Систематическое богословие

Грудем Уэйн

ЧАСТЬ II. Учение о Боге

 

 

ГЛАВА 8. Существование Бога

 

Откуда мы знаем, что Бог существует?

 

Объяснение и обоснование в Писании

 

Откуда мы знаем, что Бог существует? Во–первых, у всех людей есть внутреннее ощущение Бога. Во–вторых, мы верим свидетельствам, которые есть в Писании и в природе.

 

А. Внутреннее ощущение Бога, свойственное человечеству

Всем людям свойственно глубокое, внутреннее ощущение того, что Бог существует, что они являются Его творением и что Он является их Творцом. Павел говорит, что и неверующие язычники познали Бога, но «не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили» Его (Рим. 1:21). Он говорит, что морально павшие неверующие «заменили истину Божию ложью» (Рим. 1:25), имея в виду, что они сознательно отвергли истину о существовании Бога и о Его качествах, которая была им известна. Павел говорит: «Что можно знать о Боге, явно для них», и добавляет: «Потому что Бог явил им» (Рим. 1:19).

Но Писание говорит также о том, что некоторые люди отрицают это внутреннее ощущение Бога и даже отрицают то, что Бог существует. Лишь «безумец» говорит в сердце своем: «Нет Бога» (Пс. 13:1; 52:2). Нечестивый «пренебрегает Господа: „не взыщет"» и в гордыне своей повторяет «Нет Бога» (Пс. 9:25). Эти тексты указывают на то, что грех заставляет людей рассуждать иррационально и отрицать существование Бога; именно тот человек, который мыслит иррационально и пребывает в соблазне, говорит: «Нет Бога».

Павел утверждает также, что грех ведет людей к отрицанию их знания о Боге: он говорит о людях, «подавляющих истину неправдою» (Рим. 1:18), и показывает, что совершающим это «нет прощения» за отрицание Бога (Рим. 1:20) (греческий текст εϊ τό είναι αυτούς αναπολόγητου — «так что им нет прощения» — синодальная версия переводит: «Так что они безответны». — Примеч. пер.).

Целая серия глаголов в действительном залоге показывает, что это было сознательное подавление истины (Рим. 1:23,25,28,32).

В жизни христианина это внутреннее осознание Бога становится сильнее и отчетливее с годами. Мы начинаем осознавать Бога как нашего любящего Отца небесного (Рим. 8:15), Святой Дух свидетельствует нашему духу, что мы — дети Божьи (Рим. 8:16), и мы осознаем, что Иисус Христос живет в нашем сердце (Еф. 3:17; Флп. 3:8,10; Кол. 1:27; Ин. 14:23). Сила этого осознания у христианина столь велика, что, и не видя Господа Иисуса Христа, мы истинно любим Его (1 Пет. 1:8).

 

Б. Свидетельства Писания и природы

Ясное свидетельство существования Бога содержится также в Писании и в природе.

По сути, вся Библия исходит из того факта, что Бог существует. Первый стих Книги Бытие не утверждает существования Бога, но сразу же приступает к рассказу о том, что Он свершил: «В начале сотворил Бог небо и землю». Если мы убеждены, что Библия истинна, то из Библии мы узнаем не только о том, что Бог существует, но также очень многое о Его природе и Его деяниях.

Мир также изобильно свидетельствует о существовании Бога. Павел говорит, что вечная и божественная природа Бога «чрез рассматривание творений видима» (Рим. 1:20). Это широкое определение, говорящее о «творениях», подразумевает, что, в определенном смысле, каждое творение свидетельствует о качествах Бога. И наиболее полно свидетельствует о существовании Бога сам человек, сотворенный по образу Божьему. Когда мы встречаем другого человека, мы должны (если наш разум действует правильно) осознавать, что такое невероятно сложное, умелое и общительное живое существо могло быть сотворено только бесконечным, мудрейшим Творцом.

Кроме этого доказательства, есть и другое прекрасное свидетельство, и содержится оно в природе. «Дожди и времена плодоносные», так же как «пища и веселие», которые получают люди, по словам Варнавы и Павла, также свидетельствуют о Боге (Деян. 14:17). Давид говорит нам о свидетельстве небес:

«Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание» (Пс. 18:2,3). Когда мы смотрим на небо днем или ночью, мы видим солнце, луну, звезды и облака, которые своим существованием, красотой и величием постоянно провозглашают, что их сотворил мудрый и властный Творец, Который поддерживает их в существующем порядке.

Это большое количество свидетельств существования Божьего, которые содержатся в различных частях сотворенного мира, показывает нам, что в определенном смысле все, что существует, свидетельствует о существовании Бога. Для тех, у кого есть глаза для созерцания и ум для правильной оценки увиденного, каждый древесный листок, каждая травинка, каждая звезда на небе и все остальное творение непрерывно восклицает: «Бог сотворил меня! Бог сотворил меня! Бог сотворил меня!» Если бы наши разум и сердце не были так ослеплены грехом, то мы просто не смогли бы, пристально взглянув на лист дерева, сказать: «Никто его не сотворил. Все вышло само собой». Красота снежинки, величественная сила грома, искусство пчелы, освежающий вкус прохладной воды, невероятные способности рук человека — все это и тысячи других аспектов творения просто не могли бы возникнуть без всемогущего и мудрейшего Творца.

Таким образом, для тех, кто правильно оценивает очевидное, все в Писании и все в природе ясно доказывает, что Бог существует и что Он — тот мудрый Творец, каким описывает Его Библия. Поэтому, веруя в то, что Бог существует, мы основываем нашу веру не на слепой надежде, не связанной с очевидностью, а на огромном количестве верных свидетельств Божьих слов и дел. Подлинная вера всегда основывается на заслуживающем доверия свидетельстве, и вера в существование Бога не исключение.

Кроме того, эти свидетельства могут быть приняты в качестве верных доказательств существования Бога, несмотря на то что некоторые люди отвергают их. Это не означает, что свидетельства неверны, это значит лишь, что люди неверно их оценивают.

 

В. Традиционные «доказательства» существования Бога

Традиционные доказательства существования Бога, которые были выработаны философами–христианами (и некоторыми нехристианами) в различные периоды истории, по сути являются попытками тщательно и логически точно проанализировать действительность, особенно свидетельства природы, призванные показать людям, что отрицать существование Бога — нерационально. Если верно, что грех заставляет мыслить людей иррационально, то эти доказательства являются попытками помочь людям мыслить рационально, т. е. правильно рассуждать о свидетельствах Божьего существования, преодолевая иррациональность греха.

Большая часть традиционных доказательств существования Бога может быть отнесена к одному из четырех типов рассуждения:

1. Космологический аргумент основывается на том факте, что все известные объекты мира имеют свою причину. Поэтому сам мир также должен иметь причину, и причиной столь великого мира может быть только Бог.

2. Телеологический аргумент в действительности является одной из категорий космологического аргумента. Здесь подчеркивается гармония и порядок мира и утверждается, что подобный план может служить доказательством разумной цели (греческое слово τέλος означает «конец» или «цель»), которая лежит в основе этого. Поскольку мир свидетельствует о том, что он сотворен по определенному плану, то должен существовать разумный и целеполагающий Бог, который сотворил мир именно таким образом.

3. Онтологический аргумент передает идею о Боге, Который определяется как Существо, «более великое, чем все, что можно вообразить». Далее утверждается, что подобному существу должен быть свойствен признак существования.

4. Моральный аргумент исходит из человеческого чувства добра и зла и из стремления к справедливости. Далее утверждается, что должен существовать Бог, Который является источником добра и зла и Который однажды воздаст по справедливости всем людям.

Поскольку все эти аргументы основаны на таких фактах творения, которые являются истинными, мы можем сказать, что все эти доказательства (при тщательном рассмотрении) являются, в объективном смысле, истинными. Они истинны, поскольку верно оценивают действительность и в процессе рассуждения подводят к правильному выводу — Бог действительно является причиной мира, мир действительно обнаруживает целеполагающий план, Бог действительно существует как Тот, Кто более велик, чем все, что можно вообразить, и Бог действительно даровал нам возможность различать добро и зло и знать, что однажды придет суд. Таким образом, действительные факты, к которым апеллируют эти доказательства, истинны, и в этом смысле доказательства также истинны, несмотря на то что не все люди убеждены в этом.

Однако в другом смысле, если слово «действительный» понимать как «способный убедить даже тех, кто исходит из ложных предпосылок», тогда, конечно, эти доказательства не являются истинными, поскольку ни одно из них не способно убедить всех, кто рассматривает их. Это обусловлено тем, что многие неверующие либо исходят из ложных предпосылок, либо неверно рассуждают, анализируя действительность. Причина не в том, что эти доказательства неистинны сами по себе.

Таким образом, ценность этих доказательств заключается, главным образом, в том, что они отвечают на некоторые «логические» возражения, выдвигаемые неверующими людьми. Они не могут привести неверующих к спасительной вере, поскольку это может произойти только через веру в свидетельство Писания. Однако они способны дать ответ на возражения неверующих, а для верующих они могут логически подкрепить то, в чем они [верующие] уже были убеждены через внутреннее ощущение Бога и свидетельство Писания.

 

Г. Только Бог может преодолеть наш грех и дать нам способность убедиться в Его существовании

И наконец, нужно помнить, что в этом грешном мире Бог должен дать нам способность убедиться в Его существовании, в противном случае мы никогда не уверуем в Него. Мы читаем о том, что «бог века сего ослепил умы» у неверующих, «чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа» (2 Кор. 4:4). Более того, Павел говорит, что, «когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1 Кор. 1:21). В этом грешном мире человеческий разум не в состоянии прийти к знанию о Боге. Поэтому проповедь Павла была «в явлении духа и силы, чтобы вера… утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божией» (1 Кор. 2:4,5). Только Бог может помочь нам преодолеть слепоту и иррациональность, которые явились следствием греха, а также получить способность верно оценивать действительность, верить в Писание и обрести спасительную веру в Христа.

 

Вопросы для самостоятельной работы

1. Как, по вашему мнению, видят землю серафимы, восклицающие у престола Божьего: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:3), — так же, как мы, или в несколько в иной перспективе? В чем разница? Как мы можем приблизиться в своем видении к такой перспективе?

2. Когда вы ощущаете Бога сильнее всего? Почему? В какой ситуации вы находитесь в состоянии, приближающем вас к небесам? В каких из этих ситуаций ваши суждения наиболее верны?

3. Взгляните на вашу руку. Как вы считаете, она сложнее устроена, чем наручные часы? Логично ли полагать, что рука или часы появились в результате случайной комбинации элементов?

4. Верят ли в существование Бога большинство людей в наши дни? Такое положение вещей существовало во все периоды истории? Если люди верили, что Бог существует, почему они не поклонялись Ему должным образом?

5. Почему многие люди отрицают существование Бога? Предполагается ли в Рим. 1:18, что на их состояние оказывает влияние моральный фактор (ср.: Пс. 13:1—3)? Как нужно разговаривать с человеком, который отрицает существование Бога?

 

Специальные термины

внутреннее ощущение Бога

космологический аргумент

моральный аргумент

онтологический аргумент

телеологический аргумент

 

Библиография

 

Соответствующие разделы в евангельских систематических богословиях

1. Англиканские (епископальные)

1882–1892 Litton, 42–58

1930 Thomas, 3–14

2. Арминианские (уэслианские или методистские)

1875–1876 Pope, 1:233–248

1892–1894 Miley, 1:57–136

1940 Wiley, 1:217–240

1960 Purkiser, 39–59

1983 Carter, 1:107–111

1983 Cottrell, 1:419–442

1987–1990 Oden, 1:131–180

3. Баптистские

1767 Gill, 1:1–15

1887 Boyce, 8–46

1907 Strong, 52–110

1917 Mullins, 35–48

1983–1985 Erickson, 156–174

4. Диспенсационалистские

1947 Chafer, 1:129–178

1949 Thiessen, 21–42

1986 Ryrie, 25–34

5. Лютеранские

1917–1924 Pieper, 1:371–374

1934' Mueller, 143–147

6. Реформатские (или пресвитерианские)

1559 Calvin, 1:43–69 (1.3–5)

1861 Нерре, 47–56

1871–1873 Hodge, 1:191–334

1878 Dabney, 5–26

1887–1921 Warfield, SSW, 1:34–40

1889 Shedd, 1:195–248

1909 Bavinck, DG, 41–80

1938 Berkhof, 19–28

1962 Buswell, 1:72–161

 

Соответствующие разделы в авторитетных римско–католических богословиях

1. Традиционные богословия

1955 Ott, 13–17

2. Написанные после II Ватиканского собора

1980 McBrien (вопрос напрямую не рассматривается)

 

Другие работы

Brown, Colin. Philosophy and the Christian Faith. Downers Grove, III.: InterVarsity Press, 1968.

Charnock, Stephen. The Existence and Attributes of God. Repr. ed. Evansville, Ind.: Sovereign Grace Book Club, n. d., pp. 11–67 (first published 1655—80).

Clark, Gordon H. Religion, Reason, and Revelation. Nutley, N. J.: Craig Press, 1961.

France, R. T. The Living God. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 1970.

Geisler, Norman. Christian Apologetics. Grand Rapids: Baker, 1976.

Geisler, Norman, and Paul Feinberg. Introduction to Philosophy: A Christian Perspective. Grand Rapids: Baker, 1980.

Hackett, Stuart. The Resurrection of Theism. Chicago: Moody, 1957.

Hoover, A. J. "God, Arguments for the Existence of. In EDT, pp. 447—451.

Jastrow, Robert. God and the Astronomers. 2d ed. New York: Norton, 1992.

Lewis, Gordon R. Testing Christianity's Truth Claims. Chicago: Moody, 1976.

Mavrodes, George I. Belief in God. New York: Random House, 1970.

McDowell, Josh. Evidence That Demands a Verdict. San Bernardino, Calif.: Here's Life, 1972, 1979.

Packer, J. 1. "God". In NDT, pp. 274–277.

Sire, James. The Universe Next Door: A Basic World View Catalog. Downers Grove, III.: InterVarsity Press, 1976.

Van Til, Cornelius. The Defense of the Faith. Philadelphia: Presbyterian and Reformed, 1955.

Yandell, Keith. Christianity and Philosophy. Studies in a Christian World View. Grand Rapids: Eerdmans, and Leicester: Inter–Varsity Press, 1984.

 

Отрывок для запоминания

Рим. 1:18–20:

Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою. Ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы, так что они безответны.

 

ГЛАВА 9. Познаваемость Бога

 

Можем ли мы познать Бога? Многое ли мы можем узнать о Боге?

 

Объяснение и обоснование в Писании

 

А. Необходимо, чтобы Бог Сам открывал Себя нам

Нам следует познать Бога, но для этого необходимо, чтобы Он открыл Себя нам. Даже говоря об откровении Бога через природу, Павел говорит, что все, то можно узнать о Боге, явлено людям, «потому что Бог явил им» (Рим. 1:19). Творение в природе открывает Бога потому, что Он Сам желает явить Себя таим образом.

В применении к личному познанию Бога, которое человек обретает в спасении, это становится еще более очевидным. Иисус говорит: «Никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Мф. 11:27). Подобное знание о Боге приобретается не человеческим усилием или мудростью: «Мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией»(1 Кор. 1:21; ср.: 1 Кор. 2:14; 2 Кор. 4:3,4; Ин. 1:18).

Грешные люди неверно истолковывают откровение о Боге, явленное в природе, и поэтому необходимо, чтобы Бог Сам открывал Себя нам. «Подавляющие истину неправдою» — это те, кто «осуетились в умствованиях своих, и помрачилось несмысленное их сердце… они заменили истину Божию ложью» Рим. 1:18,21,25). Если мы хотим правильно истолковывать откровение, явленное в природе, то нам необходимо Писание. Сотни лжерелигий, существующих в мире, являются свидетельством того, как грешные люди, без водительства Писания, неверно понимают и искажают откровение о Боге. Одна лишь Библия говорит нам, каким образом понимать свидетельство о Боге, данное в природе. Таким образом, в правильном познании Бога мы зависим от Самого Бога, Который обращается к нам через Писание.

 

Б. Мы никогда не постигнем Бога до конца

Поскольку Бог бесконечен, а мы — конечны, или ограничены, мы никогда не постигнем Бога до конца. В этом смысле о Боге говорят, что Он непостижим. Слово «непостижимый» (incomprehensible) употребляется здесь в более старом и менее распространенном значении — «то, что нельзя постигнуть до конца». Это значение следует четко отделить от более распространенного значения этого слова — «то, что нельзя постигнуть». Неверно утверждать, что Бога нельзя постигнуть, правильным будет говорить, что Его нельзя постигнуть до конца, исчерпывающе.

Библия гласит: «Велик Господь и достохвален, и величие Его неисследимо» (Пс. 144:3). Величие Божье находится за пределами того, что может быть открыто или исследовано, — оно безгранично и не может быть познано до конца. О разуме Бога сказано: «Велик Господь наш и велика крепость Его, и разум Его неизмерим» (Пс. 146:5). Мы никогда не сможем измерить или полностью открыть для себя сознание Бога, так как с величием Его сознания ничто не может сравниться. Точно также мы не можем знать Его пути. Давид говорит: «Дивно для меня ведение Твое, — высоко, не могу постигнуть его!» (Пс. 138:6; ср. ст. 17).

Павел имеет в виду подобную непознаваемость Бога, когда говорит, что «Дух все проницает, и глубины Божий», а затем добавляет: «Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» (1 Кор. 2:10–12). В конце продолжительного рассуждения о великом Божьем плане спасения Павел вдруг восклицает: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим. 11:33).

Эти стихи позволяют нам сделать еще один шаг в нашем осмыслении непостижимости Бога. Мы не только никогда не сможем до конца постигнуть Бога, но мы никогда не сможем до конца постигнуть каждое конкретное явление, связанное с Богом. Его величие (Пс. 144:3), Его разум (Пс. 146:5), Его ведение (Пс. 138:6), Его богатство, мудрость, суждения и пути (Рим. 11:33) — все это находится за пределами нашей способности понять что–либо до конца. Другие стихи также подтверждают эту мысль: насколько небо выше земли, настолько пути Божьи выше наших путей, и Его помыслы выше наших помыслов (Ис. 55:9). Иов говорит, что великие Божьи акты творения земли и управления ею — «это части путей Его», и восклицает: «Как мало мы слышали о Нем! А гром могущества Его кто может уразуметь?» (Иов. 26:14; ср.: 11:7—9; 37:5).

Итак, мы можем узнать кое–что о Божьей любви, власти, мудрости ит. д. Однако мы никогда не познаем Его любовь до конца или исчерпывающе. Мы никогда не сможем познать Его мудрость исчерпывающе, и т. д. Чтобы узнать хоть что–либо о Боге исчерпывающим образом, нам нужно было бы узнать это так, как Он Сам знает это. То есть, нам нужно было бы узнать это в связи со всеми прочими явлениями, связанными с Богом и в связи со всем тем, что относится к творению во всей вечности! Мы можем лишь воскликнуть вместе с Давидом: «Дивно для меня ведение Твое, — высоко, не могу постигнуть его!» (Пс. 138:6).

Это учение о непостижимости Бога имеет множество позитивных приложений в нашей жизни. Оно означает, что мы никогда не сможем узнать «слишком много» о Боге, так как те вещи, которые мы могли бы еще узнать о Боге, никогда не иссякнут, и поэтому мы никогда не прекратим наслаждаться открытием нового о Его совершенстве и о величии Его дел.

Даже в грядущем веке, когда мы освободимся от греха, мы не сможем до конца постигнуть Бога или что–либо, с Ним связанное. Это потому, что, как подтверждают процитированные выше тексты, непостижимость Бога связана не с нашей греховностью, а с Его бескрайним величием. Поскольку мы конечны, а Бог бесконечен, мы никогда не сможем постигнуть его до конца. Целую вечность мы можем продолжать возрастать в нашем знании о Боге, все более и более наслаждаясь Им, все в большей степени познавая помыслы Божьи и говоря вместе с Давидом: «Как возвышенны для меня помышления Твои, Боже, и как велико число их! Стану ли исчислять их, но они многочисленнее песка» (Пс. 138:17,18).

Однако если это верно для будущей вечности, то это, безусловно, должно быть верно и в этой жизни. Павел говорит нам, что если мы хотим поступать «достойно Бога, во всем угождая Ему», то это должна быть такая жизнь, в которой мы постоянно «возрастаем в познании Бога» (Кол. 1:10). А мы можем возрастать в познании Бога в течение всей нашей жизни.

Если бы мы захотели сравниться с Богом в знании или если бы мы стремились удовлетворить свой грех интеллектуальной гордыни, то мы испытали бы разочарование, узнав, что никогда не перестанем возрастать в познании Бога, что Бог — это тот предмет, который нам никогда не удастся изучить! Однако если нам приносит радость мысль о том, что один лишь Бог является Богом, что Он бесконечно более велик, чем мы сами, что мы — Его творение и должны поклоняться и служить Ему, то этот факт воодушевляет нас. Хотя мы много времени проводим за изучением Библии и общаемся с Богом каждый день нашей жизни, тем не менее мы всегда сможем узнать еще что–то о Боге, о Его отношении к нам и к миру, и, таким образом, у нас всегда будет новый повод быть благодарными Ему и прославлять Его. Если мы понимаем это, перспектива регулярного изучения Библии в течение всей нашей жизни и даже перспектива изучения богословия в течение всей нашей жизни (если это такое богословие, которое твердо основано на Слове Божьем) должна быть для нас очень заманчивой. Изучать и преподавать Слово Божье — это величайшая радость и привилегия.

 

В. И все же мы можем обладать истинным знанием о Боге

Несмотря на то что мы не можем познать Бога исчерпывающим образом, мы можем знать истину о Боге. Ведь все, что Писание говорит нам о Боге — правда. Правда то, что Бог есть любовь (1 Ин. 1:5), что Бог есть дух (Ин. 4:24), что Бог справедлив или праведен (Рим. 3:26) и т. д. Утверждая это, мы не говорим, что знаем все о Боге, о Его любви, о Его праведности или о любом другом Его свойстве. Когда я говорю, что у меня три сына, это утверждение полностью истинно, хотя я и не знаю всего о моих сыновьях и даже о себе самом. Точно также обстоит дело и с нашим знанием о Боге. Мы обладаем истинным знанием о Боге, почерпнутым из Писания, хотя мы и не обладаем исчерпывающим знанием. Мы можем узнать о некоторых из Божьих помыслов — и даже о многих из них — из Писания, и, узнавая о них, мы, подобно Давиду, находим их «ценными» (Пс. 138:17). (В синодальном переводе — «возвышенные». Еврейское слово имеет следующие значения: ценный, дорогой; драгоценный [о камне]; редкий; прекрасный; значительный, важный. Переводчики версии, которую цитирует автор, предпочли вариант «ценный» — precious. — Примеч. пер.)

Еще более важно то, что мы познаем Самого Бога, а не просто факты о Нем или о том, что Он свершает. В разговорном английском языке мы проводим различие между знанием фактов и знанием людей. Я был бы прав, если бы сказал, что знаю много фактов, связанных с президентом Соединенных Штатов, однако я не могу сказать, что я знаю его самого. Если бы я сказал, что знаю его, это означало бы, что я встречался и беседовал с ним и что у меня с ним есть какие–то взаимоотношения.

Многие люди сейчас утверждают, что мы не можем знать Самого Бога, мы можем знать только факты, связанные с Ним или с тем, что Он делает. Другие говорят, что мы не можем знать Бога таким, каков Он есть, а можем знать Его лишь таким, каким Он открывается нам в отношениях с нами (подразумевается, что эти два аспекта имеют некие различия). Но Писание не утверждает этого. В многочисленных текстах говорится о познании Самого Бога. В Книге Пророка Иеремии мы читаем следующие слова Божьи:

Да не хвалится мудрый мудростью своею, да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится богатый богатством своим. Но хвалящийся хвались тем, что разумеет и знает Меня, что Я — Господь, творящий милость, суд и правду на земле; ибо только это благоугодно Мне, говорит Господь
(Иер. 9:23,24).

Здесь Бог говорит, что источником нашей радости и чувства значимости должно быть не наше имущество и не наши способности, а тот факт, что мы знаем Его. Также Иисус в молитве к Отцу говорит: «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17:3). Обетование нового завета заключается в том, что все будут знать Бога, «от малого до большого» (Кор. 8:11), а в Первом послании Иоанна говорится, что Сын Божий пришел и даровал нам разум, «да познаем (Бога) истинного» (1 Ин. 5:20; см. также: Гал. 4:9; Флп. 3:10; 1 Ин. 2:3; 4:8). Иоанн говорит: «Пишу вам, отроки, потому что вы познали Отца» (1 Ин. 2:13).

Богатство христианской жизни состоит, помимо всего прочего, и в личных взаимоотношениях с Богом, а это доказывает, что мы знаем именно Самого Бога. Как показывают эти тексты, мы обладаем гораздо большей привилегией , нежели просто знание фактов, имеющих отношение к Богу. Мы говорим с Богом в молитве, а Он говорит к нам в Своем Слове. Мы собираемся в Его присутствии, поем Ему хвалу и знаем, что Он лично пребывает среди нас и дарует нам благословение (Ин. 14:23). Воистину эти личные взаимоотношения с Богом–Отцом, Богом–Сыном и Богом–Духом Святым — это величайшее из всех благословений христианской жизни.

 

Вопросы для самостоятельной работы

1. Иногда люди говорят, что на небесах будет очень скучно. Как может помочь ответить на это возражение тот факт, что Бог непостижим, но при этом познаваем?

2. Почему мы можем быть уверены, что на небесах Бог не скажет нам, что большая часть из того, что мы знали о Нем — неправда и что нам придется забыть это и начать узнавать о Нем нечто иное?

3. Вы бы хотели познавать Бога все глубже и глубже в течение вечности? Почему? Вы бы хотели однажды познать Бога исчерпывающе? Почему?

4. Как вы считаете, почему Бог решил открыть Себя нам? Вы узнаете о Нем больше из откровения в природе или из откровения в Писании? Как вы считаете, почему помышления Бога «дороги» нам (Пс. 138:17)? Вы назвали бы ваши взаимоотношения с Богом личными? В чем эти отношения схожи с вашими взаимоотношениями с другими людьми и чем отличаются от них? Что могло бы улучшить ваши взаимоотношения с Богом?

 

Специальные термины

непостижимый

познаваемый

 

Библиография

 

Соответствующие разделы в евангельских систематических богословиях

1. Англиканские (епископальные)

1882–1892 Litton (вопрос напрямую не рассматривается)

2. Арминианские (уэслианские или методистские)

1875–1876 Pope, 1:242–248

1892–1894 Miley, 1:137–158

1983 Cottrell, 1:1–47, 306–387

1987- 1990 Oden, 1:317–374

3. Баптистские

1767 Gill, 2:352–364

1887 Boyce, 8–54

1917 Mullins, 35–48

1976–1983 Henry, 2:17–167, 247–334; 5:375–409

1983–1985 Erickson, 137–140, 177–181, 268–271

4. Диспенсационалистские

1947 Chafer, 1:179–186

1986 Ryrie, 25–34

5. Лютеранские

1917–1924 Pieper, 1:375–381

6. Реформатские (или пресвитерианские)

1559 Calvin, 1:33–43 (1.1–2)

1871–1873 Hodge, 1:191–202, 335–365

1909 Bavinck, DG, 13–110

1938 Berkhof, 29–40

1962 Buswell, 1:29–30

7. Обновленческие (пятидесятнические и харизматические)

1988- 1992 Williams, 1:29–46

 

Соответствующие разделы в авторитетных римско–католических богословиях

1. Традиционные богословия 1955 Ott, 17–24

2. Написанные после II Ватиканского собора

1980 McBrien (вопрос напрямую не рассматривается)

 

Другие работы

Bray, Gerald L. The Doctrine of God. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 1993.

Charnock, Stephen. The Knowledge of God. The Complete Works of Stephen Chamock. Vol. 4. Edinburgh: James Nichol, 1865. Repr. ed.: Edinburgh: Banner of Truth, 1985, esp. pp. 3–164.

Frame, John M. The Doctrine of the Knowledge of God. Phillipsburg, N. J.: Presbyterian and Reformed, 1987.

France, R. Т. 77ге Living God. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 1970.

Packer, J. I. "God". In NDT, pp. 274–277.

Packer, J. I. Knowing God. London: InterVarsity Press, 1973, pp. 13—37.

Piper, John. Desiring God. Portland, Ore.: Multnomah, 1986.

Tozer, A. W. 77ге Knowledge of the Holy. New York: Harper and Row, 1961.

Van Til, Cornelius. In Defense of the Faith, vol. 5: An Introduction to Systematic Theology, n. p.: Presbyterian and Reformed, 1976, pp. 159—199.

 

Отрывок для запоминания

(В ст. 3 этого отрывка говорится о том, что Бога нельзя познать до конца, однако тот факт, что Давид славит Бога и говорит с Ним, показывает, что он знает о Боге истину и имеет с Ним личные взаимоотношения.)

Буду превозносить Тебя, Боже мой, Царю мой, и благословлять имя Твое во веки и веки. Всякий день буду благословлять Тебя и восхвалять имя Твое во веки и веки. Велик Господь и достохвален, и величие Его неисследимо.

 

ГЛАВА 10. Свойства Бога: «непередаваемые» атрибуты

 

Чем Бог отличается от нас?

 

О

бъяснение и обоснование в Писании

 

А. Введение в изучение свойств Бога

1. Классификация Божьих атрибутов. Безусловно, мы не можем сразу изложить все, чему учит Библия об атрибутах Бога. Нам необходим какой–то принцип, который позволит определить, какие качества Бога рассматривать в первую очередь, какие во вторую и т. д. Иными словами, нам необходимо как–то классифицировать атрибуты Бога. Этот вопрос не так маловажен, как может показаться на первый взгляд. Существует вероятность применить неверный подход и одним атрибутам уделить больше внимание, чем другим, и тогда не все атрибуты будут освещены должным образом.

Применяются различные методы классификации атрибутов Бога. В этой главе мы будем исходить, возможно, из наиболее распространенной классификации и разделим все атрибуты на непередаваемые (т. е. такие, которые Бог не передает нам) и передаваемые (те, которые Бог передает нам).

Примерами непередаваемых атрибутов Бога будут: вечность (Бог существовал вечно, а мы нет), неизменность (Бог не изменяется, а мы изменяемся) или вездесущность (Бог присутствует всюду, а мы присутствуем только в одном месте в одно время). Примерами передаваемых атрибутов могут быть: любовь (Бог есть любовь, и мы также способны любить), знание (Бог обладает знанием, и мы также способны обладать знанием), милость (Бог милосерден, и мы также способны быть милосердными) или справедливость (Бог справедлив, и мы также способны быть справедливыми). Такая классификация атрибутов Бога, разделяющая их на две большие категории, весьма эффективна, так как все люди интуитивно знают, какие атрибуты следует назвать непередаваемыми, а какие — передаваемыми.

Однако, поразмыслив, мы поймем, что такое разделение нельзя назвать совершенным. Это обусловлено тем, что ни один из атрибутов Бога не является полностью передаваемым и ни один из Его атрибутов не является полностью непередаваемым! Это станет очевидным, если мы на минуту задумаемся о том, что мы уже знаем о Боге.

Например, мудрость Бога обычно называют передаваемым атрибутом, поскольку мы также можем быть мудрыми. Однако мы никогда не будем так бесконечно мудры, как Бог. Его мудрость передается нам до определенной степени, но никогда не передается нам полностью. Точно так же мы можем частично получить знание Бога, но мы никогда не получим его полностью, ибо мысли Бога выше наших мыслей, «как небо выше земли» (Ис. 55:9). Мы можем подражать любви Бога и до определенной степени разделять ее, но мы никогда не будем столь бесконечно любящими существами, каким является Бог. И так дело обстоит со всеми атрибутами Бога, которые нормативно называются «передаваемыми атрибутами»: Бог действительно передает их нам до определенной степени, однако ни один из этих атрибутов не является полностью передаваемым. Правильнее говорить, что те атрибуты, которые мы называем «передаваемыми», передаются нам в большей степени.

Те атрибуты, которые мы называем «непередаваемыми», лучше определить как атрибуты, которые передаются нам в меньшей степени. Ни один из непередаваемых атрибутов Бога не является совершенно чуждым природе человеческих существ. Например, Бог неизменен, тогда как мы подвержены изменениям. Однако мы не изменяемся полностью, так как существуют такие аспекты нашей природы, которые остаются практически неизменными. Например, наша личность, многие из наших качеств характера, многие из наших целей, достижение которых требует длительного времени, также остаются по существу неизменными в течение многих лет (и останутся неизменными, когда мы освободимся от греха и войдем в вечную жизнь в присутствии Божьем).

Или, например, Бог вечен, а мы ограничены временем. Однако мы видим некоторое отражение вечности Бога в том факте, что мы будем жить с Ним вечно и наслаждаться вечной жизнью, равно как и в том, что мы способны помнить прошлое и осознавать будущее (что не свойственно большей части творения Божьего; ср.: Еккл. 3:11). Божьи атрибуты независимости и вездесущности — это, вероятно, те атрибуты, которые сложнее всего различить в нашей природе, однако их слабое отражение также можно увидеть в нас, если сравнить себя с прочим творением Божьим. Например, когда мы становимся взрослыми, мы достигаем определенной степени независимости от других людей; и, хотя мы не можем быть более чем в одном месте в одно и то же время, мы способны совершать действия, которые оказывают влияние на множество событий или людей в различных местах одновременно (это также отличает нас от большей части прочего творения).

Итак, мы будем использовать понятия «передаваемые» и «непередаваемые» атрибуты, сознавая, что данная классификация не вполне точна и что в реальности эти категории накладываются одна на другую.

2. Имена Бога в Писании. В Библии имя человека — это описание его качеств. Точно так же и имена Бога в Писании являются разнообразными описаниями Его качеств. Таким образом, в широком смысле, «имя» Бога эквивалентно всему тому, что Библия и творение говорят нам о Боге. Когда мы молимся: «Да святится имя Твое» в молитве Господней (Мф. 6:9), мы молимся о том, чтобы люди говорили о Боге так, чтобы прославить Его и верно отразить Его качества. Прославить имя Божье можно как словами, так и делами, так как наши действия отражают качества Творца, Которому мы служим (Мф. 5:16). Таким образом, прославить имя Божье — значит прославить Его Самого. Заповедь «Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно» (Исх. 20:7) — это заповедь, запрещающая нам бесчестить Бога ни сбивающими с толку или безумными словами, ни делами, которые не отражают Его истинных качеств.

Итак, Библия дает Богу много конкретных имен, каждое из которых отражает какой–либо истинный аспект Его качеств. Некоторые из этих имен, призванных описать ту или иную часть качеств Бога, позаимствованы из человеческого опыта или из эмоциональной сферы, тогда как другие имена взяты из природного творения. В каком–то смысле все эти выражения качеств Бога, сформулированные в терминах явлений мира, являются «именами» Божьими постольку, поскольку они говорят нам что–либо истинное о Нем.

Герман Бавинк в книге «Учение о Боге» приводит длинный список подобных описаний Бога, основанных на творении: Бог сравнивается со львом (Ис. 31:4), с орлом (Втор. 32:11), с агнцем (Ис. 53:7), с птицей (Мф. 23:37), с солнцем (Пс. 83:12), с утренней звездой (Отк. 22:16), со светом (Пс. 26:1), со светильником (Отк. 21:23), с огнем (Евр. 12:29), с потоком (Пс. 35:9), с твердыней (Втор. 32:4), с покровом (Пс. 118:114), с башней (Прит. 18:10), с сенью (Пс. 90:1), со щитом (Пс. 83:12), с храмом (Отк. 21:22) и т. д.

Мы приведем здесь только часть сравнений, позаимствованных из человеческого опыта (Бавинк находит еще большее количество): Бог называется женихом (Ис. 61:10), супругом (Ис. 54:5), отцом (Втор. 32:6), судией и царем (Ис. 33:22), мужем брани (Исх. 15:3), художником и строителем (Евр. 11:10), пастырем (Пс. 22:1), целителем (Исх. 15:26) и т. д. Кроме того, о Боге говорится, что Он узнает (Быт. 18:21), вспоминает (Быт. 8:1; Исх. 2:24), видит (Быт. 1:10), слышит (Исх. 2:24), обоняет (Быт. 8:21), испытывает (Пс. 10:5), сидит (Пс. 9:8; глагол יש1ב, который в синодальной версии переведен «пребывает», может означать также «сидеть». — Примеч. пер.), восстает (Пс. 67:2), ходит (Лев. 26:12), отирает слезы (Ис. 25:8) и т. д. Богу приписываются такие человеческие эмоции, как радость (Ис. 62:5), огорчение (Иер. 7:18,19; Ис. 63:10), гнев(Пс. 77:40), любовь (Ин. 3:16), ненависть (Втор. 16:22), ярость(Пс. 2:5) и т.д.

Хотя у Бога и нет физического тела, в Писании используются слова, обозначающие части человеческого тела для метафорического описания действий Бога. В Писании говорится о лице Бога (Исх. 33:20,23; Ис. 63:9; Пс. 15:11; Отк. 22:4), Его очах (Пс. 10:4; Евр. 4:13), веждах (Пс. 10:4), ушах (Пс. 54:2 [в данном стихе в евр. тексте употребляется только глагол «слышать», однокоренной евр. слову «ухо». — Примеч. пер.]; Ис. 59:1), носе (Втор. 33:10) (в синодальном тексте — «лицо», так как евр.אף может означать как «нос», так и «лицо». — Примеч. пер.), устах (Втор. 8:3), губах (Иов. 11:5; в синодальном переводе — «уста». — Примеч. пер.), языке (Ис. 30:27), шее (Иер. 18:17; в синодальном переводе — «спина», так как евр.ערף может означать как «шею», так и «спину». — Примеч. пер.), руке (Исх. 15:16; в синодальном переводе — «мышца». — Примеч. пер.; Чис. 11:23), персте (Исх. 8:19), сердце (Быт. 6:6), ногах (Ис. 66:1) и т. д. Даже слова, которые являются описанием личностных качеств, таких, как доброта, милосердие, сострадание, праведность, святость, справедливость и многие другие, — это слова, значение которых известно нам из опыта общения с другими людьми. И даже такие слова, как «вечность» или «неизменность», которые кажутся наименее связанными с творением, мы понимаем не интуитивно, а через отрицание тех понятий, которые известны нам из опыта (вечность — это неограниченность во времени, а неизменность — это отсутствие изменчивости).

Цель всех этих отрывков — показать, во–первых, что так или иначе все творение открывает нам что–либо о Боге и что высшее творение, особенно человек, который сотворен по образу Божьему, открывает Его наиболее полно.

Вторая причина цитирования этого длинного списка заключается в том, чтобы показать, что все, что мы знаем о Боге из Писания, выражено такими словами, которые понятны нам постольку, поскольку они описывают явления или предметы, знакомые нам из человеческого опыта. Используя более специальный термин, мы можем сказать, что все, что Писание говорит о Боге, отговорит с использованием антропоморфного языка описания, такого языка, который описывает Бога в терминах, связанных с человеком. Иногда людей тревожит тот факт, что в Писании используется антропоморфный язык. Однако это не должно нас тревожить, поскольку, если Бог желает научить нас тому, чего мы не можем узнать из непосредственного опыта (как, напр., из Его атрибутов), Ему следует учить нас в тех терминах, которые нам знакомы.

Поэтому все, что Писание говорит о Боге, — «антропоморфно» в широком смысле (т. е. о Боге говорится в терминах, связанных либо с человеком, либо с известным нам творением). Этот факт не означает, что Писание дает нам ложные или неточные представления о Боге, ибо в этом заключается тот путь, который Бог избрал для того, чтобы открыть Себя нам, причем открыть подлинно и точно. Тем не менее мы должны воздерживаться от того, чтобы принимать то или иное описание само по себе, вне связи с непосредственным контекстом или с остальными текстами, повествующими о Боге. Если мы будем поступать таким образом, то рискуем впасть в заблуждение или получить неадекватное представление о том, Каков Бог на самом деле. Каждое описание атрибутов Бога следует рассматривать в свете всех прочих текстов Писания, повествующих о Боге. Если мы не будем об этом помнить, то неизбежно составим себе ложное представление о качествах Бога.

Например, из человеческого опыта мы имеем представление о том, что такое любовь. Это помогает нам понять, что Писание имеет в виду, когда говорит, что Бог есть любовь, однако наше понимание значения слова «любовь» в применении к Богу не соответствует нашему опыту любви, который мы приобретаем в человеческих взаимоотношениях. Таким образом, исследовав то, как действует Бог во всем Писании, и все прочие свойства Бога, данные в Писании, а также ориентируясь на наш собственный опыт любви Бога, нам необходимо выяснить, следует ли скорректировать наше представление о любви Бога, чтобы избежать неверного понимания. Таким образом, антропоморфный язык истинен в Писании, однако правильно его можно понять лишь через постоянное чтение Писания в течение всей нашей жизни, чтобы приобрести тем самым способность понимать этот язык в контексте всего Писания.

Есть и третья причина, объясняющая такое разнообразие описаний Бога, взятое из человеческого опыта и из мира природы. Подобный язык должен напоминать нам, что Бог сотворил мир для того, чтобы показать совершенство Своих качеств, т. е. для того, чтобы показать Свою славу. Бог достоин славы, поскольку Он сотворил все (Отк. 4:11); поэтому все творение должно прославить Его.

Псалом 148 — это призыв прославить Бога, и обращен этот призыв ко всему творению:

Хвалите Его, солнце и луна, хвалите Его, все звезды света. <…> Хвалите Господа от земли, великие рыбы и все бездны, огонь и град, снег и туман, бурный ветер, исполняющий слово Его, горы и все холмы, дерева плодоносные и все кедры… цари земные и все народы… Да хвалят имя Господа; ибо имя Его единого превознесенно, слава Его — на земле и на небесах

Когда мы узнаем о свойствах Бога из Писания, это открывает нам глаза и помогает правильно истолковывать творение. Это дает нам возможность видеть отражение свойств Бога во всем творении: «Вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:3).

И хотя все, что Писание говорит нам о Боге, — истинно, следует помнить, что это не исчерпывающее описание. Писание не говорит нам все о свойствах Бога. Так, мы никогда не узнаем полного «имени» Бога, в том смысле, что мы никогда не получим исчерпывающего знания о свойствах Бога. Мы никогда не узнаем о Боге всего, что можно о Нем узнать. Поэтому в богословиях иногда говорится: «У Бога много имен, и все же у Него нет имени». У Бога много имен, поскольку мы имеем много истинных описаний Его свойств в Библии, но у Него нет имени, поскольку мы никогда не сможем описать или постигнуть все Его свойства.

3. Уравновешенность в определениях непередаваемых атрибутов Бога. Непередаваемые атрибуты Бога чаще всего осмысляются неверно, вероятно, потому, что они представляют собой такие свойства Бога, которые в наименьшей степени известны нам из опыта. Поэтому в данной главе каждый из непередаваемых атрибутов Бога определяется предложением, состоящим из двух частей. В первой части определяется рассматриваемый атрибут, а во второй части дается предостережение против неверного понимания этого атрибута, которое заключается в изложении уравновешивающего (противоположного) аспекта этого атрибута. Например, понятие «неизменность Бога» определяется следующим образом: «Бог неизменен в Своем бытии, совершенстве, намерениях и обетованиях, и все же Бог действует, и действует по–разному в разных обстоятельствах». Вторая часть этого утверждения предостерегает против представления о том, что неизменность подразумевает неспособность действовать. Некоторые люди действительно понимают неизменность именно так, однако подобное представление не соответствует библейской концепции неизменности Бога.

 

Б. Непередаваемые атрибута Бога

1. Независимость. Понятие «независимость Бога» определяется следующим образом: Бог не нуждается ни в нас, ни в остальном творении, и все же мы и остальное творение можем прославлять Его и приносить Ему радость. Этот атрибут Бога иногда называют Его самодостаточностью или асеизмом (от латинских слов a se, которые означают «от себя»).

Писание во многих местах утверждает, что никакая часть творения не нужна Богу для Его существования или для каких–либо других целей. Бог абсолютно независим и самодостаточен. Павел заявляет афинянам: «Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворенных храмах живет и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем–либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и все» (Деян. 17:24,25). Суть этого высказывания заключается в том, что Бог не нуждается в человечестве ни при каких обстоятельствах.

Бог спрашивает Иова: «Кто предварил Меня, чтобы Мне воздавать ему? под всем небом все Мое» (Иов. 41:3). Никто не дал Богу ничего такого, что уже не произошло от Бога, Который все сотворил. Также в Слове Божьем читаем: «…ибо Мои все звери в лесу, и скот на тысяче гор. Знаю всех птиц на горах, и животные на полях предо Мною. Если бы Я взалкал, то не сказал бы тебе; ибо Моя вселенная и все, что наполняет ее» (Пс. 49:10—12).

