Сисси пыталась вырваться, но Брайан крепко сжимал ее руку. Он уже почти дотащил ее до лестницы, ведущей в подвал. Его лицо выражало одно-единственное проявление чувств — то была звериная ярость. Она не знала этого человека!

Прежние страхи — ерунда по сравнению с тем, что Сисси испытывала в эти минуты.

— Нет!! — вопила Сисси, все еще не веря, что это происходит на самом деле. — Нет!! Брайан, пожалуйста!.. Я не хочу идти в подвал! Брайан!!

Под его напором она вынуждена была сделать несколько шагов вниз. Пять-шесть ступенек... И тут поняла, насколько бессмысленно сопротивляться такому сильному мужчине, толкающему ее вниз.

Он с силой ударил ее по плечу, Сисси потеряла равновесие, и только перила спасли ее от падения.

— Вниз! — скомандовал он. — Спускайся вниз! Ты должна меня слушаться, Сисси! Ты спустишься в мою мастерскую! Я тебя заставлю!

«Заставит! И это говорит мужчина, который уверял, что любит меня?!»

Но ей уже было не до любви. Выбора не было. Она сама спустилась по лестнице и дошла до прачечной. Брайан неотступно следовал за ней. Он пихнул незапертую дверь, втолкнул ее в мастерскую и закрыл за ней.

Она слышала, как повернулся ключ в замке.

Сисси словно бросили на дно картонной коробки. Мастерскую освещала только слабая дежурная лампочка, включаемая таймером. Здесь, как и наверху, мерно тикали разнообразные часы, отбивая тихий ритм.

— Брайан! — Сисси кинулась на дверь, стуча в нее руками и ногами. — Брайан! Это жестоко! Выпусти меня отсюда! Брайан? Черт бы тебя побрал! Дерьмо!

Она слышала за дверью его шаги по лестнице, потом хлопнула дверь, ведущая в прачечную комнату и на кухню.

Сисси оцепенела от отчаяния. Он запер ее в подвале как непослушного ребенка!

— Брайан, Брайан! — снова крикнула она и тут же смолкла, закрыв рот руками. Ей нельзя было кричать, она это знала. Ее мольбы только подогреют его агрессивность, и будет еще хуже.

«О Боже!..» — в мастерской было почти темно.

Нужно было обдумать, как отсюда выбраться.

Настольные часы отбили четверть часа — на миг раньше остальных. Сисси прислушалась. Брайан ходил наверху, она слышала его приглушенные шаги. Что он там делает? Переваривает своими шизофреническими мозгами, ради чего он запер ее в подвале?

Нет. Она слышала его голос, хотя и не разбирала слов. Должно быть, он разговаривал по телефону. Или сам с собой?

Сисси боролась с паникой и растерянностью.

Во-первых, она не должна кричать и рыдать. Ее стенания будут услышаны наверху. Он убедится, что внушает ей страх.

Он решил «наказать» ее. «О Господи! Мерзкая темнота!»

Во-вторых, нельзя впадать в истерику. Нужно держать себя в руках и начать мыслить трезво.

Сисси поводила рукой вдоль косяка двери и нашла то, что искала, — пластмассовый выключатель. Так, свет зажжен. Это уже первая победа! Она облегченно вздохнула.

«Комната увлечений» сразу преобразилась, Сисси даже зажмурила глаза от яркого света. Ее взгляд уперся в рисунок Брайана, висевший на противоположной стене. Часы в виде банджо, и вновь проступают человеческие черты сквозь сложный механизм.

Она несколько раз видела этот рисунок раньше, но никогда не всматривалась в него так внимательно. Это было лицо пожилого человека с пышной бородой и острым напряженным взглядом. Теперь она знала, кто изображен на рисунке: Эд Выкотски, чью фотографию она видела в альбоме Бетти Шварц.

Но Брайан был не так-то прост. Сисси была уверена, что автор таким видит Господа, грозного повелителя всего сущего с карающей десницей.

«Почему? Зачем он запер меня в этом подвале? Что он собирается со мной делать? Конечно, ни о каких Гавайях теперь не может быть и речи. Это сумасшествие!» — вновь психанула Сисси.

Она отошла от картины на середину комнаты. Наверху вновь потрескивали половицы. Брайан ходил взад-вперед по гостиной.

Сисси прошлась по мастерской. Не так уж много времени прошло с тех пор, как хозяин приводил ее сюда в первый раз вместе с Энн и Лэрри. Именно Энн настояла показать им «комнату увлечений». Почему он не приводил ее сюда раньше? Здесь хранилась какая-то тайна, она была в этом уверена.

Вдоль стены стояли длинные рабочие столы. Подвесные полки были заставлены часами, шкатулками, другими диковинами, которые ремонтировал Брайан. Полки на противоположной стене были почти совсем пустые, хотя на столах теснилось много предметов.

