Одного взгляда на мой дом хватило для того, чтобы понять насколько сильные произошли изменения с момента моего отсутствия.

Во-первых, усилилась охрана территорий. Если раньше волков, присматривающих за округой не было видно, хотя ты ощущал на себе их пристальный взгляд, то теперь как минимум пятерых мы видели мельком. Во-вторых, атмосфера некогда уютного дома стала несколько напряженной. Даже со стороны было видно, что оборотни находятся в мрачном настроении.

Скрываться от них всех не было никакого смысла. Большинство волков были либо частью семьи, либо друзьями. Но мы с Димой, тем не менее постарались подкрасться к дому как можно незаметнее.

Дима шумно вдыхал воздух и пристально рассматривал пустырь прямо за домом. Его что-то сильно тревожило, но он не спешил мне говорить что именно. Его ноздри трепетали, и он то и дело водил головой из стороны в сторону, пытаясь уловить определенные запахи.

— Константина тут нет, — сообщил, наконец, Дима. — Если, конечно, только это не он облился духами так, что даже нос закладывает.

Обоняние Димы меня впечатлило. Не удивительно, что он смог учуять, кто поставил на мне метку. Хоть это и сделал он сам, но все же понял.

— Что ты собираешься сделать? — спросил он, переводя взгляд на меня.

Я покусала губы и задумчиво нахмурилась. Точного плана действий не было, но все же стоять и ждать, когда у тебя отберут стаю, куда худшее решение.

— Мне нужно увидеть дядю, — ответила я.

— Думаешь он сможет ответить на все вопросы?

— Нет, но я надеюсь хоть на несколько.

Дима покачал головой и прищурился, всматриваясь в окна дома.

Уже вечерело и комнаты на верхних этажах начали озарять свет от ламп. На территории дома становилось все меньше оборотней и все чаще стали слышны вой и рычание.

— Ну, что идем? — спросил Дима, продолжая задумчиво принюхиваться.

Несколько секунд я боролась между желанием уйти и остаться, чтобы поставить все точки на И. Мне стоило в первую очередь подумать о своей безопасности. Ведь если бы я была замужем за Димой, то формально меня не могли тогда выдать за кого-то другого. Но с другой стороны, ведь и сам оборотень тогда будет в опасности. Мало ли на что смогут решиться оборотни ради места альфы. Не хотелось рисковать жизнью Димы. Ведь угроза для него более чем реальна.

— Пошли, — смело ответила я, чувствуя нарастающий страх.

Его источник был мне непонятен. Ведь Владимир все-таки мой родной дядя. Но все же когда я думала о том, чтобы встретиться с ним, меня бросало в дрожь.

Дима осторожно выглянул из-за нашего укрытия и медленно побрел в сторону дома. Меня в последний раз посетила трусливая мысль сбежать, но я все же заставила себя двинуться и пойти за оборотнем следом.

Дом кишел оборотнями. Почти что на каждой лестнице и в комнатах обязательно кто-то находился. Чаще всего это были влюбленные парочки, которые прятались от чужих глаз, чтобы побыть наедине.

Не припоминаю, чтобы при нас с отцом было столько народу в одном доме. Неужели Константин все-таки отобрал у меня стаю и соединил ее со своей. Но ведь и у него ее, кажется, нет.

В момент, когда я думала об этом, мы с Димой как раз провожали взглядами двух оборотней, говорящих о концерте, который будет проходить в выходные. В тени комнаты, напоминающей кладовку, мы стояли совсем плотно друг другу и почти не разговаривали, ожидая наступления ночи.

— Кто это? — недоуменно прошептала я, наблюдая за оборотнями.

Дима покосился на меня. В его глазах заиграли смешинки.

— Это же твоя стая, — усмехнулся он.

— В том-то и дело, — ворчливо ответила я. — Я не помню этих ребят. — Потом деловито добавила. — А я, между прочим, всех в лицо знаю.

