19 Сентября 1941 года. Кабинет Сталина.

Мехлис повернулся к Ворошилову – но ты то, один из преданнейших его соратников должен понимать, что этот испанец – просто агент мировой буржуазии, подосланный к товарищу Сталину с явно враждебными намерениями.

Что МЫ о нем знаем!? – НИЧЕГО!!!

Появился неизвестно откуда. Явно не испанец, но никто не знает его настоящего имени и фамилии. Сразу оказался под ласковой рукой этого кавказского провокатора Берии. Постоянно около него какая-то скрытая, непонятная возня.

Летает по всей стране на собственном самолете. Нет, ну ты представляешь – собственный самолет, прямо как у товарища Сталина.

Климент, ошарашенный таким натиском, попробовал возразить – Ну, у товарища Сталина серьезная машина – приятно полетать, а там – старый СБ, с переоборудованным в купе бомбоотсеком, с одной лежанкой и двумя седушками.

Мехлис его немедленно перебил – А ты знаешь, что эта машина числится в кремлевском резерве как борт номер два. Ты уверен, что эта машина, на самом деле, представляет из себя всего лишь старый СБ.

У меня другие сведения.

И эти непонятные уральские городки, где полно иностранцев и куда никого не пускают.

… Ну чего ты шумишь. Ну, был я в таком городке. Хороший городок, чистый и кормят вкусно – нас туда возили в гостиницу, когда Рокоссовский нам свою новую технику и бойцов специальных подразделений демонстрировал.

Вот видишь – даже тебе всего не сказали!!

И внушительно помолчав, понизив голос, добавил.

А ты знаешь, что в этих городках НЭП!?

Да, да – самый настоящий НЭП. Это точные сведения.

И скажи, кого там и от кого охраняет этот зэк, Рокоссовский со своими бандитами!?

Нет, ты мне скажи – вот, сколько твоих бойцов нужно, что бы справится с одним рокоссовцем!?

Ну, вот видишь – молчишь!!

Ворошилов, который не желая больше говорить на эту скользкую тему и не зная как вежливо избавится от назойливого собеседника, уныло протянул – Ну понимаешь, оно бы конечно нужно с Кобой о нем поговорить.

Да ты понимаешь, он сейчас сложными переговорами с немцами, поляками и разными там югославами занят. Не хотелось бы надоедать.

О!!! Ты сам видишь – он его на переговоры с немцами подталкивает!

Какие к черту переговоры – их бить надо, а у нас что!? У нас на фронте то банный день, то техническая инспекция! Спит фронт!!

Стыдно сказать – немецкие военнопленные без конвоя ходят!

… Ну, не все же без конвоя – эсесманы под строгачем. Шаг влево, шаг вправо …. !

Да тех вообще уже давно расстрелять нужно было, а Германию бомбить, бомбить, бом ….

Сталин раздраженно снял наушники и выключил воспроизведение. Прав Геста – родине нужны герои, а пизда рождает мудаков …

Генсек перемотал назад кассету и раздраженно нажал «стирание».

Дурак – Лаврентий. Возможно старательный, но – дурак. А, может быть, и не только – старательный!? Начал свою игру!? Посмотрим, пока еще рано судить. Но, все равно дурак.

Нельзя, без крайней необходимости, делать со своими такие вещи, как эта запись. У людей должно быть свое собственное, личное жизненное пространство, которое они считают недоступным для других. Пусть даже это будет и пространство кухни.

Загонишь в угол – получишь совершенно непредсказуемый результат: сильный может сломаться и превратиться в растение, а слабый, не взирая ни на какие последствия, броситься и перегрызть тебе горло…

Да и самому предельно тяжело такие вещи слышать.

Помощнички!!

Один, свой от мозга до костей, рубаха парень – стал наркомом, но так и не смог подняться выше уровня механика железнодорожных мастерских; второй честнейший человек, надежнейший исполнитель – но так и не поднялся выше уровня конторщика, да еще и с каждым годом становится все более и более подозрительным и мнительным, все чаще его приходится проверять и придерживать.