Прежде иногда полагали, что Бог сотворил людей потому, что Он был одинок и нуждался в общении. Если бы это было так, то, безусловно, означало бы, что Бог не является совершенно независимым. Это означало бы, что Бог нуждался в сотворении человека для достижения полного счастья или совершенства в Своем личном существовании.

Однако в словах Иисуса есть конкретные указания на неверность подобного представления. Иисус молился: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира» (Ин. 17:5). Это указывает на то, что еще до творения между Отцом и Сыном существовало общение славы (sharing of glory). Далее Иисус говорит Отцу: «Да видят славу Мою, которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мира» (Ин. 17:24). До акта творения между Отцом и Сыном существовали любовь и общение.

Эти тексты прямо говорят нам о том, что мы можем узнать из учения о Троице: между лицами Троицы вечно существовали совершенная любовь, связь и общение. Тот факт, что Бог — это три личности и при этом единый Бог, означает, что Бог не был одинок, и у Него не было недостатка в личном общении до творения. Эта любовь, а также межличностное общение и общение славы всегда были и всегда будут гораздо более совершенными, чем любое общение, которое в принципе возможно между нами, конечными человеческими существами, и Богом. И, поскольку второй из процитированных выше стихов говорит о той славе, которую Отец дал Сыну, мы должны понять, что здесь речь идет о таком даровании славы лицами Троицы друг другу, которое далеко превосходит славословие всего творения.

Что же касается существования Бога, то это учение также напоминает нам, что только Бог существует посредством Своей Собственной природы и что Он не был сотворен и никогда не возникал (из небытия). Он был всегда. Это очевидно из того факта, что все существующее было сотворено Им («Ибо

Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» [Отк. 4:11]; утверждения о том же самом содержатся также в Ин. 1:3; Рим. 11:35,36; 1 Кор. 8:6). Моисей говорит нам, что Бог существовал до творения: «Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог» (Пс. 89:3). Независимость Бога также очевидна из Его собственного определения: «Бог сказал Моисею: Я ЕСМЬ СУЩИЙ» (Исх. 3:14). Это утверждение можно также перевести: «Я буду Тем, Кем Я буду», однако в обоих случаях суть одна — существование Бога и Его качества определяются только Им Самим и не зависят ни от чего и ни от кого. Это означает, что бытие Бога всегда было и всегда будет в точности таким, каково оно есть. В Своем существовании или в Своих свойствах Бог не зависит ни от какой части творения. И без творения Бог был бы бесконечно любящим, бесконечно справедливым, вечным, всеведущим, троичным и т. д.

Бытие Бога также есть нечто совершенно уникальное. Дело не просто в том, что Бог не нуждается в творении для чего бы то ни было, — Бог не может нуждаться в творении для чего бы то ни было. Различие между творением и Творцом — это колоссальное различие, так как Бог существует в бытии, принципиально иначе организованном. Дело обстоит не таким образом, что мы существуем и Бог существует, как и всегда существовал; суть заключается в том, что Бог необходимо существует бесконечно лучшим, мощным и совершенным образом. Различие между бытием Бога и нашим бытием более велико, чем различие между солнцем и свечой, между океаном и дождевой каплей, арктическим льдом и снежинкой, между вселенной и комнатой, в которой мы находимся. Бытие Божье — это качественно иное бытие. На наше представление о Боге невозможно спроецировать никакого ограничения или несовершенства творения. Он — Творец; все прочее — тварно. Все прочее может прейти вмиг; Он — необходимо существует вечно.

Уравновешивающим по отношению к этому учению будет утверждение о том, что мы и прочее творение можем славить Бога и приносить ему радость. Об этом следует сказать для того, чтобы предостеречь от представления о том, что независимость Бога делает нас существами, лишенными значимости. Кто–то может спросить себя: «Если Бог не нуждается в нас, то разве мы имеем какое–то значение? Есть ли какой–то смысл в нашем существовании или в существовании прочего творения?» В ответ следует сказать, что на самом деле мы очень значимы, поскольку Бог сотворил нас и определил тот факт, что мы будем для Него значимы. Таково высшее определение подлинной значимости.

Бог говорит о Своих сыновьях и дочерях от концов земли: «Каждого, кто называется Моим именем, кого Я сотворил для славы Моей, образовал и устроил» (Ис. 43:7). Хотя никакой необходимости творить нас у Бога не было, Он решил сделать это, обладая абсолютной свободой выбора. Он решил, что сотворит нас для того, чтобы мы прославили Его (ср.: Еф. 1:11,12, Отк. 4:11).

Верно также и то, что мы способны принести Богу истинную радость и наслаждение. Один из самых поразительных фактов в Писании заключается в том, что Бог действительно наслаждается Своим народом и радуется о нем. Исайя пророчествует о восстановлении народа Божьего:

И будешь венцем славы в руке Господа и царскою диадемою — на длани Бога твоего. Не будут уже называть тебя «оставленным», и землю твою не будут более называть «пустынею», но будут называть тебя: «Мое благоволение к нему», а землю твою — «замужнею», ибо Господь благоволит к тебе, и земля твоя сочетается. <…> …Как жених радуется о невесте, так будет радоваться о тебе Бог твой
(Ис. 62:3—5).

Также и Софония пророчествует: «Господь Бог твой среди тебя: Он силен спасти тебя; возвеселится о тебе радостью, будет милостив по любви Своей, будет торжествовать о тебе с ликованием» (Соф. 3:17,18). Бог не нуждается в нас, но поразительно — Он избирает нас для того, чтобы радоваться о нас и позволяет нам приносить радость Его сердцу. В этом — основание значимости жизни всего народа Божьего. Быть значимым для Бога — значит быть значимым в наивысшем смысле. Невозможно представить себе более высокую степень личной значимости.

2. Неизменность. Мы можем определить понятие «неизменность Бога» следующим образом: Бог неизменен в Своем бытии, совершенстве, намерениях и обетованиях, и все же Бог действует и испытывает эмоции, и Он действует по–разному и испытывает разные эмоции в разных обстоятельствах. Этот атрибут Бога называется также непреложностью Бога.

1) Свидетельство Писания. В Псалме 101 мы находим противопоставление таких явлений, которые мы считаем неизменными, подобно небу и земле, с одной стороны, и Бога, с другой стороны. Псалмопевец говорит:

В начале Ты основал землю, и небеса — дело Твоих рук. Они погибнут, а Ты пребудешь; и все они, как риза, обветшают, и, как одежду, Ты переменишь их, — и изменятся. Но Ты — тот же, и лета Твои не кончатся (Пс. 101:26—28).

Бог существовал еще до того, как были сотворены небо и земля, и будет существовать и спустя долгое время после того, как они будут уничтожены. Бог изменяет вселенную, но Сам Он, напротив, остается «тот же».

В связи со Своим собственным долготерпением и милосердием Бог говорит: «Ибо Я — Господь, Я не изменяюсь; посему вы, сыны Иакова, не уничтожились» (Мал. 3:6). Здесь Бог использует общее утверждение о Своей неизменности для того, чтобы показать конкретный аспект этой неизменности.

Иаков напоминает своим читателям, что всякое доброе даяние в конечном счете исходит от Бога, «у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак. 1:17). Он рассуждает так: если всякое доброе даяние всегда исходит от Бога, то мы можем быть уверены, что в будущем получим от Него только доброе, поскольку Его качества не меняются даже в самой малой степени.

Данное выше определение говорит о том, что Бог неизменен не в том, что можно себе представить, а в том, о чем говорит само Писание. Процитированные выше тексты Писания говорят как о бытии Бога, так и об определенных Его качествах. Из этого мы можем заключить, что Бог неизменен, по крайней мере, в Его «бытии» и в Его «совершенстве» (т. е. в Его атрибутах и в различных аспектах Его природы).

Великий датский богослов Герман Бавинк отмечает, что неизменность бытия Бога имеет огромную важность для выявления различий между Творцом и творением и для нашего поклонения Богу:

Учение о непреложности Бога имеет для религии огромное значение. Противопоставление бытия и становления характеризует различие между Творцом и творением. Каждое творение непрерывно пребывает в процессе становления. Оно изменчиво, постоянно стремится куда–то, влекомое жаждой покоя и удовлетворения, и находит этот покой в Боге, в Нем одном, ибо Он один — чистое бытие вне становления. Поэтому в Писании Бог часто называется скалой… [110]

Данное выше определение утверждает также неизменность, или непреложность, Бога в отношении Его намерений. «Совет же Господень стоит вовек; помышления сердца Его — в род и род» (Пс. 32:11). (Евр. עצה означает как «совет», так и «цель, намерение». Под влиянием библейского употребления английское слово counsel также приобрело значение «намерение». — Примеч. пер.) Это общее утверждение о намерениях Бога подтверждается множеством стихов о конкретных планах или намерениях Бога, которые существовали у Него вечно (Мф. 13:35; 25:34; Еф. 1:4,11; 3:9,11; 2 Тим. 2:19; 1 Пет. 1:20; Отк. 13:8). Если Бог определил, что Он желает что–либо свершить, то Его намерение неизменно, и задуманное будет свершено. Через Исайю Бог заявляет, что в этом с Ним никто не может сравниться:

…Я Бог, и нет иного Бога, и нет подобного Мне. Я возвещаю от начала, что будет в конце, и от древних времен то, что еще не сделалось, говорю: Мой совет состоится, и все, что Мне угодно, Я сделаю. <…> Я сказал, и приведу это в исполнение; предначертал, и сделаю
(Ис. 46:9—11).

Кроме того, Бог неизменен в Своих обетованиях. Если Он обещал что–либо, то Он не нарушит обетования: «Бог не человек, чтоб Ему лгать, и не сын человеческий, чтоб Ему изменяться. Он ли скажет, и не сделает? будет говорить, и не исполнит?» (Чис. 23:19; ср.: 1 Цар. 15:29).

2) Может ли Бог передумать? Итак, мы говорим о неизменности намерений Бога, но в некоторых стихах Писания написано, как Бог говорит, что свершит суд над Своим народом, а затем, по молитве или покаянию (или под влиянием того и другого), Бог смягчается и не свершает того суда, о котором говорил. Примеры подобной «отмены» угрожавшего суда: успешное молитвенное заступничество Моисея, которое предотвратило уничтожение израильского народа (Исх. 32:9—14), продление жизни Езекии на пятнадцать лет (Ис. 38.1—6) или отмена объявленного суда над Ниневией после покаяния народа (Ион. 3:4,10). Разве не изменились в этих случаях намерения Бога? Есть и такие тексты, в которых говорится о том, как Бог сожалеет о уже свершенном. Создается впечатление, что Бог сожалеет о том, что создал на земле человека (Быт. 6:6), или о том, что сделал Саула царем (1 Цар. 15:10). Разве не изменились намерения Бога в этих случаях?

Эти примеры следует понимать как истинные выражения нынешнего состояния или намерения Бога по отношению к ситуации в том виде, в каком она существует в данный момент. Если ситуация изменится, то, конечно, изменится и отношение к ней Бога. Иными словами, Бог различно реагирует на разные ситуации. Пример Ионы, проповедующего в Ниневии, помогает разобраться в этой проблеме. Бог видит безнравственность Ниневии и посылает Иону, чтобы тот объявил: «Еще сорок дней, — и Ниневия будет разрушена!» (Ион. 3:4). В словах Ионы, как они записаны в Библии, не прочитывается, что Бог не свершит суд, если народ покается, но это безусловно подразумевается в предостережении пророка: цель этого предостережения заключается в том, чтобы привести народ к покаянию. Когда народ покаялся, ситуация изменилась, и Бог реагировал иначе на эту изменившуюся ситуацию: «И увидел Бог дела их, что они обратились от злого пути своего, и пожалел Бог о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел» (Ион. 3:10).

Ситуации с Езекией и с заступничеством Моисея, по сути, в точности таковы же. Бог сказал, что свершит суд, и это было истинное заявление, при том условии, что ситуация оставалась бы такой же. Однако ситуация изменилась: некто начал горячо молиться (Моисей — в одном случае и Езекия — в другом). Здесь сама молитва была частью новой ситуации, и была, по сути, именно тем фактором, который изменил эту ситуацию. Бог отреагировал на эту ситуацию тем, что ответил на молитву и отменил осуждение.

Сожаление Бога по поводу того, что Он сотворил человека или, например, сделал Саула царем, можно также понять как выражение нынешнего неудовольствия Бога по отношению к греховности человека. Ни один из этих случаев не приводит нас к мысли, что если Бог начнет сначала, то Он не сотворит человека или не сделает Саула царем. Здесь подразумевается, что предшествующие действия Бога привели к таким событиям, которые на короткое время опечалили Его, однако через более продолжительное время благие цели все же были достигнуты. Эта ситуация аналогична тому, как отец позволяет своему ребенку предпринимать действия, которые, как он знает, доставят много печали и ребенку, и ему самому, но через более продолжительное время приведут к благим результатам.

3) Вопрос о бесстрастности Бога. Иногда богословы говорят еще об одном атрибуте, а именно о бесстрастности Бога. Этот атрибут, если бы он действительно было присущ Богу, означал бы, что Он «бесстрастен», т. е. не подвержен эмоциям. В гл. 2 Вестминстерского исповедания веры о Боге даже говорится: «Не подверженный страстям». Это утверждение выходит за рамки того, что мы сказали в нашем определении неизменности Бога. Здесь утверждается, что Бог не просто неизменен в Своем бытии, совершенстве, намерениях, но и то, что Бог не испытывает эмоций, или «страстей».

В Вестминстерском исповедании веры в качестве доказательства этого утверждения приводится Деян. 14:15. В KJV (King James Version) здесь говорится о том, как Варнава и Павел отвергли поклонение жителей Листры, говоря, что они не боги, а «подобные [им, жителям] человеки». По переводу KJV может создасться впечатление, что у истинного Бога нет «страстей», как у людей, или что апостолы просто отвечали на ложное представление о бесстрастных богах, которое было свойственно жителям Листры (см. ст. 10,11). Но при правильном переводе этого стиха видно, что он, вне всякого сомнения, не может использоваться в качестве доказательства утверждения о том, что у Бога нет никаких страстей или эмоций, так как греческое слово, о котором идет речь (όμοιοπαθής), может означать просто пребывание в тех же обстоятельствах или обладание тем же опытом или природой. Конечно, у Бога нет греховных страстей или эмоций. Однако представление о том, что у Бога нет никаких страстей или эмоций, входит в противоречие со значительной частью Писания, и поэтому в данной книге я не говорю об учении о бесстрастности Бога. Напротив — Бог, Который является источником наших эмоций и Который сотворил наши эмоции, явно и Сам обладает эмоциями: Бог радуется (Ис. 62:5). Его можно огорчить (Пс. 77:40; Еф. 4:30; глагол עצב в Пс. 77:40 в синодальной версии переведен как «прогневлять», а глагол λυπέω в Еф. 4:30 — «оскорблять», однако оба эти глагола имеют также значение «огорчать» и в английском тексте, на который ссылается автор, оба они переведены глаголом grieve, «огорчать». — Примеч. пер.). Его гнев воспламеняется на Его врагов (Исх. 32:10). Он жалеет Своих детей (Пс. 102:13; евр. רחם, «любить, жалеть», в синодальной версии — «миловать». — Примеч. пер.). Он любит (евр. רחם, «любить, жалеть», в синодальной версии — «миловать». — Примеч. пер.) вечной любовью (Ис. 54:8; Пс. 102:17; евр. חסד, «доброта, верность», в синодальном переводе — «милость». — Примеч. пер.). Он — Бог, и нам следует подражать Его эмоциям в вечности, подобно тому как мы подражаем нашему Творцу в ненависти к греху и в любви к праведности.

4) Вызов «теологии процесса». В последние годы неизменность Бога часто отрицали сторонники теологии процесса, которые утверждают, что процесс и изменение — это основные аспекты подлинного существования и поэтому Бог со временем также должен изменяться, как и все, что существует. Чарлз Хартшорн, чьи идеи были положены в основу теологии процесса, утверждает даже, что Бог постоянно прибавляет к Себе весь тот опыт, который имеет место где бы то ни было во вселенной, и таким образом постоянно изменяется. На самом деле теология процесса утверждала, что все люди горячо стремятся узнать свое предназначение, они хотят чувствовать свою значимость во вселенной. Богословам этого движения не нравится учение о неизменности Бога, поскольку, по их мнению, это подразумевает, что человеческие поступки не имеют значения для Бога. Если Бог действительно неизменен, говорят они, то никакие наши действия — и вообще ничто из происходящего во вселенной — не оказывают никакого влияния на Бога, потому что Бог не изменяется. Тогда какой же смысл в нашем существовании? Можем ли мы вообще иметь какое–либо значение? В ответ на этот вопрос они отвергают учение о неизменности Бога и говорят нам, что наши поступки столь значимы, что оказывают влияние на бытие Самого Бога! Когда мы совершаем какое–либо действие и вселенная изменяется, то это производит воздействие на Бога, и изменяется Его бытие — Бог становится чем–то иным, нежели Он был прежде.

Сторонники теологии процесса часто несправедливо обвиняют евангельских христиан (или даже самих библейских авторов) в том, что они верят в Бога, Который бездействует в мире и не может по–разному реагировать в различных ситуациях (эти ошибочные взгляды мы уже разобрали выше). Что же касается нашего влияния на бытие Бога, то мы должны ответить, что это неверная предпосылка, внесенная в дискуссию, и что такая точка зрения противоречит Писанию. Писание ясно говорит, что наша значимость основана не на способности изменять бытие Божье, а на том факте, что Бог сотворил нас ради Его славы и что Он считает нас значимыми. Один лишь Бог дает высшее определение тому, что в мире значимо, а что незначимо, и если Он считает нас значимыми, то это так и есть!

Другое фундаментальное заблуждение теологии процесса заключается в предположении, что Бог должен изменяться, подобно сотворенному Им миру. Однако Писание недвусмысленно отрицает это: «В начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело рук Твоих; они погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза… и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся» (Евр. 1:10–12, цитата из Пс. 101:26–28).

5) Бог бесконечен и личен. Наш анализ теологии процесса показывает, насколько велико различие между библейским христианством и всеми прочими богословскими системами. В учении Библии Бог бесконечен к личен: Он бесконечен, поскольку не подвержен ограничениям, которым подвержен человек или все творение в целом. Он более велик, чем все, что Он сотворил, гораздо более велик, чем все, что существует помимо Него Самого. Но Он также и личен: Он общается с нами как личность, и мы можем поддерживать с Ним отношения как личности. Мы можем молиться Ему, поклоняться Ему и любить Его, а Он может обращаться к нам, радоваться за нас и любить нас.

Вне истинной религии Библии, ни в одной религиозной системе нет Бога, Который был бы и бесконечен, и личен. Например, боги древнегреческой и римской мифологии были личными (они часто общались с людьми), но не были бесконечными: они были слабы и морально несовершенны, даже мелочно ревнивы. С другой стороны, деизм представляет Бога бесконечным, но слишком далеким от мира, чтобы лично вмешиваться в его дела. Также и пантеизм утверждает, что Бог бесконечен (поскольку весь мир считается Богом), однако подобный Бог, конечно, не может быть личным и общаться с нами, как с личностями.

Ошибка теологии процесса вписывается в эту общую схему. Ее сторонники убеждены, что Бог, неизменный в своем бытии, настолько отличается от творения (Он так бесконечен и неограничен изменениями, которые характеризуют все наше существование), что Он не может быть личным и при этом небезразлично относиться к нам. Поэтому, чтобы получить личного Бога, они считают необходимым отказаться от бесконечного Бога в пользу такого Бога, Который все время находится в процессе изменения. Подобный ход рассуждения типичен для многих (или даже для всех), кто возражает против представления о Боге, изложенного в Библии. Люди говорят, что если Бог бесконечен, то Он не может быть личным, или что если Бог личен, то Он не может быть бесконечным. Библия учит, что Бог как бесконечен, так и личен. Мы должны утверждать, что Бог бесконечен (или неограничен) по отношению к тем изменениям, которые происходят в мире (ничто не изменит бытие, совершенство, намерения или обетования Бога), и в то же время Он личен, состоит с нами в личном общении и считает нас значимыми.

6) Значение неизменности Бога. На первый взгляд, утверждение о неизменности Бога может показаться не столь уж важным. Это представление столь абстрактно, что мы можем не сразу осознать его важности. Однако если мы на минуту представим себе, что было бы, если бы Бог мог изменяться, важность этого учения становится ясной. Например, если бы Бог мог изменяться (в Своем бытии, совершенстве, намерениях или обетованиях), тогда каждое изменение было бы либо изменением к лучшему, либо изменением к худшему. Но если бы Бог мог меняться к лучшему, то Он не был наилучшим существом тогда, когда мы впервые уверовали в Него. И как теперь мы можем быть уверены, что Он — наилучшее из всех существ? Но если бы Бог мог меняться к худшему (в самом Своем бытии), то каким Богом Он был бы? Могли бы Он стать, например, немного злым, по сравнению с той совершенной добротой, которая была Ему свойственна прежде? Но если Он мог бы стать немного злым, то как мы можем быть уверены, что Он не станет значительно более злым или совершенно злым? И мы ничего не смогли бы с этим поделать, ведь Он настолько более велик и могуществен, чем мы сами. Таким образом, представление о том, что Бог может изменяться, ведет к ужасающей перспективе — через тысячи лет мы можем войти в вечную жизнь, в которой правит абсолютное зло — всемогущий Бог. Трудно представить себе нечто еще более страшное. Как мы можем верить в Бога, Который может измениться? Как мы можем доверить Ему свои жизни?

Кроме того, если предположить, что Бог может менять в Свои намерения, то наша надежда на возвращение Иисуса оказывается тщетной. Да, в период написания Библии Он обещал, что Иисус возвратится, чтобы править новым небом и новой землей, но сейчас Он может передумать. Или если бы Бог мог меняться в Своих обетованиях, то как мы могли бы полностью доверять Ему в вопросе вечной жизни? Или в любом другом утверждении Библии? Возможно, тогда, когда была написана Библия, Он обещал прощение грехов и вечную жизнь тем, кто верит в Христа, но (если Бог способен меняться), возможно, Он передумал — как мы можем быть уверены в обратном? Или, может быть, Его всемогущество однажды изменится, и тогда, даже если Он захочет сдержать Свои обещания, Он просто не сможет этого сделать.

Подобные размышления показывают, какой абсолютной важностью обладает учение о неизменности Бога. Если Бог не является неизменным, то все основание нашей веры рушится, а наше понимание мира распадается на части. Это обусловлено тем, что наша вера, надежда и знание в конечном счете зависят от той Личности, Которая заслуживает бесконечного доверия — поскольку она абсолютно и вечно неизменна в Своем бытии, совершенстве, намерениях и обетованиях.

3. Вечность. Понятие «вечность Бога» можно определить следующим образом: у Бога нет ни начала, ни конца, в Его бытии нет последовательности мгновений, и Он все времена видит с одинаковой ясностью, и все же Бог видит события во времени и действует во времени.

Иногда это учение называют учением о бесконечности Бога во времени. Быть «бесконечным» — значит быть неограниченным, и это учение утверждает, что время не ограничивает Бога.

Это учение также связано с неизменностью Бога. Если верно, что Бог не изменяется, то мы должны сказать, что время не меняет Бога, другими словами, оно не влияет ни на Его бытие, ни на совершенство, ни на намерения, ни на обетования. Но это означает также, что время не влияет на знания Бога. Например, Бог никогда не узнает ничего нового и ничего не забывает, так как это означало бы наличие изменений в Его совершенном знании. Это означает также, что течение времени ничего не прибавляет к знаниям Бога и ничего не убавляет: Он знает все прошлое, настоящее и будущее, и знает все это с одинаковой ясностью.

1) Бытие Бога имеет вневременной характер. Тот факт, что у Бога нет ни начала, ни конца, показан в Пс. 89:3: «Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог». Также в Иов. 36:26 Елиуй говорите Боге: «Число лет Его неисследимо».

Вечность Бога подразумевается также в тех текстах, где говорится о том факте, что Бог всегда есть или всегда существует. «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель» (Отк. 1:8;ср.:4:8).

На это указывает также смелое употребление Иисусом глагола в настоящем времени, который подразумевает постоянное нынешнее существование, когда Он ответил Своим оппонентам–иудеям: «Прежде нежели был Авраам, Я есмь» (Ин. 8:58). Это утверждение само по себе является открытым заявлением имени Божьего: «Я ЕСМЬ СУЩИЙ» (Исх. 3:14), имени, которое также предполагает постоянное нынешнее существование: Бог — это вечное «Я ЕСМЬ», Тот, Кто существует вечно.

Тот факт, что Бог никогда не начал существовать, может быть логически выведен из того факта, что Бог все сотворил и что Сам Он — нематериальный дух. До того, как Бог сотворил мир, материи не было, а затем Он сотворил все вещи (Быт. 1:1; Ин. 1:3; 1 Кор. 8:6; Кол. 1:16; Евр. 1:2). Физика говорит нам, что материя, время и пространство должны существовать одновременно: если нет материи, то не может быть ни пространства, ни времени. Таким образом, до того, как Бог сотворил мир, «времени» не было, по крайней мере в смысле последовательности мгновений. Поэтому, когда Бог сотворил мир, Он также сотворил время. Когда Бог начал творить мир, началось время и началась последовательность мгновений и событий. Но до того, как возник мир, и до того, как возникло время, существовал Бог, без начала и вне воздействия времени. И поэтому время не имеет собственного существования, но, подобно прочему творению, зависит от вечного Божьего бытия и Его власти, которые удерживают его существование.

Предыдущие тексты Писания и тот факт, что Бог существовал всегда, еще до появления времени, указывают, что в бытии Самого Бога нет последовательности мгновений и никакого изменения от одного состояния бытия к другому. Для Бога все Его существование является «настоящим», хотя нам это и трудно постичь, так как подобное существование отличается от существования, в котором пребываем мы.

2) Бог видит все времена с одинаковой ясностью. В Пс. 89:5 читаем: «Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи». Нам довольно трудно вспомнить те события, которые произошли несколько недель, несколько месяцев или несколько лет назад. Более ясно мы помним недавние события, и способности нашей памяти гаснут с течением времени. Даже если бы мы могли жить «тысячу лет», мы помнили бы лишь очень немногие события, например, за последние «сто» лет, и то не слишком точно. Но Писание говорит нам, что Бог видит тысячу лет, «как день вчерашний». Он может помнить все события, происшедшие за тысячу лет, по меньшей мере, столь же ясно, как мы помним события «дня вчерашнего». Для Него тысяча лет — это «как стража в ночи», период времени в три или четыре часа, в течение которого охрана несла свою вахту. Такой период времени проходит быстро, и все происшедшие за это время события легко вспомнить. И все же именно так Богом воспринимается тысячелетний период.

Если мы понимаем, что выражение «тысяча лет» не означает, что Бог забывает те или иные события по прошествии 1100 ил и 1200 лет, а просто обозначает время настолько продолжительное, насколько можно себе представить, то становится очевидно, что вся прошлая история видна Богу с величайшей ясностью и отчетливостью: время, прошедшее после творения, для Бога таково, будто бы все это случилось только что. И оно всегда будет оставаться столь же ясным в Его сознании и в течение миллионов лет будущей вечности.

В Новом Завете написано: «У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3:8). Вторая часть этого утверждения уже была высказана в Псалме 89, однако первая его часть вводит еще одно выражение: «Один день, как тысяча лет»; т. е. каждый день, сточки зрения Бога, словно бы длится «тысячу лет»: это означает, что этот день словно бы никогда не оканчивается, но длится всегда. И вновь можно сказать, что, поскольку «тысяча лет» — это фигуральное обозначение «времени, настолько продолжительного, насколько мы можем себе представить», или «всей истории», любой день воспринимается Богом как вечно присутствующий в Его сознании.

Принимая во внимание эти два соображения, мы можем сказать следующее: с точки зрения Бога, любой самый продолжительный период времени воспринимается как нечто, только что происшедшее. А любой очень краткий период времени (такой, как один день) воспринимается Богом так, словно он длится вечно: в Его сознании он никогда не перестает быть «нынешним». Итак, Бог видит и знает все события прошлого, настоящего и будущего с одинаковой ясностью. Это не должно приводить нас к мысли о том, что Бог не воспринимает события во времени и не действует во времени (см. ниже), напротив, Бог — вечный Господь и Вседержитель истории, и Он видит ее более ясно и действует в ней более определенно, чем кто–либо другой. Но, сказав это, мы все же должны указать, что эти стихи говорят о таком отношении Бога ко времени, которое мы не можем познать из опыта. Восприятие Богом времени — это не просто терпеливое выжидание бесконечно долгих эпох, Его опыт времени качественно иной, по сравнению с нашим. Это согласуется с утверждением о том, что в своем бытии Бог находится вне времени; Он не переживает последовательности мгновений. Таков был преобладающий взгляд христианской ортодоксии в течение всей истории церкви, хотя против него часто и выдвигались возражения, и даже сегодня многие богословы отрицают подобное утверждение.

Отношение Бога ко времени можно изобразить так, как это сделано на рис. 10.1. Здесь показано, что Бог сотворил время и является Господом времени, поэтому Он может видеть все события во времени в равной степени ясно, и не только видеть события во времени, но и действовать во времени.

Эта схема также предваряет последующее рассуждение, так как в ней показано, что Бог знает события будущего, даже бесконечно долгого, вечного будущего. В отношении будущего Бог неоднократно заявляет через ветхозаветных пророков, что Он один знает будущие события и может рассказать о них: «Объявите и скажите, посоветовавшись между собою: кто возвестил это из древних времен, наперед сказал это? Не Я ли, Господь? и нет иного Бога кроме Меня, — Бога праведного и спасающего нет кроме Меня»(Ис. 45:21).

Мы читаем также: «…Ибо Я Бог, и нет иного Бога, и нет подобного Мне. Я возвещаю от начала, что будет в конце, и от древних времен то, что еще не сделалось, говорю: Мой совет (עצה, т. е. «цель, намерение». — Примеч. пер.) состоится, и все, что Мне угодно, Я сделаю» (Ис. 46:9,10).

Таким образом, Бог стоит над временем, и в Своем сознании Он способен видеть его все как настоящее. Хотя аналогия и несовершенна, мы можем представить себе это как момент окончания чтения длинного романа. Прежде чем поставить его обратно на полку, мы можем еще раз пролистать книгу, воспроизводя в памяти те многочисленные события, которые описаны в этом романе. На короткое мгновение те вещи, которые были рассредоточены в долгом периоде времени, все кажутся «нынешними». Возможно, примерно так Бог видит всю историю, т. е. как нынешнюю для Его сознания.

Рис. 10.1. Отношение Бога ко времени

3) Бог видит события во времени и действует во времени. Однако после всего сказанного необходимо предостеречь читателя против неверного понимания, завершив определение вечности Бога следующим образом: и все же Бог видит события во времени и действует во времени. Павел пишет: «Но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление» (Гал. 4:4,5). Бог ясно видел и точно знал, что происходит в Его творении во времени. Мы могли бы сказать, что Бог видел ход времени, наблюдая различные события, происходившие в Его творении. Затем, в нужный момент, «когда пришла полнота времени», Бог послал в мир Своего Сына.

Из всего Писания очевидно, что Бог действует во времени и действует по–разному в разные моменты времени. Например, Павел говорит афинянам: «Оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться; ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа…» (Деян. 17:30,31). В этом утверждении содержится описание прежних действий Бога, настоящих действий и будущих, и все это во времени.

Ветхозаветные пророки постоянно подчеркивают способность Бога предсказывать будущее, следовательно, Бог предсказывает Свои действия в один момент времени, а затем осуществляет эти действия в другой момент. И в широком понимании, вся Библия от Бытия до Откровения — это запись Самого Бога о том, как Он действовал во времени для спасения Своего народа.

Таким образом, мы должны утверждать как то, что Бог в Своем бытии не испытывает последовательности мгновений и видит всю историю в равной степени ясно, так и то, что в Своем творении Он видит развитие событий во времени и действует по–разному в различные моменты времени. Коротко говоря, Он — Господь, сотворивший время, правящий им и использующий его в Своих собственных целях. Бог может действовать во времени, потому что Он — Господь времени. Он использует его для того, чтобы показать свою славу. Ведь Господь часто исполняет свои обетования и свершает свои спасительные деяния в течение определенного времени для того, чтобы мы могли лучше увидеть и оценить Его великую мудрость, Его долготерпение, Его верность, Его власть над всеми событиями и даже Его вечность и неизменность.

4) Мы всегда будем существовать во времени. Сможем ли мы когда–либо участвовать в вечности Бога? И в частности, будет ли время на новом небе и на новой земле, которые возникнут в будущем? Многие считают, что времени тогда не будет существовать. Есть даже гимн, который начинается словами: «Когда труба Господня прогремит, и времени уже не будет…» В Писании мы читаем: «И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего; ибо слава Божия осветила его, и светильник его — Агнец. <…> …А ночи там не будет» (Отк. 21:23,25; ср.: 22:5).

Тем не менее неверно было бы утверждать, что небо будет «вне времени», или вне присутствия, или вне хода времени. Напротив, поскольку мы — существа конечные, то вынуждены будем воспринимать события одно после другого. Даже в том тексте, в котором говорится, что на небе не будет ночи, говорится также о том, что цари земные принесут небесному городу «славу и честь народов» (Отк. 21:26). О свете небесного города сказано: «Спасенные народы будут ходить во свете его» (Отк. 21:24). Эти действия — принесение славы и чести в небесный город и хождение в свете небесного города — подразумевают, что события в нем происходят последовательно. Нечто находится вне небесного города, а затем, в более поздний момент времени, это становится частью славы и чести народов, которые цари приносят в небесный город. Ситуация, в которой «полагают венцы свои пред престолом» Бога (Отк. 4:10), подразумевает, что в один момент человек держит венец, а в следующий момент полагает его перед престолом. Ситуация, в которой на небесах Богу поется новая песнь хвалы, подразумевает, что одно слово будет спето после другого. И даже о «древе жизни» в небесном городе сказано: «дающее на каждый месяц плод свой» (Отк. 22:2), что подразумевает равномерное течение времени и расположение событий во времени.

Таким образом, на небесах будет иметь место последовательность мгновений, и события будут происходить одно после другого. Мы будем пребывать в состоянии вечной жизни (вечной по продолжительности времени, а не как повторение Божьего атрибута вечности), которая не будет иметь конца: мы, как народ Божий, будем вечно радоваться в присутствии Божьем — это не значит, что мы будем вне времени, просто наши жизни будут длиться в Нем вечно: «И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их; и будут царствовать во веки веков» (Отк. 22:5).

4. Вездесущность. Бог неограничен, или бесконечен, по отношению ко времени, также Он неограничен и по отношению к пространству. Эта характеристика природы Бога называется вездесущностью. Понятие «вездесущность Бога» можно определить следующим образом: Бог не имеет размера или пространственных измерений и присутствует в каждой точке пространства всем Своим существом, и все же Бог действует по–разному в разных местах.

То, что Бог — Господь пространства и что Он не может быть ограничен пространством, очевидно, прежде всего, из того факта, что Он сотворил его, так как сотворение материального мира (Быт. 1:1) подразумевает также и сотворение пространства. Моисей напоминал народу о господстве Бога над пространством: «Бот у Господа, Бога твоего, небо и небеса небес, земля и все, что на ней» (Втор. 10:14).

1) Бог присутствует всюду. И все же существуют конкретные тексты, в которых говорится о том, что Бог присутствует в каждой части пространства. В Книге Пророка Иеремии читаем: «Разве Я — Бог только вблизи, говорит Господь, а не Бог и вдали? Может ли человек скрыться в тайное место, где Я не видел бы его? говорит Господь. Не наполняю ли Я небо и землю1 говорит Господь» (Иер. 23:23,24). Здесь Бог обличает пророков, которые полагают, что их слова или помыслы скрыты от Бога. Он — повсюду и наполняет небо и землю.

Вездесущность Бога прекрасно выражена Давидом:

Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо, Ты там; сойду ли в преисподнюю, и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря: и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя

Нигде в мире — ни на земле, ни на море, ни на небе, ни в преисподней — нельзя скрыться от присутствия Бога.

Мы также должны отметить, что нет никаких указаний на то, что в одном месте находится лишь часть Бога. Именно Сам Бог присутствует повсюду, куда бы не отправился Давид. Мы не можем сказать, что некоторое количество или некоторая часть Бога присутствует в том или ином месте, так как это означало бы восприятие Его бытия в терминах пространства, словно бы Он каким–то образом ограничен пространством. Судя по всему, правильнее будет сказать, что Бог присутствует всем Своим существом в каждой части пространства (ср. также: Деян. 17:28, где Павел подтверждает правильность слов: «Мы Им живем и движемся и существуем», и Кол. 1:17, где о Христе говорится: «Все Им стоит»).

2) У Бога нет пространственных измерений. Хотя мы и говорим, что Бог всем Своим существом присутствует в каждой части пространства, или в каждой точке пространства, необходимо сказать также, что Бога не может вместить никакое пространство, каким бы огромным оно ни было. Соломон говорит в своей молитве к Богу: «Поистине, Богу ли жить на земле? Небо и небо небес не вмещают Тебя, тем менее сей храм, который я построил» (3 Цар. 8:27). Небо и небо небес не могут вместить Бога; и в самом деле, Его не может вместить даже самое большое пространство, которое мы только можем себе представить (ср.: Ис. 66:1,2; Деян. 7:48). Мысль о том, что Бог всюду присутствует всем Своим существом, должна очень ободрять нас в молитве, где бы мы ни находились. Но мы должны также помнить, что ни о каком пространстве нельзя сказать, что оно может вместить Бога, следовательно, нет никакого особого места, которое давало бы людям особый доступ к Богу: Его не может вместить никакое место.

Нам не следует думать, что Бог существует бесконечно далеко во всех направлениях, так что Он как бы существует в чем–то вроде неограниченного пространства. Также нам не следует считать, что Бог — это некое «большее пространство» или более обширная сфера, окружающая пространство вселенной, как мы ее знаем. Все эти представления описывают Бога в пространственных терминах, как будто бы Он просто крайне большое существо. Нам следует избегать думать о Боге в терминах размера или пространственных измерений. Бытие Бога — вне размеров и пространственных измерений. Ведьдо того, как Бог сотворил мир, материи не было, а потому не было и пространства. И все же Бог существовал. Где пребывал Бог? Он не находился в таком месте, которое мы могли бы назвать «где», так как никакого «где» не было, как не было и пространства. И все же Бог существовал! Этот факт позволяет нам понять, что Бог относится к пространству совсем иначе, чем мы или любое иное творение. Он существует как нечто совершенно иное и гораздо более великое, чем мы можем представить себе.

Мы также должны избегать мысли о том, что Сам Бог эквивалентен какой–либо части творения или всему творению. Пантеист верит, что все является Богом или что Бог — это все, что существует. Библейская же точка зрения заключается в том, что Бог присутствует повсюду в творении, но также и отличается от Своего творения. Как это может быть? Аналогия с губкой, пропитанной водой, несовершенна, однако полезна. Вода присутствует повсюду в губке, однако вода остается совершенно отличной от губки. Однако эта аналогия рушится на уровне очень маленьких фрагментов губки, где мы можем сказать, что в одном месте находится губка, а не вода или вода, а не губка. Однако это обусловлено тем фактом, что в этой аналогии речь идет о двух веществах, которые имеют размеры и пространственные характеристики, в то время как Бог их не имеет.

3) Бог может присутствовать для наказания, поддержания или для благословения. Мысль о вездесущности Бога иногда тревожит людей, которые не могут понять, как Бог может присутствовать, например, в аду? Разве ад — это не противоположность присутствия Божьего и разве ад не является отсутствием Бога? Эта трудность разрешается тем соображением, что Бог присутствует по–разному в разных местах, т. е. Бог действует по–разному в разных местах Своего творения. Иногда Бог присутствует для наказания. Ужасающий отрывок из Книги Пророка Амоса живо представляет присутствие Бога для осуждения:

…Не убежит у них никто бегущий и не спасется из них никто, желающий спастись. Хотя бы они зарылись в преисподнюю, и оттуда рука Моя возьмет их; хотя бы взошли на небо, и оттуда свергну их. И хотя бы они скрылись на вершине Кармила, и там отыщу и возьму их; хотя бы сокрылись от очей Моих на дне моря, и там повелю морскому змею уязвить их. И если пойдут в плен впереди врагов своих, то повелю мечу и там убить их. Обращу на них очи Мои на беду им, а не во благо
(Ам. 9:1—4).

Иногда Бог присутствует не для наказания и не для благословения, а просто присутствует для поддержания, т. е. для того, чтобы мир существовал и действовал так, как Бог желает. В этом смысле божественная природа Христа присутствует повсюду: «Он есть прежде всего, и все Им стоит» (Кол. 1:17). Автор Послания к Евреям говорит о Боге–Сыне: «…Держа все словом силы Своей» (Евр. 1:3).

В другое время, в других местах Бог присутствует для благословения. Давид говорит: «Полнота радостей пред лицем Твоим, блаженство в деснице Твоей вовек» (Пс. 15:11). Здесь Давид говорит не о присутствии Бога для наказания и не просто для поддержания, а о присутствии Бога для благословения.

В большей части случаев, когда Библия говорит о присутствии Бога, речь идет о присутствии для благословения. Например, именно в этом смысле мы должны понимать присутствие Бога над ковчегом Завета. Мы читаем о ковчеге Завета «Господа Саваофа, седящего на херувимах» (1 Цар. 4:4; ср.: Исх. 25:22), и это указание на тот факт, что Бог дан знать о Своем присутствии и действовал особым образом, чтобы принести благословение и защиту Своему народу в том месте, которое Он определил Своим престолом, а именно в месте над двумя золотыми фигурами небесных существ («херувимов»), которые были установлены на верху ковчега Завета. Это не означает, что в других местах Бог не присутствовал, Он просто дал знать о своем присутствии именно в этом месте, и именно здесь Он особым образом проявлял Свои качества и приносил благословение Своему народу.

В Новом Завете указывается, что на земле нет такого места, которое Бог избрал бы как особое место Своего пребывания, так как мы можем поклоняться Ему в любом месте (см.: Ин. 4:20). Однако ныне и вовеки Бог избрал то место, которое Библия называет «небом», в качестве центра манифестации Своих качеств и присутствия Своего благословения и славы. Поэтому тогда, когда с неба от Бога спускается небесный Иерусалим, Иоанн в своем видении слышит громкий голос, исходящий от престола Бога: «Се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их» (Отк. 21:3). Неверно было бы говорить, что на небе Бог «присутствует в большей степени», чем в каком–либо другом месте, но не будет ошибочным утверждение, что на небе Бог присутствует особым образом — именно для благословения и для явления Своей славы. Мы можем сказать также, что Бог являет свое присутствие на небесах более, чем в любом другом месте.

Так же следует понимать и утверждение Павла о Христе: «в Нем обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2:9). В определенном смысле мы, конечно, можем сказать, что полнота Божества присутствует повсюду в пространстве, и, таким образом, в каждой точке пространства, и в каждом человеке, а не только в Христе. Однако подобное утверждение связано с двумя сложностями: 1) Библия никогда не говорит прямо о присутствии Бога в неверующих, вероятно, чтобы не возникло мысли об ответственности Бога за злые дела и, возможно, чтобы не предположить Его присутствия в нихдля благословения, так как в Кол. 2:9 речь идет только о присутствии для поддержания; 2) кроме того, это «присутствие для поддержания» — вовсе не то, что имеет в виду Павел в Кол. 2:9. Похоже, Павел не говорит даже о «присутствии для благословения» в том же самом смысле, в каком Бог присутствует для благословения в жизни всех верующих. Павел, скорее всего, имеет в виду, что в Христе присутствует сама природа Бога — для благословения и для явления Его качеств в наиболее полной и совершенной форме.

Затруднения, которые возникают у нас, когда мы говорим о присутствии Бога, например в неверующих, приводят нас к выводу, что, хотя Библия и может говорить о присутствии Бога повсюду, все же обычно она подразумевает, что Он «присутствует для благословения». То есть, хотя имеют место несколько упоминаний о присутствии Бога для поддержания или для наказания, подавляющее большинство библейских упоминаний о присутствии Бога — это просто более краткая форма утверждения о том, что Он присутствует для благословения. Когда мы привыкаем к этой особой библейской форме речи, то нам также становится все труднее говорить об иных формах присутствия Бога. И, возможно, этого и не следует делать.

Вот несколько примеров обычного библейского способа описания присутствия Божьего: «Где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:17); «Вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас. <…> А если Христос в вас… дух жив для праведности» (Рим. 8:9,10); «Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14:23) и т. д. Во всех этих стихах говорится о присутствии Божьем и предполагается, что Он присутствует для благословения.

Точно так же когда Библия говорит, что Бог «далеко», то обычно это означает, что Он «не присутствует для благословения». Например, в Ис. 59:2 говорится: «Беззакония ваши произвели разделение между вами и Богом вашим», а в Прит. 15:29 — что «далек Господь от нечестивых, а молитву праведников слышит».

