Молва между ними блистала, Вестница Зевса, идти побуждая; они же собрались. И загудело собранье, земля застонала в то время,

2-95

Как размещались ахейцы — и было смятенье. Старались Десять глашатаев громких, нельзя ль удержать их от крика, Чтобы царей, возращенных Зевесом, могли они слышать. Только с трудом размещался народ, на местах оставаясь И прекращая шуметь. Со скипетром а руке Агамемнон

2-100

С места поднялся. Тот скипетр Гефест изготовил, трудившись, А подарил он его Олимпийцу Крониду Зевесу, — После Зевес его отдал посланнику Аргоубийце, Царь же Гермес дал Пелопсу, коней укротителю быстрых, После Пелопс передал его пастырю войска Атрею,

2-105

Тот, умирая, Тиэсту, овцами богатому, отдал, Царь же Тиэст завещал Агамемнону, сыну Атрея, Многими чтоб управлял островами и Аргосом целым. И, на него опираясь, он слово сказал аривянам: "Други мои! О, герои данайские, слуги Арея!

2-110

Зевс Громовержец Кронид меня бедствием тяжким опутал, Он, кто, жестокий, сперва мне кивнул головой в знак согласья И обещал, что вернусь, Илион крекостенный разрушив; Ныне же, злобный обман замышляя, Зевес повелел мне В Аргос без славы уйти, погубивши здесь много народа.

2-115

Так пожелал он теперь, Олимпиец Зевес всемогущий, Он, кто до ныне низринул венцы с городов уже многих, Да и низринет еще, ибо сила его беспредельна. Но и для дальних потомков то будет позором улышать, Что и в подобном числе и такие ахейцы так тщетно

2-120

И безуспешно войну продолжали, воюя с мужами, Бывшим в меньшем числе, и коца никакого не видя. Ибо когда бы ахейцы, а также троянцы, хотели, Мирный союз заключив, сосчитаться одни пред другими, Если б троянцы собрались здесь все, кто очаг лишь имеет,

2-125

Мы же, ахейцы, желали бы взять, на десятки разбившись, По одному лишь троянцу на каждый, вино чтобы черпал, — Без виночерпиев много тогда бы осталось десятков. В столько-то раз многочисленней греки троянцев, Что в Илионе живут. Но на помощь союзники мужи

2-130

Из городов собираются многих. Они, копьеносцы, Сильно меня отражают, препятствуя, как ни желаю, До основания срыть Илион, многолюднейший город. Девять годов у великого Зевса уже пролетело, Сгнили давно корабельные брусья, истлели канаты,

2-135

Где-то в домах наши жены, равно как любезные дети, Пред очагами сидят и нас поджидают, а дело, Ради которого прибыли мы, не исполнено нами. Други, давайте же все поступать, как теперь повелю я. Вместе бежим с кораблями в любезную отчую землю,

2-140

Ибо не взять никогда нам широкодорожную Трою". Так он промолвил и радость вдохнул им в сердца своей речью, — Всем из народа, не знавшим о прежнем решеньи совета. И зашумело собранье, как волны огромные моря, В час, когда южный и западный ветер приводят в движенье

2-145

Понт Икарийский, из тучи Зевеса отца устремившись. Точно как бурный Зефир наклоняет высокую ниву, То подымаяся грозно, то падая вдруг на колосья, — Так бушевало собранье. И воины с радостным криком Все к кораблям устремились, и пыль, из-под ног выбиваясь,

2-150

Встала высоко. Они же меж тем убеждали друг друга За корабли ухватиться и в море священное сдвинуть, Рвы очищали, из-под кораблей извлекали подпоры, — И от спешивших на родину крик поднимался до неба. Так бы судьбе вопреки, возвращенье ахейцев свершилось,

2-155

Если бы Гера тогда не промолвила слова Афине: "Непобедимая дочь Эгидодержавного Зевса! Горе! Ужели домой по широкому гребню морскому Так убегут аргивяне в любезную отчую землю, На похвальбу и Приаму и прочим троянцам покинув

2-160

Здесь агивянку Елену, ту, ради которой погибло Столько ахейцев под Троей, вдали от любезной отчизны? Но поскорей отправляйся ты с стан меднобронных данайцев, Ласковой речью своей останавливай каждого мужа, В море совлечь не дозволь кораблей обоюдоокруглых".

2-165

Молвила так. Синеокая ей покорилась Афина И, устремившись, с вершины Олимпа на землю спустилась. Вскоре достигла она кораблей быстроходных ахейских. Там Одиссея нашла, кто по мудрости равен Зевесу. Не прикасался герой к своей черной ладье оснащенной,

2-170

Ибо печаль овладела и сердцем его, и душою. Ставши вблизи, синеокая так говорила Афина: "Зевса потомок, Лаерта дитя, Одиссей многоумный, О, неужели домой, в любезную отчую землю, Бросившись вместе к судам многовесельным, вы убежите,

2-175

На похвальбу и Приаму, и прочим троянцам покинув Здесь аргивянку Елену, ту, ради которой погибло Столько ахейцев под Троей, вдали от любезной отчизны? Но отправляйся теперь ты немедля к ахейскому войску, Ласковой речью своей останавливай каждого мужа,

2-180

В море совлечь не дозволь кораблей обоюдоокруглых". Молвила так, и он голос узнал говорившей богини И побежал, уронивши свой плащ. Эврибат его поднял, Житель Итаки, глашатай, тогда провожавший героя. Сам он, представ пред царем Агамемноном, сыном Атрея,

2-185

Взял у него прародительский скипетр, вечно нетленный, С ним и отправился к быстрым судам меднобронных данайцев. Если царя он встречал или воина, знатного родом, Ставши пред ним он его останавливал ласковой речью: "О, многочтимый! Тебе не пристало дрожать, словно трусу.

2-190

Лучше на место садись и других усади средь народа, Ибо еще хорошо не изведал ты мыслей Атрода; Он искушает теперь, но вскоре накажет ахейцев. Мы ведь слыхали не все то, о чем говорил он в совете. Как бы во гневе своем не сделал он худа ахейцам.

