Криминальный Runet. Темные стороны Интернета

Гросс Филипп Семенович

В последние десятилетия технологии коммуникации развивались так бурно, что большинству из нас трудно сейчас представить свою жизнь без мобильной связи и Интернета. Всемирная паутина – это огромная территория без границ и почти без правил. И как и в реальном мире, эту территорию «населяют» не только мирные обыватели, но и преступники всех мастей – от брачных аферистов и мошенников на доверии до наркоторговцев и наемных убийц. О том, какие опасности подстерегают пользователя в Интернете и как они проникают в нашу повседневную жизнь, расскажет эта книга, написанная легким, доступным языком с привлечением множества примеров, в том числе из личного опыта автора.

Знакомства в Интернете: как обезопасить себя на первом свидании;

Как защитить свои личные данные от фишинга;

Почему сетевая анонимность – это миф;

Для чего нужен родительский контроль;

Чем опасна игровая зависимость;

Нужна ли нам киберполиция.

Филипп Гросс-Днепров – блогер, интернет-деятель, постоянный гость передачи Владимира Соловьева «Полный контакт» на радио «Вести-FM». Соучредитель и вице-президент компании REG.RU – одного из крупнейших в Европе регистраторов доменных имен. Занимает активную социальную позицию по защите прав и свобод человека, выступает активным участником движения за соблюдение правового порядка в российском сегменте сети Интернет.

 

Филипп Гросс-Днепров – человек необычный. Поэтому обычную книгу он и не мог написать. Родился он в семье выдающегося исполнителя Анатолия Днепрова, приходится родственником Владимиру Высоцкому. Мама, Ольга Павловна Гросс, – замечательная поэтесса. Словом, Филипп обречен был быть талантливым. Да и судьба его сложилась нестандартно. Появившись на свет в Москве, он вырос в Америке, а потом переехал с семьей обратно в Россию, где чем только не занимался – от самой экстремальной журналистики до зарабатывания денег торговлей доменными именами в Интернете. Стоит ли удивляться тому, что Филипп не мыслит как рядовой обыватель? Он мыслит как продукт уже нового, компьютерного поколения. И когда он пишет о виртуальной среде, об Интернете, то рассказывает вовсе не о том, что мы с вами видим на экранах мониторов. Нет – он просто описывает часть своего бытия. Мы на это смотрим со стороны. А он в этом живет. Именно поэтому его истории настолько интересны, захватывающи и необычны. По большому счету, это рассказы марсианина о жизни на Марсе – для нас, землян.
Владимир Соловьев, теле– и радиоведущий, журналист

Глава многодетного семейства, владелец бизнеса, соучредитель общественной организации, журналист, радиоведущий, IT-эксперт – все это ипостаси одного удивительного человека и моего друга – Филиппа Гросс-Днепрова. 15 лет назад мне довелось познакомиться с ним и даже вместе основать компанию REG.RU, которая сегодня является бескомпромиссным лидером в своем сегменте рынка.
Алексей Королюк, генеральный директор REG.RU

Интернет для Филиппа – это среда обитания, работа, объект профессионального и личного интереса. Последнее особенно важно: Филипп не просто наблюдатель, он искренне болеет за всю несправедливость и теневые стороны Интернета и предпринимает попытки бороться с ними, чтобы изменить ситуацию к лучшему. В книге размышления Филиппа о том, что было, есть и будет с самой быстроразвивающейся индустрией. Рекомендую к прочтению всем, кто хочет познакомиться с необычным взглядом на вещи, которые уже давно стали нашей повседневностью.

 

Предисловие

Эта книга станет настоящим открытием для тех, кто хочет понять, какие угрозы таит в себе для него или нее, для их близких, интернет – такой доступный, открытый и захватывающий, как зеленый парк, полный аттракционов и приключений. Но как в зеленом и тенистом парке можно, не желая того, столкнуться с преступниками, так еще большая вероятность встретить их в сети. Эта книга об интернет-преступности.

Современные технологии мошенничества достигли уровня, при котором в зону риска попадают не только обычные граждане, но и хорошо подготовленные пользователи. А социальные сети, с которыми так или иначе связан практически каждый житель нашей страны, давно перестали быть зоной безопасности. При этом структуры отдельных правоохранительных органов, которые сейчас занимаются киберпреступностью, не только не в состоянии ее окончательно ликвидировать, но – что должно откровенно признать – не справятся с ней никогда. Преступность будет существовать до тех пор, пока существует человеческое общество, социум. И это не связано с недостаточной технической оснащенностью, либо нехваткой кадров, либо несовершенством общества. Преступность – в самой природе человеческих отношений, в самой психике человека. Первое преступление – как мы помним – было совершено в раю. Поэтому дело не в искоренении преступности, а в предотвращении тех ее актов, которые реально можно предотвратить.

На сегодняшний день фактическая ситуация такова, что в интернете в свободном доступе находятся предложения о продаже оружия, всевозможных наркотиков, незаконного оборудования, интимных услуг и пр. Несмотря на то что целый ряд ведомств занят обнаружением незаконной деятельности в интернете, положение дел не меняется. На каждый закрытый сайт, где, к примеру, продавались спайсы, открываются два-три десятка новых. То же самое касается еще более тяжелых наркотиков, таких как кокаин, героин, гашиш. Все они находятся практически в свободной виртуальной продаже, да еще с доставкой.

Почти точно так же обстоит дело с оружием. На сайтах выкладываются фото и видеозаписи, демонстрирующие товар в действии, причем как на полигонах и в тирах, так и в «акциях». Полностью отработаны системы оплаты и доставки заказываемого товара. Даже при закрытии того или иного сайта на его месте тут же появляется новый – под другим именем, с другим адресом.

Отдельным вопросом стоит проблема кражи личных данных. В этой книге раскрыты некоторые схемы махинаций с подробным описанием способов и путей обмана обычных граждан преступниками, стремящимися получить доступ к персональным данным интернет-пользователей.

И это лишь малая часть огромной проблемы в сфере интернет-преступности. Через интернет можно легко приобрести любые фальшивые документы: дипломы, аттестаты, лицензии, свидетельства, справки и т. п. Для эффективной борьбы с этим создаются централизованные электронные базы документов, к которым будет иметь доступ ограниченное количество операторов. Если один из них внесет в базу изменения, об этом сразу станет известно остальным. В этом случае можно будет сделать запрос по тому или иному документу и проверить его подлинность. Но это – пока еще только в перспективе.

Области мошенничества не знают границ. Интернет-преступления совершаются также в сфере туризма, благотворительности, медицины, патентоведения, экологии и пр. Интернет, и в частности социальные сети, является платформой для вербовки основной доли людей в различные деструктивные секты и религиозные организации.

Все, что представлено в этой книге, преследует только одну цель: возможно полное информирование читателя о сложившейся проблеме. Ведь самым важным средством борьбы с интернет-преступностью была и остается бдительность пользователей сети.

Одной из самых серьезных проблем является проблема, связанная с ролью и местом ребенка в интернете. Например, в нашей стране до сих пор законодательно никак не определено общение в социальных сетях взрослых с несовершеннолетними. В то время как в некоторых странах, например в США, Великобритании, Австралии и ряде других, взрослым мужчинам запрещено вступать в переписку с детьми в интернете. Это – противозаконно, за это можно получить реальный срок.

Существует множество примеров, когда взрослые мужчины знакомятся с детьми и подростками в социальных сетях, затем угрозами и обманом побуждают их обнажаться, а впоследствии совершают в отношении них развратные действия либо вступают с ними в интимные отношения. Педофил в сети может выдать себя за кого угодно – за сверстника или сверстницу, известную личность, психотерапевта или священнослужителя, даже за друга семьи или родственника.

Все, что представлено в этой книге, преследует только одну цель: возможно полное информирование читателя о сложившейся проблеме. Ведь самым важным средством борьбы с интернет-преступностью была и остается бдительность пользователей сети. Зачастую люди, сами того не замечая, проявляют беспечность, невнимательность, доверчивость, чрезмерную открытость перед незнакомыми людьми, в результате чего становятся жертвами мошенников. А информированность – лучшая защита.

Огромную роль в обеспечении безопасности детей играют их родители. От того, насколько тщательно они контролируют, с кем общается их ребенок, какие сайты посещает, какого содержания его переписка, зависят благополучие и здоровье ребенка. Необходимо постараться привить детям хотя бы элементарные навыки компьютерной безопасности. И об этом тоже эта книга.

С другой стороны, социальные сети – это уникальная среда для поиска и обнаружения любых людей, и не только преступников, не только педофилов. Норвежский фундаменталист и террорист Андерс Брейвик, перед тем как совершить теракт, выложил в интернете видеообращение, где рассказал о том, что собирается сделать. Американские подростки, расстреливавшие своих одноклассников, учителей, родителей, неоднократно также выкладывали видеообращения о готовящихся «актах возмездия». И если бы правоохранительные органы получали тревожный сигнал каждый раз, когда некто в интернете сообщает о возможном криминальном событии, и, исходя из этого, начинали действовать, многие преступления, которые потом происходили в реальности, были бы предотвращены.

Отсюда закономерно, что автор видит, с его точки зрения, самый эффективный способ противостояния незаконной деятельности в интернете – создание киберполиции. То есть создания особых подразделений полиции, которые занимались бы исключительно интернет-преступлениями. Для этого он предлагает собрать хакеров, программистов, молодых продвинутых людей, платить им достойные зарплаты и разрабатывать соответствующие оперативные мероприятия. Параллельно необходимо совершенствовать законодательство, приводя его в соответствие с новой реальностью. Работы Роскомнадзора или разрозненных отделов вроде Управления «К» недостаточно, ситуация слишком масштабна. Также проблемой является огромный разрыв между уровнем профессиональной компетентности людей, которые совершают преступления в сети, и тех, кто призван с ними бороться.

Эта книга – современное и очень своевременное пособие, которое поможет ориентироваться в виртуальном мире интернета, обезопасить в нем себя и своих близких.

Судебно-экспертная практика показывает, что с каждым годом появляются все более и более изощренные способы проникнуть во внутренний мир личности, завладеть ее кошельком или недвижимостью, овладеть ее телом, захватить ее душу – модифицировать прошлое или навязать кому-то выгодное будущее. Психологические формы контроля над человеком опаснее материальных, часто они неосознаваемы, находятся вне контроля сознания, а иногда и полностью подчиняют себе сознание. А технически оснащенное психологическое воздействие становится практически абсолютным оружием. Вот человек один, он наедине только со своим любимым компьютером, путешествует по бескрайним просторам интернета. И он считает, что он все видит, слышит, понимает, сам выбирает те или иные страницы, сам открывает или покидает те или другие сайты и сам принимает решение – подписаться или нет, скачать или нет, купить или нет, ответить или нет. Но очень часто – это иллюзия. Решение за него уже было принято еще до того, как он зашел на ту или иную страницу. Фактически он и зашел на нее только потому, что его к этому побудили.

Эта книга – современное и очень своевременное пособие, которое поможет ориентироваться в виртуальном мире интернета, обезопасить в нем себя и своих близких. Она отвечает не на все вопросы, но побуждает их искать и находить.

В.Ф. Енгалычев

доктор психологических наук, профессор, директор Научно-исследовательского центра судебной экспертизы и криминалистики КГУ им. К.Э. Циолковского

 

Часть 1

Жизнь в социальной сети

 

Глава 1

Добро пожаловать в Матрицу!

Однажды мы с друзьями решили поехать в ресторан. Выбрали столик, уселись, сделали заказ… а минут через десять все вытащили телефоны и ринулись в интернет. Начали фотографировать еду, отмечаться в Фейсбуке, что-то писать, комментировать…

Я спрашиваю:

– Друзья мои, а что происходит? Вот ты что делаешь?

– Я Ане пишу.

– Так вот же она, напротив тебя сидит.

– Да я ей хочу фотографию сбросить, где мы рядом.

В итоге большую часть времени нашей встречи люди сидели в Твиттере и Фейсбуке. Они написали всем своим друзьям, знакомым и родственникам, что они делают, что они едят, фотографировали меню, фотографировали каждое блюдо, фотографировали бедную официантку. Но самое интересное, что половину времени они писали друг другу – сидя за одним столом.

На самом деле масштабы этого явления просто гигантские. В последние годы появилась даже такая игра: кто на встрече не выдерживает и первым берет телефон – платит за всех.

Казалось бы, именно для этого и были придуманы социальные сети – чтобы быть на связи с друзьями и знакомыми. Марк Цукерберг рассказывал в интервью, что создавал Фейсбук для того, чтобы люди могли перенести свои социальные связи в интернет и общаться там, если вдруг по каким-то причинам этого нельзя сделать напрямую. Но с тех пор прошло немало лет, и социальные сети уже успели отдалиться от первоначальной идеи.

Я бы уже назвал их не социальными, а антисоциальными. Люди перестали общаться друг с другом с глазу на глаз. Им намного легче отправить SMS, email или комментарий, чем позвонить или встретиться лично. Даже если они встречаются, то начинают попутно болтать в сети с другими людьми или что-то писать и отправлять своим друзьям, с которыми сейчас сидят за одним столом. Если вдуматься, это очень странное поведение. А главное то, что, на мой взгляд, таким образом убивается индивидуальность и гасится креатив. Люди сбиваются в однородную интерактивную массу, где формируется какое-то коллективное мнение, что-то постоянно обсуждается, вывешиваются фотографии, раздаются лайки. И мы начинаем зависеть от чужого одобрения. А как мы жили раньше? Как принимали решения?

Я не исключение и тоже попадаюсь на все эти крючки. Помню, как моя старшая дочь попросила купить на выпускной бал туфли определенной фирмы: мол, папа, это хорошая крутая фирма, в них мне будет удобно. Я написал в Твиттере: «Девушки, кто-нибудь знает эту фирму? Что скажете?» Сразу посыпались ответы, девушки хвалили туфли, и самое интересное, что это на меня подействовало! И я поехал с дочкой за ними в ЦУМ. Потом сфотографировал покупку и выложил в Инстаграм с вопросом: «Ну как вам, ничего?»

«О, – отвечают мне, – класс, я себе тоже такие купила! Супер!»

Только потом я задумался над ситуацией и сам себе удивился. Получается, что я начал принимать решения в зависимости от того, что мне говорят совершенно чужие люди. А если бы они мне написали что-то другое? Я бы купил другие туфли, не те, что понравились моей дочери? А из каких соображений? «Как я буду этим людям в глаза смотреть?» – так, что ли? Да какие там глаза! По большому счету я никого из советчиков не знаю. Я в жизни их не видел, но при этом спрашиваю у них, что покупать.

Вообще социальные сети, такие как Инстаграм, Фейсбук, Твиттер и т. д., – очень любопытный феномен. Мы берем, разумеется, ситуацию, когда аккаунт в социальной сети публичный, а не так называемый подзамочный, то есть такой, который ведется пользователем только для себя или для очень узкого круга друзей. Таких на самом деле очень мало. Так вот, представьте себе человека, который только что сфотографировался, а теперь идет по улице и всем показывает свою фотографию. Или пришел в какое-нибудь кафе, щелкнул на полароид еду, которую ему принесли, и тоже пошел всем показывать фото. Выглядит странно, правда? Никто такого не станет делать.

А в сети у человека появляется ощущение того, что он здесь один. Он не чувствует никакого стеснения, смущения, скованности относительно того, какие фотографии он выкладывает, что пишет, какими ссылками делится. Если кто-то что-то не то в комментариях написал – его спокойно можно забанить. Если раньше люди выясняли отношения на кулаках или на повышенных тонах, то теперь разборки в комментариях заканчиваются тем, что хозяин страницы попросту блокирует оппонента, отправляет в бан – и его уже как бы нет. Вы можете почувствовать себя богом своего собственного мира. Вы вольны кого-то добавить, кого-то убрать, кто-то может смотреть ваши записи, кто-то не может. Такая маленькая власть над тем, что смотрят и делают другие люди.

Обратная сторона этого ощущения анонимности и изолированности – повышенная концентрация на себе. Когда мы читаем чужие статусы в Фейсбуке или сообщения в Твиттере, многим из нас кажется, что это адресовано конкретно нам. Хотя на самом деле это совершенно не так, особенно если речь идет о людях популярных – они обращаются к целой армии подписчиков (в Твиттере это называется фолловеры).

И смотрите, какая складывается ситуация. Допустим, у вас есть некоторое количество виртуальных «друзей» в Фейсбуке – несколько десятков, сотен или даже тысяч, притом реально вы знаете очень небольшой процент из них. Вы пишете о каких-то событиях из своей жизни, выкладываете фотографии – свои, родителей, детей, мужа или жены, рассказываете о том, что вы думаете, что вы купили, куда вы пошли, что вы съели. И это видит куча людей, с большинством из которых вы даже не знакомы. В зависимости от установок ваши фотографии и статусы могут видеть не только друзья, но и друзья друзей или в принципе все пользователи сети – таким образом круг персонажей, допущенных к вашей личной информации, еще расширяется. Вся ваша жизнь проходит на виду. Все, что раньше было скрыто от посторонних глаз, все, что представляло какую-то загадку, теперь открыто для всего мира.

Психологи говорят, что круг личного общения в норме не может превышать пятидесяти, максимум ста человек. Это наши родственники, друзья, близкие и дальние знакомые, с которыми мы можем общаться и постоянно, и периодически, и время от времени. А социальная сеть подразумевает, что мы поддерживаем контакт со всеми своими френдами и фолловерами. Причем люди моего поколения – я иногда называю нас цифровыми эмигрантами – еще застали мир совершенно другим: без интернета, без мобильников. Мы просто встречались и общались или звонили друг другу. Но уже наши дети относятся к совершенно иной генерации – они во всем этом родились, они уже совершенно иначе представляют себе процесс коммуникации и, к сожалению, зачастую очень зависимы от чужого виртуального одобрения.

Получается, что наш круг общения постепенно начинает включать в себя всех, с кем мы когда-либо вступали в коммуникации в объеме чуть больше короткого диалога из пяти-шести слов. Все, с кем мы ходили в детский сад и учились в школе, однокурсники, учителя, воспитатели, преподаватели, врачи, родственники, все, с кем общались в командировках, на конференциях, на отдыхе, попутчики в поезде и в самолете, стюардессы и таксисты… Теперь уже и визитки не нужны – есть сеть. Есть модели телефонов, которыми достаточно прикоснуться друг к другу, чтобы они обменялись контактной информацией. Через несколько лет технологии дойдут до того, что со всеми людьми, с кем мы разговариваем дольше двух минут, мы будем автоматически обмениваться приглашениями в свои социальные сети, независимо от того, хотим мы этого или нет.

На самом деле у социальных сетей есть несколько очень полезных функций. В первую очередь – это источник информации. Никогда не бывает лишним подписаться на страницы информационных агентств и прочих СМИ и быть в курсе новостей.

Кроме того, социальная сеть является точно такой же формой выражения, как и все остальные. Иногда в личной беседе я не могу при ком-то что-то сказать, потому что это прозвучит не в тему – или, наоборот, слишком уж «в тему». Другое дело лента в Твиттере. Вот я описываю какую-то ситуацию – мне интересна реакция людей. Меня читает двести с лишним тысяч человек. Все они непохожи друг на друга, кто-то реагирует, кто-то нет. Появляется возможность получить отклик от совершенно разных аудиторий.

При личном общении в компании обычно подбираются люди одного типа. Это могут быть сотрудники, люди, которые разделяют с вами одно и то же увлечение, или просто старые друзья. Но в целом тип будет более-менее схожим. И всегда есть тип людей, с которыми мы не будем общаться, потому что нас ничто не связывает. Так вот, социальная сеть как раз дает возможность раскрываться и делиться своим мнением с совершенно разными людьми, с которыми в жизни мы даже никогда не встретимся, не подружимся, не будем ходить друг к другу в гости. С людьми, принадлежащими к совершенно разным социальным слоям и группам – тут и богатые, и бедные, и средний класс, и инженеры, и авиаконструкторы, и учителя, и космонавты, и водопроводчики.

Главное – запомнить одну простую вещь: приватности в большинстве социальных сетей не существует в принципе. У человека, сидящего за компьютером, складывается ощущение, что он тут один, и страничка в соцсети становится дневником, куда мы выносим все свои мысли, пишем все, что думаем. Даем кому-то советы. Высказываем свое мнение. За что-то голосуем. А социальные сети это фиксируют. Это их работа – то, на чем они делают деньги.

По условиям пользовательского соглашения и Фейсбука, и Твиттера все, что вы там пишете, является интеллектуальной собственностью этих компаний – иначе говоря, это как бы уже не совсем ваше. Правда, вы обладаете так называемыми смежными правами – поэтому имеете право удалять свою информацию. Но Фейсбук и Твиттер на законных основаниях имеют доступ к вашим телефонным номерам и другим данным. А это значит, что к ним имеют доступ как различные спецслужбы, так и корпорации, которые покупают эти данные в маркетинговых целях. Когда у Фейсбука появились первые сто пользователей, администрация сети наняла человека, который следил за безопасностью приватной информации. Когда же количество пользователей выросло до десяти тысяч, человека уволили и больше на эту должность никого не нанимали.

Монетизация социальных сетей работает в сфере маркетинга. Сеть следит за тем, что вы любите, чего хотите, на какие сообщения или рекламные баннеры чаще всего кликаете. Отмечают лайки, которые вы ставите. Проще говоря – следят за всем. Потом эти данные анализируют и на их основании слегка корректируют вашу виртуальную реальность, затачивая ее вроде бы под ваши запросы, но так, чтобы получить возможность выгоды для себя. Допустим, вы захотели купить какую-то мебель, стали искать подходящие варианты по группам ВКонтакте – и браузер тут же начинает показывать вам рекламу мебельных салонов.

Сейчас разрабатывается очень любопытная программа для соцсетей – ее можно назвать «кибердруг». Она должна заработать в ближайшем будущем. Цель ее, в общем-то, не нова – это маркетинг и давление на пользователя, только осуществляемое иными способами, чем реклама. «Кибердруг» – это программа, которая изучает все, что связано с вами, с самого детства. Всех ваших друзей и родственников, все, что они когда-либо писали и говорили про вас. Все, что вы когда-либо писали в любой социальной сети. И на основании этих данных анализирует – что вы любите, что вы не любите, какие места вам нравится посещать, какие не нравится. Что вас трогает – собачки, кошечки, слезливые романтические истории? Что вас веселит? Что вас пугает? И – на основе всего этого – как на вас можно надавить.

Соответствующие технологии сегодня достаточно развиты, так что бывает трудно отличить, реальный человек вам пишет или программа. У вас появляется идеальный виртуальный друг, который знает про вас все: все ваши слабости, все мечты и желания. Он понимает вас лучше, чем вы сами, и всегда готов дать правильный совет. Только этот кибердруг на самом деле никаких правильных советов не дает – он всего лишь анализирует все ваши решения, которые вы считаете правильными, за последние, допустим, двадцать лет, и компилирует на их основе свой вариант, который и навязывает вам.

«Кибердруг» – это программа, которая изучает все, что связано с вами, с самого детства. Всех ваших друзей и родственников, все, что они когда-либо писали и говорили про вас. Все, что вы когда-либо писали в любой социальной сети. И на основании этих данных анализирует – что вы любите, что вы не любите, какие места вам нравится посещать, какие не нравится.

Кстати, удалить информацию из социальной сети тоже не так просто. Большинство из нас думают, что можно просто зайти в свой профиль и все стереть, закрыть аккаунт. Но на самом деле он не закрывается! Однажды меня попросили восстановить аккаунт, который был взломан и стерт. С момента взлома прошло уже несколько недель, все это время аккаунта не существовало. Но по моей просьбе социальная сеть – не буду приводить ее название – восстановила его из архивов буквально в три секунды. Со всей информацией, со всей перепиской, со всеми файлами и фотографиями.