Заменить!? Кем?

Теми, кого сейчас пытается подготовить Геста с помощью «института» мастеров наставников!?

Когда они еще будут!?

Да и что делать тогда со своими, с теми, с которыми прошел через тюрьмы, ссылки и анархию революции!?

Перед глазами пошли лица остальных людей ближнего круга.

…..

Микоян – хитрый маленький армянин. Всегда услужливый и сговорчивый. Всегда имеет свое мнение, но и всегда занимает уклончивую позицию и никогда не пойдет против мнения большинства или вышестоящего, даже если он с ним не согласен.

Каганович – типичный местечковый еврей: упертый, ограниченный и подозрительный. Да удобен, да иногда очень полезен своей упертостью – но боже мой как тяжело выслушивать это его вечное: «…вредители..»; «…вредительство..»; «…заговор ..»; «…вредители и враги народа..». Выслушивать ладно, а что делать, когда он в вечном поиске «… врагов народа …» уничтожает крайне нужных людей и наносит ущерб общему делу!?

Буденый – братишка Буденый, как говорят в народе. Хороший человек – честный, надежный, проверенный большевик. Вот только «братишек» вокруг него собралось слишком много и каждый тянет его в «единственно верном» направлении.

Вышинский – этого поляка знаю еще с бакинской тюрьмы. Умница, один из немногих образованных людей в руководстве страны, великолепный юрист и гос-обвинитель – и полностью, как то незаметно, сломавшийся человек. Человек, который живет в вечном страхе быть репрессированным, угодливо смотрит всем окружающим в лицо и, одновременно, в спину ненавидящим взглядом. Старателен – но весь секрет его старательности в желании выжить любой ценой.

Тимошенко – честнейший и храбрейший человек, но, к сожалению, и не более того!

Кулаки вождя сжались – неужели Геста, со всеми своими Паркинсонами и Питерами, прав и все это неизбежно должно сопутствовать власти и любой бюрократии!?

«… Каждый стремится и достигает своего уровня некомпетентности и затем становится балластом для системы…» – Гадость какая!

А я сам? На каком уровне!?

Легко сказать – «… не строить жесткие властные связи в обществе а управлять направлениями в котором эти связи должны образовываться …» – бред какой.

Для такого нужно иметь моделирующие устройства и людей, которые с ними могут работать, даже более высокого уровня, чем имелись в реальности Гесты.

Или не бред!?

Гонке вооружений мы не дадим развиться – просто будем давить любыми средствами желающих поиграться в эту игру; если пройдет тот вариант рубля, как всемирной валюты, который предлагает Геста – в средствах мы ограничены не будем; техника – технический задел нам Геста дал не такой уж и маленький – как минимум шестьдесят – семьдесят лет фору!!??

Черт его знает!? Можно и попробовать.

19 Сентября 1941 года. Спецотдел Абвера. Кабинет генерала-майора Лахузена.

Канарис задумчиво прошелся по кабинету своего заместителя – значит выяснить какого рода задания были даны Отто (Скорцени) ты не смог!?

Место выполнения задания тоже!?

Лахузен пожал плечами – личное распоряжение Гитлера, я не мог ничего сделать.

…. Да, я понимаю, более того, группа Отто – не единственное подразделение, которое отозвали для выполнения особых заданий нашего дорогого фюрера.

Складывается очень интересная ситуация – рейхсканцлер полностью отошел от партийных и военных дел, мечтательно прогуливается со своим протеже по «орлиному гнезду» и увлеченно занимается подготовкой к партийному съезду в Нюрнберге; наш дорогой Гейдрих полностью замещает его в руководстве партии и, судя по всему, чувствует себя первым лицом государства, ну, по крайней мере, около того; генерал-губернатор Томас официально назначен приемником рейхсканцлера, в случае неспособности первого лица государства выполнять свои обязанности и, одновременно с этим, сотни лучших людей, отозванные из различных подразделений и структур, выполняют специальные задания Фюрера, в режиме максимальной секретности и срочности.