2-195

Гнев же велик у царя, кто Зевесом взращен; от Зевеса Царский почет, а его то Зевес полюбил Промыслитель". Если ж кричавшего громко он мужа встречал из народа, Скиптром его ударял и бранил его грозною речью: "Сядь, злополучный, недвижно и слушай, что скажут другие.

2-200

Те, кто мудрее тебя; ты ж негоден к войне и бессилен И никогда ни во что не считался в бою, ни в совете. Мы, аргивяне, не все, полагаю, здесь царствовать будем; Не хорошо многовластье. Единый да будет властитель, Царь же единый, которому Кроноса хитрого сыном

2-205

Скиптр и законы даны, затем, чтоб царил он над нами". Действуя так, он настраивал войско к порядку. Они же Из кораблей и палаток опять устремились в собранье С криком, подобно тому, как прибой многошумного моря Хлещет о берег крутой и весь понт оглашается громом.

2-210

Все, наконец, они сели и так на местах оставались. Только Терсит еще громко бранился, болтливый без меры. Множество слов беспорядочных в мыслях своих сохранял он, Чтобы царей задевать, говоря что случится, без толка, Лишь бы он думал, что греки найдут его речи смешными.

2-215

Он безобразнейший был изо всех, кто явился под Трою. Был он косой и хромой, и его искривленные плечи Вместе сходились к груди, а еще заостренною кверху Он головой отличался и редкий торчал на ней волос. Больше других на Ахилла он злился и на Одиссея

2-220

И оттого их бранил. Но теперь наносил оскорбленья Он Агамемнону, резко крича. И хоть страшно ахейцы В сердце своем возмущались, — против него негодуя, Все же он, громко ревя, поносил Агамемнона словом: "Чем, о, Атрид, ты опять недоволен, в чем нужду имеешь?

2-225

Медью набиты палатки твои и живет в тех палатках Множество избранных жен, которых тебе мы, ахейцы, Первому дарим, едва лишь возьмем неприятельский город. Золота ль нужно еще? Чтоб его кто-нибудь из троянцев, Сильный коней укротитель, доставил, как выкуп за сына,

2-230

Мной приведенного связанным или другим из ахейцев? Нужно ль жену молодую, чтоб с ней ты в любви сочетался, Тайно от нас в стороне укрываясь? Тебе, полководцу, Не подобает беду накликать на ахейское войско. Трусы! Постыдное племя! Ахеянки вы, не ахейцы!

2-235

Дайте, вернемся домой с кораблями! Его же оставим Здесь, подле Трои, добычей своей наслаждаться. Пусть знает, Пользу ль ему мы приносим хоть сколько-нибудь, иль не мало. Ныне он даже Ахилла, значительно лучшего мужа, Тем оскорбил, что наградой владеет его, отобравши.

2-240

Только Ахилл обленился, в груди его больше нет желчи. Если б не это, Атрид, ты б в последний раз ныне был дерзок". Так, понося Агамемнона, пастыря многих народов, Молвил Терсит. Быстро стал перед ним Одиссей богоравный. Он, исподлобья взглянувши, сказал ему гневное слово:

2-245

"О, пустомеля Терсит, хоть и звонкоголосый оратор! Ты воздержись и один не дерзай состязаться с царями, Ибо, скажу, безобразней тебя нет другого из смертных, Сколько ни прибыло их с Атридами вместе под Трою. Вот почему не тебе, именами царей потешаясь,

2-250

Речи держать, укоризны твердить и желать возвращенья. Сами еще хорошо мы не знаем, как это свершится, Благополучно иль нет возвратимся мы, дети ахейцев. Ты же сидишь и коришь Агамемнона, сына Атрея, Тем, что ему, полководцу народов, дают слишком много

2-255

Мужи данайцы, а ты произносишь насмешливо речи. Но говорю я тебе, и угроза моя совершится: Если еще раз тебя, как теперь, обезумевшим встречу, Пусть в этот день головы на плечах Одиссея не будет, Пусть называться вперед я не стану отцом Телемаха,

2-260

Если, схвативши, с тебя не сорву я одежды любезной, Плащ и тунику, и платье, которое стыд прикрывает. И самого не отправлю в слезах к кораблям быстроходным Вон из собранья, ударами прежде постыдно избивши". Так он сказал и жезлом по спине и плечам он ударил.

2-265

Тот изогнулся, и слезы обильно из глаз его пали, А на спине проступила кровавая опухоль тотчас От золотого жезла. Дрожа, он уселся на место, Тупо кругом озираясь от боли, слезу вытирая. Все же, хоть были печальны, от сердца над ним посмеялись;

2-270

Каждый из них говорил, на взирая один на другого: "Боги! Свершил Одиссей уже подвигов вправду без счета, Первый ли мудрый давая совет иль к войне побуждая. Ныне же он среди нас величайшую выказал доблесть, Тем, что болтливый им был клеветник исключен из собраний.

2-275

Сердце надменное снова его не побудит наверно Так состязаться с царями, твердя им обидные речи". "Так говорили в толпе. Одиссей, городов разрушитель, Встал со скиптром в руке. Синеокая подле Афина, Вестника облик принявши, молчать приказала народу,

2-280

Дабы и первые, как и последние дети ахейцев Слово услышать могли и решение вместе обдумать. Доброжелательный, к ним обратился и так он промолвил: "Ныне тебя, царь Атрид, пожелали ахеяне сделать Гнусным в глазах всех людей, говорящих раздельною речью.