Вообще интернет в последнее время входит в нашу жизнь так масштабно, что некоторые вещи, о которых раньше никто не задумывался, начинают теперь представлять собой настоящую проблему. Одна из них – что происходит с аккаунтом человека после его смерти.

В 2008 году мне довелось столкнуться с очень грустной ситуацией – умер мой отец, певец и композитор Анатолий Днепров, а в конце того же года погиб мой двоюродный дядя. Ему было всего сорок два года. Дядя, абсолютно трезвый, возвращался в шесть утра на машине с дачи, и на перекрестке в него на всей скорости влетел «КамАЗ» с пьяным водителем за рулем. На скорости около ста сорока километров в час тяжелая машина превратила маленькую «Ауди» в груду металлолома. Дядя умер мгновенно, его любимая женщина, вместе с которой он ехал, сильно пострадала, но выжила.

Когда мне сообщили об этом, я сперва не поверил. Я знал, что дядя был очень активным пользователем сети Одноклассники, зашел к нему на страницу и увидел последнее сообщение – оно было сделано в час ночи через мобильный телефон. Дядя написал, что отдыхает у друзей на даче вместе с любимой и ее дочкой и что скоро они поедут домой, а девочка останется погостить еще на пару дней.

И все. Человека нет.

Я читал это сообщение, словно эхо с того света. Оно так и осталось висеть на странице. Когда вечером я зашел туда снова, там уже появились записи от знакомых моего дяди, которые начали узнавать о трагедии: «Митенька, неужели это правда?», «Мы по тебе скучаем!», «Пусть земля тебе будет пухом!», «Светлая память».

Меня это очень тронуло. Я страшно переживал из-за гибели дяди, он был прекрасным человеком, хотя мы, к сожалению, мало общались – вечно не хватало времени, оба были заняты своей жизнью и своими делами. И вот, читая все эти сообщения, я вдруг подумал: «Может, мне тоже написать?» Взял и написал. И знаете – мне стало легче.

Потом я задумался: а как вообще регулируются вопросы, связанные со смертью пользователя? Мало того, что после нас остается огромное количество всяких материальных вещей, с которыми непонятно что делать и кому передать – многие ведь не считают нужным писать завещание, – но что будет с нашим цифровым наследием? Это действительно очень масштабная проблема, которую не стоит недооценивать. Так, численность пользователей Фейсбука уже достигла миллиарда. По статистике, каждую минуту умирают три пользователя этой социальной сети. Сейчас в мире нет ни одного законодательного акта, касающегося того, кому достаются такие «выморочные» аккаунты. Огромное количество страниц, блогов, журналов в Одноклассниках, ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Инстаграме, ЖЖ, которые так и остаются в интернете, – чьи они?

Администрация различных социальных сетей тоже начала задумываться об этом вопросе. Твиттер несколько лет назад принял такое решение: если они получат доказательства смерти пользователя, то предоставят его родственникам полный цифровой архив аккаунта. Фейсбук просто закрывает аккаунт, но он остается доступным для просмотра как страничка памяти. И здесь могут быть самые разные ситуации! Я читал историю о том, как молодой человек, пользователь Фейсбука, застрелил свою девушку из ружья, а потом убил себя. А ее родственники, заходя потом к ней на страничку, видели фотографию, где она была изображена вместе с этим парнем, и ничего не могли поделать.

Это действительно очень масштабная проблема, которую не стоит недооценивать. Так, численность пользователей Фейсбука уже достигла миллиарда. По статистике, каждую минуту умирают три пользователя этой социальной сети. Сейчас в мире нет ни одного законодательного акта, касающегося того, кому достаются такие «выморочные» аккаунты.

В случае, когда архивы отдают родственникам, тоже стоит быть готовыми к неожиданностям. Аккаунт может содержать какие-то фотографии, записи, личные сообщения, которые сам человек не хотел бы показывать родителям, жене/мужу или детям. Время от времени все мы переписываемся в «личке», где раскрываем свои самые сокровенные секреты, причем иногда – незнакомым людям. Иногда, будучи в браке, общаемся таким образом с любовниками или любовницами. Пересылаем фотографии – сейчас появилась возможность вообще не хранить фотографии в телефонах или фотоаппаратах: вы делаете фото через Инстаграм или другое приложение, и оно сразу отправляется в интернет, в вашу социальную сеть. И это могут быть абсолютно любые фотографии, самые нескромные, вплоть до прямых доказательств супружеской измены. Этически это очень непростая ситуация. И законодательно этот вопрос, повторю, никак не решен.

 

Глава 2

Как стать популярным блогером за полчаса

Я был подписан в Твиттере на одну девушку, крайне активную. За полтора года она написала сорок тысяч сообщений – твитов. Это очень много – разделите сорок тысяч на пятьсот пятьдесят и получите среднее количество твитов в день. То есть она постоянно о чем-то писала, кому-то отвечала, постила фотографии и ссылки, при этом еще ухитрялась работать, встречаться с друзьями, ходить в кино и кафе и т. п. И в какой-то момент я перестал ее читать – отфолловил, на жаргоне пользователей Твиттера. Сделал я это в разгар рабочего дня. Буквально через пятнадцать минут мне пришла эсэмэска – крик души: «ТЫ МЕНЯ ОТФОЛЛОВИЛ????!!! – на самом деле вопросительных знаков там было гораздо больше, штук десять, наверное. И дальше: ПОЧЕМУ??? ЧТО Я СДЕЛАЛА??? ЧЕМ Я ПРОВИНИЛАСЬ??» Многоточия, обилие вопросительных и восклицательных знаков, смайлики, улыбки, слезы…

А это был всего лишь эксперимент с моей стороны. Мне было интересно выяснить, как люди реагируют на то, что их перестают читать. Хотя в рамках этого эксперимента я отписался еще от нескольких человек и должен сказать, что они вели себя намного более спокойно.

На самом деле большинство из нас даже не понимают, как сильно влияет на психику постоянное зависание в соцсетях. Этот виртуальный пинг-понг убивает реальное человеческое общение. Поцелуй, объятие, прикосновение, запах, движение – разве социальная сеть сможет это передать? И разве можно в этом случае говорить о полноценном общении?

Многим кажется, что с помощью социальных сетей они спасаются от одиночества. Но вместо этого они сами себя загоняют в новую форму психического расстройства. Оттуда и истеричные SMS «почему ты меня отфолловил?» А что творится при невозможности выйти в сеть из-за, например, проблем со связью? Люди начинают испытывать натуральную ломку. Это самая настоящая зависимость. Вы когда-нибудь ловили себя на сожалении: «Ой, происходит что-то важное, а я не написал, не сфотографировал, не разместил!»? Нервничали из-за того, что ваша запись получила мало лайков или ретвитов? Скорее всего. Почти всех такие мысли время от времени посещают. Хотя на самом-то деле – какая разница? Что это меняет?

Социальная сеть кажется легким способом повысить свою значимость, показать «крутизну». И в погоне за «лайками», френдами, фолловерами люди постепенно начинают жить эрзац-жизнью. Они и не живут по большому счету, а только делают вид. Но им кажется, что они важны, что они что-то собой представляют. Думают, что стали знаменитостями. А чем они знамениты? Разве они сделали в жизни что-то настоящее? У них пятьсот тысяч подписчиков в Твиттере – это что, достижение?

Насколько вообще можно верить цифрам, обозначающим количество подписчиков в соцсетях? В целом – поверить довольно сложно. Есть аккаунты, по которым видно, что цифры накручены. В любой социальной сети можно купить себе любое количество друзей или фолловеров. Можно, например, приобрести готовую группу ВКонтакте, где уже есть сто тысяч участников. Можно набрать пятьдесят тысяч фолловеров в Твиттере за очень короткое время. Делается это при помощи специальных сайтов.

Когда я открыл для себя Твиттер, то первую тысячу фолловеров я набирал в течение года. А через эту систему ради эксперимента сделал пятьдесят тысяч всего за полтора часа. То есть с моими первоначальными темпами нужно было бы сто лет сидеть в Твиттере, чтобы набрать такое количество подписчиков. Этот эффект я назвал «мертвые души по-настоящему». Чичиков у Гоголя эти «мертвые души» покупал, а здесь даже покупать не надо, можно просто регистрировать.

Таких сайтов много, они все исправно работают и пользуются спросом в соцсетях. Даже в Одноклассниках – казалось бы, зачем иметь тысячу друзей в Одноклассниках? Но кому-то это нужно, интересно, кому-то от этого хорошо.

Социальная сеть кажется легким способом повысить свою значимость, показать «крутизну». И в погоне за «лайками», френдами, фолловерами люди постепенно начинают жить эрзац-жизнью.

На самом деле высокую популярность в социальных сетях действительно можно конвертировать во вполне конкретные денежные суммы. В свое время первыми «звездными» пользователями Твиттера в Соединенных Штатах стали Эштон Кутчер и его жена Деми Мур – они были знакомы с основателем этой социальной сети – и хорошо поспособствовали его раскрутке. Твиттер стал популярен не только среди обычных пользователей, но и среди артистов, певцов, музыкантов. А любая звезда мирового уровня, у которой большое количество фолловеров, – это своего рода маркетинговый агент.

К примеру, Барбра Стрейзанд увлекается дизайном интерьеров, и ее читает много людей, имеющих то же хобби или занимающихся дизайном профессионально. Основная аудитория Леди Гаги – молодежь, тусовщики и т. п. Такие сведения бережно сохраняются в базах, которые ведут специализированные интернет-агентства. Время от времени агенты связываются с той или иной звездой, и после переговоров в Твиттере звезды появляется, например, сообщение: «Сижу в баре X в Лос-Анджелесе, здесь обалденный коктейль Y». То есть вроде бы сиюминутная зарисовка из жизни, а на самом деле – реклама. Стоимость одного такого твита доходит до двадцати тысяч долларов, а делать их можно по пять-шесть штук ежедневно. Как говорится, ничего личного, просто бизнес.

Разумеется, чтобы аккаунт вызывал коммерческий интерес, его популярность не должна быть дутой. В Твиттере люди с накрученными рейтингами очень хорошо заметны. Смотришь – человек завел аккаунт четыре месяца назад, а у него уже больше трехсот тысяч фолловеров. А так не бывает. Даже если это медийная персона, которую каждый день показывают по телевизору, – слишком резвые темпы.

Я специально зашел на одну такую страничку, и оказалось, что я был прав в своих подозрениях. Сейчас расскажу, как проверяются такие вещи. Дело в том, что каждому пользователю Твиттера (а их полмиллиарда по всему миру) присваивается индивидуальный номер клиента. Этот номер не виден, если заходить через браузер, как мы все обычно делаем. Но если посмотреть с айпада через специальное приложение, номера будут видны. Так вот, на некоторых аккаунтах можно заметить, что номера фолловеров идут подряд. Но так не бывает! Не может быть, чтобы вас зафолловили хотя бы сто человек, у которых номера идут подряд, это слишком невероятное совпадение. И оно однозначно выдает накрутку.

Для окончательной проверки можно зайти на страницу к одному из таких фолловеров и увидеть типичную «мертвую душу» – пустой аккаунт без единого твита, без собственных фолловеров и без других подписок. Но это просто бессмысленно – зачем тогда заводить аккаунт? Он нужен для того, чтобы там твитить, а не чтобы читать какого-то одного человека. А значит, такие аккаунты не принадлежат реальным людям. Это так называемые боты – иными словами, программы, созданные специально, чтобы накрутить кому-то популярность.

Существуют также сайты, на которых можно посмотреть графики роста количества подписчиков. К примеру, вчера я заказал себе фолловеров – и на графике будет видно, что линия сначала была ровная, а потом резко скакнула вверх. Все ясно – это накрученный аккаунт. А если линия идет более-менее ровно – скажем, в сутки прибывает по три тысячи фолловеров, – тут уже могут быть сомнения. Чтобы разобраться, придется копать глубже. Использование таких алгоритмов, кстати, и стоит дороже – потому что программа должна задействоваться каждый день в течение некоторого времени, вместо того чтобы включиться один раз, накрутить пятьдесят тысяч подписчиков и уйти. Самый дешевый вариант такой накрутки стоит пятьдесят пять долларов за те же пятьдесят тысяч фолловеров. Проблема только в том, что в течение первой недели 25–30 % таких подписчиков может отпасть.

Как работает программа автоматической накрутки? Существует определенный тип вирусов, так называемые полиморфные вирусы. В какой-то момент вирус загружается к вам на компьютер. Он может прийти со спамом, с видеоматериалами, с mp3-файлами, которые вы скачиваете с разных пиратских сайтов. Вы его не замечаете. И ваш антивирус тоже его не замечает. Дело в том, что многие антивирусы не проверяют видео– и музыкальные файлы в момент их загрузки на компьютер – эта функция не является прописанной по умолчанию и не входит в базовый бесплатный пакет, ее надо подключать отдельно.

Так вот, вы скачиваете зараженное видео, а когда запускаете просмотр, вместе с ним запускается программа. Маленький вирус. У него есть «папа» – человек, который его запустил. И с этим «папой» вирус выходит на связь каждые сутки. Спрашивает на своем программном языке: «Папа, что мне делать?»

Таких детей у «папы» очень быстро набирается, наверное, миллион – потому что компьютерные вирусы распространяются с ураганной скоростью, совсем как настоящий грипп в закрытом помещении. И «папа» может отдать, допустим, такую команду: «Дети мои, зайдите, зафолловьте сегодня в Твиттере такого-то и такого-то». В ту же ночь, пока вы спите, этот вирус зайдет в сеть через ваш аккаунт и зафолловит того, кого велено.

А теперь представьте: вы утром встаете и видите, что в списке тех, кого вы читаете в соцсети, появилось какое-то новое имя. Конечно, если вы уже подписаны на тысячу или даже несколько тысяч человек, вы это вряд ли заметите. А вот если в вашей ленте всего сотня или две пользователей, новое имя обычно сразу видно. Скорее всего, вы подумаете примерно так: «Странно, откуда он взялся? Я что, зафолловил его, пока спал? Что-то не припомню. Кто это вообще? Этот чувак вообще из Бразилии, я даже не понимаю, что он пишет», – и отмените подписку.

Иногда люди сами зарабатывают деньги таким образом. Хороший фолловер, у которого много твитов, так что понятно, что это живой человек, может стоить от 30 до 40 центов. Это уже дорого. Если вы вдруг захотите набрать пятьдесят тысяч таких фолловеров, придется выложить пятнадцать-двадцать тысяч долларов. Но это, во-первых, живые люди, а во-вторых, они не станут впоследствии отписываться от вашего аккаунта – таково одно из условий.

Существует определенный тип вирусов, так называемые полиморфные вирусы. В какой-то момент вирус загружается к вам на компьютер. Он может прийти со спамом, с видеоматериалами, с mp3-файлами, которые вы скачиваете с разных пиратских сайтов.

Пользователи со слабой активностью тоже могут участвовать в некоторых программах. Стоят они, конечно, гораздо меньше, обычно от 0,1 до 1 цента, но при этом фолловят, к примеру, по тысяче или даже по десять тысяч человек в день. Заказов много. Но они имеют право со временем отключиться, чтобы у них снова можно было заказать эту услугу, то есть это постоянный заработок.

Более сложное дело – раскрутить аккаунт в ЖЖ. Там много тонкостей – рекомендации, репосты, комментарии и т. д. Все это считает программа, и чтобы попасть, допустим, в топ-10, надо очень постараться. Непрофессионалу в этом разобраться сложно. В Твиттере намного проще понять, как все устроено.

В Фейсбуке можно купить аккаунт, у которого будет десять тысяч друзей. В общем, при желании кого угодно можно сделать популярнейшим блогером и говорить потом, что к мнению этого человека обязательно нужно прислушиваться – смотрите, сколько народу его читает! Сотни тысяч, даже миллионы! Хотя к таким методам прибегают все-таки очень немногие. Все-таки единственное, чего нельзя купить, – это репутация. Ее как раз очень легко потерять, разменяв на тысячи ботов и накрученный рейтинг. А обратно репутацию уже не вернуть, особенно в интернете. Если кто-то про тебя что-то написал, это останется в сети на века и будет преследовать тебя всю жизнь. Соврать, конечно, тоже легко – но сомнения уже никуда не денутся. Как в старом анекдоте, когда пропавшие ложечки нашлись – а вот осадочек на душе остался.

 

Глава 3

Путь через сердце… к кошельку

Эту главу я начну с рассказа про одинокую женщину по имени Любовь. Живет она в небольшом поселке недалеко от областного центра. От политики далека. Однажды в интернете Любовь познакомилась с мужчиной – он написал ей первым. Рассказал, что его зовут Давид, он военный, живет в Америке. У них быстро завязался бурный роман по переписке. Давид близко к сердцу принял все проблемы Любови и клятвенно пообещал ей, что очень скоро приедет, починит протекающую крышу, а главное – всегда будет рядом с ней. Только сначала ему надо уладить дела в Штатах – перевести в Россию свой бизнес, да и с другими вопросами разобраться. Процесс небыстрый, да и затратный, придется вынимать средства из оборота, и чтобы не терять времени, Давид попросил у Любови денег – для начала всего-то пятьдесят тысяч рублей. Потом еще. И еще. Женщина поверила. Заняла деньги у соседей, взяла кредит в банке. И перевела «Давиду» в общей сложности немалую сумму – около восьмисот тысяч за несколько месяцев.

Этот случай – один из тысяч. Сейчас люди стали очень активно знакомиться в интернете – в социальных сетях, в чатах, на форумах. По американской статистике, один из пяти браков разваливается из-за Фейсбука (в России роль семейного киллера номер один с успехом исполняют Одноклассники). Люди стали влюбляться в десять-двадцать раз чаще – но и относиться к чувствам поверхностнее. Все просто: девушка заходит на страницу к молодому человеку, смотрит личные данные, круг увлечений… «Ах! Ему двадцать четыре года и он любит супергероев! Да это просто мой человек, у нас столько общего!» Завязывается переписка, парочка добавляет друг друга в друзья. Постепенно разворачивается виртуальный роман… А вот его продолжение может оказаться неожиданным.

…Когда сообщения от «Давида» перестали поступать, Любовь еще какое-то время ждала и надеялась, но потом все же поняла, что, похоже, ее доверчивостью воспользовался мошенник. Она подала заявление в полицию, был сделан запрос. Выяснилось, что мужчина, который ее обманул, находится где-то в Сомали – это удалось определить по IP, – но найти этого человека, конечно, не получилось. Деньги были потеряны. Женщине пришлось продать часть дома и заложить другое имущество, чтобы отдать долги.

Как я уже сказал, таких пострадавших – масса. Люди реально попадают на деньги – и женщины, и мужчины, всех возрастов, от восемнадцати и старше. Интересно, что те мошенники, которые специализируются на обмане мужчин, представляясь молодыми красивыми девушками, в большинстве своем сами мужчины. Интернет в этом смысле очень удобен – мы же не знаем, кто на самом деле сидит по ту сторону монитора. Завязывается переписка: девушка-красавица, хорошая, скромная, неизбалованная, застрявшая в каком-то депрессивном поселке, пишет вам, что влюбилась, что вы мужчина ее мечты, сильный, мужественный, герой ее снов, скоро она к вам приедет… но вдруг случается беда – врачи обнаруживают у девушки раковую опухоль. Состояние угрожающее, необходима срочная операция. К счастью, ее могут сделать в ближайшем крупном городе, однако стоит она немало – пятьсот тысяч рублей. Девушка, заливаясь слезами, просит у вас денег. Вы же такой добрый и щедрый, вы обязательно ее спасете, и она теперь всю жизнь будет ваша и ничья другая. Она приедет к вам сразу, как только ее выпишут. Надо только сейчас заплатить хирургу.

Потом она пишет из больницы – что все прошло неплохо, но нужно еще триста тысяч. На лекарства. Она пока еще очень слаба – но вы снитесь ей по ночам, у нее давно собраны чемоданы. И вы шлете еще триста тысяч на лекарства. Потом – на билет. Потом – чтобы оставить маме на еду и бытовые расходы. Потом красавица вдруг пропустит поезд и нужны будут еще деньги. Потом опять заболеет…

В общем, с девушкой будут происходить все новые и новые приключения, а вы будете все слать и слать ей деньги. История будет тянуться, как бесконечный мексиканский сериал. Только, как правило, в реальной жизни ваша Изаура – это толстый лысый африканец, который хорошо знает русский, так как учился когда-то у нас.

По статистике, с киберпреступностью сталкивалось 85 % зарегистрированных российских пользователей интернета. Сейчас мы имеем ситуацию, когда миллионы людей то и дело где-то регистрируются – в соцсетях, на форумах, на сайтах знакомств и т. д. Одинокие новички возникают в интернете постоянно, по нескольку десятков тысяч человек в день. Исследования различных ученых говорят, что лет через двадцать больше половины знакомств будет происходить в интернете. А данные другого статистического исследования говорят, что такие браки оказываются более счастливыми и долгими, чем союзы, в которых люди познакомились обычным путем. И, в общем-то, можно в это поверить. Так или иначе, сеть стала, пожалуй, намного более предпочтительным местом для знакомства, чем «реал».

Как же мошенники вас находят? Да очень просто. Достаточно посмотреть личные странички в Фейсбуке или ВКонтакте. Выбрать те, где в графе о семейном положении указано «В активном поиске», «В разводе» и т. п. Уточнить возраст – обычно преступники выбирают одиноких женщин старше сорока, но есть и такие, кто специализируется на тридцатилетних или на совсем молоденьких девушках от восемнадцати лет. Просто женщины старше сорока, да простят меня читательницы, представляют собой более легкую добычу. Не говоря уже об одиноких дамах за пятьдесят – тех зачастую можно буквально брать голыми руками.

Прежде чем завязать переписку, аферист внимательно изучит всю вашу историю в сети. Он зайдет на личную страничку, в блог, прочтет все записи с самого начала и до конца, просмотрит все доступные анкеты – и будет знать, что вы любите, какие стихи читаете, какие у вас были отношения, что вы пишете, ваше настроение, ваши мечты, ваши проблемы. Посмотрит на ваших друзей, на выложенные документы и фотографии. И на основании этих данных выстроит целую программу – с какой стороны к вам лучше подойти, как обратиться и каким мужчиной/женщиной прикинуться. То есть, готовясь выйти «на дело», мошенники проводят целое исследование. А потом уже связываются с намеченными жертвами.

Обычно они пишут первыми. И сразу заходят с козырей: «У тебя красивые глаза», «Ты мне очень понравилась», «Я тоже люблю Сильвестра Сталлоне», – и тому подобное. Завязывается разговор, где собеседник демонстрирует все те качества, которые вам хотелось бы видеть в идеальном партнере. А ведь женщины часто мечтают выйти замуж за принца. Ну или хотя бы за иностранца. Так что их, к сожалению, нетрудно бывает обмануть.

Впрочем, мой личный опыт показал, что обмануть можно практически любого.

Однажды мой знакомый написал в Твиттере про одну девушку, у которой был день рождения. Заметил – почему у нее так мало читателей? Пора бы ей побольше набрать! Я тоже ее зафолловил, начал читать. Потом мы стали переписываться. Завязалось общение. Она мне пишет: «У меня есть блог, сходи почитай, я пишу всякие рассказы». Я сходил, почитал. То есть появился интерес.

