На минуту Заку показалось, что дети были правы. Она выглядела как Белоснежка: длинные черные волосы, белая кожа, тонкие черты лица, не говоря уж о белом платье. Девушка как будто сошла со страниц книги сказок, которую он только что читал детям. Они каждый вечер просили его читать одну и ту же книгу – с тех пор как три дня назад его брат уехал и оставил на него этот сумасшедший дом.

Но кто бы она ни была, откуда бы ни пришла, ей нужна была помощь. Он взял ее на руки, крикнул детям, чтобы они закрыли дверь, принесли одеяло, грелку, чистые полотенца и поискали какую-нибудь теплую одежду. Возбужденные появлением Белоснежки, дети толкались около него и не слушались его приказаний.

Наконец они разбежались по дому, оставив его одного с незнакомкой на руках. Ее голова лежала у него на плече, мокрое платье облепило ее тело. Зак вдруг почувствовал незнакомую до сих пор потребность защищать. Ему попадались женщины, которые привыкли сами о себе заботиться и не нуждались в его помощи. Они не падали в обморок и вряд ли вот так запросто появились бы в доме незнакомца в белом платье с большим вырезом, которое с трудом подходило для ранней зимы в Сьерре.

Зак осторожно положил незнакомку на диван и достал из кармана мобильный телефон. Прежде чем уехать, его брат ввел в память его мобильного телефон педиатра. Уж врач-то наверняка скажет ему, что делать в таком случае.

Через несколько минут его соединили с медсестрой.

– Вы говорите, что она была на улице, но не была одета по погоде? – переспросила его медсестра.

– Все, что на ней надето, – это белое платье. Мокрое белое платье.

– Скорее всего, у нее переохлаждение. Вы должны как можно скорее снять с нее мокрую одежду.

Зак замялся.

– Есть небольшая проблема: она в обмороке.

– Немедленно снимите с нее мокрое платье!

– Но я ее даже не знаю…

– Немедленно!

– Хорошо, хорошо! Сейчас сниму. Подождите, не кладите трубку.

Зак положил трубку на тумбочку и начал неуклюже расстегивать маленькие пуговички, тянувшиеся сзади от шеи до самой талии. Наконец ему удалось справиться с пуговицами, и он начал осторожно снимать прилипшее платье. Зак чуть не задохнулся, когда увидел ее белую грудь, только наполовину прикрытую кружевным бюстгальтером. Сняв с девушки платье и бросив его на стул, он увидел, что на ней белоснежные кружевные трусики. Это очень дорогое белье. И очень сексуальное. Куда она направлялась в таком белье и в свадебном платье? Ответ был очевиден: она ехала на свадьбу. На свою свадьбу.

Он снял с нее мокрые туфли, кинул их на пол, взял плед, завернул в него незнакомку и снова взял телефон.

– Я снял с нее платье и завернул ее в плед. Что теперь? Что я должен делать?

– Вы должны проверить, не заикается ли она, не бормочет ли что-нибудь.

– Как? – воскликнул Зак. – Она же в обмороке.

– Так, хорошо. А какая у нее кожа? Белая и холодная?

– Да, холодная и белая, как китайский фарфор.

– И последнее: послушайте ее дыхание. Если она дышит медленно, это не очень хороший признак. Давайте так: послушайте ее дыхание, измерьте ей температуру и перезвоните мне. Если температура тела будет ниже тридцати пяти градусов, вам следует позвонить 911.

Сердце Зака упало. Беда! 911. Он отключил связь, побежал в ванную, нашел термометр в аптечке.

Где же запропастились эти дети? Он уже успел поговорить с медсестрой, найти термометр, а их все не было. Он слышал их крики, их шаги наверху, слышал, как они бегали по лестнице вверх-вниз. Зак не сомневался, что их больше интересовала необычная ситуация, чем его приказы. Самого Зака уже ничто не могло взволновать или испугать с тех пор, как он приехал сюда несколько дней назад и остался присматривать за детьми. Господи, прошло всего несколько дней, а ему казалось – целая вечность.

Зак встряхнул термометр и аккуратно просунул его женщине между губ под язык. Ее веки затрепетали, но она не пришла в сознание.

Ну где же эти несносные дети! Целый день они не оставляли его одного ни на минуту. А сейчас, когда так нужны ему, словно исчезли.