Ты знаешь, такой странной и совершенно секретной активности Гитлер не проявлял даже в «ночь длинных ножей».

Скажи, ну хоть что-то в связи с этой активностью удалось выяснить?

Генерал пожал плечами – практически ничего. Ты сам знаешь, вся деятельность фюрера за последнее время, кроме этой, однозначно показывает, что он полностью отошел от дел.

Адмирал внимательно на него посмотрел – и ты этому веришь.

… Конечно, нет. Слишком серьезные люди и громадные средства задействованы по команде нюхающего цветочки вБерхтесгадене Гитлера.

Более того, подтвердилась информация о переводе значительной части партийных средств из Дойче банка в неизвестном направление.

Большие средства!? И, в какой валюте!?

… Вот здесь, то же, очень интересно – переводились в основном, ценные бумаги небольших, серьезных фирм, не связанных с Германией или деятельностью НСДАП. Так же было отправлено в неизвестном направлении, специальной субмариной, несколько небольших несгораемых и, судя по всему, герметичных сейфов. Субмарина на военную базу не вернулась. Вопросов или беспокойства это не вызвало.

Канарис сел в кресло напротив своего заместителя и задумчиво повторил – Субмарина на базу не вернулась….!?

Скажи Эрвин, ты тщательно отслеживаешь всех двойников фюрера, не хотелось бы попасться на пустышку. Если вся эта кадриль задумана что бы противодействовать подготавливаемой нами смене власти и мы попадемся в эту ловушку – ты ведь знаешь – в гестапо, оставшиеся в живых, будут завидовать мертвым!

… Пытаюсь и, что самое интересное – нет ни малейшего противодействия, но, вот, когда я сую свой нос в подготовку съезда и в работу этих непонятных команд, меня сразу начинают плотно опекать.

Причем не только меня – Гитлер дистанцирует от подготовки к съезду и свое партийное окружение.

Когда Геринг попытался возмутиться, что у него забрали 400 зенитных прожекторов и оголили всю противовоздушную оборону страны, его сразу же поставили на место и фюрер, судя по всему, был изрядно разъярен.

400 зенитных прожекторов!? Зачем?

….. Идея этого придурковатого архитектора (Шпеера) с восторгом поддержанная Гитлером. Все поле стадиона будет окружено столбами света, направленных вверх прожекторов. Для них даже на его личные деньги сделали специальные лафеты, которыми можно управлять на расстоянии. Только электрогенераторов, вместе с резервными, для такой иллюминации затребовали общей мощностью более десяти тысячи киловатт – средний город можно обеспечить.

Шпеер носится с выпученными глазами по полю стадиона и визжит, что для правильного эстетического и психологического эффекта требуется выдержать указанные им положения прожекторов до миллиметра – театр абсурда.

Канарис кивнул, соглашаясь – Да, действительно театр абсурда, но ведь он что-то прикрывает за своими кулисами!! Подводные лодки куда-то уплывают!? Команды, подобранные из лучших людей, над чем-то работают!?

Ладно, скажи, что у тебя по работе в зоне русского влияния и на оккупированных нами территориях?

… Там тоже театр абсурда, но уже военный. Русские не ведут войну а, скорее, демонстрируют насколько они сильнее нас. Надо сказать, что особенно на фоне полного нежелания вермахта воевать, это им вполне удается.

В целом война выглядит как тактические учения с элементами кровопролития.

Есть слухи, что дошло уже до совместных попоек немецких и советских офицеров.

Но, это не самое анекдотичное – в нашей ближнем тылу русские террор группы, совместно с нашей полевой жандармерией, зачищают бандитствующих польских националистов, причем и русские и немцы делают вид, что друг друга не видят.

Более того, мы тоже несколько раз получали от русских служб наводки на английских агентов и, затем, по неформальным каналам передавали им результаты допросов.

Да, странная война – в которой офицеры генерального штаба заняты обсуждением в кулуарах допустимых уступок на переговорах и предполагаемыми преференциями больше, чем планированием военных операций.