Смотрю фотографии – очень красивая девушка, модельной внешности. Умная, чуткая. Завораживает своим интеллектом, красотой, подходом. Она дала мне телефон, email, все контакты. У девушки красивое имя – Алиса. Алиса Гольцик. Я ей позвонил. Приятный голос. Мы начали перезваниваться, она стала выкладывать больше фотографий, рассказывать про свою жизнь. Рассказала, что училась в Тверской академии хореографии, что в четырнадцать лет ее поймали двое наркоманов, изнасиловали, держали у себя два дня. После этого у нее произошел срыв, как она это назвала – психическое расстройство. Далее, по ее словам, в шестнадцать лет она заболела раком груди на фоне нервного стресса от того, что с ней случилось в четырнадцать. Говорит о лечении, о четырех курсах химиотерапии и нескольких курсах лучевой терапии. Рассказывает, что, несмотря на болезнь и продолжающееся лечение, не бросила занятия и закончила свое хореографическое училище.

Дальше, по рассказам Алисы, она поступила в юридическую академию. Говорит, что когда сдавала последний экзамен – чуть не умерла. Над ней держали капельницу, она падала в обмороки, ей вызывали «Скорую помощь», но она не отступила и сдала все экзамены.

Юридическую академию она закончила за два года, сдав большинство предметов досрочно. Родители девушку практически похоронили, уже заказали место на кладбище, но ее буквально вытащил с того света брат – приходил к ней в больницу, сидел там целыми днями, держал за руку. И очень выручила подруга, которая сдала для Алисы кровь – у нее оказалась очень редкая группа крови, вторая отрицательная. Ни у кого больше в Твери такой не было, только у подруги.

Дальнейшая жизнь Алисы столь же насыщена событиями. Девушка собрала своих самых красивых подруг, с которыми училась в хореографическом училище (к сожалению, забывая про всех, с кем она училась в юридической академии), и уехала в Санкт-Петербург. Там она открыла крупное агентство недвижимости (у которого, правда, нет сайта и нет адреса), и вот уже три года работает с утра до ночи не покладая рук. Подруги общаются с разными мужчинами, которые приносят информацию о том, что касается продаж зданий, офисов и т. д. В течение этих трех лет Алисе удается поднять компанию стоимостью восемьдесят миллионов долларов – пятьсот сотрудников в офисе, собственные маршрутки, которые забирают сотрудников из дома и отвозят их обратно по всему городу, сама хозяйка ездит на BMW X6, – и попутно она еще заочно заканчивает философский факультет МГУ.

Потом она признается: «Мне ничего не нужно ни от кого, только любви».

И потом вдруг обрушивает на меня шквал страстных признаний: я тебя обожаю, я хочу выйти за тебя замуж, я сделала татуировку с твоим именем у себя на спине, вот фотки; я иду на крупнейшую отраслевую презентацию в платье с голой спиной, чтобы все видели, что я твоя женщина; я меняю свой ник в соцсетях – теперь я не Алиса Гольцик, а Алиса Гольцик-Гросс! Предлагает мне жить за границей, говорит, что ее приглашают сниматься для Vogue в Лондоне, а потом еще для какой-то рекламы в Париже, и что она хочет, чтобы я поехал вместе с ней. Она даже позвонила моей старшей дочери, найдя ее телефон ВКонтакте, и спросила: «Девочка, что ты хочешь на день рождения на восемнадцатилетие? Я подарю тебе две BMW Х6, разных цветов – чтобы ты утром и вечером ездила на разных машинах».

Короче говоря, не девушка, а сказка: крупный владелец бизнеса, модельной внешности, с тремя образованиями, и ничего ни от кого ей не нужно, хочет только меня. Но никак не может приехать в Москву! Пишет мне: «Я очень хочу приехать, но никак не получается, сейчас моя мама тебе все объяснит… Сейчас моя сестра тебе расскажет, почему я не приеду… Все, я уже собралась!.. Ах, нет, сейчас не получится, приехали мои родители из Твери, я должна побыть с ними…» Говорит, что у нее бывают сильнейшие нервные срывы, поэтому ее бабушка-психотерапевт, которая работала еще чуть ли не при Сталине, периодически колет ей какие-то страшные, дико засекреченные сильнодействующие лекарства, запас которых у нее остался с тех времен, причем срок годности у них почему-то еще не вышел.

Потом она пишет: «Я еду! Я еду с пересадкой, до Бологого, а потом сажусь на «Сапсан»…» Вы можете себе представить эту пересадку в Бологом с электрички на «Сапсан»? А я тогда все принял за чистую монету. Потом она сообщает: «Я в Москве, но не могу с тобой встретиться – у меня опять нервный срыв. Ко мне едет мама». Мама звонит мне: «У дочки нервный срыв! Я еду к ней ее спасать!»

Мой друг Владимир Соловьев оказался свидетелем всей этой истории и не знал, смеяться ему или ругаться. Он не раз советовал мне поехать в Питер, заказать столик в ресторане и поставить девушку перед фактом – мол, я здесь, давай встретимся, посидим немного. Хотя и предупреждал, что эта встреча может меня разочаровать – и вовсе не потому, что я не понравлюсь Алисе.

В какой-то момент это обилие жалоб все-таки заставило меня задуматься – наверное, тут не все так просто, как кажется. И я начал расследование. Стал пробивать девушку по всем инстанциям – Твиттеру, Фейсбуку, ВКонтакте и т. п. То, что я выяснил, выглядело уже не смешно, а почти страшно.

Оказалось, что девушка уже несколько лет ведет такие отношения со многими мужчинами. Со всеми, с кем она дружила в соцсетях. А это огромное количество народу, сотни человек. Ее целевая аудитория – известные юристы, прокуроры, депутаты, сотрудники таких компаний, как «Лукойл», «Газпром», других крупных корпораций. Все они с легкостью велись на действительно очень умный разговор. Как и я повелся в течение первых нескольких дней, да так, что ходил словно околдованный, у меня буквально крышу снесло.

Замечу, что я, в общем-то, человек небедный – мне принадлежит часть крупнейшего российского интернет-регистратора, компании REG.RU. Поэтому, конечно, я тоже входил в целевую аудиторию этой барышни.

Как я понял, она разузнала про меня практически все. Она знала, что моя первая жена танцевала в Большом театре – и отсюда родилась история насчет хореографического училища в Твери. Она знала, что я всегда пишу в своих блогах про детей, больных раком – мне часто присылают различные истории, просьбы о помощи, и я всегда делаю перепосты, – и отсюда пошел рассказ о ее онкозаболевании. То есть она собрала огромное количество информации. Прочитала все мои твиты, все мои блоги и была полностью подготовлена. И так же она подходила к другим мужчинам.

С этими людьми она общалась очень плотно. Дошло до того, что два человека – известный юрист и прокурор – бросили своих гражданских жен, чтобы жениться на ней, ни разу не видя ее вживую. То есть раскрутка велась на высшем уровне. Ей посылали дорогие подарки, перечисляли деньги на мобильный телефон. Конечно, у нее бизнес на восемьдесят миллионов долларов – но они же мужчины! Когда женщина говорит, что ей ничего не нужно, мужчина хочет дать ей еще больше, еще сильнее продемонстрировать свою мужественность. Мол, раз ты такая успешная и обеспеченная и у тебя все есть, давай, я еще круче тебе что-нибудь подарю, сделаю или пришлю. Психологически все это работает именно так.

В конце концов выяснилось, что зовут девушку вовсе не Алиса Гольцик, как думали те, кто общался с ней в Твиттере, ВКонтакте или Одноклассниках. Настоящее ее имя – Диана, фамилию я здесь называть не буду. Она действительно из Твери, и у нее действительно есть определенная проблема со здоровьем. Но это отнюдь не онкологическое заболевание.

Не знаю точно, сколько ей удалось вытянуть из знакомых мужчин – этого никто не расскажет. Однако я смог узнать, что на ней висело восемнадцать кредитов в разных банках – GMoney, «Русский Стандарт», «Тинькофф», «Хоум кредит», Сбербанк и т. п. – на сумму свыше двух миллионов рублей.

Фотографии, которые использовала аферистка, принадлежат совсем другой девушке, назовем ее Ви. Она из Эстонии, модель, преподаватель танцев и арт-менеджер ресторана. Достаточно известный персонаж, у нее есть и Твиттер, и Фейсбук, и ВКонтакте. Однако за все время никто так и не сопоставил одно с другим.

Когда вы находитесь в сети – вы лакомый кусочек для мошенников. Каждый из нас тешит себя мыслью, что он умный, грамотный, проницательный, что его на мякине не проведешь. Но если за дело берется профессионал – существует почти стопроцентная вероятность, что вас попросту сожрут.

Я разговаривал с Ви. Она призналась, что друзья действительно говорили ей, что ее фотографию кто-то использует в социальных сетях, но тогда она не придала этому значения. Сказала: «Да пусть используют». Того, что ее данные, в частности ее фото, мошенница использовала, чтобы раскручивать мужчин на деньги и брать кредиты онлайн, Ви не знала. Ее это дико напрягло – и неудивительно, тем более что у нее маленькая дочка, а сама Ви на момент нашего разговора собиралась ехать в Москву.

Впервые Диана связалась с Ви в 2009 году. Написала ей что-то вроде: «Ты мне очень нравишься, ты мой кумир». Какое-то время они общались в соцсетях, а параллельно Диана начала, если можно так выразиться, жить жизнью Ви: собирать ее фотографии, фотографии ее подруг, ее родственников, ее ребенка, ее теть и дядь, ее одноклассников. Она создала собственный мир: более шестидесяти аккаунтов ВКонтакте, около двадцати – в Твиттере, тридцать или сорок в Одноклассниках, десять или двенадцать в Фейсбуке (и это только то, что я смог найти). Правда, вход во все эти аккаунты осуществлялся с одного IP-адреса, но на такие мелочи мало кто обращает внимание.

То есть еще в 2009 году Диана взяла фотографии разных людей, связанных с Ви, и создала для них аккаунты. А потом три года общалась сама с собой – писала сообщения с одного аккаунта на другой и себе же отвечала. Сама себя поздравляла с днем рождения и сама благодарила за поздравления, сама себе отправляла виртуальные подарки. Это было очень похоже на шизофрению. До такой степени, что одна из ее виртуальных личностей могла писать другой примерно так: «Privet, Natusik, ya uehala v Parizh». Вторая спрашивала: «А почему ты пишешь латинскими буквами?» – на что следовал ответ: «Zdes russkoy klaviaturi net». Или еще круче: на сообщение от одного аккаунта другому «Мамочка, поздравляю с днем рождения!» приходил комментарий с третьего аккаунта: «Ой, у твоей мамы день рождения? Поздравляю!» – и завязывался разговор. В роли «мамы Алисы» выступала тетя Ви, в роли «папы» – папа Ви, сестра стала «подругой», брат – «братом».

В какой-то момент Диана-«Алиса» начала резко стирать все эти сведения, и мне пришлось всю ночь не спать и делать сканы – ее страниц ВКонтакте, фотографий и т. п., чтобы информация не исчезла.

Неожиданно она приехала в Москву. Перед этим она, как всегда, долго жаловалась – говорила, что ей плохо, что она боится. И вдруг телефонный звонок: «Я сижу в «Тане», жду тебя». Я часто назначаю встречи в ресторане «Тан» на Маяковской, постоянно упоминаю об этом в Твиттере, и Диана это знала.

Я сразу связался с Владимиром Соловьевым – мне необходимо было с кем-то посоветоваться, а он, как я уже сказал, был в курсе всей истории. Говорю: «Мне уже не до смеха. Она мне позвонила, она здесь. Что мне делать?» Он ответил: «Поезжай». Посоветовал только проверить, одна она в ресторане или нет, – как-то не улыбалось нарваться на «группу поддержки» с бейсбольными битами. Я позвонил менеджеру ресторана, описал «Алису», попросил посмотреть, одна ли она пришла. Менеджер ответил странно: «Вроде бы под этой одеждой она одна». И я отправился на встречу, взяв с собой сотрудника REG.RU с видеокамерой.

Тут-то я и понял, что означали слова менеджера. Девушка весила килограммов двести, если не больше. Честно говоря, я с трудом представляю, как она дошла до ресторана. Я и сам человек нехудой, но это было нечто.

Одета неплохо – и недешево, если учесть, что хорошие вещи такого размера вообще нелегко найти. Кольца на пальцах. То есть с виду было похоже, что она не бедствует. Я сел за столик, мы разговорились, девушка рассказывала о своем бизнесе, о BMW X6, о связях с банками «Тинькофф» и «Русский Стандарт»… И я все-таки решился. Спрашиваю: «Диана, ну все-таки, зачем ты этим занимаешься?»

Она просто обалдела. Сигарета выпала из рук, глаза налились слезами. И тут же стала рассказывать очередную грустную историю, заявила, что любит меня. Сказала: «Ты должен дать мне шанс». «Какой шанс?» – «Один шанс быть с тобой. Я буду тебя любить больше всех». Во сколько мне обойдется ее любовь, она не уточнила.

Строго говоря, Диане можно было много чего предъявить в судебном порядке. Она обманула несколько банков, была должна большую сумму денег. Я ее спросил, как насчет банков. Она ответила: «Понимаешь, я вытаскивала свою подругу из тюрьмы». Я спрашиваю: «И что с подругой?» – «Она потом сбежала». – «Зачем же ты ее вытаскивала?» – «Я своих не бросаю…»

Уезжая из ресторана, она попросила денег на такси.

Это, вообще, очень показательная деталь. Принцип охотницы – хоть что-то, но урвать. Как у гаишников: нельзя тормозить первую машину и отпускать без денег – «охоты» не будет.

Стало понятно, что никакой шизофренией тут и не пахнет, а девушка просто очень грамотная, тонкая, умная, хладнокровная профессиональная мошенница. Сами посудите: чтобы переписываться сама с собой на ста пятидесяти аккаунтах и держать на крючке такое количество мужчин, нужно обладать недюжинным умом.

Интересно, что, когда смотришь на такое со стороны, после первых трех предложений все становится понятно. Но если вдруг ты сам оказываешься вовлечен в аферу в качестве жертвы, разобраться с ходу очень сложно. У меня ушло на это несколько недель.

Помните, дорогие друзья, когда вы находитесь в сети – вы лакомый кусочек для мошенников. Каждый из нас тешит себя мыслью, что он умный, грамотный, проницательный, что его на мякине не проведешь. Но если за дело берется профессионал – существует почти стопроцентная вероятность, что вас попросту сожрут. Вам создадут новую реальность, которая вытеснит существующую. В этой виртуальной реальности вас сведут с ума. Вы будете жить ожиданием, потому что ваши фантазии будут работать против вас. И вы будете всегда получать то, что хотите. Попросите «ее» о любой форме сексуального извращения – и выяснится, что это именно то, о чем «она» мечтает. Скажите, что вы любите что-то самое-самое удивительное – и «она» ответит: «Ах! Не может быть! Как?! И ты это любишь? Нет, так не бывает! Как же мы похожи! Нам нравится одно и то же! Поразительно!»

Вас будут изощренно водить на крючке, как крупную рыбу. Однажды у «Алисы» кончились деньги на телефоне – по ее словам, – и я послал ей пять тысяч рублей. Как вы думаете, что она сделала? Вернула мне деньги: «Ты что, мне ничего не нужно!» Классический прием рыболовов и мошенников. Как на живца – дерг-дерг, туда-сюда. И ничего не подозревающая жертва заглатывает наживку все глубже, глубже, так что сорваться уже невозможно.

Знаете, сколько народу стало на меня наезжать, когда я начал общаться с «Алисой» в Твиттере и ВКонтакте? Огромное количество! Я начал получать письма с угрозами: «Это что такое? Как ты смог заполучить такую невесту? У нас были планы! А ты кто такой вообще?» То есть этой даме удавалось реально сводить мужчин с ума. Один товарищ из Мытищ прислал мне, помимо угроз, фотографию татуировки во всю руку – с ее портретом. Он был дико в нее влюблен, общался с ней месяцев восемь и в какой-то момент сделал эту татуировку. Он мне писал: «Если она со мной не будет, я умру!» И, между прочим, через некоторое время он пропал из Твиттера, и я понятия не имею, что с ним стало.

Надо сказать, что «Алиса» оказалась в своем роде гениальной аферисткой. Я провел свое исследование, общался со многими людьми в сети и в реале и выяснил, что с мошенничеством такого высочайшего уровня никто из них не сталкивался. Полторы сотни аккаунтов, десятки обманутых мужчин, все это в течение трех лет – это же надо уметь! И, повторюсь, никто ни разу не захотел ее проверить. Хотя фотографии той же Ви на ее реальных аккаунтах есть везде.

Так что, дорогие читатели и читательницы, – если на просторах Всемирной паутины вашего внимания вдруг начнет добиваться девушка вашей мечты или прекрасный принц, не поддавайтесь первому чувству. Хорошенько подумайте. Потом перечитайте эту главу и еще раз подумайте. А потом идите в полицию.

И еще один, самый главный совет, очень простой: никогда не давайте денег. Особенно это касается представительниц прекрасного пола. Мне всегда было интересно – о чем женщины думают, когда посылают интернет-мошенникам деньги? Они реально думают, что помогают им? Женщины ведь всегда мечтают о принцах, об иностранцах, об олигархах. Белоснежная яхта, «Мерседес»… Мечта выйти за богатого, состоятельного мужчину, который будет защищать, опекать, будет опорой в жизни, – это нормально. Но когда женщина дает деньги – чего она хочет взамен? Вот он стучится к вам в личку и просит денег на бизнес. Но, извините, при чем тут вы? Нужны деньги на бизнес – пусть идет в банк.

 

Глава 4

Виртуальный флирт и реальный шантаж

В свое время я изучал сайты ФБР. У них есть целый раздел, связанный с мошенничествами, касающимися знакомств. Уверен, что ряд этих схем используется и в России. Например, помимо того, что мошенник может постараться влюбить вас в себя, а потом попросить денег, он может предложить вам и нечто прямо противоположное – а именно принять какую-то сумму на свой банковский счет. Есть схемы, в которых виртуальное знакомство используется для того, чтобы перечислить вам деньги, скажем, с краденой кредитной карты: сумму под тем или иным предлогом переводят вам на счет, вы эти деньги снимаете и потом передаете или переводите мошенникам куда они скажут. Или вас просят, чтобы вы приняли на свой адрес наркотики или какой-нибудь ворованный товар по почте, а потом переправили еще куда-нибудь. При этом вы становитесь соучастником – а аферисты себя таким образом вообще не подставляют.

Несколько лет назад одной из самых ходовых схем были знаменитые сомалийские и нигерийские «письма счастья»: «Дорогой имярек! Дело в том, что погибла семья очень богатого человека. Вы оказываетесь их единственным дальним родственником. Пришлите, пожалуйста, десять тысяч долларов на проведение нотариальных процедур, необходимых для отправки вам завещания на десять миллиардов долларов».

Или так: «В нашем министерстве финансов сложилась странная ситуация. Вы мне, конечно, не поверите, но можете приехать к нам и убедиться сами. Нам нужен номер вашего счета. Мы переведем туда сто миллионов долларов, а вы нам вернете семьдесят пять миллионов. Потом мы вам все объясним, а пока сообщите нам номер вашего валютного счета».

То есть фантазия у аферистов работает хорошо, и способов выманить у вас деньги они могут придумать очень много. Людская доверчивость временами способна сослужить плохую службу.

Как не попасться на удочку? Для этого нужно соблюдать элементарные правила сетевой гигиены.

Во-первых, никогда не следует вывешивать в интернете свои личные данные. Многие публикуют в открытом доступе номера телефонов, адрес электронной почты, еще какие-то сведения. Сколько мы с Владимиром Соловьевым и Анной Шафран провели эфиров на тему безопасности в интернете – но люди все равно постоянно что-то выкладывают. Они никак не поймут, что мошенники смотрят не только какую-то конкретную информацию, но и, например, изучают по фото в интерьере, что видно из окна вашего дома, смотрят фотографии ваших детей, через вашу соцсеть выходят на страницы ваших родственников, которые могут что-то про вас писать. Любая мелочь может дать преступнику направление для поисков, так что со временем он найдет, чем вас зацепить или чем шантажировать. Люди по невнимательности или беспечности оставляют за собой в интернете столько мелкой информации, что в итоге набирается внушительное досье, которое, будучи распечатанным на бумаге, заняло бы толстенную папку. Фактически человека можно собрать всего, если внимательно изучить его социальные сети. Хотя большинство из нас считает себя очень аккуратными людьми, которые ничего лишнего не выкладывают.

Фантазия у аферистов работает хорошо, и способов выманить у вас деньги они могут придумать очень много. Людская доверчивость временами способна сослужить плохую службу.

Еще один вид мошенничества распространился на тех сайтах знакомств, где общение происходит не в местных чатах или посредством сообщений в мессенджере, а через скайп. Как это происходит? Преступник общается с вами и при этом ведет запись всех конференций. В процессе разговора он может попросить вас что-то сделать – например, снять с себя одежду или продемонстрировать некую часть тела. А потом начинается шантаж.

Вот как выглядит типичная переписка мошенника и его жертвы в подобной ситуации (здесь мужчине пишет «девушка» с ником «Милашечка199»):

– Приветик! Видишь, что я пишу? Ау!

– Да.

– У меня нет микрофона, я буду писать.

– Ладно.

– Видишь?

– Вижу.

– Начнем?

– Начнем.

– Снимай футболку… Ты классный. Спасибо… Снимай все остальное. Спасибо.

– Пожалуйста.

– Отойди, чтобы я тебя увидела во весь рост, пожалуйста.

Проходит три минуты. И начинается развод:

– Слушай, тут такое дело. У меня есть видео, как ты раздеваешься. Здесь все твои друзья ВКонтакте, я их сохранила. Могу им всем разослать. Будем договариваться?

– Давай договоримся.

– Тогда слушай. С тебя три тысячи рублей в течение тридцати минут, и я все удалю. Если денег не будет, я с твоей репутацией такое сделаю…

– А как я буду знать, что ты удалишь?

– Я человек, а не тварь. Мне нужны только деньги. Ты заплати, а я удалю. И забудем об этом. А если денег не будет, твоей репутации хана.

Это, наверное, было бы смешно, если бы не было так грустно. Нетрудно догадаться, что три тысячи рублей на самом деле мужчину не спасут. Его будут шантажировать дальше и дальше, пока не выжмут досуха. Конечно, человек, как говорится, сам дурак, что так глупо попался, но все равно он – жертва.

Я не перестаю удивляться таким ситуациям. О чем думает человек, который раздевается перед камерой, общаясь в интернете с незнакомцем, которого даже не видит? Ведь у «девушки» нет ни камеры, ни микрофона. Скорее всего, это вообще мужчина. Так в чем прикол? В чем смысл заниматься непристойностями в видеочате непонятно с кем? Человеку просто хотелось раздеться? Он эксгибиционист? И к тому же речь, как правило, далеко не всегда идет только о раздевании. Люди иной раз вытворяют перед камерой такое, что порноактеры бы обзавидовались. Напоминаю: абсолютно ничего не зная о том, кто находится «на другом конце провода». Женщина? Мужчина? Ребенок? В самом деле, вдруг там не мужик-мошенник, а четырнадцатилетняя девочка – тогда формально вы становитесь педофилом.

Еще одна характерная история произошла с тридцатилетней россиянкой, которая разместила в своей анкете на сайте знакомств довольно откровенные фото. Скоро с ней пожелал познакомиться парень, который увидел эти фотографии. Попереписывались, поболтали. Через некоторое время новый знакомый сменил тон и начал угрожать: «А что будет, если я твои фотки расклею в твоем подъезде, где их увидят все соседи?» Потребовал деньги – внушительную сумму в долларах за каждый снимок.

