Через Карпаты

Гречко Андрей Антонович

Настоящий труд является военно-историческим исследованием, в нем рассмотрены вопросы боевых действий в Карпатах и на территории Чехословакии (главным образом боевые действия войск 4-го Украинского фронта, куда входила 1-я гвардейская армия), показывается героическая борьба советских и чехословацких воинов, партизан за освобождение Чехословакии и некоторых районов Польши. Боевые же действия 1-го и 2-го Украинских фронтов освещаются лишь в той степени, в какой они способствовали успешному наступлению войск 4-го Украинского фронта через Карпаты и в ходе совместного освобождения Чехословакии. Монография написана на основе документов центральных и местных архивов СССР, архивов и музеев городов Чехословакии, а также личных воспоминаний автора и других участников тех незабываемых событий. Ряд фотоснимков и документов предоставлен военно-историческим институтом города Прага и архивом ЦК КПЧ. В книге названы многие имена командиров, политработников и рядовых воинов, использованы десятки фотоиллюстраций. Вместе с альбомом схем.

 

От автора

Минуло четверть века с тех пор, как наголову разбитая немецко-фашистская армия сложила оружие. Великая Отечественная война, длившаяся почти четыре долгих года, закончилась полной победой Советского Союза.

Особое место в Великой Отечественной войне занимает ее завершающий период. В 1944 г. Советские Вооруженные Силы закончили освобождение всей территории Советского Союза, восстановили государственные границы СССР и, громя гитлеровские полчища, вступили на территорию стран Восточной и Юго-Восточной Европы. Основным содержанием этого периода — со второй половины 1944 г. до конца войны — явилась великая освободительная миссия Советских Вооруженных Сил.

Наступательные операции Советской Армии в 1944–1945 гг. сыграли решающую роль в избавлении от фашистской оккупации народов Австрии, Албании, Болгарии, Венгрии, Норвегии, Польши, Румынии, Чехословакии, Югославии, в окончательной победе над фашистской коалицией. Выполняя свой интернациональный долг, более миллиона советских воинов отдали свою жизнь во имя свободы и независимости народов этих стран.

Завершающим актом второй мировой войны в Европе явилось грандиознейшее Берлинское сражение и Пражская наступательная операция. Германский фашизм был повержен. Вслед за этим Советские Вооруженные Силы молниеносным ударом разгромили основные силы японской армии и освободили от оккупантов Северную Корею и районы Северо-Восточного Китая.

Вся освобожденная Советскими Вооруженными Силами территория за рубежом нашей Родины равнялась 2,7 млн. кв. км с населением около 170 млн. человек. За массовый героизм, доблесть и мужество личного состава 1736 воинских частей и соединений были удостоены почетного наименования Варшавских, Берлинских, Пражских, Бухарестских, Будапештских, Венских, Карпатских, Киркенесских, Мукденских и др., многие сотни частей и соединений награждены боевыми орденами.

Освобожденные Советскими Вооруженными Силами народы получили возможность самостоятельно выбирать путь развития своих стран. «Разгром ударных сил мирового империализма германского фашизма и японского милитаризма, осуществление Советской Армией своей освободительной миссии в решающей степени способствовали успеху народно-демократических революций в ряде стран Европы и Азии».

Итоги Великой Отечественной войны убедительным образом показали, что в мире нет таких сил, которые смогли бы сокрушить социализм, поставить на колени народ, верный идеям марксизма-ленинизма, преданный социалистической Родине, сплоченный вокруг Коммунистической партии и воспитанный на идеях пролетарского интернационализма.

В данной монографии рассматриваются боевые действия советских войск лишь по освобождению Чехословакии и некоторых южных районов Польши. В ходе наступления им пришлось преодолеть мощную естественную преграду — Карпаты, подготовленную противником к длительной и упорной обороне.

Как известно, русские войска пытались преодолеть Карпаты в период первой мировой войны.

В декабре 1914 г. главнокомандующий Юго-Западным фронтом генерал И.И. Иванов, учитывая успешные действия 3-й армии на краковском направлении и 4-й армии на левом берегу Вислы, а также выход на Дуклинский перевал и к предгорьям Главного Карпатского хребта на ужокском и мукачевском направлениях 8-й армии генерала А. А. Брусилова, решил приступить к подготовке операции по прорыву через Карпаты для выхода в Венгрию. Главная задача при этом возлагалась на 8-ю армию, составлявшую левое крыло, которая должна была наносить удар в направлении Медзилабарце, Гуменне.

Подготовка русских войск к наступлению в Карпатах стала известна противнику, поэтому с конца 1914 г. группировка австро-германских войск в Карпатах начала усиливаться. На помощь потрепанной в предыдущих боях 3-й австрийской армии, действовавшей на фронте Жмигруд, Балигруд, из Будапешта были переброшены два австрийских корпуса. На медзилабарцком направлении в марте 1915 г. появился Бескидский корпус немцев. В полосе Ужок, Самбор, Мукачево, Стрый была образована Южная армия генерала Линзенгена в составе шести германских дивизий. Действовавшая на Главном Карпатском хребте от Керешмезе до румынской границы у Дорна Ватра 5-я австрийская армия в составе трех корпусов усиливалась одним корпусом, переброшенным из Сербии, и германской кавалерийской дивизией.

В январе 1915 г. в предгорьях Карпат действовали русские войска, входившие в состав 8-й и 11-й армий. На фронте Дукля, Балигруд вели боевые действия четыре армейских корпуса 8-й армии, далее до Турки — две кавалерийские дивизии, а рубеж от Турки до румынской границы занимали несколько пехотных дивизий, впоследствии объединенных в армейский корпус. Два армейских корпуса 11-й армии блокировали гарнизон противника в крепости Перемышль.

В целом к концу января 1915 г. перевес в силах был на стороне противника, и лишь на правом фланге 8-й армии в начальный период наступления некоторое преимущество имели русские войска.

10 января австро-германские войска перешли в наступление. Стремясь освободить блокированный Перемышль, они нанесли два удара: один в направлении Медзилабарце, Санок, другой — на Ужок, Самбор. Одновременно наступлением на Стрый противник стремился отбросить русские войска из Карпат и создать угрозу флангу и тылу всего Юго-Западного фронта.

В это время перешли в наступление войска 8-й армии Брусилова. Ведя упорные бои на перевалах в трудных горных условиях в зимнюю стужу, они медленно продвигались вперед. В первых числах февраля правофланговые соединения армии вышли на рубеж Вишни Свидник, Медзилабарце. В центре и на левом фланге армии войска вели тяжелые оборонительные бои. Наиболее ожесточенное сопротивление противнику оказали части 7-го армейского корпуса на мукачевском направлении. В Буковине под напором превосходящих сил врага русские вынуждены были отступить на реку Серет и далее к рекам Днестр и Прут.

Весь март в Карпатах шли непрекращающиеся боевые действия. Противник непрерывно усиливал свою группировку, стремясь любой ценой прорвать русский фронт и добиться победы. Русские войска, не получая подкреплений и постоянно ощущая недостаток в боеприпасах, геройски отражали натиск врага и порой сами наносили ему чувствительные удары.

В своих воспоминаниях генерал Брусилов так оценивает действия русских войск в Карпатской операции:

«Дух войск в Карпатах был очень высок, хотя по временам я убеждался, что армия уже не та, какая была в начале кампании… Нужно помнить, что эти войска в горах зимой, по горло в снегу, при сильных морозах ожесточенно дрались беспрерывно день за днем, да еще при условии, что приходилось беречь всемерно и ружейные патроны, и, в особенности, артиллерийские снаряды. Отбиваться приходилось штыками, контратаки производились почти исключительно по ночам без артиллерийской подготовки и с наименьшей затратой ружейных патронов…» [2]

Со второй половины февраля русскому командованию стало известно о сосредоточении сильной немецкой группировки перед фронтом 3-й армии на горлицком направлении. В этих условиях развивать наступление 8-й армии в Карпатах было рискованно, и к середине апреля обе стороны прекратили активные боевые действия, так и не достигнув своих целей. А в начале мая 1915 г. немцы осуществили известный горлицкий прорыв на фронте 3-й русской армии и вынудили войска армии генерала Брусилова начать отход с перевалов Карпатского хребта.

То, чего не удалось достигнуть русским войскам в 1914–1915 гг., успешно осуществила Советская Армия. В результате Восточно-Карпатской операции, проведенной 4-м Украинским фронтом при взаимодействии с соседними 1-м и 2-м Украинскими фронтами, Карпатские горы были преодолены и наши войска вышли на Венгерскую равнину, что обеспечило общее сокращение линии фронта и облегчило дальнейшее наступление в глубь Германии и Венгрии.

Условия для наступления в Карпатах у этих трех фронтов были неодинаковы.

Войска 1-го Украинского фронта развивали наступление в основном севернее карпатских кряжей. Лишь на его левом крыле 38-я армия до передачи ее в состав 4-го Украинского фронта действовала в сложных горных условиях.

Капитуляция Румынии и поспешный отход на северо-запад немецких и венгерских войск позволили войскам 2-го Украинского фронта сравнительно легко преодолеть высокую гряду Южных Карпат в районе Брашов, Турну-Северин.

В гораздо более сложной обстановке пришлось действовать войскам 4-го Украинского фронта. Они наступали в районах труднопроходимой горно-лесистой местности Восточных Карпат, преодолевали мощную оборону противника, заранее подготовленную на этом выгодном естественном рубеже.

Лишь сложный маневр войск 4-го Украинского фронта при массовом героизме советских воинов и искусстве военачальников позволил меньше чем за 2,5 месяца, несмотря на упорное сопротивление врага, преодолеть Карпаты на всем 275-километровом фронте и выйти в Закарпатскую низменность.

В годы Великой Отечественной войны, еще до сражения в Карпатах, советским войскам пришлось действовать в горах Кавказа и Крыма. Опыт горных боев, безусловно, учитывался при осуществлении боевых операций в Карпатах. Карпатские бои еще больше обогатили наш опыт ведения горной войны, который с учетом современных средств вооруженной борьбы, не потерял своего практического значения и сегодня. С этой точки зрения сражение в Карпатах — Восточно-Карпатская операция и бои в Западных Карпатах — представляет несомненный интерес для советского военного искусства.

Безусловно, данный труд, являющийся военно-историческим исследованием, не исчерпывает всех вопросов боевых действий в Карпатах и на территории Чехословакии. В нем рассматриваются главным образом боевые действия войск 4-го Украинского фронта, куда входила 1-я гвардейская армия, которой мне довелось командовать от начала операции до конца войны (этим объясняется также и то, что боевые действия 1-й гвардейской армии освещаются более подробно, чем боевые действия других армий), показывается героическая борьба советских и чехословацких воинов, партизан за освобождение Чехословакии и некоторых районов Польши.

Боевые же действия 1-го и 2-го Украинских фронтов освещаются лишь в той степени, в какой они способствовали успешному наступлению войск 4-го Украинского фронта через Карпаты и в ходе совместного освобождения Чехословакии.

Монография написана на основе документов центральных и местных архивов СССР, архивов и музеев городов Чехословакии, а также личных воспоминаний автора и других участников тех незабываемых событий. Ряд фотоснимков и документов предоставлен военно-историческим институтом города Прага и архивом ЦК КПЧ.

В книге названы многие имена командиров, политработников и рядовых воинов, использованы десятки фотоиллюстраций. Вместе с тем остается известное чувство неудовлетворенности, что не удалось как-то отметить многих и многих офицеров и бойцов, которые также героически сражались с фашистскими захватчиками в рассматриваемый период. Надеюсь, что читатели не поставят это автору в упрек, поскольку в рамках одного военно-исторического исследования нельзя даже перечислить всех отличившихся в боях воинов.

Автор считает своим долгом выразить сердечную признательность генерал-лейтенанту И. Афонину, генерал-полковнику А. Батюне, генерал-полковнику А. Гастиловичу, генерал-майору И. Гречкосию, генерал-майору И. Мельникову, полковникам В. Авдееву, В. Вруцкому, И. Выродову, В. Гречухе, В. Гуркину, Б. Кузнецову, В. Майорову, А. Рыжакову, Е. Симакову, Н. Терещенко, Б. Цулукидзе за их ценные советы, а также майору В. Муратову за помощь в подготовке рукописи к изданию.

 

Введение

 

1

Выход к границе Чехословакии

1944 год стал годом выдающихся побед Советских Вооруженных Сил на фронтах Великой Отечественной войны. Советская Армия разгромила войска противника под Ленинградом и Новгородом, на Правобережной Украине, в Крыму, на Карельском перешейке, в Белоруссии и на Западной Украине. К сентябрю 1944 г. почти вся территория Советского Союза была освобождена от немецко-фашистских захватчиков. В ходе этих боев германская армия понесла огромные потери.

С успехами Советского Союза в борьбе с гитлеровской Германией народы Европы и Азии связывали свое освобождение от фашистского рабства. Победы Советской Армии вселяли уверенность в сердца патриотов порабощенных стран, поднимали их на еще более активную борьбу с фашизмом.

Как известно, Великая Отечественная война Советского Союза против фашистской Германии и ее сателлитов потребовала колоссального напряжения духовных и материальных сил не только армии, но и всего народа. Под руководством Коммунистической партии страна была превращена в единый боевой лагерь. Для отпора врагу мобилизовались все людские и материальные ресурсы государства. Труженики тыла, воодушевленные героической борьбой советских воинов, с первых же дней войны отдавали все свои силы для фронта, для окончательной победы над врагом.

Советская Армия получала вооружение все в большем количестве и лучшего качества, усовершенствованных и новых образцов. В первом полугодии 1944 г. наша военная промышленность произвела около 16 тыс. самолетов, около 14 тыс. тяжелых и средних танков и самоходио-артиллерийских установок, 26 тыс. орудий калибра 76 мм и выше (без зенитных), свыше 90 млн. снарядов, авиабомб и мин, 477 тыс. пулеметов и автоматов (не считая авиационных пулеметов) . Это дало возможность еще более укрепить Вооруженные Силы СССР. К 1 июня 1944 г. в действующих армиях и в резерве Ставки Верховного Главнокомандования насчитывалось 470 стрелковых, мотострелковых, кавалерийских и воздушно-десантных дивизий, 17 отдельных бригад, 19 укрепленных районов, 37 танковых и механизированных корпусов, 37 отдельных танковых бригад, 83 артиллерийские и минометные дивизии, 93 отдельные артиллерийские и минометные бригады, 153 авиационные дивизии. На вооружении этих войск было 97 050 орудий и минометов, не считая реактивных установок, 9985 танков и самоходных орудий, 14 787 боевых самолетов. Кроме того, в это время вместе с Советской Армией против гитлеровской Германии уже действовали польские, чехословацкие, французские части и соединения.

Гитлеровский же блок к этому времени переживал глубокий кризис. В конце августа Румыния вышла из войны на стороне Германии, и народ этой страны включился в борьбу против фашизма. В начале сентября с фашистской Германией порвали Болгария и Финляндия. Еще раньше — осенью 1943 г. была выбита из фашистского блока Италия. В странах Европы, оккупированных гитлеровской Германией, ширилось национально-освободительное движение. Летом 1944 г. крупных успехов в борьбе с фашистскими захватчиками добились Народно-освободительная армия и партизаны Югославии, патриоты Греции, Италии, Франции и других стран.

Тяжелое положение гитлеровской Германии усугублялось еще и тем, что 6 июня США и Англия после двухлетнего оттягивания открыли наконец второй фронт. За четыре дня до нашего наступления на Карельском перешейке они начали высадку своих сил в Северной Франции. Решение правительств США и Англии об открытии второго фронта именно в тот период во многом диктовалось победами и растущей мощью Советского Союза. Правящим кругам этих стран было ясно, что СССР, вынесший основную тяжесть войны на своих плечах, способен в единоборстве окончательно разгромить фашистскую Германию и освободить страны Европы.

Открывая второй фронт в Европе в условиях, когда фашистская Германия стояла перед неминуемым разгромом, США и Англия стремились как можно быстрее занять большую часть территории Центральной Европы и Балкан. По словам Черчилля, цель наступательных действий в Западной Европе сводилась к тому, чтобы создать сплошной неподвижный фронт союзников «как можно дальше на востоке» и тем самым упредить Советскую Армию в занятии Берлина, Вены, Праги и других важных политических центров.

Высадка войск союзников в Северной Франции произошла в благоприятных для них условиях: главные силы наиболее боеспособных войск гитлеровское командование держало на советско-германском фронте, а теми войсками, которые находились во Франции, не могло воспрепятствовать вторжению англо-американских войск в Нормандию.

Несмотря на активизацию боевых действий наших союзников в Западной Европе, главным по-прежнему оставался советско-германский фронт, но теперь Германия вынуждена была вести войну уже на два фронта.

Однако немецко-фашистское командование не считало войну проигранной. Промышленность Германии в 1944 г. продолжала увеличивать выпуск военной продукции. Достаточно сказать, что в июле 1944 г. он достиг наивысшей тючки развития за все годы войны. За январь — июнь военные заводы дали более 17 тыс. самолетов, около 9 тыс. тяжелых и средних танков, 21 тыс. орудий калибра 75 мм и выше, 1 700 тыс. тонн боеприпасов. И хотя во второй половине 1944 г. выпуск военной продукции несколько снизился, он все же был еще достаточно высок, чтобы вооруженные силы Германии могли продолжать упорное сопротивление. Что касается людских ресурсов, то к сентябрю 1944 г. в германской армии насчитывалось более 9 млн. человек. Военно-воздушные силы имели 7 воздушных флотов. В действующих частях насчитывалось 5700 боевых самолетов.

Мощное наступление Советской Армии летом 1944 г. серьезно изменило стратегическую обстановку на советско-германском фронте в нашу пользу. Успешное проведение Белорусской операции создало условия для наступления войск 1-го Украинского фронта на рава-русском и львовском направлениях.

Перед войсками 1-го Украинского фронта — командующий Маршал Советского Союза И. С. Конев, члены Военного совета генерал-лейтенанты Н. С. Хрущев (до 1 августа 1944 г.) и К.В. Крайнюков, начальник штаба генерал армии В. Д. Соколовский — действовала группа армий «Северная Украина» под командованием генерал-полковника Й. Гарпе. В этой группе насчитывалось 34 пехотные, 5 танковых, 1 моторизованная дивизии и 2 пехотные бригады. В них было свыше 600 тыс. человек (с учетом тылов — 900 тыс.), 900 танков и штурмовых орудий, 6300 орудий и минометов. Для поддержки наземных войск предназначались 700 самолетов 4-го воздушного флота .

И. С. Конев

Гитлеровское верховное командование предполагало, что главный удар советские войска нанесут к югу от Полесья. Поэтому оно сосредоточило против 1-го Украинского фронта сильную группировку танковых войск, форсировало оборонительные работы. Особенно прочную, глубоко эшелонированную оборону противник создал восточнее Львова. Пересеченный рельеф местности, леса и болота, реки Западный Буг, Днестр, Сан и Висла способствовали возведению оборонительных рубежей.

К началу наступления войск 1-го Украинского фронта противнику удалось подготовить три полосы обороны глубиной 40–50 км. Первая полоса, глубиной 4–6 км, состояла из трех-четырех сплошных траншей, соединенных ходами сообщения. Вторая полоса была создана в 8–10 км от переднего края главной полосы. По берегам Западного Буга и Гнилой Липы в 30 км от переднего края строилась третья полоса обороны. Города Львов, Станислав и другие крупные населенные пункты были превращены в сильные узлы сопротивления. Почти все пехотные дивизии противник сосредоточил в первой и второй полосах обороны, а танковые дивизии располагались в 10–20 км от переднего края.