Дорогой сверкающий паркет больше подошел бы для роскошной гостиной в старинном особняке, чем для подвала обычного дома.

И, конечно, здесь был «сюрприз» Брайана — ее багаж для полета в Гонолулу. Должна ли она посмотреть, что находится в сумке? Ведь именно для этого он притащил ее сюда...

Лучше бы здесь был телефон! Но ее надежда тут же умерла. Она нашла розетку, но самого аппарата не было. Окошки же были так малы и защищены решетками, что вылезти через них не стоило и пытаться. Если она попробует их разбить, это привлечет внимание Брайана.

— Брайан! — уныло позвала Сисси через запертую дверь, надеясь, что он услышит. — Пожалуйста, Брайан!.. Я знаю, ты злишься на меня за то, что я, как взломщица, ворвалась в твой дом. Это было ужасно глупо с моей стороны! Мне нужны были мои права. Я ведь заплачу тебе за разбитое стекло!

Ответа не последовало. Но его шаги она слышала. Видимо, он метался по комнате, не в силах успокоиться.

— Брайан!.. Давай поговорим о завтрашнем дне. Нам давно нужно было объясниться. Брай!.. Мы поговорим, если ты выпустишь меня отсюда.

Вновь молчание.

— Я просто хочу с тобой поговорить. Пожалуйста! Позволь мне подняться наверх. Отопри дверь.

Но Брайан, если даже и слышал ее, отказывался отвечать. Сисси еще несколько минут взывала к нему, потом смолкла.

Она закрыла лицо руками. Слезы полились ручьем.

«Немедленно успокойся! — приказывала она себе. — Перестань реветь! Он еще не причинил тебе вреда. Он просто злится и хочет тебя наказать. Если ты подождешь немного, он сам успокоится...»

Он придет в себя?

Сисси присела на стул, обдумывая свое положение.

Брайан держит ее взаперти, как пленницу. Что он собирается с ней сделать?

Прошел час. Сисси все еще сидела на стуле, не веря, что могла попасть в такую переделку. Она слышала его шаги наверху — значит, он никуда не ушел из дома.

Долго ли будет продолжаться ее заключение в этом подвале? Оказывается, он может быть грубым — но насилия не было, если не считать борьбу на лестнице. Он даже не ударил ее, хотя... Может, он неспособен ее ударить? А это — только странный способ наказать ее?

Таким же образом, наверное, Джун издевалась над ним в детстве — скажем, запирала в туалете или кладовке. И теперь он так же поступает со своей женщиной, доказывая ей свою власть.

«Какое же он дерьмо!» — наконец-то рассердилась она.

Какое ей дело, в конце концов, почему он так поступает? Психоанализ ей сейчас не поможет! Она сидит взаперти, а он не отзывается на ее мольбы и, судя по всему, не хочет ее выпускать.

«Держал ли Потрошитель взаперти свои жертвы?» — она попыталась вспомнить детали нападения, о которых писали в газетных хрониках и передавали в теленовостях.

Скорее всего — нет. Но разве полиция выдает журналистам всю информацию? Конечно же, она не все знает о поведении маньяка! И никто об этом не знает. По крайней мере, из живых...

Усилием воли она постаралась переключить свои мысли, иначе — все пропало, она станет беспомощной от ужаса. Ее воображение — враг номер один, она это знала.

Пробило одиннадцать часов. Опять: бинг-бонг, бинг-бонг...

Жуть! От этого зловещего перезвона каждый раз бегут мурашки по коже.

«Боже, я никогда не буду держать часы с боем в своем доме!» — пообещала себе Сисси.

Бой часов смолк. В возникшей вдруг тишине Сисси с трудом уловила какое-то тихое приглушенное гудение. Она встала со стула и решила еще раз обследовать мастерскую.

«Откуда этот едва слышный гул?..»

Может, в подвале отражался шум работающего генератора электрического тока или отопительной системы? Сисси внимательно осматривалась вокруг, пытаясь уловить источник странного звука. Все равно ей больше нечего было делать.

Над одним из рабочих столов она увидела прикрепленную к стене металлическую коробку — видимо, электрический щиток. Она подошла к нему, думая, что он-то и издает шум. Рядом висел термостат с таймером — регулятор температуры в подвале. Но ни один из этих приборов не был причиной шума.

Сисси обходила мастерскую, останавливалась, прислушивалась к работе часов... Ничего необычного.

Шаги наверху смолкли. Не идет ли Брайан освободить ее? Нет, в туалете раздался шум спускаемой воды. Ей и самой захотелось в туалет. В углу большой комнаты была маленькая ниша с умывальником и унитазом, на крючке висели белоснежные накрахмаленные халаты.