…. Ну, господин адмирал – война, все-таки, идет. Например, в Померании наши панцерваффе применили новые тяжелые танки.

Ну и с каким результатом!?

…. Русские тоже применили новинку – управляемые противотанковые ракеты.

Канарис рассмеялся – дальше можешь не продолжать, сейчас обе стороны заняты вдумчивым анализом применения нового оружия и его влиянием на методы ведения современной войны.

Потом посерьезнел и добавил – Ладно, пусть РККА и Вермахт развлекаются со своими железками, фокусы нашего обожаемого фюрера тоже оставим на потом. Сегодняшняя наша главная задача понять и спрогнозировать то, что происходит на полях реальной войны.

Лахузен устало откинулся на спинку кресла – хорошо хоть эта война идет вдали от границ Германии. Люди устали и надеются, хотя бы несколько десятилетий, прожить без страха потерять последний кусок хлеба; единственного сына или получить вражескую бомбу в собственный дом.

… Я бы не был так категоричен. Ты просто жестко ориентирован на русско-немецкий конфликт и не видишь, какие гигантские силы вовлечены в противостояние.

Я получил дополнительные материалы от фон Ритгена, (директор Германского информационного бюро ) полученные им от его внештатного корреспондента Рихарда Зорге. Подтвердилась информация об усилении контактов между Советами и Японией.

Ну, это естественно, сейчас только слепому не видно, что Германия и Россия приходят к каким-то договоренностям и Япония хочет так же максимально четко обозначить свое место в послевоенном мире.

… Если бы это Эрвин было бы так просто!

Мы смогли получить информацию о том, что Японская военная делегация, в ходе своего визита, не просто ознакомилась с состоянием дел на русско-германском фронте, но и была допущена в святая святых русской армии – тренировочные лагеря, где русские войска специального назначения проходят подготовку на самую современную военную технику, включая и такую, которая на фронт поступает только в самом исключительном случае, как ответ на попытку наших военных, сказать свое «веское» слово.

Начальник спецотдела два пожал плечами – не вижу здесь интереса русских. Ты уверен, что эта информация достоверна? Нам хорошо известно, что этот токийский корреспондент ДНБ продает свою информацию направо и налево, лишь бы платили.

…. Ну и что, каждый зарабатывает на жизнь как может. У нас уже была возможность убедиться, что его информация вполне добротна. Тем более, что информацию о посещении японской делегации русских лагерей мы получили по другим каналам.

А интерес русских!?

Русские сейчас в предельно жестком клинче, как с Янки, так и с Томми. И поверь моему опыту, в отличие от европейской линии фронта, война там не ведется по джентльменским правилам и не заканчивается совместными попойками.

Предположим, Томми они нейтрализуют с нашей помощью – у нас найдется достаточно горячих голов среди военных, которым захочется оправдаться за не слишком удачную войну на восточном фронте.

Да что далеко ходить, представь нашу пустынную лисицу (Роммеля), которому достались все ресурсы вермахта, да в придачу к немецким тяжелым танкам, русские противотанковые управляемые ракеты!?

Оба рассмеялись и Канарис продолжил – с Янки не так все просто: слишком далеко от России и слишком много у Советов на том континенте высокоценной собственности.

Если они начнут открытую войну – все это будет немедленно конфисковано и начнет работать против них самих. Кроме того, не мешает учитывать патриотический фактор даже для янки – вся работа Коминтерна по перехвату влияния на американском континенте в случае открытой войны будет дезавуалирована.

Иначе произойдет в результате медленно нарастающего конфликта за тихоокеанские сферы влияния между Японией и США.

Насчет Японии не знаю, но Сталин своего явно не упустит – не тот человек.

Лахузен с сомнением покачал головой – США и Япония – слишком разные весовые категории. У Японии, по докладам того же Зорге, даже просто топливного резерва только на шесть месяцев войны.

… Сейчас да, а если у них будет полная, пусть и скрытая, поддержка Русских!?

Мой дорогой Эрвин, с помощью этой войны за доминирования на Тихом океана Советы привяжут к себе японцев на долгие годы, а, потом, у них может найтись кое что и по существенней нефтяной цистерны, что бы обеспечить их лояльность.