Итак, Бог присутствует в каждой части пространства всем своим существом, и все же Бог действует по–разному в разных местах. Кроме того, когда Библия говорит о присутствии Божьем, то обычно подразумевается присутствие для благословения, и нам, в нашей собственной речи, вполне естественно следовать библейскому употреблению этого выражения.

Герман Бавинк в своей книге цитирует прекрасный отрывок, показывающий практическое применение учения о вездесущности Бога:

Если вы хотите совершить что–либо злое, вы уходите от людей в свой дом, где никто не может вас увидеть; из тех мест вашего дома, которые открыты и видимы людям вы уходите в свою собственную комнату; даже в своей комнате вы опасаетесь свидетелей из соседнего дома; вы удаляетесь в свое сердце, и в нем вы размышляете, но Он еще глубже, чем сердце. Поэтому, куда бы вы не скрылись, Он там. Куда вы скроетесь от вас самих? Не последуете ли вы за самим собой, куда бы вы не пытались скрыться? И поскольку есть Тот, кто глубже, чем вы сами, то нет такого места, куда вы могли бы скрыться от разгневанного Бога. Вы можете укрыться только в Боге примиренном. Вообще, нет такого места, куда вы могли бы скрыться. Скроетесь ли вы от Него? Скрывайтесь в Нем.

5. Единство. Понятие «единство Бога» можно определить следующим образом: Бог не разделен на части, и все же мы видим различные атрибуты Бога, проявляющиеся в разное время. Этот атрибут Бога называется также простотой Бога, где слово «простой» употребляется в менее распространенном значении: «не сложный», т. е. «не состоящий из частей». Но поскольку в наши дни слово «простой» чаще всего употребляется в смысле «легкий для понимания» и «неумный, глупый», то сегодня правильнее говорить о «единстве» Бога, а не о Его «простоте».

Когда Писание говорит об атрибутах Бога, оно никогда не выделяет один атрибут как более важный, чем все остальные. Писание исходит из того, что каждый атрибут совершенно истинен для Бога и для всей Его природы. Например, Иоанн говорит, что «Бог есть свет» (1 Ин. 1:5), а немного далее — что «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8). Здесь нет утверждения о том, что часть Бога — это свет, а часть Бога — любовь, или о том, что Бог частично является светом, а частично — любовью. Нам также не следует думать, что Бог в большей степени свет, чем любовь, или более любовь, чем свет. Напротив: Сам Бог есть свет, и Сам Бог есть любовь.

То же самое справедливо и для других описаний качеств Бога, таких, например, как в Исх. 34:6,7:

И прошел Господь пред лицем его, и возгласил: Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех, но не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода.

Нам не следует говорить, что эти атрибуты характерны только для какой–то части Бога, напротив, они присущи Самому Богу, а потому — Богу в целом.

Эти соображения указывают на то, что мы не должны мыслить о Боге как о каком–то скоплении различных атрибутов, собранных вместе, как на рис. 10.2:

Рис. 10.2

Мы также не должны считать атрибуты Бога чем–то внешним по отношению к истинному существу или личности Бога, чем–то прибавленным к тому, Кем Бог на самом деле является, как показано на рис. 10.3.

Мы должны помнить, что все существо Бога включает в себя все Его атрибуты: он полностью любящий, полностью милосердный, полностью справедливый и т. д. Каждый атрибут Бога, который мы находим в Писании, истинен для всего существа Бога, и поэтому мы можем сказать, что каждый атрибут Бога также характеризует каждый другой Его атрибут.

Рис. 10.4 может быть полезен для понимания учения о единстве Бога. Предположим, что на схеме горизонтальные линии представляют атрибут любви, а вертикальные — атрибут справедливости.

Рис. 10.4

Далее, представим, что диагональные линии, идущие сверху вниз слева направо, изображают святость Бога, а диагональные линии, идущие сверху вниз справа налево, — мудрость Бога, как на рис. 10.5.

Рис. 10.5

Конечно, мы могли бы продолжать, используя самые разные линии для изображения различных атрибутов Бога. Однако мы просто должны уяснить себе, что каждый атрибут — это просто способ описания одного из аспектов существа Бога. Сам Бог есть единство, единая и совершенно полная личность, которая бесконечно совершенна во всех этих атрибутах.

Почему же тогда Писание говорит о всех этих различных признаках Бога? Возможно, потому, что мы не способны постигнуть все существо Бога одновременно и нам следует узнавать его с разных точек зрения в течение определенного времени. Однако эти точки зрения никогда не следует противопоставлять друг другу, поскольку это просто различные взгляды на цельную сущность Бога.

В практическом применении это означает, что мы не должны полагать, что Бог, например, является любящим Богом в один момент истории и справедливым или гневным Богом — в другой момент истории. Он всегда один и тот же Бог, и все, что Он говорит или делает, полностью согласуется со всеми Его атрибутами. Неверно утверждать, как это делают некоторые, что Бог — это Бог справедливости в Ветхом Завете и Бог любви в Новом Завете. Бог есть и всегда был бесконечно справедливым и бесконечно любящим, и все, что Он свершает в Ветхом и в Новом Заветах, полностью согласуется с обоими этими Его атрибутами.

И все же верно, что некоторые деяния Божьи показывают какие–то Его атрибуты более рельефно. Творение демонстрирует Его мощь и мудрость, искупление — Его любовь и справедливость, а сияние небес — Его славу и красоту. Однако все это неким образом демонстрирует также Его знание, святость, милосердие, верность, долготерпение, единодержавие и т. д. И в самом деле, было бы трудно найти какой–либо атрибут Бога, который не отражается хоть в какой–то степени в каждом из актов спасения. Это обусловлено тем фактом, о котором было упомянуто выше: Бог — это единство, и все, что Он делает, — это дело всей личности Бога.

Кроме того, учение о единстве Бога должно предостеречь нас против попыток выделить какой–либо из атрибутов Бога как более важный, чем все прочие. В разное время люди пытались рассматривать святость Бога, Его любовь, Его самодостаточность, Его праведность или какой–либо иной атрибут как наиболее важный в Его существе. Однако все подобные попытки лишь создают неверное представление о Боге как о комбинации различных частей, где одни части неким образом являются большими, чем другие или более значимыми. Кроме того, трудно в точности уяснить себе, что может означать выражение «самый важный». Означает ли оно, что есть такие деяния Бога, которые не согласуются полностью со всеми прочими Его атрибутами? Что есть такие атрибуты Бога, которые Он каким–то образом откладывает в сторону, чтобы действовать в некотором противоречии с этими атрибутами? Мы, безусловно, не можем придерживаться подобных взглядов, так как это означало бы, что Бог не соответствует своей собственной природе или что Он изменяется и может стать немного иным, по сравнению с тем, чем Он был прежде. Когда же мы воспринимаем все Его атрибуты как аспекты цельного существа Бога, то подобный вопрос теряет свою актуальность и мы понимаем, что ни один из атрибутов Бога невозможно выделить как более значимый. Сам Бог во всем Своем существе в высшей степени значим, и Самого Бога во всем Его существе мы стремимся познавать и любить.

 

Вопросы для самостоятельной работы

1. Когда вы думаете о Божьей независимости, неизменности, вечности, вездесущности и единстве, видите ли вы какие–либо слабые отражения этих пяти непередаваемых атрибутов в вас самих, какими вас создал Бог? Что означало бы стремление в большей степени уподобиться Богу в этих сферах? И какую ошибку при этом можно совершить, так как подобное стремление означало бы попытку присвоить себе уникальный статус Творца и Господа?

2. Используя каждый из этих пяти непередаваемых атрибутов, объясните, в чем мы в большей степени уподобимся Богу на небесах, по сравнению с нашим нынешним состоянием, и также в чем мы будем вечно несхожи с Богом в каждой из этих сфер.

3. Расскажите, какие эмоции вызывает в вас каждый из аспектов учения о независимости Бога. Это учение оказывает положительное или отрицательное влияние на вашу духовную жизнь? Объясните, почему.

4. Объясните, каким образом учение о неизменности или непреложности Бога помогает ответить на следующие вопросы: сможем ли мы должным образом воспитать наших детей в нынешнем злом мире? Можно ли столь же близко общаться с Богом сегодня, как общались с Ним люди в библейские времена? Что нам следует представлять себе или делать для того, чтобы библейские истории казались нам более реальными и менее удаленными от современной жизни? Полагаете ли вы, что Бог в наши дни менее склонен отвечать на молитвы, чем в библейские времена?

5. Если сегодня вы совершаете грех против Бога, то когда это начнет печалить Его? Когда это перестанет печалить Его? Помогает ли вам это знание понять, почему качества Бога требуют, чтобы Он наказывал грех? Почему Богу следовало отправить Своего Сына для того, чтобы Тот понес наказание за грех, вместо того чтобы просто забыть о грехе и призвать грешников на небо, никого не наказывая за грех? Как Бог мыслит о ваших грехах: как о прощенных или как о непрощенных?

6. Если сегодня вы пропоете Богу хвалу, то когда звук этой хвалы перестанет присутствовать в сознании Бога и приносить ему радость? Имеют ли песни хвалы Богу некое высшее значение? Что можно сказать о ежечасной вере в Него и о ежедневном послушании Ему?

7. Вам трудно контролировать ваше время? Становясь более зрелыми и все больше соответствуя образу Христа, уподобляемся ли мы Богу и в умении распоряжаться временем? Каким образом?

8. Объясните, каким образом знание о каждом из пяти непередаваемых атрибутов Бога может помочь вам в вашей молитвенной жизни.

 

Специальные термины

антропоморфный язык описания

асеизм

бесконечность относительно времени

бесконечность относительно пространства

бесконечный

вечность

вездесущность

единство

имена Бога

независимость

неизменность

непередаваемые атрибуты

непреложность

передаваемые атрибуты

простота

самодостаточность

 

Библиография

 

Примечание. В некоторых систематических богословиях атрибуты Бога классифицируются и рассматриваются не в рамках категорий сообщаемости и несообщаемости.

 

Соответствующие разделы в евангельских систематических богословиях

1. Англиканские (епископальные)

1882–1892 Litton, 58–67

2. Арминианские (уэслианские или методистские)

1847 Finney, 49–65

1875–1876 Pope, 1:248–255, 287–325

1892–1894 Miley, 1:159–180, 214–222

1940 Wiley, 1:241–393

1960 Purkiser, 127–144

3. Баптистские

1767 Gill, 25–31, 33–50, 119–122

1887 Boyce, 1:125–135, 183–190

1907 Strong, 243–303

1917 Mullins, 214–250

1983–1985 Erickson, 1:263–278 1987–1994 Lewis/Demarest, 1:175–248

4. Диспенсационалистские

1947 Chafer, 1:179–191, 212–224, 260–271

1949 Thiessen, 118–128

5. Лютеранские

1917–1924 Pieper, 1:427–447

1934 Mueller, 160–167

6. Реформатские (или пресвитерианские)

1559 Calvin, 1:96–120

1861 Нерре, 57–104

1871–1873 Hodge, 1:366–393

1878 Dabney, ST, 38–45, 144–154

1887–1921 Warfield, SSW, 1:69–87; ST, 109–114

1889 Shedd, 1:151–194, 334–392

1909 Bavinck, DG, 113–172

1938 Berkhof, 47–63

1962 Buswell, 1:36–57

7. Обновленческие (пятидесятнические и харизматические)

1988–1992 Williams, 55–59, 77–79

 

Соответствующие разделы в авторитетных римско–католических богословиях

1. Традиционные богословия

1955 Ott, 24–38

2. Написанные после II Ватиканского собора

1980 McBrien 1:238–341

 

Другие работы

Bromiley, G. W. "God". In ISBE, 2:493–503.

Charnock, Stephen. The Existence and Attributes of God. Repr. ed. Evansville, Ind.: Sovereign Grace Book Club, n. d., pp. 69–180 (first published 1655–1680).

Diehl, D. W "Process Theology". In EDT, pp. 880–885.

Helm, Paul. Eternal God: A Study of God Without Time. Oxford: Clarendon, 1988.

Kaiser, Christopher B. The Doctrine of God. Westchester, 111.: Good News, 1982.

Lewis, Gordon R. "God, Attributes of. In EDT, pp. 451–459.

McComiskey, Thomas E. "God, Names of. In EDT, pp. 464–468.

Packer, J. I. Knowing God. London: Hodder and Stoughton, 1973, pp. 67—79.

Saucy, R. H. "God, Doctrine of. In EDT, pp. 459–464.

Tozer, A. W. The Knowledge of the Holy. New York: Harper and Row, 1961.

 

Отрывок для запоминания

В начале Ты основал землю, и небеса — дело Твоих рук. Они погибнут, а Ты пребудешь; и все они, как риза, обветшают, и, как одежду, Ты переменишь их, — и изменятся. Но Ты — тот же, и лета Твои не кончатся.

 

ГЛАВА 11. Свойства Бога: «передаваемые» атрибуты

 

В чем Бог подобен нам в Своем бытии и в Своих интеллектуальных и нравственных атрибутах?

 

Объяснение и обоснование в Писании

 

В этой главе мы рассматриваем «передаваемые» атрибуты Бога, т. е. такие атрибуты, которые Он в большей степени разделяет с нами, чем те, о которых говорилось в предыдущей главе. Следует помнить о том, что подразделение на «непередаваемые» и «передаваемые» атрибуты не является абсолютным, и остается определенная свобода мнений в вопросе о том, какие атрибуты относятся к той или иной категории. Список атрибутов, отнесенных здесь к категории «передаваемых», — это общепринятый список, однако осмысление определения каждого из этих атрибутов гораздо важнее, чем способность отнести их к той или иной категории в точности так, как это сделано в этой книге.

Кроме того, прежде чем составлять любой список атрибутов Бога, необходимо понять, насколько точную границу мы стремимся провести между различными аспектами природы Бога. Например, благость и любовь Бога — разные атрибуты или один и тот же? В этой главе каждый из этих атрибутов рассматривается отдельно, и в итоге мы получаем довольно длинный список различных атрибутов. И все же во многих случаях неважно, считаем мы подобные пары различными аспектами одного атрибута или одним атрибутом. Если мы помним о том, что речь идет о цельной личности Бога, то нам будет очевидно, что разделение на различные атрибута не имеет большого богословского значения и должно быть основано на нашей концепции подачи библейского материала.

В этой главе «передаваемые» атрибута Бога разделены на пять основных категорий, а конкретные атрибуты распределены по этим категориям следующим образом:

А. Атрибуты, характеризующие бытие Бога:

1. Духовность.

2. Невидимость.

Б. Интеллектуальные атрибуты:

3. Знание (или всеведение).

4. Мудрость.

5. Истинность (и верность).

В. Нравственные атрибуты:

6. Благость.

7. Любовь.

8. Милосердие (благоволение, долготерпение).

9. Святость.

10. Мир (или порядок).

11. Праведность (или справедливость).

12. Ревность.

13. Гнев.

Г. Атрибуты цели:

14. Воля.

15. Свобода.

16. Всемогущество (или власть и суверенность).

Е. «Общие» атрибуты:

17. Совершенство.

18. Благословение.

19. Красота.

20. Слава.

Поскольку нам следует подражать передаваемым атрибутам Бога, в каждом из этих разделов будет кратко сказано о том, как нам следует подражать разбираемому атрибуту.

 

А. Атрибуты, характеризующие бытие Бога

1. Духовность. Люди часто спрашивают, из чего состоит Бог. Состоит ли Он из плоти и крови, подобно нам? Конечно, нет. Какова же материя, составляющая Его существо? Да и состоит ли Бог из материи? Может быть, Бог — это чистая энергия? Или Он в каком–то смысле — чистый разум?

Ответ Писания таков: Бог не является ничем из упомянутого. Мы читаем: «Бог есть дух» (Ин. 4:24). Иисус говорит это в контексте разговора с самарянкой у колодца. Речь идет о месте, в котором люди должны поклоняться Богу, и Иисус отвечает, что человеку необязательно находиться в Иерусалиме или в Самарии, чтобы поклоняться Богу (Ин. 4:21), ибо подлинное поклонение связано не с физическим местоположением, а с внутренним, духовным состоянием человека. Это объясняется тем, что «Бог есть дух», и это, судя по всему, означает, что Бог никоим образом не ограничен пространственными рамками.

Итак, мы не должны думать о Боге как о Ком–то, Кто ограничен размерами или пространственными измерениями, даже бесконечными (см. о вездесущности Бога в предыдущей главе). Мы не должны думать, что существование Бога как духа означает, что Бог бесконечно велик, например, поскольку не часть Бога, а весь Бог пребывает в каждой части пространства (см.: Пс. 138:7—10). Мы также не должны думать, что существование Бога как духа означает, что Бог бесконечно мал, ибо ни одно место в мире не может окружить Его или содержать Его в себе (см.: 3 Цар. 8:27). Таким образом, о бытии Бога невозможно правильно мыслить в терминах пространства; однако мы можем осмыслить Его существование как «духа».

Мы обнаруживаем также, что Бог запрещает Своему народу мыслить о самом Его существе как о подобном чему–либо другому в физическом творении. В десяти заповедях мы читаем:

Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твои, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои (Исх. 20:4—6).

Описание творения в этой заповеди («на небе вверху, и… на земле внизу, и… в воде ниже земли») — это напоминание о том, что бытие Бога, Его основной способ существования, отличается от всего, что Он сотворил. Мыслить о Его бытии в терминах чего–либо принадлежащего к сотворенному миру — значит неверно представлять Его, ограничивать Его, мыслить о Нем, как о чем–то меньшем, чем Он есть в действительности. Сотворение кумира (т. е. «изображения», פסל. — Примеч. пер.), изображение Бога в виде, например, золотого тельца, возможно, было попыткой изобразить Бога как Бога полного силы и жизни (подобно тельцу), однако утверждение о том, что Бог подобен тельцу — это чудовищно ложное утверждение применительно к знанию, мудрости, любви, милосердию, вездесущности, вечности, независимости, святости, праведности, справедливости Бога и т. д. И в самом деле, хотя мы и должны сказать, что Бог создал все творение так, чтобы каждая его часть отражала какое–либо из качеств Бога, теперь мы должны сказать также, что изображать Бога как существующего в форме или способе существования, которые подобны чему бы то ни было в творении, — это значит мыслить о Боге чудовищно ложно и оскорбительно.

Вот почему ревность Бога приведена в качестве основания для запрета Его изображений: «Ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель…» (Исх. 20:5). Бог ревнует о защите Своей чести. Он стремится к тому, чтобы Его народ представлял себе Его таким, каков Он есть, и поклонялся Ему во всем Его величии, и Он гневается, когда Его слава преуменьшается, а Его качества представляются в ложном свете (ср.: Втор. 4:23,24, где сильная ревность Бога о Его чести вновь приводится в качестве основания для запрета изготовления Его изображений).

Итак, у Бога нет физического тела, и Он не состоит из материи, как большая часть творения. Кроме того, Бог не является энергией, или разумом, или каким–либо иным элементом творения. Он не подобен ни пару, ни воздуху, ни пространству, так как все это — сотворенные вещи; существо Бога не похоже ни на что из этого. Существо Бога даже не является в точности таким, каков наш дух, ибо и дух сотворен и, судя по всему, может существовать лишь в одном месте и в одно время.

Взамен всех этих представлений о Боге мы должны говорить, что Бог есть дух. Что бы это ни означало, это такое существование, которое не подобно ничему в творении. Это такое существование, которое далеко превосходит все материальное существование. Мы могли бы сказать, что Бог — это «чистое бытие» или «полнота или суть бытия». Кроме того, подобное существование не является менее реальным или менее желанным, чем наше собственное существование. Напротив, оно более реально и более желанно, чем любое материальное и нематериальное существование всего творения. Бог существовал как дух еще до творения. Его собственное бытие настолько реально, что способно привести к существованию все прочее!

Здесь мы можем определить понятие «духовность Бога»: духовность Бога означает, что Бог существует как Некто, не состоящий из материи, не имеющий ни частей, ни измерений, Его невозможно различить нашими телесными органами чувств, и Его существование более совершенно, чем любой другой вид существования.

Мы можем спросить, почему Бог существует именно так? Почему Бог есть дух? И получить единственный ответ — потому что это самый великий, самый совершенный способ бытия! Эта форма существования далеко превосходит все известные нам формы. И этот факт изумляет нас.

Эти соображения заставляют нас задуматься. Может быть, духовность Бога нам следует назвать «непередаваемым» атрибутом? В определенном смысле это действительно было бы уместно, поскольку бытие Бога сильно отличается от нашего собственного. Тем не менее факт остается фактом: Бог каждому из нас даровал дух, в котором мы поклоняемся Ему (Ин. 4:24; 1 Кор. 14:14; Флп. 3:3), в котором мы соединяемся с духом Господа (1 Кор. 6:17), с которым соединяется Святой Дух, свидетельствуя нам о принятии в семью Бога (Рим. 8:16), и в котором мы переходим в присутствие Божье, когда умираем

(Лк. 23:46; Еккл. 12:7; Евр. 12:23; ср.: Флп. 1:23,24). Таким образом, явно существует некий канал от Бога к нам, который имеет духовную природу, в чем–то подобную Его собственной природе, хотя, конечно, и не во всех аспектах. По этой причине верно будет говорить о духовности Бога как о передаваемом атрибуте.

2. Невидимость. С духовностью Бога связан тот факт, что Бог невидим. И все же, мы также можем говорить о видимых средствах, через которые Бог проявляет Себя. Понятие «невидимость Бога» может быть определено следующим образом: невидимость Бога означает, что вся сущность Бога, все Его духовное бытие никогда не сможет стать видимым для нас, и все же Бог являет Себя нам через видимые, сотворенные вещи.

О том, что Бог невидим, говорится во многих текстах. «Бога не видел никто никогда» (Ин. 1:18). Иисус говорит: «Это не то, чтобы кто видел Отца, кроме Того, Кто есть от Бога: Он видел Отца» (Ин. 6:46). Павел так славит Бога: «Царю же веков нетленному, невидимому, единому премудрому Богу честь и слава во веки веков. Аминь» (1 Тим. 1:17). Он говорит о Боге: «Единый имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может» (1 Тим. 6:16). Иоанн говорит: «Бога никто никогда не видел» (1 Ин. 4:12).

Мы должны помнить, что все эти тексты были написаны после тех событий, зафиксированных в Писании, во время которых люди видели внешние проявления Бога. Например, в самом начале Писания читаем: «И говорил Господь с Моисеем лицем к лицу, как бы говорил кто с другом своим» (Исх. 33:11). Однако Бог говорил Моисею: «Лица Моего не можно тебе увидеть; потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх. 33:20). И все же Бог сделал так, что Его слава прошла рядом с Моисеем, которого Он спрятал в расселине скалы, и Бог позволил Моисею увидеть Его со спины после того, как Он прошел мимо, но при этом сказал: «Лице Мое не будет видимо» (Исх. 33:21—23).

Поэтому, правильно было бы сказать, что мы никогда не сможем увидеть все существо Бога, и все же, Бог являет нам какую–то часть Себя через видимые, сотворенные вещи. Это происходит различным образом.

Если нам следует мыслить о Боге, нам нужно мыслить о Нем каким–то образом. Бог понимает это и дает нам сотни разнообразных аналогий, взятых из нашей человеческой жизни или из сотворенного мира. Это напоминает нам, что мы не должны чрезмерно сосредоточиваться ни на одной из этих аналогий. Но даже если мы не уделяем исключительного внимания ни одной из этих аналогий, все они помогают открыть нам Бога неким «видимым» образом (ср.: Быт. 1:27; Пс. 18:2; Рим. 1:20).

В Ветхом Завете также несколько раз говорится о теофаниях. Теофания — это «явление Бога». Во время этих явлений Бог принимал различные видимые формы, для того чтобы явить Себя Своему народу. Бог явился Аврааму (Быт. 18:1—33), Иакову (Быт. 32:28—30), народу израильскому (в столпе облачном днем и огненном ночью: Исх. 13:21,22), израильским старейшинам (Исх. 24:9—11), Маною и его жене (Суд. 13:21,22), Исайи (Ис. 6:1) и другим.

Гораздо более великое видимое проявление Бога, чем эти ветхозаветные теофании — это личность Самого Иисуса Христа. Он говорил: «Видевший Меня видел Отца» (Ин. 14:9). Иоанн противопоставляет тот факт, что никто никогда не видел Бога, тому, что только Сын явил Его нам: «Бога не видел никто никогда; Единородный Бог, сущий в недре Отчем, Он явил нам Его» (Ин. 1:18, перевод мой. — У. Г.). Кроме того, Иисус — «образ Бога невидимого» (Кол. 1:15), «сияние славы Божией» и «образ Его природы» (Евр. 1:3, перевод мой. — У. Г.). Таким образом, в личности Иисуса мы обрели уникальное видимое проявление Бога в период Нового Завета, которое было недоступно верующим, видевшим теофании в период Ветхого Завета.

Но каким мы увидим Бога на небесах? Мы никогда не сможем увидеть или познать всего Бога, ибо «величие Его неисследимо» (Пс. 144:3; ср.: Ин. 6:46; 1 Тим. 1:17; 6:16; 1 Ин. 4:12, упомянутые выше). Не сможем мы увидеть — по крайней мере, физическим зрением — и духовного существа Бога. Однако Писание говорит нам, что мы увидим Самого Бога. Иисус говорит: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8). Конечно же, мы сможем увидить человеческую природу Иисуса (Отк. 1:7). Однако неясно, в каком именно смысле мы сможем «узреть» Отца и Святого Духа или божественную природу Бога–Сына (ср.: Отк. 1:4; 4:2,3,5; 5:6). Возможно, мы не постигнем природы этого «зрения» до тех пор, пока не попадем на небеса.

Хотя то, что мы увидим, и не даст нам исчерпывающего представления о Боге, это будет полностью истинный, ясный и реальный образ Бога. Мы увидим Его «лицем к лицу» (1 Кор. 13:12) и «увидим Его, как Он есть» (1 Ин. 3:2). Наиболее значимое свидетельство открытого, близкого общения с Богом, которое мы испытаем, заключается в том факте, что «престол Бога и Агнца будет в нем [в небесном городе], и рабы Его будут служить Ему. И узрят лице Его, и имя Его будет на челах их» (Отк. 22:3,4).

Когда мы осознаем, что Бог — это совершеннейшая степень всего того, к чему мы стремимся и чего желаем, что Он — высшее воплощение всего прекрасного и желанного, то мы понимаем также, что самой большой радостью нашей жизни будет то, что мы «узрим лице Его». Такому видению Бога «лицем к лицу» было дано название блаженного видения (beatific vision), т. е. «видения, которое делает нас благословенными или счастливыми» («beatific» происходит от двух латинских слов — beatus, «благословенный», и facere, «делать»). Видение Бога изменяет нас и уподобляет Ему: мы «будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1 Ин. 3:2; ср.: 2 Кор. 3:18). Это видение Бога станет вершиной нашего познания Бога и даст нам полное наслаждение и радость навечно: «Полнота радостей пред лицем Твоим, блаженство в деснице Твоей вовек» (Пс. 15:11).

 

Б. Интеллектуальные атрибуты

3. Знание (всеведение). Понятие «знание Бога» можно определить следующим образом: Бог вполне знает Себя Самого и все существующие и возможные вещи в едином, простом и вечном акте.

Елиуй говорит, что Бог — «Совершеннейший в знании» (Иов. 37:16), а Иоанн говорит, что Бог «знает все» (1 Ин. 3:20). Знание всего называется всеведением, и, поскольку Бог знает все, о Нем говорят, что Он всеведущ (т. е. «всезнающ»).

Приведенное выше определение характеризует всеведение более детально. Во–первых, в нем говорится, что Бог вполне знает Себя Самого. Это поразительный факт, поскольку существо Бога бесконечно, или не ограничено. Конечно, только Тот, Кто Сам бесконечен, может вполне знать Себя Самого во всех подробностях. Именно это имеет в виду Павел, когда говорит: «…Ибо Дух все проницает, и глубины Божий. Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» (1 Кор. 2:10,11).

То же самое подразумевается и в утверждении Иоанна о том, что «Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин. 1:5). В этом контексте «свет» подразумевает как моральную чистоту, так и полное знание. Если в Боге «нет никакой тьмы» и Он полностью «свет», то и Сам Бог как совершенно свят, так и исполнен совершенного знания о Себе.

В этом определении также говорится о том, что Бог знает «все существующие вещи». То есть все то, что существует и происходит. Имеется в виду творение, ибо Бог — Тот, перед Кем «нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто пред очами Его: Ему дадим отчет» (Евр. 4:13; ср.: 2 Пар. 16:9; Иов. 28:24; Мф. 10:29,30). Бог также знает будущее, ибо Он — Тот, Кто говорит: «Я Бог, и нет иного Бога, и нет подобного Мне. Я возвещаю от начала, что будет в конце, и от древних времен то, что еще не сделалось» (Ис. 46:9,10; ср.: 42:8,9 и многие другие отрывки из книг ветхозаветных пророков). Он знает все мельчайшие детали жизни каждого из нас, ибо Иисус говорит: «Знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф. 6:8) и «У вас же и волосы на голове все сочтены» (Мф. 10:30).

В Псалме 138 Давид размышляет о том, насколько подробным знанием о нашей жизни обладает Бог. Он знает наши поступки и помышления: «Господи! Ты испытал меня и знаешь. Ты знаешь, когда я сажусь и когда встаю; Ты разумеешь помышления мои издали» (Пс. 138:1,2). Он знает наши слова еще до того, как мы произнесем их: «Еще нет слова на языке моем, — Ты, Господи, уже знаешь его совершенно» (Пс. 138:4). И Он знает все дни нашей жизни еще до нашего рождения: «Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было» (Пс. 138:16).

Данное выше определение знания Божьего также говорит о том, что Бог знает «все возможные вещи». Об этом следует сказать потому, что в Писании есть несколько случаев, в которых Бог рассказывает о событиях, которые могли бы произойти, однако в действительности не имели места. Например, когда Давид бежал от Саула, он спас город Кеиль от филистимлян, а затем остался в Кеиле на некоторое время. Он решил спросить Бога, придет ли Саул в Кеиль, чтобы напасть на него, и если Саул придет, то выдадут ли его жители Кеиля Саулу. Давид сказал:

…Придет ли сюда Саул, как слышал раб Твой? Господи, Боже Израилев! открой рабу Твоему. И сказал Господь: придет. И сказал Давид: предадут ли жители Кеиля меня и людей моих в руки Саула? И сказал Господь: предадут. Тогда поднялся Давид и люди его, около шестисот человек, и вышли из Кеиля, и ходили, где могли. Саулу же было донесено, что Давид убежал из Кеиля, и тогда он отменил поход
(1 Цар. 23:11—13).

Также и Иисус говорил о том, что Тир и Сидон могли бы покаяться, если бы чудеса Иисуса были там свершены в прежние времена: «Горе тебе, Хоразин! горе тебе, Вифсаида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись» (Мф. 11:21). Он говорит также: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься; ибо если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня» (Мф. 11:23; ср.: 4 Цар. 13:19, где Елисей говорит о том, что могло бы произойти, если бы царь Иоас ударил по земле стрелой пять или шесть раз).

Тот факт, что Бог знает все возможные вещи, может быть также логически выведен из того, что Бог обладает полным знанием Самого Себя. Если Он вполне знает самого себя, то Он знает все, что Он способен свершить, что включает в себя и все те вещи, которые возможны. Этот факт и в самом деле поразителен. Бог создал невероятно сложный и разнообразный мир. Однако существуют тысячи тысяч других вариантов вещей, которые Бог мог бы сотворить, но не сделал этого. Бесконечное знание Бога — это в том числе и подробное знание о том, каким было бы каждое из этих прочих возможных творений и что произошло бы с каждым из них! «Дивно для меня ведение Твое, — высоко, не могу постигнуть его!» (Пс. 138:6). «Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших» (Ис. 55:9).

В нашем определении знания Бога сказано, что Бог знает все в едином «простом акте». Здесь вновь слово «простой» употреблено в смысле «не разделенный на части». Это значит, что Бог всегда полностью осознает все. Если бы Он желал сказать нам, каково число песчинок на морском берегу или число звезд на небе, Ему не пришлось бы быстро пересчитывать их, подобно некому гигантскому компьютеру, и Ему не пришлось бы вспоминать эту цифру, поскольку об этом Он в течение некоторого времени просто не думал. Он всегда знает все одновременно. Все эти факты и все прочие вещи, которые Он знает, всегда полностью присутствуют в Его сознании. Ему не нужно строить умозаключения, ведущие к определенным выводам, Ему не приходится тщательно взвешивать Свой ответ, ибо конец Он знает с самого начала, и Он никогда ничего не узнает и не забывает (ср.: Пс. 89:3; 2 Пет. 3:8 и те стихи о совершенном знании Бога, которые были процитированы выше). Каждая частичка знания Божьего всегда вполне присутствует в Его сознании; ничто никогда не тускнеет и не переходит в подсознание. И наконец, в определении говорится не только о простом акте, но о «вечном акте». Это означает, что знание Бога никогда не изменяется и не возрастает. Если бы Он мог узнавать что–то новое, то Он не был бы всеведущ. Таким образом, на протяжении всей вечности Бог знал все, что произойдет, и все, что Он мог бы свершить.

Кто–то может возразить, что Бог обещает простить (забыть) наши грехи. Например, Он говорит: «Грехов твоих не помяну» (Ис. 43:25). Однако тексты, подобные этому, безусловно, следует понимать в том смысле, что Бог не допустит, чтобы знание об этих грехах играло какую–то роль в том, как Он относится к нам: Он «забудет» их в наших с Ним взаимоотношениях. Другое возражение против библейского учения о всеведении Бога выдвигалось на основании текстов Иер. 7:31; 19:5 и 31:35, где Бог говорит об ужасной практике сожжения родителями собственных детей в жертву языческому богу Ваалу, и добавляет: «чего Я не повелевал, и что Мне на сердце [в цитируемой автором английской версии — «на ум», «into my mind». — Примеч. пер.] не приходило» (Иер. 7:31). Означает ли это, что до времен Иеремии Бог никогда не думало том, что родители станут приносить в жертву своих собственных детей? Конечно, не означает, поскольку именно это происходило веком раньше во времена правления Ахаза (4 Цар. 16:3) и Осии (4 Цар. 17:17), и Сам Бог запретил эту практику за 800 лет до этого, во времена Моисея (Лев. 18:21). Стихи из Книги Пророка Иеремии, вероятно, правильнее переводить дословно: «Мне на сердце не приходило» (как в Иер. 7:31, в версии KJV, и в буквальном пере–воде в NASB mg. — в еврейском тексте употреблено слово לב , которое чаще всего переводится «сердце»), в смысле: «Я этого не желал, не стремился к этому, не мыслил об этом в позитивном плане».

Другая сложность, возникающая в данной связи, — это вопрос об отношении между знанием Бога обо всем, что произойдет в будущем, и реальностью и той степенью свободы, которой мы обладаем в наших поступках. Если Бог знает все, что произойдет, то как наш выбор может быть «свободным»? Эта трудность стала столь значительной, что некоторые богословы решили, что Бог не знает всего будущего. Они сказали, что Бог не знает того, что (по их мнению) знать невозможно, например, свободные действия людей, которые еще не имели места (иногда употребляется выражение «возможные действия свободных моральных агентов», где «возможный» означает «вероятный, но не безусловный»). Однако подобная точка зрения не может быть принята, поскольку она, по сути, отрицает знание Бога о будущем человеческой истории в любой момент времени и в этом не согласуется с процитированными выше текстами, в которых говорится о знании Богом будущего, и с десятками других ветхозаветных пророческих текстов, в которых Бог подробно предсказывает далекое будущее.

Как же разрешить это затруднение? Хотя гораздо подробнее вопрос о провидении Божьем будет рассматриваться в гл. 15, здесь будет полезно отметить предположение Августина, который сказал, что Бог дал нам «разумное самоопределение». В этом утверждении не употреблены слова «свободный» или «свобода», эти термины крайне трудно удовлетворительно определить при учете полного знания будущих событий, которым обладает Бог. Однако в этом выражении утверждается очень важная для нас истина, которую мы знаем из нашего опыта, а именно: наш выбор и наши решения «разумны». То есть мы думаем о том, что сделать, сознательно решаем, что мы будем делать, и затем следуем принятому нами решению.

В утверждении Августина говорится также о том, что мы обладаем «самоопределением». Это означает, что наш выбор действительно определяет то, что происходит. События не происходят сами по себе, независимо от наших решений, напротив, они происходят вследствие наших решений. В этом утверждении нет попыток определить смысл выражений «свободны» или «несвободны», да это и не является действительно важной проблемой. Для нас важно, что мы мыслим, выбираем и действуем и что эти мысли, этот выбор и эти действия реальны и действительно имеют значение в вечности. Если Бог знает все наши мысли, слова и дела задолго до того, как они возникают, то должен быть такой аспект, в котором наш выбор не является абсолютно свободным. Однако дальнейшее определение этой проблемы лучше оставить до полного рассмотрения в гл. 15.

4. Мудрость. Мудрость Бога означает, что Бог всегда избирает наилучшие цели и наилучшие средства для достижения этих целей. Это определение выходит за рамки представления о том, что Бог знает все. Здесь уточняется, что решения Бога о том, что Он будет делать, — это всегда мудрые решения; другими словами, они всегда приводят к наилучшим результатам (с точки зрения Бога), и эти результаты всегда достигаются через наилучшие из возможных средств.

Писание утверждает мудрость Бога в целом во многих текстах. Он назван «Единым премудрым Богом» (Рим. 14:26). Иов говорит, что Бог «премудр сердцем» (Иов. 9:4) и что «у Него премудрость и сила; Его совет и разум» (Иов. 12:13). Мудрость Бога особенно проявляется в творении. Псалмопевец восклицает: «Как многочисленны дела Твои, Господи! Все соделал Ты премудро; земля полна произведений Твоих» (Пс. 103:24). Когда Бог сотворил мир, он совершенным образом подходил для того, чтобы прославлять Бога как в каждодневном процессе, так и в тех целях, ради которых он был сотворен. Даже теперь, когда мы все еще видим последствия греха и проклятия в естественном мире, мы все равно поражаемся тому, насколько гармонично и сложно творение Божье.

Мудрость Бога видна также в Его великом плане спасения. Христос есть «Божия премудрость» для призванных (1 Кор. 1:24,30), несмотря на то что слово о кресте — это «юродство» для тех, кто отвергает его, и тех, кто считает самого себя мудрым в этом мире (1 Кор. 1:18—20). Однако даже в этом проявляется мудрый план Божий: «Ибо, когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих. <…> …Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых… для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом» (1 Кор. 1:21,27,29).

Павел знает, что то, о чем мы сейчас думаем как о «простой» евангельской вести, понятной даже детям, отражает поразительный план Бога, который в глубинах своей мудрости превосходит все, что только человек может себе представить. В конце одиннадцати глав размышлений о мудрости Божьего плана спасения, Павел вдруг, без предварительного намерения, начинает прославлять Бога: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим. 11:33).

Когда Павел проповедует Евангелие как иудеям, так и язычникам, и они воссоединяются в едином теле Христовом (Еф. 3:6), невероятная «тайна, сокрывавшаяся от вечности в Боге» (Еф. 3:9), становится явной для всех. Во Христе эти совершенно разные люди становятся едины. Когда настолько этнически и культурно разные группы людей становятся членами тела Христова, то исполняется Божий план, который состоит в том, чтобы «ныне соделалась известною чрез Церковь начальствам и властям на небесах многоразличная премудрость Божия» (Еф. 3:10).

В наши дни это означает, что мудрость Божья становится видна даже ангелам и бесам («начальствам и властям»), когда люди различного расового и культурного происхождения объединяются во Христе в церкви. Если христианская церковь верна мудрому плану Божьему, то она всегда будет впереди в деле преодоления расовых и социальных барьеров в обществах всего мира и, следовательно, будет видимым проявлением поразительно мудрого плана Божьего, который заключается в сотворении великого единства из широкого разнообразия и в том, чтобы через это все творение прославило Бога.

Мудрость Божья проявляется и в жизни каждого из нас. «Мы знаем, что все содействует ко благу тем, кто любит Его, кто призван в соответствии с Его намерением» (Рим. 8:28, перевод мой. — У. Г.). Здесь Павел утверждает, что Бог действует мудро во всем, что происходит в нашей жизни, и что через все это Он уподобляет Христу (Рим. 8:29). Мы должны быть совершенно спокойны и радостны в нашей повседневной жизни, зная, что Бог устраивает все таким образом, что мы приближаемся к наивысшей цели всей нашей жизни — к тому, чтобы стать такими, как Христос, и этим прославить Его. Эта уверенность давала Павлу силы принимать «жало в плоть» (2 Кор. 12:7) как нечто хотя и доставляющее боль, но такое, что Бог в Своей мудрости решил не удалять от Павла (2 Кор. 12:8—10).

Каждый день нашей жизни мы должны успокаивать наше отчаяние знанием о бесконечной мудрости Божьей: если мы — Его дети, то мы можем быть уверены, что в нашей жизни Он действует мудро и сегодня, для того чтобы привести нас к большему соответствию образа Христа.

Мудрость Бога, конечно, отчасти сообщается нам. Мы можем попросить Бога о мудрости, когда нуждаемся в этом, ибо Он обещал в Своем Слове: «Если же у кого из вас недостает мудрости, да просит у Бога, дающего всем просто и без упреков, — и дастся ему» (Иак. 1:5). Эта мудрость, или навык такой жизни, которая угодна Богу, основана, прежде всего, на чтении Его Слова: «Откровение Господа верно, умудряет простых» (Пс. 18:8; ср.: Втор. 4:6—8).

«Начало мудрости — страх Господень» (Пс. 110:10; Прит. 9:10; ср.: Прит. 1:7), поскольку если мы боимся обесчестить Бога или не угодить Ему и если мы боимся Его отеческого наказания, то у нас есть мотив, который побуждает нас идти Его путями и жить в соответствии с Его мудрыми заповедями. Кроме того, обладание мудростью Бога ведет не к гордыне, а к смирению (Прит. 11:2; Иак. 3:3), не к дерзости, а к миру и послушанию (Иак. 3:14—18). Человек, который мудр мудростью, соответствующей Божьим требованиям, постоянно пребывает в послушании Господу и желает прославить Его.

Но мы должны помнить и о том, что мудрость Божья не сообщается нам полностью: мы никогда не сможем вполне разделить мудрость Бога (Рим. 11:33). В практическом плане это означает, что в этой жизни мы очень часто не будем понимать, почему Бог допустил то или иное. В такой ситуации нам просто следует доверять Ему и продолжать повиноваться Его мудрым заповедям в нашей жизни: «Итак страждущие по воле Божией да предадут Ему, как верному Создателю, души свои, делая добро» (1 Пет. 4:19; ср.: Втор. 29:29; Прит. 3:5,6). Бог бесконечно мудр, а мы нет, и мы угождаем Ему, если доверяем Его мудрости, даже когда не понимаем Его действий.

5. Истинность (и верность). Истинность Бога означает, что Он — истинный Бог и что все Его знание и все Его слова — истинны и являются высшим эталоном истины.

Слово «достоверный», которое означает «истинный», «не вызывающий сомнения», иногда употребляется как синоним понятия истинности Бога.

Первая часть этого определения показывает, что Тот Бог, Который открыт нам в Писании, — это истинный или реальный Бог и что все прочие так называемые «боги» — идолы. «Господь Бог есть истина; Он есть Бог живый и Царь вечный. <…>…Боги, которые не сотворили неба и земли, исчезнут с земли и из–под небес» (Иер. 10:10,11). Иисус говорит Отцу: «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17:3; ср.: 1 Ин. 5:20).

Мы можем спросить: что значит быть истинным Богом, в противоположность прочим существам, которые не являются Богом? Это должно означать, что Бог в Своем Собственном бытии или существе — это Тот, Кто полностью соответствует тому, каким должен быть Бог, а именно Он есть Существо, Которое бесконечно совершенно в силе, мудрости, благости, в господстве над временем и пространством и т. д. Однако мы вновь можем спросить: чье это представление о Боге? Какому представлению о Боге следует соответствовать для того, чтобы быть истинным Богом?

Здесь наше рассуждение становится до некоторой степени цикличным, так как мы не должны говорить, что существо должно соответствовать нашему представлению о том, каким должен быть Бог, для того чтобы быть истинным Богом! Мы — всего лишь творение! Мы не можем определить, каким должен быть истинный Бог! Поэтому мы должны сказать, что только Сам Бог обладает совершенным представлением о том, каким должен быть истинный Бог. Сам Он и является истинным Богом, поскольку в своем бытии и существе Он в совершенстве соответствует Своему Собственному представлению о том, каким должен быть истинный Бог. Кроме того, Он поместил в наш разум отражение Своего Собственного представления о том, каким должен быть истинный Бог, и это позволяет нам признать его в качестве Бога.