Он склонил голову над лицом женщины. Ее дыхание было медленным, но не слишком. Оно было ровным и совпадало с его. А так как Заку было всего тридцать три года, и он был в отличной форме, это было хорошим знаком.

– Лили, Мэри-Энн, Брендан, Майкл, Джек, Дженни, Милли, – позвал он. – Где вы? Быстро сюда!

Наконец они прибежали, как он и приказывал, с одеялом, полотенцем, стаканом воды, грелкой, большим шерстяным свитером и спортивными штанами с начесом.

– Она очнулась?

Милли нагнулась к ней, от нетерпения переминаясь с одной ноги на другую.

– Она жива? – спросила Мэри-Энн.

Она стояла у дивана и задумчиво грызла ноготь.

– Конечно, она жива! – заверил их Зак.

– А она останется с нами? – спросил Джек, с надеждой глядя на Зака.

Он очень скучал по Дорин и боялся, что она не вернется. Но разве можно было обвинять его в недоверии после бесчисленных приемных семей, которые сменил этот мальчик, пока его не усыновили Эл и Дорин?

Останется ли она? Зак вздохнул. Только этого ему и не хватало! Чтобы странная, загадочная женщина, которая возникла на пороге дома будто из ниоткуда, осталась с ними. К тому же он был уверен, что, как только очнется, она захочет отправиться туда, куда должна была ехать.

– А она почитает нам сказку? – спросила Дженни, размахивая перед Заком книжкой с картинками.

Как будто он недостаточно читал им!

Ему казалось, что с тех пор, как он приехал, он беспрерывно читал детям сказки. И не только про Белоснежку, но и про паровозик, про принцесс и троллей, про злых ведьм.

– А можно нам пойти на улицу и поиграть в снежки? – спросил пятилетний Майкл.

Он был самым маленьким, но и самым активным из детей. Он ни минуты не мог усидеть на одном месте, постоянно куда-то бежал, прыгал, падал, кувыркался. Зак представить себе не мог, как жена его брата справлялась со всей этой оравой. Правда, некоторые из них ходили в школу, да и Эл вечерами и в выходные бывал дома. Но все же, как им удавалось сохранять хотя бы видимость порядка в доме? Он бы не справился. Да и вряд ли он когда-нибудь попытается. Он был убежденным холостяком.

Зак велел Лили закутать ноги Белоснежки одеялом, которое девочка принесла. Сам он осторожно приподнял голову девушки и велел Дженни обмотать полотенцем мокрые волосы их гостьи.

Девочки затихли. Вытаращив глаза, они уставились на спящую женщину. Он видел восхищение, с каким они смотрели на нее. Даже мальчишки, и те притихли. Зак поразился – с самого своего приезда он старался сделать так, чтобы они угомонились хоть на минуту. А эта незнакомка одним лишь своим видом погрузила весь дом в тишину.

Зак вынул термометр изо рта Белоснежки и поднес его к лампе. Тридцать шесть градусов. Он вздохнул с облегчением.

– Она заболела? – спросил Брендан и наморщил лоб.

Он сам за свою короткую жизнь болел несчетное число раз. Иногда его даже клали в больницу. Но Эл и Дорин выходили его. Брендан был худеньким, но теперь выглядел здоровым. И это не удивительно – с той любовью и заботой, которыми Эл и его жена окружили его и всех остальных детей.

– Я думаю, она просто устала, – объяснил Зак.

– И замерзла, – сказала Дженни, трогая руку Белоснежки.

– Не трогай ее! – предупредила ее Лили.

Она была старшей и привыкла отдавать приказы.

– Да, ты права, она замерзла. Но теперь она согреется. И все благодаря вам, ребята, – похвалил их Зак.

Они дружно улыбнулись ему. Мэри-Энн и Дженни сели на пол у дивана, мальчики также опустились на пол, немного позади девочек. Одна Лили осталась стоять. Она положила руку на плечо Зака. Ей было всего восемь, но она обо всех заботилась, будто взрослая.

Зак пребывал в шоке. Все три дня пребывания в этом доме его окружали крик и шум. А потом в дверь постучалась эта красивая женщина и упала в обморок в их гостиной. Как раз то, что ему не хватало! Господи, когда же все это кончится! У него проблемы на работе, брат с женой попросили его посмотреть за детьми и уехали, а тут еще и незнакомая женщина на диване!