Оборотень приобнял меня за талию и зарылся носом в волосы.

— Тогда непонятно.

Я кивнула.

Дима прижал меня к себе сильнее и, кажется, наслаждался близостью, которая продлиться еще не меньше получаса.

— Как ты думаешь, — спросила я, продолжая рассматривать коридор через щель в проеме двери, — Константин говорит правду?

Дима стал дышать чуть тяжелее. Его пальцы сильнее впились в мои бока, словно бы он боялся, что меня сейчас украдут.

— Ты много о нем спрашиваешь.

В голосе Димы проскользнула обида, смешанная со злостью.

— Если бы ты у меня отнял стаю, я бы тоже много вопросов про тебя задавала.

До моего уха донеслось злое сопение. Все-таки несмотря на его здравомыслие, иногда в его голове что-то перемыкало и он начинал вести себя не совсем адекватно. Вот и сейчас Дима упрямо рычал под ухом, словно я как минимум призналась в любви Константину. Но с другой стороны его ревность вызвала неожиданное чувство радости и удовлетворения. Мне даже захотелось еще раз его поддеть, чтобы снова увидеть, как он ревнует. В последний момент, я удержала рвущуюся с языка едкую фразу и проглотила ее. Не стоило злить Диму. Он ведь не железный.

— Ты мне нравишься, — неожиданно для самой себя сказала я. — Даже больше, чем просто нравишься.

Лишь на секунду я расслышала, как дыхание Димы прервалось, а потом стало совсем тихим, почти неощутимым.

— После того, что мы с тобой вытворяли в номере, — с улыбкой сказал он. — Я бы даже сказал намного больше.

На моих губах растянулась глупая улыбка, которую я всеми силами пыталась убрать. Все-таки рядом с Димой мне было очень хорошо. Не представляю, что буду делать без него. И сама мысль о том, что оборотень вдруг исчезнет из моей жизни, вызывала страх, граничащий с паникой.

Оборотень провел носом за ухом, зарываясь им в волосы. Из его горла вырывалось довольное мурлыканье, словно тот был большим котом. Он сделал вдох, как если бы собирался что-то сказать, но свет в коридоре неожиданно погас, а совсем недалеко послышались возмущенные голоса оборотней.

— Свет вырубили? — шепотом спросила я. — Это наш шанс.

Я быстро распахнула дверцу кладовки и крадучись пошла по коридору.

Дом я знала как свои пять пальцев, поэтому без труда отыскала лестницу и успела спрятаться, прежде чем нас заметили оборотни, которые спускались со свечами в руках.

Я шла только на ощупь, ориентируясь в пространстве по памяти. В этом доме я знала каждый угол и комнату. Много раз бродила ночью в темноте, играя искательницу сокровищ. Дима следовал за мной, прикасаясь время от времени к руке, чтобы дать знать, что он не заплутал и следует за мной. Его шаг не был слышен, как и шороха одежды и дыхания.

Идеальный охотник!

Хорошо, что я все-таки взяла его. С ним, по крайней мере, спокойнее.

Когда мы миновали два этажа и свернули в западную часть дома, свет снова включился. На нашу радость рядом никого не было, и мы смогли преодолеть путь до кабинета отца. Я верила, что найду своего дядю именно там. Притронувшись к ручке двери, я на мгновение замерла, ощущая холодок. Создавалось впечатление, что кто-то пытался отговорить меня идти туда. Но ведь такого не могло быть…

Я смело повернула ручку и заглянула в кабинет.

В нем ожидаемо находился дядя Владимир. Он сидел боком к двери и смотрел в окно. Его брови были сдвинуты к переносице, а глаза отражали недовольство. В руке он крутил бокал с вином, словно собирался им только любоваться, а не пить.

Звук открывающейся двери его почти не отвлек. Он лишь шевельнулся, устроившись поудобнее, и нахмурился сильнее.

— Что там с электричеством?

