Гиперинфляция уже не скрыта густым туманом времени, после второй декады декабря 95-го года черты её вырисовываются вполне отчётливо.

Выборы в Государственную Думу углубили политический кризис власти, усугубили её проблемы в управлении экономическими и финансовыми реформами. Главная из этих проблем не в том, что партия власти при всей раскрутке пропагандистской машины правительства, администрации президента и непосредственно олигархов набрала лишь десять процентов голосов на прошедших выборах. Главная проблема совсем в ином. Победа коммунистов означает, что низы больше не желают терпеть и не желают верить обещаниям либеральным реформаторов, не желают больше затягивать пояса, мучиться неопределённостью, что ожидать от завтрашнего дня, – они не желают больше ждать! У партии власти фактически уже нет ни интеллектуальных, ни моральных сил убеждать народ терпеть ещё несколько лет бездарный и ничтожный режим диктатуры клики прислужников коммерческого политического интереса, отдавших страну на растерзание ворам и бандитам, спекулянтам и ростовщикам, взяточникам и террористам, как внутренним, так и международным.

Потому-то все благие, разработанные в кабинетной тиши программы правительства о контроле над инфляцией, – программы так или иначе связанные с невыплатами зарплат, с ростом безработицы и политическими махинациями, – оказались подходящими лишь для того, чтобы быть выброшенными в корзину. На это указывает и отставка А.Чубайса, едва ли не последнего в правительстве представителя гайдаровской команды ярых реформаторов, сторонника чисто либерального понимания целей реформ.

Клика власти ради сиюминутного политического выживания вынуждена будет в ближайшее время начать вместо сокращения, увеличивать правительственные расходы – платить социальным низам и государственным служащим, как зарплаты, так и выплаты компенсаций за потери от либеральных преобразований в экономике. То есть эта власть больше не в состоянии даже делать вид о некоем планировании развития реформ, а скатывается к политике балансирования, к политике выживания. Политически она уже больше не способна на проведение реформ, не способна на проведение более-менее перспективных экономических преобразований. Всё отныне будет носить отпечаток недоделанности, – правительство будет хвататься то за одно, то за другое и ничего не сможет доводить до конца. А это главный признак углубления политического кризиса власти! Страна устойчиво сползает к общегосударственному политическому кризису. В такой ситуации политическое выживание власть предержащих, в конце концов, обязательно становится зависимым от скорости работы печатного станка, выбрасывающего денежную массу в обращение. А в случае начала очередного ухудшения положения дел на мировом рынке финансов, при кризисе доверия к краткосрочным ГКО печатный станок неизбежно будет запущен! В нынешней, переживающей развал промышленного производства России это приведёт только к одному – к гиперинфляции, а затем к стагфляции с хронической опасностью сорваться в новый виток гиперинфляции.

Неспособность режима проводить дальнейшее реформирование отношений собственности в промышленном производстве станет уже в ближайшее время очевидной, окажется причиной резкого ухудшения отношений с международными кредиторами, что тоже будет играть на обвал рубля, его постоянное обесценивание. А постепенный износ инфраструктуры добычи нефти и газа и их транспортировки за границу приведёт к политическому осознанию зависимости спасения центральной исполнительной власти от промышленного производства, резко подорвёт возможности лоббирования политики коммерческими и банковскими структурами, в первую голову теми, которые связаны с растаскиванием иностранных ссуд, нефте- и газодолларов.

Такой ход событий будет способствовать росту влияния сил, связанных с силовыми и промышленными кругами, подталкивать их к представлениям о неизбежной необходимости для выхода из политического кризиса выведения производственных отношений на принципиально новый уровень социологизации, - что немыслимо на нынешнем этапе развития страны без социальной революции в форме революции Национальной. Вызревающий же политический паралич власти нейтрализует значительную часть тех сторонников режима в исполнительных ведомствах, которые не прекращают попыток задавить или держать под своим контролем русское националистическое движение. Националистическое движение, которое провозгласит своей целью проведение социальной революции, в таких обстоятельствах способно будет быстро стать серьёзным субъектом политической борьбы и создать перспективную партию исторического значения.

20 января 1996г.