Правда, он звонил в местное агентство и вызвал няню, но вряд ли это была она. Никакая няня не пошла бы пешком в такой снегопад в туфельках на десятисантиметровых шпильках. Так кто же она такая?

Зак приготовил детям попкорн в микроволновой печи и уговорил их отойти от Белоснежки, чтобы дать ей спокойно отдохнуть. Он вывел их из гостиной и закрыл дверь.

– Итак, дети, – сказал Зак, усадив их перед телевизором, – что будем смотреть? – Как будто он не знал!

– Белоснежку! Белоснежку! – дружно закричали они. – Мы хотим посмотреть Белоснежку!

Их глаза горели нетерпением.

– А я есть хочу, – степенно сказал Брендан.

Это был аргумент против видео. Им не разрешали есть перед телевизором. Майкл тут же пнул Брендана. Заку удалось разнять их, сказав, что они могут есть и смотреть телевизор одновременно. Он знал, что нарушает правила, установленные Дорин, но что ему было делать? Отчаянные времена требуют отчаянных действий.

Он разогрел им пиццу в духовке, надеясь, что это их успокоит, но во время просмотра мультфильма выяснилось, что настоящая Белоснежка, которая лежит в соседней комнате, гораздо интересней нарисованной. Один за другим дети прокрались в гостиную, снова уселись на пол перед диваном и жадно уставились на спящую красавицу. Зак уже было открыл рот, чтобы отправить их к телевизору, но передумал: они сидели так тихо, что он не осмелился прогнать их.

Тем временем щеки Белоснежки порозовели, кожа потеплела. Зак решил, что с ней все в порядке, просто девушка немного замерзла и устала. Бог знает, что с ней еще могло случиться. Как долго она шла? Откуда? Где ее машина? На эти вопросы могла ответить только она сама, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как ждать, пока девушка придет в себя. Он снова позвонил медсестре, и она сказала, что он все сделал правильно. А затем попросила, чтобы он перезвонил ей, если женщина не очнется в течение часа.

В восемь часов Заку удалось убедить детей отправляться спать. Одного за другим он затолкал их на лестницу. Детские комнаты, расположенные на втором этаже, были уставлены двухъярусными кроватями, а на стенах были нарисованы герои их любимых мультфильмов – Дорин постаралась на славу.

Зак щелкнул выключателем в комнате мальчиков.

– Спокойной ночи, Брендан, Майкл и Джек, – сказал он.

– Спокойной ночи, дядя Зак, – ответили они в один голос, укрываясь одеялами.

– Ты разбудишь нас, когда она проснется? – спросил Брендан.

– Завтра. Вы увидите ее завтра, – сказал он строго.

Затем Зак зашел в комнату к девочкам. Четыре пары глаз выглядывали из-под розовых одеял.

– А она правда Белоснежка? – спросила Дженни.

– Белоснежки бывают только в сказках, – сказала Лили.

– Это ты сможешь сама завтра у нее спросить, – ответил Зак.

– Я думаю, что это Белоснежка. Она такая красивая, – прошепелявила Мэри-Энн – у нее недавно выпал передний зуб. – Правда, дядя Зак?

– То, что она красивая? – переспросил он. – Да, она очень красива. А теперь спокойной ночи, девочки, – Зак закрыл дверь и прислушался.

Все было тихо. Они улеглись. Обычно дети долго не могли улечься, просили его принести то стакан воды, то любимую игрушку, чтобы отсрочить неизбежный сон. Еще один день прошел без особых проблем. Если, конечно, не считать замерзшую женщину внизу, в гостиной. Но она пока спит. Дети тоже скоро заснут. У него есть немного времени, чтобы пойти в кабинет брата и поработать на ноутбуке.

Вместо этого Зак спустился в гостиную, сел на стул у дивана и уставился на спящую женщину. Она выглядела уже намного лучше. Ее волосы высохли и завились в кудряшки. Румянец играл на щеках. Она мирно спала, у нее даже появилась улыбка на губах. Она скоро поправится. Он должен быть рядом, когда она проснется. Просто для того, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. И если она будет чувствовать себя хорошо, он задаст ей кое-какие вопросы, которых у него к спящей красавице накопилось немало.

Спящая красавица? Да, она очень красива. Была ли она Белоснежкой? Вряд ли. Но то, что у нее проблемы, сомнений не было.