Между прочим, женщина, с которой переписывался вымогатель, была замужем. К счастью, муж оказался понимающим человеком: узнав о случившемся, он сам решил вступить в переписку с новым знакомым жены. Но ни на какие уловки тот не поддавался. В конце концов семья обратилась в полицию. Полицейские нашли шантажиста. Выяснилось, что это был человек, который когда-то собирал этой семье мебель. Он нашел свою бывшую клиентку в соцсетях и решил пошантажировать.

Над такими историями можно посмеяться, однако следует иметь в виду, что на самом деле все это довольно опасно. Кроме реализации мошеннических схем знакомства в интернете часто приводят к реально ужасным последствиям. Немало изнасилований, избиений и убийств сейчас совершается вот такими случайными виртуальными знакомыми, с которыми жертвы решили пообщаться в реале.

Я всегда призываю людей к осторожности. Конечно, если повезет, можно встретить в интернете свою вторую половинку. Но ведь по большому счету вы не знаете, кто сидит по ту сторону экрана и что это за человек. Для начала постарайтесь «пробить» вашего собеседника, и если при этом вы вдруг нашли второй подобный аккаунт, напишите тому, у кого украли данные. Даже если ваш виртуальный знакомый не вызывает у вас подозрений, не торопитесь сообщать ему свой домашний адрес и телефон. В идеале я бы посоветовал для разных онлайн-сервисов иметь отдельную сим-карту. Хотите общаться? Хотите где-то зарегистрироваться и переписываться в чатах знакомств или через sms? Заведите еще одну трубку – простенький телефон без навороченных функций стоит недорого. Никому никогда не сообщайте свои пароли.

Есть программы, маскирующие внешность в видеочатах, в частности в скайпе. Их без труда можно найти поисковиком. То есть при общении в скайпе вы можете исказить лицо, заменить прическу, добавить шляпу или очки, подставить вместо своего лица голову рисованного персонажа, мордочку животного, смайлик и т. п. Особенно я советую обратить внимание на такие программы тем, кто увлекается видеосексом (что поделать, увлечения бывают разные).

Если же вы с вашим виртуальным знакомым обошли все подводные камни онлайн-общения и решили встретиться – это, конечно, похвальное стремление. Но и тут не забывайте об осторожности. Не разглашайте свои личные данные. Назначайте встречи только в людных местах. И, конечно, на свидании не оставляйте вещи без присмотра.

 

Глава 5

Интернет – территория безнаказанности?

Более 80 % тех жителей нашей планеты, которые сидят в социальных сетях, на разных форумах, конференциях, блогах, сайтах и т. п., когда-либо создавали «левые» аккаунты – или на выдуманное имя, или на имя какого-нибудь своего знакомого либо публичного лица. Это большая проблема. В сети это никак не регулируется. То есть я в любой момент могу зайти в интернет и создать аккаунт на любое имя, какое мне заблагорассудится.

В США собираются принять закон против этого. Что касается России, то из наших законов, на мой взгляд, больше всего подходит закон о клевете – раньше это правонарушение относилось к сфере гражданской ответственности, но в 2012 году статья о клевете вернулась в Уголовный кодекс. То есть теперь за клевету можно привлекать к уголовной ответственности – даже за клевету в сети.

Депутат Алексей Митрофанов в одном из интервью сказал, что интернет должен стать зоной ответственности точно так же, как и любая другая зона. И это совершенно нормально. Раз уж интернет является фактором и экономики, и всей нашей повседневной жизни, то и ответственность должна быть такая же. И если один человек публично и безосновательно называет другого человека, например, убийцей, педофилом или вором, то есть клевещет на него, он должен за это ответить.

К примеру, средства массовой информации всегда отвечали за то, что они говорили. То же самое справедливо и в отношении популярных блогов. Есть блоги, у которых даже не тысячи, а десятки и сотни тысяч подписчиков, – далеко не каждое СМИ может похвастаться таким количеством читателей. И вопрос тут не в том, с какого момента можно приравнивать блоги к СМИ и надо ли вообще это делать. Ключевым является именно вопрос массовости.

Возьмем ситуацию, которую я называю «эффект Рябова». Если вы помните, есть такой музыкант и преподаватель Анатолий Рябов, которого несколько лет назад обвинили в педофилии – якобы он приставал к своим ученицам. Верховный суд его оправдал – то есть доказано, что в реальности никаких приставаний не было, о педофилии и речь не идет. Но если вбить фамилию Рябова в поисковик, все равно получишь в выдаче тему педофилии. Электронных СМИ, маленьких и больших, очень много – практически каждый городок и поселок, чуть ли не каждая деревня имеет свое СМИ в интернете. И мы имеем дело с ситуацией, когда огромное количество сайтов перепечатало скандальную информацию о том, что Рябову было предъявлено обвинение. Пока шло следствие, выходили десятки статей, каждый новый этап отмечался и обсуждался, и все это распространялось по сети. Но лишь очень малое количество сетевых средств массовой информации сообщило, что профессор был оправдан.

Это и есть «эффект Рябова». Ужас в том, что пройдут поколения, и замечательного педагога уже никто не сможет оправдать, потому что порочащие сведения никто не уберет, не вычистит из интернета. По моим подсчетам, «уборка» всей этой дряни обошлась бы профессору в пару миллионов евро. Легче и дешевле поменять фамилию. И если сайт, распространявший негативные сведения, не обяжут когда-нибудь опубликовать опровержение, он может и не захотеть это сделать добровольно. Хотя я вообще считаю, если ты пишешь, что кто-то в чем-то обвинен, а этого человека впоследствии оправдали, ты обязан написать, что он оправдан. Иначе получается как-то нечестно. Особенно мерзко то, что в случае с Анатолием Рябовым ничтожно мало интернет-СМИ удосужилось удалить со своих сайтов информацию о его обвинении или дополнить ее опровержением, зато когда в свое время был опубликован список журналистов, существовавших на деньги Ходорковского, его впоследствии тщательно вычистили из сети.

Тему очистки репутации в сети я начал изучать довольно давно. И могу с сожалением сказать, что по-настоящему действенного решения проблемы не существует. Сейчас на Западе разворачиваются целые кампании по очистке репутации – однако это становится возможным благодаря соответствующим законам и проработанной практике их применения. Например, во Франции появилась компания под названием «Бригада «Репутация» – Reputation Squad. Они занимаются очисткой репутации и мониторингом по соцсетям – притом не только вас, но и при необходимости ваших детей, отслеживают, когда у них возникают проблемы с другими подростками, и т. п.

В России же разоблачительство зачастую принимает характер инквизиции. И благодаря этому интернет стал основным местом распространения клеветы. Раньше писали доносы в правоохранительные органы, а сейчас пишут в сеть. Взять хотя бы тему педофилии, которую мы неоднократно поднимали в эфирах на «Вести-FM». За последние годы количество сообщений о педофилах увеличилось раз в тридцать. А где они были пять, семь, десять лет назад, эти педофилы? Неужто зараза стала передаваться воздушно-капельным путем?

А дело в том, что в сети вам не нужно проводить следствие. Достаточно сказать нужные слова. Чтобы разместить статью, где тот или иной человек будет назван педофилом, достаточно десяти минут, и этот материал моментально разлетится по блогам и СМИ. Кроме педофилии еще «популярны» убийства, насилие, коррупция и т. п. Через сутки-двое тема будет присутствовать на тысячах сайтов – и останется там навсегда. И можно сколько угодно оправдываться, принимать судебные решения – бесполезно. Какие-то сайты закроют или обяжут убрать лживую информацию, но на множестве других она останется. Тем более что почти половина сайтов ведется сетевыми роботами, которые автоматически собирают по социальным сетям и средствам массовой информации сообщения на заданные темы.

Применять на практике закон о клевете очень непросто еще и потому, что информация в интернете распространяется в геометрической прогрессии. Все начинается с одного источника, но их быстро становится два, потом четыре, потом восемь, шестнадцать, тридцать два, шестьдесят четыре и т. д. Пока вы будете разбираться с одним делом – заявление, следствие, суд, – еще десять тысяч сайтов перепишут у себя эту клевету. Самое интересное, что приблизительно после пятой-шестой ссылки главный источник информации теряется – уже седьмая или восьмая ссылка укажет в качестве источника второй-третий сайт в цепочке. То есть отследить, с чего все началось, становится гораздо труднее. А клевета идет дальше.

При этом мы так интересно устроены, что нам вечно кажется: с нами такого произойти не может. Особенно с теми, у кого есть полезные связи и знакомства. Ничего подобного! Сегодня ты уважаемый человек со связями, а завтра тебя обвиняют бог знает в чем и обсуждают по всему Рунету. И уже не отмоешься. Пройдут годы, сменятся поколения, правнуки зайдут в сеть посмотреть, кем был их предок… Кем-кем он был?! Коррупционером? Убийцей? Педофилом?

По статистике, процентов восемьдесят-девяносто российских пользователей (в Европе этот процент почему-то ниже) имеют привычку проверять новых знакомых по интернету. Кто это? Что этот человек пишет в своих блогах? Что пишут о нем в соцсетях – или в новостях? И иногда получается так, что в ответ на запрос поисковик начинает выдавать тонны негатива.

Я всегда напоминаю о том, что все, что человек пишет у себя на сайтах, в блогах, в соцсетях, попадает в архив Яндекса или Google и остается там навсегда. Интернет превратился в наше общедоступное резюме. Это наш вечный обвинительный приговор. Все, что мы говорим и делаем, оказывается сочтено, взвешено и измерено.

Между прочим, если набрать в поисковике «Гросс» или «Гросс-Днепров», педофильская тема в выдаче тоже будет присутствовать. Я в разное время активно способствовал закрытию педофильских сайтов, и в интернете появились статьи с провокационным заголовком «Филипп Гросс – организатор педосексуалов». Удалить их я при всех своих возможностях не могу. А смысл, собственно говоря, в том, что столько сайтов было закрыто с моей подачи и столько народу на меня «обиделось» за это, что на почве своей ненависти они и объединились – получается, что я их некоторым образом «организовал». Довольно детская, по сути, подмена, но у людей, не привыкших читать дальше заголовка, может остаться определенное впечатление.

Конечно, ситуацию надо как-то брать в руки, и здесь придется много экспериментировать, поскольку все попытки регулирования информации в сети сталкиваются с огромными трудностями. То и дело придумывают разнообразные фильтры, черные списки сайтов. Но невозможно впрямую бороться с тысячами сайтов и блогов, находящихся на сотнях доменов, которые базируются в разных дата-центрах по всему миру. Это может быть любая зона:.ru, рф, com, biz, net, org, info, – по итогам недавних подсчетов оказалось, что в интернете около шестисот зон. И все они находятся в разных странах, где действуют разные законы. Единственный способ, который представляется реальным лично мне, – бороться на уровне поисковика: Яндекса, Google и т. п. Кто-то должен нести ответственность, а поисковик так или иначе является связующим звеном между сайтом и пользователем. Значит, остается подавать в суд на поисковики, требуя, чтобы они заблокировали выдачу клеветнических материалов.

Я всегда напоминаю о том, что все, что человек пишет у себя на сайтах, в блогах, в соцсетях, попадает в архив Яндекса или Google и остается там навсегда. Интернет превратился в наше общедоступное резюме. Это наш вечный обвинительный приговор. Все, что мы говорим и делаем, оказывается сочтено, взвешено и измерено.

А вообще я считаю, что со временем самым главным фильтром в интернете должен стать сам человек. Это вопросы из серии «что такое хорошо и что такое плохо». Мы же знаем, что нельзя убивать, нельзя воровать. Хотя человеческая природа такова, что для многих интернет кажется территорией вседозволенности. Самые темные стороны человеческой природы выходят в сеть. Люди считают себя анонимными – они сидят за монитором и думают, что они одни, их никто не видит, никто не слышит. Но это неправильное ощущение.

Я не устаю говорить, что сетевая анонимность на самом деле является мифом. Анонимности в сети нет. Другое дело, что найти человека в сети непросто. Но можно. Человек выходит с какого-то IP, кроме того, существует еще MAC-адрес, где пишется номер оборудования, с которого осуществляется заход. Есть схемы, позволяющие найти того или иного пользователя интернета. Так что, если очень надо, находят очень многих – почти всех.

Клевета может принимать самые разные формы. Однажды мне написала молодая женщина: «Мне позвонил муж, сказал: «Если не заберешь от судебных приставов исполнительный лист на взыскание алиментов, я тебя буду унижать». Он создал странички в Одноклассниках, Mail.ru, на сайтах знакомств с моим именем, фамилией, фотографиями. От моего имени пишет всякую чушь, предлагает людям интимные отношения в извращенной форме. Пишет им номер моего телефона, адрес. Страница в Mail.ru так оформлена, что у людей создается впечатление, что у меня нетрадиционная ориентация и я люблю различные непристойные вещи. С этих страниц он заходит к моим друзьям и пишет им всякую ерунду».

И это отнюдь не единичная ситуация, такое реально происходит постоянно. Девушка подала заявление в ОВД насчет клеветы, ее отправили к участковому. Участковый сказал, что впервые с этим сталкивается и думает, что рассмотрение дела по этому заявлению будет не слишком быстрым. Она обращалась к администраторам сайтов, но ответа так и не получила. И что делать? Нередко в таких ситуациях девушки жалуются своим нынешним бойфрендам. Бойфренд берет биту и идет ломать ноги бывшему. А потом выясняется, что шантажист вовсе не он – а, например, другая девушка, которую жертва считает своей лучшей подружкой.

Вот почему во многих странах, включая Китай, доступ в интернет сейчас осуществляется по документам. Не буду утверждать, что это правильно, но такая практика есть. В конце концов, у нас в России мобильные номера, которые являются, в общем, меньшим злом, продаются по документам. Человек не может прийти в офис кого-нибудь из «большой тройки» операторов и взять «симку» на произвольно выбранное имя. А почему тогда можно без проблем зарегистрировать фейковый аккаунт? Какая разница, буду я звонить с телефона условного Иван Иваныча Иванова или заходить с левого аккаунта к его друзьям?

С другой стороны, я, например, могу без проблем сделать так, что друзьям Иван Иваныча будут приходить SMS, подписанные его именем, а мои звонки будут высвечиваться якобы под его номером. Делается это, кстати, опять-таки через сеть, за деньги, через специальные сайты. Можно набросать кучу любовных посланий на телефон какой-нибудь женщины якобы от кого-то из ее знакомых, потом позвонить мужу и сказать: «А вы знаете, что у вашей жены в телефоне?» Он посмотрит, и ко всеобщему ужасу обнаружится, что с такого-то номера пришла куча SMS, причем это будет номер реального человека. И поди потом докажи, что тебя подставили.

Помню, как мне пожаловался мужчина: бывшая жена написала про него, что он – педофил. Его нынешняя жена поверила, бросила его, уехала с маленьким ребенком непонятно куда, и он до сих пор их разыскивает. Таких историй, как я уже сказал, масса, и за это никого не наказывают. А ведь согласно официальной статистике в 9,3 % случаев клевета становится причиной возникновения мыслей о самоубийстве. Принятие закона мало что изменило – я практически не видел сообщений об уголовных делах за клевету. Разве что единичные случаи, связанные с журналистикой, и то где-то далеко. Хотя закон реально предусматривает различные наказания, в некоторых случаях от двух до пяти миллионов рублей штрафа.

Одним из соавторов поправок к закону, вводящему уголовную ответственность за клевету, был Александр Хинштейн. В законе говорится, что если вы не знаете, кто конкретно пытается вас оклеветать, подать заявление невозможно. Но сейчас мы как раз преимущественно сталкиваемся с ситуацией, когда порочащие сведения распространяются в интернете, и непонятно, кто именно на вас клевещет – это какие-то анонимные боты, несуществующие люди или пользователи, использующие чужие фамилии.

Я попросил Александра познакомить меня с историей вопроса и поделиться своими соображениями. Он рассказал, что в 2012 году Государственная дума приняла поправки в Уголовный кодекс и не установила уголовную ответственность за клевету, а восстановила ее – такая статья была в УК РФ всегда, но в 2011 году было принято решение этот состав преступления декриминализировать. Это решение выглядело не совсем продуманным, поэтому родился законопроект, который был принят и подписан президентом, и клевета как вид уголовного преступления была восстановлена. Какие-либо дополнительные законы, связанные с репутационными правами и защитой прав граждан, не принимались. В данном случае речь идет исключительно о поправках в Уголовный кодекс и в Кодекс административных правонарушений. Для того чтобы определить, во-первых, субъект преступления, то есть кто клевещет, а во-вторых, установить, являются его действия клеветой или нет, необходимо проделать определенные процессуальные действия. Жертва подает заявление, которое должно быть отработано органами дознания.

В случаях клеветы в интернете предлагается поступать точно так же. При этом мы понимаем, к сожалению, что по большинству случаев не будет либо возбуждения уголовного дела, либо привлечения к ответственности того или иного лица. И это проблема в целом всего правового регулирования сети. По всей видимости, этот вопрос невозможно решить в рамках одной страны. Должны быть предприняты какие-то глобальные действия, в том числе на уровне мировых конвенций, поскольку интернет – это территория без границ, и мы можем поставить барьеры в России, но не можем поставить их в другом государстве.

Нужно ли бороться с анонимностью в интернете по примеру того, как это делается в Китае? Вопрос неоднозначный, потому что сразу оказываются затронуты определенные гражданские права людей. Однако существует твердая позиция, согласно которой любой факт появления сведений клеветнического характера должен быть расследован. Стоит пояснить, что по определению, данному в законе, клевета обязательно сопряжена с обвинением в совершении каких-либо преступлений. К примеру, если назвать кого-то дураком – это не будет клеветой. Клевета – это если безосновательно обвинить человека в том, что он жулик и вор.

Так вот, строго говоря, нет никаких правовых препятствий к тому, чтобы любой из нас, становясь жертвой клеветников в интернете, мог пойти в полицию и подать официальное заявление. Сегодня у правоохранительных органов достаточно технических возможностей, чтобы установить, кому принадлежит тот или иной домен, через какие IP-адреса преступники выходят в сеть. Разумеется, те из них, кто поумнее, принимают все меры предосторожности и выходят только через интернет-кафе, и в этом случае шансов на удачное разрешение дела практически нет. Но так поступают далеко не все. Люди привыкли к полной безнаказанности в сети. Многие уверены, что могут через интернет обвинить кого угодно в чем угодно и им за это ничего не будет, – и считают это свободой. Вот только это не свобода. Это вседозволенность. Свобода – это когда я знаю свои права и уважаю права другого. А если я не уважаю права другого, притом что этот другой не в силах свои права защитить, – какая же это свобода?

Как бы то ни было, факт возможности или невозможности найти и наказать клеветника устанавливается только путем отработки заявления в правоохранительные органы. Не будет заявления – не будет отработки.

Вероятно, рано или поздно мы придем к созданию киберполиции. Несколько лет назад этот вопрос уже ставился на международной встрече в Дубае – предлагалось основать организацию при ООН, которая будет курировать всю сеть и создаст правовое поле, касающееся мирового интернета. В тот раз ничего не получилось. Многие были против. Но похоже, что этот лишь вопрос времени, поскольку, как уже говорилось, проблема регулирования интернета не может быть проблемой одной страны. Александр Хинштейн сравнил эту ситуацию с проблемой регулирования океана. В самом деле, мы со своей стороны Тихого океана можем чего-то требовать. Но как быть с другими странами, по другую сторону океана? То есть мы можем установить у себя некие правила и сказать, что с нашей стороны в океане будет течь только вода определенной температуры. Но вода в океане будет такой, какая она есть. И без остальных участников игры мы ничего не сможем решить.

Между прочим, под определение клеветы попадают и многие развлекательные передачи. В так называемых светских новостях, как мы знаем, по большей частью распространяются сведения однозначно некрасивые и не всегда подтвержденные – вроде сообщений о том, что Алла Пугачева похудела на сто пятьдесят два килограмма, кушая активированный уголь. А особенно неприятно, что зачастую разнообразные слухи, сплетни, домыслы, непонятные обвинения и рассказы о многочисленных тайных романах касаются людей, которые уже умерли. Меня очень удивляют фильмы и передачи, появляющиеся даже на центральных каналах, где вдруг начинают перемывать кости тому или иному народному любимцу – известному артисту, певцу или поэту – и раскладывать по полочкам, с кем он жил, с кем спал и т. д. По-моему, ничего, кроме омерзения, такие «откровения» не вызывают. В интернете подобного мусора еще больше: наберите в поисковике «Сальери» – и тут же прочтете, что именно он убил Моцарта. Хотя это всего лишь сплетня, и те, кто хотя бы чуть-чуть интересуется историей, в курсе, что бедный Сальери никакого отношения к смерти Моцарта не имел.

Одним из побочных эффектов этого мутного потока глупых домыслов и откровенной лжи, захлестнувших интернет, оказалось то, что люди все больше теряют доверие к тому, что там написано. Потому что пишется столько чуши, что интернет уже превратился в огромную помойку. Я обожаю сеть, я живу в ней. Но сколько там сейчас мусора!

Скажите, люди, если вы выходите на детскую площадку, где играют ваши дети, вы будете бросать там мусор? Думаю, нет. Так почему тогда вы мусорите в сети, куда выходят или выйдут в будущем ваши дети?

 

Глава 6

Анонимность в сети – это иллюзия

Как правило, заходя в интернет, люди, с одной стороны, ищут общения, с другой – пытаются сохранить свою «территорию», свою безопасность. Но многие даже не подозревают, насколько открытыми они становятся. И при этом необязательно регистрироваться в социальной сети под собственным именем и фамилией.

Обычно люди считают, что если они зарегистрируют аккаунт «Мистер Поросенок» и выставят фотографию Хрюши, то их будет невозможно проследить. Но это ощущение анонимности – просто иллюзия. Во-первых, есть IP, позволяющий определить, откуда идет запрос, а во-вторых, при желании за человеком можно проследить и другими способами.

IP – это уникальный адрес компьютера в сети интернет. У каждого есть свой IP, это очень легко проверить, зайдя на сайт-регистратор типа REG.RU. Там есть кнопка WhoIs. Если ее нажать, поставив галочку в поле «Мой IP», система высветит номер. Потом – приблизительный район, где вы находитесь. А дальше через IP уже можно пробить конкретный адрес.

Как это происходит? Система фиксирует точное время захода с каждого IP на тот или иной сайт. То есть зашли вы на свою страничку в социальной сети – и это отмечается с точностью до долей секунды. Возможность воспользоваться этой информацией есть у правоохранительных органов – при необходимости они могут сделать запрос провайдеру: из какой именно квартиры, подключенной к интернету через данного провайдера, был выход в это время. И получают точный адрес.

Кроме того, есть же еще и куки (cookies). Это некий пакет данных, который загружается на ваш компьютер, когда вы впервые заходите на какой-то сайт. И потом при каждом новом обращении к сайту ваш браузер отправляет туда эти куки. Такая процедура нужна, например, для того, чтобы сайт «узнавал» пользователя при заходе, для сохранения индивидуальных настроек. А еще – для отслеживания заходов на сайт и ведения статистики. Есть аналитические службы, типа Google Analytics, которые отслеживают с помощью cookies, куда вы заходите. То есть вы, например, в течение суток заходите на пятьдесят различных сайтов, а Google получает информацию о том, что вы туда заходили и сколько вы там пробыли. И это все легально и официально, потому что, если промотать заглавную страницу Google вниз и прочитать пользовательское соглашение, там будет написано, что если вы пользуетесь Google, значит, вы согласны со всеми их правилами.

