— Арон! Мне нужно с тобой поговорить! — начала Сисси тихим сухим тоном.

В его глазах были и возмущение, и испуг одновременно. Арон готов был сбежать в любую минуту, он уже отступил на шаг в коридор.

— Не смей никуда уходить! — крикнула мать. — Мы должны поговорить. Арон, я никуда тебя не отпущу, пока мы не объяснимся.

С неохотой он вернулся в комнату и плюхнулся на кровать. Подбородок у него нервно подрагивал.

— Арон! Откуда ты взял этот ящик?

— Какой ящик?

— Ты знаешь, о каком ящике я говорю. Вот об этом, который стоит в твоем шкафу. Он весь пропитан водой...

— Я ничего не знаю об этом ящике?

— Где ты его взял? Арон!

Мальчик молчал.

— Арон! — Сисси повысила голос. — Я зашла в твою комнату, чтобы разложить выстиранное белье. Ты знал, что я загляну в шкаф, и специально оставил его на виду. Ты ведь неглупый мальчик. Ты хотел, чтобы я его нашла!

— Хорошо, хорошо!.. — он сидел на кровати, болтая ногами. — Ты хочешь знать, где я его нашел? Я тебе скажу. В гараже Утиноголового.

— Утиноголовый? Арон, если ты говоришь о Брайане...

— Именно он и есть Утиноголовый, — повторил Арон издевательским тоном. — Мам, ублюдок выдал себя. Посмотри в этот ящик! Взгляни на эти идиотские штуки! Твой жених Брайан — просто моральный урод. Он себя выдал! Выдал с потрохами!

Сисси уставилась на сына. В его лице стали проступать черты взрослого мужчины... Над верхней губой пробивался пушок, скоро он начнет бриться. Мягкий пухлый рот сейчас был плотно сжат...

— Я даже не знаю, с чего начать, сын... Арон, ты утверждаешь, что взял ящик в гараже Брайана. Это, по всей видимости, означает, что ты причастен к тому, что произошло там вчера вечером!

— Я услышал вой сирен и пошел туда посмотреть. Я нашел этот ящик на траве у гаража.

— Арон! Я хочу услышать правду!

— Это и есть правда! — он вскочил с кровати и встал перед ней. Арон уже перерос ее на пару сантиметров. — Мама, ты все еще не веришь мне. Так? Ты не придаешь этому значения?! — он повысил голос. — Ты просто боишься поверить...

— О каком «значении» ты говоришь? Я не понимаю тебя.

— Я говорю о твоем приятеле, мама. У него не хватает винтиков в башке! Ты же не хочешь этого замечать. У него не все дома! Ты просто слепая.

— Арон! — гневно крикнула Сисси.

— Что? — он отвернулся от нее и несколько мгновений молчал. Когда она снова увидела его глаза, в них стояли слезы. — Я не буду с ним жить, мама. Ты не сможешь меня заставить. Ни за что! Я уйду жить к отцу! Если он не возьмет меня к себе, тогда я... я... я убегу куда-нибудь! — Арон выскочил из комнаты. Сисси слышала, как хлопнула за ним задняя дверь.

Сисси повалилась со слезами на кровать сына. Даже от нее пахло дымом.

«Слепая?! Ничего не замечаю?..»

Она вытерла слезы кончиком наволочки. Что же ей теперь — навеки оставаться одной? Отказаться от мужской любви? Сисси положила голову на подушку Арона и закрыла глаза. Слезы текли сквозь опущенные ресницы и скатывались по щекам. Что они все от нее хотят?!

А что, если Арон прав? Если права Энн? Ведь Энн — мудрая женщина, она обычно нутром чувствует неладное. Вдруг ее жених окажется не таким, каким она его себе представляла? Он явно что-то скрывает от нее и, возможно, совсем не любит. Может, его родители были жестокими психопатами? Как и Энн, она изучала психологию в Мичиганском университете и прекрасно понимала, насколько гены и тяжелое прошлое могли довлеть над человеком.