Ближайшей задачей войск 1-го Украинского фронта было разгромить противника на рава-русском и львовском направлениях и выйти на рубеж Грубешув, Томашув, Яворов, Николаев, Галич. После прорыва вражеской обороны на львовском направлении намечалось частью сил левого крыла фронта нанести удар на Станислав.

Перед наступлением в составе 1-го Украинского фронта имелось 74 стрелковые и 6 кавалерийских дивизий, 10 танковых и механизированных корпусов, 13 900 орудий и минометов калибра 76 мм и выше, 1614 танков и самоходно-артиллерийских установок. В состав фронта входил также 1-й чехословацкий армейский корпус. Всего в войсках фронта было 843 тыс. человек . С воздуха войска поддерживала 2-я воздушная армия генерал-полковника авиации С. А. Красовского.

Наступление началось утром 13 июля. Войска 3-й гвардейской армии, которой командовал генерал-полковник В. Н. Гордов, и 13-й армии под командованием генерал-полковника Н. П. Пухова перешли в наступление на рава-русском направлении. На львовском направлении наступление началось 14 июля силами 60-й армии, которой командовал генерал-полковник П. А. Курочкин, и 38-й армии генерал-полковника К. С. Москаленко.

На рава-русском направлении после ожесточенных боев советские войска к исходу следующего дня продвинулись на 15–20 км. Более медленно развивалось наступление на львовском направлении, где противник заблаговременно укрепил оборону. В район прорыва враг подтянул 1-ю и 8-ю танковые дивизии. К исходу дня 15 июля советские войска с упорными боями продвинулись на 10–15 км. Но в полосе 38-й армии враг в этот день нанес сильный контрудар танковой группировкой и потеснил паши войска.

Для того чтобы завершить прорыв вражеской обороны, было решено ввести в действие подвижные войска. 16 июля на рава-русском направлении перешли в наступление конно-механизированная группа генерал-лейтенанта В. К. Баранова, а 17 июля — 1-я гвардейская танковая армия генерал-полковника танковых войск М. Е. Катукова.

Ввод танковых войск на львовском направлении осуществлялся в трудных условиях, через узкий колтувский коридор шириной 4–6 км. С утра 16 июля через этот коридор в сражение была введена 3-я гвардейская танковая армия генерал-полковника П. С. Рыбалко, а на следующее утро и 4-я танковая армия генерал-полковника Д. Д. Лелюшенко.

Чтобы расширить прорыв в сторону левого фланга, утром 16 июля в общем направлении на Бережаны перешла в наступление ударная группировка 1-й гвардейской армии. В то же время для прочного обеспечения флангов в районе Колтува были сосредоточены дополнительные силы артиллерии, танков и инженерных войск.

Введенные в прорыв подвижные войска развернули наступление на города Рава-Русская и Львов. К исходу 18 июля войска 1-го Украинского фронта прорвали оборону противника на участке 200 км, продвинулись на глубину 50–80 км и в районе Броды окружили восемь вражеских дивизий. Гитлеровское командование прилагало отчаянные усилия, чтобы освободить свои окруженные войска и удержать Львов, но мощными ударами с разных направлений окруженная группировка была расчленена на части и 22 июля полностью ликвидирована.

Попытки 3-й гвардейской и 4-й танковых армий овладеть Львовом с ходу успеха не имели, так как противник дополнительно перебросил сюда крупные силы. Тогда было решено освободить Львов путем глубокого охвата.

22 июля 4-я танковая армия достигла южной окраины Львова и завязала уличные бои. С востока наносила удар 60-я армия. К 24 июля 3-я гвардейская танковая армия вышла в район Яворова. 27 июля в результате совместных ударов с разных направлений Львов был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. В тот же день войска 1-й гвардейской армии освободили Станислав.

Наступление советских войск продолжалось. 29 июля передовые соединения 3-й гвардейской и 13-й армий, 1-й и 3-й гвардейских танковых армий вышли к Висле. 350-я стрелковая дивизия генерал-майора Г. И. Вехина с ходу форсировала реку и захватила плацдарм на западном ее берегу в районе севернее Баранува. Отражая ожесточенный натиск врага, дивизия обеспечила наращивание сил на плацдарме 13-й и 1-й гвардейской танковой армий.

В первых числах августа противник нанес сильный контрудар из районов Мелеца и Тарнобжега на Баранув. Чтобы удержать за собой плацдарм, в бой была введена 5-я гвардейская армия генерал-лейтенанта А. С. Жадова. Войска армии разгромили противника на восточном берегу Вислы и переправились на плацдарм. В течение почти всего августа войска фронта вели там кровопролитные бои, отражая контрудары противника. Несмотря на яростное сопротивление врага, плацдарм к концу месяца был расширен до 75 км по фронту и 50 км в глубину. В ходе боев был освобожден город Сандомир. Созданный плацдарм получил наименование сандомирского. На него были перенаправлены три танковые (1-я, 3-я гвардейские и 4-я) армии и основные силы трех общевойсковых (3-й, 5-й гвардейских и 13-й) армий.

Тем временем войска центра и левого крыла фронта продвигались к Дембице и Карпатам.

Таким образом, войска 1-го Украинского фронта к концу июля 1944 г. действовали на двух направлениях: основные силы, захватившие важный плацдарм на Висле, нацеливались на берлинское стратегическое направление; армии левого крыла развернули бои в Карпатах на подступах к восточным границам Чехословакии.

И. Е. Петров

Учитывая важность карпатского направления и особенности боевых действий в горных условиях, Ставка Верховного Главнокомандования директивой от 30 июля 1944 г. образовала здесь к 5 августа самостоятельный фронт — 4-й Украинский. В него вошли из состава 1-го Украинского фронта 1-я гвардейская и 18-я армии, 8-я воздушная армия, а также 17-й гвардейский стрелковый корпус и другие соединения и части. Командующим фронтом был назначен генерал-полковник И. Е. Петров, членом Военного совета — генерал-полковник Л. 3. Мехлис, начальником штаба — генерал-лейтенант Ф. К. Корженевич.

В первой половине августа войска 4-го Украинского фронта, действуя в сложных условиях предгорий Карпат, продолжали наступление в юго-западном направлении, очищая от противника Дрогобычский промышленный район. 5 августа 1-я гвардейская армия освободила город Стрый, а 6 августа, преодолев заболоченный участок северо-восточнее Дрогобыча, штурмом овладела этим областным центром Украины. 7 августа был освобожден Борислав, а войсками 38-й армии — Самбор.

Принимая во внимание все возрастающее сопротивление гитлеровцев, большую усталость наших войск, а также сложность боевых действий в условиях горно-лесистой местности, Ставка Верховного Главнокомандования приказала войскам 4-го Украинского фронта временно перейти к обороне и начать тщательную подготовку наступательной операции с преодолением Восточных Карпат. 29 августа И. Сталин подписал директиву командующему 4-м Украинским фронтом следующего содержания:

«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

1. Войскам фронта с получением настоящей директивы во всей полосе перейти к жесткой обороне.

2. Оборону создать глубоко эшелонированную.

Подготовить в полосе фронта не менее трех оборонительных рубежей с общей глубиной 30–40 км, имея на основных направлениях сильные корпусные, армейские и фронтовые резервы…» [12]

Ф. К. Корженевич

Таким образом, в конце августа 1944 г. Львовско-Сандомирская наступательная операция закончилась. В ходе упорных боев войска 1-го и 4-го Украинских фронтов завершили освобождение западных районов Советской Украины, совместно с войсками 1-го Белорусского фронта — юго-восточных районов Польши, форсировали Вислу и захватили крупный плацдарм в районе Сандомира. В ходе этой операции советские войска нанесли крупное поражение группе армий «Северная Украина», разгромили 32 дивизии и 8 дивизий полностью уничтожили.

В этих боях советские воины показали высокое боевое мастерство, проявили массовый героизм. За мужество и отвагу, проявленные в боях при освобождении западных областей Украины, более 123 тыс. солдат и офицеров были награждены орденами и медалями, а 160 человек удостоены звания Героя Советского Союза.

Успешное наступление советских войск в период Львовско-Сандомирской операции и выход на ближние подступы к Чехословакии ускорили время освобождения этой страны от немецко-фашистских захватчиков. Советский Союз, верный своему интернациональному долгу, не мог не протянуть руку помощи братскому народу.

Дружба советского и чехословацкого народов имеет глубокие исторические корни.

Еще в начале XV в. под Грюнвальдом вместе с поляками, русскими и литовцами чешские воины сражались против тевтонских рыцарей, рвавшихся на восток с целью покорения славянских земель. Крестоносцы-захватчики были тогда разгромлены. А в развернувшейся в том же веке освободительной борьбе чешского народа («гуситском движении») против германских колонизаторов приняло участие немало русских людей.

В середине XVIII в. русские войска, разбив при Гросс-Егерсдорфе прусскую армию Фридриха II, вынудили пруссаков снять осаду Праги, которую они грозили стереть с лица земли. Эта помощь русской армии надолго оставила глубокий след в памяти чехов.

Дружеские связи народов России, чехов и словаков постоянно росли и ширились. В борьбе за национальное самоопределение чехи и словаки видели опору в русском народе. «Русский национальный дух и русская культура, — писал видный деятель КПЧ Ян Шверма, — были неисчерпаемым источником нашего национального пробуждения».

Словацкое народное восстание. Партизаны в горах

Словакия. Штаб партизанского отряда «Победа»

Центр Словацкого национального восстания Банска-Бистрица

Словакия. Народное восстание в Туржанском Мартине

Русскому народу всегда были близки и дороги стремления чехов и словаков к национальной независимости, так же как народы Чехословакии с большой симпатией относились к борьбе народов России против захватчиков. С появлением пролетариата зародилась и стала крепнуть классовая солидарность трудящихся обеих стран.

Большой отклик среди чешского и словацкого народов получила революция 1905 г. в России. Во многих городах Чехии рабочие устраивали митинги солидарности с русской революцией. Но особенно горячую поддержку чехов и словаков встретила Великая Октябрьская социалистическая революция. Тысячи чешских и словацких граждан, находившихся в тот период на территории Советской России, добровольно вступили в Красную Армию и в ее рядах сражались против белогвардейцев и иностранных интервентов.

После образования независимой Чехословацкой республики трудовой народ этой страны под руководством своей Коммунистической партии развернул активную борьбу за установление нормальных дипломатических отношений между СССР и ЧСР. В 1934 г. такие отношения были установлены. А в мае следующего года трудящиеся массы Чехословакии с большим воодушевлением встретили подписание советско-чехословацкого договора о взаимной помощи. Этот договор мог стать основой для последующего углубления сотрудничества Советского Союза и Чехословакии в целях предотвращения гитлеровской агрессии в Европе. Однако чехословацкие буржуазные правящие круги, подписав договор, в дальнейшем не оправдали надежд своего народа, стали фактически саботировать сотрудничество с СССР.

Чехословакия явилась одной из первых жертв фашистской агрессии в Европе. Путем ее захвата гитлеровская Германия стремилась решить ряд политических, экономических и стратегических задач, связанных с агрессивными устремлениями, особенно против СССР.

Когда 13 марта 1938 г. Гитлер захватил Австрию, Советский Союз предложил созвать совещание великих держав, чтобы положить конец актам фашистской агрессии. Однако Англия и Франция отвергли инициативу Советского Союза. Осенью того же года нависла угроза над Чехословакией. На запрос французского правительства, окажет ли Советский Союз помощь Чехословакии, Советское правительство ответило положительно и предложило созвать совещание представителей соответствующих генеральных штабов. Народный комиссар иностранных дел М. М. Литвинов на заседании Лиги Наций 21 сентября 1938 г. заявил, что Советский Союз готов немедленно оказать Чехословакии эффективную помощь. В трагические дни Мюнхена Советское правительство выразило готовность прийти на помощь Чехословакии даже без участия Франции при условии, что сама Чехословакия будет защищаться и попросит помощи.

Советский Союз предпринял и практические меры. Осенью 1938 г. согласно директивам Народного комиссариата обороны часть войск приграничных военных округов была выдвинута непосредственно к западной границе. В боевую готовность были приведены «один танковый корпус, 30 стрелковых и 10 кавалерийских дивизий, 3 отдельные танковые бригады, 7 укрепленных районов, 12 авиационных бригад, а также склады, базы и другие части боевого и тылового обеспечения». Кроме того, осуществлялись меры по повышению мобилизационной готовности ряда внутренних и военных округов. Мобилизационными мероприятиями были затронуты еще 30 стрелковых и 6 кавалерийских дивизий, 2 танковых корпуса, 15 отдельных танковых бригад, 34 авиационные базы. В Вооруженные Силы было призвано 328,7 тыс. человек командного, политического, младшего командного и рядового состава, а также задержано увольнение в запас сотен тысяч сержантов и рядовых, выслуживших установленные сроки. 28 сентября 1938 г. Народный комиссар обороны К. Е. Ворошилов докладывал Советскому правительству о готовности направить в Чехословакию 4 авиационные бригады (8 авиационных полков) в составе 548 боевых самолетов .

Да и чехословацкая армия того периода была способна дать отпор гитлеровской агрессии. В своей речи в Постоянном комитете Национального собрания Чехословакии 11 октября 1938 г. Клемент Готвальд говорил:

«Мы заявляем перед всем народом и перед всем миром, что правительство не имело ни конституционного, ни политического права капитулировать. Народ хотел бороться. Армия хотела бороться. Вся нация хотела всеми средствами защищать свою страну. Средства для обороны были. Армия была мобилизована. На границах созданы превосходные укрепления. Весь народ был готов пожертвовать последним, чтобы защитить свою страну, свое государственное и национальное существование… Мы обязаны также констатировать, что недопустимо было вести на позор капитуляции, без борьбы, народ, единый и самоотверженный в стремлении защищать свою страну, располагавший замечательными средствами обороны, прекрасной отмобилизованной армией, недопустимо было отдавать такой народ на произвол жестокому захватчику» [16] .

О том, что Чехословакия могла успешно защищаться, говорят и такие факты. В результате всеобщей мобилизации к концу сентября 1938 г. численность вооруженных сил Чехословакии была доведена до 2 млн. человек; из 45 дивизий против Германии сосредоточено 37 дивизий численностью около 1645 тыс. человек, или 82 процента всех вооруженных сил. Танковые войска в тот период имели 469 боевых танков, авиация располагала 1582 самолетами всех типов. Армия была оснащена новейшим вооружением и снаряжением. Следует сказать и о мощных оборонительных сооружениях, силу и значение которых чехословацкий генеральный штаб оценивал так: «Необходимо иметь в виду, что мы сильно укрепили свои границы, наши укрепления хорошо вооружены. Там, где пока нет укреплений, предприняты другие действенные меры. Укрепления сильные и устойчивые. В них имеется достаточное количество оружия, в большинстве своем самых новейших образцов, и необходимый запас боеприпасов. Перед укреплениями мы способны остановить на определенный период любые силы противника…»

Несмотря на собственные силы и на предложенную Советским Союзом военную помощь, буржуазное чехословацкое правительство пошло на капитуляцию. В бескорыстной помощи Советского Союза оно усмотрело опасность «большевизации» Чехословакии.

Игнорируя реальную возможность дать отпор фашистской Германии, вопреки воле чехословацкого народа правительство Бенеша 30 сентября 1938 г. приняло тяжкое и позорное мюнхенское соглашение, подписанное правительствами Англии, Франции, Германии и Италии. Фашистская армия без единого выстрела заняла важные районы Чехословакии, где находились все приграничные укрепления. После территориальных аннексий со стороны гитлеровской Германии, а также хортистской Венгрии и буржуазной Польши Чехословацкая республика существовала несколько месяцев в сокращенных границах. 15 марта 1939 г. при молчаливом одобрении правящих кругов западных держав гитлеровская армия оккупировала всю Чехословакию. Территория Чехии и Моравии была присоединена к Германии в качестве протектората. Словакию Гитлер превратил в «самостоятельное» государство, поставив во главе его марионеточное правительство словацких фашистов.

Уже на следующий день после вторжения немецко-фашистских войск в Чехословакию территория протектората по указу Гитлера была «навечно» присоединена к Германии. Чехословацкая армия ликвидировалась, распускался высший законодательный орган страны — Национальное собрание. Вся государственная власть фактически переходила в руки германской администрации во главе с назначенным Гитлером имперским протектором.

Дорого обошлось чехословацкому народу мюнхенское предательство. Для Чехословакии последовали шесть кошмарных лет оккупации. В стране насаждались фашистские законы и режим кровавого террора. В тюрьмы и концлагеря были брошены лучшие сыны чешского и словацкого народов. Достаточно сказать, что только в застенках гестапо и концентрационных лагерях гитлеровцы зверски уничтожили около 360 тыс. лучших сынов Чехословакии.

 

2

Борьба народов Чехословакии против фашизма

Фашистам не удалось сломить волю свободолюбивых народов Чехословакии. С первых же дней оккупации страны патриоты во главе с коммунистами начали борьбу против немецко-фашистских захватчиков и предателей народа.

В ноябре 1938 г. по решению Центрального Комитета Коммунистической партии Чехословакии руководство партии переместилось в Москву и оттуда поддерживало связь с местными органами партии, руководило деятельностью партийных организаций и борьбой народных масс. Подпольные организации сплачивали силы чехословацких патриотов, издавали нелегальную литературу, создавали тайные радиостанции, проводили акты саботажа на предприятиях, боролись с оккупантами всеми доступными методами и средствами. После нападения гитлеровской Германии на Советский Союз национально-освободительная борьба чехословацкого народа усилилась, слившись с героической борьбой советского народа против немецко-фашистских войск.

В связи с нападением фашистской Германии на СССР подпольный ЦК КПЧ обратился к населению со специальным воззванием.

«Каждый из нас чувствует и знает, — говорилось в воззвании, — что это варварское нападение не является только нападением на Советский Союз. Это нападение на всех нас, на каждого из нас. Это атака на сердце и родину всех трудящихся — страну социализма.

Вот почему это агрессивное нападение ставит всех нас перед исторической ответственностью…

Еще теснее сплотите свои ряды вокруг Коммунистической партии! На заводах, в цехах — всюду, где работаете, усиливайте сопротивление».

В ответ на призыв Коммунистической партии в Чехословакии развертывается партизанская борьба. В горах и лесах появляются небольшие партизанские отряды и группы, которые устанавливают связи с группами Сопротивления на заводах в рудниках, шахтах, деревнях. Однако подпольщики и партизаны в своей борьбе встречались с огромными трудностями. На каждый их шаг враг отвечал свирепейшими расправами. Вот один из примеров. 27 сентября 1941 г. на пост имперского протектора Чехии и Моравии прибыл обергруппенфюрер СС и генерал полиции Рейнгард Гейдрих, один из самых страшных людей третьей империи. Он должен был ликвидировать чешское национальное движение Сопротивления, ставшее особенно активным после нападения нацистской Германии на СССР. На Гейдриха возлагалась также задача германизации «чешских областей».

Сразу же после прибытия в Прагу Гейдрих ввел чрезвычайное положение. Начались массовые аресты и казни. В результате усилившегося террора движение Сопротивления было ослаблено и многие подпольные организации частично или полностью ликвидированы. 27 мая 1942 г. на Гейдриха было совершено покушение, и гитлеровский ставленник был убит.

Взбешенное покушением, гестапо в ночь на 28 мая устроило «ночь кошмара». Из Германии прибыло подкрепление. Всюду рыскали отряды эсэсовцев. Начались массовые казни невинных людей, неслыханный террор, организованный новым имперским протектором Куртом Далюге и его заместителем Франком.

10 июня 1942 г. нацисты сровняли с землей поселок Лидице Кладненского района. Они расстреляли 199 мужчин, а женщин и детей бросили в концентрационный лагерь.