Что ты имеешь в виду!?

Канарис ссутулился и махнул рукой – Так, не обращай внимания, некоторые неприятные предположения.

19 Сентября 1941 года. Штат Нью-Йорк. Имение семьи Рузвельт. Гайд-Парк на реке Гудзон.

Возбужденный Гопкинс не вошел, а ворвался в кабинет Рузвельта – В Луизане начались ожидаемые нами события и нужно осуществить подготовку к перемещению туда войск и начинать газетную компанию.

Я отдал соответственные распоряжения.

Рузвельт устало откинулся на подголовник инвалидной коляски и мрачно произнес – Отмени.

… Не понял!?

Все же было обговорено и подготовлено – сразу после начала выступления в Новом Орлеане туда будут введены войска и мы начнем разгром клана семьи Лонг и их социалистических пособников.

Я не успел сообщить тебе, но нами локализированы месторасположения всех штаб квартир, как этой семейки, так и Социалистической Партии.

Специальные группы рейнджеров займутся их ликвидацией.

На фоне подготовленного нами перерастания организованных выступлений в неуправляемый бунт черни, со всеми его прелестями, этого никто не заметит. С коммунистическим движением и его лидерами в Америке будет покончено раз и навсегда.

Рузвельт меланхолично произнес – Уже заметили и, подкатив кресло к столу, взял с него и протянул собеседнику несколько патефонных пластинок из серебристого металла.

Прослушай.

Гопкинс взял протянутое и недоуменно повертел в руках.

Что это такое!?

…. А это мой дорогой Гаррри выдержки из записей всех наших с тобой разговоров на эту тему и твоих совещаний с нашими друзьями.

По совокупности, нам всем может быть предъявлено обвинение в организации заговора против Американского Народа и Конституции Америки.

Это, как минимум, электрический стул.

Но я тебя обрадую, нас не казнят – нас и всех наших близких просто линчуют, если эти записи получат огласку.

Но как!?

… Как, как – очень просто!

Пока мы строили гигантские планы и хихикали над глупым, глупым противником, кто-то, опекающий этого глупого противника, расположил во всех, я еще раз повторяю, что бы ты все понял, во всех местах, где мы имели неосторожность вести на эту тему разговоры между собой и с исполнителями, записывающие устройства.

Твои переговоры с представителями кланов: Астора; Рокфеллера младшего и Фордов на фоне, как ты выразился – «… белых барашек прибоя… « – так же записаны.

В тебе погиб поэт, Гарри.

Но это невозможно – большую часть наших разговоров мы вели просто за столиками под тентами частного пляжа.

…. Значит, возможно.

Гарри, такие записи не могут быть выполнены одним лицом или группой лиц. Социалистическим болтунам такие операции вообще не по силам.

За такими акциями может стоять только мощный государственный аппарат.

Тебе уточнить какого государства?

Более того, одновременно с пластинками я получил вполне деловое предложение о передачи мной и всеми участвующими лицами деловых бумаг и доверенностей на все активы нашего совместного предприятия с друзьями из Германии в ЮАР.

От таких щедрых предложений не отказываются.

Я думаю Гарри, что мы, в свое время, зря не послушались ненавязчивого совета этого, как ты выразился, примитивного мужика, русского посла и не сменили партийную принадлежность на более разумную.

Франклин! Но это грабеж с большой дороги! Они просто не посмеют.

Нет, ну не обратятся же они открыто в прессу и заявят, что вели слежку за Президентом страны и другими уважаемыми людьми, а появление в желтой прессе таких распечаток мы просто опровергнем встречными обвинениями.

…. Гарри, ты как всегда наивен – они, именно, обратятся в открытую.

Причем, я уверен, что у них в рукаве есть еще, немало, серьезных козырей.

Посмотри на бумагу, которая приложена к пластинкам.

Ну и что в ней такого таково – просто краткая опись содержания!?

….. Ты не туда смотришь – в правом верхнем углу.