Я выпрямилась и строго посмотрела на родственника. В душе все больше зарождалась уверенность, что он не будет рад меня видеть. И когда тот повернулся, чтобы выразить недовольство молчанием, то замер с открытым ртом. Его глаза округлились, а выражение недоумения сменилось на досаду. Он бросил нервный взгляд на Диму и снова посмотрел на меня. На его губах растянулась дружелюбная улыбка.

— Летта? Что ты тут делаешь?

Мир встал, поставил бокал на стол и, широко раскинув руки, пошел ко мне.

За моей спиной послышалось глухое рычание. Реакция Димы на приближение дяди укрепило во мне мысль, что у того явно рыльце в пушку. Владимир замер на месте и заметной нервозностью пригладил волосы.

— Я пришла домой, — спокойно ответила я. — Хотела посмотреть, как стае живется. Как идут дела.

Я сложила руки на груди и пристально посмотрела на дядю.

— Это ведь все-таки моя стая.

Мне показалось, на губах Мира промелькнула усмешка.

— Хорошо, — ответил он и развел руками. — Я просто думал, что ты…

Дядя запнулся, и интуитивно я вдруг поняла, что он имел в виду Константина. Эта мысль так явно отразилась в его глазах, что у меня даже захватило дух.

— Ты с ним в сговоре, — зло процедила я.

Мир тут же перестал изображать из себя радушного хозяина и помрачнел. Его лицо осунулось и как будто постарело на несколько лет. Глаза заблестели и приобрели несколько затравленный вид.

— О чем ты? — раздраженно спросил он.

— Я о Константине! — с давлением сказала я. — Ты с ним заодно!

— Не знаю такого.

Его ответы были похожи на детские отговорки.

— Ты сговорился с ним, чтобы захватить стаю, — гнула я свое.

— Нет.

— Он лжет, — послышался голос Димы.

Дядя метнул в его сторону взгляд, об который можно было даже порезаться. Он едва заметно скривился.

Дима подошел ко мне и встал рядом.

— Я чувствую, как от него смердит ложью, — не поворачивая головы, сказал он. — Он ни слова правды не сказал.

Способности Димы все больше удивляли меня. И сомневаться в них не приходилось. Я зло посмотрела на дядю. Он больше не был тем, у кого я в детстве любила выпрашивать конфеты. В моих глазах он больше не станет другом. Теперь Мир предстал большой мерзкой горгульей. Как по его описанию.

— Я узнаю его запах, Летта, — сдавленно проговорил Дима. — Этот запах гнили.

Затылок снова лизнул холодок.

— Откуда?

— Мне уже приходилось чувствовать его.

Оборотень неожиданно быстро преодолел расстояние между ним и Миром. Он схватил того за вороты рубашки и поднял над полом.

— Сволочь…

Дядя забарахтался в его руках. Он шипел и рычал на него, пытался ударить и укусить.

Как же раньше я могла не замечать этой скверны в его душе?

Оборотень встряхнул Мира и приблизил его лицо к своему.

— Это ты убил его, сволочь.

Сердце от этой фразы оборвалось в груди. Я округлила глаза и посмотрела на дядю, который продолжал барахтаться в руках Димы.

— Не неси чушь! — прошипел он.

Мужчина мне напомнил змею, которую хватили за шею, и она пыталась вывернуться из руки и ужалить своего противника.

— Я твой запах узнаю, — грозно прорычал Дима. — В ту ночь я был там!

Вот так новость!

— Ты был там? — онемевшими губами спросила я.

Оборотень поставил моего дядю на землю, но не отпустил его. Злой взгляд продолжал сверлить в нем дыру.

— Я не хотел, чтобы ты знала, — произнес он. — Иначе ты бы подумала, что я виноват.

— Летта, — быстро заговорил Мир. — Я не убивал твоего отца! Мы ведь с ним одной крови! Мы братья!

Дядя, наконец, смог вырваться из рук оборотня.

— Это все он, — Мир ткнул в Диму. — Видишь, он сам признался, что был там. И теперь просто пытается свалить все на меня!