24 июня 1942 г. так же, как поселок Лидице, было уничтожено селение Лежаки, близ города Хрудим.

Беспрерывно работали военные трибуналы. Согласно рапорту Далюге, посланному Гитлеру, в период с 27 мая по 3 июля 1942 г. было расстреляно 1357 чешских патриотов, не считая жертв Лидице и Лежаки.

Жестокий террор, названный гейдрихиадой, завершился процессом военного трибунала, который вынес приговор по делу 252 человек. Все обвиняемые, включая несовершеннолетних, по настоянию вдовы Гейдриха (которая теперь получает в ФРГ пенсию) были казнены 24 октября 1942 г. в концентрационном лагере Маутхаузен. Но, несмотря на жестокие удары нацистов и большие жертвы, чехословацкий народ не был сломлен.

Вторая половина 1942 г. была наиболее трудным периодом национально-освободительной борьбы в Чехословакии. Однако чешские и словацкие патриоты не сложили оружия и под руководством Коммунистической партии продолжали священную борьбу с оккупантами.

После победы Красной Армии под Сталинградом начался коренной перелом в ходе всей второй мировой войны. Наступает новый этап и в национально-освободительном движении народов Чехословакии: развертывается массовое партизанское движение, особенно в Словакии.

В организации борьбы значительную помощь братскому чехословацкому народу оказывали советские воины, бежавшие из фашистского плена. Нередко они становились во главе отрядов народных мстителей.

Командиром одного из партизанских отрядов в Моравии был советский солдат, бежавший из плена, — Иван Степанов. Этот замечательный командир, проведший ряд смелых операций против оккупантов, погиб за свободу Чехословакии на горе Кельчски-Яворник в апреле 1945 г.

Старший лейтенант Советской Армии Алексей Емельянов в 1943 г. вместе с группой бойцов также бежал из лагеря для военнопленных. Попав на чехословацкую землю, советский офицер связался с коммунистами и организовал партизанский отряд «Пугачев». Этот отряд действовал на территории Словакии в районе Гуменне. Партизаны взрывали дороги, мосты, уничтожали гитлеровцев, освобождали военнопленных. В июле 1944 г. Алексей Емельянов пал в бою. Боевые подвиги отважного командира были высоко оценены чехословацким правительством: он был посмертно награжден Военным крестом и орденом «Партизан Чехословакии».

Примеров, свидетельствующих об активной помощи советских воинов, оказанной чехословацкому народу в развитии партизанского движения на территории ЧССР, можно было бы привести много. Одним из ярких примеров является деятельность партизанского формирования им. Чапаева. В августе 1943 г. в районе Прешова советский офицер И. К. Балюта (известный в Чехословакии под именем В. И. Ягупова), бежавший из фашистского плена, и словацкие коммунисты Л. Кукоррели, И. Моссорак и другие создали партизанский отряд. Его командиром единодушно избрали Ягупова. Отряду было присвоено имя легендарного героя гражданской войны В. И. Чапаева. Отряд быстро завоевал популярность среди местного населения и стал грозой для оккупантов. Вскоре на его базе было образовано крупное партизанское соединение численностью свыше тысячи человек.

Как уже отмечалось, наиболее широкий размах партизанское движение приняло в Словакии. Сюда для создания крепкого партийного руководства, которое смогло бы объединить все силы антифашистского движения и нацелить на подготовку всенародного восстания, Заграничное бюро Коммунистической партии Чехословакии в Москве летом 1943 г. направило партийных работников К. Шмидке и К. Бацилека. Вскоре удалось создать пятый нелегальный ЦК Компартии Словакии. В декабре того же года был образован Словацкий Национальный Совет как руководящий орган национально-освободительного движения в Словакии. Во главе Совета стоял президиум, куда на паритетных началах входили коммунисты (К. Шмидке, Г. Гусак, д. Новомескнй) и представители других партий. Одним из председателей Совета являлся К. Шмидке.

Нелегальный ЦК Компартии и Словацкий Национальный Совет начали подготовку общенародного восстания. 29 июня 1944 г. при Словацком Национальном Совете был создай Военный центр во главе с подполковником Я. Голианом.

Г. Гусак

Важное значение для усиления национально-освободительной борьбы народов Чехословакии имело подписание 12 декабря 1943 г. советско-чехословацкого договора о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве. Договор, подписанный в суровые годы войны с фашизмом, вдохновил чехословацкий народ на усиление освободительной борьбы.

Весной 1944 г. Советская Армия подошла к довоенным границам СССР и Чехословакии. Это вызвало новый размах партизанской борьбы в Словакии. 13 апреля 1944 г. ЦК КП(б)У по просьбе ЦК КПЧ и по указанию ЦК ВКП(б) принял решение об оказании помощи чехословацким товарищам в подготовке партизанских (национальных) кадров при Украинском штабе партизанского движения.

В мае 1944 г. Клемент Готвальд выехал в Киев, где в ЦК КП(б)У состоялись переговоры об оказании всесторонней помощи чехословацкому партизанскому движению. Политбюро ЦК КП(б)У приняло специальное постановление об оказании такой помощи.

В специальных школах Украинского штаба партизанского движения развернулась подготовка партизанских кадров для Чехословакии. После завершения обучения смешанные группы из советских и чехословацких граждан перебрасывались на чехословацкую территорию.

Так, 26 июля в районе юго-восточнее Св. Мартина была выброшена организаторская группа из одиннадцати человек под командованием П. А. Величко. Группа быстро установила связь с местными коммунистами и договорилась с ними о совместных действиях. 3 августа в районе Низких Татр она приступила к подготовке площадки для приема других партизанских групп и грузов из Советского Союза. 17 августа была организована еще одна площадка — в районе Кощапы. Уже к 23 августа группа выросла в бригаду из трех отрядов: русского — 123 человека, командир Н. А. Сурков; словацкого — 120 человек, командир В. Жигор; французского — 98 человек, командир Ж. де Ленурье. Одновременно были сформированы три организаторские группы — под командованием Яна Репта, Богуша Жингора, П. Ладислава, которые были направлены в различные районы Словакии для создания новых партизанских отрядов. С 6 по 18 августа базы П. А. Величко приняли группы Е. П. Волянского, Э. Велика, А. С. Егорова, Т. Полы и других. Эти группы быстро пополнялись за счет местных жителей и вырастали в крупные отряды и даже соединения.

Одновременно на территории Словакии и Закарпатской Украины подготавливались другие базы, на которые также перебрасывались партизанские группы. Кроме того, по просьбе КПЧ в Словакию были передислоцированы советские партизанские формирования под командованием В. А. Карасева, М. И. Шукаева, В. А. Квитинского, Л. Е. Беренштейна, Н. А. Прокошока и другие.

Партизанские отряды совершали диверсии на железных и шоссейных дорогах, взрывали склады горючего и боеприпасов, выводили из строя мосты, тоннели, линии связи и электропередачи, совершали нападения на тыловые воинские части, аэродромы. Во многих городах и селах, где действовали партизаны, создавались национальные комитеты, возглавляемые в большинстве случаев коммунистами. Трудящиеся Чехословакии понимали, что вооруженная борьба идет не только против оккупантов, но и против внутренних реакционных сил.

Широкий размах партизанской борьбы, приближение советских войск к границам Чехословакии вызвали тревогу в Берлине. Гитлеровское военное руководство рассматривало Словакию как важнейший стратегический район, прикрывающий промышленные центры Чехии, Моравии, Венгрии, Юго-Западной Польши — важный источник сырья для фашистской Германии. Большое стратегическое значение имели проходившие через Словакию железнодорожные и шоссейные коммуникации. Особенно возросла роль этого района в период наступления Советской Армии в Румынии. Удар советских войск и их вступление в Венгрию могли привести к полному окружению всей южной группировки немецко-фашистских армий.

В этой обстановке планы гитлеровского командования сводились к быстрой оккупации всей Словакии. В начале августа оно поставило в известность правительство Тисо, что намерено занять своими войсками позиции в Восточных Бескидах.

Усилилась тревога и лондонского эмигрантского правительства. Совместные удары Советской Армии и словацких партизан могли привести к быстрому разгрому гитлеровских войск, свержению фашистского режима в стране и установлению в Словакии народно-демократических порядков. Поэтому лондонское правительство всячески стремилось подчинить себе партизанское движение и выдвинуть на первый план создаваемые им военные организации. Оно уже давно планировало создание на территории Чехии, Моравии и Словакии армий домюнхенского типа, подчиненных ему. В Словакии намечалось формирование 3-й армии. Создание этой армии мыслилось на базе тисовской, которая по своему духу была ближе лондонской эмиграции, нежели части, сформированные на территории СССР.

Словацкую армию эмигрантское правительство намеревалось использовать для быстрого захвата ключевых позиций в стране и установления буржуазных органов власти в то время, когда Советская Армия еще будет сражаться с гитлеровцами. Командованию словацких войск в Центральной Словакии были даны указания оттянуть приближавшееся народное восстание, а непосредственно перед вступлением в Словакию Советской Армии произвести военный переворот силами армии и полиции и установить форму правления, угодную чехословацкой буржуазии и империалистам Запада.

22 марта 1944 г. министр национальной обороны С. Ингр внес на рассмотрение правительства предложения, где одной из задач вооруженных сил ставил «покончить с хаосом (то есть с революционным движением. — А. Г.), который возникнет и усилится в обстановке заключительного периода войны» .

Особые надежды эмигрантское правительство возлагало на так называемый Восточнословацкий корпус, которым командовал генерал А. Малар. Этот корпус по приказу гитлеровского командования еще весной 1944 г. был передвинут из Центральной Словакии в районы Восточных Бескид, к Прешову.

Опасаясь ввести Восточнословацкий корпус в бой против Советской Армии, гитлеровское командование через словацкое министерство обороны поставило ему задачу готовить в Карпатах оборонительный рубеж на участке от железнодорожного перегона Орлов — Плавеч до стыка границ Словакии и Венгрии. Основная полоса обороны намечалась по Главному Карпатскому хребту, вторая — по линии Слов. Раславице, Гиральтовце, Стропков, Снина. К оборонительным работам фашистские войска приступили в мае, и вскоре в районе Дуклинского перевала и южнее были оборудованы выгодные по своему расположению хорошо укрепленные позиции.

В это время Словацкий Национальный Совет и ЦК Компартии Словакии готовили народ к вооруженному восстанию против фашистского режима. Толчком к этому в значительной степени послужили победы советских войск, которые, достигнув предгорий Карпат, вплотную подошли к границам Чехословакии.

Боевые действия партизан принимали все более широкий размах. Развертывалась настоящая партизанская война. В ходе ее объединялись два решающих фактора народного движения Сопротивления: национальные комитеты и партизанские силы.

Для установления контактов с командованием Красной Армии, а также для информации руководства КПЧ и советского военного командования об обстановке в Словакии 6 августа в Москву прибыла делегация Словацкого Национального Совета, в состав которой входили секретарь ЦК Компартии Словакии К. Шмидке и представитель Военного центра при Словацком Национальном Совете подполковник М. Ферьепчик. 7 и 8 августа делегация имела беседы с представителем Генерального штаба генерал-майором Н. В. Славиным. О состоявшейся беседе генерал-майор Н. В. Славин доложил 9 августа генералу армии А. И. Антонову, а последний 10 августа — И. В. Сталину.

К. Шмидке имел встречи с руководящими деятелями Заграничного бюро КПЧ. Были согласованы планы восстания. Их суть заключалась в следующем. При попытке немцев оккупировать Словакию народ должен выступить всеми силами (в том числе и силами словацкой армии), освободить и удержать по возможности большую часть словацкой территории, организовать на ней временную народную власть и вести на территории, еще занятой оккупантами, партизанскую борьбу до полного освобождения Словакии Красной Армией. В случае скорого вступления на словацкую территорию советских войск немедленно начинается национальное восстание, свергается братиславское правительство и устанавливается революционная власть в стране. С помощью советских войск изгоняются германские и венгерские оккупанты и обеспечивается участие словацких сил в освобождении остальной части Чехословакии.

Таким образом, успех Словацкого национального восстания связывался с прямой помощью словацким патриотам со стороны советского командования. На переговорах отмечалось, что такая помощь будет необходима как при подготовке, так и в ходе восстания.

Однако, когда в Москве шли еще переговоры, в стране стремительно нарастали революционные выступления словацкого народа, опережая все планы политических и военных руководителей.

Территорию центральных и северных районов Восточной Словакии быстро освобождали партизаны. 10 августа 1944 г. тисовский военный министр Чатлош распорядился очистить от них горные районы Низких Татр и Большой Фатры. Но эта попытка провалилась. Подпольные армейские организации Словакии заранее предупредили партизанские части о намеченной операции марионеточного правительства. Коммунисты провели разъяснительную работу среди солдат. В результате все большее количество воинских подразделений уходило из-под контроля марионеточного словацкого правительства. Солдаты, посланные в горы с карательными целями, братались с партизанами. Во второй половине августа переход солдат к партизанам начал принимать массовый характер. Солдаты передавали партизанам вооружение и боеприпасы. А военному министру в Братиславу был послан официальный рапорт, что партизан нигде обнаружить не удалось.

Силы партизанских отрядов росли. Волна освободительного движения грозила смести правительство Тисо. Напуганное реальной угрозой народного восстания, правительство сделало новый предательский шаг: 23 августа оно обратилось к Гитлеру с просьбой немедленно ввести войска в Словакию. В тот же день немецкие дивизии двинулись к границам Словакии.

Узнав о начавшемся движении гитлеровских войск в Словакию, партизаны сами перешли в наступление. Они заняли Св. Мартин, где к ним присоединился весь местный гарнизон, город Врутки и ряд других городов.

Власть брали в свои руки национальные комитеты. Партизаны взорвали Тренчанский и Кралеванский тоннели, что затруднило движение немецких эшелонов через Центральную Словакию. Всюду, встречая активную поддержку населения, партизанские отряды изгоняли оккупантов и расширяли зону действий.

Немецко-фашистское командование в свою очередь усилило карательные меры. В Словакию были введены полицейские войска и снятые с фронта 357-я пехотная дивизия и войсковые части некоторых соединений группы армий «Северная Украина». Немецко-фашистские войска перешли в наступление на партизан.

29 августа министр обороны правительства Тисо оповестил по радио страну о вступлении в Словакию немецких войск для «восстановления порядка». В тот же день Словацкий Национальный Совет обратился к населению по радио из Банска-Бистрицы с призывом начать восстание и призвал всех трудящихся к открытой вооруженной борьбе. Народ горячо поддержал этот призыв. Началось Словацкое национальное восстание.

30 августа развернулись первые боевые действия восставших против гитлеровских войск в районе Жилины. К вечеру восстание охватило территорию всей Центральной и частично Восточной Словакии. Центром восстания стал город Банска-Бистрица, освобожденный партизанскими силами в ночь на 30 августа. 1 сентября Словацкий Национальный Совет объявил, что берет в свои руки законодательную и исполнительную власть. Местные национальные комитеты начали устранять старые органы фашистской власти, создавать гражданскую милицию, арестовывать гитлеровцев и местных фашистских главарей, организовывать снабжение населения и т. д.

Национальные комитеты, руководимые Коммунистической партией, стали органами народной власти. Словацкий Национальный Совет объявил в освобожденных районах мобилизацию мужчин в возрасте до 40 лет. К 31 августа повстанцы создали два оборонительных района с центрами в Банска-Бистрице и Липтовски Св. Микулаш. Восстание приняло массовый характер. Коммунистическая партия, возглавившая восстание, 2 сентября обратилась к народу с воззванием. В нем говорилось:

«В течение 5 лет трудящиеся Словакии были лишены всех политических прав и подвергались террору со стороны гардистской и немецко-фашистской банд… Мы ожидали первой удобной возможности, чтобы с оружием в руках свергнуть гнусный фашистский режим и на стороне Красной Армии повести наш народ на открытую и победоносную борьбу против фашистских варваров. Победа близка! Вступайте в партизанские отряды и создавайте новые! Поддерживайте солдат и партизан! Соедините все силы для последнего решительного удара! Коммунисты были и будут авангардом национально-освободительной борьбы».

Восстание с самого начала переросло рамки военного переворота, который готовили лондонская эмиграция и местная буржуазия. Оно стало действительно национальным, освободительным. Широкие слои словацкого народа решительно встали на путь вооруженной борьбы с оккупантами. Патриотам требовалась всесторонняя военная помощь, и они обратились за ней к Советскому Союзу.

31 августа к Советскому правительству с просьбой оказать военную помощь словацкому народу обратился посол Чехословакии в СССР З. Фирлингер 2 сентября 1944 г. с запиской «К событиям в Словакии» обратился в НКИД СССР Кл. Готвальд. В тот же день от начальника чехословацкой военной миссии в СССР генерала Г. Пики поступила первая заявка на доставку в Словакию 1000 автоматов, 300 ПТР, 400 пулеметов и другого вооружения с тремя боекомплектами к каждому из них и 1000 кг взрывчатки. В последующем подобные заявки от чехословацких представителей на имя советских военных органов по оказанию помощи повстанцам поступали на протяжении всего восстания. Советское командование немедленно реагировало на эти просьбы и давало указания о предоставлении помощи.

Следует отметить, что помощь словацким патриотам вооружением Советский Союз оказывал и раньше, до получения этих заявок. Первоначально эта задача выполнялась силами авиации, имевшейся в распоряжении Украинского штаба партизанского движения. С 15 августа была привлечена и 208-я ночная бомбардировочная авиационная дивизия под командованием полковника Л. Н. Юзеева, входившая в состав 2-й воздушной армии 1-го Украинского фронта.

Затем в связи с просьбами об увеличении поставок вооружения и различного имущества для снабжения повстанцев советское командование привлекло для полетов в Чехословакию соединения из состава 4-го гвардейского и 5-го авиационных корпусов дальнего действия. Снабжение начало осуществляться с центральной базы Народного комиссариата обороны. Одновременно вооружение и боеприпасы для словацких патриотов отпускались и со складов фронтов, действовавших на чехословацком направлении. Так, командующий артиллерией 1-го Украинского фронта 18 октября 1944 г. доносил в Главное артиллерийское управление:

«Повстанческой чехословацкой армии отправляется самолетами:

— из вашего резерва: автоматов ППШ — 1500, ружей ПТР — 50, 82-мм минометов — 50;

— из ресурсов фронта: карабинов образца 1944 г. — 1500.

Названное имущество отправляется по указанию командующего войсками фронта» [27] .

Во время Словацкого национального восстания чехословацким патриотам было отправлено только с центральной базы НКО 2050 винтовок, 1702 автомата, 461 пулемет, сотни противотанковых ружей, десятки зенитных пулеметов и другое вооружение.

Наряду с этим по просьбе чехословацких представителей в Словакию направлялись и трофейные образцы вооружения. В 1944 г. со складов НКО туда было отправлено 2170 винтовок Маузера, 360 автоматов Шмайсера, 484 пулемета и свыше 2 млн. патронов. Всего в 1944 г. советское командование перебросило по воздуху в Чехословакию более 10 тыс. винтовок, автоматов, карабинов и пистолетов, около 1 тыс. пулеметов, сотни противотанковых ружей, 7 млн. патронов. Одновременно из Советского Союза повстанцам доставлялись средства связи, медикаменты, продовольствие, вещевое имущество и т. д.

Для усиления обороны освобожденных повстанцами районов по просьбе чехословацких представителей Ставка Верховного Главнокомандования 13 сентября отдала распоряжение о переброске на территорию Словакии 2-й чехословацкой воздушно-десантной бригады и 1-го чехословацкого истребительного авиационного полка. 17-го и в ночь на 18 сентября 1-й чехословацкий истребительный авиационный полк в полном составе с имуществом, боеприпасами, горючим и радиостанцией был перебазирован на аэродром Три Дуба. Переброска 2-й воздушно-десантной бригады производилась с 17 сентября до 25 октября.