И еще: она видела, как Брайан в ночи тащил что-то тяжелое, завернутое в ковер.

И Брайан Уайт танцевал с Эбби Тайс.

Энн устроила ему допрос и сделала вывод, что у него не все в порядке с психикой. А она неплохо разбирается в людях...

Сисси оторвала голову от подушки, села на кровать, взглянула на подаренное Брайаном кольцо.

«О, Брай!.. Я люблю тебя. Все равно люблю тебя... что бы мне ни говорили...»

Внутренний голос возразил: «Но ты должна узнать о нем все!..»

— Это Сисси Дэвис! Да, подруга Энн Тревеньян. Она познакомила нас в агентстве по трудоустройству...

По телефону голос Майка Маквэя звучал очень обычно: ни за что не скажешь, что он частный детектив.

— Я надеюсь, что не оторвала вас от дел, — сказала Сисси в нерешительности, она готова была сейчас же извиниться и повесить трубку. Может, сначала нужно было поговорить с самим Брайаном?

Но о чем? Как можно расспрашивать Брайана о содержимом ящика, который был украден, да еще и ее сыном? Или — об этом ковре?!

— Если меня не будут беспокоить — на что я буду жить? Я просто занимался скучной бумажной работой.

— Извините. Я перезвоню вам позднее...

— Нет-нет! Вы позвонили мне в очень удобное время. Я люблю, когда меня отрывают от дел красивые женщины!

— Благодарю вас. Мне нужно с вами поговорить, — пробормотала Сисси.

— Отлично. Я вас слушаю...

— По поводу расследования... Речь идет о моем женихе... — она с трудом выговаривала слова.

— Понимаю. Мы могли бы встретиться в моем офисе в Саусфилде, но туда чертовски далеко ехать, а сегодня я работаю дома. Живу я рядом с ресторанчиком «Биг Бой» в Рочестере. Давайте встретимся там? Скажем, через двадцать минут?

Майк Маквэй назвал ей адрес.

Дверь гаража автоматически поднялась, и Сисси выехала. На повороте она посмотрела на дом Пикарда. Тени за занавесками большого окна привлекли ее внимание.

Очевидно было, что взрослый человек порол ребенка. Мальчик боролся и кричал, а мужчина продолжал лупить его каким-то длинным предметом. Внезапный гнев был так велик, что она резко затормозила машину и вылетела из дверей. Это уже не просто воспитание, это насилие над малолетним!

Сисси побежала по лужайке до дверей дома и нажала звонок. Изнутри доносились крики Дастина:

— Отпусти меня! Зверь!

На пороге появился Джон Пикард. В руках у него ничего не было. На оголенных мускулистых руках видны были свежие царапины. Глаза горели злобой.

— Я слышала... крики! — резко сказала Сисси.

— Парень получает урок дисциплины! — рявкнул Пикард.

— Каким образом? С помощью ремня или палки?

— Он вредный непослушный маленький мерзавец! А вам бы лучше подумать о вашем сыне, миссис Дэвис. Эти юнцы понимают только один аргумент — силу!

— Я не верю, что физическое наказание — это метод воспитания, мистер Пикард! — возразила Сисси. — То, что вы делаете, называется насилием!

— Да?! — он посмотрел на нее с презрительной ухмылкой.

К этому моменту Сисси исчерпала весь свой запас решимости. Она резко повернулась и поспешила, почти побежала к своей машине, опасаясь почему-то услышать шаги Джона Пикарда за своей спиной. Уже сидя в машине, она оглянулась на дом Пикарда. Никто ее не преследовал.

Сисси выехала на дорогу. Ее всю трясло, руки дрожали на руле. Одно дело читать в газетах статьи о насилии над детьми, другое дело — стать самой этому свидетелем. И это происходило в соседнем доме! С приятелем ее сына!

«О Боже! Что же мне теперь делать? Он и Хитер так «воспитывает»?..» — по дороге Сисси раздумывала, должна ли она сообщить в полицию. Или Дастину от этого будет еще хуже?