Дима глухо зарычал и оскалился.

— Что ты там делал? — спросила я.

Оборотень мельком посмотрел на меня и в его глазах отразился страх. Но не такой, как если бы он боялся, что я его раскрою. Он боялся, что я ему не поверю.

— Я это почувствовал, — ответил он. — Страх твоего отца. Я побежал через лес, чтобы помочь ему, но пришел слишком поздно. — Дима сделал ко мне шаг и протянул руку. Меня даже на секунду не охватило сомнение или желание отойти. Я верила Диме. Просто хотела знать правду. В его глазах отразился страх, но когда он спокойно коснулся меня, это чувство погасло в его взгляде. — Я запомнил запахи, которые почувствовал там. А потом вернулся домой, где встретил тебя в лесу.

Дядя Мир снова нервно пригладил волосы.

— Смотри, — немного истерично сказал он. — Он лжет тебе прямо в лицо. — Мир нервно усмехнулся. — Он был там! И, значит, замешан в убийстве! Он…

Я издала громкий рык, который заставил дядю запнуться и посмотреть на меня с трепетным гневом.

— Не смей его обвинять! — прорычала я.

— Он был там!

— Ты тоже!

Лицо дяди исказила гримаса ненависти. Добродушие и приветливость треснули, как фарфоровая маска, которую слишком сильно сжали в руке. Он обнажил зубы, демонстрируя нам клыки. Дядя двинулся ко мне, но на его пути встал Дима, который издал такой рык, что по коже пробежал мороз.

— Твой отец идиот! — прошипел дядя. — Полный, причем! Кто же знал, что он заложит всю стаю какому-то блохастому фокуснику! А потом еще и попытается все исправить свадьбой! Все планы из-за него насмарку!

Сердце больно кольнуло. В горле встал ком, а в душе появилось ноющее чувство обиды и злости.

— Ты убил его, — сипло прошептала я.

На глаза навернулись слезы. Пусть отец не был идеальным. И он совершил немало ошибок, которые теперь приходится исправлять, но он все же любил меня, а я невероятно скучаю по нему.

— Не могу поверить. Зачем? Хотел обрести власть? Хотел убрать его, а потом и меня?!

В глазах дяди появилось затравленное выражение. Мне сразу стало понятно, что он собирался то же самое сделать и со мной. В тот день, когда я сбежала, дядя спрашивал, где я нахожусь. Вполне возможно, он собирался приехать не один. И сделать так, чтобы меня никто не нашел.

— Ты боялся, что могут догадаться, чьих это рук дело?

Тот повел челюстью из стороны в сторону, но не ответил на вопрос. Мне и не нужен был ответ. Все и так стало ясно.

— Ты убил отца, а потом хотел убить и меня в надежде, что все достанется именно тебе. — Я задумчиво кивнула. — Все встало на свои места. Незнакомые оборотни в доме это твоих рук дело. Ты специально разбавил стаю «своими», чтобы легче было ее завоевать и удерживать в узде.

Лицо дяди побледнело, а под кожей заиграли желваки.

Я переглянулась с Димой и заметила, как в его глазах горят красные огоньки. Он был так зол, что готов был хоть сейчас напасть на моего дядю.

— Не понимаю только, какую роль в этом играет Константин, — закончила я.

Не успела я закончить фразу, как Дима дернулся и обернулся. Его взгляд остановился на двери. Я недоуменно посмотрела на него, но когда сама уловила тихую поступь в коридоре, напряглась и посмотрела на дядю.

На губах Мира растянулась гадкая ухмылка.

Неужели мы попали в ловушку? Не похоже было, что дядя нас ждал. И, тем не менее, он как-то смог предупредить своих людей, что мы находимся в кабинете, так как теперь были слышны шаги нескольких людей.

— Ты предатель, — сказала я.

— Я-то! — воскликнул дядя. — Это твой отец предатель! Без ведома и согласия других отдал все этому Константину!