Всего с 17 сентября по 25 октября силами 5-го авиационного корпуса дальнего действия было доставлено по воздуху 1855 человек и более 360 т грузов для 2-й воздушно-десантной бригады и восставших, обратными рейсами эвакуировано 784 раненых и 12 т грузов .

Важную роль в обеспечении словацких патриотов вооружением и различным имуществом сыграл аэродром Три Дуба, захваченный советскими и чехословацкими партизанами 30 августа, т. е. в начале восстания. На аэродром было совершено более 1 тыс. самолето-посадок и доставлено свыше 2 тыс. человек и около 800 т грузов; обратными рейсами вывезены на советскую землю почти все (около 1 тыс. человек) раненые и больные словацкие повстанцы и советские партизаны.

В ходе восстания Советский Союз продолжал оказывать помощь чехословацким патриотам и кадрами организаторов партизанского движения. В середине сентября в Словакию был направлен опытный советский партизанский командир А. Н. Асмолов с группой оперативных работников Украинского штаба партизанского движения. 16 сентября решением ЦК Компартии Словакии был создан Главный штаб партизанского движения Словакии, в состав которого вошли К. Шмидке, Р. Сланский, Я. Шверма. А. Н. Асмолов фактически исполнял обязанности начальника штаба.

Я. Шверма

В это время партизанская борьба в Словакии достигла высшего накала. По неполным данным, в октябре 1944 г. здесь действовало 7 партизанских соединений в составе 15 бригад и 20 отрядов общей численностью около 12 тыс. человек, 12 отдельных бригад численностью свыше 12 тыс. человек, более 70 отдельных партизанских отрядов, в составе которых находилось свыше 10 тыс. человек. Всего в Словакии осенью 1944 г. насчитывалось около 100 партизанских формирований общей численностью свыше 35 тыс. человек.

Партизаны, как отмечалось выше, являлись основой вооруженных сил повстанцев. Они освобождали от оккупантов города и села, обороняли освобожденные районы, наносили удары по тылам гитлеровских войск. Так, 27 августа партизаны совместно с частями армии, перешедшими на сторону народа, заняли Ружомберок и станцию Рибар, 28-го — Липтовски Св. Микулаш, Брезно, 29 августа — Липтовски-Градок и аэродром Св. Петер, а 30-го — Попрад и Левочу. 2 сентября ими были освобождены Кежмарок и Зволен. В течение двух месяцев партизаны во взаимодействии с повстанческими частями удерживали в своих руках освобожденную территорию Словакии в 15 тыс. кв. км. Одновременно часть партизанских отрядов вела борьбу в тылу гитлеровских войск, на путях их снабжения.

В результате высокой активности партизан враг нес большие потери. Это вынуждало гитлеровское командование непрерывно подтягивать в район восстания все новые силы регулярных войск, танки, артиллерию и авиацию, натиск которых повстанцы отражали мужественно, но с большим напряжением.

В это время Советским правительством было принято важное решение: чтобы помочь словацким патриотам, подготовить и провести наступательную операцию с преодолением Карпат и выходом советских войск в повстанческие районы.

Советское командование не планировало преодоления Карпат фронтальным ударом значительных сил, так как развитие наступления 2-го и 3-го Украинских фронтов в Румынии и Венгрии и наступление 1-го Украинского фронта в Польше неминуемо заставили бы гитлеровские войска под угрозой глубокого охвата оставить карпатские оборонительные рубежи. Однако, несмотря на эти планы, Советское правительство все же решило немедленно провести наступательную операцию значительными силами 1-го и 4-го Украинских фронтов непосредственно через Карпаты, руководствуясь исключительно высокими идеями поддержки прогрессивного национально-освободительного движения чехословацкого народа, традициями международной солидарности трудящихся, принципами пролетарского интернационализма. Операция осуществлялась по настоятельной просьбе чехословацкой стороны.

Следует отметить, что еще до подхода советских войск к чехословацкой границе между Советским правительством и представителями Чехословакии были разрешены некоторые проблемы военно-политического и дипломатического характера. В частности, были выработаны принципы взаимоотношений между советским командованием и чехословацкой администрацией на освобожденной территории, изложенные в соглашении об отношениях советского главнокомандования и чехословацкой администрации после вступления советских войск на территорию Чехословакии, подписанном 8 мая 1944 г. в Лондоне. Этот документ является свидетельством нового типа международных отношений, основанных на принципах равенства, взаимопомощи и невмешательства во внутренние дела другого государства.

Соглашение от 8 мая 1944 г. фактически явилось первым международным актом о взаимоотношениях советских войск и командования с местными органами власти на освобожденной территории дружественного государства. Следует особо подчеркнуть, что советская сторона в последующем строго и неукоснительно соблюдала все пункты этого соглашения. В войсках, которым предстояло вступить на территорию дружественной Чехословакии, проводилась большая разъяснительная работа. Солдат и офицеров воспитывали в духе уважения к местным порядкам и обычаям. Им указывали на недопустимость какого бы то ни было вмешательства во внутренние дела органов власти Чехословацкой республики .

Необходимо отметить, что президент Бенеш был убежден, что Чехию и Моравию освободят западные союзники, поэтому все планы эмигрантского правительства разрабатывались в тесном сотрудничестве с английским военным командованием. Известно, что англичане в конце 1943 г. намеревались нанести главный удар в Европе не с запада, а с юга, через Балканы. Когда же стало ясно, что Восточная Чехословакия будет освобождена Красной Армией, лондонское правительство Чехословакии принимает новые меры. Командование 3-й армии было переименовано в «командование освобожденной территории», перед которым ставилась задача создать в восточной части республики тыловую армию. Таким образом, чехословацкая буржуазия имела определенное намерение использовать словацкую армию для восстановления домюнхенских буржуазных порядков в стране путем военного переворота и захвата власти.

План восстания, разработанный Военным центром, носил оборонительный характер. В нем не увязывались действия войск с партизанскими отрядами, и, по сути дела, конкретные переговоры о координации действий начались уже тогда, когда восстание вспыхнуло.

С самого начала восстания командир Восточнословацкого корпуса Малар не принял никаких мер к сосредоточению войск и приведению их в боевую готовность. Он ничего не сделал для налаживания непосредственной связи с советским командованием. Более того, Малар убеждал солдат, что восстание преждевременно, что в нем не надо участвовать, и даже предлагал сдать оружие немцам. С целью дезориентации личного состава корпуса он передал по радио в штабы соединений ложное сообщение, что действия немецко-фашистских войск, вступивших в Словакию, не будут направлены против словацких частей. Дезинформация разлагающе воздействовала на работу штаба корпуса и штабов дивизий, которые фактически ничего не предпринимали для подготовки словацких войск к активным действиям против оккупантов.

29 августа 1944 г., в день начала восстания, заместитель командира корпуса полковник В. Тальский, на которого по плану восстания было возложено руководство действиями корпуса, объявил о своем намерении начать выступление. Но на следующее утро Тальский собрал подчиненных офицеров и объявил, что взаимодействие с Советской Армией отсутствует и поэтому необходимо подождать с выступлением до согласования организационных вопросов с советским командованием. 30 августа корпус по-прежнему бездействовал. Больше того, 31 августа, в самый ответственный момент, когда следовало повести войска в бой против наступавших гитлеровских войск, полковник Тальский, ничего не сообщив штабу корпуса, неожиданно улетел в советский тыл.

1 сентября он был принят командующим войсками 1-го Украинского фронта Маршалом Советского Союза И. С. Коневым. О состоявшейся беседе маршал Конев доложил по телефону Верховному Главнокомандующему И. В. Сталину, а в 3 часа 20 минут 2 сентября направил письменное донесение. В нем говорилось:

«Сегодня, 1.9.44 г., ко мне явился полковник генерального штаба Словацкой армии Вильям Тальский — заместитель командующего армейской группой Словацкой армии (1-я и 2-я дивизии).

Полковник Тальский в беседе высказал соображение, что в случае наступления наших войск в западном направлении словацкие 1-я и 2-я дивизии, которые расположены по линии границы Нижня Радопнь-Тылич, могли бы наступать в восточном направлении с целью соединения с Красной Армией.

Полковник Тальский считает, что 1-я дивизия под командованием полковника Маркус выполнит приказ Тальского.

На командира 2-й дивизии и ее состав он особенно не рассчитывает.

Перелет на нашу сторону полковника Тальского вызван оккупацией немецкими войсками Словакии.

Полковник Тальский заявил, что части 1-й и 2-й словацких дивизий, перегруппировавшись, могут начать наступление в направлении Кросно навстречу нашим войскам.

В случае если наши войска по какой-либо причине не смогут перейти в наступление, полковник Тальский считает, что целесообразно 1-й и 2-й дивизиям переключиться для партизанских действий.

Вместе с Тальским на нашу территорию 30.8.44 г. перелетела авиагруппа в составе 27 самолетов во главе с командиром группы майором Тринка. Среди самолетов — 9 самолетов типа „Фокке-Вульф-189“ и Ме-109-Б, остальные транспортные.

Наш фронт в районе Кросно находится от словацкой границы в удалении 30–40 км.

Для соединения со словацкими частями и партизанским движением Словакии, если будет Ваше решение, целесообразно было бы провести совместную операцию левым флангом 1-го Украинского фронта и правым флангом 4-го Украинского фронта для выхода на словацкую территорию, в район Стропков, Медзилабарце.

Для операции 1-й Украинский фронт может привлечь 4 стрелковые дивизии 38-й армии и 1 гв. кк. Направление удара — Кросно, Дукля, Тылява. На это же направление желательно привлечь и 1-й чехословацкий корпус. Операцию можно начать через семь дней.

Прошу Ваших указаний по данному вопросу». [35]

Тем временем немецко-фашистское командование приступило к разоружению словацких частей. Оно действовало решительно и быстро. Снятая с фронта пехотная дивизия отдельными частями была переброшена в районы Гиральтовце, Прешова, Медзилабарце. Сюда же прибыла охранная дивизия. Словацкий корпус, по-прежнему рассредоточенный, лишившись руководства, был совершенно не готов к отражению натиска гитлеровских войск. Часть офицеров словацких соединений перешла на сторону врага. Связь между частями была прервана. Солдаты не знали что предпринять. В течение 1 и 2 сентября корпус был разоружен. Часть людей ушла к партизанам, другие были направлены гитлеровцами в лагеря. Так в результате предательства перестал существовать Восточнословацкий корпус, который должен был выполнить очень важную задачу по захвату перевалов через Карпаты для обеспечения продвижения наших войск на помощь восставшим. Но об этом советскому командованию еще не было известно.

Борьба принимала неблагоприятный для Словацкого народного восстания ход. Положение восставших становилось все более тяжелым. Требовалась срочная помощь извне.

Такова была обстановка в Словакии перед началом боевых действий советских войск по преодолению Карпат. Эти действия начались сразу же после Львовско-Сандомирской операции, без оперативной паузы. По указанию Советского правительства, как уже отмечалось, наше командование решило немедленно подготовить и провести наступательную операцию с преодолением Карпат с целью оказания помощи словацким патриотам.

Уже 2 сентября 1944 г. Ставка Верховного Главнокомандования отдала директивы 1-му и 4-му Украинским фронтам подготовить и не позднее 8 сентября начать наступление на стыке фронтов, с тем чтобы ударом из района Кросно, Санок в общем направлении на Прешов выйти к чехословацкой границе и соединиться с повстанцами. К проведению операции привлекался и 1-й чехословацкий армейский корпус. Одновременно было дано указание организовать взаимодействие со словацкими войсками, располагавшимися в районе Прешова.

Подготовка сложной операции в такой короткий срок обусловливалась интернациональным долгом Советского Союза перед словацкими патриотами и требовала исключительного напряжения от наших войск, которые с середины июня находились в непрерывных тяжелых боях по освобождению Западной Украины. Необходимо было произвести перегруппировки для сосредоточения войск на новых направлениях, подвезти большое количество боеприпасов, горючего, продовольствия, фуража, что в условиях горного театра само по себе было чрезвычайно затруднительно.

Одновременно Ставка приказала 2-му Украинскому фронту нанести удар главными силами правого крыла круто на северо-запад, на Сату-Маре, с целью содействовать войскам 4-го Украинского фронта в преодолении Карпат и выходе в район Ужгород, Мукачево.

Таким образом, на помощь словацким патриотам нацеливались войска 4-го Украинского, левого крыла 1-го Украинского и правого крыла 2-го Украинского фронтов.

 

3

Характеристика театра военных действий

Огромной дугой, протяженностью около полутора тысяч километров, прикрывают Карпатские горы Венгерскую низменность с севера, востока и юго-востока. Этот горный массив в стратегическом отношении является мощным естественным рубежом на подступах к Чехословакии и Венгрии.

Восточные, или Украинские, Карпаты по условиям рельефа делятся на три части: западный район Восточных Карпат — Низкие Бескиды, центральная часть — Бещады, простирающиеся от Лупковского перевала до Ужокского перевала, и третья, наиболее высокая часть Восточных Карпат — Горганы — располагается между Ужокским перевалом и верховьями реки Чарны Черемош.

Низкие Бескиды тянутся от реки Попрад до Лупковского перевала. Весь этот район является наиболее низкогорным в системе Восточных Карпат, покрыт редкими лесами и по условиям проходимости является наиболее доступным для войск. Эту часть дуги Карпат составляют около десяти параллельных низкогорных цепей, идущих с северо-запада на юго-восток и расчлененных поперечными сквозными долинами на отдельные короткие хребты протяженностью 10–15 км каждый.

Главный водораздел пересекает Низкие Бескиды в направлении с северо-запада на юго-восток. Его высшие точки не превышают 800 м. Большинство же хребтов имеют абсолютные высоты в пределах 600–700 м, относительные высоты не превышают 300 м. Гребни Низких Бескид округлые и волнистые, склоны пологие, поэтому горный ландшафт в отдельных местах даже на главном водоразделе напоминает холмистый.

Дорожная сеть в районах боевых действий войск была развита слабо. На Низких Бескидах имеется всего восемь перевалов, из них четыре Ясильских перевала, по которым проходили три грунтовые дороги и одно шоссе, соединяющее долину реки Ясилька с долинами рек Ондава и Лаборец. Особо важное значение имел перевал, по которому проходило шоссе Ясилька — Гуменне. Это наиболее пологий перевал, имеющий высоту около 600 м. Далее к юго-востоку расположены два Каленовских перевала, через которые грунтовые дороги соединяли долины рек Вислок и Ясилька с долиной реки Лаборец. Шоссе Санок — Гуменне проходило по Радошицкому перевалу. На стыке Низких Бескид и Украинских Карпат расположен Лупковский перевал, соединяющий долины рек Ослава и Лаборец. Через этот перевал проходила железная дорога Санок — Гуменне.

Центральная часть Восточных Карпат состоит из ряда параллельных хребтов, разделенных речными долинами в двух взаимно перпендикулярных направлениях, благодаря чему продольные долины соединены друг с другом поперечными проходами. Общая длина этой части Карпат более 200 км, ширина доходит до 100 км.

Бещады представляют ряд параллельных хребтов с преобладающими абсолютными высотами 1000–1300 м. Относительная высота этих хребтов над долинами колеблется в пределах 400–500 м. Все они расположены уступами и соединены невысокими пологими перемычками, которые представляют наиболее удобные перевалы. К северо-востоку от осевых хребтов расположено множество параллельных им предкарпатских передовых хребтов и кряжей, составляющих сложную систему коротких продольных низкогорных гряд, разделенных долинами шириной 2–3 км. Проходимость предкарпатских передовых хребтов облегчается густой сетью продольных и поперечных долин. Закарпатские передовые хребты Восточных Карпат выше предкарпатских и по протяженности достигают 40 км. Преобладающие высоты колеблются от 1000 до 1300 м, с безлесными плоскими вершинами. Гребни хребтов большей частью прямолинейны, волнисты. Почти всюду по ним проходят тропы. Склоны хребтов имеют крутизну 15–30 градусов, но из-за того, что они сильно изрезаны лощинами и покрыты лесом, эти горы вне дорог и троп труднопроходимы для войск.

Бещады имеют семь перевалов через главный хребет, что составляет в среднем один перевал на 10 км. Высота перевалов от 770 до 1000 м. Бальницкий и Солинский перевалы пересекают хребет Бескид и соединяют грунтовыми дорогами: Бальницкий — долину реки Ослава с долиной реки Удава; Солинский — долину реки Солинка с долиной реки Удава. Русский перевал лежит на одном из пяти важнейших направлений через Карпаты. Через него проходила шоссейная дорога на Санок, Гуменне. Через Восточно-Русский перевал проходила грунтовая дорога Смерек — Руске. Ветлинский перевал расположен на перемычке между хребтами Великий Буковец и Волосатские Бескиды. Через этот перевал проходила грунтовая дорога из Смерека и Рунины. Далее идут перевалы: Устрицкий с грунтовой дорогой Устшики-Гурне — Нов. Стужица и Волосатский с дорогой Лютовиске — Волосате — Ужгород. Почти все перевалы в сухое время года проходимы для вьючного и гужевого транспорта. В дождливое время движение гужевого транспорта весьма затруднительно.

Между Ужокским перевалом и верховьем реки Чарны Черемош находится наиболее высокая часть Восточных Карпат — Горганы. Преобладающие высоты вершин этих гор составляют 1300–1500 м, а некоторые вершины поднимаются еще выше. Относительные высоты хребтов над подошвой — до 500 м. Склоны хребтов до высоты 1100–1200 м покрыты буковыми и хвойными лесами, а выше — кустарником и лугами.

Через главный хребет Горган есть много перевалов. Ужокский перевал расположен на путях из верховьев рек Стрый и Днестр в долину реки Уж. Через него проходили железная дорога и шоссе Самбор — Ужгород. Далее к юго-востоку идет группа Верецких перевалов. На участке протяженностью 30 км между перевалами Ужокским и Верецким имелось только четыре вьючных перевала высотой около 1000 м. Группа Верецких перевалов тянется на 30 км. Через эти перевалы проходили железная, две шоссейные и одна улучшенная дороги, соединяющие долины рек Стрый, Латорица и города Стрый, Мукачево. Между Восточно-Верецким и Средне-Верецким перевалами (15 км) имеется около десяти перевалов с вьючными тропами через них. Далее к востоку от Восточно-Верецкого перевала имеется пять перевалов с вьючными тропами местного значения, связывающими долины рек Мызинка и Рика. Через Вишкувский перевал проходило шоссе Долина — Густе. К востоку от Вишкувского перевала до Яблоновского на протяжении около 80 км Горганы не имеют удобных низких перевальных седловин, поэтому перевалы через них преимущественно вьючные.

Таким образом, в полосе наступления 4-го Украинского фронта имелось 8 шоссейных переходов, 4 железнодорожных, до 9 переходов с грунтовыми дорогами и около 30 перевалов с вьючными тропами. При этом наиболее густая сеть перевальных дорог находилась в северной и центральной части Карпат. Расстояние между соседними шоссейными дорогами было 25–40 км.

Особенностью большинства карпатских перевалов является то, что подходы к ним с северо-востока более пологи, чем с юго-запада, спуски к югу значительно круче.

В целом дорожная сеть в предгорьях Карпат была развита слабо. Особенно чувствовался недостаток рокадных дорог. Из-за этого в годы войны чрезвычайно затруднялся выбор длинных сквозных маршрутов вдоль фронта во время перегруппировки войск. Наиболее надежными дорогами являлись только шоссе, но они обеспечивали лишь основные направления. Грунтовые дороги в северном и южном предгорьях были пригодны для движения автотранспорта только в сухую погоду. В дождливую погоду из-за суглинистых и глинистых почв, которые часто встречаются на водоразделах и пологих склонах гор, дороги становились труднопроходимыми. Кроме того, на всех грунтовых дорогах имелось много крутых подъемов и спусков и в большинстве случаев не было мостов через крупные реки.