2-285

Клятвы они не сдержали, которой клялись тебе прежде, В день, как отплыли сюда из отчизны коней Арголиды, Клятвы, что ты, разорив Илион крепкостенный, вернешся. Ныне, как малые дети иль вдовые жены, ахейцы Плачутся друг перед другом о том, как домой возвратиться,

2-290

Хоть возвратиться домой тяжело, потерпев пораженье. Правда и то, что, оставшись вдали от супруги лишь месяц, Всякий уже тяготится на судне, снабженном гребцами, В зимние бури гонимом поверх разъяренного моря. Ныне же год уж девятый исполнился, круг совершая,

2-295

С того дня, как находимся здесь. Оттого не сержусь, коль ахейцы Подле кривых кораблей в огорченьи сидят. Все ж позорно Далее медлить, равно как вернуться с пустыми руками. Други, еще потерпите, останьтесь на срок, пусть узнаем, Верно ль Калхас предвещает грядущее или не верно.

2-300

Помним мы все хорошо. Вы, кого не умчали богини Смерти, вчера как и третьего дня, проходившие мимо, Вы — очевидцы того, как суда аргивян собирались Вместе в Авлиде, на горе Приаму и прочим Троянцам. Мы обступили источник вокруг алтарей освященных

2-305

И гекатомбы бессмертным богам сожигали, как должно, Стоя над кленом прекрасным, где лились прозрачные воды. Там появилось великое знаменье: с красной спиною Страшный дракон, всемогущим ниспосланный в свет Олимпийцем, Кинулся быстро из-под алтаря и на клен устремился,

2-310

Где находились птенцы воробья, неразумные дети, Вместе укрывшись под листья одной из ветвей самых крайних, Восемь числом, а девятая мать, что птенцов породила. Там их пожрал до единого, жалобный писк издававших. Мать же вокруг своих деток родимых носилась, тоскуя,

2-315

Но и стенавшую он за крыло ухватил извиваясь. После ж того, как детей воробьиных и мать проглотил он, Знаменье сделал бессмертный, пославший явленье: Кроноса хитрого сын превратил его в камень. Мы же, стоявшие подле, дивились тому, что случилось.

2-320

Только что страшное чудо небес в гекатомбу вмешалось, Мудрый Калхас, предвещающий волю бессмертных, промолвил: "Что вы, ахеяне пышноволосые, стали безгласно? Это великое знаменье Зевс Промыслитель явил нам, Позднее с поздним исходом, но слава о нем не погибнет.

2-325

Точно как этот пожрал воробья и детей воробьиных, Восемь числом, а девятую мать, что детей породила, — Столько же ровно годов мы заняты будем войною; В год же десятый разрушим мы город широкодорожный!" — Так говорил он и все его речи сбываются ныне.

2-330

Что же, останемся здесь, аргивяне в прекрасных доспехах, Выждем, пока не разрушим мы город Приама". Так он сказал и ахеяне громко в ответ застонали, Все корабли огласилися криком ужасным ахейцев, Тем одобрявших слова Одиссея, подобного богу.

2-335

Нестор, наездник геренский, в то время промолвил им слово: "Горе! В собрании держите речи и впрямь уподобившись детям — Глупым, которых нисколько заботы войны не тревожат. Но до чего же дойдут договоры у нас и присяги? Дымом развеялись что ли советы мужей и решенья,

2-340

И возлиянья вина, и пожатия рук при союзах? Ибо мы все на словах состязаемся, но никакого Средства не можем найти, хоть живем здесь не малое время. Ты же, Атрид, и теперь, как и прежде, в решении твердый, Над аргивянами власть прояви средь жестоких сражений.

2-345

Тех же оставь погибать — одного иль двоих — кто украдкой От аргивян порешит — в чем им вовсе не будет успеха — В Аргос далекий отправиться, прежде чем здесь мы узнаем, Лживо иль нет обещанье Эгидодержавного Зевса. Ибо, скажу вам, могучий Кронид явил знак согласья,

2-350

В день, когда мы на судах быстроходных отплыть собирались, Дети ахейцев, готовя убийство и гибель Троянцам: Молнию бросил он справа, являя благую примету. Вот почему пусть никто не спешит возвратиться в отчизну, Прежде чем всякий из нас не обнимет супругу троянца,

2-355

Не отомстит за Елену, ее похищенье и слезы. Если домой кто-нибудь, безрассудный желает вернуться, Пусть-ка он тронет свой черный корабль, хорощо оснащенный, Чтобы навлечь на себя раньше прочих и смерть и погибель. Ты же, о, царь, будь и сам благомыслен, и слушай другого:

2-360

Не бесполезным окажется слово, какое скажу я. Ты раздели, Агамемнон, все войско по родам и семьям, Чтобы семья помогала семье, также роды друг — другу. Если ты сделаешь так и ахейцы тебе подчинятся, Будешь ты ведать тогда, кто труслив из вождей и народов,

2-365

Кто из них храбр, ибо сами собой они будут сражаться, Также узнаешь, по воле ль богов не разрушил ты город, Или по трусости войска, негодного в деле военном". И, отвечая на это, владыка сказал Агамемнон: "Снова ахейских сынов победил ты в собраньи, о, старец!

2-370

Если бы Зевс Олимпиец и вы, Аполлон и Афина, Десять подобных советников мне средь ахеян послали, Скоро тогда б уничтожен был город владыки Приама, Нашею взятый рукой и разрушенный до основанья. Но ниспослал мне печаль Зевс Кронион Эгидодержавный,

2-375

Ибо он бросил меня среди споров и распрей бесплодных. Правда за деву прекрасную мы с Ахиллесом сражались Полными гнева словами и я был зачинщиком гнева. Если б хоть раз на одном порешили мы с сыном Пелея, Скорбь не замедлила б тотчас нагрянуть на войско троянцев.

2-380

Ныне ж идите обедать, да будем готовыми к бою. Каждый копье хорошо пусть наточит и выправит щит свой, Каждый пускай быстроногим коням даст обильную пищу И колесницу осмотрит кругом, помышляя о бое, Дабы весь день мы сражаться могли в ненавистном сраженьи.

2-385

Ибо не будет в бою перерыва, хотя б ненадолго, Прежде чем ночь, снизойдя, не разлучит мужей разъяренных. Потом на каждой груди обольется ремень, на котором Щит покровитель висит, и рука от меча утомится, Потом покроется конь, боевую влача колесницу.