То есть вот это представление, что из экрана вас никто за руку не схватит, – оно абсолютно ложное. Вы заходите в интернет и где-то регистрируетесь – это может быть сайт знакомств или сайт по поиску работы. И таким образом вы уже оставляете четкий след. Если проводить аналогии с тем, о чем мы читаем в детективных романах, то email – это как отпечатки пальцев, номер телефона – как слюна. И все это сохраняется. Каждый ваш маленький след. Даже если единственный раз выйти в сеть в 1999 году, потом еще раз в 2000-м, в 2001-м, а потом только в 2005-м, – все равно эта информация остается, так что можно потихоньку ее собрать. Кто-то зарегистрировал домен на свое имя, кто-то взял хостинг, кто-то зарегистрировался на форуме и написал несколько сообщений. Все это сохраняется. И это можно отследить. И IP записываются.

Есть такой старый айтишный анекдот. В чате на сайте знакомств молодой человек спрашивает девушку: «Слушай, а как тебя все-таки зовут и сколько тебе лет?»

Появляется кокетливый ответ: «Не скажу!»

И комментарий чата: «Ответила Natasha1978@mail.ru».

Можно стать популярным блогером, можно, наоборот, быть забаненным в соцсети или на форуме, можно открыть себе новый аккаунт. Но кем бы вы ни назвались, какой бы логин себе ни придумали и какой бы адрес почты ни использовали для регистрации, вы оставляете след.

Каждый раз, когда вы заново где-то регистрируетесь, вас «прибивают» к определенной базе – что этот человек вышел из сети, снова зашел, опять что-то зарегистрировал, опять его email где-то засветился, телефон тоже где-то засветился, имя и фамилия опять где-то упомянуты. Поисковики же как работают? Вводите логин электронной почты, и вам сразу показывают, где он был зарегистрирован и что из-под него писалось на каких-то форумах. Если вы думаете, что то, что вы написали в 2000-м году на каком-то форуме, больше никогда нигде не появится, вы сильно ошибаетесь. Если надо, это обязательно где-нибудь всплывет. Если на этом форуме нельзя удалить сообщение – а сейчас на многих форумах возможность удалять сообщения пропадает через три минуты после публикации, – ваши слова на века останутся в интернете. То есть вы можете поменять свое мнение через три минуты – но уже назад вы его не заберете.

У каждого пользователя интернета есть то, что я называю сетевым ДНК. Объясню, что я имею в виду. Поведение человека (если, конечно, это не хорошо подготовленный шпион), как правило, не меняется, оно одинаково – что в реале, что в виртуале. Это проявляется в выборе логина, пароля, email, в других схемах поведения в сети. Люди выбирают похожие логины в разных сетях – например, ВКонтакте и в Инстаграме. Выставляют одинаковые фотографии. Бывает возможность проследить повторяющийся номер телефона или адрес электронной почты, который используется для подтверждения регистрации.

Ну как, кому-то еще до сих пор кажется, что интернет – это что-то несущественное? Однажды я решил поглубже исследовать вопрос, насколько прозрачной становится жизнь человека, когда он появляется в сети, и проследил жизнь незнакомой мне девушки лет примерно с семнадцати-восемнадцати и до двадцати шести – двадцати семи за счет одной только электронной почты. Обычная девушка из Подмосковья. Впервые она появилась в сети в 2003 году. Что делают люди, выходя в интернет? Заводят себе почтовый ящик и, как правило, регистрируются где-то еще. Скажем, при открытии ящика на Mail.ru вам предлагается завести страничку в Моем Мире, у Яндекса тоже есть какие-то предложения, и т. п. И начинается онлайн-жизнь.

Моя героиня начала с того, что зарегистрировала электронную почту на Mail.ru, открыла страничку в соцсети и начала искать работу. Так уж получилось, что работу она искала в сфере интим-услуг. Побывала стриптизершей, девушкой по вызову и секретарем «с интимом». Потом познакомилась с молодым человеком, за которого вышла замуж. У них родился ребенок, все было хорошо – поездки в Турцию и Египет, курортные фото в Одноклассниках и ВКонтакте.

Потом она развелась с мужем. Некоторое время они отправляли друг другу ругательные сообщения – спорили из-за алиментов. Потом она опять искала работу, рассылала резюме по объявлениям… Тем временем ее сынишка подрастал; когда он пошел в первый класс, моя героиня купила ему в подарок мобильный телефон. Она очень радовалась, что нашла хорошую и недорогую модель.

Эта девушка, повторю, мне совершенно незнакома. Но я знаю ее фамилию, имя, отчество, знаю, где она живет и когда родилась. Знаю, как выглядит ее бывший муж, сын, родители, бабушки-дедушки, как выглядит ее квартира, какой вид у нее из окна. Я все про нее знаю! Я проследил девять лет ее жизни – и это заняло у меня всего полтора часа.

Как мне это удалось? Самое главное – найти email. А дальше можно по крупинкам собирать другую информацию. Начинается поиск по соцсетям – чтобы найти нужного человека среди многочисленных тезок, необходимо проверять фамилию, имя, отчество, дату рождения и город. Ситуаций, когда все эти данные совпадали бы, просто не бывает. Можно посмотреть по месяцам, какие объявления выставлял интересующий вас человек, почитать записи в блогах, сообщения на форумах. И уже появляется город, где он проживает. Телефон. Личные фотографии. Имена детей, родителей, супругов, друзей. Сведения о каких-то жизненных ситуациях. Заметка «классно посидели в кафе с N.» – и фотография, по которой уже можно запустить поиск в других соцсетях.

Девушка, о которой я рассказываю, сначала появилась в Моем Мире, потом завела аккаунт на Одноклассниках, потом ВКонтакте. Все ее страницы не под замком, фотографии в открытом доступе. Самое интересное, что и когда она давала объявления об оказании интим-услуг, и когда покупала и продавала через интернет мебель или бытовую технику, она указывала один и тот же почтовый ящик, который оказался для меня своего рода путеводной нитью через всю ее жизнь.

Даже если человек вдруг поменяет адрес электронной почты, можно, например, сравнить фотографии в разных соцсетях. Так вы выходите на второй аккаунт, узнаете другую электронную почту и следите за человеком дальше. Всегда остается связующее звено. Это может быть почтовый ящик, фотография, город, адрес, фамилия, имя, отчество – что-то, что позволит вам зацепиться и не терять ваш объект из виду. И, повторю, люди в своих привычках практически не меняются. Сменив почту, они все равно будут использовать похожие имена или одинаковые цифры. Как бы мы ни пытались замаскироваться, подсознание нас выдает.

Вообще у нас в России персональные данные – телефонные номера, адреса, сведения о недвижимости и прочем имуществе – по большей части запрещены для публикации. В США ситуация совсем другая. Вся эта информация открыта, прозрачна и, главное, легальна для доступа. То есть вы сидите у себя дома за компьютером, заходите на сайт USSearch.com, платите определенную сумму и ищете там кого хотите. Единственное, что доступ предлагается только американцам, то есть надо заходить через американский IP. Но зная некоторые хитрости при работе в интернете, можно спокойно делать это и будучи на территории России, и в свое время я подобным образом накопал немало интересной информации о разных известных людях, выбирая их просто так, навскидку.

В сетевых базах содержится широчайший спектр сведений: к примеру, криминальная история человека, вплоть до штрафов за неправильную парковку; история изменений «гражданского состояния», то есть сведения о рождении, браках, разводах, сменах фамилии и т. п.; данные о недвижимости, включающие в себя адрес, телефон, стоимость объекта и сведения о соседях; сведения о переездах и смене места жительства; данные об учебе, службе в армии – одним словом, вся жизнь подавляющего большинства американцев оцифрована и размещена в сети. Обращение к этим базам, или background check (проверка прошлого), – абсолютно нормальная, повсеместно распространенная процедура. В США действует принцип, согласно которому если государственные органы имеют доступ к каким-либо базам данных, то и любой гражданин должен иметь к ним доступ, поскольку государство, согласно конституции, не выше гражданина.

А как быть в ситуации, когда олигархи записывают недвижимость на принадлежащие им компании? Тут тоже, в общем, нет никаких проблем. Просто чуть меняется алгоритм поиска: сначала выясняется, какие компании принадлежат тому или иному человеку, а уже после этого ищется недвижимость, которая зарегистрирована на эти компании. И так по цепочке мы выясняем, кто владелец.

Иногда в файлах по недвижимости указываются оценочные данные, так что сразу не удается понять, является человек собственником дома или квартиры или он всего лишь снимает это жилье. Допустим, мы видим запись, что, по данным телефонной компании, такой-то человек проживает по такому-то адресу, но не указано, собственник он или нет. Однако если жилье ему не принадлежит, то собственник все равно должен был его там «прописать» – то есть дать разрешение на проживание и регистрацию телефона. Дело в том, что в США, если вы хотите зарегистрировать на себя телефонный номер, оформить кредитную карту или получать посылки по почте или через курьерские службы, вам нужно указать какой-то конкретный адрес, который заносится в соответствующую базу, а для этого, конечно, требуется согласие собственника жилья.

Означает ли это полную прозрачность любых личных данных в Америке? Конечно нет. Всегда есть сведения, которые должны быть известны только очень узкому кругу лиц. Некоторое время назад русские хакеры вскрыли базу данных одной американской финансовой компании и получили досье на многих известных людей: политиков, чиновников, актеров, – которое выложили в интернет. Главное то, что оказались открыты номера социального страхования – это очень личная и фактически самая конфиденциальная информация, какая только может быть. Если вам известен чей-то номер социального страхования, вы можете, например, спокойно взять кредит от имени этого человека. Также в общий доступ была выложена абсолютно вся финансовая информация на этих людей: какие кредиты кто-либо из них брал начиная с 1978 года, какие у них существуют задолженности, кто управляет их счетами, – все, вплоть до покупок в супермаркете. Скандал был грандиозный, Барак Обама делал заявления, говорил, что преступников ищут… А в это время открытый ими сайт продолжал работать.

Но это в Америке. А у нас? Ну да, к сожалению, у нас не лежат в интернете общедоступные базы данных, где за пятьдесят долларов можно получить информацию о любом жителе России. Хотя недавно появились публичные кадастровые карты, где можно посмотреть основные характеристики земельного участка и подать запрос на получение информации о собственнике. Зато за десять долларов можно купить пиратский диск с какой угодно базой или получить доступ к сайту, где эта информация размещается. Это и базы абонентов городских телефонов и сотовых операторов различных регионов, и базы ЕГРЮЛ, и регистрационные базы ГИБДД, и «черные списки» должников по кредитам. Все это, как вы понимаете, абсолютно нелегально. И что самое «веселое» – на этих же сайтах скупают паспорта. То есть за скромную сумму от пяти до десяти тысяч рублей можно передать преступникам свой паспорт, потом написать в полицию заявление об утере и получить новый, заплатив небольшой штраф. А старый будет использован для изготовления «левых» документов, цена которых окажется на порядок выше.

Россия является одной из самых свободных интернет-территорий в мире. Не уверен, что такое положение дел продержится еще долго, но пока факт остается фактом.

Я хорошо помню, как выглядели архивы доцифровой эры: бесконечные ряды стеллажей с папками, для которых приходилось строить огромные здания с многоэтажными подвалами. Если бы можно было собрать архивы со всей страны в одном месте, они, наверное, заняли бы целый город. Помню, как для поиска нужной информации надо было ехать в архив, заказывать дело, ждать, пока его найдут и принесут, потом перелистывать эту папку, чихая от пыли, искать нужный документ… А сейчас оцифрованная Библиотека Конгресса США целиком помещается на жесткий диск размером с два айфона, который я могу унести просто в кармане.

Американцы уже давно используют оцифровывание любой информации, и все архивы там переведены в электронный вид. И никакой боли и возмущения это не вызывает. Потому что – сейчас я скажу, наверное, удивительную для многих вещь – в Штатах никогда не было той свободы, которая была в России в 1990-е годы. Так что, когда эту свободу начинают и дальше потихоньку ограничивать, люди не ропщут.

В России к таким вещам относятся по-другому. Нам кажется, что раз у нас в 1990-е было все можно, значит, и на Западе было все можно. Мы же брали пример с Америки, верно? У нас была перестройка, гласность и потом демократия – значит, и на Западе была такая же демократия. Но представление о демократии на Западе наши люди брали, похоже, из вестернов и гангстерских фильмов. Ничего по-настоящему не зная, не читая и не смотря, мы думали, что демократия – это то, что происходит у нас и что такая же демократия во всем мире. Но это не так.

К примеру, в США уже давно блокируют и закрывают сайты самой разной тематики за какие-либо преступления. И в Швейцарии закрывают, и в Голландии – да по всему миру. Скажем, за «экстремизм» в Штатах ваш сайт закроют на счет «раз» – тот же Patriots Act дает для этого кучу оснований. У нас пока ничего подобного нет. Я вообще считаю, что Россия является одной из самых свободных интернет-территорий в мире. Не уверен, что такое положение дел продержится еще долго, но пока факт остается фактом.

 

Глава 7

Как интернет помогает полиции

История, о которой сейчас пойдет речь, началась в британском городе Суиндон в 1984 году. Тринадцатилетняя Мелинда Томас гуляла со своим ухажером Саймоном, когда к ним подошел двадцатичетырехлетний Оруэлл Воган по кличке Бофф. Боффа боялась вся округа. Он предложил девочке пройти с ним на многоэтажную парковку, и она, привыкшая не перечить старшим, безропотно пошла за мужчиной. На автостоянке Оруэлл изнасиловал и избил Мелинду, но, когда она стала кричать, отпустил ее.

Приятель девочки Саймон, узнав о произошедшем, посоветовал рассказать все родителям, но Мелинда была так напугана, что предпочла молчать и даже не обратилась за медицинской помощью. После всего пережитого ее начали мучать кошмары, она даже бросила любимые занятия в балетной студии, и в дальнейшем ее жизнь складывалась не слишком удачно.

Неожиданно, уже в 2010 году, то есть спустя двадцать шесть лет, Мелинда, работавшая кассиром в супермаркете, узнала в одном из покупателей того самого Оруэлла Вогана. Он тоже ее вспомнил и только усмехнулся в ответ на ее взгляд, как бы подчеркивая свою безнаказанность. Женщина бросилась в полицию, но там ей не поверили. Через год она повторила свое обращение, но полицейские объяснили, что доказать вину Вогана по прошествии стольких лет будет очень сложно.

И тогда Мелинда Томас обратилась к пользователям интернета. Через сеть Фейсбук она призвала откликнуться всех, кого изнасиловал в Суиндоне темнокожий мужчина в период начиная с 1984 года.

Уже через два дня с ней связалась женщина по имени Сара – ее Воган изнасиловал в гараже, когда ей было шестнадцать лет. Еще через двое суток на связь вышла третья потерпевшая, Эми, – ее насильник настиг по пути с дискотеки, девушке тогда было семнадцать. Все они дали показания в полиции, и через месяц Вогана арестовали. Он получил семнадцать лет тюремного заключения.

Я часто говорю о том, что социальные сети могут быть опасны – среди многочисленных пользователей можно встретить и насильников, и педофилов, и убийц. Но давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны. Как социальные сети помогают разыскивать преступников?

История Мелинды Томас – одна из многих. Просто далеко не все они попадают в СМИ. Однако постепенно полицейские начинают осваивать в своей работе социальные сети – в США это стало распространенной практикой, в России такой подход пока не очень развит, но тем не менее интернет все чаще используется для раскрытия преступлений. Ко мне тоже часто обращаются сотрудники правоохранительных органов, чтобы помочь разыскать кого-то или что-то через социальные сети, поскольку на официальные запросы те же Одноклассники или ВКонтакте отвечают очень долго.

Мой знакомый, работающий в отделе по раскрытию особо тяжких преступлений Северного округа Москвы, рассказывал, что одни из главных зацепок при расследовании убийств сейчас дают именно социальные сети. Сначала выясняют, есть ли у жертвы страничка в соцсети, получают доступ и затем внимательно просматривают всю переписку. Таким образом, во-первых, сразу устанавливается круг друзей и знакомых – по крайней мере, значительная его часть. Раньше приходилось долго выяснять, с кем и где общался потерпевший, – особенно тяжело это было делать в эпоху до появления мобильных телефонов, – а сейчас все на экране. Круг общения, сфера интересов – все как на ладони. И это очень помогает в расследованиях.

В Соединенных Штатах очень показательным стало расследование взрывов на Бостонском марафоне. Полиция города вела прямой репортаж через свой аккаунт в Твиттере. И когда СМИ начинали гнать искаженную информацию, полицейские тут же ее опровергали. Мы знаем, что средства массовой информации по разным причинам нередко публикуют ложные, искаженные или непроверенные данные, поэтому полиция США сейчас старается самостоятельно выпускать пресс-релизы посредством своих страничек в соцсетях.

Кроме того, бостонские полицейские, например, получали через социальные сети фотографии и видеоматериалы от зрителей, присутствовавших на марафоне. Представляете, насколько это сэкономило время и силы полицейских? Им не пришлось часами и днями прочесывать город в поисках свидетелей – тем более что на марафоне было свободное посещение, – люди сами прислали им информацию о том, что произошло. И за счет этих материалов удалось очень быстро выйти на подозреваемого. Когда его задержали, полицейские не спешили заявлять об этом в СМИ. Они написали у себя в Твиттере: «Мы его поймали!»

Сейчас по всей Америке полицейские участки открывают себе аккаунты в Твиттере и Фейсбуке и общаются с населением посредством этих социальных медиа. Удобство этого метода особенно заметно в маленьких городках и поселках: можно очень быстро как проинформировать жителей о чем-либо, так и получить от них необходимую информацию. За счет этого удалось снизить общий уровень преступности, существенно повысить раскрываемость преступлений против детей – информация моментально распространяется в SMS-сообщениях и по соцсетям, выводится на экраны на обочинах шоссе и т. п., а в этих случаях критически важны именно первые семьдесят два часа.

Как работает эта система? Допустим, в Нью-Йорке произошло убийство, один или несколько человек находятся под подозрением. Нью-йоркскую полицию читает в соцсетях несколько миллионов человек, и все они сразу получают описание или фотографию подозреваемых. И если кто-то из этого огромного количества народа заметит преступника – а вероятность этого очень большая, – ему просто будет некуда деться.

В чем отличие таких публикаций от распространенной практики сообщать приметы подозреваемых посредством телевидения? В том, что такое сообщение всегда с собой. Вы же не станете фотографировать телевизор и носить с собой картинку. А так – увидели на улице или в магазине человека, вам показалось, что он похож на того, кого разыскивает полиция. Открыли сообщение, посмотрели – действительно он! Незаметно сделали фотографию и отправили в участок, полицейские приняли меры.

Кстати, напомню, что, по аналогии с единым номером экстренных служб 112, по которому можно дозвониться и в полицию, и в «Скорую помощь», и в пожарную охрану, был создан портал sos112.ru, где можно заявить о любом преступлении в любой сфере, хоть уголовной, хоть налоговой, и сообщение будет оперативно передано в соответствующее ведомство.

Вообще интернет-технологии сейчас способны предоставить ценную помощь в расследованиях. К примеру, сервис сравнения фотографий в Google, позволяющий при наличии фото провести поиск человека по всем соцсетям и сайтам, или распознавание лиц пользователей в соцсетях. А модификация этой функции, разработанная специально для правоохранительных органов, выдает не только имя хозяина странички, но и телефон, и домашний адрес, причем операция занимает считаные минуты или даже секунды.

Известна технология поиска людей, готовящихся совершить преступление или уже его совершивших, при помощи ключевых фраз, характерных для состояния, в котором человек идет на преступление. По такого рода признакам в Соединенных Штатах в последнее время начали искать психов. Это повторяющиеся слова и фразы «хочу убить», «убить», «убийство», «депрессия», «оружие», «бомба» и т. д. Крупные корпорации при приеме на работу мониторят социальные сети кандидатов, анализируя, что они пишут, чем интересуются, какие ссылки размещают. Про такой мониторинг говорил еще Сноуден, правда, в отрицательном ключе, но у ситуации, как обычно, есть две стороны. Я много думал на эту тему, пытался разобраться для себя, правильно ли это – мониторить людей по персональным данным и высказываниям в сети. А потом вспомнил фразу Эрика Шмита, одного из основателей Google: «Если вы ничего плохого не делаете, то вам нечего бояться, даже если вас мониторят».

И все-таки если не бояться, то остерегаться точно стоит. Ведь мониторить сети могут не только правоохранительные органы, но и преступники – технологии позволяют. Промониторили, что хозяин богато обставленной квартиры вышел из дома, – ограбили дом в его отсутствие. Промониторили, что человек пошел в банк снимать наличные, – на обратном пути дали по голове и отняли деньги. А люди совершенно бездумно – и я не устаю об этом говорить – сливают в сеть огромное количество информации о себе. Имена, фамилии, адреса, номера телефонов, данные банковских карт, информацию о своих родных, близких, соседях, фотографии, видео… У человека, сидящего в интернете, присутствует ложное ощущение, будто он сам по себе. А это не так. Все, что делается в интернете, по определению становится публичным, и любой человек может на это посмотреть.

В завершение этой главы я хочу вспомнить еще об одной криминальной истории, которая произошла в самом начале 2013 года и буквально потрясла страну. После празднования Нового года московский бизнесмен, блогер и повар, сооснователь некогда популярной сети ресторанов Алексей К. задушил свою жену Ирину, расчленил тело, запаковал в полиэтилен и спрятал на балконе, а позже перенес в багажник взятой на время у друзей машины. Потом он заявил, что женщина пропала, и стал разыскивать ее через социальные сети.

Все началось с поста Алексея, опубликованного 6 января: «Друзья! Пропала Ира, моя жена. Вышла из дома 3-го утром и не вернулась. Полиция ищет. Но пока нет никаких результатов. В полиции говорят, что вернется и все будет нормально. Но чем больше проходит времени, тем меньше я верю в это нормально. Для понимания ситуации скажу, что ушла она после ссоры. Но я могу поверить в любой расклад, кроме того, что она ушла и не сообщила. Если все-таки среди наших общих знакомых есть кто-то, кто знает, что с ней, то просто скажите, что она жива. Пост пока только для друзей».

За несколько дней до написания данного текста, в ночь со 2 на 3 января, этот человек задушил свою жену, мать троих детей, отнес тело в ванную и разрезал на куски. Пятого числа, выждав положенные сорок восемь часов, он сходил в полицию и написал заявление о пропаже супруги, после чего начал раскручивать кампанию по ее розыску во всех соцсетях, старательно создавая образ убитого горем мужа.

Следующий пост появился 8 января: «Друзья мои! Спасибо за поддержку огромную и помощь. Я очень надеюсь, что сегодня все решится и образуется. На всякий случай спрошу. Илюхе завтра в школу. Мы живем на Войковской, а школа на Красина. Это ровно полчаса от двери до двери. Нет ли у кого-нибудь доверенных знакомых, которые за небольшие деньги могли бы его пока отвозить и привозить. На метро мы с ним ездили спокойно. Я завтра обязан выйти на работу и уходить из дома буду полседьмого. Первые дни он и дома посидит, а вот с понедельника уже надо».

Еще один пост – 9 января: «Ирка не нашлась. Появляются сообщения об обратном, но они неверные. Я первый об этом сообщу. Спасибо всем, кто участвует в поисках. У меня нет слов, чтобы выразить свою благодарность. Все больше сообщений про Питер. Пожалуйста, питерские, помогите найти, если это правда».

И, наконец, 11 января 2013 года Алексей написал: «Друзья, спасибо всем за поддержку и помощь. Помощь оказана огромная. И с информационной точки зрения, и с практической. Если вы что-то хотите сказать мне или спросить – пишите сообщения, я отвечаю на все, может быть, не немедленно, но обязательно. Я успеваю читать комментарии раз в день и, боюсь, пропускаю что-то. Не обижайтесь».

