Десятого октября, в День труда, сотрудники агентства организовали встречу своих клиентов с представителями пятнадцати крупных компаний. Сисси была очень довольна: многие безработные, обратившиеся к ним за помощью, смогут трудоустроиться. Даже Квинт удивился, как ей удалось привлечь столько работодателей.

— Настоящий зоопарк! — заметила Энн. Она и еще одна сотрудница фирмы «Эксекьютив экш инкорпорейшен» проводили собеседование с клиентами агентства за отдельным столиком. — У меня уже голова кругом идет от этих разговоров! Придется просить босса дать мне отпуск... А! Вот и он! Я правильно угадала, что он здесь непременно появится, — выглядывала она кого-то в толпе.

— Кого ты там увидела? — спросила коллега.

— Майка Маквэя. Вот он! — Она повернулась к Сисси. — Я хочу, чтобы ты с ним поговорила.

И прежде, чем Сисси успела выразить свой протест, Энн решительно потащила ее через толпу.

Маквэю было за тридцать. Рыжие волосы, полная фигура... его можно было назвать даже толстым. В отличие от желающих найти работу, исхудалых, нервных и депрессивных, Майк выглядел очень импозантно в дорогом твидовом пиджаке и светло-красном галстуке.

— Майк Маквэй... Сисси Дэвис, — познакомила их Энн. Она взглянула на часы и вскрикнула: — О, черт! Мне нужно бежать! Поговорите друг с другом без меня. Майк — частный детектив, крупный специалист по расследованию преступлений, связанных со страховкой и поджогами. Я вас оставляю... — с этими словами Энн растворилась в толпе.

Сисси ошеломленно рассматривала Майка Маквэя. Или подруга решила опять взять на себя обязанности Купидона? А ведь она на это способна, черт ее побери! Но Сисси подозревала, что в голове Энн созрела другая мысль.

— Вы тоже пришли на собеседование? — скучно спросила Сисси.

— Нет, я пришел по просьбе Энн. Она считает, что вы должны воспользоваться моими услугами. Мы познакомились с ней, когда я проводил одно расследование по заказу ее фирмы. — Кажется, он тоже был в недоумении. — А разве Энн не сказала вам, что я должен прийти?

— Нет. И я... я не уверена... Что значит: воспользоваться вашими услугами?

— Я могу провести для вас расследование.

— Но мне не нужен частный детектив! Я даже не понимаю, зачем вы... зачем Энн... — и тут она замолчала.

Да, Сисси поняла, для чего Энн все это устроила. Она должна узнать что-то о Брайане. Ну конечно, Энн как-то обмолвилась, что знает женщин, нанимавших частных детективов, чтобы собрать информацию о своих женихах...

— Извините, — пробурчала Сисси, отступая от Майка. — Но у меня и мысли такой не было. Энн не имела права за меня принимать такое решение. Простите, что она ввела вас в заблуждение.

— Ладно. Но все равно возьмите мою визитную карточку — для коллекции, — спокойно предложил Майк.

Сисси сунула визитку в карман и быстро пошла прочь.

Она не хотела выяснять отношения с Энн прямо здесь, в конторе — ее босс и коллеги вертелись поблизости. Сисси вызвалась проводить подругу до дома и там в спокойной обстановке, за чашечкой кофе поговорить с ней.

— Сегодня? — Энн с сомнением взглянула на часы. — Сай, уже почти одиннадцать. Я должна быстро вернуться домой и позвонить Лэрри.

— Ну и что? В любом случае нам нужно поговорить.

— А мы не можем поговорить здесь? Или созвониться попозже? А еще лучше, если я отвезу тебя домой на своей машине.

— Отлично. У меня есть шоколадный торт, купила вчера в «Хершелс».

— Заманчиво! Ну, тогда... Ты же знаешь, какая я сладкоежка!

Они сели в машину и поехали на север Рочестера. На дороге в этот час почти никого не было. Когда они проезжали мимо дома Джона Пикарда, кто-то погасил в гостиной свет и выглянул в окно сквозь закрытые занавески.

— Кто это там маячил в окне? — спросила Энн, когда они вышли из машины.

— Скорее всего, Джон Пикард, мой сосед, отец Дастина, с которым дружит Арон.