2-390

Тот, про кого я замечу, что он захотел вне сраженья Подле судов округленных остаться, — плохая надежда Будет ему на спасенье от псов и от птиц плотоядных". Так он сказал. Застонали ахеяне громко, как море Подле скалистого берега, если, примчась, южный ветер

2-395

Бросит валы о нависший утес, неразлучный с прибоем, Вихрям подобно, восставшим с различных сторон, отовсюду. Быстро поднявшись, они разошлись по судам быстроходным. Вскоре в палатках огонь развели, приступая к обеду. Каждый бессмертным богам приносил свою жертву

2-400

Вместе с молитвой избегнуть ударов Арея и смерти. А всемогущему Зевсу владыкой народов Атридом Бык предназначен был в жертву, дородный, пятигодовалый. После к себе пригласил он старейшин, вождей всех ахейцев, Нестора первым призвал и властителя Идоменея,

2-405

Вместе же с ними обоих Аяксов и сына Тидея, И Одиссея шестым, кто по мудрости равен Зевесу; Сам же собою пришел Менелай, среди боя отважный, Ибо он ведал, как брат его был озабочен душою. Стали они вкруг быка и взяли ячмень крупнозерный,

2-410

И Агамемнон владыка, молясь, так меж ними промолвил: "Славный, великий Зевес, туч гонитель, живущий в эфире! Дай, чтобы солнце зашло, чтобы ночь наступила не раньше, Чем, устремившись вперед, я чертог ниспровергну Приама, Черный от дыма, и брошу огонь разрушительный к двери

2-415

И растерзаю хитон, облекающий Гектора тело, Медью его рассеку, между тем как товарищи, рядом В прах головою повержены, будут зубами грызть землю". Так он сказал, но Кронион Зевес не услышал моленья; Жертву хотя и принявши, он труд неизбежный умножил.

2-420

К богу воззвавши, они разбросали ячмень крупнозерный, Шеи приподняли жертвам, разрезали, кожу содрали, Бедра затем разрубили, двойным их пластом обернули Светлого жира и мяса сырого наверх положили И, на поленья сложивши, лишенные листьев, сжигали,

2-425

А над огнем поместили утробы, пронзив вертелами. После ж, как бедра сгорели, они от утробы отведав, Прочие части рассекли, пронзили насквозь вертелами И, осторожно прожаривши, все от огня удалили. Кончив труды и еду приготовив, за пир они сели,

2-430

И не нуждался никто в уделяемых поровну яствах. После ж, когда в них желанье питья и еды утолилось, Нестор, наездник Геренский, такое промолвил им слово: "Царь многославный Атрид, о, властитель мужей Агамемнон! Больше не станем теперь говорить и откладывать снова

2-435

Дело, которое бог без сомнения в руки нам вверил. Ты повели, чтоб глашатаи кликнули клич пред судами И воедино созвали народ Аргивян меднобронных. Мы же, собравшись толпой, по широкому войску ахеян Также пойдем, чтоб скорей возбудить в них воинственный пламень".

2-440

Так он сказал. Не ослушался пастырь племен Агамемнон. Тотчас затем приказал он глашатаям звонкоголосым Пышнокудрявых Ахейцев созвать для сраженья. Они же Кликнули клич, и ахейцы сбирались весьма торопливо. Все же взращенные Зевсом цари, окруживши Атрида,

2-445

Бросились строить ряды. Синеокая рядом Афина Стал, Эгиду держа дорогую и чуждую тлена. Чистого золота сто развевалось бахром под Эгидой, Скрученных все хорошо, — и цена в сто быков была каждой. Ринувшись с нею, она пронеслась через войско ахеян,

2-450

Всех побуждая идти и каждому в сердце внушая Храбрость, дабы воевали они без конца и сражались. И показалось внезапно им слаще война, чем вернуться На кораблях углубленных в любезную отчую землю. Как на вершине горы истребительный пламень сжигает

2-455

Лес беспредельный и блеск на пространство далекое виден, — Так от божественной меди идущего войска сиянье, Ярко сверкая кругом, поднималось по воздуху к небу. Словно как птиц окрыленных станицы, которым нет счета, Быстрых гусей, журавлей, а равно лебедей длинношеих,

2-460

Там на азийских лугах, невдали от Каистра потока, Гордые легкостью крыльев, летают по всем направленьям, С криком садятся на землю, и луг содрогается сильно, — Так разливались народы в долине Скамандра, Из кораблей и палаток во множестве выйдя. И громко

2-465

Вся оглашалась земля под ногами и пеших и конных. Стали войска средь цветущей долины Скамандра — и были Также числом бесконечны, как летом цветы и как листья. Словно несчетные рои слетевшихся мух отовсюду, Что по жилью пастуха разбредаются ранней весною,

2-470

В пору, когда молоко орошает обильно сосуды, — В равном числе и ахейцы прекрасноволосые стали Против троянцев в долине, их всех уничтожить желая. Как пастухи, стерегущие коз, без труда различают Козьи стада, если вместе они среди пастьбы смешались,

2-475

Так предводители строили их повсеместно в порядок, Чтобы в сраженье вести. Посредине ж был царь Агамемнон, Взором и всей головой Громовержцу Зевесу подобный, Поясом — богу Арею, а грудью своей — Посейдону. Точно как в стаде коров превосходным над всеми бывает

2-480

Бык, — ибо он красотой среди целого стада блистает, — Точно таким в этот день сделал Зевс полководца Атрида — Превосходящим других и отличным средь многих героев. Ныне поведайте мне, на Олимпе живущие Музы, Кто предводители были и кто властелины данайцев.