Данное выше определение утверждает также, что все Божье знание истинно и является высшим эталоном истины. Иов говорит нам, что Бог — «Совершеннейший в знании» (Иов. 37:16; см. также те стихи, которые были процитированы выше, в разделе, посвященном всеведению Бога). Утверждать, что Бог знает все и что Его знание совершенно, — значит утверждать, что Он никогда не ошибается в Своем восприятии или понимании мира: все, что Он знает и думает, — истинно и является правильным пониманием природы реальности. Поскольку Бог знает все вещи бесконечно хорошо, мы даже можем сказать, что стандарт истинного знания — это соответствие знанию Бога. Если мы думаем то же самое, что думает Бог о чем бы то ни было в мире, мы думаем об этом истинно.

Наше определение утверждает также, что слова Бога истинны и являются высшим эталоном истины. Это означает, что Бог правдив и верен во всех Своих словах. В отношении Своих обетовании, Бог всегда исполняет то, что Он обещал, и мы можем надеяться на Него в том, что Он никогда не будет неверен в отношении Своих обетовании. Поэтому «Бог верен» (Втор. 32:4). Этот конкретный аспект истинности Бога иногда рассматривают как отдельный атрибут: верность Бога означает, что Бог всегда делает то, что сказал, и верен тому, что пообещал (Чис. 23:19; ср.: 2 Цар. 7:28; Пс. 140:6 [в этом стихе в синодальном русском переводе говорится о «кротких словах», автор же основывается на англоязычной версии, в которой речь идет об «истинных словах», что не вполне точно по отношению к еврейскому тексту — в нем употреблен глагол DM, «быть милым, приятным»; таким образом, русский синодальный перевод здесь более точен. — Примеч. пер.] идр.). Ему можно доверять, и Он никогда не покажет Себя неверным по отношению к тем, кто верит в то, что Он сказал. И в самом деле — суть истинной веры заключается в том, чтобы доверять Богу на слово, и в том, чтобы полагаться на Него в Его обетованиях.

Кроме того факта, что Бог верен Своим обетованиям, мы также должны утверждать, что все слова Бога о Нем Самом и о Его творении полностью соответствуют действительности. Иными словами, когда Бог говорит, Он говорит истину. Он — «не лгущий Бог» (Тит. 1:2, перевод мой. — У. Г.), Он Бог, Который не может солгать (Евр. 6:18), Бог, Чьи слова совершенно «чисты» (Пс. 11:7), Тот, о Ком можно сказать: «Всякое слово Бога чисто» (Прит. 30:5). Слова Бога истинны не просто в том смысле, что они соответствуют какому–либо эталону истины вне Бога. Они — сама истина; они являются высшим эталоном и определением истины. Поэтому Иисус говорит Отцу: «Слово Твое есть истина» (Ин. 17:17). То, что было сказано об истинности знания Бога, может быть сказано также и о словах Бога, так как они основаны на Его совершенном знании и точно отражают это совершенное знание; слова Бога — это «истина» в том смысле, что они — высший эталон, по которому следует судить об истинности; все, что согласуется со словами Самого Бога, также истинно, а то, что не согласуется с ними, — неистинно.

Истинность Бога также является передаваемым атрибутом, потому что мы частично можем подражать ей, стремясь к обладанию истинным знанием о Боге и о Его мире. Ведь когда мы верно мыслим о Боге и творении, когда мы узнаем что–либо из Писания и позволяем Писанию вести нас в нашем наблюдении и истолковании мира, у нас появляются те же самые мысли, что и у Бога! Мы можем воскликнуть вместе с псалмопевцем: «Как возвышенны для меня помышления Твои, Боже, и как велико число их!» (Пс. 138:17).

Это должно побудить нас к приобретению знаний во всех сферах естественных, социальных наук и наук гуманитарного цикла. Какими бы исследованиями мы ни занимались, когда мы открываем новую истину о природе реальности, мы открываем еще одну истину, уже известную Богу. В этом смысле мы можем сказать, что «Всякая истина — это истина Божья» и радоваться всякий раз, когда изучение или открытие этой истины используется так, как это угодно Богу. Возрастание в знании — это процесс уподобления Богу, процесс, в ходе которого мы становимся существами, еще более близкими к образу Божьему. Павел говорит нам, что мы облеклись в «нового человека», который, по его словам, «обновляется в познании по образу Создавшего его» (Кол. 3:10).

Живя в обществе, которое крайне невнимательно относится к истинности произносимых слов, мы, как дети Божьи, должны подражать нашему Творцу и тщательно следить за тем, чтобы наши слова всегда были истинными. «Не говорите лжи друг другу, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового» (Кол. 3:9,10). И вновь Павел призывает: «Посему, отвергнувши ложь, говорите истину каждый ближнему своему» (Еф. 4:25). Павел говорит, что в своем собственном служении он стремится к абсолютной истинности: «Отвергнувши скрытные постыдные дела, не прибегая к хитрости и не искажая слова Божия, а открывая истину, представляем себя совести всякого человека пред Богом» (2 Кор. 4:2). Мы угождаем Богу, когда отвергаем от себя «лживость уст» (Прит. 4:24) и произносим такие слова, которые приемлемы не только для людей, но также и для Самого Господа (Пс. 18:15).

Кроме того, мы должны подражать истинности Бога в нашей реакции на правду и ложь. Подобно Богу, мы должны любить истину и ненавидеть ложь. Заповедь, запрещающая лжесвидетельствовать против ближнего своего (Исх. 20:16), как и другие заповеди, требует не просто внешнего ее исполнения, а исполнения всем сердцем. Тот, кто угоден Богу, «говорит истину в сердце своем» (Пс. 14:2) и стремится быть подобным праведнику, который «ненавидит ложное слово» (Прит. 13:5). Бог повелевает Своему народу через Захарию: «Никто из вас да не мыслит в сердце своем зла против ближнего своего, и ложной клятвы не любите; ибо все это Я ненавижу, говорит Господь» (Зах. 8:17).

Эти заповеди даны нам потому, что Бог Сам любит истину и ненавидит ложь: «Мерзость пред Господом — уста лживые, а говорящие истину благоугодны Ему» (Прит. 12:22; ср.: Ис. 59:3,4). Ложь исходит не от Бога, а от сатаны, который радуется лжи: «Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Ин. 8:44). Не случайно, что вместе с «боязливыми» и «неверными», «скверными» и «убийцами», с «любодеями», «чародеями» и «идолослужителями», которые пребывают «в озере, горящем огнем и серою», вдали от небесного города, находятся также и «все лжецы» (Отк. 21:8).

Итак, писание учит нас, что ложь скверна не только из–за величайшего вреда, который она приносит (а вред она приносит гораздо больший, чем мы думаем), но также по более глубокой и значимой причине: когда мы лжем, мы бесчестим Бога и уменьшаем Его славу, ибо мы, сотворенные по образу Божьему для того, чтобы отражать Его славу в нашей жизни, действуем в противоречии с качествами Бога.

 

В. Нравственные атрибуты

6. Благость. Благость Бога означает, что Бог — это высший эталон блага, и все — и сущность, и дела Бога — достойны одобрения.

В этом определении мы сталкиваемся с той же ситуацией, которую мы анализировали в определении Бога как истинного Бога. Здесь слово «благой» может быть осмыслено в значении «достойный одобрения», однако мы не ответили на вопрос, чье одобрение может быть эталоном? В определенном смысле, мы можем сказать, что все благое должно заслуживать нашего одобрения. Однако, в высшем смысле, мы не вольны решать, что заслуживает одобрения, а что нет. Поэтому, в высшем смысле, существо и действия Бога вполне заслуживают Его собственного одобрения. Таким образом, Он является высшим эталоном блага. Иисус подразумевает именно это, когда говорит: «Никто не благ, как только один Бог» (Лк. 18:19). В псалмах часто говорится о том, что «благ Господь» (Пс. 99:5). Псалмопевец восклицает: «Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его» (Пс. 105:1; 106:1 и др.). Давид призывает нас: «Вкусите, и увидите, как благ Господь!» (Пс. 33:9).

Но если Сам Бог благ и потому является высшим эталоном блага, то у нас есть определение «благого», которое поможет нам в изучении этики и эстетики. Что есть «благо»? «Благо» — это то, что одобряет Бог. Тогда мы можем спросить: почему то, что Бог одобряет, — благо? На это мы должны ответить: потому что Он одобряет это. Это означает, что нет более высокого эталона благости, чем качества Самого Бога и чем Его одобрение того, что соответствует этим качествам. Тем не менее Бог даровал нам некоторое отражение Своего чувства благого, поэтому, когда мы оцениваем вещи так, как того желал Бог, создавая человека, мы тоже одобряем то, что одобряет Он.

Наше определение утверждает также, что все, что Бог делает, достойно одобрения. Мы видим подтверждение этому в повествовании о творении: «И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1:31). Псалмопевец связывает благость Бога с благостью Его деяний: «Благ и благодетелен Ты, — научи меня уставам Твоим» (Пс. 118:68). Псалом 103 — это великолепный пример хвалы Богу за Его благость в творении, тогда как многие другие псалмы, например Пс. 105 и 106, благодарят Бога за благость всех Его деяний по отношению к Его народу. А Павел призывает нас познавать на практике, в чем воля Божья в нашей жизни является «благой, угодной и совершенной» (Рим. 12:2).

Писание также говорит нам, что Бог — это источник всего блага в мире. «Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак. 1:17; ср.: Пс. 144:9; Деян. 14:17). Кроме того, для Своихдетей Бог свершает только благо. Мы читаем: «Ходящих в непорочности Он не лишает благ» (Пс. 83:12). И в том же самом контексте, в котором Павел успокаивает нас, утверждая, «что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28), он говорит также: «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего?» (Рим. 8:32). Гораздо более, чем отец земной, наш небесный Отец «даст блага просящим у Него» (Мф. 7:11), и даже Его наказания — это проявление любви и предназначены к нашему благу (Евр. 12:10). Это знание о великой благости Бога должно побуждать нас благодарить Его «за все» (1 Фес. 5:18).

Подражая этому передаваемому свойству, мы также должны творить благо (т. е. должны делать то, что одобряет Бог) и тем самым подражать благости нашего небесного Отца. Павел пишет: «Итак, доколе есть время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере» (Гал. 6:10; ср.: Лк. 6:27,33—35; 2 Тим. 3:17). Кроме того, когда мы понимаем, что Бог — это определение и источник всего блага, мы осознаем также, что Сам Бог — это наивысшее благо изо всех благ, к которым мы стремимся. Мы восклицаем вместе с псалмопевцем: «Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек» (Пс. 72:25,26; ср.: 15:11; 41:2,3).

Благость Бога тесно связана со многими другими Его качествами и среди прочих — с любовью, милосердием, благоволением и долготерпением. Иногда их считают самостоятельными атрибутами и рассматривают отдельно. Иногда их считают частью благости Бога и рассматривают как разные аспекты благости. В этой главе любовь мы рассмотрим как отдельный атрибут, поскольку она занимает весьма важное место в Писании. Три других качества (милосердие, благоволение и долготерпение), не менее значимых в Писании, будут рассмотрены вместе как аспекты благости Бога в применении к людям в конкретных ситуациях. Таким образом, милосердие Бога — это Его благость по отношению к тем, кто пребывает в страдании, Его милость — это Его благость к тем, кто заслуживает лишь наказания, а Его долготерпение — это Его благость к тем, кто упорствует в грехе в течение определенного времени (о милосердии, милости и долготерпении см. ниже).

7. Любовь. Любовь Бога означает, что Он вечно дарует Себя другим.

В этом определении любовь понимается как самопожертвование ради блага других. Этот атрибут Бога показывает, что Его природе свойственно дарование Себя Самого ради благословения или блага других.

Иоанн говорит нам, что «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8). Следовательно, этот атрибут Бога действовал среди членов Троицы еще до творения. Иисус говорит Отцу: «Да видят славу Мою, которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мира» (Ин. 17:24), указывая тем самым, что Отец даровал Сыну любовь и славу от вечности. Это продолжается и сейчас, так как мы читаем: «Отец любит Сына и все дал в руку Его» (Ин. 3:35).

Любовь эта взаимна, ибо Иисус говорит: «Но чтобы мир знал, что Я люблю Отца, и как заповедал Мне Отец, так и творю» (Ин. 14:31). Любовь между Отцом и Сыном также характеризует, по–видимому, Их отношения со Святым Духом, хотя об этом непосредственно не упоминается. Эта вечная любовь Отца к Сыну, Сына к Отцу и Их обоих к Святому Духу делает небо миром любви и радости, поскольку каждая личность Троицы стремится принести радость и счастье двум другим личностям.

Самопожертвование, которое характеризует Троицу, ярко выражается в отношении Бога к человечеству, и особенно к грешникам. «В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши» (1 Ин.4:10). Павел пишет: «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:8). Иоанн также пишет: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). Павел говорит также: «Живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (Гал. 2:20), тем самым показывая прямое личное применение любви Христа к конкретным грешникам. Мы должны радоваться мысли о том, что Бог–Отец, Сын и Дух Святой предают Себя нам для того, чтобы мы были подлинно счастливы. Действовать так по отношению к тем, кого Он любит, — в природе Бога, и Он будет действовать так по отношению к нам вечно.

Мы подражаем этому сообщаемому атрибуту Бога, во–первых, в ответной любви к Богу, а во–вторых, любя ближних, в подражание тому, как любит их Бог. Все наши обязательства перед Богом можно коротко изложить так: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим… Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:37,38). Если мы любим Бога — мы повинуемся Его заповедям (1 Ин. 5:3) и делаем то, что угодно Ему. Мы любим Бога, а не мир (1 Ин. 2:15), и мы поступаем так, потому что Он прежде возлюбил нас (1 Ин. 4:19).

Это открывает нам один из наиболее поразительных фактов Писания: любовь Бога подразумевает, что Он отдает Себя, чтобы сделать нас счастливыми, так и мы можем в ответ отдать Ему себя и принести радость в Его сердце. Исайя обещает народу Божьему: «Как жених радуется о невесте, так будет радоваться о тебе Бог твой» (Ис. 62:5), а Софония говорит народу Божьему: «Господь Бог твой среди тебя… возвеселится о тебе радостью, будет милостив по любви Своей, будет торжествовать о тебе с ликованием» (Соф. 3:17,18).

Наше подражание любви Бога проявляется также в любви к другим. Иоанн прямо говорит об этом: «Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга» (1 Ин. 4:11). Наша любовь к другим в общении верующих является столь очевидным подражанием Христу, что мир узнает нас по ней: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35; ср.: 15:13; Рим. 13:10; 1 Кор. 13:4—7; Евр. 10:24). Сам Бог дарует нам Свою любовь для того, чтобы дать нам способность любить друг друга (Ин. 17:26; Рим. 5:5). Кроме того, наша любовь к врагам особенно ярко отражает любовь Бога (Мф. 5:43—48).

8. Милосердие, милость, долготерпение. Эти три атрибута Бога могут рассматриваться как различные свойства или как три аспекта благости Бога. Данные здесь определения показывают эти атрибуты как особые примеры благости Бога, направленные на благо особых категорий людей.

Милосердие Бога означает благость Бога к тем, кто пребывает в нужде и страдании.

Милость Бога означает благость Бога к тем, кто заслуживает лишь наказания.

Долготерпение Бога означает благость Бога в отсрочке наказания по отношению к тем, кто пребывает в грехе в течение определенного времени.

Эти три характеристики природы Бога часто упоминаются вместе, особенно в Ветхом Завете. Когда Бог объявил Свое имя Моисею, Он сказал: «Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный» (Исх. 34:6). Давид говорит в Пс. 102:8: «Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив».

Поскольку эти три характеристики Бога часто упоминаются вместе, то может показаться, что между ними трудно провести различие. Однако милосердие Бога часто упоминается, когда люди пребывают в нужде или страдании. Например, Давид говорит: «…тяжело мне очень; но пусть впаду я в руки Господа, ибо велико милосердие Его…» (2 Цар. 24:14). Два слепца, которые хотят, чтобы Иисус увидел их беду и исцелил их, восклицают: «Помилуй нас, Иисус, Сын Давидов!» (Мф. 9:27). Когда Павел говорит о том факте, что Бог утешает нас в горестях, он так называет Бога: «Отец милосердия и Бог всякого утешения» (2 Кор. 1:3). В нужде нам следует приблизиться к престолу Божьему, чтобы обрести как милость, так и благодать (Евр. 4:16; ср.: 2:17; Иак. 5:11). Мы должны подражать милосердию Божьему в нашем отношении к другим людям: «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут» (Мф. 5:7; ср.: 2 Кор. 1:3,4).

Что касается милости, то в Писании подчеркивается, что милость Божья, или Его благорасположение к тем, кто заслуживает лишь наказания, никогда не обретается в обмен на что–либо — она всегда свободно даруется Богом. Бог говорит: «Кого помиловать, помилую, кого пожалеть, пожалею» (Исх. 33:19; цитируется в Рим. 9:15). Однако Бог очень часто милует Свой народ: «Призри на меня и помилуй меня, как поступаешь с любящими имя Твое» (Пс. 118:132). Петр даже называет Его «Богом всякой благодати» (1 Пет. 5:10).

Милость, как благость Бога, даруемая тем, кто не заслуживает ее, особенно часто упоминается в писаниях Павла. Он подчеркивает, что спасение по благодати является противоположностью спасения человеческим усилием, ибо благодать — это свободно предоставляемый дар. «Потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе» (Рим. 3:23,24). Разница между благодатью и спасением, заслуженным делами, достойными вознаграждения, видна также в Рим. 11:6: «Но, если по благодати, то не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатию». Таким образом, благодать — это благосклонность Бога, которая свободно даруется тем, кто ее не заслуживает.

Павел также считает, что поскольку благодать не заслужена, то есть только одно человеческое состояние, могущее служить инструментом обретения этой благодати, а именно вера: «Итак по вере, чтоб было по милости, дабы обетование было непреложно для всех…» (Рим. 4:16). Вера — это такое состояние человека, которое противоположно зависимости от самого себя, так как она связана с доверием другому или с зависимостью от него. Таким образом, вера свободна от самоуверенности или от попыток заслужить праведность человеческим усилием. Если благосклонность Бога не связана с нашими заслугами, то мы должны обретать ее, полагаясь не на наши заслуги, а на заслуги Другого, и именно в этом и заключается вера.

В Новом Завете, и в особенности в писаниях Павла, не только прощение грехов, но и вся христианская жизнь рассматривается как результат постоянного дарования благодати от Бога. Павел даже говорит: «Но благодатию Божиею есмь то, что есмь» (1 Кор. 15:10). Лука говорит, что в Антиохии Павел и Варнава «были преданы благодати Божией на дело, которое и исполнили» (Деян. 14:26), указывая, что церковь, посылая Павла и Варнаву, рассматривала успех их служения в зависимости от постоянного дарования благодати Божьей. Кроме того, благословение, или «благодать», — это наиболее частое апостольское благословение, которое Павел обращает к своим чи־ тателям (см., напр.: Рим. 1:7; 16:20; 1 Кор. 1:3; 16:23; 2 Кор. 1:2; 13:14; Гал. 1:3; 6:18).

Также и долготерпение Бога в процитированных выше стихах упоминалось в связи с милосердием Бога. Ветхий Завет часто говорит о Боге как о «долготерпеливом» Боге (Исх. 34:6; Чис. 14:18; Пс. 85:15; 102:8; 144:8; Ион. 4:2; Наум. 1:3 и др.). В Новом Завете Павел говорит о богатстве «благости, кротости и долготерпения Божия» (Рим. 2:4) и указывает, что Иисус Христос проявил по отношению к самому Павлу «все долготерпение», как пример для других (1 Тим. 1:16; ср.: Рим. 9:22; 1 Пет. 3:20).

Мы также должны подражать Божьему долготерпению и быть «медленны на гнев» (Иак. 1:19) и терпеливы в страдании, подобно Христу (1 Пет. 2:20). Нам следует жить «со всяким… долготерпением» (Еф. 4:2); приводится «долготерпение» и в списке плодов Духа в Гал. 5:22 (см. также: Рим. 8:25; 1 Кор. 13:4; Кол. 1:11; 3:12; 2 Тим. 3:10; 4:2; Иак. 5:7,8; Отк. 2:2,3 и др.). Как и прочие атрибуты Бога, которым нам следует подражать, долготерпение требует постоянного доверия Богу в исполнении Его обетовании и достижения в нашей жизни положенных Им целей в должное время. Наша уверенность в том, что Господь скоро осуществит Свои намерения ради нашего блага и Его славы, дает нам силы к долготерпению. Иаков говорит в этой связи: «Долготерпите и вы, укрепите сердца ваши, потому что пришествие Господне приближается» (Иак. 5:8).

9. Святость. Святость Бога означает, что Он отделен от греха и предан тому, чтобы искать Себе чести . В этом определении содержится как относительное качество (отделение от), так и моральное качество (отделение от греха или от зла и предание Себя стремлению к благу собственной Божьей чести и славы). Представление о святости, которая включает как отделение себя от зла, так и предание себя собственной славе Божьей, содержится в целом ряде ветхозаветных текстов. Например, слово «святой» употреблено для описания обоих частей скинии. Сама скиния была местом, отделенным от зла и греха мира, и первое помещение в ней называлось «святилищем». Оно было посвящено служению Богу. Затем Бог повелел, чтобы там была завеса: «И будет завеса отделять вам святилище от Святого–святых» (Исх. 26:33). Святая святых, где размещался ковчег Завета, было местом, в наибольшей степени отделенным от зла и греха и в наивысшей степени посвященным служению Богу.

Место, в котором пребывал Бог, было свято: «Кто взойдет на гору Господню, или кто станет на святом месте Его?» (Пс. 23:3). Элемент посвященности служению Богу виден также и в святости субботнего дня: «Благословил Господь день субботний и освятил его» (или «посвятил»; глагол קדש означает «делать святым»; Исх. 20:11; ср.: Быт. 2:3). Субботний день был освящен потому, что он был отделен от обычных мирских дел и посвящен служению Богу. Точно так же скиния и жертвенник, как и Аарон с его сыновьями, были «освящены» (Исх. 29:44), т. е. отделены от обычных дел, и от зла, и греха мира и посвящены служению Богу (ср.: Исх. 30:25—33).

Сам Бог свят. Он назван «Святым Израилевым» (Пс. 70:22; 77:41; 88:18; Ис. 1:4; 5:19,24 и др.). Серафимы вокруг престола Божьего восклицают: «Свят, свят, свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:3). «Свят Господь, Бог наш», — восклицает псалмопевец (Пс. 98:9; ср.: 98:3,5; 21:3).

Святость Бога — это тот образец, которому следует подражать людям. Он повелевает им: «Святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш» (Лев. 19:2; ср.: 11:44,45; 20:26; 1 Пет. 1:16). Когда Бог призвал Свой народ из Египта, привел его к Себе и повелел ему слушаться Его голоса, Он сказал: «А вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исх. 19:4—6). В данном случае идея об отделении от зла и греха (которая здесь поразительным образом является частью представления об отделении от жизни Египта), а также идея о преданности Богу (в служении Ему и соблюдении Его повелений) показаны нам на примере «святого народа».

Новозаветным верующим также дано повеление: «Старайтесь иметь… святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14). Сказано, что Бог наказывает, «чтобы нам иметь участие в святости Его» (Евр. 12:10). Павел призывает христиан отделяться оттого влияния, которое производит общение с неверующими (2 Кор. 6:14—18), а затем говорит: «Очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню [или «святость». — Примеч. пер.] в страхе Божием» (2 Кор. 7:1; ср.: Рим. 12:1). Сама церковь предназначена Богом возрастать «в святой храм в Господе» (Еф. 2:21), а труд Христа ради церкви в том, «чтобы освятить ее… чтобы представить ее Себе славною… дабы она была свята и непорочна» (Еф. 5:26,27). Не только отдельные люди, но вся церковь должна возрастать в святости!

Захария пророчествует о том дне, когда все на земле будет «святыней Господу». Он говорит:

В то время даже на конских уборах будет начертано: «святыня Господу», и котлы в доме Господнем будут, как жертвенные чаши пред алтарем. И все котлы в Иерусалиме и Иудее будут святынею Господа Саваофа…
(Зах. 14:20,21).

Тогда все на земле будет отделено от зла, очищено от греха и посвящено служению Богу в истинной моральной чистоте.

10. Мир (или порядок). В Первом послании к Коринфянам 14:33 Павел говорит: «Бог не есть Бог неустройства, но мира». Хотя «мир» и «порядок» традиционно не считались атрибутами Бога, Павел указывает здесь еще одно качество, о котором мы можем думать как об отдельном атрибуте Бога. Он говорит, что действия Бога характеризуются «миром», а не «неустройством» (греч. ακαταστασία, «беспорядок, несогласие, беспокойство»). Сам Бог — «Бог мира» (Рим. 15:33; 16:20; Флп. 4:9; 1 Фес. 5:23; Евр. 13:20; ср.: Еф. 2:14; 2 Фес. 3:16). Но те, кто ходит в неправедности, не имеют мира: «Нечестивым же нет мира, говорит Господь» (Ис. 48:22; 57:21; ср.: 59:8).

Однако когда Бог взирает с состраданием на народ, который Он любит, Он видит его как жену, о которой сказано: «Бедная, бросаемая бурею (LXX — ακατάστατος, «в беспорядке, в смятении»), безутешная!» (Ис. 54:11), и обещает выложить его основание из драгоценных камней (Ис. 54:11,12) и привести его к «миру» (Ис. 55:12). Возвещение Божьего плана спасения содержит в себе обетование мира народу Божьему (Пс. 28:11; 84:8; 118:165; Прит. 3:17; Ис. 9:6,7; 26:3; 57:19; Ин. 14:27; Рим. 8:6; 2 Фес. 3:16 и др.). Ведь третьим элементом, который Павел называет среди даров Духа, является «мир» (Гал. 5:22).

Этот мир явно не подразумевает бездействия. Ясно, что именно о времени интенсивного роста и активности Лука пишет: «Церкви же по всей Иудее, Галилее и Самарии были в покое [точнее, «в мире», εϊχεν έιρήνην. — Примеч. пер.], назидаясь и ходя в страхе Господнем» (Деян. 9:31). Кроме того, хотя Бог и есть Бог мира, Он также Тот, Кто «не дремлет и не спит» (Пс. 120:4). Он Бог, Который постоянно действует (Ин. 5:17). И небеса — это не только место мира, это также место постоянного прославления Бога и служения Ему.

Таким образом, понятие «мир Бога» может быть определено следующим образом: мир Бога означает, что в бытии Бога и в Его деяниях Он отделен от смятения и беспорядка, хотя Он и постоянно действует в неисчислимых упорядоченных, полностью контролируемых и одновременных актах деяния.

Это определение указывает, что мир Бога связан не с бездействием, а с упорядоченной и контролируемой деятельностью. Безусловно, осуществление подобной деятельности требует бесконечной мудрости, силы и бесконечного знания Бога.

Если мы понимаем мир Бога таким образом, мы можем увидеть подражание этому атрибуту Бога не только в «мире» как в одной из составляющих плодов Духа (Гал. 5:22,23), но также и в последнем из упомянутых там элементов — в «воздержании» (Гал. 5:23). Когда мы, народ Божий, ходим Его путями, мы все больше и больше познаем на опыте, что Царство Божье — это действительно «праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14:17), и мы можем сказать о мудрости Божьей: «Пути ее — пути приятные, и все стези ее — мирные» (Прит. 3:17).

11. Праведность, справедливость. В английском языке (как и в русском. — Примеч. пер.) термины «праведность» и «справедливость» — это разные слова, однако как в еврейском Ветхом Завете, так и в греческом Новом Завете за обоими этими английскими словами стоит одна и та же лексическая группа (в Ветхом Завете это, прежде всего, переводы лексической группы צדלן, а в Новом Завете — группы δίκαιος). Поэтому оба термина будут рассматриваться вместе, как описание единого атрибута Бога.

Праведность Бога означает, что Бог всегда действует в соответствии с тем, что справедливо, и Он Сам является высшим эталоном справедливости.

Моисей говорит о Боге: «Все пути Его праведны. Бог верен, и нет неправды в Нем; Он праведен и истинен» (Втор. 32:4). Авраам взывает к праведности Бога: «Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт 18:25). Бог говорит и повелевает праведно: «Повеления Господа праведны, веселят сердце» (Пс. 18:9). А Бог говорит о Себе: «Я Господь, изрекающий правду [или «праведность», «справедливость», צדק. — Примеч. пер.], открывающий истину» (Ис. 45:19). Поскольку Бог праведен, необходимо, чтобы Он поступал с людьми по их заслугам. Таким образом, необходимо, чтобы Бог наказывал грех, ибо он не заслуживает вознаграждения; напротив, он заслуживает наказания.

Когда Бог не наказывает за грех, создается впечатление, что это указывает на Его несправедливость, если только не видно каких–либо иных способов наказания. Поэтому Павел говорит, что когда Бог послал Христа как жертву, которой должно было понести наказание за грех, Он сделал это «для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде, во время долготерпения Божия, к показанию правды Его в настоящее время, да явится Он праведным и оправдывающим верующего в Иисуса» (Рим. 3:25,26). Смерть Христа в уплату за наши грехи продемонстрировала, что Бог истинно праведен, так как Он исполнил необходимое наказание за грех, хотя и простил людям их грехи.

В связи сданным выше определением праведности, мы можем спросить, что же означает тогда «справедливость»? Иными словами, чему следует происходить и как все должно быть устроено? Здесь мы должны ответить, что все, что соответствует моральным качествам Бога, — справедливо. Но почему все, соответствующее моральным качествам Бога, справедливо? Это справедливо потому, что соответствует Его моральным качествам! Если Бог действительно является высшим эталоном праведности, то вне Бога не может быть никакого эталона, по которому мы определяли бы праведность или справедливость. Он Сам — высший эталон. (С подобной ситуаций мы уже сталкивались в связи с вопросом об истинности и о том, что Бог является высшим эталоном истины.) Где бы в Писании ни затрагивался вопрос о справедливости или несправедливости Бога, ответ всегда состоит в том, что мы, как творения Божьи, не имеем никакого права говорить, что Бог неправеден или несправедлив. Творение не может сказать подобного о Творце. Павел так отвечает на весьма сложный вопрос о праведности Бога: «А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему (его): „зачем ты меня так сделал?" Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?» (Рим. 9:20,21).

На вопрос Иова о том, был ли Бог справедлив по отношению к нему, Бог отвечает: «Будет ли состязающийся со Вседержителем еще учить? <…> Ты хочешь ниспровергнуть суд Мой, обвинить Меня, чтобы оправдать себя?» (Иов. 39:32; 40:3). Затем Бог отвечает, но не дает объяснение, которое позволило бы Иову понять, почему действия Бога были справедливы, — Бог утверждает собственное величие и власть! Бог не собирается объяснять Иову справедливость Своих деяний, ибо Бог — Творец, а Иов — творение. «Такая ли у тебя мышца, как у Бога? И можешь ли возгреметь голосом, как Он?» (Иов. 40:4). «Давал ли ты когда в жизни своей приказание утру и указывал ли заре место ее?..» (Иов. 38:12). «Можешь ли возвысить голос твой к облакам, чтобы вода в обилии покрыла тебя? Можешь ли посылать молнии, и пойдут ли они и скажут ли тебе: „вот мы"!» (Иов. 38:34,35). «Ты ли дал коню силу?..» (Иов. 39:19). «Твоею ли мудростию летает ястреб и направляет крылья свои на полдень?» (Иов. 39:26). Иов отвечает: «Вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои» (Иов. 39:34).

Тем не менее мы должны испытывать чувство благодарности, когда осознаем, что Бог праведен и всемогущ. Если бы Он был Богом совершенной праведности без власти осуществлять справедливость, Он не был бы достоин поклонения и не существовало бы никаких гарантий того, что в мире в конце концов восторжествует справедливость. Но если бы Он был Богом неограниченной власти без праведности, каким немыслимо ужасным был бы мир! В центре всего существования была бы неправедность, и никто не мог бы изменить этого. Существование стало бы бессмысленным, и мы впали бы в невыразимое отчаяние. Поэтому нам следует постоянно благодарить и славить Бога зато, Каков Он есть: «Все пути Его праведны. Бог верен, и нет неправды в Нем; Он праведен и истинен» (Втор. 32:4).

12. Ревность. Хотя слово ревнивый в английском языке часто употребляется в негативном смысле, иногда оно приобретает и положительное значение. Например, Павел говорит коринфянам: «Я ревную о вас ревностью Божиею» (2 Кор. 11:2). Здесь это слово означает «покровительство» или «защиту». Оно означает глубокую заинтересованность в том, чтобы отстоять честь или благосостояние кого–либо — себя или кого–то другого.

Писание представляет Бога ревнивым именно в этом смысле. Он постоянно защищает Свою честь. Он повелевает Своему народу не поклоняться идолам, говоря: «Ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель» (Исх. 20:5). Он желает, чтобы служение совершалось по отношению к Нему, а не к ложным богам. Поэтому Он повелевает израильскому народу разрушить жертвенники языческих богов в Ханаане и поясняет это так: «Ибо ты не должен поклоняться богу иному, кроме Господа; потому что имя Его — „ревнитель"; Он — Бог ревнитель» (Исх. 34:14; ср.: Втор. 4:24; 5:9).

Таким образом, понятие «ревность Бога» можно определить следующим образом: ревность Бога означает, что Бог постоянно стремится защитить Свою честь.

Иногда людям сложно представить себе, что ревность — это желанный атрибут Бога. Это обусловлено тем, что ревность о нашей собственной чести человеческих существ практически всегда неоправданна. Нам следует быть смиренными, а не гордыми. И все же мы должны осознавать, что та причина, по которой гордость есть нечто неправильное, — это богословская причина; дело в том, что мы не достойны чести, которая должна принадлежать одному только Богу (ср.: I Кор. 4:7; Отк. 4:11).

Бог же ищет Себе чести оправданно — Он полностью ее достоин. Бог свободно допускает, что Его деяния в творении и спасении свершены для Его собственной чести. В связи с отменой осуждения Своего народа, Бог говорит: «Ради Себя, ради Себя Самого делаю это… славы Моей не дам иному» (Ис. 48:11). Для нашего духовного здоровья необходимо, чтобы мы понимали, что Бог достоин того, чтобы все Его творение воздало Ему всю честь и славу, и что Он по праву ищет Себе чести. Он один бесконечно достоин прославления. Осознать этот факт и радоваться этому — значит открыть секрет подлинного поклонения.

13. Гнев. Нас может удивить, насколько часто Библия говорит о гневе Бога. И все же, если Бог любит все то, что справедливо и благо, и все, что соответствует Его моральным качествам, то нет ничего удивительного в том, что Он ненавидит все, что противоположно Его моральным качествам. Таким образом, гнев Божий, направленный против греха, тесно связан со святостью и справедливостью Бога. Понятие «гнев Бога» можно определить следующим образом: гнев Бога означает, что Он сильно ненавидит любой грех.

Описания гнева Божьего часто можно найти в различных частях Писания, особенно там, где речь идет о грехе народа Божьего против Бога. Бог видит, что народ израильский поклоняется идолам и говорит Моисею: «Я вижу народ сей… итак оставь Меня, да воспламенится гнев Мой на них, и истреблю их, и произведу многочисленный народ от тебя» (Исх. 32:9,10). Позднее Моисей говорит народу: «Помни, не забудь, сколько ты раздражал (или «гневил», קצף. — Примеч. пер.) Господа, Бога твоего, в пустыне… И при Хориве вы раздражили Господа, и прогневался на вас Господь, так что хотел истребить вас» (Втор. 9:7,8; ср.: 29:23; 4 Цар. 22:13).

Однако учение о гневе Божьем в Писании не ограничивается Ветхим Заветом, как некоторые неверно полагают. В Ин. 3:36 читаем: «Верующий в Сына имеет жизнь вечную; а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем». Павел говорит: «Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою» (Рим. 1:18; ср.: 2:5,8; 5:9; 9:22; Кол. 3:6; 1 Фес. 1:10; 2:16; 5:9; Евр. 3:11; Отк. 6:16,17; 9:15). Многие другие новозаветные тексты также указывают на гнев Божий против греха.

Как и в случае с другими атрибутами Бога, мы должны славить и благодарить Бога за этот атрибут. Возможно, мы не сразу осознаем, как именно, ведь гнев кажется нам таким негативным понятием. Если мы рассматриваем его изолированно, то он вызывает в нас лишь страх. И все же нам следует задуматься о том, каким был бы Бог, если бы Он не был Богом, ненавидящим грех. Он был бы Богом, наслаждающимся грехом, или, по крайней мере, таким Богом, Которого не тревожит грех. Такой Бог не был бы достоин нашего поклонения, ибо грех отвратителен и заслуживает ненависти. Греха не должно было бы существовать. Ненависть к злу и греху — это добродетель (ср.: Евр. 1:9; Зах. 8:17 и др.), и мы правомерно подражаем этому атрибуту Бога, когда ощущаем ненависть к великому злу, несправедливости и греху.

Кроме того, как христиане, мы не должны испытывать страха перед гневом Божьим, так как, несмотря на то что мы «были по природе чадами гнева, как и прочие» (Еф. 2:3), теперь мы уверовали в Иисуса, «избавляющего нас от грядущего гнева» (1 Фес. 1:10; ср.: Рим. 5:10). Когда мы размышляем о гневе Божьем, нас изумляет, что наш Господь Иисус Христос испытал на Себе гнев Бога, вызванный нашим грехом, чтобы спасти нас (Рим. 3:25,26).

Кроме того, размышляя о гневе Божьем, мы должны помнить и о Его долготерпении. В Пс. 102 гнев Бога и Его терпение упомянуты вместе: «Милостив Господь, долготерпелив и многомилостив. Не до конца гневается, и не вовек негодует» (Пс. 102:8,9). Ведь даже то, что Бог медлит с проявлением гнева над грехом, совершается ради того, чтобы привести людей к спасению (см.: Рим. 2:4).

Таким образом, когда мы думаем о будущем гневе Бога, мы должны испытывать благодарность за Его долготерпение, за то, что Он не обрушивает на мир Свой гнев и терпит ради того, чтобы большее количество людей могло спастись: «Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию. Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут…» (2 Пет. 3:9,10). Мысль о гневе Божьем должна побуждать нас прославлять и благодарить Бога за то, что в конечном счете Он покарает всякое злодеяние и будет править на новом небе и новой земле, на которых не будет более неправедности.

 

Вопросы для самостоятельной работы

 

Духовность

1. Почему Бог так отрицательно относится к кумирам, даже если хотят изобразить Его Самого? Как нам следует представлять себе Бога или думать о Нем, когда мы молимся?

2. Почему в рамках современной культуры и в современном мышлении физический мир воспринимается как более реальный и постоянный, чем духовный мир? Что мы можем сделать, чтобы изменить наше интуитивное отношение к реальности духовного мира?

 

Знание

3. Следует ли нам скрывать наши мысли и дела от Бога? Может ли ваш ответ на этот вопрос стать благословением в вашей жизни?

4. Может ли Бог совершить какую–либо ошибку, или не суметь предвидеть, или заранее запланировать чего–либо, что касается обстоятельств вашей собственной жизни? Может ли ваш ответ на этот вопрос стать благословением в вашей жизни?

5. Когда Бог узнал, что вы будете находиться там, где вы находитесь, в этот день и в это время? Может ли ваше размышление по этому поводу стать благословением в вашей жизни?

 

Мудрость

6. Считаете ли вы, что Бог сейчас мудро действует в вашей жизни? В мире? Если вам иногда бывает трудно в это верить, что вы можете сделать, чтобы преодолеть сомнение?

 

Истинность

7. Почему люди в нашем обществе, иногда даже христиане, довольно небрежно относятся к правдивости их речи? Почему мы не часто думаем о том, что наибольший вред от лжи заключается в том, что ею мы бесчестим Самого Бога? Следует ли вам просить Бога помочь вам более полно отражать Его истинность в речи в какой–либо из следующих сфер: в обещании помолиться о ком–либо; обещании находиться в том или ином месте в определенное время; в преувеличении происшедшего для того, чтобы рассказ стал интереснее; в верности деловым обещаниям; в передаче того, что сказали другие люди или в передаче того, что они, по вашему мнению, думают; в честном отражении точки зрения вашего оппонента в споре?

 

Благость

8. Помня о том, что всякий благой и совершенный дар — от Бога (Иак. 1:17), попробуйте в течение пяти минут составить на листе бумаги список благих даров от Бога. Сколько даров оказалось в списке? Спросите себя, насколько часто вы ощущаете благодарность по отношению к Богу за эти дары. Как вы считаете, почему мы склонны забывать о том, что эти благословения исходят от Бога? Что нам следует делать, чтобы чаще вспоминать об этом?

 

Любовь

9. Можно ли определить любовь как «самопожертвование» в отношении наших межличностных отношений? Каким образом вы могли бы подражать любви Бога именно сегодня?

10. Возможно ли принять решение любить кого–либо, а затем действовать в соответствии с этим решением, или любовь между людьми зависит от непроизвольных эмоций?

 

Милосердие

11. Если бы вам следовало отражать милосердие Божье более полно, о ком из ваших знакомых вы более всего позаботились бы на следующей неделе?

 

Святость

12. Есть ли в вашей жизни такие занятия или связи, которые мешают вашему росту в святости, так как они мешают вам отделиться от греха и посвятить себя стремлению к чести Божьей?

 

Мир

13. Размышляя о мире Божьем в вашей жизни, прежде всего подумайте о вашем эмоциональном, умственном и духовном состоянии. Можете ли вы сказать, что в целом вы имеете мир Божий, в том смысле, что ваша внутренняя жизнь отделена от смятения и беспорядка и часто или постоянно занята упорядоченными и контролируемыми действиями, которые увеличивают славу Божью? Затем задайте себе те же вопросы в связи с тем, что можно назвать «внешними обстоятельствами» вашей жизни, т. е. вашими семейными взаимоотношениями, вашими отношениями с ближними, вашими занятиями по учебе или по работе и вашими отношениями в церкви. Какой получается полная картина вашей жизни? Демонстрирует ли она мир Божий? Что вы могли бы сделать, чтобы более полно отражать мир Божий?

 

Праведность

14. Не хотите ли вы иногда, чтобы законы Бога были немного иными, чем они есть? Если да, то, может быть, вам не нравится тот или иной аспект моральных качеств Бога? Какие тексты Писания вы могли бы прочитать, чтобы окончательно убедиться в том, что качества Бога и Его законы правильны в этих аспектах?

 

Ревность

15. Можно ли сказать, что ваша интуитивная ревность о Боге, когда вы слышите, как Его бесчестят в разговоре, или в средствах массовой информации, или еще где–то, — это отражение ревности Бога о Своей чести? Что мы можем сделать для того, чтобы усилить в себе ревность о Божьей чести?

 

Гнев

16. Следует ли нам любить тот факт, что Бог — это Бог гнева, Который ненавидит грех? Как мы можем правильно подражать этому гневу и что считать неверным подражанием?

 

Специальные термины

атрибуты бытия

бесстрастный

благо

благость

блаженное видение

верность

всеведение

гнев

долготерпение

духовность

единый простой и вечный акт знание

интеллектуальные атрибуты

истинность

любовь

милосердие

милость

мир

мудрость

невидимость

нравственные атрибуты

передаваемые атрибуты

порядок

правдивость

праведность

разумное самоопределение

ревность

святость

справедливость

теофания

 

Библиография

Поскольку гл. 11 и 12 тесно связаны по теме, библиографический материал для обеих глав дан в конце гл. 12.

 

Отрывок для запоминания

Исх. 34:6,7:

И прошел Господь пред лицем его, и возгласил: Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех, но не оставляющий без наказания, наказывающий вину отцов в детях и в детях детей до третьего и четвертого рода.

Примечание. В последней части этого отрывка говорится о том, что Бог наказывает «вину отцов в детях и в детях детей». Возможно, кто–то не захочет заучивать наизусть эти слова, однако нам следует помнить, что и эти слова Писания предназначены для нашего назидания. Это утверждение показывает ужасную природу греха, который действует гораздо дальше, чем просто в жизни конкретного грешника, принося вред также его окружению и будущим поколениям. Мы видим весь трагизм этого в повседневной жизни, когда дети алкоголиков также часто становятся алкоголиками, а дети грубых родителей становятся, в свою очередь, грубыми родителями.

Тем не менее христиане, прощенные Христом, не должны считать, что эти высказывания относятся к ним, так как на них не лежит «вина», о которой здесь говорится, — они относятся к тем людям, которым Бог «сохраняет милость в тысячи родов» и постоянно прощает «вину и преступление и грех» (ст. 7). Когда человек приходит к Христу, цепь греха разрывается. Важно помнить слова Петра: «Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа» (1 Пет. 1:18,19).