— Да уж лучше ему, чем убийце.

Ручка на двери медленно повернулась. Для меня этот момент словно застыл. Время перестало идти и казалось, что только поворот ручки способен двигаться в этом мире.

Не успела дверь открыться, как Дима, подхватив меня на руки, ринулся к окну. Прежде чем я успела подумать о том, что он собирается делать, как оборотень выпрыгнул в открытое окно и приземлился на землю. Он выпустил меня из рук, и я по инерции прокатилась на траве несколько метров. Послышался стон и ругательства. Я села на земле и посмотрела на Диму. Тот успел подняться, но заметно хромал на правую ногу.

«Герой-недоучка!» — ругнулась я про себя.

Меня разозлило то, что он совсем не подумал о том, что мог остаться калекой после такого прыжка. Особенно на руках со мной.

— Дима, ты в порядке?

— Ничего, — процедил он сквозь зубы. — Ерунда. Надо идти. Иначе мы…

Он сделал шаг ко мне, и его лицо исказила гримаса боли.

Послышался волчий вой. Из окна на третьем этаже на нас смотрел дядя Мир. Так как свет создавал на его лице тень, то я не могла понять, о чем он думал, но смутно предполагала, что улыбается.

Из-за угла появился первый волк. Он задрал голову к небу и протяжно завыл. Следом за ним появилось еще два. Среди всех тех, кто нападал, я не заметила ни одного знакомого. Зато заметила, как появляются тени в комнатах на вторых и четвертых этажах. Оборотни тщательно скрывались за шторами и делали вид, будто это их не касается.

Не знаю, что сделал дядя со стаей за такой короткий срок, но друзей у нас здесь больше не осталось.

Я подбежала к Диме и подхватила его под руку. Тот, прихрамывая, двинулся вместе со мной в сторону леса. Я не надеялась, что мы сможем убежать, но не хотела оставаться легкой мишенью у всех на виду.

— Беги, Летта, без меня, — прошептал мне на ухо Дима.

— С ума сошел! Ты с окна прыгнул, мне тебя теперь и спасать!

Послышался горький смешок. Дима мельком коснулся губами моего виска и оттолкнул меня в сторону.

Сам оборотень издал утробный рык и оборотился. У нас оставалось мало времени, чтобы принять оборону, так как возле дома собралось не меньше десятка оборотней.

Я принялась мысленно звать к себе волчицу. В этот раз она охотно отозвалась и теперь только ждала момента, чтобы обрести облик. Я выпустила когти и посмотрела на окна своего дома.

До последнего не могла поверить, что те, кто сейчас смотрит на это действо, не хотят прийти на выручку.

Трусы…

Мой отец бился за них. Старался сделать их жизнь спокойной. Ему приходилось принимать на себя удары, лишь бы вот эти волки спали в своих постелях спокойно.

Как часто ведь нападают по ночам чужие кланы волков, загрызают мужчин. Но мой отец поставил всех на место. Не позволял никому даже думать плохо о нашей стае. И вот когда он погиб, а к власти пришел дядя, они забыли про то, что делал он, и просто решили не вмешиваться.

Видимо, не стоит людям упрощать жизнь. Это делает их слабаками.

Теперь волков стало не меньше дюжины. Нам с Димой с ними не справится.

Мысленно я усмехнулась.

Дядя может придумать любую глупость. Вплоть до того, что я сошла с ума. Заодно показать всем, что будет, если идти против стаи. В назидание.

Дима в образе волка обернулся и посмотрел на меня своими карими глазами. Как не хотелось его втягивать во все это.

Волки зарычали и принялись обходить нас полукругом. Дима отступил, но только для того, чтобы отгородить меня от всех. Оборотни собирались взять нас в кольцо. Они делали выпады, пытаясь таким образом вызвать у нас панику, рычали, клацали зубами. И среди всех этих звуков я отчетливо различала лишь один — смех дяди Мира.