2-485

Ибо везде вы, богини, бывали и все вам известно, Мы же лишь внемлем молве, ничего мы не ведаем сами. Всех аргивян я не только назвать, но и исчислить не мог бы, Хоть бы и десять имел языков я и десять гортаней, Будь у меня не слабеющий голос и сердце из меди,

2-490

Если бы Музы Олимпа, Эгидодержавного Зевса Дочери, мне не напомнили всех, кто явился под Трою. Только вождей над судами, равно и суда все исчислю. Рать беотийских бойцов предводили Леит, Пенелеос, Аркезилай, Протонэор и Клоний; ту рать составляли

2-495

Воины, жившие в Гири и в каменистой Авлиде, В Схене и Сколе, а также в Этеоне многохолмистом, В Теспии, Грайе, равно в Микалессе широкодолинном, Жители Гармы и те, кто в Илезии жил, и Эритрах, Кто обитал в Элеоне и в Гиле, равно в Петеоне

2-500

И в Медеоне прекрасно построенном, и в Окалее, В Копах, Эвтресе и Тисбе, стране, голубями богатой, Кто обитал в Короне, и в богатом травой Галиарте, Также кто в Плате жил, те кто устроил жилище в Глисанте, Кто населял Гипофивы, прекрасно устроенный город,

2-505

Также священный Онхест, Посейдоновой рощею славный, Арну, лозой виноградной обильную, также Мидею, Низу священную и Антедон, отдаленнейший город. Послано было от них пятьдесят кораблей, и на каждом Судне приплыло сто двадцать бойцов молодых беотийских. (6000)

2-510

Теми, кто жил в Аспледоне, равно в Орхомене Минейском, Правили вместе Аскалаф с Иалменом, дети Арея: Их родила Астиоха Арею могучему в доме Актора, сына Азея: стыдливая дева ютилась В верхнем покое, но бог опочил вместе с нею украдкой.

2-515

Тридцать глубоких судов вслед за ними приплыло рядами. (3600) Схедий и с ним Эпистроф полководцами были фокеян, Оба — сыны благородного Ифита, сына Навбола; Рать составляли, кто жил в Кипарисе, в Пифоне скалистом, В Кризе божественной, кто обитал в Панопее, в Давлиде,

2-520

Кто населял Гиамполя окрстность и Анемореи, Те, кто жилище имел вдоль реки величавой Кефиза, Кто основался в Лилее, вблизи от Кефизских истоков; Сорок судов чернобоких за ними отправилось следом. Эти вожди разместили фокеян, построив рядами,

2-525

От беотийцев поставив их близко по левую руку. (2000) Сын Оилея, проворный Аякс, был начальником локров. Меньше по росту он был Теламонова сына Аякса, Даже значительно меньше. Но малый с бронею холщевой, Превосходил он в метаньи копья всех ахейцев и греков;

2-530

Рать составляли, кто жил в Каллиаре, Опусе, Киносе, Бесе и Скарте и кто основался в прелестной Авгее, В Тарфе и Фронии, также в окрестностях вод Боагрийских. Сорок судов чернобоких с ним вместе отправили локры, Что обитают по той стороне от священной Эвбеи. (2000)

2-535

Далее шли из Эвбеи дышавшие гневом абанты; Жили в Халкиде они и в Эретрии и в Гистиэе, Винами славной, в приморском Коринфе, в Дионее, лежащем На возвышении городе, также в Каристе и Стире; Ими начальствовал Елефенор, от Арея рожденный,

2-540

Сын Халкодонта, — он был предводителем храбрых абантов. С ним-то пришли подвижные Абанты, косматые сзади, Копий метатели, сильно желавшие ясенным древком, Брошенным метко, пробить на груди неприятельской панцирь. Сорок судов чернобоких с ним вместе приплыло рядами. (2000)

2-545

Далее шли населявшие город прекрасный Афины, Область царя Эрехтея: когда-то землей плодоносной Был он рожден, а вскормила его дочь Зевеса Афина И поселила в Афинах потом, в своем храме богатом, — Там где афинские юноши, в кругосвершение года,

2-550

Жертвуют коз и быков, чтобы милость обресть у богини. Сын Петеоса у них был вождем, Менесфей знаменитый, С кем ни единый из смертных людей не равнялся искусством В бранный порядок построить коней и мужей щитоносцев (Нестор один состязаться с ним мог, — он был старше годами);

2-555

Черных судов пятьдесят за героем отправилось следом. (2500) Из Саламина двенадцать судов за Аяксом приплыло; (600) Войско поставил он там, где афинян стояли фаланги. Дальше стояли, кто в Аргосе жил, в укрепленной Тиринте, И в Гермионе, в Азине, глубокою гаванью славных,

2-560

Также в Трезене, в Эйоне, в богатом вином Эпидавре, Те, кто Масет населял и Эгину, — ахейские мужи; Были вождями у них Диомед, среди боя отважный, Также Сфенел, многославного сын дорогой Капанея. Третьим вождем у них был Эвриал, смертный равный с богами,

2-565

Славного сын Мекистея, потомка царя Талаона; Всех же в бою предводил Диомед, среди боя отважный; Восемьдесят кораблей с ними вместе отправилось черных. (4000) Далее шли населявшие город прекрасный Микены, Пышный Коринф и Клеоны, прекрасно устроенный город,

2-570

Кто основался в Орнее и в Аретирее приятной, И в Сикионе, который был прежде подвластен Адрасту, В Гиперезии, в построенной на высоте Гоноессе, Те, кто жилище имел в Эгионе, а также в Пелене, Вдоль Эгиала всего и вблизи от широкой Гелики.

2-575

Сто их судов предводил сам владыка Атрид Агамемнон. (5000) Войско отправилось с ним многолюдней других и храбрее. Он между ними стоял, весь в блестящую медь облаченный, Гордый в душе и один среди многих героев отличный Тем, что сильнее их был и привел наиболее войска.

2-580

Дальше стояли, кто жил в Лакедемоне, между ущелий, В Спарте, Фарисее и Мессе, стране, голубями богатой, Кто основался в Бризе, равно как в приятной Авгее, Также в Амиклах и в Гелосе, городе, близком от моря, Все, населявшие Лаас, а также окрестность Этила.

