Сандро Боттичелли. Мужской портрет. 1490-е. Мужской портрет. 1490-е

Чимабуэ (Пенни Ди Пепо) около 1240 — около 1302) Богоматерь с Младенцем на троне в окружении ангелов 1290–1295. Дерево, темпера. 424x276

Алтарный образ работы Чимабуэ из церкви Сан-Франческо в Пизе стал одной из жемчужин коллекции Лувра. Манера письма Чимабуэ восходит к византийской, в которой узнается «иконный» стиль, однако в ней уже намечен переход к более живой и изящной живописи. С этого пока еще робкого стремления к отходу от строгих канонов берет свое начало искусство эпохи Возрождения, первым этапом которого стал Проторенессанс.

Изображение сидящей на троне Богоматери с Младенцем на руках еще воспринимается иконой, то есть произведением религиозного искусства, объектом поклонения и молитв. Однако в нем уже заложена трансформация иконы в картину, созданную для удовлетворения эстетической потребности человека в созерцании прекрасного. Лики и композиция остаются иконно-строгими, но в трактовке одеяний художник позволяет себе вольность — великолепно выписывает струящиеся складки одежд и переливы цвета, давая зрителю возможность почувствовать легкость и красоту материи.

Филиппо Липпи (1406–1469) Мадонна с Младенцем в окружении ангелов, со святыми Фредиано и Августином (Алтарь Барбадори) 1437. Дерево, темпера. 208x244

Филиппо Липпи, художник эпохи Раннего Возрождения, получив монастырское воспитание, принял монашеский обет и создавал религиозные композиции.

Это алтарный образ, заказанный живописцу для капеллы, посвященной Святому Фредиано, в церкви Санто-Спирито во Флоренции. Художник — истинный певец прекрасного. В изображении Мадонны с Младенцем и ангелами небесными он создает прелестные образы, поражающие возвышенной красотой. Ангелы удивительны в своей непосредственности: они задумчиво глядят по сторонам, кто-то из них смотрит на Мадонну, которая, держа на руках божественного Младенца и опустив глаза, подходит к двум коленопреклоненным святым — Фредиано и Августину.

До 1810 алтарь оставался в церкви. В ходе наполеоновских завоеваний он был отправлен во Францию и на родину уже не возвращен. В 1814 работа попала в Лувр.

Симоне Мартини (около 1284–1344) Несение креста 1333. Дерево, темпера. 30x20,5

«Несение креста» — фрагмент алтаря, известного как «Полиптих Орсини». Он посвящен страстям Христа и состоит из шести частей, ныне хранящихся в разных европейских музейных собраниях.

Эту работу мастера сиенской школы Симоне Мартини отличают драматизм и эмоциональный накал, которые художник привнес в традиционный сюжет. На лицах персонажей ясно читаются чувства, обуревающие ими, что было бы немыслимым для византийской манеры письма. Жесты и мимика героев патетичны и немного театральны, однако в этом находит выражение личное отношение художника к изображаемому им событию Священной истории, его сопереживание.

Козимо Тура (около 1430–1495) Пьета со святыми. Алтарь Святого Георгия в Ферраре 1474. Дерево, темпера. 132x267

Живописец Раннего Возрождения, Козимо Тура был придворным художником дома д'Эсте, герцегов Феррары.

Композиция «Пиета со святыми» является частью алтаря Святого Георгия в Ферраре. Пиета — это оплакивание Христа, умершего на кресте. Непременным участником таких композиций является Богоматерь. На ее коленях распростерто бездыханное тело Сына, рядом изображены фигуры избранных святых, сопереживающих Ее горю. Здесь нет места красоте: лица всех присутствующих искажены скорбью и страданием, на лике Христа также лежит печать крестных мук. Для передачи эмоционального состояния героев художник использует язык мимики и жестов, красноречиво говорящий об их переживаниях.