В долинах и ущельях Восточных Карпат протекает множество рек, речек и ручьев, которые расчленяют горы в различных направлениях. В результате такого расчленения образуются отдельные горные массивы, достигающие 10–12 км в длину. Хотя карпатские реки в обычное время немноговодны, однако их большое количество, крутизна берегов, а также наличие отдельных хребтов, гор, долин и оврагов делали Карпаты весьма труднопроходимыми для войск и боевой техники. Леса, покрывающие большинство склонов хребтов, и горы также затрудняли движение и боевые действия войск.

Наиболее существенное значение при развитии наступления советских войск в Карпатах имели направления, обеспеченные перевалочными шоссейными и железными дорогами. Они являлись и главными операционными направлениями. По условиям проходимости и по оперативному значению здесь различалось пять основных направлений.

Направление Санок, Гуменне проходило с севера на юг и обеспечивалось двумя основными маршрутами: западный маршрут — Санок, Загуж, Медзилабарце, Гуменне — через Радошицкий перевал протяженностью 105 км; восточный — Лиско, Цисна, Снина, Гуменне — через Русский перевал протяженностью 120 км. Оба маршрута имели шоссе с щебеночно-гравийным покрытием.

На западном маршруте, от Загуж до Радошицкого перевала, дорога проходила в условиях спокойного рельефа без крупных препятствий в виде горных хребтов и рек. На этом участке имелся один перевал со спуском крутизной до 10 градусов. Радошицкий перевал представляет собой пониженный участок водораздельного хребта с пологим подъемом с севера и крутым спуском по южному склону. Лесов вдоль маршрута немного. На южном склоне их больше, но и здесь имеются большие безлесные участки. Грунт на склонах гор на всем пути суглинисто-щебеночный, в период распутицы легко размокает. В поймах грунт супесчано-гравийный, не размокаемый в сырую погоду.

Восточный маршрут от Лиско через Русский перевал более трудный. Первая часть его, от Лиско до Балигруда, лежит в широких долинах рек Сан и Гочевка, имеющих пологие берега. Далее он идет по узким и глубоким балкам с крутыми склонами. От Цисны начинается длинный с небольшой крутизной подъем к Русскому перевалу. Спуск к Руске проложен по крутому и высокому склону горы вдоль правого притока реки Цироха. В верхнем течении Цирохи, вдоль которой идет дорога на Гуменне, ширина долины реки достигает 200–300 м, крутизна берегов до 45 градусов. Ниже Снины ширина ее доходит до 1000–2000 м. Не считая реки Сан, которую дорога пересекает в начале маршрута, на всем протяжении крупной водной преградой является река Цироха, но и она при обычном уровне воды проходима вброд. От Балигруда до Руске дорога пролегает через крупные лесные массивы. Главный перевал покрыт густым хвойным лесом, остальной путь проходит по открытым долинам.

Особенностью направления Санок, Гуменне являлась возможность обхода основных маршрутов по боковым дорогам и тропам для пехоты, вьючного и гужевого транспорта, главным образом в западной части. Однако маневр крупными войсковыми соединениями в районе главного хребта был затруднен.

Ужгородское направление — одно из важнейших в Восточных Карпатах. Вместе с соседним мукачевским направлением оно составляло центральное операционное направление через Карпаты, давало войскам возможность осуществлять оперативное и тактическое взаимодействие, представляло наиболее короткий и широкий выход на Венгерскую равнину в районах Ужгорода и Мукачево.

Главной магистралью ужгородского направления являлись шоссейная и железная дороги от Старого Самбора через Ужокский перевал до Ужгорода. Шоссейная дорога почти на всем протяжении имела щебеночное покрытие, а в южной части маршрута — асфальтобетонное. На дороге имелось около 70 мостов, все небольшой длины (30–40 м), грузоподъемностью от 12 до 16 т. Крупными препятствиями являлись Днестр, который шоссе пересекало у Старого Самбора, и три перевала — у Явора, Борыни и станции Ужок. Все перевалы имеют пологие северные подъемы и крутые южные спуски. Особенной крутизной отличается южный спуск Ужокского перевала, имеющий до семи извилин с крутыми поворотами. Подрывом скал на изгибах дорога легко могла быть выведена из строя. Наиболее доступным участком, допускавшим широкое маневрирование и сквозное сообщение между верховьями рек Сап и Стрый, являлся участок от Турки до Ужокского перевала. В этом районе пологие скаты, возможно движение гужевого транспорта и гусеничных машин, а местами и автомобилей даже вне дорог. Тут же имелись сквозные дороги, доступные для всех видов транспорта. Реки по маршруту при обычных уровнях проходимы вброд. Севернее основного маршрута движение войск было возможно через Устрицкий и Волосатский перевалы; южнее — только по вьючным тропам. За перевалом обходные пути для гужевого и автомобильного транспорта возможны лишь на отдельных участках.

Мукачевское направление, соединяющее город Стрый с Мукачево, обеспечивалось через главный хребет двумя автомобильными дорогами, проходившими через Средне-Верецкий и Восточно-Верецкий перевалы. Эти дороги за перевалами в Нижни Верецки соединялись рокадной дорогой. Здесь же проходила железная дорога. Все шоссейные дороги имели щебеночное покрытие и большое количество мостов. На пути встречается два перевала. Первый из них, через хребет Должки, характерен пологим подъемом и крутым спуском с тремя изгибами. Верецкие перевалы имеют крутой короткий подъем и довольно крутой длинный спуск. На маршруте — леса в основном на трех участках: в дефиле рек Орава и Опур, на перевалах и на южных склонах вдоль рек Пинис и Латорица. Грунты суглинистые и глинисто-щебеночные, легко размокают, и во время дождей дороги становятся труднопроходимыми. В районе Средне-Верецкого перевала отдельные участки заболочены и труднопроходимы для войск.

Кроме основных дорог на этом направлении имелось большое количество перевалов, по которым было возможно движение вьючного, а на некоторых и гужевого транспорта. Обходных путей, по которым возможно движение в обход главного маршрута, за перевалом не имелось, но в 30–40 км от перевала проходила рокадная дорога Свалява — Перечни, соединявшая мукачевское и ужгородское направления.

Густенское направление имело одну шоссейную дорогу Долина — Густе, проходившую через Вишкувский перевал. Протяженность маршрута — около 165 км. Первая часть пути пролегала по долине реки Свица, которая в самом начале имеет характер ущелья шириной до 200 м со склонами крутизной до 60 градусов. По еще более узкой долине реки Ильиница дорога поднималась на первый перевал через хребет Розтока (абсолютная высота 983 м), имеющий крутые подъем и спуск (уклон до 0,12). Второй — Вишкувский — перевал лежит в нескольких километрах южнее. Его высота 925 м, но относительный подъем не превышает 120 м. Спуск с главного хребта крутой, зигзагами в три витка, с уклоном до 0,15. За перевалом маршрут следует по долине реки Рика. Ширина долины в верхней части 200–300 м, местами достигает 800 м. Склоны крутые, достигающие 40–60 градусов.

Шоссе Долина — Густе имело гравийно-щебеночное покрытие. На протяжении маршрута было больше 40 мостов, из них 4 крупных. Реки при низких уровнях проходимы вброд. Грунты в поймах и на террасах рек северного склона супесчано-гравийные, неразмокающие. На южном склоне грунты преимущественно суглинистые, в результате чего грунтовые дороги труднопроходимы в распутицу. На склонах гор в большинстве случаев залегают супесчано- и суглинисто-щебеночные грунты и лишь местами встречаются глинистые грунты. Склоны гор на этом направлении покрыты густым лесом. Кроме основного шоссе на густенском направлении имелось несколько грунтовых дорог с севера, а на южных склонах Карпат по долине реки Теребля — параллельное шоссе.

Сигетское направление находится в южной части Восточных Карпат и соединяет через Яблоновский перевал города Надворная, Коломыя и Делятин с Раховом и Сигетом. Имевшаяся здесь шоссейная дорога на всем протяжении была покрыта щебнем. Маршрут проходил в сравнительно благоприятных условиях рельефа, несмотря на значительные абсолютные высоты и сильную расчлененность окружающих гор. Северо-восточная часть пути проходила вдоль реки Прут, где нет больших подъемов и спусков. Юго-западная — по долине реки Тисса в аналогичных условиях. Перевальный участок на 2–3 км с севера и юга покрыт густым хвойным лесом. Южный спуск с перевала, проходящий в глинистых сланцах, во многих местах был укреплен подпорными бетонными стенками. На маршруте имелось 80 мостов. Грунты вдоль дороги преимущественно суглинистые. Вне дорог в дождливое время местность для автотранспорта была труднопроходимой. На всем протяжении маршрута много лесов. Являясь хорошей маскировкой войск, леса в то же время создавали дополнительные трудности при преодолении гор. Обходные движения были возможны только для пехоты, так как, кроме вьючных троп, путей через главный перевал не было. Юго-восточнее Яблоновского перевала находится Татарский перевал. Через него проходила железная дорога, соединявшая Станислав и Коломыю с Раховом.

Чтобы иметь более полное представление о театре военных действий, следует учесть климатические условия в Восточных Карпатах в период боевых действий 4-го Украинского фронта. Наступление в Карпатах совпало с осенними месяцами — сентябрем и октябрем.

Сентябрь был наиболее благоприятным месяцем для развития боевых действий в Карпатах. Он характеризовался устойчивой теплой погодой во всем районе Восточных Карпат. Осадков было мало — за весь месяц только 9 дождливых дней; правда, туманных дней было значительно больше. Среднесуточная температура колебалась от 22,4 до 13,0 градусов тепла, лишь в отдельные дни эти колебания были более резкими — от 33 градусов тепла днем до 2,7 градуса мороза ночью. Ввиду незначительного количества осадков реки имели меженные уровни, а дороги находились в хорошем состоянии, обеспечивая движение всех видов транспорта.

В октябре резко увеличилось количество осадков. С 1 по 5 октября шли непрерывные дожди, с 6-го по 9-е преобладала малооблачная погода без дождей. Во второй и третьей декадах дожди шли периодически, в общей сложности в течение 10 дней. В октябре возросло число дней с туманами, и видимость резко ухудшилась. Грунтовые дороги стали труднопроходимыми и непроходимыми для автотранспорта, что значительно затрудняло боевую деятельность войск. Особенно сильно размокала почва на склонах гор и в лесах. Подпочвенные воды выступали на поверхность и чрезвычайно затрудняли движение боевой техники, транспорта и пехоты и почти полностью исключали возможность самоокапывания войск при наступлении.

Итак, Карпаты представляли собой весьма мощную и сложную систему естественных препятствий на путях продвижения наших войск. Возможности их преодоления были ограничены сравнительно небольшим числом перевалов и проходов, имеющих автомобильные, гужевые и железные дороги. Пехота со своим оружием вплоть до пулеметов и вьючных минометов могла преодолевать Карпаты почти по всем направлениям, по многочисленным вьючным и пешеходным тропам. Движение автотранспорта, танков и артиллерии было возможно только по шоссейным дорогам. По остальным дорогам движение этих родов войск могло быть лишь в сухое время. Средняя и легкая артиллерия на некоторых участках могла сопровождать боевые порядки пехоты и вне основных перевалов, преодолевая горные препятствия по грунтовым дорогам и пешеходным тропам с помощью пехоты и саперов. Условия проходимости по юго-западным отрогам Карпат значительно сложнее, так как здесь мало продольных и поперечных долин, а сами горы имеют крутые склоны и на всем протяжении покрыты лесами. Таким образом, по характеру рельефа Карпаты могли преодолеваться сравнительно небольшими массами войск (рота, батальон, в отдельных случаях полк), действующих на отдельных направлениях в тактическом взаимодействии друг с другом.

Густые высокие леса затрудняли ориентировку, особенно при движении по запутанным горным тропам или вне их, и требовали особой натренированности войск в хождении по азимуту как единственного способа, обеспечивающего точность движения. С другой стороны, вследствие обилия лесов в Карпатах создавались прекрасные условия для маскировки и удовлетворительные условия для размещения войск вне населенных пунктов.

Для действия войск в условиях горного театра Карпат требовалась всесторонняя и тщательная подготовка всего личного состава, боевой техники, вооружения, транспорта и средств связи. Очень важное значение приобретала разведка местности — горных дорог, перевалов, теснин, обходных путей, укрепленных районов и опорных пунктов противника. Необходима была подготовка подразделений и частей к самостоятельным действиям в течение продолжительного времени на отдельных, изолированных направлениях.

 

Глава первая

Впереди Карпаты

 

1

Обстановка к началу операции

Входе наступления, закончившегося в середине августа, войска 4-го Украинского фронта отбросили противника на линию Устрики-Дольны, Ясеница-Замкова, Коростув, Яремче, Красноильск. На этом рубеже к обороне перешли: 1-я гвардейская армия — командующий генерал-полковник А. А. Гречко, члены Военного совета генерал-майор К. П. Исаев и полковник Шевяков М. В., начальник штаба генерал-лейтенант А. Г. Батюня; 18-я армия — командующий генерал-лейтенант Е. П. Журавлев, члены Военного совета генерал-майоры С. Е. Колонин и Н. В. Ляпин, начальник штаба генерал-лейтенант Ф. П. Озеров — и 17-й гвардейский стрелковый корпус, которым командовал генерал-майор А. И. Гастилович.

В 1-ю гвардейскую армию входили: 18-й гвардейский стрелковый корпус — командир генерал-майор И. М. Афонин, 30-й стрелковый корпус под командованием генерал-майора Г. С. Лазько и 107-й стрелковый корпус под командованием генерал-лейтенанта Д. В. Гордеева — всего 9 стрелковых дивизий.

18-я армия состояла из двух стрелковых корпусов: 11-го под командованием генерал-майора И. Т. Замерцева и 95-го — генерал-майора И. И. Мельникова — всего 6 дивизий.

Четыре дивизии имел 17-й гвардейский корпус.

В состав фронта входила 8-я воздушная армия — командующий генерал-лейтенант авиации В. Н. Жданов, заместитель по политчасти генерал-майор авиации А. Г. Рытов, начальник штаба генерал-майор авиации В. И. Изотов. Армия состояла из 8-го штурмового авиационного корпуса, которым командовал генерал-лейтенант авиации В. В. Нанейшвили, и 10-го истребительного авиационного корпуса, которым командовал генерал-майор авиации М. М. Головня. В состав 8-й воздушной армии входили также 321-я бомбардировочная авиационная дивизия — командир полковник И. Г. Чук, 8-й разведывательный, 100-й корректировочно-разведывательный и 678-й транспортный авиационные полки.

Е. П. Журавлев

Кроме того, фронт получил на усиление четыре горновьючных минометных полка, два полка реактивной артиллерии, два гаубичных артиллерийских полка, одну зенитную артиллерийскую дивизию, шесть истребительно-противотанковых артиллерийских полков, одну штурмовую инженерно-саперную бригаду и два понтонных батальона .

По мере того как наши войска продвигались в предгорья Карпат, сопротивление гитлеровских войск усиливалось. Пересеченная местность способствовала подготовке сильной обороны на путях продвижения войск.

4-го Украинского фронта. И все же упорство, с каким вели наступление наши войска в исключительно тяжелых условиях, вынуждало противника в течение 6–12 августа медленно отходить к Карпатам. Однако дальнейшие попытки наших войск вести наступление в период с 12 по 15 августа не увенчались успехом. Соединения 4-го Украинского фронта остановились на достигнутом рубеже.

Конечно, не только выгодные условия для обороны противника явились причиной ослабления наступательной силы 4-го Украинского фронта. Перед этим войска, вошедшие в 4-й Украинский фронт, почти месяц вели борьбу с сильным противником, наступали по труднопроходимой местности и были значительно ослаблены. В ротах значительно уменьшился личный состав. Базы снабжения отстали от войск, пути подвоза растянулись. Отступавший противник разрушал мосты и дороги, на восстановление которых требовалось много времени. Это затрудняло нормальное снабжение войск всем необходимым для боя. Кроме того, войска еще не обладали достаточным опытом ведения боя в горно-лесистой местности (за исключением тех немногих соединений, которым довелось воевать на Кавказе и в Крыму). Все эти причины требовали передышки и тщательной подготовки войск к действиям в горных условиях. Наступление было приостановлено, войска фронта перешли к временной обороне.

Ставка Верховного Главнокомандования дополнительно усилила 4-й Украинский фронт, передав из своего резерва 3-й горнострелковый корпус, четыре горновьючных минометных полка, две танковые бригады, два самоходных артиллерийских полка и две горные инженерно-саперные бригады.

С прибытием новых соединений и частей была произведена частичная перегруппировка войск фронта. 3-й горнострелковый корпус под командованием генерал-майора А. Я. Веденина вошел в состав 18-й армии. Одна его дивизия вводится в первый эшелон в стыке между 95-м и 17-м гвардейским стрелковыми корпусами в направлении на Густе. Почти одновременно с этим 11-й стрелковый корпус из состава 18-й армии выводится в резерв фронта и сосредоточивается в районе западнее Дрогобыча. В резерв фронта была выведена и 237-я стрелковая дивизия генерал-майора Д. Ф. Дремина из состава 18-го гвардейского стрелкового корпуса, которая сосредоточилась в районах Ступница Польска и Лан Громяцки. 17-й гвардейский стрелковый корпус, находившийся на отдельном операционном направлении, оставался в непосредственном подчинении командующего фронтом. В состав корпуса входили дивизии: 2-я гвардейская воздушно-десантная — командир полковник С. М. Черный, 8-я стрелковая — командир генерал-майор А. С. Смирнов, с 27.9.44 г. полковник Н. С. Угрюмов, 138-я стрелковая — командир полковник В. Е. Васильев и 317-я стрелковая дивизия — командир полковник Н. Т. Жердиенко.

К началу наступления 4-го Украинского фронта в Карпатах войска соседа справа — 1-го Украинского фронта, как уже отмечалось, форсировали Вислу, создали на ее левом берегу мощный сандомирский плацдарм и вышли на линию Дембица, Санок, имея основное направление наступления на запад вдоль верхнего течения Вислы и северных склонов Западных Карпат.

Войска 2-го Украинского фронта совместно с войсками 3-го Украинского фронта разгромили крупную ясско-кишиневскую группировку противника и продолжали наступление на территории Румынии в обход Карпат с юга. 31 августа войска фронта вступили в Бухарест. Румыния вышла из войны на стороне Германии и обратила оружие против гитлеровцев. Продолжая дальнейшее наступление, соединения 2-го Украинского фронта в сентябре вышли к Дунаю у Турну-Северин. Затем, повернув фронт наступления к северо-западу и северу, преодолели Трансильванские Альпы и к 13 сентября вышли в район Брашов, Одархей, Сибиу, создав тем самым реальную угрозу выхода на Венгерскую равнину и обхода карпатской группировки врага, действовавшей против войск 4-го Украинского фронта, с юга.

Что же представляла собой группировка противника в Карпатах?

К 9 сентября 1944 г. 4-му Украинскому фронту противостояли 1-я танковая армия немцев, которой командовал генерал-полковник Хейнрици, и 1-я армия венгров. В их составе находились: 24-й танковый корпус, пять немецких дивизий (96, 168 и 254-я пехотные и 100-я и 101-я легкопехотные), семь венгерских пехотных (6, 7, 10, 13, 16, 24 и 27-я), две горнострелковые бригады венгров (1-я и 2-я), 11 отдельных батальонов, 3 артиллерийских полка РГК, 5 артиллерийских дивизионов РГК, батальон штурмовых орудий, 4 противотанковых артиллерийских дивизиона . В составе группировки противника насчитывалось около 106 тыс. человек, около 1790 орудий и минометов, до 25 танков и штурмовых орудий .