2-585

Их шестьдесят кораблей под начальством пришли Менелая, (3000) В битвах бесстрашного царского брата. Их строй стал отдельно. Сам он средь войска шагал, на отвагу свою полагаясь, Всех побуждая сражаться. Он сильно желал в своем сердце Мщеньем воздать за Елену, ее похищенье и слезы.

2-590

Дальше стояли все те, кто Пилос населял и Арену, Фрион, где брод чрез Алфей, и прекрасно устроенный Эпи, Кто населял Птелеос, Кипариссию, Амфигенею, Гелос и Дорион (там, повстречавши фракийца Фамира, Музы убили в нем дар песнопенья, когда возвращался

2-595

Он из Эсхалии, от эсхалийского мужа Эврита: Хвастал он тем, что одержит победу, хотя бы и сами Музы, Зевеса Эгидодержавного дочери, пели; Те, рассердясь, поразили его слепотой и священный Отняли дар песнопенья и лиру заставили бросить).

2-600

Ими начальствовал Нестор Геренский, наездник отважный. С ним девяносто судов углубленных приплыло рядами. (4500) Далее шли, кто в Аркадии жил, под горою Киллены, Подле гробницы Эпития, где состязаются мужи, Кто населял Фенеос с Орхоменом, богатым овцами,

2-605

Рипу, Стратию, а также открытую ветрам Эписпу, Кто основался в Теге, равно в Мантинее приятной, Те, кто жилище в Стимфале имел и кто жил в Парразии: Их шестьдесят кораблей предводил от Анкея рожденный (3000) Царь Агапенор. И много мужей аркадийцев на каждом

2-610

Судне пришло многоопытных в деле войны. Корабли же Им хорошо оснащенные дал Агамемнон владыка, Славный Атрид, — чтоб на них через понт переправиться темный: Не занимались они мореходным искусством. Далее шли, кто в Бупрасии жил и в Элиде священной,

2-615

Кто населял всю страну от Гирмины и крайней Мирсины До Оленийской скалы, а равно до холмов Ализийских. Их предводили четыре начальника, — десять за каждым Быстрых приплыло судов, доставивших много эпеян. (2000) Были вождями у них Амфимах вместе с Фалпием, — дети

2-620

Первый Клеата, второй же Эврита, потомка Актора; Третьим вождем был могучий Диор, Амаринков потомок; В битву дружину четвертую вел Поликсен богоравный, Сын Агасфена владыки, ведущего род от Авгея. Те, кто в Дулихии жил, на святых островахЭхинадских,

2-625

Что далеко расположены в море, напротив Элиды, Шли под начальством Мегеса, подобного богу Арею, Сына Филея, любезного Зевсу возницы Филея: Некогда он, на отца рассердившись, ушел на Дулихий. Сорок судов чернобоких с ним вместе отплыло рядами. (2000)

2-630

Был Одиссей полководцем могучих душой кефалонян, Тех, кто в Итаке рожден и на шумно лесистом Нерите, Кто обитал в Крокилее и на Эгилипе скалистой, Кто основался в Сакинфе, жилище имел на Самосе, Кто населял материк и берег противоположный.

2-635

Их предводил Одиссей, кто по мудрости равен Зевесу; С ним же двенадцать судов краснобоких отправилось следом. (600) Сын Андремона Фоас предводителем был у этолян, Тех, кто Плеврон населял и кто в Олене жил и Пилене, В близкой от моря Халкиде, равно в Калидоне скалистом,

2-640

(Ибо не стало потомства Энея, великого духом: Умер он сам и скончался за ним Элеагр светлокудрый). Было Фоасу доверено все, чтоб царил средь Этолян; Сорок судов чернобоких с ним вместе отплыло рядами. (2000) Идоменей, знаменитый копьем, был начальником критян,

2-645

Тех, кто Кнозос населял и кто жил в укрепленной Гортине, В Ликте, в Милете, в белеющих зданьях Ликаста и в Фесте, И в Ритионе, больших городах, хорошо населенных, Также и прочих мужей, обитавших на Крите стоградном. Идоменей, знаменитый копьем, предводил их в сражнье,

2-650

Да Мерион, Эниалию мужеубийце подобный. Вместе приплыли они с восемьюдесятью кораблями. (4000) Храбрый и ростом большой Тлеполем был Геракла потомок, Девять судов из Родоса привел, от бесстрашных родосцев, (450) Тех, кто Родос населяют, на три разделившись народа;

2-655

В Линде живут они, в белом Камире и также в Ялиссе. Их предводил Тлеполем, боевого копья знаменитый метатель, Астиохеей рожденный Гераклу могучему. Вывел Он из Эфиры ее, невдали от реки Селеиса. Многих героев, воспитанных Зевсом, разрушив твердыни.

2-660

Тот Тлеполем, когда вырос в дворце, разукрашенном пышно, Вскоре убил, рассердившись, любезного дядю отцова, Старца Ликимния, бога Арея потомка. Немедля Выстроил он корабли и, товарищей много собравши, В море бежал, — ибо местью ему угрожали другие

2-665

Дети и внуки Геракла могучего. Много блуждавши, Прибыл потом он на остров Родос, натерпевшись печали. Там основались они в трех местах, каждым племенем розно. И возлюбил их Зевес, кто царит над людьми и богами, И в изобилии славный Кронид на них пролил богатства.

2-670

Три корабля соразмерных приплыли от острова Симы, (150) Вслед за Ниреем, потомком Харона царя и Аглаи, Вслед за Ниреем, который из греков, пришедших под Трою, Всех был прекрасней лицом, кроме славного сына Пелея; Только он не был отважен и мало пришло с ним народа.