Эти четыре основных поста собрали несколько тысяч комментариев; за первую неделю информацию о пропаже Ирины просмотрели несколько миллионов человек. Группа «Лиза Алерт» и другие поисковые организации Москвы отправили людей на поиски женщины, волонтеры обходили улицы, расклеивали в людных местах объявления о поиске. То же самое происходило в Питере.

Мне кажется, что Алексей затеял все это не только для того, чтобы отвести от себя подозрения. Похоже, через какое-то время он и сам поверил в то, что его жена ушла из дома. Так искренне отвечать на комментарии человек может только в двух случаях: либо он не в себе, либо действительно верит в то, что пишет. Знакомые и незнакомые люди беспокоились за Алексея, писали ему слова поддержки, утешали. Женщины предлагали привезти продуктов, приготовить еду, собрать детей в школу. Он всем отвечал, общался. Надо сказать, что эта его активность ему же и помешала. Когда полицейские стали собирать данные, выяснилось, что на самом деле после 2 января никто не видел Ирину перемещающейся в пространстве за пределами дома – у метро, в магазине, на улице, на вокзале. А это давало повод подозревать, что из квартиры женщина так и не выходила.

А люди совершенно бездумно – и я не устаю об этом говорить – сливают в сеть огромное количество информации о себе. Имена, фамилии, адреса, номера телефонов, данные банковских карт, информацию о своих родных, близких, соседях, фотографии, видео… У человека, сидящего в интернете, присутствует ложное ощущение, будто он сам по себе. А это не так. Все, что делается в интернете, по определению становится публичным, и любой человек может на это посмотреть.

Показательна реакция друзей Алексея – их у него в Фейсбуке было несколько тысяч, – проявившаяся после того, как 12 января выяснилось, что убийство совершил он сам. У них просто не было слов. Люди чувствовали себя обманутыми. Осознание того, что этот известный блогер, либерал-белоленточник, борец с режимом и просто обаятельный дружелюбный человек цинично водил их за нос, стало для них шоком. Многие закрыли свои страницы, убрав их «под замок». Другие перестали комментировать. А некоторые, в особенности близкие друзья, так и не смогли поверить в виновность мужчины и начали строить версии о том, что все это подстава, это «кровавая гэбня» убила Ирину и подбросила ее труп в квартиру, а Алексею пришлось оговорить себя ради детей.

Потом было много вопросов – почему Алексея не заподозрили сразу. Я разговаривал на эту тему с полицейскими. Судите сами – что увидели оперативники, приехавшие в квартиру после того, как у Алексея приняли заявление? Троих плачущих детей и измученного тревогой мужа, повторяющего: «Где моя жена? Я ее так люблю, куда она делась, найдите ее, пожалуйста!» Полицейские отнеслись по-человечески, осмотрели квартиру, но не стали устраивать подробный «шмон» – и не догадались заглянуть на балкон, где лежали мешки с фрагментами тела убитой.

Не исключено, кстати, что уже упомянутый мониторинг по ключевым словам, если бы он проводился широко и регулярно, помог бы предотвратить эту трагедию. Дело в том, что последнее сообщение Алексея в Фейсбуке перед тем, как он убил свою супругу, было очень странным. Он написал: «Пойду я, пожалуй, на подлог (в конце концов, подлива течет и в моей крови) и сделаю одно уж совсем не советское на сегодняшний вечер. Есть у меня мясо животного, к которому питаю давнюю слабость». Не вполне понимаю, что он имел в виду, но текст явно написан человеком неадекватным. Да и образы – подлива, мясо животного – в тексте используются крайне специфические.

Вообще вся эта история показывает, что мы зачастую даже представить себе не можем, каковы на самом деле люди, которые нас окружают. Представьте себе – вы много лет общаетесь с человеком, дружите с ним, вы работаете вместе или вместе учились. И вдруг все, что вы знали до этого, моментально меркнет, потому что он совершает такое действие, которое просто не укладывается в голове. Ваш мозг отказывается принимать любые доказательства. Вы не хотите этому верить – потому что весь ваш мир, ваше представление о себе как о человеке, который разбирается в людях, рушится с треском. Этого не может быть! Вы знали совсем другого человека! Совсем как в классическом рассказе про доктора Джекила и мистера Хайда.

 

Глава 8

Как распознать опасность

В этой главе я хочу поговорить о неадекватных людях, которые окружают нас как в сети, так и в реальной жизни. Можно ли научиться их распознавать, чтобы как-то себя обезопасить?

Я разговаривал на эту тему с Михаилом Викторовичем Виноградовым, одним из ведущих российских психиатров-криминалистов. В свое время он изучал дело Дмитрия Виноградова – «аптечного стрелка», который в ноябре 2012 года убил шесть человек и ранил одного в центральном офисе крупной сети аптек. Я спрашивал у Михаила, существует ли методика, позволяющая заранее распознавать маньяков или убийц? Ведь Дмитрий Виноградов, прежде чем совершить преступление, начал вести блог ВКонтакте, где писал, что у него все плохо, все надоело и что он хочет всех убить. Закончилось все тем, что он выставил в интернете текст под названием «Мой манифест», где еще раз сообщил о своей ненависти к человечеству, а потом пошел на работу и расстрелял сотрудников.

Михаил рассказал мне, что у них нет конкретного алгоритма распознавания преступников в сети. Нужно просто внимательно читать и замечать определенные знаки. Но обычные пользователи этих знаков не видят. Множество людей заходило на страницу к «аптечному стрелку» – его друзья в реале и знакомые, с которыми он общался в сети. И никто ничего не заподозрил. Он даже записывал совместно с друзьями какие-то музыкальные треки и выкладывал ВКонтакте, люди слушали, ставили лайки. Но, оказывается, когда Дмитрий Виноградов проходил медкомиссию при постановке на учет в военкомате в возрасте шестнадцати-семнадцати лет, его направили на принудительное психиатрическое обследование.

Мы долго обсуждали с Михаилом вопрос, как так вышло, что человек, который был на психиатрическом обследовании и состоял на учете в психоневрологическом диспансере, сумел получить разрешение на огнестрельное оружие. В конце концов мы пришли к выводу, что пора вновь вводить закон о принудительном психиатрическом лечении, который действовал в советское время. Многие люди, кстати, против такого закона – они считают, что на практике он обернется злоупотреблениями и госпитализацией в психиатрические клиники людей вполне здоровых, но чем-то неугодных власть имущим.

Но вернемся к основной теме. Как все-таки распознать убийц и насильников при общении в сети? Особенно с учетом того, что во многих странах мира сейчас очень популярны сайты знакомств, да и вообще люди в интернете ведут себя довольно откровенно и дают большое количество личной информации о себе, размещают фотографии и номера телефонов.

Могу сказать, что сегодня в мире около трехсот тысяч свадеб в год происходят именно благодаря знакомству в интернете. Но при этом существует и другая статистика, правда, далеко не такая точная: около 3 % встреч людей, познакомившихся друг с другом в сети, заканчивается той или иной формой агрессии. Это либо изнасилование, либо ограбление, либо убийство. И речь необязательно о романтическом свидании. Скажем, мужчина разместил в сети объявление о поиске няни для ребенка. Откликнулась восемнадцатилетняя девушка, приехала по адресу, позвонила в дверь. И не успела сказать «здравствуйте», как получила пулю в грудь от совершенно незнакомого человека, который оказался просто маньяком.

В России подобные случаи тоже не такая уж редкость. Я читал о том, как молодой человек познакомился в интернете с девушкой и на втором свидании ударил ее кирпичом – насмерть. И о том, как две школьницы приехали к знакомому парню-программисту, с которым перед этим долго общались ВКонтакте, попить пива – и почему-то его убили. Причем действительно не могли внятно объяснить следователям, что произошло. Просто – так получилось.

Случаи агрессии необязательно происходят при встрече в реале. Есть категория интернет-хищников, которых так и называют – киберпаты (термин, образованный соединением приставки «кибер-» и слова «психопат»). Психиатры в Соединенных Штатах столкнулись с этой проблемой вплотную и сейчас занимаются ее усиленным изучением. Кто такие киберпаты? Это люди, которые получают удовольствие от того, что оскорбляют, унижают и запугивают своих собеседников именно при общении в интернете. Полно историй, когда новые сетевые знакомые либо начинают выдавать себя за других людей либо принимаются вас чем-либо шантажировать.

В Америке семнадцатилетняя девушка познакомилась в сети с мужчиной неопределенного возраста – его, кстати, так и не нашли. Через некоторое время он выведал не только ее телефон, но и телефоны ее родственников, как личные, так и рабочие, а еще чуть позже сумел раскрутить девушку на то, чтобы она посылала ему свои фотографии в голом виде. Эта ситуация продолжалась примерно полгода. Девушке приходилось присылать все больше фотографий, которые становились все более откровенными и даже извращенными. Как только она пыталась отказаться, мужчина заявлял что-либо примерно в таком роде: «Я знаю, где работает твоя сестра, так что, если ты сейчас же не пришлешь мне фотографию, я ее изнасилую и убью». Можно, конечно, делать различные предположения об умственных способностях девушки, пославшей какому-то непонятному мужику в интернете свои голые фото, но факт остается фактом.

К слову, как ни печально, среди молодежи действительно стало модно посылать друг другу фотографии ню. Делается это обычно в закрытых группах в соцсетях, содержание которых не индексируется поисковиками. Самые ужасные вещи происходят именно в закрытых группах, куда пользователи попадают по приглашению. Можно также отправить запрос на вступление и ждать, пока администратор группы даст (или не даст) свое согласие.

Однажды ВКонтакте я задал параметры поиска так, чтобы найти всех зарегистрированных там девочек младше четырнадцати лет. Сеть сделала это буквально за две секунды, выдав мне три миллиона триста тысяч аккаунтов. Я выборочно прошелся по нескольким страничкам – разные города, разный возраст, разные девочки. И пришел в ужас.

Родители, следите за детьми! У всех этих девочек, включая восьмилетних, были в друзьях взрослые мужики. Откуда у восьмилетней девочки могут взяться в друзьях сорока-пятидесятилетние мужчины – притом что ни один из них явно не ее папа, не дедушка и не еще какой-нибудь родственник? Что у них может быть общего? Они что, решили поделиться с ребенком своим богатым жизненным опытом и предостеречь от возможных проблем? Напоминать вовремя делать домашнюю работу и объяснять правила арифметики? Даже не смешно. Вспомнилась история крупного регионального чиновника, которого охотники за педофилами поймали именно таким образом – он любил пообщаться в сети с маленькими девочками.

Итак, какие люди вокруг нас, как в реальной жизни, так и в сети, наиболее опасны? Во-первых, это убийцы, насильники и прочие маньяки. Чтобы распознать убийцу, нужно научиться обращать внимание на малейшие подозрительные знаки в том, что пишут ваши знакомые в интернете. К примеру, что им надоело жить, что они хотят со всеми расквитаться, что им плохо и они ненавидят всех людей. Иногда такие люди выкладывают целые манифесты, подобно Дмитрию Виноградову, или публикуют странные и мрачные фотографии. Следите за этим. И если вам кажется, что человек ведет себя совсем уж неадекватно, попытайтесь как-то сообщить его родственникам – или начальству, особенно если вы работаете в одном офисе. Главное – постарайтесь сами ничего не предпринимать и не встречаться с этим человеком.

Второй тип – это уже упомянутые киберпаты. Как правило, это неудачники, которые получают компенсацию за счет наезда на своих виртуальных собеседников и их унижения. Обезопасить себя от них в сети несложно. Если человек вас напрягает – перестаньте с ним общаться.

Стоит еще поговорить о том, как обезопасить себя при общении с людьми, с которыми вы собираетесь встретиться. Допустим, вы познакомились в сети именно для того, чтобы ходить на свидания или просто общаться в реале. Я говорил на эту тему со многими психологами – действующих наработок нет ни у кого, но несколько рекомендаций нашлось на сайте ФБР. Главный совет, конечно, – не будьте слишком открытыми в сети. Старайтесь не выставлять фотографии своих друзей, детей, других членов семьи. Если профиль открыт только для друзей – пожалуйста. Но если у вас общедоступный аккаунт, будьте осторожны. Поймите, что люди, имеющие по отношению к вам дурные намерения, обязательно используют в своих интересах любую зацепку – например, постараются к чему-то вас принудить, угрожая вашими родственниками.

Как еще можно получить личную информацию? Например, если у вас есть аккаунт в Одноклассниках, там как минимум содержится фотография, имя и номер школы, в которой вы учились. Ради эксперимента я воспользовался информацией из аккаунта моей знакомой из другого города, с которой я общаюсь в этой соцсети, и создал страничку от имени ее одноклассницы, взяв ее изображение с групповых школьных фотографий. А потом попытался задружиться с другими выпускниками той же школы. Используя фотографии, дату рождения, имя и город – то есть ту информацию, которую я собрал в сети в течение двух минут, я получил в «друзья» десять одноклассников этой девушки и начал их потихоньку раскручивать. Минут через тридцать-сорок мне уже был известен район, в котором живет моя знакомая, еще кое-какая ее личная информация, плюс я почти раскрутил одного из виртуальных друзей на то, чтобы он дал мне номер ее телефона. Сказал, что мы сто лет не виделись и я очень хочу с ней пообщаться. Напомню, что все это время я прикидывался девушкой – выпускницей той же школы. Не забывайте, что в сети можно стать кем угодно. Вы не знаете, с кем общаетесь на самом деле. Кто угодно может прикинуться вашим одноклассником или соседом: убийца, насильник, маньяк.

Кроме того, я бы советовал сразу отключить геолокацию, чтобы Твиттер и прочие социальные сети не показывали, откуда вы пишете. Нет ничего хуже, чем когда вы общаетесь с людьми в интернете, а при этом прослеживается весь ваш график. Люди не очень хорошо это понимают, но, как показала практика спецслужб, в течение недели 85 % времени вы следуете по одним и тем же маршрутам. Поэтому предугадать ваше местонахождение в тот или иной момент для внимательного человека очень легко. Для этого не надо быть сотрудником спецслужб и использовать всякие хитрые приборы. Достаточно зайти в социальную сеть и почитать записи за неделю или две – где вы бываете и с кем общаетесь. Один высокопоставленный чиновник однажды написал у себя в Твиттере: «Сидим на Тверской в ресторане, смотрим футбол». И хотя Тверских улиц, собственно говоря, несколько, а ресторанов на них еще больше, уже через несколько минут человек пятьдесят пришли туда, чтобы посмотреть вместе с известным человеком футбол.

Есть еще программа FourSquare – разновидность социальной сети, в которой отмечается ваше местоположение. Когда вы ездите по городу и посещаете различные магазины, рестораны, клубы и т. п., вы регистрируетесь в этом месте – делаете check-in. И все ваши друзья, с которыми вы общаетесь в этой социальной сети, сразу узнают, где вы находитесь. А теперь ответьте, скольких из этих людей вы реально знаете? Я, к примеру, очень редко отмечаюсь в FourSquare, но у меня там двести друзей, которые могут знать, где я нахожусь, – и из них я лично знаком всего с тремя.

Не забывайте, что в сети можно стать кем угодно. Вы не знаете, с кем общаетесь на самом деле. Кто угодно может прикинуться вашим одноклассником или соседом: убийца, насильник, маньяк.

Если же вы все-таки пишете, где вы находитесь, – не пишите об этом в реальном времени. То если вам непременно хочется сообщить миру, что вы пошли в такой-то ресторан, – напишите об этом, когда уже выйдете оттуда. Сделайте небольшую паузу перед тем, как выложить в интернет свои впечатления.

Некоторые любят выставлять в графе «Контактная информация» свой мобильный телефон. Будь моя воля, я бы вообще убрал эту графу – но понимаю, что кому-то для работы нужно держать номер своего телефона в открытом доступе. Если же ваша работа этого не требует – не показывайте свой телефон никому. Не давайте действующий номер новым знакомым, с которыми собираетесь встретиться. Всегда можно прийти в офис любого мобильного оператора и взять новую сим-карту фактически бесплатно, просто положив сто рублей на счет. Если вам так хочется поговорить с этим человеком по телефону – дайте ему этот номер, пусть он звонит. Тем более что вам это ничего не будет стоить, поскольку входящие звонки у всех операторов бесплатные.

Узнайте что-нибудь о новом знакомом. Очень странно, когда у человека нет семьи, друзей, сотрудников. Идеальный вариант – когда вы можете его верифицировать, то есть позвонить какому-то реальному его знакомому и понять, что такой человек действительно существует. Потому что ни один убийца и ни один насильник не захочет оставлять следы. Важно пообщаться с друзьями именно в реале, а не в сети, поскольку создать вокруг себя в интернете облако фиктивных друзей и родственников – задача, в общем, несложная, хоть и кропотливая, и об этом я много писал в предыдущих главах.

Сохраняйте на своем компьютере всю переписку между вами, не удаляйте сообщения.

Круче всего, конечно, попросить его перед встречей прислать фотографию водительских прав или первой страницы паспорта. Документы – это очень серьезная привязка к реальности. Хотя человек, со своей стороны, может заподозрить подвох и отказаться это делать.

Собираясь впервые встретиться с кем-то в реале, не приглашайте к себе домой и не ездите в гости сами. В начале главы я рассказывал про двух школьниц, убивших парня-программиста. Это была их первая встреча, на которую он пригласил барышень к себе домой. Они взяли пива, пришли и забили его насмерть. Так что обязательно назначайте первую встречу в людном месте. А кроме того, постарайтесь взять кого-нибудь с собой. Маму, папу, подругу, друга. Пусть понаблюдают за вами со стороны. При встрече постарайтесь тут же сделать совместное селфи с новым знакомым и выложить в интернет.

На сайте ФБР я прочитал еще один совет: «используйте интуицию». Так вот: не используйте интуицию! Если бы мы всегда могли верить своей интуиции, люди никогда бы не разводились, а женились бы один раз и на всю жизнь. И я бы сейчас не писал о мошенниках, наживающихся на человеческой доверчивости, – потому что мошенники используют в первую очередь нашу интуицию. Используйте лучше здравый смысл! Продумайте для себя процедуру общения с новыми знакомыми и четко ее придерживайтесь. Необходимо понимать, где вы и что вы делаете на каждом шаге. А как только человек начинает играть в Шерлока Холмса, он становится жертвой – потому что интуиция нас часто подводит. Это задним числом все горазды говорить: «Я сразу чувствовал, что тут что-то не так!» Хочется спросить: а зачем же ты тогда вляпался в эти неприятности, дорогой, раз ты все так хорошо чувствовал?

В общем, берегите себя. А главное – своих детей. О них я собираюсь поговорить в следующих главах этой книги.

 

Часть 2

Дети в интернете

 

Глава 1

Социальная сеть – не место для детей?

«Ты божественно красива. Ты прелесть. Я хочу подарить тебе все, что ты хочешь. Куплю тебе айфон. Ты самая красивая на свете… Я тебя хочу. Мы будем просто лежать вместе… Твой папа никогда не общался с тобой как со взрослой?.. Давай я покажу тебе своего щенка?.. Сними кофточку, пришли мне фото. Не иди в школу – мы можем в кафе сходить… Одиннадцать лет? Ты уже такая большая и еще не целовалась?»

Приблизительно такие вещи писали Ане П. мужчины в возрасте от двадцати пяти до шестидесяти пяти лет, с которыми она общалась в социальных сетях. Дальнейшая история трагична. Девочка встретилась с мужчиной, который представился агентом косметической фирмы и предложил проводить ее к себе в офис. Там он ее изнасиловал, убил, тело вынес из здания и закопал. Полиция отыскала педофила, он получил пожизненный срок.

В 2013 году комитет Совета Федерации по науке, образованию, культуре и информационной политике предложил ограничить возможность регистрации в социальных сетях детям до тринадцати лет. Чтобы зарегистрироваться в соцсети, ребенку необходимо будет получить разрешение родителей. Пока эта инициатива практического применения не нашла.

Лично я смысла в этом не вижу. Конечно, закон хороший, как и многие другие законы о защите детей в интернете. Но на практике реальной защиты не наблюдается.

Ради эксперимента я зарегистрировал аккаунт ВКонтакте на имя Евы Ивановой. Указал возраст – двенадцать лет. Выложил фотографии юной американской модели и актрисы, написал, что я из Тулы, и начал искать друзей – взрослых мужчин от тридцати до шестидесяти лет, которые были в то время в сети, тоже из Тулы. За двадцать минут меня добавили в «друзья» пятнадцать человек. Пятеро или шестеро, прочитав про возраст, быстро отписались, а остальные остались, и некоторые вступили со мной в переписку.

Я начал общаться с этими мужчинами. Поскольку я не двенадцатилетняя девочка, некоторые фразы мне пришлось подбирать из интернет-источников – с сайтов, которые занимаются поиском и поимкой педофилов. Один фотограф стал предлагать сняться в рекламе дорогого нижнего белья, сказав, что если моя лирическая героиня впоследствии согласится это белье снять, он готов мне его подарить. Другие мужчины спрашивали «Еву», пойдет ли она на следующий день в школу, и, получив отрицательный ответ, предлагали встретиться.

То есть взрослые мужики совершенно спокойно, ничего не стесняясь, общаются с детьми в социальных сетях. К слову, в Соединенных Штатах, Великобритании, Австралии и ряде других стран взрослым мужчинам вообще запрещено вступать в переписку с детьми в интернете. Это противозаконно, можно получить срок.

Скажу еще несколько слов об уже упомянутом ограничительном законопроекте. Хорошо, допустим, до тринадцати лет детям нечего делать в соцсетях. А что, после тринадцати – все можно? То есть если моей дочери тринадцать лет, или пятнадцать, или даже семнадцать, – она может спокойно выходить в интернет и общаться со взрослыми извращенцами без моего разрешения? Я бы сказал, что ограничивать надо не детей – ограничивать надо взрослых. А здесь, во-первых, получается, что всю ответственность несут родители. Во-вторых, сенатор, выдвинувший законопроект, заявил, что тринадцать лет – это «общепризнанный возраст взросления». Но, простите, возраст согласия, согласно российскому законодательству, – шестнадцать лет. Никто не видит тут противоречия?

Но вернемся к «Еве Ивановой». С этого аккаунта я совершенно спокойно присоединился к нескольким группам, пропагандирующим употребление наркотиков. К группе, которая пропагандирует БДСМ. К группе «Танцы на шесте». К группе «Проституция в Туле». К группам, посвященным депрессии и суициду. Все они существуют, и никто их не закрывает. Не забывайте – в этой соцсети «мне», то есть «Еве», двенадцать лет. И закон о защите детей от вредной информации в тот момент уже был принят. Но результатов его действия я не увидел – этих групп было буквально сотни.

Подобные социальные сети, которые никак не контролируются, – это самая большая помойка в интернете. Да, Роскомнадзор закрыл огромное количество сайтов, на которые, может быть, когда-нибудь зашли или могли зайти один-два ребенка. А вот такие места не закрываются.

Я вспоминаю свое детство. Постоянно был слышен детский смех на улице, дети гуляли, общались между собой. А сейчас все зависают в соцсетях. Если бы меня спросили, я бы ответил, что социальные сети необходимо жестко разделить по возрасту. Должна быть отдельная соцсеть для детей, и отдельная – для взрослых. Должны быть фильтры, которые препятствуют взрослым общаться в интернете с детьми.

Интересно, что, например, в Соединенных Штатах социальная сеть Фейсбук фильтрует сообщения, которые получают американские подростки, и их контакты. Почему? Потому что в Америке действует соответствующий закон. То же самое мы видим в Европе. А что в России? Вот несколько сообщений от сервиса TopFace, одного из самых известных в Фейсбуке.

«Женя, тринадцать лет, считает тебя привлекательным. Хочешь ли ты с ней пообщаться?»

«Настя, двенадцать лет, считает тебя привлекательным. Хочешь ли ты с ней пообщаться?»