Андреа Мантенья (около 1431–1506) Святой Себастьян Около 1480. Холст, темпера. 257x142

Святой Себастьян — популярный образ в изобразительном искусстве, к которому обращались многие художники, живописуя жестокий эпизод его мученичества — страдание от пущенных в него стрел. Святой Себастьян в III–IV веках тайно исповедовал христианство. Узнав об этом, император Диоклетиан приговорил его к смерти. Однако раны, нанесенные святому, не стали смертельными. Жена втайне выходила его, и он, не желая бежать из Рима, предстал перед Диоклетианом чудесно спасенным. Император же вновь повелел казнить святого.

На луврской картине «Святой Себастьян» Андреа Мантеньи, живописца и гравера Раннего Возрождения, святой привязан к обломку античной колонны, нижняя часть его тела усеяна стрелами. Колонна как часть разрушенного античного храма символизирует медленно уходящий в небытие мир язычества, за который так крепко держался император и жертвой которого пал святой Себастьян. Рядом с ногами несчастного молодого мужчины сохранился мраморный фрагмент разбившейся статуи, когда-то стоявшей на этом месте и прославлявшей греко-римских богов.

Антонио Пизанелло (1395–1455) Портрет Джиневры д'Эсте 1435–1449. Дерево, темпера. 43x30

«Портрет Джиневры д'Эсте» («Портрет принцессы») — произведение итальянского живописца раннего Кватроченто Антонио Пизанелло. Профиль принцессы напоминает чеканные образы, создававшиеся на памятных медалях.

Некоторыми исследователями выдвигалось предположение, что изображенная является не Джиневрой д'Эсте, а другой представительницей этого дома, урожденной Гонзаго. Однако в настоящее время считается, что портрет принадлежит все же Джиневре.

Девушка запечатлена на фоне цветов. Для современного зрителя они значат не больше, чем просто живописный «природный» фон, однако современникам художника они могли бы о многом рассказать. Каждый цветок имеет свое символическое значение и обозначает определенное явление. Включенные живописцем в «контекст» произведения, эти цветы несут тайный смысл, раскрывая историю жизни принцессы. Джиневра д'Эсте была убита своим мужем за то, что не могла иметь детей. Цветы гвоздики и колокольчики водосбора символизируют супружество и плодовитость, однако у водосбора (аквилегии) есть и иное значение — смерть. О смерти говорит также и приколотая к рукаву платья веточка можжевельника.

Доменико Гирландайо (1449–1494) Портрет старика с внуком 1488. Дерево, темпера. 62x46

В «Портрете старика с внуком», личности которых остались неизвестными, Доменико Гирландайо, живописец Раннего Возрождения, представитель флорентийской школы, стремился к реалистично-правдивому изображению своих моделей. Трогателен образ маленького мальчика с выбивающимися из-под красной шапочки золотистыми кудрями, прильнувшего к деду в надежде найти то ли защиту, то ли ответ на какой-то мучающий его вопрос. Старику-деду художник не польстил. Он изобразил его некрасивое лицо без прикрас, однако обращенный к ребенку взгляд, полный любви и нежности, придает его облику одухотворенность. В открытом окне виднеется «идеальный пейзаж», характерный для живописи Ренессанса: долина с лентой реки, возвышающиеся вдали холмы и скалы. Отношения героев столь же прекрасны и гармоничны, сколь прекрасна и умиротворенна природа.

«Портрет старика с внуком» поступил в Лувр в 1886.

Пьетро Перуджино (1448–1523) Аполлон и Марсий 1495. Дерево, темпера. 39x29

Картина Пьетро Перуджино, живописца эпохи Возрождения, представителя умбрийской школы, посвящена греческому мифу о музыкальном состязании сатира Марсия и бога искусств Аполлона. Сатир научился искусно играть на флейте, брошенной богиней Афиной, и, возгордившись своим совершенным исполнением, сделал вызов Аполлону. Аполлон, высочайший музыкант, не мог простить дерзкой выходки сатира, осмелившегося поспорить с ним. Играя на лире, он выиграл музыкальный поединок, а в наказание за дерзость сорвал с Марсия кожу.

Жестокое окончание этой истории не вошло в сюжет картины. Перуджино написал состязание двух музыкантов, точнее игру на флейте Марсия. Он весь погружен в музыку и не замечает своего олимпийского противника. Прекрасный Аполлон холодно взирает на сидящую фигуру сатира; его лира, стоящая у ног, ожидает момента, когда сиятельный бог извлечет из нее пленительные звуки, с которыми не в силах соперничать музыка смертных.