— Знаю его. Он часто приходит на танцы для одиноких. Большой охотник за юбками.

— Неужели?

— Он высматривает мордашку посимпатичнее среди женщин-новичков, которые еще не понимают, с кем имеют дело, назначает ей свидание, и если она не отдается ему, как глупая весенняя куропатка, в тот же вечер, немедленно ее бросает. Подлый тип! О нем рассказывают всякие неприятные истории, типичный перезревший донжуан.

Взгляд Энн на одиноких мужчин был порой слишком жестким. К тому же Сисси сейчас совсем не было дела до Джона Пикарда. Она открыла дверь и пропустила вперед Энн.

— Входи, располагайся, сейчас приготовлю кофе.

— Итак, — Энн выжидательно смотрела на подругу. — Что опять не так? Я вижу, что ты снова чем-то недовольна, Сисси. Ты обиделась на меня, да?

— Да... немного. Черт возьми, Энн! Ты опять поставила меня в глупое положение. Пригласила незнакомого мне типа и бросила нас вдвоем. Зачем ты это сделала? Просто не могу понять. Мне совсем не нужен никакой сыщик... и вообще подобная опека с твоей стороны!

— Сомневаюсь, Сисси.

— Энн! — Сисси неодобрительно уставилась на подругу. — Ты хотела, чтобы я наняла его следить за Брайаном, ведь так? Ты подозреваешь, что за ним водятся темные делишки?!

— Послушай... ничего в этом нет предосудительного. Многие так делают. Большинство женщин хотят знать либо о финансовом положении своего будущего мужа, либо не скрывает ли он что-то о своем прошлом. Для этого и нанимают частных детективов. Они таким образом очень часто выясняют весьма неприятные вещи, должна тебе сказать...

— Мне не нравится твое предложение, Энн. Я считаю, что это бестактно — копаться в прошлом Брайана. Я не могу так поступить. Во-первых, такой поступок означает, что между двумя людьми потеряно доверие. Представляешь, что подумает Брайан, если об этом узнает? Я боюсь даже фантазировать на эту тему! Не хочу — и все, слышишь, Энн?

— Брайан ничего не узнает. Майк зря языком не треплет, он очень скрытный человек. Маквэй провел расследование для одной моей соседки, и она выяснила, что ее жених по пятницам посещает не мужской гольф-клуб, как говорил, а ходит в «массажный кабинет». Ты отлично знаешь, чем там занимаются.

Сисси с раздражением отставила свою чашку с недопитым кофе.

— Нет, это просто восхитительно! Ты думаешь, что Брайан тоже любитель сексуального «массажа»?

Энн совсем не смутил ее выпад.

— Нет, конечно, нет. Но, дорогая, ты ведь совсем не знаешь, чем он занимается, когда вы не вместе! Действительно ли тратит столько времени на работу и куда так часто уезжает дня на три-четыре? Может, он...

— Хватит об этом! — взорвалась Сисси.

Молчание затягивалось. Похоже, назревала настоящая ссора. Обе подруги уставились на кофейную гущу в своих чашках.

— Ну что ж... — наконец заговорила Энн. — Значит, я переборщила...

— Это уж точно.

— И все-таки я ему не доверяю, он вызывает у меня подозрения!

— Но это не повод для того, чтобы тут же бежать к частному детективу и выведывать какие-то там секреты Брайана!

Сисси положила Энн на тарелку еще кусок торта.

— Вспомни, Энн! Я еле избавилась от депрессии, сейчас уже не чувствую себя разбитой и несчастной, как после операции. И мироощущение, черт возьми, отличное. Мне хочется, наконец, пожить для себя. Понимаешь? Просто для себя!

Их взгляды встретились. Энн открыто и приветливо улыбнулась. Сисси не могла на нее долго злиться.

— Хорошо, хорошо... Я виновата и исправлюсь. Нельзя же быть для тебя назидательной матерью-защитницей всю жизнь. Даже если ты совсем ослепла от любви.

— Вроде мамаши Дум? — рассмеялась Сисси.

— Но я переживаю за тебя, Сай, и не могу допустить, чтобы...