 

ГЛАВА 12. Свойства Бога: «передаваемые» атрибуты

(продолжение)

 

В чем Бог подобен нам в атрибутах цели и в общих атрибутах?

В предыдущей главе мы рассмотрели атрибуты Бога, которые характеризуют Его бытие (духовность, невидимость), Его интеллектуальность (знание, мудрость и истинность) и Его нравственность (благость, любовь, милосердие, долготерпение, святость, мир, праведность, ревность и гнев). В этой главе мы исследуем Божьи атрибуты цели, т. е. атрибуты, которые связаны с принятием и осуществлением решений (воля, свобода и всемогущество), и общие атрибуты (совершенство, благословенность, красота и слава).

 

Объяснение и обоснование в Писании

 

Г. Атрибуты цели

В этом разделе мы сначала рассмотрим волю Божью в целом, затем — свободу Божьей воли и, наконец, — всемогущество (или безграничную власть) воли Божьей.

14. Воля. Воля Божья — это такой атрибут Бога, с помощью которого Он одобряет и позволяет каждое действие, необходимое для существования и деятельности Его Самого и всего творения.

Это определение показывает, что воля Божья связана с определением и одобрением Его сущности и Его деятельности. Она связана с выбором Бога — Он решает, что Ему делать и что не делать.

1) Воля Божья в целом. Писание часто указывает на волю Божью как на высшую или окончательную причину всего, что происходит. Павел говорит о Боге как о «Совершающем все по изволению воли Своей» (Еф. 1:11). Выражение, которое здесь переведено как «все» (τά ποντα), часто используется Павлом для обозначения всего, что существует, или всего творения (см., напр.: Еф. 1:10,23; 3:9; 4:10; Кол. 1:16,17; Рим. 11:36; 1 Кор. 8:6 [дважды]; 15:27,28 [дважды]). Слою, переведенное как «совершающий» (ένεργέω, «быть деятельным, действовать, производить») — это причастие настоящего времени, и оно предполагает длящееся действие. Это выражение более развернуто можно было бы перевести так: «Постоянно производящий все в мире в соответствии с решением Своей воли».

Все было сотворено по воле Божьей: «Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Отк. 4:11). Как в Ветхом, так и в Новом Завете о властях говорится, что они «установлены» по воле Божьей: голос с небес говорит Навуходоносору, что ему следует знать, что Господь «по воле Своей… действует как в небесном воинстве, так и у живущих на земле» (Дан. 4:32), а Павел говорит, что «нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены» (Рим. 13:1).

Иерусалимская церковь верила, что все события, связанные со смертью Христа, свершились по воле Божьей, так как в молитве Иерусалимской церкви сказано: «По истине собрались в городе сем на Святого Сына Твоего Иисуса, помазанного Тобою, Ирод и Понтий Пилат с язычниками и народом Израильским, чтобы сделать то, чему быть предопределила рука Твоя и совет Твой» (Деян. 4:27,28). Конкретное упоминание различных действующих сил на разных этапах распятия, как и неопределенность относительного местоимения во множественном числе «то, чему» (греч. δσα, «те вещи, которые»), подразумевают тот факт, что не только смерть Иисуса, но также и все мельчайшие детали, связанные с ней, включены в это утверждение: Божья рука и воля предопределили, что все это произойдет.

Иногда воля Божья заключается в том, чтобы христиане страдали (см.: 1 Пет. 3:17, напр.: «Ибо, если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые»). А в следующей главе Петр говорит: «Итак страждущие по воле Божией да предадут Ему, как верному Создателю, души свои, делая добро» (1 Пет. 4:19). В этом стихе слова «по воле Божией» не могут относиться к тому, как именно христиане страждут, так как в этом случае стих приобретает смысл: «Те, кто страждет, делая добро, да предадут Ему…» Тогда выражение «по воле Божией» становится просто лишним. Должно быть, это выражение относится к факту страдания; так же как в предыдущей главе слова «воля Божия» относятся к страданию (1 Пет. 3:17).

Иаков призывает рассматривать все события нашей жизни в связи с их подчиненностью воле Божьей. Тем, кто говорит: «Сегодня или завтра отправимся в такой–то город, и проживем там один год, и будем торговать и получать прибыль», — Иаков отвечает: «Вы… не знаете, что (случится) завтра… Вместо того, чтобы вам говорить: „если угодно будет Господу и живы будем, то сделаем то или другое", вы, по своей надменности, тщеславитесь» (Иак. 4:13—16). Христианам часто трудно связать такое количество событий, в том числе и происходящее зло, с волей Божьей. Некоторые сложности, связанные с этим вопросом, будут рассмотрены здесь, а некоторые — в гл. 15 о провидении Божьем.

2) Различие между двумя аспектами воли Божьей. а) НЕОБХОДИМАЯ ВОЛЯ И СВОБОДНАЯ ВОЛЯ. Некоторые выводы, сделанные исследователями прошлого, могут помочь нам понять различные аспекты воли Божьей. Мы можем желать или избирать что–либо охотно или неохотно, радостно или с сожалением, тайно или явно, так и Бог в Своем бесконечном величии может желать по–разному.

Одно из важных разграничений, проведенных между различными аспектами воли Божьей, — это разграничение между необходимой волей Бога и свободной волей Бога. К необходимой воле Бога относится все, чего Он должен желать в соответствии со Своей природой. Что же это? Он желает быть Самим Собой. Бог вечно желает быть тем, Кто Он есть и что Он есть. Он говорит: «Я ЕСМЬ СУЩИЙ» или «Я БУДУ ТЕМ, КЕМ БУДУ» (Исх. 3:14). Бог не может избрать быть иным, чем Он есть, или прекратить существовать.

К свободной воле Бога относится все то, чего Бог решил желать, хотя Ему нет необходимости желать этого, в соответствии со Своей природой. Сюда нам следует отнести решение Бога о сотворении мира и все решения, связанные с деталями этого сотворения. К свободной воле относятся также все деяния Бога, связанные со спасением. Ничто в природе Бога не требовало от Него сотворения мира или возрождения Своего народа из грешного человечества (см. выше о независимости Бога). Однако Бог все же решил творить и спасать, и это был совершенно свободный выбор с Его стороны. Хотя среди лиц Троицы бесконечные любовь, общение и слава существуют вечно (см.: Ин. 17:5,24), тем не менее Бог решил сотворить мир и спасти нас ради Его славы(ср.: Ис. 43:7; 48:9–11;Рим. 11:36; 1 Кор.8:6; Еф. 1:12; Отк. 4:11). Неверно было бы искать необходимую причину творения или спасения в существе Самого Бога, так как это лишило бы Бога Его независимости. Это означало бы, что без нас Бог не мог бы истинно быть Богом. Решения Бога о творении и спасении были абсолютно свободными решениями.

б) СКРЫТАЯ ВОЛЯ И ЯВЛЕННАЯ ВОЛЯ. Еще одно полезное разграничение между разными аспектами воли Божьей — это различие между скрытой волей Бога и Его явленной волей. Даже из нашего собственного опыта мы знаем, что можем желать чего–либо втайне и лишь позднее открыть эту волю другим людям. Иногда мы говорим другим людям о том, чего мы желаем, еще до того, как желаемое происходит, а иногда мы не открываем нашей тайной воли до тех пор, покато, чего мы желали, не произойдет.

Безусловно, разграничение между разными аспектами воли Божьей хорошо видно во многих текстах Писания. Моисей говорит: «Сокрытое принадлежит Господу, Богу нашему, а открытое нам и сынам нашим до века, чтобы мы исполняли все слова закона сего» (Втор. 29:29). То, что Бог явил, Он явил для того, чтобы мы повиновались воле Божьей: «чтобы мы исполняли все слова закона сего». Однако было и много других аспектов Его плана, которые Он не открыл людям, например, многие подробности будущих событий, какие именно трудности и благословения будут в их жизни и т. д. В этом людям следует просто доверять Богу.

Поскольку явленная воля Божья часто заключается в Его заповедях или «наставлениях», касающихся нашего нравственного поведения, такую волю Бога иногда также называют волей наставления или волей заповеди. Эта Его объявленная воля касается того, что мы должны делать, или того, что Бог повелевает нам делать.

А скрытая воля Божья обычно заключается в тайных повелениях, через которые Бог правит миром и определяет все то, что должно произойти. Обычно Бог не открывает нам эти повеления (за исключением пророчеств о будущем), и поэтому такие повеления действительно являются «скрытой» волей Бога. Мы обнаруживаем то, что повелел Бог, лишь когда события уже произойдут. Поскольку такая скрытая воля Бога связана с принятием решений о событиях в мире, этот аспект воли Божьей иногда называют также Божьей волей решения.

В Писании неоднократно упоминается явленная воля Бога. Слова «Да будет воля Твоя и на земле, как на небе» (Мф. 6:10) в молитве Господней говорят о том, чтобы люди на земле повиновались явленной воле Божьей, Его заповедям, точно также, как и на небе (т. е. полностью и совершенно). Это не может быть молитва о том, чтобы тайная воля Божья (т. е. Его решения о событиях, которые Он запланировал) действительно исполнилась, так как то, что Бог установил Своей тайной волей, обязательно произойдет. Просить Бога о том, чтобы Он свершил то, что Он уже решил, — значит молиться: «Пусть случится то, что случится». Это была бы пустая молитва, так как в ней не содержится никакой просьбы. Кроме того, поскольку мы не знаем скрытой воли Божьей, касающейся будущего, человек, который молится подобным образом, никогда не узнает, о чем он молится. Это была бы молитва без понятного содержания и без действия. Молитву «Да свершится воля Твоя» мы должны понимать как призыв к тому, чтобы люди на земле следовали явленной воле Бога.

Если мы понимаем это выражение именно таким образом, то мы получаем образец молитвы, основанной на повелениях Бога, зафиксированных в Писании. В этом смысле Иисус дает нам модель для разнообразных молитвенных просьб. Здесь Христос призывает нас молиться о том, чтобы люди повиновались законам Бога, чтобы они следовали в жизни Его принципам, чтобы они повиновались его заповедям, раскаивались в грехах и верили в Христа как в Спасителя. Молиться обо всем этом — значит молиться о том, чтобы воля Божья свершилась на земле, подобно тому как она свершается на небе.

Немного позднее Иисус говорит: «Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!" войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7:21). И вновь можно сказать, что речь здесь не может идти о скрытой воле Бога или о воле решения (так как все человечество следует ей, даже если и не подозревает об этом). Иисус говорит о явной воле Бога, а именно о моральном законе Бога, которому необходимо подчиняться последователям Христа (ср.: Мф. 12:50; возможно, также: 18:14). Когда Павел повелевает эфесянам: «Познавайте, что есть воля Божия» (Еф. 5:17; ср.: Рим. 2:18), он также говорит о явной воле Бога. О ней же говорит и Иоанн: «Когда просим чего по воле Его, Он слушает нас» (1 Ин. 5:14).

Возможно, правильным будет отнести к этой категории также 1 Тим. 2:4 и 2 Пет. 3:9. Павел говорит, что Бог «хочет [или «желает», греч. θελέω], чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:4). Петр говорит, что «не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Пет. 3:9). Ни в одном из этих стихов невозможно истолковать волю Божью как скрытую волю, как Его решение о том, что безусловно произойдет, потому что в Новом Завете ясно говорится о том, что придет последний суд и не все будут спасены. Поэтому правильнее всего понимать эти тексты как повествующие о явной воле Бога, о Его повелениях человечеству, которым оно должно повиноваться, и о Его решениях делать то, что Ему угодно.

С другой стороны, во многих текстах говорится о скрытой воле Божьей. Когда Иаков повелевает нам говорить: «Если угодно будет Господу (точнее, «если пожелает Господь» — 'εαν ο κύριος θέληση. — Примеч. пер.) и живы будем, то сделаем то или другое» (Иак. 4:15), то он не может говорить о явленной воле Божьей или воле наставления, так как в отношении многих наших действий мы знаем, что мы планируем и совершаем их в соответствии с повелениями Бога. Скорее всего, доверие скрытой воле Божьей смиряет гордыню и выражает смиренную зависимость от полновластного Божьего контроля над всеми событиями нашей жизни.

Еще один пример находим в Быт. 50:20. Иосиф говорит своим братьям: «Вот, вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро [точнее, «задумал, запланировал [תשב] на благо». — Примеч. пер.], чтобы сделать то, что теперь есть: сохранить жизнь великому числу людей». Здесь явленная воля Божья о братьях Иосифа заключалась в том, чтобы они любили его, не крали у него, не продавали его в рабство и не замышляли убить его. Но скрытая воля Божья заключалась в том, чтобы неповиновение братьев Иосифа привело к большему благу, когда Иосиф, проданный в рабство в Египет, получил власть над страной и смог спасти свою семью.

Когда Павел говорит коринфянам: «я скоро приду к вам, если угодно будет Господу [точнее, „если пожелает Господь" — εάν ο κύριος θέληση. — Примеч. пер.]» (1 Кор. 4:19), он говорит не о явленной воле Божьей, так как Павел, в повиновение Богу и во исполнение апостольского служения, уже решил отправиться к коринфянам. Он скорее говорит о скрытой воле Бога, о Его тайном плане на будущее, который неизвестен Павлу и который станет известен ему, лишь когда произойдут будущие события (ср.: Деян. 21:14; Рим. 1:10; 15:32; Еф. 1:11; 1 Пет. 3:17; 4:19).

Евангельское благовестие может быть открыто одним людям и сокрыто от других по воле Божьей. Иисус говорит: «Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам; ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение» (Мф. 11:25,26). И это также должно быть упоминанием о скрытой воле Божьей, ибо явная воля Бога заключается в том, чтобы все люди спаслись. И действительно, Иисус повелевает всем: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11:28). Также Павел и Петр говорят нам, что Бог желает спасти всех людей (см.: 1 Тим. 2:4; 2 Пет. 3:9). Таким образом, тот факт, что некоторые люди не спасены и от некоторых людей Евангелие утаено, следует понимать как свершение скрытой воли Божьей, которая нам неизвестна и которую нам не следует пытаться выяснить. Точно так же мы должны понимать как скрытую волю Бога и упоминания в Рим. 9:18 («Итак, кого хочет, милует; а кого хочет, ожесточает») и в Деян. 4:28 («Чтобы сделать то, чему быть предопределила рука Твоя и совет Твой»).

Однако, когда мы говорим о том, что зло свершается по воле Божьей, возникает определенная опасность, хотя Писание и говорит о некоторых событиях именно так. Во–первых, мы можем подумать, что Бог наслаждается злом, которого Он не совершал (см.: Иез. 33:11), так как Он может использовать его в благих целях (более подробно об этом см. в гл. 15). Во–вторых, мы можем обвинить в грехе Бога, а не самих себя, или думать, что мы не несем ответственности за наши злые дела. Однако Писание не колеблясь соединяет утверждения о единодержавной юле Бога с утверждениями об ответственности человека за зло. Петр в одном и том же предложении мог сказать, что Иисус был предан «по определенному совету и предведению Божию» и что «Сего [Иисуса]… вы взяли и, пригвоздив руками беззаконных, убили» (Деян. 2:23). И тайная Божья воля решений, и греховность «беззаконных», которая осуществила эту волю, утверждаются в одном и том же предложении. Как бы мы ни осмысляли тайное действие скрытой воли Божьей, никогда не стоит делать вывода, что мы освобождены от ответственности за зло или что Бог виновен в грехе. Писание никогда не говорит подобного, не можем так говорить и мы, несмотря на то что причина событий пока остается для нас тайной.

15. Свобода. Свобода Бога — это такой Его атрибут, с помощью которого Он свершает все, что пожелает. Это определение подразумевает, что ничто не может помешать Богу в осуществлении Своей воли. Таким образом, этот атрибут тесно связано с Его волей и Его властью. Этот аспект свободы подчеркивает также тот факт, что Бог не подчинен ничему внешнему относительно Него и что Он свободен делать то, что пожелает. Нет ни личности, ни силы, которые могли бы диктовать Богу, что Он должен делать. Он не подчинен никакой власти и внешнему принуждению.

О свободе Бога говорится в Пс. 113, где Его великая сила сравнивается со слабостью идолов: «Бог наш на небесах; творит все, что хочет» (Пс. 113:11). Земные правители не могут устоять пред богом и противиться Его воле, ибо «сердце царя в руке Господа, как потоки вод: куда захочет, Он направляет его» (Прит. 21:1). Также и Навуходоносор в своем раскаянии понимает, что о Боге должно сказать: «По воле Своей Он действует как в небесном воинстве, так и у живущих на земле, и нет никого, кто мог бы противиться руке Его и сказать Ему: „что Ты сделал?"» (Дан. 4:32).

Поскольку Бог свободен, нам следует понять, что Он делает то, что желает свершить, и что Его воля обладает совершенной свободой (пока Его действия соответствуют Его моральным качествам), и не стоит пытаться получить большее объяснение действий Бога в творении. Иногда люди пытаются постигнуть причину, по которой Богу следовало совершить то или иное деяние (напр., сотворить мир или спасти нас). Правильнее будет просто сказать, что лишь абсолютно свободная воля Божья (действовавшая в согласии с Его качествами) была той высшей причиной, по которой Он решил сотворить мир и спасти грешников.

16. Всемогущество (власть, суверенность). Всемогущество Бога означает, что Он может воплотить всю Свою святую волю. Свобода Бога указывает на тот факт, что решениям Бога нет никаких внешних ограничений, а всемогущество Бога указывает на Его власть сделать то, что Он решил сделать.

В Писании часто говорится об этой власти. Бог есть «Господь крепкий и сильный, Господь, сильный в брани» (Пс. 23:8). Риторический вопрос «есть ли что трудное для Господа?» (Быт. 18:14; Иер. 32:27), безусловно, подразумевает (в том контексте, где он встречается), что для Господа нет ничего трудного. Иеремия говорит Богу: «Для Тебя ничего нет невозможного» (Иер. 32:17).

Павел говорит, что Бог «может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем» (Еф. 3:20). Бог назван «Вседержителем» (2 Кор. 6:18; Отк. 1:8), и это слово (греч. παντοκράτωρ [букв.: «все имеющий во власти» или «всемогущий». — Примеч. пер.]) подразумевает обладание всей силой и властью. Кроме того, ангел Гавриил говорит Марии: «…у Бога не останется бессильным никакое слово» (Лк. 1:37), а Иисус говорит: «Богу же все возможно» (Мф. 19:26).

Эти тексты указывают на то, что власть Бога бесконечна и что Он поэтому не ограничен в действиях только тем, что Он сделал. Бог способен совершить больше, чем то, что Он совершает в действительности. Например, Иоанн Креститель говорит: «Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму» (Мф. 3:9). Бог «творит все, что хочет» (Пс. 113:11). Он мог бы уничтожить Израиль и произвести великий народ от Моисея (ср.: Исх. 32:10), но Он не сделал этого.

Тем не менее есть такие вещи, которые Бог не мог бы сделать. Бог не может желать или делать то, что отрицало бы Его сущность. Поэтому всемогущество Бога определяется как Его способность воплощать «всю Свою святую волю». Это не означает, что Бог может сделать все; Он может сделать все, но только то, что согласуется с Его моральными качествами. Например, Бог не может лгать. В Библии Он назван (дословно) «не лгущим Богом» или «Богом, Который никогда не лжет» (Тит. 1:2). Автор Послания к Евреям говорит, что в клятве и обетовании «невозможно Богу солгать» (Евр. 6:18). Во Втором послании к Тимофею (2:13) о Христе сказано: «Себя отречься не может». Кроме того, Иаков говорит: «Бог не искушается злом и Сам не искушает никого» (Иак. 1:13). Таким образом, Бог не может лгать, грешить, отрекаться от Себя и быть искушаем злом. Он не может прекратить существовать, или перестать быть Богом, или действовать вопреки своим атрибутам.

Это означает, что не совсем верно утверждать, что Бог может делать все. Даже в процитированных выше отрывках из Писания, где употребляются схожие выражения, в контексте их следует понимать в том смысле, что Бог может делать все, что Он желает сделать, или все, что согласуется с Его качествами. Хотя власть Бога бесконечна, употребление этой власти определяется другими Его атрибутами (так же как все атрибуты Бога определяют Его действия). Итак, это еще один случай, когда неправомерный акцент на одном атрибуте и желание рассматривать его в отрыве от прочих качеств Бога может привести к неверному пониманию этого атрибута.

Осуществление Богом власти над Своим творением иногда даже называют единодержавием Бога. Единодержавие Бога — это осуществление Им правления (в качестве «Владыки» или «Царя») над Своим творением. Более подробно эта тема будет рассмотрена в гл. 15, о провидении Божьем.

В заключение следует подчеркнуть, что Бог создал нас таким образом, чтобы показать в нашей жизни некоторое слабое отражение каждого из атрибутов намерения. Бог создал нас как творения, обладающие волей. Мы совершаем выбор и принимаем реальные решения, касающиеся событий нашей жизни. Хотя наша воля не является абсолютно свободной, как воля Бога, тем не менее Бог дал нам относительную свободу в рамках наших сфер деятельности в том мире, который Он сотворил.

Мы интуитивно ощущаем свою способность пользоваться волей и совершать выбор и делаем это относительно свободно, что является одним из самых значительных признаков подобия Богу в нашем существовании. Конечно, наше желание пользоваться волей и наше стремление быть свободными от ограничений может проявляться греховным образом. Люди могут возгордиться и возжелать такой свободы, которая подразумевает бунт против власти Бога и отказ подчиняться Его воле. Тем не менее, когда мы пользуемся нашей волей и свободно совершаем выбор, который угоден Богу, мы отражаем Его качества и прославляем Его. Когда порочная власть или иные обстоятельства лишают людей способности совершать свободный выбор, люди в значительной степени лишаются богоподобия. Нет ничего удивительного в том, что они готовы вернуть себе свободу практически любой ценой. Возглас американского революционера Патрика Генри «Дайте мне свободу или предайте меня смерти!» находит отклик в каждой душе, сотворенной по образу Божьему.

Конечно же, мы не обладаем бесконечной властью или всемогуществом, как и бесконечной свободой или каким–либо другим атрибутом Божьим. Но, несмотря на то что мы не обладаем всемогуществом, Бог дал нам власть добиваться результатов, как и физическую силу, и другие виды возможностей: силу ума, духа, убеждения и власть в различных видах социальных структур (в семье, церкви, гражданском правительстве и т. д.). Во всех этих сферах использование власти так, как угодно Богу и в соответствии с Его волей, прославляет Его и отражает Его качества.

 

Д. «Общие» атрибуты

17. Совершенство. Совершенство Бога означает, что Бог полностью обладает всеми превосходными качествами и у Него нет недостатка ни в одном качестве, которое было бы Ему желанно.

Трудно решить, считать совершенство отдельным атрибутом или просто включить в описание других атрибутов. В некоторых текстах говорится, что Бог «совершенен». Иисус говорит нам: «Итак будьте совершенны, как совершен [греч. τέλειος. — Примеч. пер.] Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48). А Давид говорит о Боге: «Непорочен путь Его» (евр. תמים, «оконченный, завершенный, совершенный»; в Септуагинте — αμωμος, «совершенный, безукоризненный», в английском переводе, на который опирается автор, — perfect. — Примеч. пер.; Пс. 17:31; ср.: Втор. 32:4). Таким образом, в Писании есть прецедент открытого утверждения о том, что у Бога нет недостатка нив каком совершенстве: Он вполне обладает всеми Своими атрибутами и у Него нет недостатка ни в одном из этих атрибутов. Кроме того, нет такого качества или совершенства, которое было бы желанно Богу, но Он им бы не обладал: Он «завершен» (complete) или «совершен» во всех отношениях (греч. τέλειος из Мф. 5:48 этимологически родственно слову τέλος, «конец, завершение»; евр. תמים из Пс. 17:31 и Втор. 32:4 связано с יתם] תם], «заканчиваться, завершаться». — Примеч. пер.).

Этот атрибут — первый среди «общих» атрибутов по той причине, что он не вполне подпадает под другие перечисленные категории. Хотя все атрибуты Бога в каком–то смысле влияют на прочие атрибуты, те, что включены в эту категорию, похоже, более непосредственно затрагивают все атрибуты или описывают какой–либо аспект всех атрибутов, который необходимо указать прямо.

18. Блаженство. Быть «блаженным» — значит быть счастливым в наиболее полном и глубоком смысле. Писание часто говорит о благословенности тех людей, которые ходили путями Божьими. Однако в Первом послании к Тимофею Павел говорит о Боге:«.. .блаженный и единый сильный Царь» (1 Тим. 6:15), и о «славном благовестии блаженного Бога» (1 Тим. 1:11). (В приведенных автором цитатах — blessed. — Примеч. пер.) В обоих случаях в греческом тексте употреблено не слово εϋλογητός (которое часто переводится словом «блаженный»), а μακάριος (что означает «счастливый»).

Итак, понятие «блаженный Бог» можно определить следующим образом: блаженство Бога означает, что Бог вполне наслаждается Собой и всем тем, что отражает Его качества. В этом определении представление о счастье, или блаженности, Бога напрямую связывается с Его личностью как центром всего того, что достойно радости или наслаждения. Это определение указывает на то, что Бог совершенно счастлив, что Он обладает в Себе полнотой радости.

Это определение отражает тот факт, что Богу в творении доставляет удовольствие все, что отражает Его собственное совершенство. Окончив труд творения, Он взглянул на все, что сотворил, и увидел, что это было «хорошо весьма» (Быт. 1:31). Это указывает на одобрение Богом Своего творения и на то, что творение приносило Ему радость. Далее, в Книге Пророка Исайи, мы читаем о будущей радости Бога о своем народе: «Как жених радуется о невесте, так будет радоваться о тебе Бог твой» (Ис. 62:5; ср.: Прит. 8:30,31; Соф. 3:17).

Тот факт, что, наслаждаясь Своим творением или даже нами, на самом деле Бог наслаждается отражением Своих собственных совершенных качеств, может показаться нам странным и даже отчасти разочаровать нас. Однако, если мы вспомним, что абсолютно все желанное или совершенное содержится в бесконечно огромной мере в самом Боге, то мы поймем, что иначе и быть не может: любое совершенство, существующее в мире, любое желанное качество в конечном счете должно восходить к Нему, ибо Он — Творец всего и источник всякого блага. «Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак. 1:17).

Поэтому мы должны сказать себе то, что Павел сказал коринфянам: «Ибо кто отличает тебя? Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?» (1 Кор. 4:7). «Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки» (Рим. 11:36)

Мы подражаем блаженству Бога, когда обретаем наслаждение и радость во всем том, что угодно Богу, как в тех аспектах нашей жизни, которые Ему угодны, так и в поступках других людей. Когда мы испытываем наслаждение и чувство благодарности за те или иные способности, предпочтения и другие особенности, которыми Бог наградил нас, как личностей, то мы также подражаем атрибуту блаженства. Кроме того, мы подражаем Божьей блаженности, когда радуемся тому, как творение отражает различные аспекты Его совершенной природы. Но наибольшую блаженность, наибольшее счастье мы обретаем в источнике всех благих качеств — в Самом Боге.

19. Красота. Красота Бога — это такой атрибут, благодаря которому Он является совокупностью всех желанных качеств. Этот атрибут Бога неявно присутствовал в целом ряде атрибутов, рассмотренных раньше, и в особенности он связан с совершенством Бога. Тем не менее в определении совершенства Бога было показано, что у Него нет недостатка ни в чем из того, что Ему желанно. Данный же атрибут — красота — определен в позитивных терминах и показывает, что Бог действительно обладает всеми желанными качествами: «совершенство» означает, что у Бога нет недостатка ни в чем из желанного; «красота» означает, что Бог обладает всем желанным. Это два различных пути утверждения одной и той же истины.

Тем не менее это позитивное утверждение того факта, что Бог обладает всем желанным, что имеет определенную ценность. Этот атрибут напоминает нам, что все наши благие и праведные желания, все те желания, которые должны были бы присутствовать в нас или в любом другом творении, обретают свое наивысшее исполнение только в Боге, и ни в ком ином.

В Пс. 26:4 Давид говорит о красоте Бога: «Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его». Схожая мысль выражена в другом псалме: «Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле» (Пс. 72:25). В обоих случаях псалмопевец признает, что его стремление к Богу, Который есть совокупность всего желанного, далеко превосходит все прочие желания. Кульминация этого желания — это стремление быть рядом с Богом и наслаждаться Его присутствием вечно. Таким образом, величайшим благословением небесного города будет такое: «И узрят лице Его» (Отк. 22:4).

Энн Р. Казн (Anne R. Cousin), безусловно, обладала особым видением неба — в последней строфе своего гимна «Тонут пески времени» она написала:

Не на наряд невеста смотрит, — На жениха светлейший лик. Не к славе обращу я взор свой, — К Царю, что столь велик; И не к венцу, что Он дарует мне, — К рукам, что гвоздь пронзил. В земле той правит Агнец, И назван Он — Эммануил.

В нашей жизни мы отражаем красоту Бога, когда своим поведением угождаем Ему. Так, Петр говорит женам, что их «украшением» (т. е. источником их красоты) должен быть «сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом» (1 Пет. 3:4). Также и Павел говорит рабам, чтобы они «во всем были украшением учению Спасителя нашего Бога» (Тит. 2:10).

Красота нашей жизни настолько важна для Христа, что Он стремится к тому, чтобы освятить всю церковь, «чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего–либо подобного, но дабы она была свята и непорочна» (Еф. 5:27). Таким образом, каждый индивидуально и все вместе мы отражаем красоту Бога во всем, в чем мы проявляем Его качества. Когда мы отражаем Его качества, Он наслаждается нами и находит нас прекрасными.

Но и мы также наслаждаемся совершенством Бога, когда видим, как оно проявляется в жизни наших братьев и сестер в Господе. Поэтому прекрасно, что мы испытываем радость и наслаждение от общения друг с другом и что эта радость возрастает по мере того, как наша жизнь все больше уподобляется Христу. Прекрасно, что мы стремимся быть в общении с народом Божьим, в котором проявляются качества Бога, ибо когда мы наслаждаемся благочестием народа Божьего, в конечном счете мы наслаждаемся Самим Богом, наблюдая проявление Его качеств в жизни Его народа.

20. Слава. В одном значении слово «слава» означает просто «честь» или «прекрасная репутация». Именно в этом значении это слово употреблено в Ис. 43:7, где Бог говорит о Своих детях: «…Кого Я сотворил для славы Моей» или в Рим. 3:23, где говорится, что все «согрешили и лишены славы Божией». Оно имеет такое же значение в Ин. 17:5, где Иисус просит Отца прославить Его «славою», которую Он имел у Него «прежде бытия мира», и в Евр. 1:3, где говорится о том, что Сын есть «сияние славы Божией» (перевод мой. — У. Г.). В этом смысле, слава Божья — это не вполне атрибут Его существа, а скорее описание наивысшей чести, которую весь мир должен воздать Богу (в том числе и честь, которую воздают друг другу личности Троицы; Евр. 1:3 и Ин. 17:5). Однако это не то значение слова «слава», которое интересует нас в этом разделе.

В другом смысле «слава» Божья означает яркий свет, который окружает присутствие Божье. Поскольку Бог есть дух, а не энергия или материя, этот видимый свет не является частью существа Бога; он есть нечто сотворенное. Мы можем определить его следующим образом: слава Божья есть сотворенное сияние, которое окружает открытие Богом Себя Самого.

Этот «атрибут» Бога на самом деле не является Его атрибутом в том же самом смысле, что и прочие атрибуты, так как здесь мы говорим не о качествах Самого Бога, а о сотворенном свете, или сиянии, которое окружает Бога, когда Он проявляет себя в Своем творении. Таким образом, слава Божья в этом значении, в действительности, не является атрибутом Бога в Нем Самом. Тем не менее слава Божья — это нечто, принадлежащее Ему одному, и она является уместным внешним выражением Его совершенства. В связи с этим, нам кажется правильным рассмотреть вопрос о славе непосредственно после рассмотрения атрибутов Бога.

Писание часто говорит о славе Божьей. Давид вопрошает: «Кто сей Царь славы? — Господь сил, Он — царь славы» (Пс. 23:10). В Пс. 103:1,2 читаем: «Господи, Боже мой! Ты дивно велик, Ты облечен славою и величием. Ты одеваешься светом, как ризою…» Эта слава Божья часто упоминается в Ветхом Завете.

Она вновь упоминается в Новом Завете в связи с возвещением пастухам о рождении Иисуса: «Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим» (Лк. 2:9). Слава Божья также была явлена во время преображения Иисуса (ср.: Мф. 17:2), а о будущем небесном городе мы читаем: «И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего; ибо слава Божия осветила его, и светильник его — Агнец» (Отк. 21:23).

Раскрытие Богом Себя Самого должно сопровождаться подобным сиянием и великолепием, ибо эта слава Божья — видимое проявление великолепия существа Бога. Величие бытия Божьего, совершенство всех Его атрибутов есть нечто такое, чего мы никогда не постигнем полностью, и перед чем мы приходим в трепет, и чему поклоняемся. Закономерно, что видимое проявление Бога таково, что мы не можем прямо взирать на него, что оно настолько ярко, что даже тогда, когда мы видим его лишь отчасти, оно вызывает в нас как искреннюю радость, так и великий трепет.

Удивительно, но Бог создал нас для отражения Своей славы. Павел говорит нам, что даже теперь, в нашей христианской жизни, мы «преображаемся в тот же образ от славы в славу» (2 Кор. 3:18; ср.: Мф. 5:16; Флп. 2:15). Хотя сейчас мы и не окружены видимым светом, жизнь человека, глубоко любящего Бога, окружена сиянием, величием и красотой, которые часто видны тем, кто живет рядом с таким человеком. В будущей жизни это сияние усилится, и когда мы будем править с Христом, то, судя по всему, мы также получим внешний вид, который будет соответствовать этому статусу и статусу носителей образа Божьего и служителей Иисуса Христа (ср.: Прит. 4:18; Дан. 12:3; Мф. 13:43; 1 Кор. 15:43).

 

Вопросы для самостоятельной работы

 

Воля, свобода

1. Назовите правильные и неправильные проявления индивидуальной воли и свободы взрослеющими детьми, когда они стремятся выйти из–под контроля родителей. Следует ли считать это свидетельством того факта, что мы сотворены по образу Божьему?

 

Власть

2. Если власть Бога — это способность делать то, что Он желает делать, то является ли для нас власть способностью повиноваться воле Божьей и осуществлять в мире то, что угодно Богу? Назовите многочисленные возможности усиления подобной власти в нашей жизни.

 

Совершенство

3. Каким образом Божий атрибут совершенства напоминает нам, что мы не можем ощутить удовлетворения, если отражаем лишь часть качеств Бога в нашей жизни? Можете ли вы описать, как именно мы могли бы «быть совершенными», подобно тому, как совершенен наш небесный Отец, в применении к вашей собственной жизни?

 

Блаженство

4. Вы довольны тем, как вас сотворил Бог, — теми физическими, эмоциональными, умственными и коммуникативными особенностями, которые Он вам даровал? Тому полу, который Он даровал вам (будь то мужской или женский пол)? Теми духовными дарами, которые Он дал вам? Как нам следует радоваться нашей личности, физическим качествам, способностям, положению и т. д.? Каким образом нам не следует радоваться подобным вещам? Сможем мы когда–либо быть вполне «блаженными», или счастливыми? Когда это произойдет и почему?

5. Подумайте о тех качествах, которыми вы восхищаетесь в других людях, как в христианах, так и в нехристианах. Какими из них следует восхищаться, а какими нет? Как это можно определить? Каким образом мы можем чаще и более полно испытывать наслаждение Самим Богом?

 

Красота

6. Изменится ли наше понимание красоты, если мы откажемся от определения красоты, принятого в нашем обществе, которое, возможно, мы сами принимали ранее, и решим, что истинно прекрасны лишь качества Самого Бога? Сможем ли мы обоснованно применять наше новое представление о красоте к некоторым вещам, которые прежде мы считали прекрасными? Объясните, почему.

7. Понимаете ли вы самое большое желание Давида: «Чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его» (Пс. 26:4)?

 

Слава

8. Когда пастухи близ Вифлеема увидели славу Господню, сияющую вокруг них, они «убоялись страхом великим» (Лк. 2:9). Но, когда мы войдем в вечную жизнь в небесном городе, мы постоянно будем окружены сиянием славы Господа (Отк. 21:23). Будем ли мы постоянно ощущать тот страх, который испытали пастухи? Почему? Вы бы хотели жить в присутствии этой славы? Можем ли мы ощутить ее в этой жизни?

 

Специальные термины

атрибуты цели

блаженство

власть

воля

всемогущество

красота

необходимая воля

«общие» атрибуты

разумное самоопределение

свободная воля

свобода

скрытая воля

слава

совершенство

суверенность

явленная воля

 

Библиография

 

Поскольку в разных систематических богословиях атрибуты Бога классифицируются по–разному, в некоторых из указанных ниже разделов рассматриваются лишь передаваемые атрибуты, а в некоторых — все атрибуты Бога.

 

Соответствующие разделы в евангельских систематических богословиях

1. Англиканские (епископальные)

1882–1892 Litton, 58–74

1930 Thomas, 14–20, 495–500

2. Арминианские (уэслианские или методистские)

1847 Finney, 49–65, 135–180, 524–544

1875–1876 Pope, 1:248–255, 287–360

1892–1894 Miley, 1:159–222

1940 Wiley, 1:241–393

1960 Purkiser, 127–142

1983 Carter, 1:111–127

1983 Cottrell, 1: 192–305, 388–468; 3:175–400, 461–528

1987–1990 Oden, 1:15–130

3. Баптистские

1767 Gill, 1:37–187, 359–365

1887 Boyce, 54–115

1907 Strong, 243–303

1917 Mullins, 214–250

1976–1983 Henry, 2:151–246; 5:9–164, 214–375; 6:35–89, 251–417

1983–1985 Erickson, 263–320

1987- 1994 Lewis/Demarest, 1:175–248

4. Диспенсационалистские

1947 Chafer, 1:179–224, 260–271

1949 Thiessen, 75–88

1986 Ryrie, 35–50

5. Лютеранские

1917–1924 Pieper, 1:405–466

1934 Mueller, 160–175

6. Реформатские (или пресвитерианские)

1559 Calvin, 1:96–120 (1Л0–12)

1861 Heppe, 57–104

1871–1873 Hodge, 1:366–441

1878 Dabney, 38–54, 144–174

1887–1921 Warfield, BTS, 505–522; SSW, 1:69–81; ST, 109–114

1889 Shedd, 1:151–194, 334–392; 3:89–248

1909 Bavinck, DG, 175—251 (исключительно ценный анализ атрибутов Бога)

1938 Berkhof, 41–81

1962 Buswell, 1:29–71

7. Обновленческие (пятидесятнические и харизматические)

1988- 1992 Williams, 1:47–82

 

Соответствующие разделы в авторитетных римско–католических богословиях

1. Традиционные богословия

1955 Ott, 24–49

2. Написанные после II Ватиканского собора

1980 McBrien 1:283–342

 

Другие работы

Bray, Gerald L. The Doctrine of God. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 1993.

Bromiley, G. W. "God". In ISBE, 2:493–503.

Charnock, Stephen. The Existence and Attributes of God. Repr. ed. Evansville, Ind.: Sovereign Grace Book Club, n. d., pp. 181–802 (first published 1655–1680).

Kaiser, Christopher B. The Doctrine of God. Westchester, 111.: Good News, 1982.

Lewis, Gordon R. "God, Attributes of. In EDT, pp. 451–459.

Lewis, Gordon R. "Impassibility of God". In EDT, pp. 553–554.

Packer, J. I. "God". In NDT, pp. 274–277.

Packer, J. I. Knowing God. London: InterVarsity Press, 1973, pp. 80—254.

Piper, John. Desiring God. Portland, Ore.: Multnomah, 1986.

Piper, John. The Pleasures of God. Portland, Ore.: Multnomah, 1991.

Saucy, R. L. "God, Doctrine of. In EDT, pp. 459–464.

Tozer, A. W. The Knowledge of the Holy. New York: Harper and Row, 1961.

Van Til, Cornelius. In Defense of the Faith, vol. 5: An Introduction to Systematic Theology. Phillipsburg, N. J.: Presbyterian and Reformed, 1976, pp. 200–252.

Wenham, John W. 77;e Goodness of God. London: Inter–Varsity Press, 1974.

 

Отрывок для запоминания

Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек.

 

ГЛАВА 13. Бог в трех лицах: Троица

 

Как Бог может быть тремя личностями и при этом одним Богом?

В предыдущих главах были рассмотрены многие атрибуты Бога. Но если бы мы осмыслили только эти атрибуты, мы отнюдь не поняли бы Бога правильно, ибо не поняли бы, что Бог, в самом Своем существе, всегда существовал как более чем одна личность. Бог существует в трех лицах, хотя Он и один Бог.

Важно воспринимать учение о Троице в связи с изучением атрибутов Бога. Думая о Боге как о вечном, вездесущем, всемогущем и т. д. Существе, мы можем сделать вывод, что все эти атрибуты характеризуют только Бога–Отца. Однако библейское учение о Троице говорит нам, что атрибуты Божьи относятся ко всем трем лицам, так как каждый из них полностью является Богом. Бог–Сын и Бог Святой Дух настолько же вечны, вездесущи, всемогущи, бесконечно мудры, бесконечно святы, бесконечно любящи, всезнающи и т. д., как и Бог–Отец.

Учение о Троице — одно из наиболее важных учений христианской веры. Исследование библейского учения о Троице открывает нам великую перспективу при изучении вопроса, который является центром всего нашего богоискательства: каков Бог в Себе Самом? Из этой главы мы узнаем, что в Себе Самом, в Своем бытии, Бог существует в трех лицах: Отца, Сына и Святого Духа, и при этом Он — один Бог.

 

Объяснение и обоснование в Писании

 

Мы можем определить учение о Троице следующим образом: Бог вечно существует как три личности: Отец, Сын и Святой Дух, каждая личность полностью является Богом, и при этом существует только один Бог.

 

А. Учение о Троице открывается в Писании постепенно

1. Частичное откровение в Ветхом Завете. Слово «Троица» вообще не встречается в Библии, хотя понятие, обозначаемое этим словом, раскрыто во многих текстах. Слово « Троица» означает «триединство». Оно употребляется для краткого выражения учения Писания о том, что Бог — это три личности, и все же Он — один Бог.

Иногда люди думают, что учение о Троице содержится только в Новом Завете, но не в Ветхом. Если Бог вечно существовал в трех лицах, то было бы удивительным не обнаружить свидетельств об этом в Ветхом Завете. Хотя в Ветхом Завете и нет ясного учения о Троице, во многих ветхозаветных текстах предполагается или даже подразумевается тот факт, что Бог существует как более чем одна личность.

Например, в Быт. 1:26 Бог говорит: «Сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему». Что означает глагол во множественном числе («сотворим») и местоимение во множественном числе («наш»)? Некоторые исследователи предполагают, что это множественное число величия — форма речи, которую использовал бы царь, сказав, например: «Мы рады исполнить вашу просьбу». Однако в ветхозаветном иврите нет примеров, где монарх употреблял бы глаголы или местоимения во множественном числе в отношении себя самого в подобном «множественном числе величия», и, таким образом, в пользу данного предположения ничто не свидетельствует. Другое предположение заключается в том, что Бог обращается здесь к ангелам. Однако ангелы не участвовали в сотворении человека, и человек было сотворен не по образу и подобию ангелов, поэтому данное предположение также неубедительно. Наилучшее объяснение заключается в том, что уже в гл. 1 Книги Бытие мы имеем указание на множественность личностей Бога. Нам не сказано о том, сколько этих личностей, и здесь нет приближения к полному учению о Троице, однако здесь подразумевается, что существует более чем одна личность. То же самое можно сказать и о тексте из Быт 3:22 («Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло»), Быт. 11:7 (« Сойдем же, и смешаем там язык их») и Ис. 6:8 («Кого Мне послать? и кто пойдет для Нас?»). (Отметим сочетание единственного и множественного числа в одном и том же предложении в последнем примере.)

Кроме того, существуют такие тексты, где одна личность названа «Богом», или «Господом», и она отличается от другой личности, которая также названа Богом. В Па 44:7,8 псалмопевец говорит: «Престол Твой, Боже, вовек… Ты возлюбил правду, и возненавидел беззаконие; посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих». Здесь псалом выходит за рамки того, что могло бы быть правдой в отношении какого–либо земного царя, и называет царя «Богом» (ст. 7), чей престол существует «вовек». Но затем, все еще говоря о личности, которая названа «Богом», автор говорит, что «помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих» (ст. 8). Итак, две разные личности названы «Богом» (евр. אלהים). В Новом Завете автор Послания к Евреям цитирует этот отрывок и относит его к Христу: «Престол Твой, Боже, в век века» (Евр. 1:8).