С. Е. Колонин

Силы противника распределялись по фронту неравномерно. Наиболее плотно был насыщен войсками его левый фланг, перед 1-й гвардейской армией. На этом участке из пяти немецких дивизий противник сосредоточил четыре дивизии (96, 168 и 254-я пехотные и 101-я легкопехотная) и две венгерские дивизии (6-я и 13-я пехотные). На направлении Ужгород и Густе находились венгерские соединения, усиленные частями 100-й легкопехотной дивизии немцев. Все вражеские соединения понесли большие потери в предыдущих боях с советскими войсками и имели значительный некомплект. Однако в течение августа и в начале сентября противник пополнил действующие части живой силой, преимущественно за счет выздоравливающих. В результате численность дивизий была доведена до 60 процентов штатного состава.

К началу наступления войск 4-го Украинского фронта противник имел в первой линии и в тактической глубине довольно крупные силы. В то же время сколько-нибудь значительных оперативных резервов у него не было.

Немецко-фашистское командование рассчитывало, используя систему параллельных хребтов Карпат, создать непреодолимую оборону на всех важнейших направлениях. Поэтому особое внимание уделялось созданию на этих направлениях сильных группировок. Все основные силы и средства выделялись в войска первой линии. На них и возлагалась главная задача — не допустить прорыва наших войск через Карпаты.

Они освобождали Закарпатье. Справа налево: А. А. Боруткин, A. А. Хренов, Ф. С. Бирюлин, Н. Д. Воронин, Ю. Н. Фундерак, Л. П. Карамзин, С. И. Саничев, B. И. Коробовский, Е. Ф. Голубев, C. Н. Козлов, Л. Г. Михеев

Здесь были партизаны

А. С. Егоров и А. Н. Асмолов (слева)

Плакат времен Словацкого национального восстания. Отпечатан в Зволене

Наступление в горах является одним из самых трудных видов боя. Максимально суженные и глубоко эшелонированные боевые порядки, растянутые тылы затрудняют, а подчас совершенно исключают маневр по фронту, усложняют организацию связи, взаимодействие и боевое обеспечение. Наличие мощных укреплений в узких долинах горных рек делает невозможными фронтальные атаки. Наступление, как правило, возможно только обходным маневром, без дорог, минуя укрепленные районы, через горные хребты, покрытые лесом.

Основу обороны Карпат составляли глубоко эшелонированные (до 60 км) укрепленные районы на направлениях возможного наступления наших войск, прикрытые в промежутках инженерными сооружениями полевого типа. Вероятными направлениями могли быть те немногочисленные горные переходы, по которым пролегали шоссейные и железные дороги. Перекрытие этих дорог делало труднодоступными Карпатские горы. Немецкое и венгерское командование надеялось, что советские войска окажутся не в состоянии пробить железо и бетон укрепленных районов, не смогут преодолеть горы, покрытые лесом, при отсутствии дорог. Обходные маневры наших войск противник, конечно, не исключал, но он ошибся в масштабах действий, на которые оказались способны советские войска.

К. П. Исаев

К началу нашего наступления общая система карпатских укреплений противника состояла из передового оборонительного рубежа, проходившего по северо-восточным скатам предгорий; ряда промежуточных оборонительных рубежей, созданных на наиболее важных операционных направлениях; системы основных укреплений по Главному Карпатскому хребту, составлявших главную оборонительную полосу врага в Карпатах.

Сбитый в июле — августе 1944 г. с оборонительного рубежа, проходившего по Днестру, противник перешел к обороне в северо-восточных предгорьях Карпатских гор и спешно начал усиливать свою оборону. В 30–40 км северо-восточнее Главного Карпатского хребта был создан оборонительный рубеж, передний край которого проходил по линии Ольховцы (2 км юго-восточнее Санок), Стрелки, Коростув, Яремче, Красноильск.

Передовой оборонительный рубеж состоял из системы отдельных опорных пунктов, которые были возведены прежде всего на направлениях возможных действий наших войск. Опорные пункты перекрывали все дороги, долины рек, выходы к населенным пунктам и проходы в глубину обороны противника. Численность таких пунктов зависела от местных географических условий и оперативно-тактического значения того или иного направления. Наиболее важные опорные пункты в последующем были превращены в узлы сопротивления, частично с круговой системой обороны и взаимной огневой связью.

Однако следует отметить, что противник не успел полностью завершить подготовку всех опорных пунктов в инженерном отношении. Многие из них были сравнительно слабо насыщены фортификационными сооружениями. Лишь на наиболее опасных участках ставились заграждения — проволочные и минные, устраивались лесные завалы, эскарпировались склоны. На обратных скатах высот противник оборудовал блиндажи, землянки, минометные окопы и артиллерийские позиции.

Промежутки между опорными пунктами, доходившие в среднем до 4 км, противник ничем не закрывал, ограничиваясь устройством засад и патрулированием. Эти промежутки находились под постоянным воздействием пулеметного, минометного и артиллерийского огня.

Между передовым оборонительным рубежом и главной полосой обороны противник создал несколько промежуточных рубежей вдоль рек, по скатам хребтов и отдельных высот. Участок против нашего правого фланга между городами Санок и Турка имел особенно большое количество промежуточных рубежей. Это объяснялось сравнительно большей доступностью местности в этом районе и развитой сетью дорог, облегчающих боевые действия войск.

Все промежуточные рубежи, проходившие по рекам и хребтам, представляли собой прерывистую оборонительную линию, состоящую из отдельных мелких опорных пунктов, оборудованных траншеями, стрелковыми окопами, а иногда и стрелковыми ячейками и пулеметными площадками. В некоторых местах промежутки между опорными пунктами заполнялись противотанковыми и противопехотными заграждениями, лесными завалами.

Главная полоса обороны противника против 4-го Украинского фронта была создана по государственной границе, вдоль Главного Карпатского хребта. Условия горной местности способствовали организации мощной обороны с развитой системой долговременных огневых фортификационных сооружений и противотанковых препятствий, усиленных сооружениями полевого типа. Все горные переходы, по которым могли двигаться войска, были перекрыты мощными узлами обороны. Наличие противотанковых препятствий в виде надолб, барьеров и шлагбаумов на дорогах, в поймах и руслах рек и на склонах примыкающих к дорогам гор, густое минирование подступов и пулеметно-артиллерийский огонь из долговременных сооружений делали укрепленные районы недоступными для атаки с фронта. Только путем обходных маневров можно было добиться прорыва так называемой оборонительной линии Арпада.

В полосе 4-го Украинского фронта на направлении Гуменне были возведены укрепления в основном полевого типа. Для прикрытия дорог Санок — Медзилабарце — Гуменне и Санок — Балигруд — Гуменне в глубине первой оборонительной полосы противник оборудовал полевые оборонительные рубежи и опорные пункты Яворник, Балигруд, Радошице, Цисна, Медзилабарце, Солинка, Руске, Горбок Чабине, Снина и ряд других опорных пунктов, перехватывающих дороги в узких местах. Во избежание обхода нашими войсками дороги Санок — Гуменне и использования рокадных дорог Ясьлиска — Медзилабарце и Стропков — Виш Радвань противник возвел вдоль этих дорог сплошные оборонительные позиции.

На этом направлении наиболее сильно был укреплен район Русского перевала. Главный узел обороны противник расположил на шоссе, проходившем через Русский перевал. Левый фланг этого узла обороны прикрывался почти отвесными скатами хребта Бескид, правый фланг защищался укреплениями на высотах 1046 и 1098 восточнее перевала. Узел обороны состоял из нескольких опорных пунктов, расположенных вдоль Русского перевала, и развитой системы огневых позиций артиллерии и минометов. Перед передним краем были установлены проволочные заграждения, устроены лесные завалы, отрыты противотанковые рвы, эскарпы, минированы все подступы, мосты и отдельные участки дорог. Интенсивный артиллерийско-минометный и пулеметный огонь, которым простреливалась вся впередилежащая местность, в сочетании с системой инженерных препятствий и заграждений полевого типа делали маловероятным штурм перевала с фронта.

А. Г. Батюня

Еще более сильно было укреплено ужгородское направление, так как оно закрывало выход к важному пункту Закарпатья городу Ужгород. Перед Ужокским перевалом противник создал мощный узел обороны. По переднему краю, проходившему по склонам высот вдоль государственной границы, были отрыты траншеи и стрелковые окопы, поставлена густая сеть проволочных заграждений. Перед передним краем возведены противотанковые препятствия в четыре ряда: линия эскарпа и противотанкового рва, линия лесного завала, линия минных полей и снова противотанковый ров. Мосты, отдельные участки дорог и железнодорожные тоннели противник подготовил к взрыву. Для лучшего обзора и обстрела перед передним краем были вырублены большие участки леса. За Ужокским перевалом вдоль шоссейной дороги на глубину до 40 км имелось шесть узлов обороны долговременного типа, закрывавших проходы по долине реки Уж. На этом направлении было построено около 30 дотов, 60 дзотов и большое количество открытых огневых позиций на подступах к Ужокскому перевалу.

Мукачевское направление противник считал также одним из основных, так как оно прикрывало другой крупный пункт Закарпатской Украины — Мукачево. Укрепления мукачевского направления, пролегавшего по двум горным переходам, состояли из двух сильных узлов обороны полевого типа на перевалах и шести узлов долговременной обороны, закрывавших проходы по долине реки Латорица, вдоль шоссейной и железной дорог. Дорога Сколе — Мукачево от границы до Мукачево была перекрыта восемью рядами противотанковых надолб, шестью рядами противотанковых рвов, эскарпов, лесных завалов и четырьмя полосами минных полей. Всего на этом направлении было построено 37 дзотов, 95 дотов и сотни открытых огневых позиций.

Густенское направление, проходившее по двум горным переходам — Вышкув, Густе и Синевирская Поляна, Солдобош, прикрывалось шестью узлами обороны за перевалами и узлом обороны полевого типа по государственной границе. Создавая густенские укрепления, противник надеялся перекрыть долины горных рек Рика и Теребля и не дать возможности выхода наших войск в направлении на Густе. От села Майдан до перевала 4 км южнее Волове долина была перекрыта одиннадцатью рядами надолб и многочисленными минными полосами. На этом направлении противник возвел 15 дзотов и свыше 40 дотов.

Левофланговое сигетское направление также было сильно укреплено противником. По горному переходу Кляузура Бертянка, Тячево противник построил три узла обороны в районе Устчорне, Брустура. По основному горному переходу Керешмезе, Сигет через Яблоновский перевал было возведено также три долговременных узла обороны, из них два узла большой мощности — южная окраина Керешмезе и северная окраина Рахова. В целом на направлении было построено около 200 дотов и дзотов и развитая система полевых укреплений.

Всего же на оборонительной линии Арпада только в границах 4-го Украинского фронта противником было построено 99 опорных пунктов, 759 долговременных железобетонных сооружений, 394 дерево-земляных сооружения, 439 открытых огневых площадок, 400 км траншей и стрелковых окопов, установлено противотанковых и противопехотных препятствий (рвов, эскарпов, завалов и т. д.) протяженностью 135 км.

При этом следует отметить, что полоса обороны противника в пределах главного хребта, имея глубоко эшелонированные мощные укрепления на основных направлениях, по фронту не являлась сплошной укрепленной линией. Считая, очевидно, линию главного хребта вне основных дорог недоступной для значительных масс войск, противник не укреплял заранее его промежутки. И только под воздействием наших войск, устремившихся к Карпатскому хребту на широком фронте, и прежде всего в обход укреплений на основных дорогах, противник вынужден был в спешном порядке, уже в ходе боев, возводить укрепления полевого типа и строить заграждения на отдельных промежуточных участках по главному хребту.

Таким образом, в Карпатах противник заблаговременно возвел только основную линию обороны в пределах главного хребта и по его юго-западным склонам на глубину до 50 км, представлявшую собой систему узлов сопротивления на главных направлениях. Эта линия обороны состояла в основном из мощных долговременных укреплений. Все остальные укрепления были построены перед началом операции и в ходе ее и носили характер укреплений полевого типа. Наиболее насыщенным огневыми средствами являлся рубеж, проходивший по переднему краю обороны противника и состоявший из отдельных опорных пунктов, а на важнейших направлениях — из узлов обороны полевого типа.

Слабой стороной обороны противника в Карпатах являлось отсутствие отсечных рубежей и значительные неукрепленные промежутки между основными направлениями по главному хребту. В этом сказались переоценка противником тактических свойств Карпат и недооценка маневренности наших войск, их способности преодолевать самые трудные горно-лесистые участки местности.

 

2

Планирование и подготовка наступления

Как уже говорилось, в середине августа войска 4-го Украинского фронта временно перешли к обороне. Наступившую оперативную паузу командиры, штабы и политорганы использовали для подготовки личного состава, вооружения, боевой техники и транспортных средств к решению новых наступательных задач в условиях горно-лесистой местности.

16 августа оперативными директивами штаба фронта армиям были поставлены задачи на наступление. В основу первоначального плана наступления была положена директива Ставки Верховного Главнокомандования от 30 июля 1944 г., требовавшая захвата перевалов через Карпатский хребет на направлениях Гуменне, Ужгород, Мукачево и последующего выхода в Венгерскую долину. Учитывая ограниченность сил и средств, которыми располагал фронт к этому времени, а также группировку противостоящего противника, командующий фронтом решил нанести два удара — в направлениях на Ужгород и Мукачево.

1-й гвардейской армии ставилась задача прорвать оборону противника на участке Поток Великий, (иск.) Стжилки (10–12 км юго-западнее Старого Самбора) и, развивая наступление в общем направлении на Ужок, выйти на рубеж Ужок, Либахора, Могошув. С этого рубежа армия должна была продолжить дальнейшее наступление с целью преодоления Главного Карпатского хребта. Прорыв должен был осуществляться силами одного стрелкового корпуса, наносившего главный удар в направлении Днестшик-Головецки, Волче, Яблонка Нижна с целью перехвата шоссе и железной дороги в районе Борыни и дальнейшего выхода на рубеж Бенева, станция Ужок. Резерв армии в составе не менее трех стрелковых дивизий намечалось ввести в прорыв по выходе корпуса на рубеж Днестшик-Головецки, ручей Рыпянка с задачей: нанося удар в направлении Турки, овладеть районом Мурованка, Турка, Слобода с последующим наступлением на юг вдоль реки Стрый в район Либахора, Высоцко Выжне, Могошув. Один стрелковый корпус во взаимодействии с ударной группой армии должен был наступать в направлении Исайе, Лосинец, Ильник с задачей выйти на рубеж реки Стрый на участке Слобода, Ильник.

Ф. П. Озеров

18-й армии была поставлена задача: наступая главными силами из района Сыновудзко Выжне, Бжаза, Поляница в направлении Либахора, Славско, Тухолька, овладеть районом Тухолька, Лавочне, Славско как исходным положением для последующего наступления с целью преодоления Главного Карпатского хребта. Перед главной группировкой армии были поставлены следующие задачи: ближайшая — прорвать оборону противника южнее Бжаза и овладеть районом Тухля, Либахора, Рожанка; последующая — прикрывшись на рубеже Тухолька, Славско, нанести удар на север в направлении Коростува и уничтожить противника в районе Коростув, Святослав, Гребенув. В результате такого сложного маневра 18-я армия овладевала важными дорогами Сколе — Тухолька и Сколе — Лавочне — необходимыми коммуникациями к последующему развитию наступления для захвата Верецких перевалов (Западного, Среднего и Восточного).

На остальном фронте части армии должны были удерживать занимаемые рубежи.

Как видно из задач, поставленных армиям, прорыв обороны противника в предгорьях Карпат намечался на двух смежных направлениях, связанных между собой и дающих в оперативной глубине достаточно широкий фронт проникновения через Главный Карпатский хребет. При этом прорыв переднего края обороны противника намечалось осуществить не по основным дорогам, которые были прикрыты более сильными укреплениями, а в обход их.

Готовность войск к началу наступления была установлена на 28 августа.

В соответствии с директивами штаба фронта армии разработали свои планы операции и приступили к перегруппировке войск. Однако 26 августа директивой Ставки операция была отложена. В тот день Ставка Верховного Главнокомандования передала командующему 4-м Украинским фронтом:

«В связи с изменением обстановки, вызванным успешным продвижением войск 2 и 3 Украинских фронтов, Верховный Главнокомандующий приказал войскам Вашего фронта перейти к жесткой обороне на занимаемых рубежах, создав сильные резервы.

Намеченную Вами операцию отложить и без разрешения Ставки не проводить» [42] .

Это решение вызывалось изменением обстановки в связи с успешным продвижением 2-го Украинского фронта в Румынии. Если раньше удар 4-го Украинского фронта на Ужгород, Мукачево должен был способствовать наступлению 2-го и 3-го Украинских фронтов и разгрому противника в Румынии и Венгрии, то теперь 2-й Украинский фронт сам мог помочь 4-му Украинскому фронту в преодолении Карпат.

Но вскоре Ставка Верховного Главнокомандования изменила и это решение, что было связано с начавшимся в конце августа Словацким национальным восстанием. Как уже отмечалось, идя навстречу просьбам руководства КПЧ и чехословацкого правительства, Советский Союз решил оказать немедленную помощь восставшим. С этой целью Ставка Верховного Главнокомандования приказала командующему 1-м Украинским фронтом срочно подготовить и провести наступательную операцию на левом крыле фронта из района Кросно, Санок на Прешов.

3 сентября командующий 1-м Украинским фронтом доложил в Ставку план проведения операции:

«Докладываю план операции для выхода на словацкую границу и соединения со словацкими частями и партизанами:

1. Операцию провести 38-й армией в составе шести стрелковых дивизии, усиленной 17-й артдивизией прорыва, двумя танковыми бригадами (70 танков), 1 гв. кк, двумя бригадами PC М-31, двумя полками PC М-13 и 1-м чехословацким корпусом.

2. Группировку создать в районе Пшибувка, Оджиконь, Мала Красна, Лютча, Бонарувка, Опарувка (5–15 км севернее и сев-зап. Кросно).

3. Прорвать оборону противника на участке (иск.) Непля, Оджиконь (8 км), нанести удар и развить наступление в направлении Поток, Дукля, Тылява, Прешов.

4. В первом эшелоне для прорыва обороны противника иметь четыре дивизии, во втором эшелоне две дивизии. Для развития наступления после прорыва оборонительной полосы противника с рубежа м. Змигруд Новы, м. Дукля ввести 1-й чехословацкий корпус, 1-й кав. корпус и две танковые бригады:

1-й кав. корпус в направлении Змигруд Новы, Зборов, Бардева и далее по обстановке или на запад в направлении ст. Любовня, или на юг на Прешов;

1-й чехословацкий корпус и две танковые бригады в направлении м. Дукля, Прешов.

5. С запада, по мере прорыва и развития наступления, на рубеже Шебне, Ясло, м. Осек, Смерековец, м. Тылич организовать оборону тремя стрелковыми дивизиями; на юго-восток овладеть Кросно и свертывать оборону противника до разгранлинии с 4-м Украинским фронтом.

6. 2-ю чехословацкую воздушно-десантную бригаду к началу операции, по обстановке, или выбросить на парашютах в районе севернее Стропков в расположение главных сил словацких дивизий, или посадить на аэродромах.

Для этой цели необходимо для трех рейсов 50 „дугласов“, которые прошу отпустить в мое распоряжение.

7. На третий день операции привлечь для наступления из района севернее Стропков 1-ю и 2-ю словацкие дивизии и партизан навстречу наступающим частям 38-й армии.