Конечно, она поступила импульсивно, но теперь, немного успокоившись, она посчитала, что вела себя правильно.

Минут через десять, проехав через центр города, Сисси припарковалась на стоянке у ресторана «Биг Бой» на Рочестерском шоссе. Она прошла в зал и заказала себе кофе.

— Привет! Вы выглядите так, будто за вами гнались. — Майк Маквэй сел за стол напротив нее.

Он был в джинсах и голубом шерстяном свитере, выглядел свежим, улыбался, рыжеватые волосы были аккуратно зачесаны. Майк тоже заказал себе чашку черного кофе.

— Я уже отъезжала от своего дома, когда увидела, как избивают четырнадцатилетнего парня, нашего соседа, — объяснила Сисси. — Я... я вмешалась, вот и все.

Майк тихо присвистнул.

— А вы — смелая женщина.

— Я не очень смелая, но не терплю насилия над детьми. Это просто ужасно! Мне иногда кажется, что некоторых людей нельзя отнести к человеческой расе, и меня это пугает.

— Пожалуй, вы правы... Бороться с этим очень трудно. В полиции мальчик будет все отрицать. Жестокий родитель может расправиться с ним, если он признается. В некоторых этнических и религиозных общинах физическое наказание вообще норма, атрибут обычной жизни. Для них это не насилие, скорее — общепринятая процедура. Неприятная, но необходимая.

— Я отказываюсь верить в такую необходимость... — Сисси уставилась в свою чашку. — Ну так вот... Я решила, что мне надо воспользоваться вашими услугами.

Маквэй мельком взглянул на ее обручальное кольцо.

— Замечательно. Давайте я объясню вам подробнее, что я могу для вас сделать. Расставим все на свои места. Тариф будет умеренный, раз вы — подруга Энн.

— Все это звучит так... официально, — Сисси нервно рассмеялась. — Мне даже трудно поверить, что я сижу здесь, беседуя с вами о слежке за моим женихом...

— Разве лучше будет, если вы выйдете за него замуж, а потом выяснятся такие вещи, от которых у вас волосы встанут дыбом? Возможно, очень неприятные вещи, я вас предупреждаю.

— Конечно, вы правы, — выдавила она из себя.

— Сисси, я пятнадцать лет работал офицером полиции и вот уже четвертый год занимаюсь частными расследованиями. У каждого человека есть что скрывать. Например, не все хотят, чтобы знали об их предыдущих браках. У меня была клиентка, которая не могла поверить, что ее жених был в браке десять раз и только шесть раз разводился.

— Да ну!..

— Мужчины могут скрывать, что были привлечены к суду, объявлялись банкротами, имели гомосексуальные контакты, сидели в тюрьме. Этот список можно продолжить. Не так уж трудно вести двойную жизнь, многие мужчины на это способны. Любовницы на стороне, посещение массажных кабинетов, «секретарши на выезд» и так далее. И тут выясняется, что добропорядочный жених продает наркотики, к тому же он — сексуальный извращенец, насилует молодых мальчиков...

— Хватит, вполне достаточно... Пожалуйста, не пугайте меня еще больше. Лучше скажите, сколько будут стоить ваши услуги, а потом я расскажу вам о Брайане все, что знаю.

Через полчаса она поведала ему историю, по ее словам, совершенно обычную. Одинокая женщина по уши влюбляется в красивого одинокого мужчину с достатком.

Майк делал подробные записи в блокноте. Сисси поведала ему о пожаре и найденном Ароном ящике.

— Я бы хотел посмотреть на этот ящик, если можно. Он еще у вас?

— Да. Арон нашел его на месте пожара.

— Что ж, за это уже можно зацепиться и начать расследование. Итак, я хочу уточнить кое-какие факты. Значит вы познакомились в клубе «По пятницам»? Он работает в фирме и много путешествует, коллекционирует антиквариат, собирает часы и родился в городке Клайтвиль рядом с озером Хоутон. Так?