— Замолчи! — Сисси прижала руку к ее губам. — Лучше съешь еще кусок торта. Меня уверяли, что в нем совсем мало калорий!..

Нервные женские голоса на кухне сменились веселым смехом и мирной беседой. Арон слышал громкий раскатистый хохот тети Энн. Не вставая с дивана, мальчик протянул руку к магнитофону и включил кассету с Паулой Абдал, прибавив громкость. Стоявшая в комнате тишина тяготила его.

Под окнами просигналила машина. Пауза — снова сигнал. Арон вскочил, выключил магнитофон и полез под кровать, где он спрятал три коробки крупных яиц, купленных у «Крюгера», и флакон с распылителем черной краски.

Парень приоткрыл коробки, чтобы проверить. Одно яйцо треснуло, но это не имело значения. Арон осторожно пробрался по коридору к заднему выходу так, чтобы Сисси и Энн не заметили его из кухни.

Сегодня вечером ему предстояло увлекательное приключение.

Дружки уже поджидали Арона на их обычном месте встреч, за домом Пикардов. Дастин, Кевин и Мэтт — все его лучшие друзья, Дастин — самый близкий.

— Эй, парень, ты чего так задержался? — выступил вперед Дастин. — Мы уж думали, ты не придешь.

Дастину тоже было четырнадцать, низкорослый симпатяга-блондинчик с длинными ресницами и очень светлой кожей. В этот вечер он выглядел очень озабоченным.

— Мне пришлось бежать за яйцами, малыш, — соврал Арон. — Купил их у Крюгера.

— Ну а почему так долго?

— Теперь-то я здесь! Так? Мы сможем взять машину Хитер? Или как?

— У старушки Хитер сегодня свидание, парень. Она собирается уехать из дому, чтобы позагорать под своим хахалем.

Мальчишки заржали — даже Арон, хотя сестра Дастина ему очень нравилась.

— Чего принес? — поинтересовался Кевин Деанжело. Ему, самому младшему в их шайке, было всего тринадцать, но его уже дважды выгоняли из школы, а в последний раз — за пьянку. Его родители были разведены, но не уставали устраивать друг другу скандалы, и парень был совершенно заброшен.

— Только яйца и баллон с краской. Черная! Отлично будет видна. Мы становимся уличными художниками, братцы! — ответил Арон.

— Вот именно — художниками! — подхихикнул Мэтт Вейнгарц, худой парнишка со злыми красными глазами. Он был единственным из них, кто жил с обоими родителями. — Приступим, парни?

Они перепрыгнули через невысокую ограду и вышли на дорогу, прячась за деревьями, когда мимо проезжала какая-нибудь машина. Ночь была темной, многие фонари не горели, свежий воздух будоражил воинственные страсти маленьких хулиганов.

— Кого сегодня сделаем? — выкрикнул Дастин.

— Я знаю кого! Давайте сделаем этого... Утиноголового! Он хочет получить еще немного яиц! — предложил Арон. — Устроим ему омлет на окнах! Он думает, что он чего-то значит, раз собирает всякий хлам и старые часы. Сделаем его!

— Тип-топ! Отлично! — Дастин побежал вперед.

Все ринулись за ним.

— Бинг-бонг! Бинг-бонг! Часовщик свое получит!

Они тихонько подкрались к дому Брайана, изображая коммандос, которые совершают опасную вылазку во вражеский тыл. Только сдавленные смешки могли их выдать.

Арон с удовлетворением «отстрелялся» своим запасом яиц по окнам первого этажа. Бело-желтая слизь стекала по стеклу, оставляя мутные разводы. Последнее яйцо не долетело до окна, разбившись о землю, и Арон побежал обратно в тень деревьев.

Где-то они слышали, что засохшие яйца очень трудно смыть со стекла. Арон задумал эту операцию, когда выяснил, что Брайан уехал из города. К его возвращению все должно накрепко присохнуть. Он уже представлял себе возмущение Утиноголового, его открытый рот, когда он увидит свой дом.

Неужели его мать сама не видит, какой это урод? У него пустые глаза, и замыслил он что-то нехорошее, этот Брайан.

— Вперед! Залпом! — прошипел из укрытия Дастин.