Рафаэль Санти (1483–1520) Прекрасная садовница 1507. Дерево, масло. 122x80

Рафаэль, великий итальянский живописец, график и архитектор, прожил недолгую жизнь. «Прекрасная садовница» («Мадонна с Младенцем и святым Иоанном Крестителем на фоне пейзажа») написана уже сложившимся мастером. Прелестный образ Девы Марии дышит спокойствием и умиротворением.

Фигуры юной Богоматери, Ее прекрасного Младенца и маленького Иоанна Крестителя очень органичны и словно растворяются в пейзаже. Детали ландшафта, с любовью выписанные мастером — и растения, и дальние горы, и городские стены, — притягивают внимание зрителя. Духовная и физическая красота находят воплощение в облике Богоматери, дивный лик которой светится бесконечной любовью к Сыну. В Его чистых глазах читается глубокое взаимное чувство, слитое с детской преданностью Матери.

Леонардо да Винчи (1452–1519) Мона Лиза (Джоконда) 1503–1505. Дерево, масло. 77x53

В записях великого Леонардо да Винчи, гения Ренессанса, нет ни одного упоминания о работе над портретом. Существует много версий того, кто изображен на этом произведении. Среди прочих мнений выказывались и такие, что Мона Лиза — и автопортрет самого Леонардо, и портрет его ученика, и портрет матери или просто идеальный собирательный женский образ. Согласно «официальному» мнению, на картине изображена жена флорентийского купца Франческо дель Джокондо Лиза Герардини.

На губах Моны Лизы застыла знаменитая едва уловимая улыбка, придающая ее лицу загадку и очарование. Не зритель смотрит на нее, а она сама наблюдает за ним глубоким, все понимающим взглядом.

Картина выполнена почти прозрачными, необычайно тонкими слоями. Кажется, что Мона Лиза не написана красками, а совсем «живая». Мазки настолько мелкие, что ни микроскоп, ни лучи рентгена не обнаруживают следов работы мастера и не определяют количество живописных слоев. «Джоконда» необычайно воздушна. Воздух получился настоящим, как и сама Джоконда — тоже «настоящая». Пространство картины наполнено легкой дымкой, пропускающей рассеянный свет, — «сфумато», по определению самого художника.

Джулио Романо (1492/1499-1546) Триумф Тита и Веспасиана Около 1537. Дерево, масло. 120x170

Картина живописца и архитектора, талантливого ученика Рафаэля, одного из первых представителей маньеризма Джулио Романо повествует о далеких временах римской истории. В ознаменование победы над Иудеей император Веспасиан и его сын и наследник Тит устроили пышное триумфальное шествие, которое и стало сюжетом произведения. На колеснице, запряженной четырьмя лошадьми, в специально воздвигнутую для этого случая триумфальную арку въезжают Тит и Веспасиан, увенчанные лавровыми венками победителей и сопровождаемые летящей фигурой богини победы Ники.

Композиция картины разворачивается по принципу фриза. Создается впечатление бесконечного движения, поскольку ни начала, ни завершения торжественной процессии не видно. Шествие исчезает под сводом арки, архитектура которой тщательно выписана художником, бывшим придворным архитектором при дворе Гонзага.

Тициан Вечеллио (1488/1490-1576) Увенчание терновым венцом Около 1542. Дерево, масло. 303x180

Одну из сцен страстей Христа Тициан, величайший мастер эпохи Высокого Возрождения, изобразил на фоне арки под мраморным бюстом императора Тиберия. Коронование терновым венцом в знак того, что Иисус называл себя Царем Иудейским, происходит словно в безмолвном присутствии последнего римского императора, в годы правления которого случилось это событие. Мраморный двойник всеми почитаемого владыки похож на бессильного идола, а Тот, кто может врачевать людские души, унижен, оскорблен и осужден на смерть. Остервенелые и ослепленные ненавистью воины набросились на Него, словно лютые звери, и палками возложили терновый венец. Лик Христа искажен страданием.