То есть россиянам, зарегистрированным в Фейсбуке, приходят сообщения от малолеток, которые якобы хотят с ними пообщаться. Хотя TopFace занимается всего лишь рейтингом фотографий. Но здесь-то намек совсем на другое! Кроме того, есть еще масса соцсетей, которые зарегистрированы за пределами России, и никакие наши законы на них не действуют.

Я просмотрел огромный массив информации об изнасилованиях несовершеннолетних. Вот в Москве арестовали двадцатидевятилетнего фельдшера, который знакомился с детьми и подростками в соцсети, а затем угрозами и обманом заставлял их обнажаться и совершать развратные действия. И ведь таких случаев множество.

С другой стороны, социальные сети – это уникальная среда для отлова преступников, тех же педофилов. Мы знаем, что Брейвик, перед тем как совершить теракт, выложил в интернете видеообращение, где рассказал о том, что собирается сделать. Мы знаем, что американский подросток, расстрелявший своих одноклассников, тоже выкладывал видеообращение. То есть интернет, казалось бы, дает возможность делать все что угодно – но при желании его можно использовать и для предотвращения преступлений на стадии их подготовки. Если бы люди в погонах получали тревожный сигнал каждый раз, когда ребенок в интернете пишет определенные вещи, и исходя из этого начинали бы действовать, многие преступления, которые потом происходят в реале, просто не были бы совершены. А простым декларированием закона мы ничего не решим.

Я хочу задать родителям несовершеннолетних детей несколько вопросов. Ваши дети зарегистрированы в соцсетях? Сколько им лет? А вы смотрите, с кем они общаются, куда заходят, в каких группах состоят, на что они подписаны? Мониторите по возможности их переписку? Ведь выманить ребенка на улицу для взрослого извращенца не составляет особого труда. И это по-настоящему страшно. Поэтому постарайтесь привить своим детям хотя бы элементарные навыки безопасности – о них я много говорил в предыдущей главе.

Помните, что педофил в сети может выдать себя за кого угодно – в том числе за друга семьи или родственника. Но даже маленький ребенок способен, получив сообщение в социальной сети якобы от своей тетушки, взять телефон, набрать номер и спросить: «Тетя, это ты мне сейчас написала?» Если да – то все в порядке. А вот на предложение как-то по секрету пообщаться в сети, от кого бы оно ни исходило, нужно отвечать твердым отказом, и научить этому ребенка – задача родителей.

 

Глава 2

Дети секонд-хенд

Вот несколько объявлений в Фейсбуке и в группе на Yahoo, которая уже закрыта.

«Мальчик, родился в 2000 году. Послушный. Готов прислуживать».

«Девочка, четырнадцать лет, из Либерии. Внешне неплоха собой».

«Девочка, восемь лет, из Китая. Привезли пять дней назад. Если кто-то хочет, мы готовы отдать».

Только в одной группе таких объявлений было около шести тысяч. Люди через Фейсбук и Yahoo обменивались детьми, которых когда-то удочерили в России, на Украине и в других странах. Российских детей туда попало двадцать шесть человек.

Все истории этих детей достаточно грустные. Расскажу лишь одну из них. Инга из России была удочерена в двенадцать лет. Всю жизнь до этого она прожила в детском доме, куда ее отдала мать-проститутка. Отца Инга не знала. Когда за ней приехали новые родители из Соединенных Штатов, девочка очень обрадовалась – наконец-то у нее появятся любящие мама и папа, новые друзья, новая школа.

Через год после того как девочку увезли в Америку, приемные родители решили, что она им больше не нужна. Надо сказать, что они пытались официально вернуть ее в Россию. Связались с судьей, который принимал решение об удочерении, и просили его это решение отменить, но получили закономерный отказ. И тогда спустя некоторое время они обратились в подпольную сеть по обмену детей.

По сравнению с тем, что происходило в следующие полгода, двенадцать лет жизни в детдоме показались Инге настоящим раем. Она последовательно попала в три приемные семьи, которые просто передавали ее по обмену, как товар секонд-хенд. В первой семье до нее домогался новый «папа». Во второй семье ее изнасиловал «брат». О том, что происходило в третьей семье, я даже не буду рассказывать. После этого девочку вновь вернули в штат Мичиган, в самую первую семью. Что с ней делать, «родители» не знали. Инга плохо писала и читала, иногда могла закурить. Тогда ее отдали в психиатрическую лечебницу, чтобы хоть так отделаться от надоевшего ребенка. В клинике с ней вступил в связь лечащий врач. Позже его попытались привлечь к ответственности, но доказать ничего не удалось – девочка была в таком психологическом состоянии, что выступать в качестве свидетеля не могла, – и врач спокойно продолжил работать в той же психиатрической клинике для детей.

В конце концов девочку все же забрала служба опеки. Когда обратились за комментариями к самому первому приемному «отцу», он сказал: «Очень тяжелый характер. Все-таки мне продали свинью в мешке». Вот так приемные американские родители отозвались о девочке, которая двенадцать лет жила в детском доме, потом год – непонятно как, а потом полгода благодаря их же стараниям ходила по рукам.

Вся эта история произошла очень давно. Сейчас Инга уже взрослая женщина, ее дальнейшая судьба неизвестна – все документы по ее делу закрыты. Саму эту сеть журналисты агентства Reuters обнаружили лишь несколько лет назад. Кстати, одна из задач, над которыми работает Павел Астахов, – создание единой базы информации о всех детях, которые когда-либо были усыновлены из России, чтобы знать, что с ними произошло и куда они делись. Тем более что довольно большое количество детей, в разное время усыновленных в Соединенные Штаты, попросту пропали, и мы понятия не имеем, что с ними стало. Только время от времени случайно становится известно о каких-то случаях, к которым проявляет интерес наша служба защиты детей и начинает работать.

Скорее всего, группа, обнаруженная журналистами Reuters, – одна из многих. Могу сказать, что при всем колоссальном объеме и многообразии того, что происходит в соцсетях публично, объем того, что находится в закрытой части, больше в два-три раза. Это и личная переписка, и общение в закрытых группах и на форумах.

Интересно, что Yahoo быстро закрыл группу по обмену детьми, сообщения из которой я цитировал в начале главы, а Фейсбук отказался это делать, утверждая, что содержащийся в группе контент не нарушает пользовательского соглашения.

Была еще одна русская девочка, попавшая по обмену в неблагополучную, мягко говоря, семью, жившую в трейлере. Семья, удочерившая ее первоначально, тоже разместила объявление в аналогичной группе: мол, девочка из России, готовы отдать в хорошие руки. Когда девочку привезли в эту новую семью, она увидела множество фотографий детей на стенах и спросила новую «маму», что с ними произошло. «Ну, – ответила «мама», – знаешь, дети иногда умирают… Так бывает».

Эти и аналогичные истории, которые удалось расследовать журналистам Reuters, буквально взорвали интернет и СМИ. Скорее всего, это только верхушка айсберга в ситуации с тем, что вообще происходит с детьми в Соединенных Штатах. После ряда трагических происшествий с усыновленными детьми из России у нас запретили отдавать сирот в Америку – но, как я выяснил во время сбора данных по теме, существует столько обходных путей! В том числе и возможность стать донором спермы или яйцеклетки, а ребенка выносит суррогатная мать. Я нашел информацию об агентстве, которое предлагает подобные услуги любому мужчине или женщине. В объявлении у них так и написано: не имеет значения ни пол, ни возраст, ни национальность. За сумму от пятнадцати тысяч долларов вы получаете ребенка, который генетически является вашим родным, приезжаете и увозите его с собой. В конце объявления сообщалось, что можно расплатиться в рассрочку, поделив сумму контракта на четыре доли. Как будто продают мебель, машину или еще какой-то неодушевленный предмет. И неважно, кто заказчик, – педофил, садист, сумасшедший. Передал свой биоматериал, заплатил через сайт – и через девять месяцев получай готового младенца.

Есть вариант, когда по женским консультациям собирают базы тех будущих матерей, которые хотят отказаться от детей. Потом с ними ведут беседы, и если удалось договориться, обеспечивают поездку беременной за границу, например в те же Соединенные Штаты. Там женщина рожает, а после родов отказывается от ребенка. Бывает, что женщины – гражданки других стран предлагают мужчинам образовать фиктивную супружескую пару, чтобы усыновить ребенка из России, а дальше уже ребенок едет в Штаты. То есть постоянно подыскиваются все новые способы обойти запрет.

У меня есть ощущение, что ситуация с суррогатным материнством, существующая в России, через некоторое время вообще убьет институт усыновления. Какой смысл возиться с чужим ребенком, когда можно получить собственного здорового младенца, причем за сумму в несколько раз меньше, чем раньше брали за усыновление. Не говорю, что это плохо – это реально помогает тем семьям, которые не могут родить сами. Беда в том, что эта ситуация практически не регулируется и существующие законы о суррогатном материнстве никак этому не способствуют. Любой американец-педофил может спокойно заказать себе ребенка, рожденного от россиянки, за пятнадцать-двадцать тысяч долларов и увезти его с собой.

А ведь нам всегда говорили, что в Америке судьба детей отслеживается, что к тем, кто совершает преступления, направленные против детей, применяются жесточайшие меры… Как это все совмещается с фактами самых отвратительных преступлений против усыновленных детей? Я не специалист в законодательстве Соединенных Штатов, но я точно знаю, что когда дети передавались по объявлениям в другие семьи, усыновители оформляли на новых опекунов доверенность у нотариуса. То есть существует какой-то закон, который позволяет передавать «проблемных» детей из приемной семьи на опекунство в другой штат путем доверенности. Как машину. Причем делается это без проверок, без уведомления органов опеки или иных государственных служб.

Я спросил у Павла Астахова, грозит ли какое-то наказание тем людям, которые в Соединенных Штатах обмениваются приемными детьми, как подержанным товаром. Выяснилось, что тем, кто не совершает в отношении детей преступления по законам конкретных штатов, в которых они проживают, в принципе ничего не грозит. Тут есть важный момент: очень сложно обосновать распространение юрисдикции какого-либо штата на сеть интернет. Все-таки сеть не имеет ни границ, ни территориальной принадлежности. И при отсутствии в Америке федерального органа, который мог бы разбираться в этих вопросах, получается, что по каждой из семей, размещавших объявления в группах по обмену «проблемными» детьми, нужно выяснять, где они живут, и передавать дело в службу защиты детей конкретного штата. Это колоссальная работа, и есть очень большие сомнения насчет того, что ею кто-то будет заниматься.

Что касается российских детей, то и в самом деле необходимо создать эту единую базу, о которой говорит Астахов. Начнем с того, что все дети, которые были отданы на усыновление или удочерение в другие страны, сохраняют за собой российское гражданство. Однако те же американцы при этом не рассматривают его как российского гражданина, а с учетом того, что документы о его происхождении закрыты, выросший ребенок, если он, например, не помнит, откуда он родом, даже при желании не сможет претендовать на гражданство. И в этом база, в которую заносятся все сведения о судьбе усыновленных за рубеж детей, могла бы помочь.

Когда я ходил по сайтам агентств по усыновлению, действующих в Соединенных Штатах, я заметил одну вещь. Все эти агентства – американские. Мне ни разу не попалось агентство из Европы, Китая, Конго, России, Украины, других стран… Почему? Потому что люди, которые занимаются международным усыновлением в Америке, – это огромная мафия. Когда, к примеру, на Гаити закрыли усыновление за рубеж, эта мафия продавила, пролоббировала за деньги принятие нужного закона в этой стране. Теперь ребенка с Гаити или из Конго можно, имея достаточную сумму денег, заказать, даже не покидая своего дома. Кстати, на Гаити усыновлять и удочерять детей разрешено даже одиноким мужчинам.

Что меня порадовало на этих сайтах? Я ходил там по разным разделам и видел фотографии предлагающихся на усыновление украинских, гаитянских, конголезских, казахских детишек. Но когда я заходил в раздел «Россия», я видел только надпись большими буквами: ЗАПРЕЩЕНО. И номер закона. И ни одной детской фотографии.

По поводу запрета американцам усыновлять малышей из России было высказано много претензий и самых разнообразных обвинений. Но я бы хотел сказать спасибо всем, кто причастен к созданию этого закона за то, что они защитили наших детей. Потому что до этого мы даже не имели возможности узнать, куда они деваются после того, как их отсюда увозят.

 

Глава 3

Школьное хулиганство: мода на жестокость

Осенью 2012 года во Владивостоке три пятнадцатилетние девочки, ученицы элитной гимназии, поймали другую девочку, которой было четырнадцать, и стали ее избивать за гаражами. Все происходившее напоминало голливудский боевик. Жертву несколько раз ударили головой о бетонную стену так, что потекла кровь, били ее ногами, хватали за волосы и наносили удары коленом в лицо. Все действие сопровождалось матерными комментариями и смехом. Откуда стали известны такие подробности? А дело в том, что девочки засняли все на телефон и выложили видео ВКонтакте.

Когда рыдающая жертва спросила: «За что?» – ей не ответили. А действительно, за что? Да просто так. Говорили, что пострадавшая девочка как-то обидела своих мучительниц прошедшим летом, хотя она утверждала, что никогда их даже не видела. Потом оказалось, что ссора, если это можно так назвать, возникла в кафе – гимназистки начали цепляться к школьнице, смеяться над ее одеждой и требовать денег. За девочками, учинившими избиение, вообще тянулся целый шлейф подобных преступлений – они уже не раз ловили учащихся других школ младше себя, избивали их, снимали на видео и выкладывали на своих страничках в интернете. Потому что это круто.

Так обозначился новый тренд, который в Америке носит название буллинг (bulling), иначе говоря, школьное хулиганство и травля тех, кто слабее. Среди подростков стало модно издеваться над другими детьми, снимать это на видео и выкладывать в сеть.

Интересно, что гимназия, в которой учились хулиганки, в самом начале разбирательства заявила, что не видит оснований для их исключения из списка учеников, – мол, уроки они посещали исправно, а пострадавшая девочка училась в другой школе. Общественность возмущалась и требовала сурового наказания. Дело осложнялось тем, что все его участницы были младше шестнадцати лет, а доказать факт причинения пострадавшей девочке тяжких телесных повреждений не удалось – она не сходила вовремя в больницу, чтобы зафиксировать побои и взять справку. В итоге малолетние преступницы получили условные сроки за вымогательство.

Как вообще эта история всплыла? Девочки, как обычно, выложили запись издевательств в закрытую группу ВКонтакте. А кто-то из их знакомых скопировал видео оттуда и разместил его публично. То есть я даже не представляю, сколько в этой группе содержится подобных записей, если учесть, что она насчитывает около восьмисот участников со всей России и все они регулярно выкладывают видео избиений школьников. Думаю, что и правоохранительные органы тоже в группу не заглядывают.

Собирая информацию по этому инциденту, я нашел еще два видео, которые не были выложены в общий доступ на YouTube. Нашел я их через друзей друзей друзей хулиганок. И пострадавшая девочка, и те, кто ее избивал, имели аккаунты ВКонтакте, хотя две девочки из тех, кто бил, удалили свои странички, когда происшествие получило резонанс. Однако у них остались аккаунты в «Моем Мире» на Mail.ru. Я посмотрел, с кем они там дружат, и сравнил со списком друзей ВКонтакте. Таким образом, я и нашел другие видео, на которых засняты хулиганки.

Там они просто разговаривают между собой, а какой-то мальчик исподтишка снимает все на телефон. Одна девочка спрашивает другую, что сказала мама, узнав об избиении. «Да так, – отвечает та, – чуть-чуть поругалась, сказала, надо будет денег дать. И велела мне больше на камеры не попадаться».

Фактически по крайней мере одну из девочек родители поддержали. Я уже не раз приводил для сравнения пример Соединенных Штатов – так вот, там родителей, скорее всего, посадили бы в тюрьму, а директора гимназии уволили. Ну а сами девочки поехали бы учиться в закрытое заведение специального типа, которое по большому счету мало чем отличается от колонии для малолетних преступников. Самое интересное, что для этого даже не нужен суд – просто местный департамент образования решает, что хулиганки должны быть отчислены из своей школы и могут продолжать обучение только в конкретно указанном заведении, работающем с трудными подростками.

В Америке за последние годы эпидемия школьного хулиганства пошла на убыль. Зато Россия стала уверенно набирать темп. Во время социологических опросов 23 % девятиклассников признались в том, что носят с собой в школу какое-либо оружие – нож или кастет, – которым можно отбиться. Потому что и обижают многих, и издеваются. Иными словами, на наших глазах происходит формирование своего рода подростковых банд подобно тем, какие были в свое время в разных городах Соединенных Штатов. Известные нам по голливудским фильмам банды юных афроамериканцев, которые воюют с мексиканцами, внезапно получили свое отражение здесь. А учитывая усугубляющееся расслоение в обществе, как этническое, так и имущественное, можно предполагать, что ситуация в ближайшее время будет только ухудшаться – до тех пор, пока кто-нибудь за это не возьмется.

И это будут, по всей вероятности, не родители. Рассчитывать на родителей бесполезно – большинство из них не станут вмешиваться, если только не бьют их собственного ребенка. Они могут, как ни странно, даже не понимать сути проблемы, как мама той девочки, которая ее, в общем-то, поддержала. «Подумаешь, – часто говорят такие родители, – вырастет, перебесится». Да не перебесится! Это не милая ласковая детка. Это хулиганка, бьющая со всей дури головой о бетонную стену другую девочку. В пятнадцать лет. А что будет, когда ей исполнится восемнадцать? Как она будет воспитывать своих детей? Это же моральный урод.

Показательно и то, что пострадавшая девочка боялась сообщить об избиении. К сожалению, у нас принято говорить, что жертва сама виновата в произошедшем. Жертвой быть стыдно. Разве это нормально? Почему стыдно должно быть жертве, а не тем подонкам, которые над ней измывались? Ужас еще и в том, что девочка не хотела рассказывать о том, что с ней произошло, родителям и учителям, – но внезапно об этом узнала вся страна. Вся страна увидела, как ее избивают. Даже не могу представить ее состояние. Это сильнейшая моральная травма. Правда, я заходил к ней на страничку ВКонтакте и видел много сообщений со словами поддержки со всей страны.

Интернет – всего лишь инструмент, который может стать и оружием. Но решение принимает всегда человек. И он же должен нести ответственность.

Проблема подросткового буллинга – очень серьезная и важная. Причем надо отличать буллинг от обычных детских драк. Да, дети дрались всегда – но всегда были правила. И все понимали, что драться плохо. А родители и школа наказывали за драку по полной программе. Сейчас часто говорят, что проблемами взаимоотношений между учащимися должны заниматься школьные психологи. Беда только в том, что до сих пор должность школьного психолога считается, скажем так, декоративной. Это такая подработка, вроде уборки. Психологами часто подрабатывает кто-то из учителей. А в школе, где учился мой старший сын, психолог занимала по совместительству еще и должность повара – точнее, должность повара как раз была основной.

Раньше, в доинтернетную эпоху, мы знали одно: даже если тебя обижают в школе, ты приходишь домой – и там безопасно. А сейчас этого нет. Везде социальные сети, эсэмэски, телефонная связь. Избиение закончилось, но насилие продолжается. Засняв побои на видео и выложив в интернет, хулиганы фактически продолжают бить своих жертв дома. И те их друзья, которые смотрят эти видео в соцсетях или на YouTube, тоже присоединяются к избиению. И это продолжается до тех пор, пока виновные не получают наказание – или хотя бы пока видео не убирают из интернета.

Когда владивостокский инцидент, как и многие ему подобные, привлек внимание общественности, множество возмущенных людей почему-то ополчились на интернет. Но это неправильно. Да, повсеместное распространение интернета порождает свои проблемы. Но сам по себе он не виноват. Это инструмент. Есть такая пословица: «Пистолеты не убивают людей. Люди убивают людей». Так же и интернет – всего лишь инструмент, который может стать и оружием. Но решение принимает всегда человек. И он же должен нести ответственность.

 

Часть 3

Темная сторона интернета

 

Глава 1

Фишинг: как не попасть на крючок

Однажды ко мне обратился за помощью музыкальный продюсер Иосиф Пригожин. То, что он рассказал, меня слегка шокировало. Оказалось, у него и еще нескольких сотен его друзей и знакомых, среди которых, конечно, есть и известные артисты, и государственные деятели, взломали айфоны. И к нему начали приходить примерно такие SMS: «Здравствуйте, Иосиф и Валерия! Если вы не хотите, чтобы номера всех ваших контактов были выложены по всему интернету, напишите по этому адресу. Если не напишете, в ближайшее время мы выложим все в интернет». Еще SMS: «Иосиф, собираем на благие цели. Другого способа не нашли. Мы понимаем, что у вас много серьезных знакомых, но нас не достать. Так что лучше нам не ссориться. Дайте нам немного денег, и мы отстанем. А так не отстанем никогда. Менять номер бесполезно. Мы находим любые номера и постоянно будем выбрасывать все в интернет. Так что предлагайте сумму, сколько не жалко. Мы скажем, как нам ее зачислить, и все будут довольны. Ждем ответ на почту».

И похожие эсэмэски пришли всем. До этого с телефона на телефон были отправлены сообщения с угрозами и оскорблениями. Естественно, все начали друг другу звонить и писать с вопросами: «Ты что, с ума сошел?»

Но как такое возможно? Сразу стало понятно, что Иосиф и все его знакомые стали жертвами фишинга.

Что такое фишинг? По-английски fishing – это рыбалка. Стоишь себе с удочкой, ловишь плотву на муху или щуку на блесну. Но есть еще другое слово, которое звучит так же, а пишется иначе – phishing. И на этой рыбалке ловится уже совсем другая «рыба» – пароли. Самые разные – от электронной почты, от аккаунта в соцсети, от личного кабинета в банке. Люди, попавшиеся на эту удочку, понятия не имеют, что, оказывается, пожелали поделиться своими паролями. Ну так и рыба на крючке понятия не имела, что скрывается под вкусной наживкой. Иными словами, фишинг – это классический способ воровства паролей. Между прочим – реальное преступление. И за него существует наказание. Можно получить штраф и даже сесть в тюрьму.

Чаще всего фишинг осуществляется так. Вы собираетесь зайти на свою страницу в соцсети или личный кабинет. И попадаете вроде бы как раз на эту страницу, где у вас помимо обычного логина запрашивают личные данные. Вы видите реально в точности ту же картинку, какую привыкли видеть, заходя на данную страницу или сайт. Что происходит дальше?

Сразу скажу, что с банками все сложнее. Большинство банков ввело у себя дополнительную ступень идентификации. К примеру, после того как вы ввели логин и пароль в системе «Альфа-клик», вам на телефон приходит SMS с кодом, который необходим, чтобы попасть в личный кабинет. Поэтому фишинг банковских данных идет на двух уровнях. На первом уровне осуществляется кража вашего логина и пароля, а потом вам звонит человек, который представляется сотрудником банка, и говорит: «Здравствуйте, на ваш номер сейчас должна прийти или уже пришла SMS, не могли бы вы нам срочно сообщить цифры, которые там указаны? Дело в том, что у вас проблема с аккаунтом (или была попытка перевода со счета)». Примерно в половине случаев люди ведутся и называют цифры. Дело сделано! Мошенники получили доступ к вашему аккаунту.

Знакомые эксперты рассказали мне историю, случившуюся с прокурором одного из московских районов. Ему позвонили якобы из банка. Сказали, что его карту кто-то пытался взломать и нужно срочно подойти к банкомату и отправить все деньги на счет центрального отделения, чтобы обезопасить свои сбережения.

Человек был к такому совершенно не подготовлен. Он в жизни ни с чем подобным не сталкивался. Он заволновался, пошел к банкомату и отправил все деньги на номер счета, который ему указали по телефону.