После того, как они «сделали» дом Брайана, задора заметно поубавилось. Закончив атаку, они бросились прочь с криками:

— Убей Утиноголового!

— Подотри себе задницу, урод!

— Часовщик — дерьмо!

— Сматываемся, парни!

На дороге показались огни приближающегося автомобиля.

— Патруль вьетконговцев! Прячемся! — мальчишки залегли на землю, дожидаясь, пока проедет машина. Потом набрали камней и разбили несколько дорожных светильников.

— Мне нужна тыква! Где тыквы?! — заорал Дастин.

Они разыскали заранее припрятанные тыквы и стали разбрасывать по улице, раскидывая куски по мостовой и с остервенением давя их ногами.

У себя за спиной Арон услышал крик и ругательства: Дастин, поскользнувшись на тыкве, распластался по земле.

— Эй, парень! Ты ранен? — подбежал к нему Арон.

— Он просто упал и ударился, как сосунок! — крикнул Мэтт, с удовлетворением глядя на тыквенное месиво.

— Заткнись! — Дастин поднялся, потирая ушибленную коленку. Джинсы и куртка были испачканы и щека разодрана.

— Малютка Дастин куксится? Деточка ушиб свою маленькую задницу? — издевательски спросил Мэтт.

— Я сказал заткнись, парень! — Дастин грязно выругался. — Кажется, я подвернул себе ногу.

Он допрыгал на одной ноге до тротуара и сел на край, массируя ушибленное место.

— Деточка не может больше ходить ножками? — продолжал юродствовать Мэтт.

— Заткнись, ублюдок! Я никогда не плачу, сосунок! Это ты ревешь как девка. Я видел тебя на прошлой неделе в спортивном зале, когда ты приземлился на свою поганую задницу!..

Остальные приплясывали вокруг Дастина, все еще не в состоянии успокоиться после ночного загула. Адреналин навинчивал им мозги. Особенно заведен был Арон: очередной акт справедливой мести был совершен.

— Сосунок! Плакса! Рыдающая дырка! — крикнул он Мэтту.

На дороге показалась еще одна машина. Кевин и Мэтт юркнули за деревья, оставив Дастина сидеть на тротуаре. Арон подскочил к нему.

— Ты можешь встать?

— Слушай, видно, мне серьезно досталось! — он попытался встать, вскрикнул от боли и осел вниз.

— Что будем делать? — Арон разглядел большую ссадину с запекшейся кровью на щеке Дастина. — Ты еще и голову поранил?

— Это ерунда, парень.

— Тебе попала грязь в рану! Ты можешь схватить заражение крови, Дасти.

— Ничего не случится, черт возьми! Все будет в порядке. Главное — чтобы отец сегодня ничего не заметил. Когда я стану старше, сбегу из дома, и он нигде не найдет меня! Старый пес!

— Послушай, Дасти! Он что, бьет тебя?

— Нет! — скривился Дастин. — Папаша не бьет меня, он «воспитывает» меня пряжкой широкого старого ремня, — он схватил Арона за рукав. — Но ты ведь никому не скажешь об этом, а?.. Дай слово, что будешь молчать! Иначе он просто убьет меня. Он говорит, что может сделать с нами все что угодно! Понял?

Арон несколько раз слышал крики и плач в доме Пикардов, но он считал, что это Дастин лупит Хитер...

Дастин попытался подняться снова, опираясь на руку друга. Несколько раз он даже вскрикнул от боли.

— Вот дерьмо! Я чувствую себя отбивной котлетой для гамбургера!

Остальных мальчишек поблизости не было видно. Арон старался помочь Дастину передвигаться.

Да, он слышал по телевизору о насилии над детьми, но не представлял, чтобы подобное могло происходить с его знакомыми, тем более — с лучшим другом.

— Почему бы тебе не пожаловаться на отца в полицию?

— Ну конечно, только этого не хватало! Как только они уйдут, он изобьет меня до смерти. Будет только хуже. Или меня заберут в один из этих мерзких детских приютов. Нет, я этого не сделаю!..

Арон просто не знал, как помочь другу. Он вспомнил о женихе матери. А вдруг Брайан Уайт окажется таким же садистом? Может, поэтому он так и не нравится Арону? Мальчик представил, как Брайан зажимает ему голову между колен и начинает хлестать по заднице ремнем с тяжелой пряжкой...