Также в Пс. 109:1 Давид говорит: «Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих». Иисус правильно понимает, что Давид обращается словом «Господь» к двум разным личностям (Мф. 22:41—46), однако кто такой «Господь» Давида, если не Сам Бог? И кто мог бы сказать Богу: «Седи одесную Меня», кроме Того, Кто Сам в полной мере является Богом? В перспективе Нового Завета мы могли бы перефразировать этот стих следующим образом: «Бог–Отец сказал Богу–Сыну: „Седи одесную меня"». Однако даже и без новозаветного учения о Троице Давид, похоже, осознавал множественность личностей Бога. Иисус, безусловно, осознавал это, однако когда Он попросил фарисеев объяснить этот отрывок, «никто не мог отвечать Ему ни слова; и с того дня никто уже не смел спрашивать Его» (Мф. 22:46). Не желая принять множественность личностей в одном Боге, иудейские толкователи Писания до сего дня не могут найти удовлетворительного объяснения Пс. 109:1 (и Быт. 1:26, и прочих рассмотренных выше текстов), как и во времена Иисуса.

В Ис. 63:10 о народе Божьем говорится: «Они возмутились и огорчили Святого Духа Его», что подразумевает как тот факт, что Святой Дух отличен от Бога (это «Святой Дух Его»), так и то, что Святого Духа можно «огорчить», что предполагает эмоциональные способности, характеризующие отдельную личность, (в Ис. 61:1 также подчеркивается отличие «Духа Господа Бога» от «Господа», хотя в этом стихе не говорится о личностных характеристиках Духа Господа).

Схожее свидетельство находим в Книге Пророка Малахии, где Господь говорит: «Внезапно придет в храм Свой Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, Которого вы желаете; вот, Он идет, говорит Господь Саваоф. И кто выдержит день пришествия Его, и кто устоит, когда Он явится?» (Мал. 3:1,2). Здесь вновь один из говорящих («Господь Саваоф») отделяет Себя от Господа, Которого они ищут, что предполагает две разные личности, Каждая из Которых может быть названа «Господом».

В Ос. 1:7 Господь говорит о доме Иудином: «Помилую и спасу их в Господе Боге их», и это вновь подтверждает тот факт, что более чем одна личность может быть названа «Господом» (евр. יהוה) и «Богом» (евр.אלהים).

В Ис. 48:16 говорящий (видимо, служитель Господа) произносит: «И ныне послал Меня Господь Бог и Дух Его». Здесь Дух Господа, как и служитель Господа, был «послан» Господом Богом на исполнение определенной миссии. Параллель, проведенная между двумя объектами действия («Меня» и «Дух Его»), согласуется с восприятием их как разных личностей: похоже, здесь имеется в виду нечто большее, чем просто «Послал Меня Господь Бог и Его силу» (русский синодальный перевод исходит из предположения о том, что не Господь Бог посылает кого–то вместе с Духом Его, а Господь Бог и Дух Его посылают кого–то. В еврейском тексте сложно определить, где здесь подлежащее, а где — прямое дополнение. — Примеч. пер.). В новозаветной перспективе (где Иисус–Мессия признан истинным служителем Господа, предсказанным Исаией) в Ис. 48:16 подразумевается учение о Троице, фраза «И ныне послал Меня Господь Бог и Дух Его», будь она произнесена Иисусом, Сыном Божьим, включала бы в себя все три личности Троицы.

Кроме того, в многочисленных ветхозаветных текстах, повествующих об «ангеле Господнем», подразумевается множественность личностей Бога. Слово, переведенное как «ангел» (евр.מלאך), означает просто «посланец». Если этот ангел Господень — «посланец» от Господа, то он отличен от Самого Господа. Однако в некоторых случаях ангел Господень назван «Богом» или «Господом» (см.: Быт. 16:13; Исх. 3:2—6; 23:20—22 [отметим слова «Ибо имя Мое в Нем» в ст. 21]; Чис. 22:35 и 38; Суд. 2:1,2; 6:11 и 14). В других случаях в Ветхом Завете выражение «ангел Господень» означает просто сотворенного ангела, однако, по крайней мере в некоторых текстах, особый ангел (или «посланник») Господа, судя по всему, является отличной от Него, но полностью божественной личностью.

Один из наиболее спорных ветхозаветных текстов, который мог бы показать личностную самостоятельность более чем одной личности — это Прит. 8:22—31. Хотя описание «мудрости» в первой части главы может быть осмыслено просто как литературный прием, в рамках которого показано, как мудрость призывает простых к себе (ст. 22—31), можно сказать также, что определенные вещи, сказанные о «мудрости», далеко выходят за рамки просто персонификации. «Мудрость» говорит о тех временах, когда Бог сотворил землю: «Тогда я была при Нем художницею, и была радостию всякий день, веселясь пред лицем Его во все время, веселясь на земном кругу Его, и радость моя была с сынами человеческими» (Прит. 8:30,31). Работа в качестве «художницы» Бога в процессе творения предполагает отдельную личность, и последующие предложения могут показаться еще более убедительными, так как только реальные личности могут «быть радостью всякий день», веселиться в мире и радоваться человечеству.

Но если мы считаем, что «мудрость» (в древнееврейском языке это слово также принадлежит к грамматическому женскому роду. — Примеч. пер.) здесь действительно обозначает Сына Божьего до того, как Он стал человеком, возникает некоторая трудность. В ст. 22—25, судя по всему, говорится о сотворении той личности, которая названа «мудростью»:

Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони: от века я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны, когда еще не было источников, обильных водою. Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов.

Не означает ли это, что «мудрость» была сотворена?

На самом деле, нет. Еврейское слово, которое обычно означает «творить» (ברא) не употреблено в ст. 22; в этом месте использован глагол קנה, который в Ветхом Завете встречается 84 раза и почти всегда означает «приобретать, получать». Версия NASB наиболее точна: «Господь обладал Мною в начале Его пути» («The Lord possessed те at the beginning of his way»; также и в KJV). (Отметим употребление данного значения этого слова в Быт. 39:1; Исх. 21:2; Прит. 4:5,7; 23:23; Еккл. 2:7; Ис. 1:3 — «владетель».) Это значение вполне уместно в данном контексте, и если мудрость мы воспринимаем как реальную личность, то это означает, что Бог–Отец начал направлять и использовать мощный творческий труд Бога–Сына во время творения: Отец призвал Сына участвовать с ним вместе в творении. Слово «породить» в ст. 24 и 25 — это другое слово, но оно могло принять здесь сходное значение, а именно: Отец начал направлять и использовать мощный творческий труд Сына при сотворении мира.

2. Более полное откровение о Троице в Новом Завете. В самом начале Нового Завета мы начинаем знакомиться с историей пришествия на землю Сына Божьего. Вполне естественно было бы ожидать, что описание этого великого события будет сопровождаться более ясным учением о тринитарной природе Бога. Именно так и обстоит дело. Прежде чем приступить к детальному рассмотрению этого вопроса, мы можем просто перечислить те тексты, где все три личности Троицы упомянуты вместе.

Когда Иисус принимал крещение, «отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3:16,17). Здесь мы видим, как три личности Троицы одновременно выполняют три различные действия. Бог–Отец говорит с небес; Бог–Сын принимает крещение, а затем внимает голосу Бога–Отца; Бог–Дух Святой спускается с небес, для того чтобы почить на Иисусе и дать Ему силу на служение.

В самом конце Своего земного служения Иисус говорит Своим ученикам: «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19). Сами имена «Отец» и «Сын», взятые из лексики, относящейся к семейной сфере, наиболее близкой для каждого человека, ясно указывают на самостоятельность личности как Отца, так и Сына. Учитывая, что «Святой Дух» упоминается в том же самом выражении и на том же уровне, что и две другие личности, трудно избежать вывода о том, что Святой Дух также рассматривается как личность, причем как личность, равная Отцу и Сыну.

Если мы знаем, что новозаветные авторы в основном используют слово «Бог» (греч. θεός) для обозначения Бога–Отца и слово «Господь» (греч. κύριος) для обозначения Бога–Сына, то ясно, что еще одно высказывание, подразумевающее тринитарность Бога, содержится в 1 Кор. 12:4—6: «Дары различны, но Дух один и тот же; и служения различны, а Господь один и тот же; и действия различны, а Погодин и тот же, производящий все во всех».

Также и последний стих Второго послания к Коринфянам имеет форму, подразумевающую триединство Бога: «Благодать Господа (нашего) Иисуса Христа, и любовь Бога (Отца) (слова «Отец» нет в греческом тексте: καί ή άγόπη τον θεοΰ… — Примеч. пер.), и общение Святого Духа со всеми вами» (2 Кор. 13:13). Раздельное упоминание каждой из личностей находим также в Еф. 4:4—6: «Одно тело и один дух, как вы и призваны к одной надежде вашего звания; один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех, Который над всеми, и чрез всех, и во всех нас».

Все три личности Троицы упомянуты вместе во вводном предложении Первого послания Петра: «По предведению Бога Отца, при освящении от Духа, к послушанию и окроплению Кровию Иисуса Христа» (1 Пет. 1:2). А в Иуд. 20,21 читаем: «А вы, возлюбленные, назидая себя на святейшей вере вашей, молясь Духом Святым, сохраняйте себя в любви Божией, ожидая милости от Господа нашего Иисуса Христа, для вечной жизни».

Однако текст 1 Ин. 5:7 версии KJV (который включен также и в русский синодальный перевод) не следует рассматривать в связи сданным вопросом. Он звучит так: «Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино».

Проблема этого перевода заключается в том, что он основан на очень ограниченном количестве не вполне заслуживающих доверия греческих рукописей, самая ранняя из которых датируется XIV в. н. э. Ни в один из современных переводов этот стих KJV не включен, как нет его и в большинстве греческих рукописей основных текстуальных традиций, в том числе в заслуживающих большого доверия рукописях IV и V вв. н. э. Не цитируют его и такие Отцы Церкви, как Ириней (умер ок. 202 г. н. э.), Климент Александрийский (умер ок. 212 г. н. э.), Тертуллиан (умер после 220 г. н. э.) и великий защитник учения о Троице Афанасий (умер в 373 г. н. э.).

 

Б. Библейское учение кратко формулируется в трех пунктах

С одной стороны, учение о Троице — это тайна, которую мы никогда не сможем постигнуть полностью. Однако мы можем понять эту истину частично, сформулировав учение Писания в трех пунктах:

1. Бог есть три личности.

2. Каждая личность в полной мере является Богом.

3. Бог един.

В следующем разделе каждое из этих утверждений будет рассмотрено более подробно.

1. Бог есть три личности. Тот факт, что Бог — это три личности, означает, что Отец — это не Сын, они — разные личности. Этот факт означает также, что Отец — это не Святой Дух, они — разные личности. Также и Сын — это не Святой Дух. Эти различия очевидны из целого ряда текстов, процитированных в предыдущем разделе, как и из многих других новозаветных текстов.

Ин. 1:1,2 говорит нам: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога». Тот факт, что «Слово» (Которое есть Христос, как это видно из ст. 9—18) пребывает «с» Богом, показывает Его отличие от Бога–Отца. В Ин. 17:24 Иисус говорит Богу–Отцу: «Да видят славу Мою, которую Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня прежде основания мира», и тем самым показывает различие личностей, общение славы и любовь Отца и Сына, которые имели место еще до сотворения мира.

Нам сказано, что Иисус — это Первосвященник и наш Ходатай пред Богом–Отцом: «А если бы кто согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, Праведника» (1 Ин. 2:1). Христос «может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них» (Евр. 7:25). Однако для того, чтобы ходатайствовать за нас перед Богом–Отцом, необходимо, чтобы Иисус был личностью, отдельной от Отца.

Кроме того, Отец не Святой Дух и Сын не Святой Дух. Между ними проведено различие во многих текстах. Иисус говорит: «Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Ин. 14:26). Святой Дух также молится, или «ходатайствует», за нас (Рим. 8:27), что указывает на различие между Святым Духом и Богом–Отцом, перед Которым осуществляется это ходатайство.

И наконец, тот факт, что Сын — это не Святой Дух, подтверждается также приведенными ранее текстами, говорящими о тринитарности, например в великом поручении (Мф. 28:19) и в тех текстах, в которых говорится о том, что Иисус возвратился на небо и послал Церкви Святого Духа. Иисус сказал:

«Лучше для юс, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам»
(Ин. 16:7).

Иногда возникали некоторые сомнения относительно того, является ли Святой Дух в действительности отдельной личностью, а не просто «мощью» или «силой» Бога, которая действует в мире. Однако свидетельство Нового Завета достаточно ясно и убедительно. Во–первых, это многочисленные стихи, перечисленные ранее, где Святой Дух упоминается во взаимосвязи с Отцом и Сыном (Мф. 28:19; 1 Кор. 12:4–6; 2 Кор. 13:14; Еф. 4:4–6; 1 Пет. 1:2): если Отец и Сын — это личности и если о них говорится во взаимосвязи со Святым Духом, то Дух также является личностью. Кроме того, есть такие тексты, в которых Святой Дух обозначается через местоимение мужского рода «он»(греч. εκείνος; Ин. 14:26; 15:26; 16:13,14), что необычно, если учитывать данные греческой грамматики, так как слово «Дух» (греч. πνεΰμα) — среднего рода, а не мужского, и нормативно его следовало бы заменять местоимением среднего рода εκείνο. Кроме того, слово «заступник» или «утешитель» (греч. παρακλητος) обычно употребляется в отношении личности, которая утешает другие личности, помогает им или заступается за них; а в Евангелии от Иоанна этим словом обозначен Святой Дух (14:16,26; 15:26; 16:7).

Говорится также о многих личностных действиях Святого Духа, таких, как учение (Ин. 14:26), свидетельство (Ин. 15:26; Рим. 8:16), заступничество или молитва (Рим. 8:26,27), исследование глубин Божьих (1 Кор. 2:10), знание помыслов Божьих (1 Кор. 2:11), желание распределить различные дары между разными людьми (1 Кор. 12:11), запрещение тех или иных поступков (Деян. 16:6,7), говорение (Деян. 8:29; 13:2 и многие другие ветхозаветные и новозаветные тексты), оценка или одобрение мудрых поступков (Деян. 15:28), огорчение грехом, присутствующим в жизни христиан (Еф. 4:30).

И наконец, если мы считаем Святого Духа просто силой Божьей, а не отдельной личностью, то многие тексты просто теряют свой смысл, так как в них упоминается как Сам Святой Дух, так и Его сила или сила Бога. Например, стих Лк. 4:14: «И возвратился Иисус в силе духа в Галилею» в таком случае означал бы: «И возвратился Иисус в силе силы Бога в Галилею». А стих Деян. 10:38: «Бог Духом Святым и силою помазал Иисуса из Назарета» означал бы: «Бог силою Бога и силою помазал Иисуса из Назарета» (см. также: Рим. 15:13; 1 Кор. 2:4).

Хотя все эти тексты так ясно отличают Святого Духа от других лиц Троицы, стих 2 Кор. 3:17 многим исследователям представлялся загадочным: «Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода». Толкователи предполагают, что слово «Господь» здесь должно обозначать Христа, поскольку Павел часто говорит «Господь», имея в виду Христа. Но, вероятно, в данном случае это не так, потому что грамматические данные и контекст свидетельствуют о том, что речь здесь идет о Святом Духе (т. е. здесь слово «Дух» — подлежащее — Примеч. пер.): «Дух есть Господь…» Тогда получается, что Павел говорит о том, что Святой Дух — это также «Яхве» (или «Иегова»), Господь Ветхого Завета (отметим явную связь этого отрывка с Ветхим Заветом, начиная со ст. 7). Теологически такое утверждение вполне приемлемо, так как действительно можно утверждать, что Святой Дух может быть назван «Господом» в Ветхом Завете, так как Бог–Отец есть «Господь» и Бог–Сын есть «Господь» (в ветхозаветном смысле, слово «Господь» — имя Божье), и именно Святой Дух являет нам присутствие Господа в новозаветную эпоху.

2. Каждая личность в полной мере является Богом. Все три личности отличаются друг от друга, но существует также исчерпывающее свидетельство Писания о том, что каждая личность в полной мере является Богом.

Во–первых, очевидно, что Бог–Отец — это Бог. Это неоспоримо, начиная с самого первого стиха Библии, где Бог творит небо и землю. Это очевидно во всем Ветхом и во всем Новом Завете, где Бог–Отец представлен как единодержавный Господь всего и где Иисус молится Своему небесному Отцу.

Во–вторых, Сын в полной мере является Богом. Хотя этот вопрос более подробно будет рассмотрен в гл. 25 («Личность Христа»), мы можем кратко отметить несколько текстов, которые совершенно определенно свидетельствуют о божественности Христа. Абсолютно недвусмысленно об этом говорится в Ин. 1:1—4:

В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.

Здесь о Христе говорится как о «Слове», и Иоанн утверждает, что Оно было «у Бога», и что Оно «было Бог». В греческом тексте чувствуется аллюзия на первые слова Быт. 1:1 («В начале…»). Это напоминает нам, что Иоанн говорит о том, что было истиной еще до сотворения мира. Бог–Сын всегда в полной мере был Богом.

Перевод «И Слово было Бог» был оспорен свидетелями Иеговы, которые переводят этот стих «И Слово было бог» («the Word was a god»), подразумевая тем самым, что Слово было просто небесным существом и не было в полной мере божественным. Они обосновывают свою точку зрения тем фактом, что определенный артикль (греч. о) не встречается перед греческим словом θεός («Бог»). Свидетели Иеговы утверждают, что, в связи с этим, слово θεός следует переводить «бог» («а god»). Однако эта точка зрения не нашла поддержки ни у одного исследователя греческого языка — ведь общеизвестно, что в этом предложении просто соблюдено правило греческой грамматики, по которому отсутствие определенного артикля указывает на тот факт, что «Бог» здесь — сказуемое, а не подлежащее (В одной из последних публикаций свидетели Иеговы признают это грамматическое правило, однако не отступают от своей позиции по вопросу перевода Ин. 1:1.)

Непоследовательность позиции свидетелей Иеговы очевидна из их перевода остальной части гл. 1 Евангелия от Иоанна. По различным грамматическим причинам в этой главе слово θεός не имеет определенного артикля и в других случаях, как, например, в ст. 6 («Был человек, посланный от Бога»), ст. 12 («Власть быть чадами Божиими»), ст. 13 («но от Бога») и ст. 18 («Бога не видел никто никогда»). Если бы свидетели Иеговы были последовательны в своем применении принципа отсутствия определенного артикля, все эти выражения им следовало бы переводить как «бог» («а god»), однако в каждом из этих случаев они переводят «Бог» («God»).

Ин. 20:28 в своем контексте также является сильным доказательством божественности Христа. Фома усомнился в истинности рассказа других учеников о том, что они видели воскресшего из мертвых Иисуса, и сказал, что не поверит, если только не увидит ран от гвоздей на Его руках и не вложит своей руки в рану у Него на боку (Ин. 20:25). Затем Иисус является ученикам, когда Фома был вместе с ними. Он говорит Фоме: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим» (Ин. 20:27). Далее читаем: «Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой!» (Ин. 20:28). Здесь Фома называет Иисуса «Бог мой». Само повествование показывает нам, что и Иоанн, составляя свое Евангелие, и Сам Иисус одобряют сказанное Фомой и призывают всех верить в то, во что уверовал Фома. Иисус отвечает Фоме: «Ты поверил, потому что увидел Меня: блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20:29). Что касается Евангелия от Иоанна, то это наивысшая драматическая точка всей книги, ведь здесь Иоанн говорит читателям — буквально в следующем стихе, — что ради этого он и написал Евангелие:

Много сотворил Иисус пред учениками Своими и других чудес, о которых не написано в книге сей; сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его (Ин. 20:30,31).

Иисус говорит о тех, кто не увидит Его и все же уверует, и здесь же Иоанн говорит читателям, что он записал все эти события в своем Евангелии ради того, чтобы те также могли уверовать, подражая Фоме в их исповедании веры. Иными словами, вся книга написана для того, чтобы убедить людей последовать примеру Фомы, который искренне сказал Иисусу: «Господь мой и Бог мой». Эти слова приобретают особую силу в связи с тем, что Иоанн определяет их как центральные в своей книге.

Другой текст, в котором говорится о божественности Иисуса — это Евр. 1, где автор утверждает, что Христос — это «точное отражение» (греч. χαρακτήρ, «отпечаток») природы или сущности (греч. νπόστασις) Бога, т. е. в этом стихе говорится о том, что Бог–Сын во всем точно повторяет существо или природу Бога–Отца: всеми теми атрибутами и той властью, которыми обладает Бог–Отец, обладает также и Бог–Сын. Далее автор говорит о Сыне как о «Боге» в ст. 8 («А о Сыне: „престол Твой, Боже, в век века; жезл царствия Твоего — жезл правоты"») и говорит о творении в связи с Христом: «В начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело рук Твоих» (Евр. 1:10, цитата из Пс. 101:25). В Тит. 2:13 говорится: «Ожидая блаженного упования и явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа», а во 2 Пет. 1:1 — «…По правде Бога нашего и Спасителя Иисуса Христа». В Рим. 9:5 о еврейском народе сказано: «Их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь».

В Ветхом Завете Исайя пророчествует:

Ибо младенец родился нам; Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий…
(Ис. 9:6).

Это пророчество о Христе, и Он назван здесь «Богом крепким». Отметим такое же применение выражений «Господь» и «Бог» в пророчестве о грядущем Мессии в тексте Ис. 40:3: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему», который цитирует Иоанн Креститель, готовясь к пришествию Христа (Мф. 3:3).

Многие другие тексты будут рассмотрены ниже, в гл. 25, однако сказанного достаточно, чтобы показать, что Новый Завет ясно говорит о Христе как о Боге. Как сказал Павел: «Ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2:9).

Далее, Святой Дух в полной мере является Богом. Если мы понимаем, что Отец и Сын — это в полной мере Бог, то тринитарные высказывания, подобные Мф. 28:19 («Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа»), приобретают особое значение для учения о Святом Духе, так как они показывают, что Святой Дух рассматривается на том же уровне, что Отец и Сын. Это становится очевидным, если мы осознаем, насколько невероятным для Иисуса было бы высказывание: «Крестя их во имя Отца и Сына и Архангела Михаила» — в таком случае сотворенному существу придавался бы статус, неуместный даже для архангела. Верующие во все времена могут быть крещены во имя (и, тем самым, принимая качества) только Самого Бога. (Отметим также другие важные тексты, свидетельствующие о Троице, упомянутые выше: 1 Кор. 12:4–6; 2 Кор. 13:14; Еф. 4:4–6; 1 Пет. 1:2; Иуд. 20,21.)

В Деян. 5:3,4 Петр спрашивает Ананию: «Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому?.. Ты солгал не человекам, а Богу». Из слов Петра ясно, что солгать Святому Духу — значит солгать Богу. Павел говорит в 1 Кор. 3:16: «Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?» Храм Божий — это то место, где пребывает Сам Бог, и Павел, объясняя, что здесь живет «Дух Божий», тем самым явно приравнивает Дух Божий к Самому Богу.

Давид вопрошает (Пс. 138:7,8): «Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо — Ты там». В этом тексте о свойстве вездесущности говорится в связи со Святым Духом, а ни одно сотворенное существо не обладает этим свойством. Судя по всему, Давид приравнивает Дух Божий к присутствию Божьему. Уйти от Духа Божьего — значит уйти от Его присутствия, но Давид никуда не может скрыться от Духа Божьего, и куда бы он ни отправился, всюду Он там.

В 1 Кор. 2:10,11 Павел говорит о божественном свойстве всеведения в связи со Святым Духом: «…ибо Дух все проницает, и глубины Божий. Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия».

Кроме того, новое рождение каждому рожденному свыше дарует Святой Дух. Иисус сказал: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие: рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух. Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться свыше» (Ин. 3:5—7). Однако новую духовную жизнь тому, кто становится христианином, может даровать только Бог (ср.: 1 Ин. 3:9, «рожденный от Бога»). Таким образом, этот тест является еще одним указанием на тот факт, что Святой Дух в полной мере является Богом.

На данный момент мы пришли к двум выводам, которые подтверждаются всем Писанием:

1. Бог есть три личности.

2. Каждая личность в полной мере является Богом.

Если бы Библия учила только этим двум фактам, то не возникало бы никаких логических затруднений, поскольку очевидный вывод был бы таков: существует три Бога. Отец в полной мере является Богом, Сын в полной мере является Богом и Святой Дух в полной мере является Богом. Получалась бы система, в которой присутствуют три в равной степени божественных существа. Подобную религиозную систему можно было бы назвать политеизмом или, более точно, «тритеизмом» — верой в трех Богов. Однако Библия учит нас совершенно иному.

3. Бог един. Писание исчерпывающим образом свидетельствует о том, что существует только один Бог. Три отдельные личности Троицы едины не только в Своих целях и в Своем мышлении, они едины по Своей сущности, по самой Своей природе. Иными словами, Бог — это одно Существо. Нет трех Богов. Бог только один.

Приведем один из наиболее известных ветхозаветных текстов — Втор. 6:4,5: «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть. И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всеми силами твоими».

Когда Моисей воспевает:

Кто, как Ты, Господи, между богами? Кто, как Ты, величествен святостию, досточтим хвалами, творец чудес?

ответ очевиден: «Никто». Богуникален, и нет никого, подобного Ему, и не может быть никого, кто был бы Ему подобен. Соломон говорит в своей молитве: «Чтобы все народы познали, что Господь есть Бог, и нет кроме Его» (3 Цар. 8:60).

Когда Бог говорит, Он неоднократно подчеркивает, что Он — единственный истинный Бог; представление о том, что поклоняться следует не одному Богу, а трем, немыслимо в свете этих утверждений. Бог — это единственный истинный Бог, и нет никого, подобного Ему. Когда Он говорит, то говорит лишь Он один — Он не говорит как один из трех Богов, которым следовало бы поклоняться. Он говорит:

Я Господь, и нет иного; нет Бога кроме Меня; Я препоясал тебя; хотя ты не знал Меня, дабы узнали от восхода солнца и от запада, что нет кроме Меня; Я Господь, и нет иного
(Ис. 45:5,6).

Он также призывает всех на земле обратиться к Нему:

…Нет иного Бога кроме Меня, — Бога праведного и спасающего нет кроме Меня. Ко Мне обратитесь и будете спасены, все концы земли; ибо Я Бог, и нет иного
(Ис. 45:21,22; ср.: 44:6—8).

Новый Завет также утверждает, что существует только один Бог. Павел пишет: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1 Тим. 2:5). Павел утверждает: «Один Бог» (Рим. 3:30) и говорит: «Но у нас один Бог Отец, из Которого все, и мы для Него»(1 Кор. 8:6). И наконец, Иаков утверждает, что даже бесы признают, что Бог един, хотя их интеллектуального признания этого факта не достаточно для их спасения: «Ты веруешь, что Бог един: хорошо делаешь; и бесы веруют, и трепещут» (Иак. 2:19). Однако Иаков ясно говорит, что «хорошо» верить, что «Бог един».

4. Примитивные решения неизбежно приводят к отрицанию какой–либо части библейского учения. Теперь мы пришли к трем утверждениям, каждому из которых нас учит Писание:

1. Бог есть три личности.

2. Каждая личность в полной мере является Богом.

3. Бог един.

В истории Церкви было много попыток прийти к простому решению относительно учения о Троице путем отрицания какого–либо из этих утверждений. Если кто–либо отрицает первое утверждение, то он просто отрицает тот факт, что каждая из личностей, названных в Писании (Отец, Сын и Святой Дух), — это Бог, и утверждает, что существует только один Бог. Однако если мы не утверждаем, что речь идет об отдельных личностях, то находится простое решение: все это — лишь разные имена одной и той же Личности, Которая действует по–разному в разное время. Иногда эта Личность называет Себя Отцом, иногда — Сыном, а иногда — Духом. Никакой трудности для понимания здесь не возникает, так как из нашего собственного опыта мы знаем, что одна и та же личность может действовать, например, как адвокат, в другой раз — как отец своих детей, а в иных обстоятельствах — как сын в отношении своих родителей. Одна и та же личность — это и адвокат, и отец, и сын. Однако подобное решение отрицает тот факт, что (в Троице. — Примеч. пер.) все три Личности индивидуальны: Бог–Отец посылает Бога–Сына в мир, Сын молит-:я Отцу, а Святой Дух ходатайствует о нас перед Отцом.

К другому простому решению можно прийти, отрицая второе утверждение, т. е. отрицая, что те или иные личности, названные в Писании, не являются в полной мере Богом. Если мы считаем, что Бог — это три личности и что Бог един, то нам, возможно, захочется сказать, что те или иные «личности» в этом едином Боге не являются Богом в полной мере, что они — просто подчиненные или сотворенные составляющие Бога. Такой вывод делают, например, те, кто отрицает полную божественность Сына (и Святого Духа). Однако, как мы видели выше, это означает отрицание большой части библейского учения.

И, наконец, как мы отметили выше, простое решение можно найти, отрицая тот факт, что Бог един. Однако это приводит к вере в трех Богов, т. е. к представлению, которое явно противоречит Писанию.

Хотя третье из упомянутых заблуждений не столь широко распространено, как мы увидим ниже, каждая из двух первых ошибок возникала в разные периоды истории Церкви, и они все еще существуют в различных («религиозных». — Примеч. пер.) группах.

5. У любой аналогии есть свои недостатки. Если мы не можем принять ни одного из этих простых решений, то каким образом мы можем совместить три истины Писания и прийти к учению о Троице? Люди пытались брать аналогии из природы или из человеческого опыта, которые помогли бы им объяснить это учение. Хотя эти аналогии и могут быть полезными на элементарном уровне понимания, при дальнейшем размышлении все они оказываются неадекватными или даже вводят в заблуждение. Например, утверждение о том, что Бог подобен трилистнику клевера, который состоит из трех частей, но все же является одним листом клевера, неверно, поскольку каждый листок — это только часть трилистника, и ни об одном листке нельзя сказать, что это — весь трилистник. Тогда как в Троице каждая из личностей — это не просто отдельная часть Бога, каждая личность в полной мере является Богом. Кроме того, трилистник клевера — это не личность, и он не обладает отдельными, сложными личностными характеристиками, подобно лицам Троицы.

Приводилось в пример и дерево, которое состоит из трех частей: корня, ствола и ветвей, которые составляют одно дерево. Но и здесь возникает та же проблема, ведь все это — лишь части дерева, и ни об одной из них нельзя сказать, что это — дерево в целом. Кроме того, в этой аналогии различные части обладают различными признаками, в противоположность личностям Троицы, каждая из которых обладает атрибутами Бога в равной степени. Безличность в этом примере также является его большим недостатком.

Аналогия трех состояний воды (пар, вода и лед) также неадекватна, поскольку никакое количество воды не может быть сразу в трех из этих состояний; потому что у них разные атрибуты, или характеристики; потому что в этой аналогии ничто не отражает того факта, что есть только один Бог (нет ничего подобного «одной воде» или «всей воде мира»); потому что здесь отсутствуют разумность и личностное начало.

Другие аналогии были заимствованы из человеческого опыта. Можно сказать, что Троица — это нечто подобное человеку, который одновременно и фермер, и мэр своего города, и пресвитер своей церкви. В разное время он выступает в различных ролях, но это один и тот же человек. Однако эта аналогия очень несовершенна, так как эти виды деятельности в разное время выполняет одна и та же личность, и в рамках этой аналогии невозможно рассуждать о личных взаимоотношениях, которые имеют место между личностями Троицы. (Фактически, в этой аналогии просто содержится ересь модализма, о которой речь пойдет ниже.)

Другая аналогия, заимствованная из человеческого опыта, — это единство разума, чувств и воли в одной человеческой личности. Хотя каждый из этих аспектов является частью личности, тем не менее ни один из этих факторов не составляет целую личность. Кроме того, эти части не идентичны по своим характеристикам и их атрибуты различны.

Итак, какую же аналогию следует использовать в учении о Троице? Хотя в Библии используется множество примеров из природы и человеческой жизни для изложения различных аспектов природы Бога (Бог подобен скале в Своей верности, Он подобен пастырю в Своей заботе о нас и т. д.), любопытно, что в Писании нигде не используются аналогии для изложения учения о Троице. Самое близкое приближение к аналогии находим лишь в именах «Отец» и «Сын», которые отчетливо говорят о разных личностях и о тесных взаимоотношениях, которые существуют между ними в человеческой семье. Однако, на человеческом уровне, речь идет, конечно, о двух совершенно разных существах, а не об одном существе, которое состоит из двух разных личностей. Правильнее всего было бы прийти к выводу, что ни одна аналогия не адекватна учению о Троице и все примеры приводят к серьезным заблуждениям.

6. Бог вечно существует как Троица, и только так. Во время сотворения мира, когда Бог–Отец изрек властные слова творения, давшие начало миру, Бог–Сын был божественной действующей силой, которая осуществила эти слова (Ин. 1:3; 1 Кор. 8:6; Кол. 1:16;Евр. 1:2), а Бог Святой Дух «носился над водою» (Быт. 1:2). Чего–то подобного и следовало ожидать: если все три лица Троицы в равной степени и в полной мере божественны, то все три существовали вечно, и Бог вечно существовал как Троица (ср. также: Ин. 17:5,24). Кроме того, Бог не может быть иным, чем Он есть, так как Он неизменен (см. выше, гл. 10). Поэтому представляется правильным вывод, что Бог непременно существует как Троица — Он не может быть иным, чем Он есть.

 

Б. Отрицание любого из трех утверждений, кратко излагающих библейское учение, привело к заблуждениям

В предыдущем разделе мы утверждали, что Библия требует от нас, чтобы мы приняли следующие три утверждения:

1. Бог есть три личности.

2. Каждая личность в полной мере является Богом.

3. Бог един.

Прежде чем мы продолжим рассматривать различия между Отцом, Сыном и Святым Духом и взаимоотношения, которые существуют между ними, необходимо вспомнить некоторые богословские заблуждения о Троице, которые имели место в истории церкви. В этом историческом обозрении мы рассмотрим некоторые ошибки, которых следует избегать нам самим в наших дальнейших размышлениях об этом учении. Основные заблуждения, касающиеся учения о Троице, возникли из отрицания того или иного из этих трех базовых утверждений.

Модализм утверждает, что существует только одна Личность, Которая является нам в трех разных формах (или «модусах»). В различные периоды истории возникало учение о том, что на самом деле Бог — это не три разные личности, а одна, которая и является людям в различных формах в разное время. Например, в Ветхом Завете Бог — «Отец». В Евангелиях та же самая божественная Личность — «Сын», как это видно в человеческой жизни и в человеческом служении Иисуса. После Пятидесятницы та же самая Личность явила Себя как «Дух», действующий и поныне в церкви.

Это учение имеет еще два названия. Иногда его называют савеллианством, по имени некоего Савеллия, который жил в Риме в начале III в. н. э., а также «модалистским монархианством», так как это учение не только утверждает, что Бог явил Себя в разных «модусах», но и то, что в мире есть лишь один высший Владыка («Монарх») и что это — Сам Бог, Который состоит только из одной личности.

Модализм привлекателен своим стремлением подчеркнуть тот факт, что существует только один Бог. Это подтверждается не только теми текстами, в которых говорится о едином Боге, но также и такими отрывками, как Ин. 10:30 («Я и Отец — одно») и Ин. 14:9 («Видевший Меня видел Отца»). Тем не менее последний отрывок может просто означать, что Иисус полностью раскрывает качества Бога–Отца, а первый текст (Ин. 10:30) — в контексте, где Иисус утверждает, что Он исполнит все, что Отец повелел Ему сделать, и спасет всех, кого Отец дал Ему, — похоже, означает, что Иисус и Отец едины в Своих целях.

Фатальный недостаток модализма заключается в том, что это учение должно отрицать личные взаимоотношения в рамках Троицы, которые очевидны из многих текстов Писания (или утверждать, что все это иллюзия). Таким образом, модализм должен отрицать присутствие трех отдельных личностей при крещении Иисуса, где Отец говорит с небес, а Святой Дух нисходит на Иисуса в виде голубя. Это учение обязано утверждать, что все те тексты, в которых Иисус молится Отцу, — это иллюзия или какая–то головоломка. Теряется смысл в утверждении о заступничестве Сына или Святого Духа перед Отцом.

И наконец, в модализме утрачена сама суть учения об искуплении — представление о том, что Бог послал своего Сына в качестве заместительной жертвы, и что Сын принял на Себя гнев Божий вместо нас, и что Отец, представлявший интересы Троицы, видел страдания Иисуса и смотрел «на подвиг души Своей… с довольством» (Ис. 53:11).

Более того, модализм отрицает независимость Бога, так как если Бог — это одна личность, то Он не в состоянии любить и общаться в своем творении без других личностей. Таким образом, Бог сотворил мир по необходимости и Бог не является независимым от творения (о независимости Бога см. в гл. 11).

В рамках протестантизма есть одна (четко очерченная) ныне существующая деноминация, исповедующая модализм — это Объединенная пятидесятническая церковь (United Pentecostal Church).

2. Арианство отрицает полную божественность Сына и Святого Духа. Термин «арианство» происходит от имени Ария, александрийского епископа, чьи убеждения были осуждены на Никейском соборе в 325 г. н. э. Арий умер в 336 г. н. э. Он учил, что Бог–Сын в определенный момент времени был сотворен Богом–Отцом и что до этого времени Сын не существовал, как не существовал и Святой Дух, а был лишь Бог–Отец. Таким образом, хотя Сын и является небесным существом, которое было создано прежде остального творения, Он все же не равен Отцу во всех Своих качествах — о Нем можно сказать, что Он «подобен Отцу» по Своей природе, но о Нем нельзя сказать, что Он «таков же по природе», как Отец.

1) Арианская смута. Арианские взгляды в наибольшей степени основывались на текстах, в которых Христос называется «единородным» Сыном (Ин. 1:14; 3:16,18; 1 Ин. 4:9). Если Христос был «рожден» Богом–Отцом, рассуждали ариане, то это должно означать, что Бог–Отец был причиной Его возникновения (так как слово «рождать» в человеческом опыте предполагает участие отца в зачатии ребенка). Подтверждение арианской точки зрения видели также в тексте Кол. 1:15: «Который есть образ Бога невидимого, рожденный прежде всякой твари». Разве слово «рожденный» здесь не подразумевает, что Сын в определенный момент времени был порожден Отцом? И если это верно в отношении Сына, то это должно быть справедливо также и в отношении Святого Духа.

Однако эти тексты не требуют от нас, чтобы мы приняли арианскую точку зрения. Кол. 1:15, где Христос назван «рожденным прежде всякой твари», правильнее понимать в том смысле, что Христос обладает правами или привилегиями «первенца» — т. е. в соответствии с библейским обычаем, правом начальства и власти в одном поколении семьи. (Отметим Евр. 12:16, где сказано о «первородстве» Исава. Слово «первородство» [англ. birthright или firstborn status] — греч. πρωτοτόκια — того же корня, что и «рожденный прежде…» [англ. first–born] — πρωτότοκος в Кол. 1:15.) Таким образом, Кол. 1:15 означает, что Христос обладает привилегиями власти и правления, которые принадлежат «первородным», но в отношении всего творения. Перевод NIV дает более верное толкование: «первородный над всем творением» («the firstborn over all creation»).

Что же касается тех текстов, в которых говорится, что Христос — «единородный Сын» Бога, то для ранней церкви были весьма убедительны прочие тексты, в которых говорилось о том, что Христос — это целиком и полностью Бог. На этом основании она пришла к выводу, что каково бы ни было значение слова «единородный», оно не означает «сотворенный». Поэтому принятое в 325 г. Никейское исповедание веры говорит, что Христос «рожден, не сотворен»:

Верую во единого Бога–Отца Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого.

И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, от Отца рожденного, единородного; то есть от существа Отца, Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, единосущного ( homoiousios ) Отцу… [163]

Та же самая формулировка была утверждена и на Константинопольском соборе в 381 г., однако после слов «от Отца рожденного» было добавлено: «прежде всех веков», чтобы показать, что это «рождение» было вечным. Оно никогда не началось, это нечто вечно истинное для взаимоотношений между Отцом и Сыном. Тем не менее природа этого «рождения» так и не была четко определена. Говорилось лишь, что оно связано с отношениями Отца и Сына и что в определенном смысле Отец предвечно имеет первенство в этих взаимоотношениях.

Осуждая учение Ария, Никейский собор утверждал далее, что Христос «единосущен Отцу». Спор с Арием касался двух слов, которые стали знамениты в истории Церкви — `ομοούσιος («единосущный») и `ομοιούσιος («сходный по сущности»). Различие основано на разном значении двух греческих префиксов, `ομο-, который означает «тот же самый», и ομοι-, который означает «схожий». Арий настаивал на том, что Христос был сверхъестественным небесным существом, что Он был сотворен Богом прежде творения остального мира, и даже на том, что Он был «подобен» Богу по Своей природе. Таким образом, Арий готов был согласиться на формулировку `ομοιούσιος. Однако участники Никейского собора 325 г. и Константинопольского собора 381 г. понимали, что если Христос не был в точности той же самой природы, что и Отец, то Он уже не был в полной мере Богом. Поэтому делегаты на обоих соборах настаивали на том, чтобы ортодоксальные христиане исповедовали, что Христос — ομοούσιος, т. е. той же самой природы, что и Бог–Отец. Различие между двумя словами было лишь в одной букве, греческой букве «йота», и многие критиковали церковь за то, что спор об одной букве привлекал столько внимания в течение всего IV в. н. э. Многие удивлялись: «Может ли быть что–либо глупее спора об одной букве?» Но различие между этими двумя словами было глубоким, и наличие или присутствие одной йоты воистину проводило различие между библейским христианством, с подлинным учением о Троице, и ересью, которая не принимала полной божественности Христа и потому была нетринитарным учением, в конечном счете оказавшимся разрушительным для христианства.

2) Субординационизм. Утверждая, что Сын обладает той же природой, что и Отец, ранняя церковь при этом отвергала лжеучение субординационизма. Ариане утверждали, что Сын был сотворен и не был Богом, а субординационисты говорили, что Сын был вечен (не сотворен) и божествен, но все же не равен Отцу во всех атрибутах — Сын подчинен в Своем бытии Богу–Отцу. Отец ранней церкви Ориген (ок. 185—254 гг. н. э.) отстаивал одну из форм субординационизма, утверждая, что Сын был подчинен в Своем бытии Отцу и что Сын вечно получает Свое бытие от Отца. Ориген старался защитить различие личностей и писал еще до того, как учение о Троице было ясно сформулировано в церкви. Церковь не последовала за ним и резко отвергла его учение на Никейском соборе.

Многие выдающиеся деятели церкви способствовали постепенному формированию правильного учения о Троице, но наиболее значительным из них был Афанасий. Когда в 325 г. н. э. он прибыл на Никейский собор, ему было всего двадцать девять лет. Он не был официальным делегатом и приехал в качестве секретаря Александра, епископа александрийского. Однако его ум и писательский талант позволили ему оказать большое влияние на исход собора, и он сам стал александрийским епископом в 328 г. Хотя ариане и были осуждены в Никее, они отказались прекратить свою деятельность и использовали свою значительную политическую власть для того, чтобы продолжать церковную смуту в течение почти всего IV в. Афанасий стал главным объектом атак ариан, и он посвятил свою жизнь борьбе с арианской ересью. «Его травили, пять раз отправляли в изгнание, и в течение семнадцати лет он вынужден был скрываться», но своими усилиями «почти единолично Афанасий спас церковь от языческого интеллектуализма». «Афанасьевский символ веры», по мнению современных исследователей, не принадлежит его перу, но в нем очень ясно выражено учение о Троице, и он получал все большее признание в церкви, начиная с 400 г. н. э., и до сих пор используется как в протестантских церквах, так и в католической церкви. (См. приложение 1.)

3) Адопцианство. Это еще одно связанное с арианством лжеучение. Адопционисты утверждали, что Иисус жил как обычный человек до времени Его крещения, но затем Бог «усыновил» Иисуса и даровал Ему сверхъестественную силу. Они считают, что Христос не существовал до того, как Он родился человеком; поэтому они, в отличие от Ария, не признают Его ни вечным, ни сверхъестественным существом, сотворенным Богом. Адопционисты считают, что Иисус не имел божественной природы даже после «усыновления» Богом; по их мнению, Он был просто великим человеком, которого Бог называл «Сыном».

Адопцианство не получило такого распространения, как арианство, однако в ранней церкви время от времени появлялись люди, которые придерживались адопционистских взглядов. Многие наши современники, которые считают Иисуса великим человеком, получившим от Бога особую силу, но не божественным по природе, на самом деле являются адопционистами. Мы говорим об этом учении в связи с арианством по той причине, что в нем также отрицается божественность Сына (и, соответственно, божественность Святого Духа).