Какая-то печать – щит с двумя мечами и надпись на незнакомом мне языке!?

….. Язык, Гарри – русский. А надпись!? Я попросил перевести, не показывая содержания – «спец архив НКВД».

Они что, по ошибке отправили нам оригинал!?

Рузвельт грустно улыбнулся – ты меня разочаровываешь. Я глубоко сомневаюсь, что в московских архивах НКВД описи содержания делаются на английском языке.

Нам просто добавили по второй щеке, что бы больше не подставлялись.

Гопкинс, осел в кресло и мрачно спросил – а когда по первой, и кто вообще доставил это письмо?

… А вот это первая пощечина – доставил их из советского консульства обычный почтовый курьер и попросил расписаться, причем проверил мои документы.

Наглые мерзавцы!

Может быть удастся хоть что-то спасти – в эту траханую ЮАР вложены такие деньги!? Я немедленно свяжусь с нашими партнерами.

Рузвельт поморщился – попробуй, но я не уверен, что тебе не ответит какой ни будь комиссар.

И учти, что условия после этого могут стать еще жестче.

… Они поставили какие-то условия!? Что-то пообещали за передачу этих документов!?

В том то и дело что нет.

С нами поступили как с несостоятельными квартиросъемщиками – предложили вывернуть карманы и выметываться.

И сделать мы пока ничего не можем.

19 Сентября 1941 года. Даунинг-Стрит. Кабинет первого лорда казначейства.

Такие большие потери вашей службы в немецкой зоне действия – Черчилль задумчиво побарабанил пальцами по столику – скажите Филби, вы хорошо знали этих людей?

… Нет, это в основном старая гвардия, тесно связанная с «польским правительством», большую часть из них привлек к работе еще Мензис и я с ними почти не контактировал.

По моему, их польские партнеры слишком вызывающе себя вели, вот немцы и принялись за них всерьез.

Ни одной армии в мире не понравится, когда у нее в тылу, на захваченных территориях, начнут в открытую заниматься грабежами и насилиями националистические банды.

Вообще, надо отдать немцам должное – очень профессионально работают.

Не только уничтожили большую часть этих «польских повстанцев» и, стравливая русских с поляками, распустили слухи, что они уничтожены советскими «террор группами», но и Гебельс устроил из всего этого мощное пропагандистское шоу.

Лейтмотив пропаганды – «… Вот что произойдет с несчастной Польшей, если к власти к ней придут лондонские холуи …».

В кинотеатрах, перед показами художественных фильмов, прошли очень профессионально снятые леденящие душу кадры об изнасилованных женщинах, бьющихся в истериках, около убитых мужей и отцов, и то, как русские расправились с этими бандитами; кадры допросов интеллигентными немецкими следователями наших резидентов, контролировавших и снабжавших оружием эти отряды, тоже не забыты.

В общем, назревает серьезный международный скандал, в котором мы выставлены не в лучшем свете.

Хозяин кабинета задумчиво посопел – это и вправду действия русских «террор групп»!?

Руководитель управления СОЕ (Управление Специальных Операций ) пожал плечами – не вижу причины, зачем русским проводить такие операции в немецком тылу. Кроме того, фильмы сняты явно или в момент проведения операций или сразу после их завершения – если принимать версию немцев, получается что русские «террор группы» действуют совместно с немецкой жандармерией.

Как то это у меня в голове не очень складывается.

Хотя, в свете возможного будущего сговора Советов и Германии, ничего исключить нельзя.

Черчилль задумчиво покачал головой – Нет, шито белыми нитками. Что бы принять это, надо признать уже совершенный факт сговора, но бои еще идут и достаточно напряженные.

Наш агент на заводах Порше передал, что из под Данцига (Померания) привезли тяжелые немецкие танки, подбитые каким то новым русским оружием.

Эти танки могут представлять опасность для наших войск в Африке? – озабоченно спросил Филби.

…. Трудно сказать, я дам вам посмотреть полученные материалы, мне интересно ваше профессиональное мнение по этому вопросу.