Арон довел Дастина до дома. Отцовского «крайслера» на стоянке не было. Дастин с облегчением выдохнул.

— Ты заходи ко мне как-нибудь, — предложил Арон, не зная, что еще добавить.

— Конечно, — ответил Дастин, вставляя ключ в дверь. — Спасибо за помощь раненому!

Арон перескочил через ограду, разделяющую их участки. В спальне матери горел свет. Он почувствовал смутное чувство вины. Это был счастливый дом — даже без отца. Мать никогда не наказывала его, не порола — ну, разве что орала на него изредка. Но ведь его не били, как Дастина, даже когда он сильно проказничал в детстве.

Сисси только что проводила Энн и распрощалась с ней. Она заметила Арона, прошмыгнувшего мимо гостиной с виноватым видом.

Сисси даже испугалась. Ведь время было уже за полночь! На куртке Арона она заметила грязь. Где он шлялся? Что случилось?

— Ар! Остановись! — резко крикнула Сисси. — Где ты был, сын? Почему ты бродишь по улице в час ночи?

— Я просто вышел немного подышать свежим воздухом.

— Подышать? А почему ты просто не открыл окно, чтобы проветрить свою комнату? Я подозреваю, что ты опять шлялся вместе с Дастином, Кевином и Мэттом!

— Ну-у-у... — Арон с затравленным видом стоял перед ней, засунув руки в карманы брюк.

Сисси тяжело вздохнула. На его куртке впереди красовалось большое грязное пятно.

— Что с твоей курткой?

— А что? Ничего, — он оглядел себя, будто ничего не замечая.

— Похоже на след сырого яйца. Сырого яйца!

Арон попытался было проскользнуть мимо матери и укрыться в своей комнате, но Сисси резко схватила его за руку и остановила.

— Арон! — в сердцах выкрикнула мать. — Объяснись сейчас же! Где ты был?

— Отпусти меня! — он попытался выдернуть руку. — Послушай, я же не могу вспомнить, откуда у меня каждое пятно! Я ел в школьном буфете — наверное, там и испачкался. Может, это пятно от гамбургера или кетчупа? Чего ты меня пытаешь?!

— Не делай из меня идиотку! Брайан рассказал мне, что мальчишки постоянно гадят у его дома с тех пор, как мы стали с ним встречаться. Ты имеешь к этому отношение? Ну же, говори! Я жду от тебя честного ответа! К черту гамбургеры и кетчуп!

— Отличные прожаренные гамбургеры с тмином! — ухмыльнулся Арон. — Разве старина Брайан не ест такие на обед? Откуда мне знать! Я как-то раз проходил мимо его дома и видел фургончик с надписью: «Отличные биг-маки, мы советуем вам попробовать, горячие и свежие!».

Сисси даже отпустила его рукав. Наглость сына была настолько детской...

— За что ты так его ненавидишь, Ар? — устало спросила она тихим голосом.

— Это не ненависть. Но он мне почему-то совсем не нравится. Он похож на отца Дастина...

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего, — смутился Арон. — Ты думаешь, если мне всего четырнадцать, я ничего не понимаю? Ты считаешь четырнадцатилетних парней совсем слепыми? Мы, по-твоему, ничего не видим?

— Арон, совсем нет, я так не считаю...

— Да, я не совсем уж тупица, — произнес он уже с обидой. — И я не хочу, чтобы Брайан Уайт стал моим отчимом, не хочу! Вот так! Это все, я больше ничего не знаю и ничего не хочу сказать, но я также ничего не могу и с этим поделать, я так чувствую. А ты даже не хочешь попытаться меня понять! Тебе на меня плевать!

Каждое его слово болью отзывалось в ее душе.

— Арон, милый, нет! Мне не плевать на тебя! И я очень хочу тебя понять. Мне есть дело до того, что ты чувствуешь! Брайан хорошо к тебе относится и старается тебе понравиться. Не для того, чтобы ты любил его — ты не обязан любить его... Я никогда не пыталась заставить тебя!.. Но...

— Я не хочу жить с ним, — повторил Арон с недетской твердостью. — Он мне не нравится!