8. Для прорыва обороны противника будет создана артминометная плотность до 140 орудий и минометов (включая 82-мм минометы) на 1 км фронта с 2,0 боекомплекта боеприпасов.

9. Развитие операции по дням:

— 1-й день выйти на рубеж Ясло, Лайсце, Жегльце, Кросно;

— 2-й день — м. Осек, Змигруд Новы, Дукля, Рыманув;

— 3-й день — на словацкую границу и на 5-й день операции овладеть ст. Любовня, Прешов.

— Готовность операции — через пять суток.

— Имея в виду выгодность направления операции для последующего наступления 4-го Украинского фронта на Мишкольц — Будапешт, крайне необходимо привлечь к проведению операции и правый фланг 4-го Украинского фронта в составе хотя бы четырех дивизий из района Санок или же передать мне от 4-го Украинского фронта четыре стрелковые дивизии». [43]

В этот же день Ставка утвердила представленный план и, учитывая обстановку в Словакии, потребовала начать наступление 38-й армии не позднее 8 сентября. Одновременно она дала указание 4-му Украинскому фронту: «8 сентября организовать наступление правым флангом фронта из района Санок в направлении Команьча силами одного стрелкового корпуса с целью выйти на границу Словакии и соединиться со словацкими войсками и партизанами, ведущими борьбу против немецких захватчиков. Свои действия согласовывать с действиями 38-й армии 1-го Украинского фронта».

И. М. Афонин

В соответствии с указаниями Ставки 1-й гвардейской армии была поставлена командующим фронтом следующая задача: одним стрелковым корпусом, усиленным одной пушечной артиллерийской бригадой, двумя минометными полками, двумя истребительно-противотанковыми артиллерийскими полками, одним самоходно-артиллерийским полком и двумя полками PC, прорвать оборону противника на участке Санок, Загуж и, наступая в направлении м. Буковско, Команьча, к исходу второго дня операции выйти на рубеж Новотанец, Пшибышув, Щавне. В дальнейшем выйти на границу Словакии для соединения со словацкими войсками и партизанами. Готовность действий — с утра 8 сентября.

Остальными силами армия, сохраняя готовность к наступлению, должна была прочно удерживать занимаемый рубеж, вести боевую разведку противника и сковывать его силы. В соответствии с этой задачей основные усилия армии теперь переносились на ее правый фланг, где располагались кратчайшие пути выхода в Словакию.

Для выполнения этой задачи командующий 1-й гвардейской армией 6 сентября 1944 г. отдал боевой приказ:

«Перед правым крылом армии на участке Прусек, Струже Мале, Долина, Монастырец обороняются 96-я пехотная дивизия и 417-й пехотный полк 168-й пехотной дивизии противника. Его тактические резервы в районах м. Буковско — до пехотного полка, южнее Прусек — до пехотного батальона, Загуж — до пехотного батальона, Лиско — до пехотного батальона и 15 штурмовых орудий. Второй оборонительный рубеж подготовлен по линии м. Буковско, Чашин, Средня Весь и далее по реке Сан.

1-я гвардейская армия одним усиленным стрелковым корпусом прорывает оборону противника на участке Санок, Загуж и, наступая в направлении м. Буковско, Команьча, имеет задачу к исходу второго дня операции выйти на рубеж Вислок Дольны, Команьча, западный берег реки Ослава на участке Щавне, Загуж.

107-й стрелковый корпус (129-я гвардейская и 167-я стрелковая дивизии) с 24-й гвардейской пушечной артиллерийской бригадой, 805-м гаубичным артиллерийским полком, 130-м и 317-м гвардейским истребительно-противотанковыми артиллерийскими полками, 6-й инженерной бригадой (без одного батальона), танковой ротой 31-й отдельной гвардейской танковой бригады прорывают оборону противника на участке Пловце, пос. Ольховска.

Ближайшая задача — овладеть рубежом Победно, Збойска, Ратнавица, Морохув. В последующем, наступая в направлении м. Буковско, к исходу дня выйти на рубеж Новотанец, м. Буковско, Плонна, Кожушне и далее на западный берег реки Ослава. К исходу второго дня выйти на рубеж Вислок Дольны, Команьча.

Для обеспечения левого фланга от возможных контратак танков противника из направления Загуж в районе юго-восточнее окраины пос. Ольховска иметь 317-й гвардейский истребительно-противотанковый артиллерийский полк и 1511-й самоходно-артиллерийский полк. Одним усиленным стрелковым батальоном наступать из пос. Ольховска на Загуж.

Для обеспечения правого фланга на юго-западной окраине Санок иметь 130-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк. Одним усиленным стрелковым батальоном наступать в направлении Победно, Новотанец.

С началом атаки разрешаю использовать одну роту 31-й отдельной гвардейской танковой бригады и батарею 1511-го самоходно-артиллерийского полка непосредственно с пехотой. Иметь в виду ввод моего резерва — 31-ю отдельную гвардейскую танковую бригаду на правом фланге корпуса в направлении м. Буковско с выходом пехоты на южную опушку леса, что восточнее Прусек.

30-му стрелковому корпусу частью сил 276-й стрелковой дивизии нанести вспомогательный удар: одним стрелковым полком из района Загуж в общем направлении на Ольхова очистить от противника междуречье и к исходу дня выйти на рубеж г. Ошач. Одним стрелковым полком с утра второго дня наступать в направлении Янковцы, м. Лиско и овладеть м. Лиско. Остальными силами 276-й стрелковой дивизии продолжать оборонять занимаемый рубеж и вести боевую разведку противника.

30-ю и 141-ю стрелковые дивизии сосредоточить: в районе Тырава Волоска и лес юго-западнее — 141-ю стрелковую дивизию; Тростянец, Войткова — 30-ю стрелковую дивизию в готовности развивать наступление 107-го стрелкового корпуса, действуя в направлении Загуж, м. Балигруд.

18-му гвардейскому стрелковому корпусу с прежними частями усиления продолжать прочно оборонять занимаемый рубеж и вести разведку боем.

Армейский резерв:

а) 155-я стрелковая дивизия — в районе леса юго-восточнее Бяла Гура, быть в готовности к развитию прорыва 107-го стрелкового корпуса в направлении Пораж, Чашин и частью сил действовать на Загуж и м. Лиско для помощи частям 276-й стрелковой дивизии;

б) 4-му гвардейскому истребительно-противотанковому артиллерийскому полку — Лишна, быть готовым к выдвижению в направлении Ольховцы, пос. Ольховска;

в) 31-й отдельной танковой бригаде к утру 8 сентября выйти в исходный район северная окраина Саночек, быть в полной готовности к развитию прорыва в направлении м. Буковско;

г) инженерные части: 6-я горная инженерная бригада (без двух батальонов) — лес северо-восточнее Тырава Волоска в готовности к усовершенствованию маршрута 107-го стрелкового корпуса. 7-й мостостроительный батальон — Тырава Волоска о готовности к освоению маршрута Санок, Загуж, Щавне.

Артиллерия. Готовность — 18.00 7.9 1944 г. Продолжительность артподготовки — 50 минут.

Задачи:

1. Подавить и уничтожить огневую систему и живую силу противника на переднем крае на рубеже северная опушка леса южнее Пловце, Струже Мале, высота 343, северо-западная опушка леса севернее Загутынь.

2. Воспретить контратаки противника из направлений: Победно, Прусек, Небещаны, Пораж, Загуж.

3. Подавить артиллерийские и минометные батареи противника в районах: Збойска, Небещаны, Пораж, Загуж.

4. Не допустить подхода резервов противника из направлений: м. Буковско, Чашин, м. Лиско.

5. Гвардейским минометным частям — 5-й и 329-й гвардейские минометные полки — подавить узлы сопротивления в районах: северная опушка леса южнее Пловце, Струже Мале, Струже Бельке, высота 373, северная окраина Загутынь.

6. Обеспечить ввод 31-й отдельной гвардейской танковой бригады для развития прорыва в направлении Прусек, м. Буковско.

Авиация. С началом атаки пехоты:

а) нанести бомбовый удар по скоплениям противника п штабам в районах: м. Буковско, Небещаны, Пораж;

б) подавить пехоту и огневые средства противника на рубеже: безым. высота 1 км восточнее Прусек, г. Веха, высота 509 и северная опушка леса южнее Струже Вельке;

в) подавить артиллерию противника в районах: северо-западнее Небещаны, севернее Пораж, Загуж (южный), Велеполе, м. Лиско;

г) повторным вылетом подавить пехоту и огневые средства противника в районах: роща 1 км восточнее Збойска, Цыпрыхувка, высота 461, г. Высоки Дзял, высота 438 (южнее Пораж), западная окраина Загуж, западная опушка леса 1 км восточнее Загуж;

д) не допустить подхода танков и пехоты противника из районов м. Буковско, Команьча, м. Балигруд, Угерце;

е) воспрепятствовать отходу противника на м. Буковско, Загуж, Тырнава Гурна;

ж) над районом Марковце, м. Буковско, Загуж, м. Лиско иметь непрерывно в воздухе две группы самолетов (три-четыре самолета) для подавления выявляемых целей — батарей, наблюдаемых огневых точек и пехоты.

Инженерные войска. Задачи:

а) устройство проходов в своих минных нолях и заграждениях противника произвести в ночь на 7 и 8 сентября 1944 г.;

б) обеспечить прокладку колонных путей и улучшение существующих дорог для пропуска средств усиления и транспорта в глубине обороны противника. Маршруты: 1. Поселок Глинице, Саночек, м. Буковско, Воля Петрова, Вислок-Вельке, м. Буковско, Щавне. 2. Прусек, Небещаны, Морохув, Мокре, Высочаны, Горбки, Щавне, Команьча. 3. Санок, Загуж, Тырнава, Средне Вельке, Тырнава, Щавне;

в) по одному саперному батальону 6-й горной инженерной бригады придать 31-й отдельной гвардейской танковой бригаде и 24-й гвардейской пушечной артиллерийской бригаде.

Исходное положение для наступления войскам занять к 4.00 8.9.44 г. не далее 200–300 м от переднего края обороны противника.

Готовность к наступлению — 6.00 8.9.44 г.» [45] .

Г. С. Лазько

Для проведения всей операции отпускалось боеприпасов: мин 82-мм и 120-мм — 3 б/к, мин 107-мм — 2,5 б/к, полковых выстрелов — 2,5 б/к, дивизионных выстрелов — 2 б/к, 122-мм гаубичных — 1 б/к, 152-мм пушки-гаубицы — 1 б/к по числу привлекаемых стволов орудий и минометов. Для гвардейских минометных частей отпускалось к расходу по 4 полковых залпа М-13 на полк и 8 залпов М-8 на дивизион.

Авиационная поддержка 1-й гвардейской армии возлагалась на 224-ю штурмовую авиационную дивизию, которой командовал генерал-майор авиации М. В. Котельников, и на 3-й гвардейский истребительный авиационный полк 8-й воздушной армии. Кроме того, предполагалось, что 321-я бомбардировочная авиационная дивизия полковника И. Г. Чука частью сил также будет поддерживать наступление 1-й гвардейской армии. На первый день операции планировалось 298 самолето-вылетов.

Решение командующего 1-й гвардейской армией было утверждено Военным советом фронта. Для своевременного ввода в бой и развития наступления 141-ю стрелковую дивизию 30-го стрелкового корпуса и 155-ю стрелковую дивизию 107-го стрелкового корпуса было решено сосредоточить в район Тырава Сольна, Тырава Волоска, Распутье, то есть максимально придвинуть их к переднему краю. Это свидетельствовало о том, что при разработке частной операции силами одного стрелкового корпуса на правом фланге фронта уже с самого начала учитывалась возможность расширения операции вводом в действие новых сил.

Основная идея плана наступления 1-й гвардейской армии заключалась в том, чтобы прорвать оборону противника вначале силами одного правофлангового усиленного стрелкового корпуса на узком участке фронта, разгромить вражескую группировку в его главной полосе обороны, а затем, наращивая силу удара, последовательным вводом вторых эшелонов и резервов развивать успех в направлениях на м. Буковско, Команьча с целью захватить Радошицкий перевал и на Загуж, Балигруд, чтобы овладеть Русским перевалом и выйти на участке Радошице, Руске на польско-чехословацкую границу.

 

3

Подготовка войск к действиям в Карпатах

Одновременно с образованием 4-го Украинского фронта Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед ним основную оперативно-стратегическую задачу на ближайший период: разгромить противостоящего противника, овладеть перевалами на Главном Карпатском хребте и выйти на Венгерскую равнину с северо-востока. Войскам фронта, наступавшим до этого времени в условиях равнинной местности, предстояло с боями преодолеть огромнейший горный массив Восточных Карпат, действовать в необычайно сложных условиях горно-лесистой местности. В силу этого с переходом фронта в августе к временной обороне в предгорьях Карпат были приняты меры к соответствующей подготовке войск. В середине августа Военный совет разработал «Организационные указания по подготовке войск к действиям в горах» Вслед за этими организационными указаниями была подготовлена и издана «Инструкция войскам, действующим в горно-лесистой местности», которая представляла собой краткое изложение основных положений уставов, наставлений и руководств по боевым действиям в горах и была дополнена данными опыта, накопленного за время Великой Отечественной войны. В сжатой и простой форме в инструкции определялись особенности горного театра войны и давались указания по проведению боев в горах, действиям разных родов войск, материальному обеспечению и оснащению войск. В дополнение к общей инструкции штабами артиллерии, инженерных и бронетанковых войск были изданы указания по действиям в горах применительно к каждому роду войск: «Указания по действию артиллерии в горах», «Указания по действию танков в лесистых горах», «Указания по инженерному обеспечению боевых действий войск в лесистых горах».

27 августа Военный совет фронта издал специальную директиву по подготовке войск фронта к предстоящему наступлению в Карпатах. Директива требовала отработать практически на местности все вопросы наступательных действий применительно к конкретной оперативной обстановке и поставленным задачам, в том числе: а) проиграть на картах с командирами стрелковых батальонов, полков и частей усиления действия в глубине и развитие наступления до перевалов главного хребта; б) отработать практически на местности все вопросы взаимодействия пехоты с артиллерией, саперами и танками с целью добиться единства метода в использовании огня артиллерии и минометов при наступлении в горах; провести в каждой армии опытно-показные учения стрелкового батальона, усиленного и поддержанного артиллерией, минометами и саперами.

Военный совет фронта потребовал обучать все войска в составе подразделений от взвода до батальона со средствами усиления действиям по захвату высот днем и ночью, применяя как фронтальное наступление, так и обходы и охваты, движению по тропам и без дорог, лесистым ущельям, склонам и хребтам гор с преодолением крутых подъемов и т. п. Особое внимание при этом обращалось на подготовку личного состава к ориентированию в горно-лесистой местности, тренировку в ходьбе и беге с подъемом на вершины гор. В войсках был установлен порядок, по которому весь личный состав через день снимался с котлового довольствия и переводился на самостоятельное приготовление пищи в котелках и ведрах.

Д. В. Гордеев

Весь подготовительный период войска фронта усиленно осваивали горный театр и изучали особенности ведения боевых действий в горах. В соединениях и частях для офицеров читались лекции и доклады об особенностях войны в горных условиях. С генералами и офицерами были проведены групповые занятия на картах и местности на оперативно-тактическом фоне предстоящих задач частей и соединений. Занятия проводили: с командирами полков и батальонов — командиры дивизий, а с командирами рот и взводов — командиры полков. Основная тема занятий — наступление усиленных взвода, роты, батальона и полка на высоту с применением обходов и охватов. С командирами корпусов, дивизий и полков проигрывались предстоящие задачи лично командующим фронтом. На офицерских занятиях отрабатывались также вопросы ориентирования, работы с картой, умения ходить по азимуту в горно-лесистой местности.

При подготовке войск большое внимание уделялось самостоятельным действиям усиленной стрелковой роты и батальона в горах. В дивизиях были оборудованы показные опорные пункты на высотах по типу обороны противника. Через них последовательно пропускались все роты и батальоны стрелковых полков со средствами усиления. На занятиях отрабатывались варианты наступательного боя: наступление на вершину горы, наступление с применением обходного маневра, наступление вдоль хребта, наступление ночью. Соединения и части, расположенные во вторых эшелонах, занимались по 10–12 часов в сутки как днем, так и ночью; в отдельных случаях занятия проводились в виде непрерывных действий в течение 2–3 дней с отрывом от своих частей.

В боевой подготовке большое место занимали тренировочные занятия по преодолению лесных гор. Например, в частях 129-й гвардейской стрелковой дивизии с середины августа начались регулярные занятия по подготовке рядового, сержантского и офицерского состава к действиям в горах. Занятия проводились раздельно с рядовым и сержантским составом, командирами взводов, рот и батальонов. С командирами батальонов, например, была тщательно отработана тема «Наступление стрелкового батальона в горах», с командирами рот — «Наступление усиленной стрелковой роты в горах».

А. Я. Веденин

За период с 16 по 26 августа была пройдена 100-часовая программа боевой подготовки, составленная на основании «Организационных указаний» Военного совета армии. Главное в содержании занятий — подготовка к боям одиночного бойца, отделения, взвода, роты и батальона. Все занятия проходили на местности, в обстановке, максимально приближенной к боевой: устраивались длительные переходы в горах, проводились штурмы высот; особое внимание обращалось на действие мелких групп.

Для проведения учебных занятий в частях 242-й горнострелковой дивизии использовалось специально оборудованное учебное поле. 27–30 августа на учебном поле командир дивизии генерал-майор В. Б. Лисинов провел занятия частей на тему: «Наступление усиленного стрелкового батальона по захвату горного перевала». В занятиях участвовали командиры полков и батальонов, заместители по политчасти и руководящий офицерский состав штаба дивизии и частей.

6 сентября командир дивизии провел тренировочные показные учения с личным составом 1-го батальона 900-го горнострелкового полка на тему: «Марш стрелкового батальона в горно-лесистой местности и бой за овладение вершиной высоты».

В 128-й гвардейской горнострелковой дивизии действовал полигон, на котором была представлена вся боевая техника, а также вьючное хозяйство. На полигоне наглядно изучались способы вьючки и развьючивания материальной части тяжелого стрелкового и артиллерийского вооружения. Кроме того, миниатюрный полигон воспроизводил местность вероятного направления боевых действий войск. Это помогло офицерам лучше разобраться в особенностях рельефа Карпат.

А. С. Смирнов

Командование и политорганы соединений и частей проделали большую работу по подготовке разведподразделений для действий в горах. В 141-й стрелковой дивизии был проведен дивизионный слет разведчиков. На слете знатные разведчики поделились с молодыми воинами своим боевым опытом, рассказали о действиях в горно-лесистой местности.

Артиллерийские и танковые части наряду с изучением вопросов тактического использования артиллерии и танков в горно-лесистой местности, особенностей стрельбы в горах, разведки и выбора позиционных районов для артиллерии и маршрутов для танков большое внимание уделяли практической проверке проходимости и тренировкам по подъему артиллерии и танков на высоты. В артиллерийских полках одна из 76-мм батарей перевооружалась на 120-мм минометы. В некоторых дивизиях по одной батарее истребительно-противотанковых дивизионов было перевооружено на 107-мм минометы.

Одновременно с занятиями в дивизиях и полках проводились различные специальные сборы — разведчиков, наблюдателей-корректировщиков, проводников, снайперов, водителей, связистов, ездовых, механиков-водителей и других специалистов.

Во всех частях и соединениях 4-го Украинского фронта шла большая работа по всесторонней подготовке к действиям в горах средств связи, артиллерии, минометов, танков, транспорта.