Мир вокруг затих всего на пару секунд. Волки перестали рычать. Они пригнулись к траве и посмотрели на нас своими желтыми злыми глазами.

И в тот момент, когда они уже были готовы разорвать нас. Послышался звериный рев, от которого волосы зашевелились на голове, и дрожь пробила до самых костей. В лесу послышался треск веток и приглушенный землей топот лап.

Мне даже на мгновение показалось, что на нас сейчас нападет медведь, но из леса вырвалась огромная черная тень, которая выскользнула оттуда и направилась прямиком к нам.

Послышался вой, и я заметила знакомые волчьи глаза. Константин в образе волка выглядел эффектнее, чем я могла себе представить. Тогда в темноте я видела только общие черты, а от света, падающего из окон, теперь была видна фигура волка с тугими веревками сухожилий и крепких мышц. Острые уши были направлены в небо и двигались, когда к нему подходили волки со всех сторон.

Константин выпрямился и продемонстрировал рост, составляющий не меньше двух с половиной метров. Острые белые клыки ярким пятном выделялись в черной пасти.

Я заворожено наблюдала, как он идет к нам и мое сердце готово было провалиться в пятки.

Волки начали рычать и скалиться. Несколько из них напали на Константина, но тот так легко отмахнулся от них, как будто от комаров.

Когда он приблизился ближе, чем на пять метров. На него разом кинулось сразу пять волков. Завязалась короткая драка. Константин без труда отбил удары и поранил троих волков, который со скулежом ретировались в сторону дома. Потом на него напали еще семеро и когда он, разозлившись, начал рвать волков на части, остальные, поджав хвосты и уши, отбежали подальше.

Избавившись от них, Константин вальяжно выпрямился и начал обретать человеческую форму. Никогда прежде не видела, чтобы оборотни так легко оборачивались.

— Вижу ты, как всегда, ищешь приключения на свою чудесную пятую? — сказал он, окончательно обретая человеческий облик.

Константин подошел ко мне совершенно голый. На торсе виднелись следы грязи и крови. И несколько царапин, которые затягивались прямо на глазах.

— Ты нас не убьешь? — спросила я.

Только секунду спустя поняла, как глупо это прозвучало.

Константин улыбнулся и сокрушенно покачал головой.

За спиной послышался стон. Я обернулась и увидела Диму, который также обрел человеческий облик, но с куда большим трудом приходил в себя.

Я опустилась рядом с ним и погладила по спине. Тот дернулся, зарычал, потом тяжело задышал. Ему потребуется еще минута прийти в себя.

— Мой герой, — прошептала я.

— Не за что, — самодовольно сказал Константин.

Я подарила ему хмурый взгляд.

— Ну, хоть на секунду можно подумать, что ты это мне, — с улыбкой сказал тот.

Константин подошел к нам, и я нервно заерзала на месте.

— Да, не бойся, — раздраженно процедил он. — Не буду я убивать вас. Меня интересует совсем другой человек.

Взгляд мужчины остановился на доме.

— Думаю, тебе тоже там нужно быть.

— Что ты задумал?

Константин опустил на меня глаза и посмотрел своими страшными звериными глазами.

— Хочу отомстить за своего друга.

— Ты не…

Константин нахмурился и, кажется, даже оскорбился.

— Мы с твоим отцом были друзьями.

— Да, но он пытался выдать меня замуж за другого лишь бы ты не обрел власть.

Константин покачал головой.

— Давай, принцесса, я тебе потом все расскажу. Сначала покончим с предателем.

Мужчина подхватил меня за локоть и повел в сторону дома. Я вырвалась и остановилась.

— Дима подождет, — жестко сказал он. — Если мы будем ждать его, то твой дядя может скрыться.

Я бросила на Диму взгляд и снова посмотрела на Константина. Внутри меня шла борьба. Мне также хотелось отомстить за своего отца и выведать все тайны, что скрывала эта история. Но и не хотела бросать Диму.