Хвала Всевышнему, хоть вода есть в этой темнице! Она представила себя умирающей от голода на сверкающем паркетном полу...

Что же ей делать, если Брайан не появится в ближайшее время?

Арон, вероятно, уже вернулся домой, включил на полную громкость свою стереосистему и даже не заметил ее отсутствия. Какое ему дело, где она пропадает... Он решит, что мать отправилась к жениху и может даже остаться у него на ночь, хотя она никогда этого не делала. Сисси была уверена, что сын никогда сам не позвонит Брайану — даже чтобы узнать, где она.

Обход мастерской продолжался. Сисси обследовала стену с пустыми полками и заметила в дальнем углу небольшое углубление, которое достаточно трудно было заметить.

Неожиданно раздался еле слышный щелчок, и гул стал более различимым, словно включился мотор холодильника.

Сисси прижала ухо к стене. Электрический гул шел откуда-то изнутри. Какие приборы с электрическим мотором мог держать Брайан за панельной обшивкой?

Она подумала, что уже совершила одно преступление, вломившись в чужой дом, за что и была «наказана» заточением в подвале. И она ничего не потеряет, если взломает еще одну дверь. Он ведет себя с ней непозволительно... Больше Сисси ему ничем не обязана.

Она отыскала на рабочем столе отвертку и тонкую металлическую линейку. Ей пришлось приложить немало усилий, но в конце концов Сисси удалось отжать несколько скрепленных вместе досок. Она больше уже не думала о своей вине.

В стене оказалась скрытая дверца, пригнанная очень плотно к соседним панелям. Внешняя обшивка хорошо скрывала щели. Сисси даже получила злорадное удовольствие от того, что исцарапала железным инструментом дорогостоящую облицовку мастерской. Черт возьми! Брайан сам виноват в этом!

Одна из полок отошла вместе с дверцей. Она открыла ее пошире и заглянула внутрь.

Помещение примерно два на два метра было полностью заставлено морозильными камерами, первые — марки «Монтгомери Ярд». На каждой дверце была аккуратная надпись, как на «клайтвильском» ящике из гаража Брайана. На одном ярлычке значилось: «Май, 2, 1980».

«Странно!» — Сисси удивленно отступила назад.

Она ожидала увидеть спрятанные антикварные предметы, еще не потеряла надежду обнаружить тайник со старыми письмами, дневниками и фотографиями. Она не удивилась бы, даже наткнувшись на оружие, которое Брайан мог держать для защиты от грабителей.

Но увидеть несколько морозильных камер!...

Отсюда и шел гул мотора. Сисси распахнула дверь одной из камер; зажглась внутренняя лампочка.

Зачем Брайан прячет обычные продукты? Она с удивлением уставилась на пакеты замороженного гороха «Бердоай», контейнер со взбитыми сливками «Кул-Уип», упаковки кексов «Маунтин топ», преимущественно вишневых, только один был с черной смородиной...

Все это были продукты повышенной калорийности. Когда это Брайан ел кексы? Она ни разу не видела, чтобы он прикоснулся к сладкому. Наоборот, он несколько раз делал скептические замечания по поводу ее любви к шоколадному мороженому.

Сисси в недоумении закрыла холодильник и дернула следующую дверцу. Она оказалась запертой. Сисси похолодела. Ком застрял у нее в горле, мешая дышать.

Вытащив из кармана отвертку, она поддела замок. Если там хранится какая-то тайна, Сисси должна раскрыть ее!

Раздался скрежет отжимаемой задвижки...

«Зачем ему столько морозильных камер?» — гадала Сисси. И таких емких, словно он готовился пережить в Детройте нападение русских ядерных ракет!

На ярлычке второй камеры значилось: «Февраль, 10, 1970».

Она также была набита продуктами: мороженые овощи, бифштексы, свиные отбивные... Все было покрыто инеем.

«Столько еды! Очень странно!» — Сисси достала одну обтянутую целлофаном упаковку мороженого азу.

Приклеенный сверху ценник привлек ее внимание.

Шестьдесят восемь центов за фунт! Три доллара сорок центов за всю упаковку!

Сисси даже не могла вспомнить, когда это мясо стоило шестьдесят восемь центов за фунт... Озноб пробежал по телу, но вовсе не от холода из морозильника.

«Сколько же лет этому мясу?.. Зачем Брайан хранит его так долго?..»

Она посмотрела еще на шесть холодильных камер. И все они заполнены продуктами? Пронумерованы и разложены в каком-то неведомом постороннему порядке? Судя по гулу, работали все холодильники. Вот почему он так много платил за электричество!

«Непостижимо!..» — она не верила своим глазам.

Сисси захлопнула дверцу второй камеры и перешла к следующей.

Она знала, что обязана вскрыть все до последней и посмотреть, что там внутри.