2-675

Те, кто Нисир населял, вместе с Крапатом, Казосом, Косом, Кто обитал в Эврипиле и на островах Калидийских, Двух полководцев имели — Филиппа бойца и Антифа, Двух сыновей скиптроносца Фессала, потомка Геракла; Тридцать глубоких судов с ними вместе приплыло рядами. (1500)

2-680

Далее шли, кто жилище имел в Пеласгийском Аргосе, Кто основался в Алосе, в Алоне и также в Трахине, Жители Фтии, Эллады, прекрасными женами славной: Было название им — мирмидоны, эллены, ахейцы. Их пятьдесят кораблей предводил Ахиллес полководец. (2500)

2-685

Но не о шумном сраженьи они помышляли в то время, Ибо отсутствовал тот, кто в сражение вел их фаланги. Средь кораблей отдыхал быстроногий Ахилл богоравный, Гневаясь за Бризеиду, прекрасноволосую деву, Деву, которую, много трудясь, он увел из Лирнесса,

2-690

Город разрушив Лирнесс, равно как и Фивские стены И Эпистрофа с Минетом убивши, метателей копий, От скиптроносца Эвена, Селепия сына, рожденных. В скорби по ней отдыхал он, но должен был скоро воспрянуть. Дальше стояли, кто жил во цветущей Пирасе, в Филаке —

2-695

Крае, любезном Деметре, — в Итоне, питающей агнцев, В близком от моря Антроне, на злачных лугах Птелеоса; Ими при жизни начальствовал воин, любезный Арею, Протезилай, но теперь он уж черной накрыт был землею. С горя лицо раздирая, осталась в Филаке супруга

2-700

После него в недостроенном доме. Убит он дарданцем, Первый из всех Аргивян с корабля соскочивши на берег. Не оставались войска без вождя, но о нем сожалели. Был среди них полководцем Подаркес, потомок Арея, Сын Ификла, овцами богатого, сына Филака.

2-705

Братом родным приходился он храброму Протезилаю, Младшим годами. А Протезилай был отважней и старше, Равный Арею герой. И мужи, хотя не остались Без полководца, жалели о нем: он был доблестный воин. Сорок судов чернобоких с ним вместе приплыло рядами. (2000)

2-710

Дальше стояли, кто жил вдоль Бебейского озера в Ферах, В Бебе, в Глафирах и в городе Иолке, устроенном пышно. Вышли одиннадцать их кораблей под начальством Эвмела, (550) Милого сына Адмета; рожден он богиней средь женщин, Самой прекрасной из всех дочерей Пелиаса — Алкестой.

2-715

Дальше стояли, кто жил в Таумаии, а также в Мефоне, Кто населял Мелибею, равно Олизон каменистый. Славный из лука стрелок Филоктет был у них полководцем. Вывел он семь кораблей; пяьдесят находилось на каждом Судне гребцов, — они луком искусно владели в сраженьи. (350)

2-720

Только лежал он на острове, сильною болью терзаем, Там, на священном Лемносе, где был он ахейцами кинут, Мучимый язвою злою, укушенный лютою гидрой. Там он, стеная, лежал. Но вскоре должны были вспомнить Дети ахеян вблизи кораблей о царе Филоктете.

2-725

Не оставались они без вождя, но о нем сожалели. В ратный порядок их строил Медон, Оилея побочный Сын, от него, городов разрушителя, Реной рожденный. Далее шли, кто родился в гористой Ифоме и Трикке, Кто населял Эхалию, Эврита Эхальского город.

2-730

Были у них полководцами двое детей Эскулапа, Славные оба врачи, Подалирий и также Махаон; Тридцать глубоких судов вслед а ними приплыло рядами. (1500) Жителей Ормениона, вблизи родника Гипереи, Также в Астерии живших, близь белой вершины Титана,

2-735

Вождь Эврипил предводил, блистательный сын Эвемона. Сорок судов чернобоких с ним вместе приплыло рядами. Далее шли, кто в Аргиссе жилище имел и в Гиртоне, В Орфе, в Элоне, в белеющем городе Олоосоне. Был предводителем их Полипит, неустанный в сраженьях,

2-740

Сын Пирифоя, который рожден от бессмертного Зевса. Дивная Гипподамия его родила Пирифою В день, когда он покарал волосами обросших Центавров, Из Пелиона прогнав и приблизив к народу Эфиков. Вместе же с ним Леонтей предводил их, потомок Арея,

2-745

Сын непреклонного духом Корона, Кенеева сына. Сорок судов чернобоких за ними отправилось следом. (2000) Двадцать и два корабля из Кифоса отплыло с Гунеем. (1100) Он предводил Эниан и упорных в сраженьи Перебов, Тех, кто жилище построил вблизи от холодной Додоны,

2-750

Кто поделился землей, где веселый поток Титарезий Катит прозрачные воды свои до потока Пенея, Но не сливается там с серебристопучинным Пенеем, Только поверх расстилается, будто прозрачное масло. Сам он из Стиксовых вод вытекает, ужасных для клятвы.

2-755

Сын Тендредона Профой начальствовал войском Магнетов, Тех, кто жилище имел вкруг шумящих лесов Пелиона, Подле Пенея: Профой быстроногий начальствовал ими. Сорок судов чернобоких с ним вместе приплыло рядами. (2000) Вот кто начальники были ахейских дружин и владыки.

2-760

Ныне, о, Муза, скажи мне, кто самый отважный был воин, Чьи были лучшие кони из всех, что явились под Трою. Лучшие кони из всех находились у сына Фереса; Ими Эвмел управлял, и легки они были, как птицы, Масти одной, однолетки и равного роста хребтами.

2-765

Их, кобылиц, возрастил Аполлон сребролукий в Перее, Чтобы они разносили в грядущих сражениях ужас. Лучшим бойцом был Аякс Теламонид, покуда томился Гневом Ахилл; он же всех был сильнее, и лучшие также Кони носили его, беспорочного сына Пелея.

2-770

Но отдыхал он тогда на кривых кораблях мореходных, Гневаясь на Агамемнона, пастыря многих народов, Сына Атрея, меж тем как войска на прибрежии моря Праздно себя развлекали метанием дисков и копий, Или стрельбою из лука. А кони покоились каждый

2-775

Пред колесницей своей, поедая Селину и лотос. А колесницы лежали прикрытые в царских палатках; Их же владельцы, скорбя о владыке, любезном Арею, Взад и вперед среди войска бродили, чуждаяся битвы. Воины шли, и все поле как будто огнем пожиралось.