Конец арианской смуте был положен в 381 г. н. э., на Константинопольском соборе. Этот собор подтвердил Никейские принципы и добавил утверждение о божественности Святого Духа, которое подвергалось нападкам со времени Никейского собора. После слов «…и в Духа Святого» Константинопольский собор добавил: «Господа и Животворящего, от Отца исходящего, с Отцом и Сыном достойного принять поклонение и прославление, говорившего через пророков». Та версия исповедания веры, которая включает в себя добавления, сделанные на Константинопольском соборе, сейчас общеизвестна как «Никейский символ веры» (см. приложение 1).

4) Дискуссия о филиокве. В связи с Никейским символом веры следует кратко упомянуть еще об одной несчастливой главе в истории церкви, а именно о разногласиях, возникших по поводу введения формулы филиокве (Jilioque) в Никейский символ веры, что впоследствии, в 1054 г., привело к расколу между западным (римско–католическим) и восточным христианством (которое в наши дни состоит из различных ветвей восточного православного христианства: Греческой православной церкви, Русской православной церкви и т. д.).

Латинское слово filioque означает «и от Сына». Эти слова не были включены в Никейский символ веры ни в 325 г., ни в его вторую редакцию в 381 г. В тех версиях говорилось лишь, что Святой Дух «исходит от Отца». Но в 589 г. на поместном церковном соборе в Толедо (совр. Испания) были добавлены слова «и от Сына», так что в символе веры теперь говорилось, что Он «исходит от Отца и от Сына». В общем–то, не возникает никаких возражений против утверждения о том, что Святой Дух исходит от Отца и от Сына в определенное время (в частности, вдень Пятидесятницы. См.: Ин. 15:26 и 16:7, где Иисус говорит, что пошлет Святой Дух в мир). Однако это было утверждение о природе Троицы, и эти слова были поняты в связи с вечными взаимоотношениями между Святым Духом и Сыном, о чем нигде в Писании напрямую не говорится. Форма Никейского символа веры с дополнительной формулировкой постепенно получила широкое признание и была официально признана в 1017 г. Этот вопрос был осложнен церковной политикой и борьбой за власть, и этот внешне крайне незначительный аспект учения стал основной причиной раскола между восточным и западным христианством в 1054 г. (Однако истинным политическим поводом к разделению послужил вопрос об отношении восточной церкви к власти папы.) Разногласия по вопросам учения и раскол между двумя ветвями христианства не нашли своего разрешения до сегодняшнего дня.

Можно ли считать какую–либо точку зрения по этому вопросу истинной? Свидетельство Писания (хотя и не очень пространное), похоже, подтверждает позицию западной церкви. Несмотря на то что в Ин. 15:26 говорится, что Дух истины «от Отца исходит», это не отрицает, что Он исходит также от Сына (как в Ин. 14:26 говорится, что Отец пошлет Святого Духа, а в Ин. 16:7 — что Сын пошлет Святого Духа). Ведь в Ин. 15:26 Иисус в одном предложении говорит о Святом Духе: «Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит». И если Сын вместе с Отцом посылает Святого Духа в мир, то, по аналогии, представляется уместным сказать, что это отражает вечный порядок Их взаимоотношений. Мы не можем настаивать на этом, основываясь на каком–то определенном стихе. Однако во многом наше понимание вечных взаимоотношений между Отцом, Сыном и Святым Духом основано на стихах Писания, где сказано о том, каким образом Они соотносятся в творении во времени. Кроме того, в восточной формулировке есть опасность предположить неестественную дистанцию между Сыном и Святым Духом, и тогда возможно, что в личном поклонении будет выдвинут на первый план мистический, проникнутый Духом опыт, а рациональное поклонение Христу как Господу останется без внимания. Тем не менее разногласия по такому неясному вопросу учения (в сущности, это был вопрос об отношениях между Сыном и Духом до творения), безусловно, не требовали разделения церкви.

5) Важность учения о Троице. Почему церковь придавала такое значение учению о Троице? Действительно ли так важно принимать полную божественность Сына и Святого Духа? Да, безусловно; ведь это учение является сущностью христианской веры. Во–первых, речь идет об искупительной жертве. Если Иисус — лишь сотворенное существо и не в полной мере является Богом, то трудно понять, как Он, творение, мог понести весь гнев Бога, направленный на наши грехи. Может ли творение, каким бы великим оно ни было, спасти нас? Во–вторых, если мы отрицаем полную божественность Сына, возникает угроза относительно учения об оправдании одной только верой. (Сегодня это хорошо видно в учении свидетелей Иеговы, которые не верят в оправдание одной только верой.) Если Иисус не в полной мере является Богом, то мы по праву начинаем сомневаться, можем ли мы полностью доверять Ему в деле нашего спасения? Можем ли мы полностью вверить наше спасение творению?

В–третьих, если Иисус — это не бесконечный Бог, то следует ли нам молиться и поклоняться Ему? Кто, кроме бесконечного, всеведущего Бога, может слышать молитвы всего народа Божьего и отвечать на них? И кто, кроме Самого Бога, достоин поклонения? И в самом деле, если Иисус — это просто творение, каким бы великим это творение ни было, поклоняться Ему означало бы предаваться идолослужению, а Новый Завет повелевает нам поклоняться Иисусу (Флп. 2:9—11; Отк. 5:12—14). В–четвертых, если кто–либо учит, что Христос был сотворен, но тем не менее спас нас, то подобное учение приписывает заслугу нашего спасения творению, а не Самому Богу. Это превозносит творение выше Творца, а Писание не позволяет нам делать этого. В–пятых, речь идет о независимости личной природы Бога: если нет Троицы, то в существе Бога не было никаких взаимоотношений до творения, а без личных взаимоотношений трудно представить себе, как Бог может быть подлинно личным и не нуждаться в творении, с которым Он мог бы общаться. В–шестых, речь идет о единстве вселенной: если в Самом Боге нет совершенной множественности и совершенного единства, то у нас нет никаких оснований считать, что в мире может иметь место единство между различными элементами вселенной. Воистину, в учении о Троице заключается основная суть христианской веры. Герман Бавинк говорит, что «Афанасий лучше, чем все его современники, понимал, что судьба христианства зависит от учения о божественности Христа и о Троице». Он добавляет: «Исповедание Троицы — это сердце христианской религии: любое заблуждение, в конечном счете, восходит к неправильному взгляду на это учение».

3. Тритеизм отрицает тот факт, что существует лишь один Бог. Последний из возможных путей простого разрешения вопроса о библейском учении о Троице заключается в отрицании того факта, что Бог только один. В позитивном плане это выражается в утверждении о том, что Бог — это три личности, и каждая из них в полной мере является Богом, т. е. Бога всего три. Такую точку зрения можно охарактеризовать как «тритеизм».

В истории церкви не часто возникали подобные взгляды. Такое учение имеет много общего с языческими религиями, признающими множественность богов. Подобная точка зрения привела бы к смятению в умах верующих. Не было бы ни абсолютной верности, ни преданности, ни поклонения единому истинному Богу. Мы неизбежно начали бы сомневаться, какому из богов нам следует быть верными в первую очередь. Если рассмотреть этот вопрос несколько глубже, то становится очевидным, что в таком случае было бы разрушено представление о высшем единстве вселенной: в самом существе Бога существовала бы множественность, но отсутствовало единство.

Хотя ни одно из ныне существующих течений не исповедует тритеизм, многие евангельские христиане, возможно ненамеренно, приближаются к тритеистическим взглядам в вопросе о Троице, признавая различие личностей Отца, Сына и Святого Духа, но при этом редко отдавая себе отчет в единстве Бога как личностного существа.

 

Г. Каковы различия между Отцом, Сыном и Святым Духом?

Завершив обзор заблуждений, касающихся учения о Троице, мы можем поставить вопрос следующим образом: что еще можно сказать о различиях между Отцом, Сыном и Святым Духом? Если мы говорим, что каждая личность Троицы в полной мере является Богом и что каждая личность в полной мере обладает всеми атрибутами Бога, то есть ли вообще какие–либо различия между этими личностями? Мы не можем сказать, например, что Отец имеет больше власти, или что Он мудрее, чем Сын, или что Отец и Сын мудрее, чем Святой Дух, или что Отец существовал прежде, чем Сын и Святой Дух, так как подобные утверждения отрицали бы полную божественность всех трех личностей Троицы. Однако каковы же различия между этими личностями?

1. Личностям Троицы присущи различные первичные функции в отношении мира. Когда в Писании рассматривается вопрос о том, как Бог относится к миру, как в творении, так и в спасении, о личностях Троицы говорится, что они обладают различными функциями, или главными видами деятельности. Иногда это явление называют «экономикой Троицы», где слово экономика употребляется в своем устаревшем значении: «порядок организации». (В этом смысле люди часто говорят об «экономике домашнего хозяйства», имея в виду не просто финансовые дела семьи, но весь «порядок организации» дома, это слово происходит от греч. слова οικονομία, «управление домашним хозяйством; порядок; устройство», которое образовано от корня οίκος, «дом». — Примеч. пер.) «Экономика Троицы» означает, что каждая из трех личностей действует своим, особым образом как в отношении мира, так и в отношении друг друга.

Эти различные функции видны в акте творения. Бог–Отец произнес слова, которые призвали мир к бытию. Но именно Бог–Сын, вечное Слово Божье, осуществил эти повеления. «Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1:3). Кроме того, «Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано» (Кол. 1:16; см. также: Пс. 32:6,9; I Кор. 8:6; Евр. 1:2). Святой Дух также действовал, но иным образом: Он «двигался» или «носился» над поверхностью вод (Быт. 1:2), видимо, поддерживая или являя непосредственное присутствие Бога в его творении (ср. с Пс. 32:6, где выражение «дух уст», вероятно, означает «Дух»; см. также: Пс. 138:7).

В труде спасения также присутствуют раздельные функции личностей Троицы. Бог–Отец планировал спасение и послал Своего Сына в мир (Ин. 3:16; Гал. 4:4; Еф. 1:9,10). Сын повиновался Отцу и свершил наше искупление (Ин. 6:38; Евр. 10:5—7 и др.). Бог–Отец не пришел и не умер за наши грехи, не сделал этого и Святой Дух. Это был особый труд Сына. Затем, после того как Сын вознесся на небеса, Святой Дух был послан Отцом и Сыном для того, чтобы Тот применил к нам наше спасение. Иисус говорит: «Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое…» (Ин. 14:26), но говорит также и о том, что Он Сам пошлет Святого Духа: «Если пойду, то пошлю Его к вам» (Ин. 16:7), и о том времени, когда «придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины» (Ин. 15:26). Особая роль Святого Духа заключается также в том, что именно Он даровал нам новое рождение и новую духовную жизнь (Ин. 3:5—8), а также именно Он участвовал в нашем освящении (Рим. 8:13; 15:16; 1 Пет. 1:2) и Он дал нам силу на служение (Деян. 1:8; 1 Кор. 12:7—11). Судя по всему, в целом труд Святого Духа заключается в завершении того, что было запланировано Богом–Отцом и начато Богом–Сыном. (О труде Святого Духа см. в гл. 29.)

Таким образом, мы можем сказать, что роль Отца в творении и спасении заключалась в планировании, управлении и в том, что Он послал Сына и Святого Духа. Это неудивительно, так как из этого очевидно, что Отец и Сын относятся друг к другу, как отец и сын относятся друг к другу в человеческой семье: отец повелевает и властвует над сыном, а сын повинуется и исполняет повеления отца. Святой же Дух повинуется повелениям как Отца, так и Сына.

Таким образом, хотя личности Троицы и равны по своим атрибутам, они все же различаются в их отношении к творению. Сын и Святой Дух по божественности равны Богу–Отцу, но они подчинены Ему по своей роли.

Более того, эти различия в ролях не являются временными, они пребудут вечно. Павел говорит нам, что по окончании последнего суда, когда «последний враг» — смерть — будет истреблен и все будет низвергнуто под ноги Христа, «тогда и Сам Сын покорится Покорившему все Ему, да будет Бог все во всем» (1 Кор. 15:28).

2. Личности Троицы вечно существовали как Отец, Сын и Святой Дух. Но почему личности Троицы приняли эти различные роли в отношении творения? Случайно ли это? Могли Бог–Отец прийти вместо Бога–Сына для того, чтобы умереть за наши грехи? Могли Святой Дух послать Бога–Отца, чтобы Тот умер за наши грехи, а затем послать Бога–Сына, чтобы Тот применил к нам спасение?

Нет, судя по всему, ничего подобного не могло произойти, так как роль повеления, управления и послания свойственна положению Отца, на примере которого основано и человеческое отцовство (Еф. 3:14,15). А роль повиновения, исполнения воли посылающего Отца и откровения нам Бога свойственна Сыну, Который назван также Словом Бога (ср.: Ин. 1:1—5,14, 18; 17:4; Флп. 2:5—11). Эти роли нельзя переставить, так как Отец тогда перестал бы быть Отцом, а Сын перестал бы быть Сыном. И по аналогии с этими взаимоотношениями мы можем заключить, что роль Святого Духа также характеризовала Его взаимоотношения с Отцом и Сыном еще до сотворения мира.

Во–вторых, прежде чем Сын пришел на землю, и даже еше до того, как был сотворен мир, во всей вечности Отец был Отцом, Сын был Сыном, а Святой Дух был Святым Духом. Эти взаимоотношения вечны, они не возникли в какой–то период времени. Мы можем утверждать это, в первую очередь исходя из неизменности Бога (см. гл. 10): если теперь Бог существует как Отец, Сын и Святой Дух, то Он всегда существовал как Отец, Сын и Святой Дух. Мы можем прийти к убеждению, что эти взаимоотношения вечны, на основании тех стихов Писания, в которых говорится о взаимоотношениях личностей Троицы до сотворения мира. Например, когда Писание говорит о Божьем труде избрания (см. гл. 31) до сотворения мира, оно говорит, что Отец избирает нас «в» Сыне: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа… Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви» (Еф. 1:3,4). Первичный акт нашего избрания совершается Богом–Отцом, Который рассматривает нас в единении с Христом, или «во Христе», еще прежде нашего существования. О Боге–Отце сказано также: «Кого Он предузнал, тем и предопределил (быть) подобными образу Сына Своего» (Рим. 8:29). Мы читаем также о «предведении [или точнее „предузнании". — Примеч. пер.] Бога–Отца» как об особой Его функции, отличной от функций других двух личностей Троицы (1 Пет. 1:2; ср.: 1:20). Даже тот факт, что Отец «отдал Сына Своего единородного» (Ин. 3:16) и «послал… Сына Своего в мир» (Ин. 3:17), указывает на то, что между Отцом и Сыном существовали определенные отношения еще до того, как Христос пришел в мир. Сын стал Сыном не в тот момент, когда Отец послал Его в мир. Великая любовь Бога явлена как раз в том, что Тот, Кто всегда был Отцом, отдал Того, Кто всегда был Его единственным Сыном: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного…» (Ин. 3:16). «Но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего…» (Гал. 4:4).

Когда Писание говорит о творении, оно вновь говорит о том, что Отец творил через Сына, указывая на определенные взаимоотношения, которые имели место еще до начало творения (см.: Ин. 1:3; 1 Кор. 8:6; Евр. 1:2; Прит. 8:22—31).

Однако нигде в Писании не говорится, что Сын или Святой Дух творили мир через Отца. В этих текстах также подразумеваются взаимоотношения Отца (как инициатора) и Сына (как действующей силы) до творения и считается, что эти взаимоотношения соответствовали тем ролям личностей Троицы, которые они в действительности исполняли.

Таким образом, функции, которые исполняют Отец, Сын и Святой Дух, — это приведенные в действие вечные взаимоотношения между тремя личностями Троицы, которые существовали всегда и будут существовать вечно. Бог всегда существовал как три отдельные личности: Отец, Сын и Святой Дух. Эти различия имеют огромное значение для сущности Бога, и иначе дело обстоять не может.

И наконец, можно сказать, что между Отцом, Сыном и Святым Духом нет различий в божественности, в атрибутах или в сущности. Каждая личность в полной мере является Богом и обладает всеми атрибутами Бога. Единственное различие между лицами Троицы заключается в том, как они соотносятся друг с другом и с творением. В этих взаимоотношениях они исполняют роли, которые свойственны каждой из личностей.

Эту истину о Троице иногда кратко формулируют через выражение «онтологическое равенство при экономической субординации», где слово «онтологический» означает «сущностный». Проще эту мысль можно было бы выразить так: «равенство в бытии при соподчиненности ролей». Обе части этого выражения необходимы для истинного учения о Троице: если нет онтологического равенства, то не все личности в полной мере являются Богом. А если нет экономической субординации, то нет и внутренне присущих каждой личности особенностей, которые характеризуют отношение этих личностей друг к другу, и получается, что нет трех отдельных лиц Троицы, которые вечно существуют как Отец, Сын и Святой Дух. Например, если Сын вечно не подчинен по своей роли Отцу, то Отец не является вечно «Отцом», а Сын не является вечно «Сыном». Это означало бы, что Троица не существовала вечно.

Поэтому представление о вечном равенстве, в сущности, при соподчинении ролей, было принципиально важным для учения церкви о Троице с тех пор, как оно было включено в Никейский символ веры, в котором о Сыне говорилось: «От Отца рожденного прежде всех веков», а о Святом Духе — «От Отца и Сына исходящего». Поразительно, но в некоторых последних евангельских исследованиях вечное соподчинение ролей между личностями Троицы отрицается, хотя очевидно, что это представление было частью учения церкви о Троице (в католицизме, протестантизме и православии), по меньшей мере, со времен Никейского собора (325 г. н. э.). Так, Чарлз Ходж говорит:

Никейское учение включает в себя, во–первых, принцип подчинения Сына — Отцу и Святого Духа — Отцу и Сыну. Однако это подчинение не подразумевает приниженности… Подчинение относится лишь к способу существования и действия…

Исповедания веры — это не что иное, как упорядоченное изложение фактов Писания, которые относятся к учению о Троице. Здесь утверждаются личностные различия Отца, Сына и Духа… и их совершенное равенство; равно как подчинение Сына — Отцу и Святого Духа — Отцу и Сыну в том, что касается способа существования и действия. Все это — духовные факты, к которым исповедания веры, о которых идет речь, ничего не прибавляют; именно в этом смысле они были приняты Вселенской церковью [172] (курсив мой. — У. Г. ).

Также и А. X. Стронг говорит:

Отец, Сын и Святой Дух хотя и равны по сущности и достоинству, определенным образом соотносятся друг с другом в плане личности, служения и действия…

Принцип подчинения личности Сына — личности Отца, иными словами, определенный порядок личностных взаимоотношений, служения и действия, который позволяет Отцу формально быть первым, Сыну — вторым, а Духу — третьим, ничуть не противоречит идее равенства… Мы искренне признаем вечное подчинение Христа — Отцу, но в то же время считаем, что это подчинение есть подчинение порядка, служения и действия, а не подчинение сущности (третий курсив мой. — У. Г.).

3. Как соотносятся три личности с сущностью Бога? У нас остается еще неразрешенный вопрос: в чем различие между «личностью» и «сущностью» в этой дискуссии? Как мы можем утверждать, что Бог — это единое и неделимое существо, и при этом в нем присутствуют три личности?

Во–первых, важно подчеркнуть, что каждая личность в полной мере является Богом; т. е. каждая личность обладает всей полнотой бытия Божьего в самой себе. Сын не является частью Бога или третьей частью Бога, Сын целиком и полностью является Богом, и то же самое справедливо для Отца и Святого Духа. Таким образом, неверно было бы представлять себе Троицу как нечто, изображенное на рис. 13.1, где каждая личность является лишь одной третьей частью сущности Бога.

Мы утверждаем, что личность Отца обладает всей сущностью Бога в самой себе. Также и Сын обладает всей сущностью Бога в Самом Себе, и Святой Дух обладает всей сущностью Бога в Самом Себе. Когда мы говорим об Отце, Сыне и Святом Духе вместе, мы не говорим о Существе, более великом, чем один Отец, или один Сын, или один Святой Дух. Отец — это вся сущность Божья. Сын — это также вся сущность Божья. И Святой Дух — тоже вся сущность Божья.

Рис. 13.1

Вот как об этом говорится в Афанасьевском символе веры:

Всеобщая же вера заключается в том, что мы поклоняемся единому Богу в триединстве и Триединству в едином Божестве, не смешивая ипостаси и не разделяя сущность Божества. Ибо одна ипостась Божества — Отец, другая — Сын, третья же — Дух Святой. Но Божество — Отец, Сын и Святой Дух — едино, слава [всех Ипостасей] одинакова, величие [всех Ипостасей] вечно. Каков Отец, таков же и Сын и таков же Дух Святой… Ибо подобно тому, как христианская истина побуждает нас признать каждую Ипостась Богом и Господом, так и всеобщая [кафолическая] вера запрещает нам говорить, что существует три Бога, или три Господа.

Но если каждая личность — это в полной мере Бог и обладает всей полнотой сущности Бога, то нам также не следует думать, что личностные различия — это какие–то дополнительные атрибуты, прибавленные к существу Бога, как это представлено на рис. 13.2.

Рис. 13.2

Напротив, каждая личность Бога обладает всеми атрибутами Божьими, и ни одна личность не имеет таких свойств, которые не были бы присущи другим личностям Троицы.

С другой стороны, мы должны сказать, что личности реальны, это не просто различные перспективы восприятия существа Бога (это означало бы модализм или сабеллианизм, о чем мы говорили выше). Поэтому рис. 13.3 также не отражает верного представления о Троице.

Рис. 13.3

Нам следует воспринимать Троицу таким образом, чтобы сохранялась реальность трех личностей и каждая личность относилась к другим, как «Я» (первое лицо), «Ты» (второе лицо) и «Он» (третье лицо).

Единственным возможным решением представляется утверждение о том, что различия между личностями — это не различия «сущности», а различия «взаимоотношений». Содержание этих отношений, по сути, далеко отстоит от человеческого опыта, в котором каждая отдельная человеческая «личность» — это также и отдельное существо. Неким образом существо Бога является настолько более великим, чем наше, что в Его единой и неделимой сущности может иметь место межличностное общение, могут пребывать три различные личности.

Так каковы же различия между Отцом, Сыном и Святым Духом? В атрибутах между ними нет никаких различий. Единственное различие между ними относится к сфере их взаимоотношений и к тому, как они относятся к миру. Уникальное качество Отца — это то, как Он, в качестве Отца, относится к Сыну и к Святому Духу. Уникальное качество Сына — это то, каковы Его сыновние отношения. А уникальное качество Духа — это то, как Он участвует в отношениях в качестве Духа.

Приведенные ранее рисунки представляли ложные воззрения, которых следует избегать. Следующий рисунок (13.4) может быть полезен в размышлениях о существовании трех личностей в единой и неделимой сущности Бога.

На этом рисунке Отец представлен в виде сектора круга, который помечен буквой О, а также и остальной части круга — двигаясь по часовой стрелке от буквы О; Сын — в виде сектора, который обозначен буквой С, а также и остальной части круга — двигаясь по часовой стрелке от буквы С; Святой Дух — в виде сектора, который обозначен буквами СД, а также и в виде остальной части круга — двигаясь по часовой стрелке от букв СД. Таким образом, здесь показаны три разные личности, но при этом каждая личность полностью и целиком является Богом. Конечно, этот пример несовершенен, так как он не может отобразить бесконечности Бога, Его личностного характера ил и какие–либо из Его свойств. Кроме того, для понимания требуется несколько точек зрения: пунктирные линии призваны отобразить личностные взаимоотношения, а не разделения в сущности Бога. Таким образом, сам круг представляет собой сущность Бога, тогда как пунктирные линии обозначают такие формы личностного существования, которые не являются различиями в сущности. Тем не менее этот рисунок может помочь избежать ошибок.

Рис. 13.4

Наша собственная человеческая личность может дать еще одну слабую аналогию, способную помочь нам осмыслить учение о Троице. Человек может мыслить о различных объектах, которые находятся вне его самого, и, поступая подобным образом, он является субъектом, осуществляющим процесс мышления. Он может также мыслить и о самом себе, и тогда он — объект, в отношении которого осуществляется мышление, в этом случае он является и субъектом и объектом одновременно. Кроме того, он может думать о своих представлениях о себе самом в качестве чего–то третьего, не субъекта и не объекта, а мыслей, которые у него, как у субъекта, возникают о себе, как об объекте. Когда происходит нечто подобное, субъект, объект и мысли — это три разные вещи. И все же каждая вещь неким образом включает в себя всю сущность человека: весь человек является субъектом, весь человек является объектом, а мысли (хотя и в несколько ином смысле) — это мысли обо всем человеке как личности.

Но если содержание человеческой личности допускает такую степень сложности, то содержание личности Бога должно допускать гораздо более высокую степень сложности. В единой сущности Бога личностная «структура» должна допускать существование трех разных личностей, при том что каждая личность обладает полнотой сущности Божьей в самой себе. Различие между личностями должно быть только во взаимоотношениях, а не в сущности, и все же каждая личность должна реально существовать. Такая трехличностная форма бытия лежит далеко за пределами наших мыслительных способностей. Этот вид существования очень сильно отличается от любого существования, которое известно нам из опыта, и очень сильно отличается вообще от чего бы то ни было во вселенной.

Поскольку существование трех личностей в одном Боге — это нечто, лежащее за пределами нашего понимания, христианские богословы стали использовать слово «личность» для описания различий в этих взаимоотношениях не потому, что мы полностью понимаем, что слово «личность» означает в применении к Троице, а чтобы мы могли сказать хоть что–то, а не умолчать об этом вовсе.

4. Можем ли мы понять учение о Троице? Ошибки, допущенные в прошлом, должны быть для нас предостережением. Все они произошли от стремления упростить учение о Троице и сделать его совершенно понятным, убрав из него все таинственное. Мы не можем поступать таким образом. Тем не менее неправильно было бы утверждать, что мы не можем понять учения о Троице в принципе. Безусловно, мы можем понять и усвоить тот факт, что Бог — это три личности, и что каждая личность в полной мере является Богом, и что Бог един. Мы можем знать эти вещи, потому что этому учит нас Библия. Кроме того, мы можем узнать и кое–что о том, каким образом личности Троицы соотносятся друг с другом (см. выше). Но мы не можем до конца понять, как совместить все эти библейские учения. Нас удивляет, как могут существовать три отдельные личности и как при этом каждая личность может обладать полнотой сущности Божьей в себе самой, а Бог в то же время — это единая и неделимая сущность. Этого мы постигнуть не в силах. Для нас в духовном плане даже полезно открыто признавать, что сущность Бога настолько велика, что мы не можем охватить ее разумом. Это смиряет нас пред Богом и поощряет нас поклоняться Ему всем нашим существом.

Однако следует сказать также, что Писание не требует от нас веры в противоречивые факты. Противоречие звучало бы так: «Бог един, и Бог не един», или: «Бог — это три личности, и Бог — это не три личности», или даже (что схоже с предыдущим утверждением): «Бог — это три личности, и Бог — это одна личность». При этом утверждение «Бог—это три личности, но Бог един» не является противоречием. Это нечто, недоступное нашему пониманию и поэтому являющееся загадкой или парадоксом, но это не должно нас тревожить, поскольку различные аспекты этой загадки изложены в Писании, и поскольку мы — существа конечные, а не всеведущие божества, то всегда (вечно) будут существовать такие вещи, которые мы не в состоянии познать до конца. Луис Беркхоф мудро замечает:

Троица — это тайна… человек не может постичь ее или осмыслить. Она постижима в некоторых аспектах и способах проявления, но не постижима по своей сущностной природе… Главная трудность заключается в понимании того, как взаимоотношения личностей Божества относятся к божественной сущности и друг к другу; и эту трудность церковь преодолеть не может, она может лишь пытаться дать правильное определение понятий. Церковь никогда не стремилась объяснить тайну Троицы, она пыталась лишь сформулировать учение о Троице таким образом, чтобы предостеречь верующих от возможных заблуждений [176] .

Беркхоф говорит также: «Именно в процессе размышления об отношении трех личностей к божественной сущности, все аналогии становятся бесполезны, и мы ясно осознаем тот факт, что Троица — это тайна, которая недоступна нашему пониманию. Сие есть непостижимая слава Божества».

 

Д. Практические выводы

Поскольку Бог в Самом Себе един и множествен, неудивительно, что единство и множественность отражены также и в человеческих взаимоотношениях, которые установлены Им. Прежде всего мы видим это в браке. Когда Бог сотворил человека по Своему подобию, Он сотворил не просто изолированных индивидуумов. Писание говорит нам: «Мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27). И в союзе брака (см.: Быт. 2:24) мы видим не триединство, как у Бога, а, по крайней мере, значительное единение двух личностей, которые остаются различными индивидуальностями и все же едины телесно, умственно и духовно (ср.: 1 Кор. 6:16—20; Еф. 5:31). Ведь во взаимоотношениях мужчины и женщины в браке мы видим также взаимоотношения между Отцом и Сыном в Троице. Павел говорит: «Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава — муж, а Христу глава — Бог» (1 Кор. 11:3). Здесь как Отец имеет власть над Сыном в Троице, так муж имеет власть над женой в браке. Роль мужа соответствует роли Бога–Отца, а роль жены — роли Бога–Сына. Кроме того, как Отец и Сын равны по божественности и личностной значимости, так и муж и жена равны по значимости их личности. И, хотя открыто об этом в Писании не говорится, дар деторождения, который исходит как от отца, так и от матери и который подвластен как отцу, так и матери, аналогичен отношению Святого Духа к Отцу и Сыну в Троице.

Однако человеческая семья — это не единственное, в чем Бог установил единение и множественность, которые отражают часть Его совершенства. В церкви мы — «многие члены» и все же «одно тело» (1 Кор. 12:12). Павел, размышляя о великом разнообразии членов человеческого тела (1 Кор. 12:14—26), говорит, что церковь подобна телу. В наших церквах много разных членов с разными дарами и интересами, и мы зависим от помощи каждого из них; это демонстрирует великое разнообразие и великое единство одновременно. Когда мы видим, как разные люди по–разному участвуют в жизни церкви, то нам следует благодарить Бога, что Он позволяет нам прославлять Его, частично отражая единство и множественность Троицы.

Мы должны отметить также, что цель Бога в истории мира часто заключалась в демонстрации единства и множественности, через которые Он являл Свою славу. Мы видим это не только в разнообразии даров в церкви (1 Кор. 12:12—26), но также в единении иудеев и язычников и в том, что все нации, какими бы разнообразными они ни были, объединены во Христе (Еф. 2:16; 3:8—10; см. также: Отк. 7:9). Павел поражен тем, что Божьи планы в истории спасения подобны великой симфонии, так что бездна премудрости Божьей непостижима (Рим. 11:33—36). Даже в мистическом единении Христа и церкви, в котором мы призваны как невеста Христова (Еф. 5:31,32), мы видим такое единство, которое нам трудно даже представить себе, — единение с Самим Сыном Божьим. И все же в этом единстве мы не утрачиваем нашей индивидуальности и остаемся отдельными личностями, которые всегда способны поклоняться и служить Богу.

В будущем вся вселенная будет едина в своей цели — все ее разнообразные части сольются в поклонении Богу–Отцу, Сыну и Святому Духу, ибо однажды во имя Иисуса всякое колено преклонится «небесных, земных и преисподних», и всякий язык исповедует, «что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп. 2:10,11).

В повседневной жизни есть много таких занятий (труд, общественная деятельность, музыка, спорт), где разные личности достигают единства в целях и действиях. В этих занятиях мы видим отражение мудрости Бога, который позволяет существовать и единству, и разнообразию, видим отражение славы Бога, существующего как Троица. Хотя мы никогда и не постигнем тайны Троицы в полной мере, мы можем поклоняться Богу за то, Каков Он есть и в наших песнопениях, и в наших словах, и в наших делах, если они отражают Его совершенную природу.

 

Вопросы для самостоятельной работы

1. Почему Богу угодны проявления верности, любви и гармонии в семье? Каким образом члены вашей семьи отражают то разнообразие, которое присуще личностям Троицы? Как ваша семья проявляет единство, которое царит среди личностей Троицы? Как взаимоотношения в вашей семье могут более полно отражать единство Троицы? Как представление о множественности личностей Троицы может способствовать тому, чтобы родители позволяли своим детям развивать в себе интересы, которые отличаются от интересов родителей, не опасаясь нарушить единство семьи?

2. Вам когда–нибудь приходило на ум, что развитие новых служений в церкви может помешать единству? Может быть, вы думали, что призыв к использованию тех даров, которые прежде не использовались в церкви, может послужить поводом к разделениям? Как представление о единстве и множественности в Троице может помочь вам оценить эти вопросы?

3. Как вы считаете, в какой церкви более полно отражена тринитарная природа Бога — там, где все члены церкви принадлежат к одной национальности, или там, где состав церкви многонационален (см.: Еф. 3:1—10)?

4. Кроме взаимоотношений в семье, мы существуем также в рамках взаимоотношений с государством, с работодателем, в добровольных обществах, в образовательных учреждениях или в спорте. Иногда мы имеем власть над другими людьми, а иногда подчинены власти других людей. Приведите пример, как использование вами власти или ваше подчинение власти может в большей степени соответствовать модели взаимоотношений в Троице — в семье или в какой–либо иной сфере.

5. Если мы считаем тринитарное существование Бога фундаментальной основой всех сочетаний единства и множественности во вселенной, то можете ли вы сказать, что именно в творении отражает как единство, так и множественность, разнообразие (напр.: взаимозависимость экосистем земли, или поразительная организованность сообщества пчел, или гармоничное взаимодействие частей человеческого тела)? Считаете лИ вы, что Бог создал нас так, чтобы мы изредка наслаждались проявлениями единства и множественности — например, в музыкальных композициях, которые демонстрируют величайшее единство и при этом величайшее разнообразие различных частей, или для того, чтобы мы упорно осуществляли некую заранее спланированную стратегию — как члены спортивной команды?

6. В сущности Бога сочетается бесконечное единство и раздельность личностей Троицы. Как этот факт может поддержать нас, если мы начинаем опасаться, что наше возрастающее единение с Христом, которое сопровождает рост в христианской жизни (или большее единение с другими членами церкви), может уничтожить наши личностные особенности? Как вы считаете, на небесах вы будете в точности таким же, как и все остальные, или вы будете обладать собственной индивидуальностью? Как в этом отношении от христианства отличаются восточные религии (такие, как буддизм)?

 

Специальные термины

адопцианство

арианство

вечное порождение Сына

вечное сыновство

единородный

модализм

модалистское монархианство

онтологическое равенство

савеллианство

субординационизм

тритеизм

Троица

филиокве

экономическая субординация

homoiousios

homoousios

 

Библиография

 

Соответствующие разделы в евангельских систематических богословиях

1. Англиканские (епископальные)

1882–1892 Litton, 91–108

1930 Thomas, 20–31, 90–99

2. Арминианские (уэслианские или методистские)

1875–1876 Pope, 1:253–287; 2:101–105

1892–1894 Miley, 1:223–275

1940 Wiley, 1:394–439

1960 Purkiser, 143–144, 199–203

1983 Carter, 1:127–129, 375–414

1983 Cottrell, 3:117–174

1987–1990 Oden, 1:181–224

3. Баптистские

1767 Gill, 1:187–245

1887 Boyce, 125–166

1907 Strong, 304–352

1917 Mullins, 203–213

1976–1983 Henry, 5:165–213

1983–1985 Erickson, 321–342

1987–1994 Lewis/Demarest, 1:251–288

4. Диспенсационалистские

1947 Chafer, 1:272–347; 5:7–38; 6:7–46

1949 Thiessen, 89–99

1986 Ryrie, 51–59

5. Лютеранские

1917–1924 Pieper, 1:381–404

1934 Mueller, 147–160

6. Реформатские (или пресвитерианские)

1559 Calvin, 1:120–159 (1.13)

1861 Heppe, 105–132

1871–1873 Hodge, 1:442–534 1878 Dabney, 174–211

1887–1921 Warfield, BTS, 22–156; SSW, 1:88–92; BD, 133–174

1889 Shedd, 1:249–332

1937–1966 Murray, CW, 4:58–81 1938 Berkhof, 82–99

1962 Buswell, 1:103–129

7. Обновленческие (пятидесятнические и харизматические)

1988–1992 Williams, 1:83–94

 

Соответствующие разделы в авторитетных римско–католических теологиях

1. Традиционные богословия

1955 Ott, 50–75

2. Написанные после II Ватиканского собора

1980 McBrien 1:343–366

 

Другие работы

Augustine. On the Trinity. NPNF, First Series, 3:1—228. (Этот труд считается самым полным изложением ортодоксального учения о Троице в истории церкви).

Bavinck, Herman. 77ге Doctrine of God. Trans, by William Hendriksen (Edinburgh and Carlisle, Pa.: Banner of Truth, 1977 [reprint of 1951 edition]), pp. 255—334. (Одна из наиболее блестящих современных работ, посвященных Троице).

Beisner, Calvin. God in Three Persons. Wheaton, 111.: Tyndale Press, 1984.

Bickersteth, Edward H. 77ге Trinity. Grand Rapids: Kregel, 1957 reprint.

Bloesch, Donald G. The Battle for the Trinity: The Debate Over Inclusive God–Language. Ann Arbor, Mich.: Servant, 1985.

Bowman, Robert M., Jr. Why You Should Believe in the Trinity: An Answer to Jehovah's Witnesses. Grand Rapids: Baker, 1989.

Bray, G. L. "Trinity". In NDT, pp. 691–694.

Bray, G. L. "Tritheism". In NDT, pp. 694.

Brown, Harold O. J. Heresies: The Image of Christ in the Mirror of Heresy and Orthodoxy From the Apostles to the Present. Garden City, N. Y.: Doubleday, 1984, pp. 95–157.

Davis, Stephen T. Logic and the Nature of God. Grand Rapids: Eerdmans, 1983, pp. 132–144.

Gruenler, Royce Gordon. 77ге Trinity in the Gospel of John. Grand Rapids: Baker, 1986.

Harris, Murray. Jesus as God. Grand Rapids: Baker, 1992.

Kaiser, Christopher В. 77ге Doctrine of God: An Historical Survey. Westchester, 111.: Crossway, 1982, pp. 23—71.

McGrath, Alister E. Understanding the Trinity. Grand Rapids: Zondervan, 1988.

Mikolaski, S. J. "The Triune God". In Fundamentals of the Faith. Ed. by С. F. H. Henry. Grand Rapids: Zondervan, 1969, pp. 59—76.

Packer, J. I. "God". NDT, 274–277.

Packer, J. I. Knowing God. Downers Grove, 111.: InterVarsity Press, 1973, pp. 57–63. Wright, D. F. "Augustine". In NDT, pp. 58–61.

 

Отрывок для запоминания

Мф. 3:16,17:

И крестившись Иисус тотчас вышел из воды, — и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение.

 

ГЛАВА 14. Творение

 

Зачем, как и когда Бог сотворил мир?

 

Объяснение и обоснование в Писании

[178]

 

Как Бог сотворил мир? Творил л и Он каждое отдельное растение и животное непосредственно, или Он использовал некий эволюционный процесс, проводя развитие живых существ от мельчайших до самых сложных? Сколько времени заняло творение? Свершилось ли оно за шесть дней, состоявших из двадцати четырех часов, или Бог пользовался тысячами или даже миллионами лет? Каков возраст земли? Каков возраст человечества?

Все эти вопросы встают перед нами, когда мы обращаемся к учению о творении. В отличие от предыдущих глав, в этой части книги будет рассмотрено множество вопросов, по которым евангельские христиане настолько расходятся во мнениях, что иногда эти точки зрения несовместимы.

Материал этой главы организован таким образом, что в первую очередь рассматривается то, что наиболее ясно излагается в Писании и с чем согласна большая часть евангельских христиан (творение из ничего, особое творение Адама и Евы, благость мира), а затем рассматриваются те аспекты творения, которые вызывают разногласия (использовал ли Бог процесс эволюции в творении, каков возраст земли и человечества).

Учение о творении мы можем определить следующим образом: Бог сотворил весь мир из ничего; первоначально мир был весьма хорош; Бог сотворил мир, чтобы прославить Себя.

 

А. Бог сотворил мир из ничего

1. Свидетельство Библии о творении из ничего. Библия четко требует от нас веры в то, что Бог сотворил мир из ничего (иногда используется латинское выражение ex nihilo, «из ничего»; в таком случае говорят, что Библия учит о творении ex nihilo). Это означает, что до того, как Бог начал творить мир, не существовало ничего, кроме Самого Бога.

Именно об этом сказано в Быт. 1:1: «В начале сотворил Бог небо и землю». Выражение «небо и земля» обозначает весь мир. В Пс. 32 нам также сказано: «Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их. <…> …Ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось» (Пс. 32:6,9). В Новом Завете подобное же утверждение о мире находим в начале Евангелия от Иоанна: «Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1:3). Правильнее всего понимать слово «все» как обозначение всего мира (ср.: Деян. 17:24; Евр. 11:3). Павел вполне ясно говорит об этом в гл. 1 Послания к Колоссянам, когда конкретно называет все составляющие мира, как видимые, так и невидимые: «Ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальствали, власти ли, — все Им и для Него создано» (Кол. 1:16). Песнь двадцати четырех небесных старцев подтверждает эту истину:

Достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено

Здесь в качестве причины, по которой все «существует», в принципе, и было «сотворено», названа воля Божья.

Тот факт, что Бог сотворил как небо, так и землю и все, что в них, многократно подтверждается в Новом Завете. Например, в Деян. 4:24 о Боге говорится: «Владыко Боже, сотворивший небо и землю и море и все, что в них!» Бога прежде всего можно определить, сказав, что Он — Тот, Кто все сотворил. Варнава и Павел объясняют жителям Листры, что они — посланцы Бога Живого, «Который сотворил небо и землю и море и все, что в них» (Деян. 14:15). Также когда Павел обращается к языческим философам в Афинах, он определяет истинного Бога следующим образом: «Бог, сотворивший мир и все, что в нем», и поясняет, что Бог дарует «всему жизнь и дыхание и все» (Деян. 17:24,25; ср.: Ис. 45:18; Отк. 10:6).

Текст Евр. 11:3 гласит: «Верою познаем, что миры были приготовлены Словом Божиим, так что видимое не было сотворено из видимого» (NASB). Этот перевод (как и перевод NIV) наиболее точно передает греческий текст.

Хотя нельзя сказать, что здесь излагается учение о творении из ничего, в этом тексте сказаны очень близкие к этому учению вещи, ведь здесь говорится о том, что Бог не творил мир из того, что видимо. Странное представление о том, что мир мог быть сотворен из чего–то невидимого, судя по всему, не была той мыслью, которую автор хотел изложить здесь. Он отрицает представление о творении из существовавшей прежде материи, и в этом смысле стих достаточно ясен.

В Рим. 4:17 также подразумевается, что Бог сотворил мир из ничего, хотя прямо здесь об этом и не говорится. Греческий текст буквально говорит о том, что Бог «несуществующие вещи призывает как существующие». Перевод RSV «призывает к бытию несуществующие вещи» (также NASB) необычен, но грамматически возможен, и такая трактовка ясно утверждает творение из ничего. Но даже если мы переводим этот стих таким образом, что греческое слово οΰ принимает свое обычное значение «как», то в этом стихе говорится о том, что Бог «называет несуществующее как существующее» («calls the things which do not exist as existing» [NASB mg.]). Но если Бог обращается к чему–либо несуществующему или призывает это, словно фактически оно существует, то что это значит? Если Он называет несуществующее словно существующее, то это должно означать, что вскоре несуществующее будет существовать, будучи властно призвано к существованию.

Поскольку Бог сотворил весь мир из ничего, в мире нет материи, которая была бы вечна. Все, что мы видим — горы, океаны, звезды, сама земля, — все начало существовать, когда Бог их сотворил. Было время, когда они не существовали:

Прежде нежели родились горы, и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог

Этот факт напоминает нам, что Бог правит всем миром и ничему в творении не следует поклоняться вместо Бога или вместе с Ним (в дополнение к Нему). Однако если бы мы отрицали творение из ничего, то нам пришлось бы сказать, что некая материя существовала всегда и что она так же вечна, как и Бог. Такое представление противоречило бы независимости Бога, Его единодержавию и тому факту, что поклоняться следует Ему одному (если бы материя существовала отдельно от Бога, то какое внутреннее право Он имел бы властвовать над ней и использовать ее для Своей славы? И как мы могли бы быть уверены, что каждая частичка мироздания в конечном счете исполняет Божьи цели, если бы что–то в мире не было сотворено Богом?).

Позитивная сторона того факта, что Бог сотворил мир из ничего, заключается в осмысленности и наличии цели в творении. Бог, в Своей мудрости, сотворил мир для чего–то. Мы должны стараться понять эту цель и использовать творение так, чтобы оно соответствовало этой цели, т. е. прославлению самого Бога. Кроме того, когда творение доставляет нам радость (ср.: 1 Тим. 6:17), мы должны благодарить Бога, Который сотворил все.