В частях и соединениях 1-й гвардейской армии была проведена большая работа по переводу значительной части транспорта на вьюки. В некоторых частях полковая артиллерия получила горные орудия на конной тяге. Станковые пулеметы, ружья ПТР приспосабливались для перевозки на вьюках. В дивизиях было организовано изготовление вьючных седел, гвоздей, волокуш. Например, бойцы 330-го гвардейского стрелкового полка 129-й гвардейской стрелковой дивизии сделали 53 вьючных седла. При этом личный состав проявлял большую инициативу и изобретательность.

В артиллерийских частях этой же дивизии изготовляли блоки, лебедки, лямки, тормоза для орудий, т. е. все необходимое для передвижения пушек в горных условиях. Конский состав был заново перекован. В этой дивизии, как и во многих других, создавались специальные горновыочные роты.

Всесторонне готовились и специальные подразделения дивизий. В частности, в саперных подразделениях был подготовлен саперный инструмент — пилы, кирки, щупы, а также взрывчатый материал. С личным составом проводились усиленные занятия по разминированию местности в условиях гор, постройке мостов, разграждению лесных завалов и т. д.

Разведывательные подразделения снабжались компасами, веревками и кошками для восхождения на горы. Для стрелковых подразделений также были изготовлены кошки. Все личное снаряжение бойцов облегчалось и подгонялось для удобства действий в горах.

Особое внимание обращалось на организацию питания и доставку боеприпасов. Например, в 276-й стрелковой дивизии весь гужевой транспорт полков, спецподразделений и отдельная гужевая рота были переведены на вьюки. Санитарные роты получили достаточное количество волокуш. Автотранспорт оборудовался дополнительными тормозными устройствами, снабжался канатами, лопатами и другим инструментом. На изготовление предметов горного имущества мобилизовывались все войсковые мастерские и инженерно-саперные части. В результате войска своими силами в течение 1–1,5 месяца изготовили до 70 процентов горного снаряжения и имущества. Это были упрощенные конструкции вьюков, приспособление обыкновенных седел для навьючивания мин, специальные вьюки для перевозки мин, кошки упрощенного типа, лебедки и вороты для втаскивания орудий на крутые горы тракторами или вручную.

Части обеспечивались индивидуальным горным снаряжением, вьючными кухнями, термосами, ведрами. Особое внимание уделялось обеспечению стрелковых рот, которые в среднем имели по 3–4 вьючные лошади, одной вьючной кухне или по нескольку термосов и ведер для варки пищи. Ротные повозки приспосабливались для движения по горным дорогам и тропам.

Все боевые обозы частей переводились на вьюки, волокуши. Благодаря этому вьючный обоз стрелкового полка мог поднять пулеметы, минометы, 1 б/к боеприпасов и 1 суточную дачу продовольствия.

Подготовка тыла и материально-технического обеспечения войск 4-го Украинского фронта к действиям в Карпатах (начальник тыла фронта генерал-лейтенант И. М. Логинов) проводилась на основе «Организационных указаний по подготовке войск к действиям в горах». Тыловым учреждениям фронта и армий необходимо было в кратчайший срок решить следующие задачи: приблизить армейские базы, тыловые части и учреждения к боевым порядкам войск, создать головные отделения армейских складов, накопить и разместить необходимые запасы материальных средств с учетом развития боевых действий войск по отдельным разобщенным направлениям, подготовить автомобильный гужевой транспорт к использованию в лесистых горах, сформировать комбинированный горновьючный и гужевой транспорт, приблизить к линии фронта медико-санитарные учреждения и оборудовать дополнительные пункты обогрева и питания раненых и больных, изготовить подручное горное снаряжение и имущество, построить новые и отремонтировать существующие дороги и мосты.

Особо важное значение приобретало обеспечение войск путями подвоза. К началу Восточно-Карпатской операции, т. е. к 9 сентября 1944 г., 4-й Украинский фронт был обеспечен необходимым подвозом по железной дороге. Труднее осуществлялся подвоз по грунту, особенно для 1-й гвардейской армии, головные отделения складов которой были удалены от выгрузочной станции до 100 км. С восстановлением к 19 сентября железнодорожного участка Ходоров — Стрый и к 1 октября железнодорожных участков Стрый — Дрогобыч — Самбор — Хыров, Львов — Самбор и Хыров — Добромиль — Перемышль перевозка грузов по грунту несколько сократилась.

Подвоз материальных средств от фронтовых баз снабжения до фронтовых складов, армейских баз и их отделений осуществлялся автотранспортом резерва фронта, состоявшим из автотранспортного полка — 700 машин, отдельного автотранспортного наливного батальона — 140 машин и отдельного автотранспортного батальона (нештатного) в количестве 150 машин. Основные армейские транспортные средства состояли из двух автотранспортных батальонов в каждой армии, которые осуществляли подвоз материальных средств в отделения армейских складов и к допам.

Подвоз материальных средств в войсковом звене, где состояние путей не позволяло использовать автомашины, осуществлялся вьючно-гужевым транспортом. К началу сентябрьского наступления в каждой армии были сформированы по три нештатные гужевые транспортные роты, а в каждой дивизии по одной роте. Кроме перечисленных средств вьючно-гужевого транспорта имелся фронтовой резерв в количестве 12 отдельных рот, которые придавались стрелковым дивизиям в основном для подвоза грузов в войсковом тылу. Обозы стрелковых батальонов в целях обеспечения их самостоятельности при отрыве от полка были увеличены до 15 вьючных лошадей.

В подготовительный период к наступлению в войсках и на складах были созданы следующие запасы: боеприпасов — от 1,5 до 3,5 б/к; горюче-смазочных материалов — от 2 до 5 заправок; продовольствия — 27 сутодач (7 сутодач в войсках — из них 3 составляли горный паек, 5 сутодач в армейских складах и 15 сутодач на фронтовых складах).

Большую работу в период подготовки войск 4-го Украинского фронта к наступлению в Карпатах проделали инженерные войска (начальник инженерных войск фронта генерал-майор инженерных войск З. И. Колесников, начальник штаба полковник Б. В. Баданин). Важное значение в этой связи приобретало изучение местности.

Во время подготовки наступления в тылу противника действовали группы инженерной разведки из состава разведподразделений инженерных частей. Всего в 4-м Украинском фронте в тылу противника действовало 34 группы инженерной разведки. Эти группы в общей сложности прошли более 1200 км по тылам врага, собрали ценные сведения о его укреплениях и системе заграждений на основных перевальных маршрутах, а также данные о состоянии дорожной сети противника.

На основе данных разведки и аэрофотосъемки были подготовлены карты заграждений и обороны противника по направлениям, изучены горные перевалы, намечены наиболее доступные пути по бездорожью, в обход долговременных укреплений.

Основная масса инженерных сил направлялась на обеспечение войск дорогами и колонными путями. Для быстрого оборудования путей подвоза на каждом операционном направлении создавались армейские (иногда корпусные) дорожно-восстановительные отряды. На каждый маршрут назначался старший инженерный начальник. Он руководил работой частей, входивших в состав отряда, и одновременно являлся ответственным офицером за пропуск войск по маршруту.

Перед частями 8-й воздушной армии встала задача — детально изучить Карпаты как театр военных действий. В прошлом частям армии приходилось вести боевые действия в небе над полями Дона, Северного Кавказа, Украины, где местность но представляла особых трудностей для действий всех родов войск. Условия боевых действий авиации в горах существенно отличались от боевых действий в равнинной местности. Они характеризовались тремя основными факторами: рельефом местности, неустойчивой погодой и слаборазвитой аэродромной сетью.

Горный рельеф местности ограничивал возможность применения авиации на малых высотах, стеснял ее маневр, значительно усложнял отыскание цели и ведение воздушной разведки. Боевая деятельность авиации в горных условиях требовала от летного состава высокой подготовки, особенно в области техники пилотирования.

Д. Ф. Дремин

Неустойчивая погода в Карпатах требовала от авиационных командиров и их штабов тщательного анализа метеообстановки перед каждым боевым вылетом. Весь летный состав обязан был наблюдать за состоянием погоды во время полета. Одновременно проводилась специальная разведка погоды. Все данные поступали в штаб 8-й воздушной армии, где они немедленно изучались, обобщались, а выводы доводились до авиационных частей и соединений.

В полосе 4-го Украинского фронта аэродромная сеть была развита слабо по причине сильнопересеченной местности. Поэтому приходилось изыскивать и строить новые аэродромы, чтобы приблизить базирование авиации к действовавшим наземным войскам.

К 1 сентября было подготовлено несколько аэроузлов. На эти аэроузлы и были сосредоточены части 8-й воздушной армии. Аэроузлы располагались в центре полосы фронта, что давало возможность поддерживать наземные войска на всех участках. С другой стороны, такое расположение аэроузлов ограничивало возможность длительного нахождения штурмовиков и истребителей в районе боевых действий на крайних точках флангов. В дальнейшем эта задача была решена посадкой на более близкий к району боевых действий перемышльский аэроузел нескольких частей, непосредственно поддерживавших наступление правого крыла 1-й гвардейской армии.

Активно проводилась в войсках партийно-политическая работа. Основное внимание обращалось на оказание помощи командованию в подготовке личного состава к боевым действиям в условиях горно-лесистой местности.

Войска фронта получали пополнение из областей Западной Украины, еще в начале войны оккупированных фашистскими захватчиками. Большая часть призывников никогда не служила в армии, многие еще не освободились от влияния антисоветской пропаганды. Это потребовало от политорганов и партполитаппарата частей усиления партийно-политической работы, правильной расстановки партийных и комсомольских сил.

Политорганы успешно решали новые задачи. Так, вся деятельность политотдела 1-й гвардейской армии направлялась на всемерное улучшение партийно-политической работы в войсках в целях успешного решения поставленной задачи — подготовить войска к боевым действиям в Карпатах. 23 августа политотдел армии провел совещание начальников политорганов соединений, заместителей командиров отдельных частей. На совещании речь шла о выполнении указаний Военного совета и политуправления фронта по вопросам: материальное обеспечение войск для действий в горах; партполитработа по подготовке войск к действиям в новых условиях; подготовка к приведению к присяге личного состава, прибывшего на пополнение в армию; политическая работа среди местного населения; состояние и рост первичных парторганизаций. В заключение начальник политотдела армии полковник В. Г. Сорокин выступил с докладом «О военно-политической обстановке на территории Западной Украины и задачах политической работы».

В части были направлены работники политотдела армии. Так, например, в конце августа в частях 107-го стрелкового корпуса работала группа во главе с инспектором майором М. Г. Гращенко, в 18-м гвардейском стрелковом корпусе — группа во главе с инспектором майором Н. В. Дрожкиным, в 30-м стрелковом корпусе — группа во главе с инспектором майором П. В. Чистяковым. Большое внимание при этом уделялось разъяснению всему личному составу, и особенно бойцам нового пополнения, советского военного законодательства. К этому привлекались работники прокуратуры и военного трибунала.

В период подготовки к боям большую помощь командованию оказывали партийные и комсомольские организации. Во всех частях армии состоялись собрания партийного актива и собрания первичных парторганизаций с вопросом «О задачах коммунистов в политическом обеспечении боевых действий в горных условиях». Предстоящие боевые задачи обсуждались и на комсомольских собраниях.

При политотделах корпусов и дивизий были проведены семинары агитпропколлективов, на которых изучались следующие вопросы: своеобразие военно-политической обстановки на территории Западной Украины и задачи политической работы; особенности боевых действий в горно-лесистой местности; обстановка в Чехословакии и дружба советского и чехословацкого народов; Венгрия и ее военно-политическое положение. По этим же вопросам в частях проводились семинары агитаторов подразделений, а с рядовым и сержантским составом — беседы и доклады.

Некоторые части 1-й гвардейской армии ранее участвовали в боевых действиях на Кавказе и в Крыму. Командиры, партийные и комсомольские работники этих частей знакомили молодых солдат с историей и боевыми традициями полков и дивизий, устраивали встречи с бывалыми воинами, делились с партийным активом опытом проведения партийно-политической работы в войсках, действовавших в горах.

Особенно большое распространение это получило в частях 129-й гвардейской стрелковой дивизии. Например, 14 августа на совещании партполитаппарата выступили гвардии майор Савкин и гвардии капитан Поночевный, которые рассказали о формах и методах партполитработы во время боев в горах Кавказа, о том, как проводилась партийная работа в мелких группах, о роли и задачах боевого актива в ходе боевых действий в условиях горной местности.

На собраниях первичных парторганизаций выступали коммунисты — участники боев на Кавказе. Например, на партийном собрании в 330-м гвардейском стрелковом полку выступили опытные воины Курамшин, Попович, Краевский. Они рассказали об особенностях боев в горах, о партийной работе в боевых группах. На партийном собрании в 1-м батальоне 325-го гвардейского стрелкового полка выступил коммунист Крыс — участник боев в Карпатах в 1914–1915 гг. Он поделился своим опытом и рассказал о характере боевых действий в Карпатах.

На собрании боевого актива 327-го гвардейского горнострелкового полка 128-й гвардейской горнострелковой дивизии был внесен целый ряд ценных предложений. Гвардии старший сержант Абакумов предложил изготовить горные вьюки из подручного материала. Для перевозки грузов бойцы предложили переделать повозки на двуколки. В полку за короткое время было изготовлено 20 двуколок и другое снаряжение, необходимое в горах. В этом же полку проводились сборы вьюковожатых и тренировка вьючных лошадей.

Политорганы, партийные и комсомольские организации уделяли большое внимание воспитанию личного состава в духе ненависти к немецко-фашистским захватчикам. Для этого использовались факты злодеяний фашистов и различные материалы о поведении гитлеровцев на временно оккупированной ими территории.

Особое место в работе политорганов и партийных организаций в период подготовки к боям занимали партийно-организационные вопросы. Была проведена большая работа по восстановлению и укреплению партийных и комсомольских организаций, подготовке кадров парторгов. В результате к началу наступательных боев в большинстве подразделений действовали полнокровные партийные организации.

Укрепление парторганизаций подразделений передовой линии шло, во-первых, за счет приема в партию отличившихся в боях воинов и, во-вторых, за счет перевода коммунистов из тыловых частей и подразделений. Из тылов 1-й гвардейской армии было переведено 103 члена и кандидата партии. Из тылов фронта в части армии прибыло 194 коммуниста. Кроме того, многие коммунисты из тыловых подразделений частей и соединений переводились в стрелковые подразделения.

Политорганы и партийные организации путем проведения семинаров и оказания практической помощи в подразделениях готовили секретарей ротных и первичных парторганизаций к работе в условиях наступательных боев в горах.

Перед началом наступления в частях армии проводились митинги личного состава, посвященные успехам Красной Армии и выполнению предстоящих боевых задач. На митингах выступали командиры и начальники политотделов соединений, командиры частей и подразделений, сержанты и рядовые бойцы. Они призывали весь личный состав к решительным действиям в бою, к быстрейшему разгрому врага.

Деятельная подготовка войск к наступлению через Карпаты проводилась политорганами 18-й армии, начальником политотдела которой был полковник Л. И. Брежнев.

16 августа при полевом управлении армии состоялось совещание командиров соединений, начальников политорганов, командующих артиллерией, начальников отделов штаба и отделений политотдела армии, работников тыла армии. Совещание проводили командующий фронтом генерал-полковник И. Е. Петров и член Военного совета фронта генерал-полковник Л. З. Мехлис.

На совещании были подведены итоги прошедших боев, а также даны исчерпывающие указания о подготовке войск к наступлению в Карпатах. 18 августа во все соединения были направлены работники политотдела армии, которые оказывали практическую помощь политорганам.

Большое внимание уделялось укреплению ротных и первичных партийных и комсомольских организаций. Помимо парторгов во всех подразделениях, где позволяло число коммунистов, были назначены заместители парторгов, а при политических отделах создан резерв парторгов из 7–10 человек.

Политический отдел армии принимал меры к укреплению звена партполитработников. В августе в части было направлено 25 заместителей командиров батальонов и дивизионов по политчасти и 29 парторгов первичных парторганизаций. А общее количество посланных за этот месяц в части политработников составило 99 человек.

С самого начала подготовки к Восточно-Карпатской операции политотдел 18-й армии стремился всесторонне подготовить партийных и комсомольских работников всех степеней к работе с личным составом в горных условиях. В частях и при политотделе армии состоялось 10 армейских семинаров, на которых в течение 2–3 дней прошло подготовку 430 человек. Помимо общеполитических докладов на семинарах обсуждались вопросы об особенностях боев в горно-лесистой местности и задачи политического и воинского воспитания личного состава в новых условиях боевой обстановки.

Особое внимание обращалось на обучение парторгов рот и их заместителей. Многие из них впервые были выдвинуты на эту работу и поэтому не имели практического опыта. Для их подготовки широко использовались личные беседы, проводились сборы, семинары и другие мероприятия, которые явились хорошей школой, позволившей подготовить партийные кадры к решению серьезных задач в условиях горной войны.

Большая работа проводилась политотделом армии с рядовыми коммунистами и комсомольцами, партийным и комсомольским активом. В августе во всех первичных партийных и комсомольских организациях состоялись собрания с повесткой дня: «Об особенностях боевых действий в горах и задачах партийной (комсомольской) организации». В большинстве дивизий были проведены дивизионные и полковые собрания партийного актива. Все это нацелило коммунистов и комсомольцев на выполнение конкретных задач, повысило их активность в политической подготовке войск к предстоящей операции.

Учитывая опыт агитационно-пропагандистской работы во время битвы за Кавказ, политотделы армий большое внимание уделили деятельности агитколлективов. Такие коллективы были созданы при политотделе каждого корпуса — в составе 9–11 человек, при политотделах армий — 20 человек. К работе в агитколлективах привлекались не только политработники, но и наиболее подготовленные штабные и строевые офицеры.

В связи с тем что из Западной Украины в части прибывало много людей, владеющих только украинским языком, политорганы подбирали коммунистов, хорошо владеющих украинским языком, для агитационной работы с новым пополнением.

Члены агитколлективов широко использовались для инструктажа низовых агитаторов. Этой категории агитаторов уделялось особое внимание, так как основная тяжесть повседневной агитационной работы ложилась именно на агитаторов подразделений. В ходе подготовки к операции низовыми агитаторами проводились беседы: «Действия мелких групп автоматчиков в горно-лесистой местности», «Как ориентироваться в горах», «О суворовских чудо-богатырях», «Граната и автомат — незаменимое оружие в горах», «Режим марша в горах», «Помощь товарищу в горно-лесистой местности» и другие.

Наряду с агитационно-пропагандистской работой в частях организовывались политические занятия всего рядового и сержантского состава по тематике политуправления фронта. Ими были охвачены тысячи воинов как передовой линии, так и тыла. В роли политгрупповодов выступали командиры взводов и рот, офицеры полков и батальонов.

Н. Т. Жердиенко

В политической и военной подготовке личного состава к боевым действиям в горах большую роль сыграли фронтовые, армейские и дивизионные газеты. Из номера в номер газеты освещали на своих страницах ход подготовки к предстоящей операции, разъясняли личному составу особенности боев в горно-лесистой местности.

Таким образом, несмотря на сравнительно короткий срок, выделенный для подготовки к операции, все необходимые мероприятия были выполнены. Войска основательно ознакомились с предстоящим театром боевых действий и получили тренировку для действий в горно-лесистой местности. Большинство транспортных средств было приспособлено к действиям в горных условиях. Многогранная партийно-политическая работа, проведенная командирами всех степеней, политорганами, политработниками частей и подразделений, партийными и комсомольскими организациями, подготовила личный состав фронта в политическом и военном отношении, вселила в воинов уверенность в успешном выполнении труднейшей задачи разгрома врага в Карпатах.

Как уже отмечалось, к началу наступления в Карпатах, т. е. к