Решение пришло в ту же секунду, как Дима поднял голову и посмотрел на меня осмысленным взглядом. Его взгляд остановился на Константине, и его лицо исказила гримаса злости.

Я покачала головой и двинулась обратно к Диме.

— Как знаешь, — спокойно сказал тот, и по тихому шагу поняла, что тот побежал в сторону дома.

Я села рядом с Димой и попросила его закатать штанину. Оборотень выполнил мою просьбу.

Его правая нога распухла и чуть посинела. Возможно у него сильный ушиб, но, скорей всего, перелом.

— Почему ты не пошла? — спросил он, пока я осматривала его ногу.

— Не могла же тебя бросить тут одного.

— Но там твой дядя и Константин. Сейчас решается судьба стаи. Кто знает, что на уме у Константина.

Дима еще что-то говорил о том, что я просто обязана пойти. Пытался убедить, что нужно решить все вопросы сейчас. Я бережно закатала штанину обратно. Это был просто ушиб. Хорошо, что не перелом.

— Ты важнее, — мягко сказала я.

Оборотень замолчал и посмотрел на меня своими карими глазами, которые обрели несколько детское удивление. Потом он расплылся в теплой улыбке, от которой душе стало так хорошо, что все вокруг стало разом неважно.

— Я люблю тебя, моя несносная девочка.

Сердце быстро застучало в груди и, казалось, вот-вот вырвется наружу.

— Я тоже, гладкошерстный, тебя люблю.

Дима быстро поддался вперед и впился в мои губы. Он целовал меня так, словно всю жизнь только этого и хотел. А я лишь ощущала бесконечное желание остаться с ним где-нибудь подальше от всех. Настолько далеко, чтобы никто не смог до нас добраться. Насладиться мгновениями тишины, насладиться друг другом. Это мгновение разрушил приглушенный крик, следом за которым пришел вой.

Дима разорвал поцелуй и посмотрел на меня блестящими глазами. Он коснулся пальцами моего подбородка и чуть приподнял его.

— Давай вместе с тобой покончим с этим, а потом мы устроим то, о чем ты сейчас думаешь.

Меня несколько смутило то, что я так ярко дала ему понять чего хочу. Но больше заставило смутиться предвкушение в его глазах.

Дима поднялся без моей помощи и, прихрамывая, побрел в сторону дома. Он не позволял мне ему помогать, и в моей голове только сильнее закрепилась мысль о том, какой все-таки мой мужчина сильный.

«Мой мужчина, — мысленно повторила я. — Мой».

Эта мысль мурашками разбегалась по телу. Чувствовалась гордость в этой фразе и несколько собственническая ревность.

Дима понимал, о чем я думала, и его ухмылка становилась все шире и шире. Она так и говорила: «Смотри, я же говорил, что завоюю тебя».

Константин встретил нас на первом этаже. Он стоял в начале лестницы, упираясь боком о перила. Мужчина успел раздобыть себе брюки. Только те были измазаны в крови.

— Он мертв? — спросила я, чувствуя укол совести, что наплевала на месть за своего отца.

— Нет, — беззаботно ответил тот.

Мы с Димой недоуменно уставились на того.

— Будем судить его по всем правилам стаи, — пояснил тот.

— Не потому ли, что ты с ним в сговоре? — мрачно спросил Дима.

— Нет, — спокойно сказал Константин. — Но я предлагал сотрудничать. Мир оказался не волком, а бараном. И, поверьте, он потом будет жалеть, что отказался.

Я заметила, что плечи Димы расслабились. Значит, верит ему. Мне стало спокойнее от мысли, что Константин не врет.

— А теперь о главном, — сказал тот. — Нам с тобой, Летта, кажется, пора поговорить.

— Может, не здесь.

— Поверь, оборотням сейчас не до этого, — махнул он рукой.