— Все верно!

— Негусто. Вы никогда не встречались с кем-нибудь из его семьи?

— Нет. Брайан сказал, что родители умерли, а братьев или сестер у него нет.

— Как долго он живет в своем доме?

— Я думаю, года четыре.

— А до этого?

Сисси пожала плечами, сама удивляясь, как мало Брайан рассказал ей о себе и как мало она сама его расспрашивала.

— Возможно... он жил в Ройал-Оуке или в Уоррене, он упоминал эти места. Да, еще он говорил, что ходил в школу в Энн-Арбор.

— Он был раньше женат? У него есть друзья?

Сисси чувствовала себя все больше и больше не в своей тарелке под прессом его профессионального любопытства. Должно быть, частный детектив сейчас недоумевал, как она могла принять обручальное кольцо от человека, которого так плохо знала.

— Он никогда не говорил о своих связях с женщинами. Он был недолго женат в двадцать лет, но не стал об этом распространяться. Брайан вообще очень скрытный человек. Сильный, закрытый, немногословный. Только, пожалуйста, не подозревайте его ни в чем заранее. Ведь вы не думаете... я хочу сказать... за этим ведь не кроется что-то очень плохое?

— Сисси, я никогда не делаю выводы преждевременно, еще не начав расследование. Чтобы вести следствие, нужно иметь определенную информацию, знать по крайней мере, где человек раньше жил. Тогда уже можно проверить данные в полиции, в налоговой инспекции, в судебных инстанциях — не привлекался ли он за нарушение закона, поговорить с соседями, коллегами по работе...

— О, только не это! — воскликнула Сисси. — Тогда он узнает, что я шпионю за ним!

— Не бойтесь, проблем не возникнет. Если я говорю с коллегами по работе, то представляюсь сотрудником другой фирмы, которая хочет взять его на работу. Никто ничего не заподозрит. Хороших работников всегда хотят сманить в другое место, это обычная практика. Потом, как я понимаю, нас больше интересует его прошлое. А значит, и коллеги по прошлой работе. Ему уже никто ничего не расскажет. Нужно ли его поводить? Ну, мы поговорим об этом позже...

— Что значит «поводить»? — всполошилась Сисси.

— Проследить, куда он ходит, с кем встречается. Иногда это необходимо, если человек ведет двойную жизнь. Но давайте сейчас отвлечемся от этого.

— Хорошо.

— Когда назначена свадьба, Сисси?

Сисси покраснела. Можно ли при таких обстоятельствах вообще говорить о свадьбе?

— Двадцать шестого декабря.

— Так скоро? — Майк удивленно поднял пшеничную бровь. — Я бы советовал вам свадьбу отложить. Если вы считаете необходимым провести расследование, значит вам не стоит выходить за него замуж так скоропостижно.

Сисси вынуждена была согласиться с его доводом.

— И еще я хочу попросить вас, — добавил Майк, — продолжать поддерживать с ним привычные отношения. Не делайте ничего необычного. Вам не надо избегать его или задавать слишком много вопросов. Я сам все проверю и выясню. Гарантирую вам, раз есть сомнения, нужно все хорошо проверить.

Сисси поджала губы. Ее сейчас волновала только одна проблема: лишь бы Брайан ничего не узнал.

— Я тоже не из болтливых, Сисси, — угадал Майк ее сомнения. — Просто доверьтесь мне.

Два дня прошли в напряженном ожидании. Сисси подавляла в себе желание позвонить Майку Маквэю и спросить, что ему удалось выяснить. А еще лучше — отменить вообще все это расследование к черту!

Слежка за Брайаном воспринималась ею как проявление низости, нечестности — а именно это ее так раздражало в других людях. У нее сжималось сердце при мысли, что Брайан узнает о ее обращении к частному детективу.

Что она тогда будет делать? А если Майк выяснит что-то предосудительное? Должна ли она будет выложить правду Брайану и потребовать объяснений? Или она ничего ему не скажет, просто вернет кольцо и разорвет помолвку?..