2-780

Тяжко стонала земля, как от гнева отца Громовержца, Ежели землю бичует Зевес вкруг Тифона в Аримах, Там, где, молва повествует, находится ложе Тифона. Так под ногами идущих стонала земля, содрогаясь, — Ибо с большой быстротой проходили войска по равнине.

2-785

Вестницей легкой, как ветер, примчалась к троянцам Ирида, С горестной вестью летя от Эгидодержавного Зевса. Тою порой на собранье сошлись во дворе у Приама Мужи троянские все, молодые, равно как и старцы. Ставши вблизи, быстроногая к ним обратилась Ирида,

2-790

Но уподобилась голосом сыну Приама Политу, Стражу троянскому: он, быстроте своих ног доверяясь, На высочайшей могиле сидел старика Эзиэта И ожидал там, когда с кораблей устремятся ахейцы. Ставши подобной ему, быстроногая молвит Ирида:

2-795

"Старец, и ныне тебе бесконечные речи любезны, Словно в дни мира, — теперь война неизбежно возникла. Часто бывал я в местах, где сражаются люди, Но никогда я не видел подобных мужей и так много. Ибо они, по числу уподобясь песчинкам и листьям,

2-800

Через равнину проходят, желая вкруг города биться. Гектор, тебе больше всех я советую, — так нужно сделать: Много союзников город обширный Приама содержит, Но языки у людей, отовсюду пришедших, различны. Пусть же дает каждый муж приказания тем, кем он правит,

2-805

Сам пусть ведет их и в строй боевой расставляет сограждан". Молвила так. Не ослушался Гектор совета богини, Вмиг распустил он собранье — и те устремились к оружью. Все распахнулись ворота и хлынуло войско наружу. Пешие с конными вместе, и шум раздавался великий.

2-810

Некий высокий курган перед городом стал одиноко В поле — и было его обходить отовсюду возможно. Люди его Батиеей зовут, а бессмертные боги Этот курган называют гробницею легкой Мирины. Войско троянцев построилось там и союзники рядом.

2-815

Был у троянцев вождем сын Приама великий Гектор, с дружиной при нем всех храбрее и всех многолюдней, С ним одевала оружье, желая сражаться на копьях. Войско дарданцев Эней предводил, сын прекрасный Анхиза. Он от Анхиза рожден Афродитой богиней на холмах

2-820

Иды; когда-то богиня в любви сочеталась со смертным. Был не единый он вождь, но еще Архелох с Акамасом, Двое сынов Антенора, владеющих всяким оружьем. Кто поселился в Зеле, у крайней подошвы Идейской, Кто из богатых троянцев пил черную воду Эзипа,

2-825

Теми начальствовал в битвах блистательный сын Ликаона, Пандар, которому лук подарил Аполлон Дальновержец. Кто населял Адрастию, равно как и область Апеза, Кто Питиеей владел и высокой горою Тереи, Тех предводили Адраст и Амфий во броне полотняной,

2-830

Двое детей Перкозийца Меропа, который всех лучше Жребий умел предвещать. На войну мужегубную детям Не разрешил он идти, но они не послушались слова, Ибо влекли их в сражение Парки погибели черной. Дальше стояли, кто жил подле Практия, подле Перкоты,

2-835

Кто обитал в Абидосе, в Сестосе, в священной Аризбе: Вел их в сраженье сын Гиртака Азий, мужей предводитель, Азий герой Гиртакид, тот, кого привезли из Аризбы От берегов Селлеэнта огромные рыжие кони. Сильный копьем Гиппофой управлял племенами Пеласгов,

2-840

Тех, кто жилище имел на полях плодоносных Лариссы. Их предводили потомок Арея Пилей с Гиппофоем, Оба от Лефа Пеласга рожденные, сына Тевтама. Храбрый Пирой с Акамасом войска предводили Фракийцев, Всех, чьи жилища объемлет собой Геллеспонт быстроструйный.

2-845

Был полководцем Эвфем у метателей копий Киконов, Сын Трезена, Зевесом взращенного сына Кеаса. Вождь Пирехмес за собою привел криволуких пэонян, Издали из Амидона, где Аксий широко струится, Аксий, которого нету прекраснее в мире потока.

2-850

Вождь Пилемен предводил пафлагонцев с косматою грудью, В крае энетов живущих, где дикие мулы родятся. Китор они населяли, окрестные земли Сезама, Подле потока Парфения в светлых домах обитали, И в Эгиале, и в Кромне, равно в Эрифинах высоких.

2-855

Одий и с ним Эпистроф за собой привели Гализонов Издалека из Алибы, где те серебро добывают. Хромис и птицегадатель Энном предводили мизийцев, Но не избавили птицы Эннома от гибели черной: Он усмирен был рукой быстроногого внука Эака

2-860

В волнах реки, где и много других еще пало троянцев. Форкис вождем был Фригийцев и с ним боговидный Асканий. Оба на бой порываясь, пришли из Аскании дальней. Местлес и также Антиф предвоодили дружины мэонян, Двое детей Телемена и нимфы озерной Гигеи.

2-865

Оба они предводили мэонян, рожденных под Тмолом. Настес привел Кариян, говоривших на грубом наречьи, Жили в Милете они, на горе многолиственной Фтире, Подле потока Меандра, на холмах высоких Микалы. Настес над ними начальствовал с братом своим Амфимахом,

2-870

Настес и с ним Амфимах — Номиона прекрасные дети. В битву вступал Амфимах в золотом, будто дева, наряде, Глупый, от пагубной смерти его тот наряд не избавил. Он усмирен был рукой быстроногого внука Эака В волнах реки — и Ахиллом воинственным золото взято.

2-875

Главк беспорочный привел с Сарпедоном дружины ликийцев Издалека, из Ликии, от многопучинного Ксанфа.

* * *