Паоло Веронезе (1528–1588) Брак в Кане Галилейской 1562–1563. Холст, масло. 666x990

Паоло Веронезе — один из виднейших живописцев венецианской школы.

На полотне «Брак в Кане Галилейской» изображен Христос на брачном пиру в галилейском поселении Кана в момент совершения своего первого чуда: когда закончилось вино, Он по просьбе Матери превратил в него воду. Среди гостей были и несколько учеников.

Картину на этот сюжет заказала Веронезе община бенедиктинского монастыря Сан-Джорджо Маджоре в 1562. Мастер трудился над ней больше года. В трапезной монастыря, для которой полотно создавалось, оно провисело до завоевания Италии Наполеоном. Чтобы было удобно транспортировать холст, французы разрезали его пополам, после чего сшили уже в Париже.

Свободно интерпретируя библейский сюжет, Веронезе превратил его в праздник венецианской свадьбы. Новозаветное событие представлено в роскошных архитектурных «декорациях», каких не могло быть в галилейской деревушке на заре христианской эры. Они напоминают постройки Андреа Палладио, архитектора позднего Ренессанса. Некоторые фигуры облачены в исторические одежды, тогда как костюмы других поражают роскошью и великолепием совсем иной эпохи. Библейские герои окружены современниками художника. По легенде, музыкант в белой одежде на переднем плане картины — это сам мастер.

Джузеппе Арчимбольдо (1527–1588) Лето 1573. Холст, масло. 76x63,5

Творчество Джузеппе Арчимбольдо, представителя маньеризма, весьма необычно. Он создавал портреты современников, но так, как этого никто до него не делал. Лица людей удивительным образом составлялись, подобно мозаике, из различных фруктов, овощей, цветов, птичьих перьев (а иногда и целых птиц), рыб, раковин и прочих даров моря, а также других предметов и их частей. Все они по тем или иным признакам ассоциировались художником с конкретным создаваемым образом. Каждый раз ему удавалось придать своему «творению» неповторимую внешность и даже немного раскрыть его характер.

«Лето» — пример такой метаморфозной картины из цикла «Времена года», символизирующего развитие человеческой жизни. «Лето» — молодость. На полотне торжествуют яркие краски, лицо «выложено» из сезонных фруктов и овощей.

Якопо Тинторетто (1518/1519-1594) Автопортрет Около 1588. Холст, масло. 62x52

Итальянский живописец позднего Ренессанса Якопо Тинторетто был учеником великого Тициана.

«Автопортрет», написанный семидесятилетним художником, производит глубокое впечатление. Колористическая гамма практически сведена к монохромности, увеличивающей силу его психологического воздействия на зрителя.

Из непроглядного мрака условного фона выступает обрамленное седой бородой лицо уставшего и изможденного старика. Оно говорит о переживаниях, разочарованиях и горьких размышлениях человека, прожившего долгую жизнь, полную забот и трудов. Глубокие мудрые глаза художника обращены на зрителя, который не может противиться их магнетизму и старается проникнуть в тайну, в самую суть души героя.

Аннибале Карраччи (1560–1609) Охота 1585–1588. Холст, масло. 136x253

Аннибале Карраччи, вдохновлявшийся произведениями Высокого Возрождения, в своих работах старался достичь чистоты и гармонии живописи этого периода, утраченных в искусстве маньеризма. Вместе со своими братьями художник создал в Болонье Академию, где преподавал, закладывая основы академического искусства. Он писал композиции на религиозные и мифологические сюжеты, а также пейзажи, игнорировавшиеся художниками эпохи маньеризма.

Полотно «Охота» представляет собой несколько жанровых сцен, объединенных сюжетом, на фоне прекрасного пейзажа. Слева охотник в красном несет на палке свежую тушку убитого животного, в правом нижнем углу картины персонажи занимаются необходимыми приготовлениями, чуть ниже на склоне холма (на втором плане холста) молодой человек, глядя вдаль, на что-то указывает пальцем, ниже неспешно едут на лошадях и ведут разговор еще два персонажа полотна, а на дальнем плане в долине идет настоящая охота с несущимися собаками и всадниками.