2. Сотворение духовного мира. Это творение всего мира включает в себя также сферу невидимой, духовной сферы существования. Помимо животных и человека Бог сотворил ангелов и других небесных существ. Он также сотворил небо как то место, где Его присутствие явлено особым образом. Сотворение сферы невидимого, безусловно, подразумевается во всех вышеприведенных стихах, в которых говорится, что Бог сотворил не только землю, но и «небо и все, что на нем» (Отк. 10:6; ср.: Деян. 4:24), но особенно четко об этом сказано в ряде других стихов. В молитве Ездры ясно говорится: «Ты, Господи, един, Ты создал небо, небеса небес и все воинство их, землю и все, что на ней, моря и все, что в них, и Ты живишь все сие, и небесные воинства Тебе поклоняются» (Неем. 9:6). Судя по всему, слова «небесные воинства» в этом стихе означают ангелов или других небесных существ, поскольку Ездра говорит, что они поклоняются Богу (слово «воинство» употреблено в отношении ангелов, поклоняющихся Богу, также в Пс. 102:21 и 148:2).

В Новом Завете Павел конкретно говорит, что во Христе «создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое, престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано» (Кол. 1:16; ср.: Пс. 148:2—5). Здесь также ясно говорится о творении невидимых небесных существ.

3. Непосредственное творение Адама и Евы. Библия также учит нас, что Бог сотворил Адама и Еву особым, личным образом. «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2:7). После этого Бог создал Еву из тела Адама: «И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку» (Быт. 2:21,22). Судя по всему, Бог дал Адаму знать нечто о происходящем, так как Адам сказал:

Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою: ибо взята от мужа
(Быт. 2:23).

Как мы увидим ниже, христиане расходятся во взглядах на то, насколько широко после творения был задействован процесс эволюции, который, возможно (по одной из версий), привел к постепенному возникновению все более и более сложных организмов. Хотя среди христиан представители разных точек зрения искренне убеждены в истинности своих взглядов и хотя есть разные мнения об эволюции растительного и животного царств, все же эти тексты настолько ясны, что трудно было бы верить в абсолютную истинность Писания и при этом утверждать, что человеческие существа — результат длительного эволюционного процесса. Поскольку Писание говорит, что Господь создал «человека из праха земного» (Быт. 2:7), едва ли можно предположить, что здесь идет речь о процессе, который занял миллионы лет, и что в нем было задействовано случайное развитие тысяч постепенно усложняющихся организмов. Еще труднее совместим с эволюционной теорией тот факт, что в тексте ясно говорится о том, что у Евы не было матери: она была сотворена непосредственно из ребра Адама, пока тот спал (Быт. 2:21). Однако, с чисто эволюционной точки зрения, это было бы невозможно, так как даже самое первое «человеческое существо» женского пола должно было произойти от некоего почти человеческого существа, которое было еще животным. Новый Завет еще раз утверждает историчность этого особого творения Евы от Адама, когда Павел говорит: «Ибо не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа» (1 Кор. 11:8,9).

Особое творение Адама и Евы показывает, что, хотя мы, возможно, и подобны животным в определенных физических аспектах, тем не менее очень сильно отличаемся от животных. Мы сотворены «по образу Божию», мы — вершина Божьего творения — подобны Богу более, чем любое другое существо, нам предопределено властвовать над всем творением. Даже краткий рассказ о творении в Книге Бытие подчеркивает эту исключительную роль человека по сравнению с остальным миром. Таким образом, этот рассказ опровергает современные тенденции подчеркивать ничтожность человека перед огромной Вселенной. Дерек Киднер отмечает, что Писание высказывается «против любой попытки лишить значимости человеческую историю… которая представляет изумительные акты творения как просто подъем занавеса перед началом драмы, которая проходит через всю Библию. Пролог умещается на одной странице; но остаются еще тысячи страниц».

Кроме того, Киднер отмечает, что современные научные описания мира, какими бы правдивыми они ни были, «заваливают нас статистическими данными, которые сводят нашу значимость к нулю. Они только пролог, но сама человеческая история теперь — просто одна страница из тысячи, а вся книга земли затеряна среди тех томов, которые еще не внесены в каталог».

Писание показывает нам в перспективе значимость человека, которую придал ему Бог. (Более подробно этот вопрос будет рассмотрен ниже, в гл. 20.)

4. Сотворение времени. Другой аспект творения Божьего — это сотворения времени (последовательности мгновений). Этот вопрос рассматривался в связи с вечностью Бога в гл. 10, и здесь нам следует лишь коротко изложить его. Когда мы говорим о существовании Бога «до» сотворения мира, мы не должны думать, что Бог существует в бесконечной протяженности времени. Вечность Бога означает, что Он существует иначе, в Его бытии нет течения времени, и подобное существование нам даже трудно представить себе (см.: Иов. 36:26; Пс. 89:2,4; Ин. 8:58; 2 Пет. 3:8; Отк. 1:8). Тот факт, что Бог сотворил время, напоминает нам, что Он господствует над ним, а мы должны использовать время к Его славе.

5. Труд Сына и Святого Духа в творении. Бог–Отец был инициатором акта творения. Но Сын и Святой Дух также действовали в нем. О Сыне часто говорится, что «через» Него произошло творение (в русском синодальном переводе — «чрез» и «Им». — Примеч. пер.). «Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1:3). Павел говорит: «Один Господь Иисус Христос, Которым все, и мы Им» (1 Кор. 8:6), и «все Им и для Него создано» (Кол. 1:16). Мы читаем также, что Сын — это Тот, «чрез Которого» Бог «и веки сотворил» (Евр. 1:2). Эти тексты дают последовательную картину того, как Сын исполнял роль действующей силы, совершающей планы и исполняющей указания Отца.

Святой Дух также действовал в творении. В целом Он представлен в Писании завершающим, исполняющим и дающим жизнь творению Божьему. В Быт. 1:2 говорится, что «Дух Божий носился над водою», и это — описание Его охраняющей, поддерживающей и правящей функции. Иов говорит: «Дух Божий создал меня, и дыхание Вседержителя дало мне жизнь» (Иов. 33:4). Важно помнить, что в целом ряде ветхозаветных пассажей одно и то же древнееврейское слово (רוה) в различных контекстах может означать «дух», «дыхание» или «ветер». Однако во многих случаях различие в значении несущественно, поскольку если мы принимаем решение переводить «дыхание Бога» или даже «ветер Бога», то все эти выражения являются фигуральными описаниями действия Святого Духа в творении. Так, псалмопевец, рассуждая о великом разнообразии существ на земле и в море, говорит: «Пошлешь дух Твой — созидаются, и Ты обновляешь лице земли» (Пс. 103:30; о действии Святого духа говорится также в Иов. 26:13; Ис. 40:13; 1 Кор. 2:10). Однако свидетельство Писания о деятельности Святого Духа в творении не очень объемно. Гораздо более полно раскрывается Его роль во вдохновении Писания и в применении к народу Божьему искупительного труда Христа.

 

Б. Творение отделено от Бога, но все же вечно зависит от Него

Библейское учение об отношениях между Богом и творением — единственное в своем роде среди всех мировых религий. Библия учит, что Бог отделен от своего творения. Он не является его частью, так как Он создал его и правит им. В связи с тем, что Бог несравнимо более велик, чем творение, часто говорят о трансцендентности Бога. Проще говоря, это означает, что Бог гораздо «выше» творения в том смысле, что Он более велик, чем творение, и не зависит от него.

Бог также тесно связан с творением, так как творение постоянно зависит от Него в своем существовании и функционировании. О связи Бога с творением часто говорят, используя специальный термин имманентность, т. е. «пребывание в» творении. Библейский Бог — это не абстрактное божество, кото–рое удалено от своего творения и не интересуется им. Библия — это история вмешательства Бога в творение, в особенности в дела человека. Иов утверждает, что даже животные и растения зависят от Бога: «В Его руке душа всего живущего и дух всякой человеческой плоти» (Иов. 12:10). В Новом Завете Павел утверждает, что Бог дает «всему жизнь и дыхание и все», и что «мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:25,28). И в самом деле, о Христе сказано: «все Им стоит» (Кол. 1:17), и Он непрерывно удерживает «все словом силы Своей» (Евр. 1:3). Трансцендентность и имманентность Бога утверждены в одном предложении, когда Павел говорит: «Один Бог и Отец всех, Который над всеми, и чрез всех, и во всех нас» (Еф. 4:6).

Тот факт, что творение отлично от Бога, но при этом вечно зависимо от Бога, что Бог гораздо выше творения, но всегда связан с ним (короче говоря, что Бог трансцендентен и имманентен), представлен на рис. 14.1.

Рис. 14.1

Это учение четко отличается от материализма — философии, наиболее распространенной среди неверующих людей в наши дни, которая в принципе отрицает существование Бога. Материализм утверждает, что материальный мир — это единственное, что существует. Эта концепция представлена на рис. 14.2.

Рис. 14.2

В наши дни христиане, которые все свои усилия направляют на то, чтобы заработать больше денег и приобрести больше имущества, становятся «практическими» материалистами, поскольку их жизнь была бы такой, если бы они не верили в Бога.

Те сведения, которые мы находим в Писании об отношении Бога к Его творению, отличаются также и от пантеизма. Греческое слово πάν означает «весь» или «всякий». Пантеизм — это представление о том, что все, весь мир — это Бог или часть Бога. Эта точка зрения представлена на рис. 14.3.

Пантеизм отрицает многие важнейшие черты сущности Бога. Если весь мир — это Бог, то Бог — это не отдельная личность. В этом случае Бог не неизменен, поскольку вместе с изменениями в мире меняется и Сам Бог. Более того, Бог также и не свят, так как зло мира — это также часть Бога. Другое

затруднение заключается в том, что большинство пантеистических систем (таких, как буддизм и многие другие восточные религии) отрицают значимость человеческой личности, поскольку все — Бог, цель индивидуума должна заключаться в слиянии с миром, во все большем единении с ним, при утрате собственных индивидуальных черт. Если Сам Бог не обладает личностными атрибутами, отдельными от мира, то нам также не следует к ним стремиться. Таким образом пантеизм разрушает не только личностный характер Бога, но, в конечном счете, также и человека.

Рис. 14.3

Любая философия, которая рассматривает творение как «эманацию» Бога (т. е. нечто, исходящее от Бога, но являющееся частью Бога, которая не отличается От него), сходна с пантеизмом, так как здесь также видно отрицание основных аспектов сущности Бога.

Библия отвергает также дуализм. Дуализм — это представление о том, что как Бог, так и материальный мир вечно сосуществуют. Таким образом получается, что в мире две высшие силы: Бог и материя. Этот взгляд представлен на рис. 14.4.

Рис. 14.4

Проблема дуализма заключается в том, что в нем намечен вечный конфликт между Богом и злом, присутствующим в материальном мире. Кто победит — Бог или зло мира? Мы не можем быть в этом уверены, поскольку Бог и зло, судя по всему, всегда сосуществовали. Такая философия отрицает господство Бога над творением и тот факт, что творение возникло по воле Божьей, что его следует использовать только ради Божьих целей и что творение должно прославлять Бога. Дуализм отрицает также и то, что весь мир был сотворен по сути своей благим (Быт. 1:31), и призывает людей считать материальную реальность не благой по сути, в противовес библейскому повествованию о творении, которое Бог создал для того, чтобы оно было благо, и для того, чтобы править им ради Своих целей.

Один из последних примеров проявления современного дуализма — это фильм «Звездные войны», в котором утверждается существование вселенской «Силы», в которой есть светлая и темная сторона. Здесь полностью отсутствует представление о святом и трансцендентном Боге, Который правит всем и несомненно побеждает зло. Когда в наши дни нехристиане начинают осознавать духовный аспект мира, они часто становятся дуалистами, просто признавая тот факт, что в сверхъестественном, или духовном, мире есть добро и зло.

Конечно, сатана рад, что люди думают, будто в мире есть злая сила, которая равна Самому Богу.

Христианский взгляд на творение также отличается от деизма. Деизм — это точка зрения, которая предполагает, что Бог сейчас не связан с творением. Этот взгляд представлен на рис. 14.5.

Рис. 14.5

Деизм утверждает, что Бог сотворил мир и что Он гораздо более велик, чем мир (Бог трансцендентен). Некоторые деисты также считают, что у Бога есть моральные стандарты и что Он призовет людей к ответу в день суда. Однако они отрицают, что Бог связан с миром, т. е. отвергают Его имманентность. Бог воспринимается как Часовщик, Который завел «часы» творения в самом начале, а затем предоставил всему идти как идет.

Хотя деизм в определенном смысле и утверждает трансцендентность Бога, он отрицает практически всю библейскую историю, которая является историей активного вмешательства Бога в дела мира. Многие «теплые», или номинальные, христиане (ср.: Отк. 3:16) сегодня фактически являются деистами, поскольку их жизнь почти полностью лишена молитвы, поклонения, страха Божьего, постоянного доверия Богу в Его заботе о наших нуждах.

 

В. Бог создал мир, чтобы явить Свою славу

Очевидно, что Бог сотворил Свой народ для Своей же славы, ибо Он говорит о Своих сыновьях и дочерях: «…Кого Я сотворил для славы Моей, образовал и устроил» (Ис. 43:7). Однако для этой цели Бог сотворил не только людей. Все творение предназначено для прославления Бога. Даже неодушевленное творение: звезды, солнце, луна и небо свидетельствуют о величии Божьем: «Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание» (Пс. 18:2,3). В песни небесного поклонения в гл. 4 Откровения творение Божье соотносится с тем фактом, что Бог достоин принять славу от этого творения:

Достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено

Что говорит о Боге творение? В первую очередь оно показывает великую силу и мудрость, гораздо большие, чем может вообразить себе сотворенное существо: «Он сотворил землю силою Своею, утвердил вселенную мудростью Своею, и разумом Своим распростер небеса» (Иер. 10:12). В противопоставление безумным людям и созданным ими «истуканам», Иеремия говорит: «Не такова, как их, доля Иакова; ибо Бог его есть Творец всего… имя Его — Господь Саваоф» (Иер. 10:16). Один лишь взгляд на солнце или на звезды убеждает нас, что Бог бесконечно могуществен. Достаточно посмотреть на лист дерева, или на устройство человеческой руки, или на любую живую клетку, чтобы убедиться, что Бог нескончаемо мудр. Кто мог создать все это? Кто мог сотворить все это из ничего? Кто мог поддерживать все это день за днем — в течение огромного количества лет? Такая бесконечная власть, такое утонченное мастерство выходят за пределы нашего понимания. Когда мы размышляем о них, мы прославляем Бога.

Когда мы утверждаем, что Бог сотворил мир для того, чтобы показать Свою славу, важно, чтобы мы понимали, что Он не нуждался в сотворении мира.

Мы не должны думать, что Богу нужна была большая слава, чем та, которой Он обладал в Троице вечно, или что Он был в определенной степени несовершенен без той славы, которую Он получил от сотворенного мира. Это означало бы отрицание независимости Бога и подразумевало бы, что Бог нуждался в мире для того, чтобы быть в полной мере Богом. Напротив, мы должны утверждать, что сотворение мира — это свободный акт воли Бога. Это не был необходимый акт — Бог просто решил поступить именно так. «Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Отк. 4:11). Бог желал сотворить мир для того, чтобы продемонстрировать Свое совершенство. Творение показывает Его великую мудрость и силу, и, в конечном счете, оно показывает также и все прочие качества Бога. Судя по всему, Бог сотворил мир для того, чтобы наслаждаться Своим творением, поскольку оно отражает Его различные качества.

Это объясняет, почему мы сами получаем такое наслаждение от творчества. Люди, имеющие артистические, музыкальные или литературные дарования, получают огромное удовольствие, когда видят, слушают или размышляют о результатах творчества. Бог создал нас так, что мы можем наслаждаться, подражая Ему, творя что–либо, насколько это возможно для людей, которые сами являются творением. Одно из поразительных явлений, связанных с человеком — в отличие от всего прочего творения, — это то, что люди могут создавать новые вещи. Это объясняет и тот факт, что людям так нравятся и другие «творческие» занятия: кулинария, украшение дома, работа по дереву и с другими материалами, научные изобретения, поиск новых решений в производственной сфере. Даже дети обожают рисовать и строить дома из кубиков. Во всех этих занятиях мы хоть и слабо, но все же отражаем действия Бога в творении, и мы должны радоваться этому и благодарить за это Бога.

 

Г. Мир, сотворенный Богом, был «хорош весьма»

Продолжим рассуждение, опираясь на уже сказанное нами. Если Бог сотворил мир для того, чтобы показать свою славу, то нам следовало бы ожидать, что мир будет исполнять ту миссию, ради которой он был сотворен. Когда Бог завершил труд творения, Он наслаждался тем, что создал. В конце каждого этапа творения Бог видел, что то, что было Им создано, было «хорошо» (Быт. 1:4,10,12,18,21,25). Затем, по истечении шести дней творения, «увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1:31). Бог наслаждался созданным Им творением, как и планировал.

Несмотря на то что сейчас в мире присутствует грех, материальное творение все еще благо в очах Божьих, и мы также должны считать его «благим». Это должно освободить нас от ложного аскетизма, когда пытаются доказать, что грешно наслаждаться материальным творением. Павел говорит, что те, кто запрещает «вступать в брак и употреблять в пищу то, что Бог сотворил, дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением» (1 Тим. 4:1—3), распространяют «учения бесовские». Апостол говорит так жестко, потому что он понимает, что «всякое творение Божие хорошо и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением, потому что освящается словом Божиим и молитвою» (1 Тим. 4:4,5). Выражение «слово Божие», которое «освящает» пищу и прочее материальное творение, — это, возможно, аллюзия на благословение Бога в Быт. 1:31: «Хорошо весьма».

Конечно, сотворенный порядок может быть использован в греховных или эгоистических целях и может отвратить нас от Бога. Но мы не должны бояться этой опасности и не должны отказываться от позитивного использования Божьего творения — с благодарностью и радостью, ради нашего блага и на благо Царства Божьего. Вскоре после того, как Павел предостерегает об опасности «сребролюбия» (1 Тим. 6:9,10), он говорит, что Сам Бог дает «нам все обильно для наслаждения» (1 Тим. 6:17). Таким образом, христианам следует способствовать промышленному и техническому прогрессу (при должном внимании к охране природы), радостному и благодарному использованию всего того, что дает нам изобильная земля, сотворенная Богом. Мы должны делать это сами и щедро делиться с другими тем, чем мы обладаем (отметим 1 Тим. 6:18). Однако при этом не следует забывать, что материальные блага временны, а не вечны. Наши надежды нам следует возлагать на Бога (см.: Пс. 61:9; 1 Тим. 6:17) и стремиться обрести Царство Божье, которое будет стоять вовек (Кол. 3:1–4; Евр. 12:28; 1 Пет. 1:4).

 

Д. Писание и современная наука

В различные периоды истории христиане часто были не согласны с общепринятыми научными представлениями. В подавляющем большинстве случаев искренняя христианская вера и убежденность в истинности Библии приводили ученых к открытию новых фактов о Божьем мире, и эти открытия часто в корне изменяли научные представления. Жизнь Исаака Ньютона, Галилео Галилея, Иоганна Кеплера, Блеза Паскаля, Роберта Бойля, Майкла Фарадея, Джеймса Клерка Максвелла и многих других — яркий тому пример.

С другой стороны, случалось и так, что общепринятые научные воззрения входили в противоречие с тем, как люди понимали Библию. Например, когда итальянский астроном Галилео (1564—1642) стал учить тому, что земля не является центром мира и что земля и другие планеты вращаются вокруг солнца (следуя теории польского астронома Коперника [1472—1543]), его начали критиковать, и впоследствии его книги были осуждены Римско–католической церковью. Это было обусловлено тем, что многие люди считали, что Библия учит, будто бы солнце вращается вокруг земли. На самом деле Библия вовсе не учит этому, а астрономические взгляды Коперника заставили людей вновь изучить Библию и пересмотреть ее толкование. На самом деле описания восхода и захода солнца (Еккл. 1:5 и др.) просто показывают явления такими, какими они представляются наблюдателю, и, с этой точки зрения, здесь все верно. Однако здесь не содержится утверждений о движении земли вокруг солнца, и нигде в Библии не говорится о том, какая сила заставляет солнце «заходить» (с человеческой точки зрения). Писание ничего не говорит о том, является ли земля, солнце или другое космическое тело «центром» мира или солнечной системы, — Писание не занимается подобными вопросами. Однако урок Галилео, которого заставили отречься от своего учения и поместили под домашний арест на всю его оставшуюся недолгую жизнь, должен напоминать нам о том, что внимательное наблюдение естественного мира может побудить нас вернуться к Писанию и уточнить, действительно ли оно учит нас тому, чему мы думали? Иногда более внимательное исследование текста может показать, что прежнее толкование было неверным.

Научные исследования помогли христианам переоценить, например, представления о возрасте земли, которые были свойственны прошлым поколениям, так что ни один евангельский исследователь сейчас не скажет, что мир был сотворен в 4004 г. до н. э. Однако прежде очень многие были совершенно уверены в точности этой даты, прочтя труды ирландского архиепископа Джеймса Асшера (Ussher; 1581—1656), одного из величайших ученых своего времени, который тщательно вычислил все даты в генеалогиях Библии, чтобы определить, когда точно был сотворен Адам. Сейчас широко признан тот факт, что Библия не говорит нам, когда именно была сотворена земля и человечество (см. ниже).

С другой стороны, многие христиане упорно отказывались принять представление современных ученых об эволюции. Многие верующие вновь и вновь изучали Библию, чтобы прояснить этот вопрос, и многие из них пришли к заключению, что Писание все же говорит о процессе появления живых организмов. Более того, тщательное исследование фактов сотворенного мира породило значительные разногласия относительно эволюционной теории (как среди ученых–христиан, так и среди ученых–нехристиан). Таким образом, различные теории эволюции подвергались христианами критике как с библейских, так и с научных позиций.

Нам также следует помнить, что вопрос о сотворении мира сильно отличается от многих других научных вопросов, поскольку творение невозможно повторить в лабораторных условиях и никто из людей его не наблюдал. Поэтому уверенные заявления ученых о творении и о ранней истории земли — в лучшем случае спекуляции образованных людей. Однако если мы убеждены, что единственный наблюдатель этих событий (Бог) рассказал нам об этом в Библии и что Его слова заслуживают доверия, то нам нужно очень внимательно отнестись к библейскому повествованию.

В следующем разделе мы рассмотрим некоторые принципы, которые помогут нам понять соотношение между творением и открытиями современной науки.

1. Если все факты истолкованы верно, то между Писанием и естественными науками не может быть «никакого окончательного противоречия». Выражение «никакого окончательного противоречия» взято из прекрасной книги Фрэнсиса Шеффера. Шеффер приводит ряд предположений, которые мо–гут вызвать разногласия среди христиан, верящих в истинность Писания:

1. Возможно, Бог сотворил «развившийся» мир.

2. Возможно, есть временной промежуток между событиями, описанными в Быт 1:1 и 1:2 или 1:2 и 1:3.

3. Возможно, что в Быт. 1 речь идет о долгом дне.

4. Возможно, что потоп повлиял на геологические данные.

5. Возможно, в Быт. 1 слово «род» используется в широком значении.

6. Возможно, животные вымирали до грехопадения.

7. Там, где не используется евр. слово ברא («творить». — Примеч. пер.), возможно, речь идет о чем–то прежде существовавшем .

Шеффер говорит о том, что сам он не поддерживает ни одно из приведенных предположений; он просто говорит, что теоретически это возможно. Основная мысль Шеффера состоит в том, что ни наше понимание окружающего мира, ни наше понимание Писания не является совершенным. Но мы можем приступить к научному и библейскому исследованию с уверенностью в том, что если все факты поняты верно и если мы правильно истолковываем Писание, то наши выводы никогда не будут противоречивыми, другими словами, не будет «никакого окончательного противоречия». Бог, Который говорит в Писании, знает все факты, и то, что Он говорит, не противоречит ни одному истинному факту.

Именно с этих позиций христианам следует рассматривать вопрос о творении и о современной науке. Мы не должны бояться научно исследовать факты сотворенного мира, напротив, нам следует охотно браться за это и проводить подобные исследования, будучи уверенными в том, что если факты поняты правильно, то они никогда не войдут в противоречие с непогрешимыми словами Бога в Писании. Точно также мы должны подходить и к изучению Писания — с уверенностью в том, что если Писание истолковано верно, то оно не будет противоречить фактам природы.

Кто–то может возразить, что вся эта дискуссия в целом неуместна, поскольку Библия дана нам для того, чтобы научить нас религиозным и этическим нормам; Писание — это не учебник «науки». Тем не менее, как было отмечено в гл. 4, само Писание не налагает подобных ограничений на тематику учений, которые могут в нем содержаться. Хотя Библия — это, конечно, не «учебник» в формальном смысле, тем не менее в ней содержится множество утверждений о мире и о природе — об их происхождении, цели их сотворения и их будущей судьбе — и множество утверждений о том, как они функционируют изо дня вдень. Если мы всерьез воспринимаем мысль о том, что Сам Бог (наряду с человеческими авторами) говорит нам через Писание, то мы должны принимать всерьез и эти утверждения; нам следует верить им. Ведь Писание говорит нам, что наше понимание некоторых «научных» фактов — это вопрос нашей веры! В Евр. 11:3 сказано: «Верою познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое».

2. Некоторые теории о творении явно несовместимы сучением Писания.

В этом разделе мы рассмотрим три типа объяснения происхождения мира, которые явно противоречат Писанию.

1) Мирские теории. Ради полноты изложения мы лишь кратко упомянем о том, что любая чисто секулярная теория происхождения мира неприемлема для тех, кто верит в Писание. Секулярная теория — это любая теория происхождения мира, которая не рассматривает в качестве причины творения бесконечного и личного Бога, Который осмысленно творил мир. Таким образом, теория «большого взрыва» (в секулярной форме, где представление о Боге отсутствует) или любые теории, говорящие о том, что материя существовала вечно, противоречат учению Писания о том, что Бог сотворил мир из ничего и что Он сделал это ради собственной славы. (Когда учение Дарвина об эволюции трактуется в абсолютно материалистическом ключе, как чаще всего это и бывает, то это учение попадает все в ту же категорию.)

2) Теистический эволюционизм. Начиная со времен публикации книги Чарлза Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора» (1859), многие христиане выдвигали теорию о том, что живые организмы действительно произошли в результате эволюции, описанной Дарвином, но что Бог руководил этим процессом и привел его к такому результату, которого желал Сам. Данную точку зрения называют теистической эволюцией, так как ее сторонники отстаивают веру в Бога (это учение «теистично»), но при этом утверждают и правильность эволюционной теории. Многие сторонники теистического эволюционизма считают, что Бог вмешивался в процесс развития мира в ключевые моменты, и речь здесь идет: 1) о сотворении материи в самом начале, 2) о сотворении простейших форм жизни и 3) о сотворении человека. Однако, исключая эти вероятные моменты вмешательства, сторонники теистического эволюционизма считают, что в остальном эволюция проходила так, как это описывают современные ученые–естествоиспытатели, и что Бог использовал эволюцию для создания всех прочих форм жизни. Те, кто придерживается данной точки зрения, считают, что случайная мутация живых существ привела к эволюционному процессу, направленному к высшим формам жизни, на основании «адаптивного преимущества» (мутации, которая позволяла живым существам лучше всего бороться за выживание в их среде), так что одни существа выживали, а другие нет.

Теистические эволюционисты готовы изменить свои воззрения на то, как именно происходила эволюция, поскольку, по их мнению, Библия не уточняет деталей этого процесса. Таким образом, нам самим нужно исследовать этот вопрос, используя научные данные. Они говорят, что мы, все больше узнавая о том, как проходила эволюция, еще больше узнаем о том, какие процессы Бог использовал для того, чтобы способствовать развитию форм жизни.

Против теистического эволюционизма можно выдвинуть следующие возражения:

1. Ясное учение Писания о том, что в Божьем труде творения была определенная цель, судя по всему, несовместимо с фактором случайности, который предусматривается эволюционной теорией. Бог говорит: «Да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их» (Быт. 1:24), и, значит, Писание говорит о том, что Бог совершает осмысленные действия, и все, что Он свершает, Он свершает ради определенной цели. Однако это противоречит представлению о совершенно случайных мутациях с миллионами бессмысленных вариантов, которые в рамках эволюционной теории не приводят ни к чему, пока не возникнет какой–то новый вид.

Фундаментальное различие между библейским взглядом на творение и теистическим эволюционизмом заключается в следующем. Движущая сила, которая дает возможность изменяться и развиваться новым видам в любой эволюционной модели, — это случайность. Без случайной мутации организмов нет эволюции в том смысле, в каком ее понимает современная наука. Случайная мутация — это та сила, которая провоцирует постепенное развитие от простых форм жизни к самым сложным. Однако, в соответствии с учением Писания, движущая сила развития новых организмов — это разумный план Бога. Бог сотворил «рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее» (Быт. 1:21). «И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо» (Быт. 1:25). Эти утверждения несовместимы с представлением о Боге, Который управляет миллионами случайных мутаций, ни одна из которых не была «хороша», ни одна из которых не дала тех видов растений и животных, которыми Бог желал населить землю. Вместо четкого библейского описания творения теистический эволюционизм предлагает примерно следующее:

И сказал Бог: «Да произведет земля душу живую по роду ее». И после трехсот восьмидесяти семи миллионов девяноста двух тысяч восьмисот семидесяти одной попытки Бог, наконец, создал удачную мышь.

Такое толкование может показаться странным, но именно это теистический эволюционизм подразумевает для каждого из сотен и тысяч различных видов растений и животных земли — если считать, что все они развились в процессе случайной мутации в течение миллионов лет, постепенно усложняясь, если мутации оказывались удачными.

Теистические эволюционисты могут возразить и сказать, что Бог вмешивался в процесс и направлял его так, как Ему было угодно. Но если мы делаем такое предположение, то тогда уже в процессе все–таки возникает разумный план и мы уже не можем говорить об эволюции, так как нет случайной мутации (в моменты божественного вмешательства). Ни один секулярный эволюционист не признает такого целенаправленного вмешательства, осуществляемого разумным Творцом. Но если христианин признает активный, целенаправленный план Бога, то больше нет необходимости ни в случайности, ни в каком бы то ни было развитии, основанном на случайной мутации. В таком случае достаточно признать, что Бог сотворил каждое существо без тысяч неудачных попыток.

2. Писание говорит о том, что Божье слово творения исполнялось незамедлительно. Когда Библия повествует о Божьем слове творения, то она подчеркивает силу этого слова и его способность осуществить поставленную цель:

Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их. <…> Ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось

Подобные утверждения невозможно совместить с представлением о том, что Бог сказал что–либо и через миллионы лет и миллионы случайных мутаций живых существ Его слово исполнилось. Напротив, как только Бог говорит:

«Да произрастит земля зелень», о результате говорится уже в следующем предложении: «И стало так»
(Быт. 1:11).

3. Когда Писание говорит нам, что Бог создал растения и животных, чтобы они размножались «по роду своему» (Быт. 1:11,24), то это подразумевает, что Бог сотворил много различных типов растений и животных и что, хотя среди них и были какие–то различия (сравни различия форм, рас и личностей среди людей!), все же существовали довольно узкие границы изменений, к которым могла привести родовая мутация.

4. Представление об активной роли Бога в творении, где Он формирует каждое ныне существующее живое существо, трудно примирить с концепцией теистического эволюционизма, в которой Богу определена роль стороннего наблюдателя. Давид говорит: «Ибо Ты устроил внутренности мои, и соткал меня во чреве матери моей» (Пс. 138:13). Бог говорит Моисею: «Кто дал уста человеку? кто делает немым, или глухим, или зрячим, или слепым? не Я ли Господь?» (Исх. 4:11). Бог повелевает траве расти (Пс. 103:14; Мф. 6:30) и питает птиц (Мф. 6:26) и других обитателей леса (Пс. 103:21, 27—30). Если Бог столь активно вмешивается в рост и развитие каждого живого существа даже сегодня, то можно ли считать библейским мнение о том, что все эти формы жизни произошли в результате эволюционного процесса, управляемого случайной мутацией, а не в результате прямого, целенаправленного акта творения, и что Бог лишь после их появления начал активно и непрерывно управлять ими?

5. Сотворение Адама и Евы — вот что поможет порвать с теистическим эволюционизмом. Теистические эволюционисты, которые поддерживают особое творение Адама и Евы на основании утверждений Быт. 1 и 2, на самом деле отошли от эволюционной теории в применении к человечеству. Но если мы, на основании Писания, утверждаем учение об особом вмешательстве Бога в момент сотворения Адама и Евы, то что мешает нам полагать, что точно также Бог вмешался в ход событий и через акт творения живых организмов?

Сотворение Адама и Евы, как о нем говорится в Писании, показывает, что они были совсем иными созданиями, чем те почти животные, едва похожие на человека существа, которых эволюционисты называют первыми людьми, существами, происшедшими от обезьяноподобных животных. Писание говорит, что первые мужчина и женщина, Адам и Ева, с самого момента их сотворения обладали высокоразвитыми лингвистическими, моральными и духовными способностями. Они говорят друг с другом. Они даже говорят с Богом.

Кто–то может сказать, что Быт. 1 и 2 не доказывают, что Адам и Ева — это индивидуальности в буквальном смысле слова. Однако, во–первых, историческое повествование Книги Бытие непосредственно переходит к очевидно историческому материалу об Аврааме (Быт. 12), т. е. автор весь этот раздел считал историческим; и, во–вторых, в Рим. 5:12—21 и 1 Кор. 15:21,22,45—49 Павел подтверждает существование «одного» человека Адама, через которого грех пришел в мир, и основывает свое рассуждение о спасительном труде Христа на историческом примере Адама, который также представлял все человечество. Кроме того, повсюду в Новом Завете Адам и Ева явно воспринимаются как исторические фигуры (ср.: Лк. 3:38; Деян. 17:26; 1 Кор. 11:8,9; 2 Кор. 11:3; 1 Тим. 2:13,14). В Новом Завете подразумевается также историчность сыновей Адама и Евы — Каина (Евр. 11:4; 1 Ин. 3:12; Иуд. 11) и Авеля (Мф. 23:35; Лк. 11:51; Евр. 11:4; 12:24).

6. С эволюционной теорией связано множество научных проблем (см. ниже). Возрастающее число вопросов, ставящих под сомнение теорию эволюции, которые поднимают даже нехристиане, представляющие различные научные дисциплины, показывает, что любой человек, утверждающий, что он верит в эволюцию, поскольку «научные факты» просто не оставляют иного выбора, на самом деле не исследовал все аргументы противоположной стороны. Научные данные никого не принуждают принимать эволюционное учение, и если библейские данные также свидетельствуют против него, то едва ли можно сказать, что христианам следует придерживаться этой теории.

Итог будет уместно подвести, процитировав геолога Дейвиса А. Янга: «Точка зрения теистического эволюционизма, как ее излагают многие из сторонников этой теории, не является христианской. Это не подлинно библейская теория, так как она основана на доводах, привнесенных в христианство извне». Луис Беркхоф пишет: «Теистическая эволюция — это растерянный ребенок, который периодически зовет Бога, чтобы Тот помог ему преодолеть пропасти, разверзающиеся под его ногами. Это и не библейское учение о творении, и не последовательная теория эволюции».

3) Замечания по теории эволюции Дарвина. Слово «эволюция» употребляют в разных значениях. Иногда оно означает «микроэволюцию» — незначительное развитие в рамках одного вида, благодаря которым мухи или комары становятся нечувствительны к инсектицидам, или увеличение среднего роста людей, или развитие разных оттенков цвета роз. Сейчас мы видим множество примеров такой «микроэволюции», и никто не отрицает ее существования. Однако, когда речь идет о творении, слово «эволюция» употребляется в другом значении.

Слово «эволюция» гораздо чаще употребляется в значении «макроэволюции», т. е. «общей теории эволюции», с точки зрения которой «неживая субстанция породила первую живую материю, а та в свою очередь размножилась и усложнилась, произведя все организмы: и те, что ныне уже вымерли, и те, что еще существуют». В этой главе мы будем употреблять слово «эволюция» в значении «макроэволюция», или «общая теория эволюции».

а) ВОЗРАЖЕНИЯ, ВЫДВИГАЕМЫЕ ПРОТИВ ЭВОЛЮЦИОННОЙ ТЕОРИИ. С тех пор как Чарлз Дарвин в 1859 г. опубликовал свою книгу «Происхождение видов путем естественного отбора», и христиане, и нехристиане выступали с различными возражениями против этой теории. Современный неодарвинизм до сих пор в своей фундаментальной основе весьма схож с позицией Дарвина, с некоторыми изменениями и дополнениями, сделанными за сто лет исследований. С точки зрения современной дарвинистской эволюционной теории, история развития жизни началась, когда смешение химических элементов, имеющихся на земле, привело к спонтанному возникновению очень простой, вероятно, одноклеточной формы жизни. Эта живая клетка размножилась, и произвела новые клетки, в которых уже произошли мутации, или изменения. Эти мутации привели к развитию более сложных форм жизни. В условиях враждебной окружающей среды многие клетки погибли, а те, которые были лучше приспособлены, выжили и размножились. Таким образом природа обеспечивала процесс «естественного отбора», в ходе которого выживали различные организмы, лучше всего приспособленные к условиям окружающей среды. Все большее количество мутаций впоследствии привело к развитию широкого разнообразия живых существ; таким образом, все сложные формы жизни произошли от простейших организмов путем мутаций и естественного отбора.

Одним из последних и, вероятно, наиболее уничтожающих критических разборов современной дарвинистской теории стали работы Филиппа Е. Джонсона, профессора права, который специализируется в области анализа логики аргументации. В своей книге он широко цитирует современных сторонников теории эволюции и убедительно доказывает следующее:

1. В результате ста лет экспериментального разведения различных видов животных и растений стало ясно, что количество различий, которого можно добиться (даже при намеренном, а не случайном разведении), крайне ограничено, что объясняется ограниченными возможностями генетических вариаций, возможных для каждого конкретного вида живых существ: собаки, которых селективно разводят в течение многих поколений, остаются собаками, плодовые мушки — плодовыми мушками и т. д. А если выведенные породы возвращаются в естественную среду, «наиболее специализированные поколения быстро погибают, а выжившие особи возвращаются к дикому состоянию».

Джонсон заключает, что «естественный отбор», заявляемый дарвинистами в качестве механизма выживания новых организмов, на самом деле является консервативной силой, которая сохраняет видовые особенности популяции, а не изменяет ее характеристики.

2. В современной эволюционной теории представление о «выживании самых приспособленных» (или о «естественном отборе») воспринимается в том смысле, что те животные, чьи характеристики дают им относительные преимущества в процессе выживания, сохранятся, а прочие вымрут. Однако в действительности практически любую характеристику можно назвать как преимуществом, так и недостатком. Так как же дарвинисты определяют, какие именно характеристики дали преимущества в выживании тем или иным животным? Ответ: наблюдая выжившие виды. Но ведь это означает, что теория естественного отбора — это не новый взгляд на механизмы действия природы, а простая тавтология (бессмысленное повторение одного итого же), поскольку теория утверждает, что «самые выживаемые» животные — это те, у которых самое многочисленное потомство. В этом смысле теория естественного отбора означает: животные, у которых самое многочисленное потомство, — это те, у которых самое многочисленное потомство. Однако это отнюдь не доказывает того факта, что многочисленные мутации в течение многочисленных смен поколений производят иное, более приспособленное к выживанию потомство.

3. Многочисленные и сложнейшие мутации, необходимые для возникновения таких сложных органов, как глаз или птичье крыло (как и сотен других органов), не могли произойти путем микроскопических мутаций, накапливавшихся в течение тысяч поколений, поскольку отдельные части этих органов бесполезны (и не дают никаких «преимуществ»), если не действует орган в целом. Однако математическая вероятность таких случайных мутаций в рамках одного–единственного поколения просто равна нулю. Дарвинистам не остается ничего иного, как утверждать, что это произошло потому, что так оно и произошло.

Забавный пример, который доказывает необходимость возникновения всех частей сложной органической системы одновременно, приводится Робертом Кофалем и Келли Сегрейвз. Они приводят пример «жука–бомбардира», который отпугивает врагов, выстреливая смесь химических веществ из двух вращающихся трубок в задней части его тела. Если вещества, которые выстреливает из себя этот жук, смешать в лаборатории, то происходит спонтанный взрыв, но, судя по всему, у жука есть какой–то ингибитор, который блокирует реакцию взрыва до тех пор, пока жук не впрыснет часть жидкости в свои «камеры сгорания», где добавление энзима катализирует реакцию. Происходит взрыв и химический репеллент выстреливается во врагов жука при температуре 212° по Фаренгейту. Может ли эволюционная теория объяснить этот поразительный механизм, спрашивают авторы:

Отметим, что рациональное эволюционное объяснение развития этого существа приписывает какое–то адаптивное преимущество каждой из миллионов предполагаемых промежуточных стадий процесса возникновения механизма защиты. Однако какое преимущество мог принести процесс, завершенный на четверть, на половину или на одну треть? Винтовка бесполезна, если в ней нет всех частей и они не действуют, как положено… Прежде чем этот механизм смог обеспечить защиту жуку, ему было необходимо приобрести все его части, а также нужный химический состав горючего вещества и инстинктивное поведение, необходимое для его употребления. Частично развитый набор органов был бы бесполезен. Таким образом, в соответствии с принципами эволюционной теории, не было никакого селективного давления, которое провоцировало бы движение частично оформившейся системы к стадии завершения… В любой науке, если теория не может объяснить имеющийся материал, эту теорию следует пересмотреть или заменить такой теорией, которая согласуется с имеющимися данными.

А что могло бы случиться с жуком, если бы взрывоопасная химическая смесь развилась в нем раньше, чем химический ингибитор?

4. Данные по найденным в 1859 г. ископаемым были для Дарвина самой большой проблемой, и с тех пор это затруднение только усугублялось. Во времена Дарвина были найдены сотни окаменелостей, которые доказывали существование иных видов животных и растений в далеком прошлом. Однако Дарвин не мог найти ни одного ископаемого «переходного звена», которое заполнило бы пробелы между различными видами животных, — такие ископаемые, в которых были бы видны характеристики одного животного и некоторые характеристики следующего этапа развития. Многие ископаемые в точности соответствовали современным животным — и это доказывало (в соответствии с хронологическими представлениями Дарвина), что многочисленные животные оставались неизменными в течение миллионов лет. Дарвин понимал, что отсутствие ископаемых «промежуточных типов» ослабляет его теорию, но он считал, что причина заключается в том, что найдено слишком мало, и был уверен, что последующие находки докажут существование переходных типов животных. Однако последующие 130 лет интенсивных раскопок не дали даже одного убедительного примера искомого переходного типа.

Джонсон цитирует известного эволюциониста Стивена Джея Гоулда из Гарварда, который говорит, что две характеристики данных по ископаемым не согласуются с представлением о постепенном изменении, которое происходит в течение многих поколений:

1. Статика. Большинство видов не проявляет никакого целенаправленного изменения в ходе своего существования на земле. В окаменелостях они выглядят почти совершенно также, как и при своем исчезновении; морфологические изменения обычно малы и не целенаправленны.

2. Внезапное появление. В любом ареале вид возникает не в результате постепенного изменения предков; он появляется внезапно и «полностью сформированным».

Эта проблема имеет такое огромное значение для дарвинистской теории эволюции, что многие ученые–эволюционисты сейчас даже предполагают, что эволюция происходила в виде скачков к новым формам жизни — так что каждый из тридцати двух отрядов млекопитающих, например, возник в истории Европы внезапно.

Но каким образом сотни тысяч генетических изменений могли произойти одновременно? Не было дано никакого другого объяснения, кроме того, что так должно быть, потому что иначе не может быть. (Даже поверхностный взгляд на пунктирные линии, которые в учебниках по биологии обозначают предполагаемые переходы от одного вида животного к другому, показывает, какое количество пробелов остается незаполненным спустя 130 лет исследований.) Значимость этой проблемы прекрасно изложена в книге нехристианского автора Майкла Дентона. Сам Дентон не предлагает никакого альтернативного объяснения возникновения жизни на земле в той форме, в какой мы видим ее сегодня, но он отмечает, что со времен Дарвина «ни одна из двух фундаментальных аксиом дарвинистской макроэволюционной теории, а именно представление о постепенном развитии природы, т. е. о функциональной преемственности всех форм жизни, связывающей все виды и возводящей их к одной изначальной клетке, и вера в то, что вся адаптивная конструкция организмов возникла в результате случайных процессов, — с 1859 г. были подтверждены одним–единственным эмпирическим открытием».

5. Молекулярные структуры живых организмов действительно обнаруживают взаимосвязи, но дарвинисты просто предполагают, что эти связи свидетельствуют об общих предках, однако это утверждение ничем не подтверждается. Более того, молекулярные различия живых существ очень значительны и происхождение этих различий не получило удовлетворительного объяснения.

Конечно же, структурное сходство на любом уровне (в том чис