Несколько раз Сисси пыталась поговорить с Дастином, но мальчик стыдливо избегал общения с ней. Его очень уязвляло, что кто-то видел его в таком унизительном положении. Сисси ничего не стала говорить об этом Арону: не хотела травмировать сына.

Сисси очень не хватало Энн. Ее мудрый совет был ей сейчас особенно необходим! Она тосковала по отсутствующей подруге, рассчитывала на ее душевную поддержку.

Почему Энн не ответила на три ее звонка? Это было очень странно. Сисси пыталась вспомнить фамилию матери Энн. Джанет... Богарт? Нет, она взяла фамилию Богарт в предшествующем браке.

Сисси порылась в своих записных книжках, но не нашла ни имени, ни номера телефона Джанет. Тогда она позвонила Лэрри, приятелю Энн, но секретарша ответила, что он уехал по делам в Сан-Франциско. Когда он вернется или позвонит, пообещала та, она передаст ему сообщение Сисси.

Брайан уехал на неделю в Цинциннати, но от этого было не легче.

— Я по уши в работе, — сообщил он, когда позвонил ей во вторник вечером. Голос у него был, как обычно, спокойным. Даже трудно было представить его расстроенным, каким она видела его после пожара в гараже.

Брайан рассказывал ей о делах бизнеса, а она, закрыв глаза, слушала его слова, не вникая особенно в их суть, — просто слушала его речь, интонацию.

— Ты в порядке? — Брайан прервал свой рассказ.

— Что?!

— Я спросил, ты в порядке? Ты какая-то притихшая сегодня, Сисси.

— Я устала немного. Тяжелый был день, разболелась голова...

— Прими таблетку и ложись спать. Что ты хочешь, чтобы я тебе привез? Я уже кое-что для тебя присмотрел, но еще не решил, что выбрать.

Сисси тяжело вздохнула. Он бегает по магазинам в поисках подарка для нее, а она тратит деньги и время, чтобы за ним шпионили.

— Пожалуйста, Брай, — сказала Сисси потухшим голосом, — не покупай мне ничего, не надо...

— Но я ведь всегда тебе что-то привозил!

Она вспомнила предупреждение Маквэя.

— Хорошо. Выбери тогда сам. Ты всегда даришь мне чудесные подарки.

— Прими обязательно таблетку. Ты явно чувствуешь себя плохо. Это еще и от погоды...

Позже позвонил Лэрри. Он тоже не получил никакого известия от Энн.

На следующий день ей принесли букет цветов — несколько десятков нежно-розовых гвоздик.

— Он снова прислал тебе цветы, — отметил Арон. Он больше не называл Брайана по имени.

— Да, Ар. Я люблю цветы, и Брайан это знает.

Сын больше ничего не сказал по этому поводу. Сисси и Арон достигли временного и очень шаткого перемирия. Был ли он невиновен в поджоге гаража? Сисси молила небеса, чтобы это было так.

Сисси слетала на один день с Квинтом в Чикаго, путешествие несколько развлекло ее. Они договорились с двумя работодателями о вакансиях для клиентов агентства.

На следующий день после приезда из Чикаго Сисси решила после работы заехать домой к Энн и проверить у вахтера, не оставила ли подруга в книге записей адрес или телефон своей матери.

Сисси повернула машину с шоссе Крукс к спальному району Рочестер-Хилл. Она не без труда нашла в сгустившихся сумерках железобетонную современную коробку, похожую на все остальные в округе, где жила Энн. В большинстве окон уже горел свет.

Она остановилась у гаража Энн, вышла из машины и заглянула в окошко, освещенное фарами. Машина Энн стояла на месте. В этом не было ничего необычного. Подруга могла добраться до аэропорта на такси.

Сисси прошла в подъезд и набрала код замка. Вахтера на месте не оказалось, и она решила подняться наверх, чтобы оставить Энн записку в дверях.