Мужчина пригладил волосы и сказал:

— Мы с твоим отцом занимались тем, что другие называют колдовством. Но на самом деле это было скорее предвиденье и никак не связано с магией. Мы с ним заранее знали, что могло случиться с его стаей, и именно поэтому она обрела такую силу. Но! Виденья эти чаще всего были расплывчатыми и до сути их добраться было тяжело. Последнее такое предвиденье заставило нас поругаться и надолго разойтись. И не так давно он решил снова попробовать предугадать события, но без меня и так вышло, что он увидел не совсем верное виденье, в котором я захватываю власть и убиваю его семью.

— И он решил выдать меня замуж за другого, — продолжила я.

Константин кивнул.

— У нас с твоим отцом была договоренность, что ты выйдешь за меня замуж, а я заберу стаю. У меня сохранилась копия его завещания. Это было необходимо только в том случае, если с ним что-то случится до того, как ты выйдешь замуж.

Мужчина отпрянул от перил и вытащил из кармана свернутый вчетверо листок. Он спустился с лестницы и передал его мне. Это было завещание. Копия, конечно же. Наверное, взял в кабинете отца.

Я бегло прочла его.

Константин был прав. Папа действительно оставил все ему.

Я посмотрела на Диму, который сверлил взглядом Константина. Еще чуть и в том точно появятся дырки.

— И что же теперь делать? — осторожно спросила я.

Получается, что завещание есть на самом деле. И, выходит, что наследует стаю Константин, а я управлять ею никак не могу. Только если выйду за него замуж.

— Ну, раз ты не желаешь выходить за меня, — ответил Константин и красноречиво посмотрел на Диму. — То выходит, что я забираю стаю. Не обижайся, принцесса, но ты не сможешь ею управлять.

Стало не столько обидно, сколько горько от мысли, что даже отец не удосужился написать пару пунктов о том, что я тоже могу наследовать стаю.

Мое состояние не ушло от внимания Димы, и тот ободряюще сжал мою ладонь.

Константин потер подбородок и внимательно посмотрел на меня.

— Могу сделать тебе одно предложение.

— Какое?

Несколько секунд он задумчиво рассматривал меня, пока не сказал:

— Сотрудничество.

— Но ты же говорил, что я…

— Не тебе, — подмигнул он. — Диме.

Дима удивленно посмотрел на него.

— Мне?

— Да. Ты хоть и сумасбродный, но сильный. Вместе мы с тобой сделаем стаю лучше.

Дима посмотрел на меня. Стало вдруг грустно от мысли, что я по сравнению с Димой выгляжу серой.

— Ну, так что договорились?

Я внимательно посмотрела на Диму. Тот не показывал недоверия Константину. Видимо, чувствовал, что тот говорит правду. Я не могла этого чувствовать, но я верила моему мужчине. Поэтому приняла важное решение.

— Да, — тут же ответила я без раздумий.

Брови Димы взметнулись вверх.

Константин тоже удивленно воззрился на меня и в его глаза, готова поклясться, промелькнуло уважение.

— Договорились, — сказал он.

Мужчина напоследок улыбнулся нам и по-хозяйски оглянулся по сторонам. Он принялся подниматься по лестнице, явно раздумывая сменить дизайн дома.

— Летта, — с укоризной сказал Дима. — Ты могла бы не соглашаться.

— Почему? — пожала я плечами.

— Ты же хотела руководить стаей?

Я улыбнулась Диме и обняла его.

— Это называется, Димочка, тактикой, — прошептала я ему на ухо. — Ни одна девушка никогда не останется в стороне.

— Что имеешь в виду?

Я поцеловала его в щеку.

— Я буду, как серый кардинал. Никогда не вмешиваться, но всегда влиять на ваше решение.

Лицо Димы прояснилось.

— Какая ты хитрая.

Он наклонился ко мне и поцеловал.

— Надо будет взять на заметку, что моя жена та еще лиса.

— Волчица!

— Да-да, волчица, — согласился Дима и снова меня поцеловал. — Самая настоящая.