Заподозрил неладное он только через некоторое время, когда не получил ответного звонка – мошенники из «банка» пообещали позвонить, когда угроза «взлома» минует и деньги будут возвращены обратно на счет. Прошел еще день, два, три… Тогда мужчина пошел в полицию и подал заявление. Но, к сожалению, сделать ничего не удалось. Ведь он сам перевел деньги – служба безопасности банка подняла записи с видеокамеры, установленной на банкомате. А телефонный звонок, как говорится, к делу не пришьешь, поэтому и доказать факт мошенничества в таких случаях нереально.

Что же касается фишинга паролей к соцсетям, там все проще. Это называется социальный инжиниринг. Вам приходит письмо с сообщением, что на вашем аккаунте сменился пароль, и предложением пройти по ссылке. Вы идете по ссылке и попадаете на сайт с почти таким же адресом, что у вашей соцсети – например, twitr, или twiter, или twitter.com.org, – вариантов сколько угодно. Вы вводите свой логин и пароль, система их запоминает и автоматически перебрасывает вас на реальный сайт. Реальный сайт пишет вам, что вы неправильно ввели логин и пароль. А у вас создается ощущение, что вы просто где-то опечатались – буковку пропустили или циферку удвоили. Так что вы спокойно вводите логин и пароль еще раз и входите в вашу систему. Но ваши данные уже остались у аферистов, которые дальше будут использовать их по своему усмотрению.

Например, берется база электронных адресов для рассылки спама – есть свободные базы в десятки и сотни миллионов адресов по России – и отправляется письмо, ну, скажем, от имени Ситибанка. Где написано примерно следующее: «Ваш перевод готов, две тысячи долларов с вашего счета сегодня будут отправлены. Если у вас не хватает средств, банк предоставит вам кредит, но перевод будет осуществлен в любом случае, не беспокойтесь». И дальше приписка: «Если вы хотите отменить перевод, пройдите по ссылке». Вы в панике, весь на нервах, кликаете ссылку, уже не замечая, какой там домен прописан в адресе сайта, трясущимися пальцами вбиваете логин и пароль, и… да, получаете сообщение о неправильном вводе данных. Фишинговая система уже запомнила нужную информацию и переправила вас на реальный сайт. Вы снова логинитесь, ищете информацию о переводе, естественно, не находите ее, звоните в банк, сотрудники которого подтверждают, что никаких переводов нет и не предвидится, – в общем, инцидент, как говорится, исчерпан. Вот только мошенники уже получили что хотели.

Точно так же можно выудить практически любую другую информацию. К примеру, при входе опять-таки в личный кабинет банка вы вдруг видите, что помимо логина и пароля теперь нужно указывать еще и год рождения. Или номер паспорта. Или еще что-то.

Кто стал первой жертвой в ситуации, когда взломали телефоны Пригожина и его друзей, теперь уже не выяснишь. Да это, в общем, и неважно. Преступникам достаточно было получить доступ всего лишь к одному аппарату. Может быть, его владелец получил эсэмэску со ссылкой на фишинговый сайт и прошел по ней. А может, просто сдавал свой телефон в ремонт. Так или иначе, полный список контактов с этого телефона оказался у мошенников – ну а потом эсэмэски со ссылкой на фишинговый сайт получили все. Примерно 15–20 % из них прошли по ссылке и ввели свой логин и пароль. Дальше – по цепочке.

С каждого телефона, к которому мошенники получали доступ, они скачивали видео– и фотоматериалы, включая интимные, все контакты, всю почту, все SMS. Включая, кстати, все, что было отправлено через iMessage – а эта служба сохраняет все сообщения с начала своего существования. На тот момент она работала уже больше года. То есть представьте – фактически в руки аферистов попадает вся ваша жизнь со всеми секретами. Тем более если вы человек публичный. Вообще, в случае со звездами даже папарацци не нужны – достаточно взломать мобильный. Не надо никуда ехать, караулить, когда можно будет сделать снимок. Самые-то классные фотки в телефоне! Домашние, семейные, интимные. Тем более что люди из шоу-бизнеса любят себя везде снимать.

Действительно, среди скачанного оказались интимные фото известной певицы – и она стала получать SMS с требованием заплатить полмиллиона рублей за то, чтобы эти фотографии не попали в интернет. Но надо же понимать – заплатить можно сколько угодно, шантажистов это не остановит.

Самое неприятное то, что фотографии обнаженной девушки все равно оказались в интернете. Причем были выложены через ее же аккаунт в Инстаграме – само собой, тоже взломанный. А в таких случаях практически невозможно доказать, что это не ты сам устроил себе такой дешевый пиар.

Хотя что там взламывать – у шантажистов уже были пароли ко всему. Для пользователей айфонов существует система iCloud – это облачный сервис, где сохраняется все, что есть на вашем телефоне. Все пароли, все фото, все видео, все документы, вся переписка, все-все-все – и в том числе пароли к соцсетям и электронной почте. Преступники просто открыли Инстаграм певицы и выложили ее фотографии. Конечно, она сразу же зашла и удалила компромат – но все, что попадает в сеть, остается в сети. Фотографии в считаные секунды успели разлететься десятками и сотнями копий. Неприятно – как минимум.

Самая известная история подобного взлома была в 2005 году. Молодой хакер – его имя до сих пор неизвестно – вскрыл телефон Пэрис Хилтон и выложил все найденное в сеть. Связь Пэрис Хилтон обеспечивала компания T-Mobile. В это время их как раз очень активно взламывали – они выпустили много новых гаджетов, пользующихся беспроводными соединениями. Хакера поймали, дали какой-то небольшой срок. В том же году с T-Mobile произошла совсем уже из ряда вон выходящая ситуация – у них взломали шестнадцать миллионов аккаунтов. Среди них были и звезды, в том числе и Кристина Агилера, и Деми Мур, чья любовная переписка с Эштоном Кутчером полностью попала в сеть со всеми видео, фото и т. п. Кроме того, одним из этих шестнадцати миллионов оказался сотрудник Секретной службы Соединенных Штатов Америки, который на своей почте хранил секретные документы. Сотрудник, кстати, был не из последних, он занимался взаимоотношениями с аналогичными иностранными службами. У него, например, хранился подписанный договор между Секретной службой и ФСО России, где обсуждалось взаимодействие двух спецслужб. И ко всем этим документам хакер получил доступ.

Вообще хакерство в последние годы стало необычайно популярным занятием. Просто потому, что в сети можно найти любую информацию, любые инструкции по этому вопросу: как взламывать, как писать шпионские программы и вирусы. И многие молодые люди видят в этом интерес. Взломать, открыть, узнать секреты… Искоренить хакерские сайты невозможно. Они находятся на разных серверах, в разных странах. У каждой страны – свои законы. Если вы возьмете хостинг, к примеру, в Африке, а там нет соответствующего закона, вы не обязаны никого слушаться.

Допустим, хакера вычислят. В России ему грозит уголовное преследование и срок от трех до пяти лет. Но это если он физически находится здесь. Ну или, скажем, в Белоруссии. А если в Таиланде или Сингапуре? У нас с этими странами нет договора о выдаче преступников. И большинство хакеров учитывают такие тонкие моменты, предпочитая работать из-за рубежа.

Точно так же сложно привлечь хакеров к ответственности за преступление, совершенное, скажем, на территории Соединенных Штатов. Потому что со всей Европой у Америки есть договоры о выдаче – а с Россией нет. Россия не выдает своих граждан. Поэтому они спокойно здесь работают, если только их деятельность не подпадает под действие законов Российской Федерации. Даже если из другой страны приходит официальный запрос, его проработают и будут ждать, пока эти люди совершат какое-то правонарушение на территории России.

Приходится их выманивать – отсюда все эти истории о том, как хакеру предложили высокооплачиваемую работу в английской или немецкой корпорации или пригласили на закрытый хакерский слет где-нибудь в Амстердаме и арестовали в аэропорту по прилете.

Сейчас более 60 % сетевого трафика идет через мобильные устройства. Соответственно, и угроза взлома и заражения вирусами для телефонов гораздо выше. По статистике, телефоны взламывают в три раза чаще, чем компьютеры. И не надо думать, что если у вас айфон, то вы неуязвимы. Все уязвимы. Даже я.

Считается, что мобильные устройства Apple меньше подвержены вирусам, потому что все программы для них приобретаются строго через iTunes и AppStore. Да, если ваш айфон или айпад взломан специальной программой, вы можете закачивать на него сторонние приложения, не авторизированные Apple. Но эти приложения не прошли проверку, в том числе на вирусы, которой в Apple занимается целый отдел. Чтобы разработанное вами приложение смогло туда попасть, вам придется пройти через два-три месяца проверок, причем вам несколько раз откажут по причине несоответствия тех или иных параметров заданным требованиям. Android, напротив, работает на принципах открытого кода. Всегда можно выбрать в настройках телефона пункт «принимать сторонние программы» – тогда необязательно обращаться к Google Play.

И все же в какой-то момент многолетние заявления Apple о том, что их система неуязвима для вирусов и ее невозможно хакнуть, оказались опровергнуты. Группе хакеров удалось ради эксперимента внедрить на AppStore несколько программ с вирусом внутри. Apple их проверил, принял и выставил. Причем одна из этих программ была платной – а ведь принято утверждать, что надежность платных программ в плане защиты от вирусов гораздо выше, чем бесплатных, так как платные программы проверяются максимально тщательно. Так вот, ничего подобного: как я уже сказал, одна из отправленных хакерами на AppStore программ стоила два доллара, люди ее покупали – а внутри нее сидел так называемый троянский вирус, который мог собирать и данные по кредитным картам, и статистику посещений тех или иных сайтов, и контакты. Потом эти программы удалили, но факт остается фактом.

Что же делать? Сжечь свой мобильный телефон и никогда больше им не пользоваться? Вовсе нет. Просто не ленитесь регулярно осуществлять некоторые несложные действия, чтобы снизить для себя риски.

В свое время я был неприятно поражен тем, сколько народу не соблюдают элементарных правил безопасности. Например, по статистике примерно у 50 % пользователей до сих пор стоит на голосовой почте в телефоне пароль 1111. Или 1234. Это значит, что можно позвонить в службу голосовых сообщений, набрать любой интересующий номер телефона, ввести какой-либо из двух паролей и с большой вероятностью прослушать все голосовые сообщения, которые приходили на этот телефон.

А бывает, что вообще никакие пароли не используются. Взять хотя бы бесплатный wi-fi в городе. Передача данных по нему ничем не защищена. Люди приходят со своими телефонами и планшетами, например, в кафе, садятся на эти бесплатные сети и дальше ведут себя в интернете как обычно – смотрят и отправляют почту, заходят в социальные сети. Но пока пароль от вашей электронной почты дойдет до стоящего в кафе роутера, он ничем не защищен. Представьте, что вы отправляете свои пароли в прозрачном конверте. И любой хакер, который находится в этой же сети, может совершенно спокойно эти пароли просмотреть.

Есть такая компания – LookOut, она занимается защитой мобильных данных. Ее основатели однажды уселись рядом со зданием, где проводилась церемония вручения «Оскара», с компьютером, который сканировал все мобильные устройства в радиусе нескольких метров. Так вот, за те три часа, пока звезды шли по красной ковровой дорожке, удалось собрать данные более чем со ста телефонов. То есть в карманах или сумочках звезд, естественно, лежали мобильные телефоны, а люди со сканером собирали их данные, когда они проходили мимо. Просто чтобы показать, что это возможно и на самом деле очень легко.

Итак, как же себя обезопасить? В первую очередь ставьте везде пароли и не забывайте их периодически менять. Не надо лениться ввести несколько цифр, перед тем как зайти в список контактов. Не выходите в незащищенные сети wi-fi. Будьте аккуратнее с присланными ссылками – даже если они пришли по электронной почте от ваших друзей. Не забывайте, что существует фишинг, и может оказаться так, что ваш друг на самом деле ничего вам не присылал, а ссылка приведет вас на хакерский сайт.

Не ходите по ссылкам в SMS. Помните, что ни компания Apple, ни компания Google не высылают никаких ссылок просто так, тем более на мобильный телефон. Тем более с предложением поменять контрольные вопросы на аккаунте, потому что они «плохие». Если бы они были плохие, вы бы узнали об этом еще в момент регистрации. Это, кстати, еще один вариант «подставы», на которую люди часто попадаются – потому что сообщение приходит по iMessage якобы из штаб-квартиры Apple. У нас многие почему-то считают, что можно доверять любой эсэмэске, якобы отправленной из Соединенных Штатов от Apple. Но вообще-то любой американский номер можно взять в аренду за один доллар за три минуты через интернет.

Решившись пройти по ссылке, всегда проверяйте, туда ли вы зашли. Смотрите, что написано вверху экрана, в адресной строке. Адрес должен быть тем же, какой вы набирали бы сами. Если же вы только собираетесь пройти по ссылке, браузер все равно покажет вам нужную информацию. Если навести стрелку курсора на ссылку, внизу в маленьком окошечке появится адрес, на который эта ссылка ведет.

Итак, как же себя обезопасить? В первую очередь ставьте везде пароли и не забывайте их периодически менять. Не надо лениться ввести несколько цифр, перед тем как зайти в список контактов. Не выходите в незащищенные сети wi-fi. Будьте аккуратнее с присланными ссылками – даже если они пришли по электронной почте от ваших друзей. Не забывайте, что существует фишинг, и может оказаться так, что ваш друг на самом деле ничего вам не присылал, а ссылка приведет вас на хакерский сайт.

Конечно, для непрофессионала это сложно. Можно запутаться. Тем более что, получая точно такое же письмо из банка или от соцсети, как все остальные письма, многие люди начинают нервничать, кликают по ссылке машинально, не проверив, куда она ведет, – и попадаются на удочку. Даже я так делаю – потому что, к сожалению, невозможно все время быть внимательным.

Обязательно поставьте фаерволл на домашний компьютер. Я не буду здесь вдаваться в подробности – просто наберите в поисковике: «как защитить свой компьютер» или «как защитить мобильный телефон». Существует масса схем, программ и приложений – есть из чего выбрать. Выключите удаленный доступ, который по умолчанию стоит на всех компьютерах, иначе к вам в принципе может зайти кто угодно и что угодно скачать или установить.

Старайтесь не скачивать пиратский контент. 75 % фильмов и музыки, которые можно бесплатно скачать в сети, заражено вирусами. А что, вы действительно думали, что это все бесплатное? Но бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и интернет тут не исключение.

Меня спрашивали, поддаются ли фишингу программы управления банковским счетом, работающие с мобильных устройств, минуя браузер. Увы, да. Поддаются. Все поддается. Здесь можно сказать так: если кто-то что-то придумал, кто-то другой обязательно придумает, как это что-то вскрыть или сломать. А иначе не было бы прогресса – зачем вводить усовершенствования, если и так все хорошо и безопасно? Так что хакеры, конечно, зло – но они помогают компаниям совершенствовать свои продукты и системы безопасности, находя лазейки и уязвимые места. Это их маленькая добрая слава, которую я не стану отрицать.

 

Глава 2

Эти многоликие вирусы

Похоже, самое время поговорить о вирусах. Начну с того, что вы всегда носите их с собой. У вас же есть телефон? Значит, есть и вирус.

За последние десять лет распространение компьютерных вирусов превзошло все ожидания. Их численность растет с огромной скоростью – в среднем на 800 % каждые полгода. Поражают они практически все что можно.

Я уже говорил о полиморфных вирусах, которые используются для накруток рейтинга в соцсетях. Но эти вирусы умеют не только френдить других пользователей с вашего аккаунта – они делают все, что прикажет «папа», то есть тот хакер, который их запускает. Команда может быть практически любой. Например, отправить email от вашего имени. Сделать постинг в социальной сети. Проследить за тем, какой логин и пароль вы вводите в системе клиент-банк, и отправить всю информацию хозяину. Узнать пароли от соцсетей. Взять кредит. Оформить загранпаспорт на «Госуслугах». Продать имущество. Короче говоря, такой вирус может скопировать или сгенерировать любые ваши действия, какие вы способны произвести в сети.

Вы, конечно, помните, что при регистрации новой почты Rambler, Google, Mail.ru или Яндекс просит вас вбить в специальное окошко последовательность цифр. А также наверняка замечали, как при работе в поисковике система вдруг просит вас сделать то же самое, чтобы доказать, что вы не бот. Но это не сам Mail.ru или Яндекс отправляет команду, чтобы у вас на экране появилась эта страничка, а вирус.

Для чего ему это нужно? Эти цифры будут использованы для регистрации почты. Вирус не может сам распознать картинку, которая высвечивается при регистрации, таких программ еще не придумали. Но он может «подсунуть» ее вам. Вы вбиваете цифры, вирус получает этот маленький файлик, который программируется в браузере, и может теперь зарегистрировать почту, с которой будет рассылать спам.

Вирусы могут шпионить за вами напрямую. У многих есть ноутбуки, но далеко не все их выключают или хотя бы закрывают на ночь. При этом у всех ноутбуков есть камеры, которые тоже могут управляться с помощью вирусов. То есть вы оставляете на тумбочке открытый ноутбук, ложитесь в постель с супругой – и вдруг в прямой эфир идет трансляция всего того, чем вы вдвоем занимаетесь. Если у вас нет ноутбука, не расслабляйтесь – все то же самое можно сделать и на стационарном компьютере, и даже на телефоне, у которого есть камера.

Напомню, что вирусы обычно попадают в систему через пиратские файлы. Вместе с фильмом или музыкой вы скачиваете вирус. Дальше вы запускаете скачанный файл – или распаковываете его, потому что на пиратских сайтах файлы часто лежат в виде архивов, – и вирус потихоньку выходит на свободу. Найти его очень сложно: попадая в компьютер, он может спрятаться где угодно и до поры до времени сидит там тихо, никак себя не обнаруживая.

Существует множество компаний, производящих очень хорошие антивирусы. Это и Kaspersky, и Norton, и McFee, и Dr.Web, и Symantec. Но чтобы вирус определился в системе, он должен что-то сделать. Если же вирус написан специально с таким расчетом, чтобы быть тихим, и запускается с какого-то отдельного компьютера в определенное время, то до момента, пока сработает и среагирует система антивируса, пройдут в среднем сутки или даже двое. А ведь есть еще множество компьютеров, на которых антивирус не установлен, или он устарел, или закончилась подписка… И вирус начинает распространяться.

Помните, как, согласно легенде, хитроумные греки, не в силах прорвать осаду Трои, преподнесли ее правителю огромную деревянную фигуру коня? Подарок был принят и доставлен в город. А ночью из конского брюха выбрался заранее притаившийся там отряд греков, перебил стражу у ворот и впустил войско. История с Троянским конем стала общеизвестной, и именно отсюда пошло название целого класса вирусов – «троян». То есть к вам попадает что-то красивое, и пока вы этим любуетесь или что-то с ним делаете, оттуда выходит что-то плохое.

Я всегда всем советую аккуратнее вести себя в сети. Не закачивать ничего с незнакомых сайтов. Не открывать почту, непонятно откуда пришедшую. Не кликать куда попало. Иными словами, ходить только по проверенным местам. Но знаете, что самое обидное? Даже если вы никогда не пользовались пиратским контентом и не открывали писем со спамом, вы все равно не застрахованы от вирусов.

Многие совершенно легальные средства работы в интернете фактически ведут себя как вирусы. Вот, например, cookies. Это некие данные, которые загружаются на ваш компьютер, когда вы впервые заходите на какой-то сайт. И потом при каждом новом обращении к сайту ваш браузер отправляет туда эти cookies. Это нужно, например, для того, чтобы сайт «узнавал» пользователя при заходе, для сохранения индивидуальных настроек сайта. А еще – для отслеживания заходов на сайты и ведения статистики.

Этим занимаются такие службы, как Google Analitycs и им подобные. То есть вы в течение суток заходите на пятьдесят различных сайтов, Google получит информацию о том, куда вы зашли и сколько там пробыли. И это все абсолютно законно и официально. Вы когда-нибудь читали то, что написано в правилах использования Google? Там несколько экранов текста мелким шрифтом, где среди прочего сказано, что, если вы пользуетесь поисковиком или другими продуктами Google, значит, соглашаетесь со всеми их правилами. А одно из правил говорит, что Google имеет право доступа к любой информации, которую вы запрашиваете, и к любым сайтам, на которые вы заходите.

Геолокация – это тоже вирус, потому что она отправляет данные о вашем местонахождении. По большому счету вирус – это любая программа, которая может являться сервисной, но которая действует помимо вашей воли, собирает о вас информацию и куда-то ее передает.

В последнее время появилось понятие промышленных вирусов. Это специальные программы, которые разрабатывают компании, выпускающие технику с выходом в интернет. А поскольку сейчас все большую популярность завоевывает концепция «умного дома» и близкие к ней концепции, список такой техники только растет. Это уже не только телефоны, но и автомобили, и телевизоры, и даже холодильники и стиральные машины.

Вот вы купили новый телевизор. Включили, появляется интерфейс управляющей программы. Вы настраиваете русский язык, выставляете время, забиваете номер телефона. Дальше появляется текст пользовательского соглашения, где вас спрашивают, не против ли вы, если компания будет собирать данные о работе вашего агрегата. Кто-нибудь эти условия читает? Никто. Вы просто выбираете «ОК» и таким образом сами даете согласие на то, чтобы пустить в дом вирус.

Может возникнуть вопрос – а зачем бытовой технике выход в интернет? Ну, с телевизорами все понятно: цифровые каналы, подписка и тому подобное. А зачем интернет холодильнику? Как ни банально – для еще большего облегчения вашей жизни. Вообще сфера розничной торговли – отличная площадка для разного рода нововведений. Так, в Южной Корее появился виртуальный супермаркет. В метро на стенах размещены плакаты с изображениями продуктов, вы по дороге выбираете нужное, считываете штрих-коды с помощью смартфона, затем приложение формирует заказ, отправляет его в магазин, и к вашему приезду домой курьер привозит продукты. Но даже в виртуальный супермаркет можно забыть «зайти». Тогда почему бы не переложить заботы о пополнении «продуктовой корзины» на программируемый бытовой прибор?

«Умный» холодильник сканирует находящиеся в нем продукты, анализирует, сколько вы за определенный отрезок времени выпиваете сока или молока, сколько съедаете яиц, масла или колбасы, и приблизительно определяет, когда вам нужно покупать очередную порцию. В некоторых супермаркетах продукты маркируются специальными чипами, с которых холодильник сам считывает, например, срок годности и определяет оставшееся количество. Представляете, сидите вы на работе, и тут вам приходит SMS от холодильника: «Купи молока!»

Более того, можно связать холодильник с интернет-магазином, запрограммировать его на то, чтобы каждый день в нем находилось конкретное количество тех или иных продуктов определенного качества, и он сам позаботится о доставке, а деньги спишутся с кредитной карты. Удобно? Конечно.

Или, к примеру, вы помечаете в Google-календаре, что на выходные поедете к родителям. У родителей дома точно такой же холодильник – и ваш холодильник общается с тем холодильником, спрашивая у него, есть ли в нем ваш любимый сок. Допустим, сока нет – и тогда ваш холодильник попросит «собеседника» напомнить вашим родителям, чтобы они купили вам соку. Это все тоже очень удобно и интересно. Хотя лично меня несколько пугают холодильники, способные общаться между собой. А ведь техника шагнула еще дальше: появилась возможность связать воедино холодильник, микроволновку и компьютер.

Все эти холодильники, микроволновки, стиральные машины связаны с единым центром. С разных микроволновок собираются данные о том, сколько времени готовится та или иная пища, и поступают на главный компьютер, который эти данные анализирует. И главн