Проводив Филби, Чарчилль некоторое время постоял, тяжело опершись на трость, около окна, смотря на утреннюю суету Даунинг-стрит.

Политическая ситуация для Англии складывалась не лучшим образом и в таком развитие событий во многом была вина ее ненадежных и жадных союзников по антигитлеровской коалиции.

Последние доклады с Африканского континента были очень настораживающие.

Когда Черчилль говорил Филби, что сговор между Германией и коммунистами еще не свершившийся факт, он кривил душой и сам это отлично понимал – сговор уже был, пусть пока еще на неформальном уровне, но его нужно было признать свершившимся фактом. А военные действия!? Что ж – шло уточнение приоритетов и обе стороны вяло поигрывали мускулами, оказывая моральное давление друг на друга, с целью добиться переговорного преимущества.

Более чем показательным фактом такого развития событий были два мутных потока захлестывающие владения Британской Империи на Африканском континенте и в Палестине, по обе стороны Суэцкого канала.

Красный – через Ирак и Сирию и коричневый – через Либию и Египет.

Советы вступали во владения территориями, переданными им Британией в обмен на стратегические поставки, попутно захватывая все, что плохо лежит, а немцы просто гоняли британские войска по пустыне, постепенно сбрасывая их в Красное море.

И те и другие даже не пытались скрывать своих намерений и явно не считали нужным держать свои дивизии на восточном фронте, как предполагали британские политики.

Американские союзники, которые ранее просто отодвинули английское командование в начале своей операции, рассчитывая, используя численное преимущество перед войсками Роммеля, поживиться чужой собственностью, теперь, когда немецкая лисица получила полноценное снабжение и свежие дивизии, спешно эвакуировали свои войска, бросая технику и снаряжение.

На попытку английского командования получить если на помощь, то хотя бы американскую технику и материалы, даже не было дано ответа – Великий Американский Принцип – каждый сам за себя.

Что ж – с Либией и Египтом придется распрощаться. Слишком не равные силы и противник имеет слишком большой опыт владения колониями.

А вот сделать так, что бы под ногами русских горела земля – это вполне достижимая задача. Им не справиться с управлением землями, в которых пересекаются интересы нескольких десятков стран, религий и сотен племен.

Кое что в этом направлении уже сделано – британские эмиссары установили контакты с сионистскими лидерами Бен Гурионом и Жеботинским, дав им гарантии для организации еврейского государства в Палестине.

Не одним же британцам иметь вечную головную боль от террористов сиона.

Пусть русские так же поймут, какая сложная и деликатная задача быть колониальной империей.

В свете таких ближайших задач было особенно важно, используя европейские националистические группировки, не дать коммунистам сосредоточиться на ближневосточных проблемах.

Пожар межнационального конфликта в Евразии должен полыхать непрерывно. Именно поэтому работа, выполняемая Филби и собираемая его людьми информация, были предельно важны.

Средиземноморский регион – это более менее понятно.

Сложнее обстояло дело на юге Африки.

Американский союзник, выкинутый немцами на севере Африки, пользуясь временной слабостью Британского Льва увлеченно, совместно с теми же немцами, подгребал под себя богатства юга Африки, действуя на исконно британских территориях как на своем ранчо.

Вот с этим нельзя было поделать ничего. Оставалось только бессильно глядеть, как в руки бывшего союзника уплывали богатства континента.

В связи с этим возникал вопрос – что важнее для существования Британии: создать для Русских максимальные трудности в Иране, Ираке и Палестине и ничего при этом не получить кроме морального удовлетворения или попытаться обратить их внимание на юг континента, использовать все более и более нарастающий конфликт между ними и администрацией Рузвельта, и стравить в борьбе за сферы влияния этих двух молодых шакалов, выступив грамотным посредником.

А может быть удастся и первое, и второе, и даже неизвестное третье!?

Нет, действиям службы Филби, при любом развитие событий, нужно дать максимальный приоритет. Ни Германия, ни тем более Россия не должны иметь возможность сосредотачиваться только на одной задаче.