Едва Дана вернулась домой после того, как развезла всех детей, зазвонил телефон. Должно быть, намечается новый заказ. Ох как некстати!.. Дана собиралась наконец съездить в пункт проката и присмотреть платье для бала, на который они с Кейном пойдут в пятницу, но изо дня в день находились какие-то неотложные дела, пока вдруг не оказалось, что до бала осталось всего ничего, а идти по-прежнему не в чем.

Решив, что брать дополнительный заказ не стоит, Дана сняла трубку — и с облегчением услышала знакомый голос отца.

— Привет, Дана. У тебя уже перерыв?

— Да, папа.

— Тогда приглашаю тебя на ланч.

Дана нахмурилась, соображая, как вписать ланч с отцом в свое плотное расписание. Отказывать отцу не хотелось — ведь и в прошлое, и в позапрошлое воскресенье она не виделась с ним, занятая личными проблемами.

— Видишь ли, папа, я хотела взять напрокат вечернее платье для…

— Напрокат?! Какую-то поношенную тряпку?! Пойдешь на бал с Кейном Уильямсом в платье, которое до тебя черт знает кто таскал?!

Дана испустила глубокий вздох.

— Папочка, я пока ничего не решила.

— Садись в машину и поезжай в Сиэтл-центр, — безапелляционно скомандовал Генри. — Припаркуешься возле башни Спейс-нидл. Стоянку я оплачу.

— Папа, но я потеряю уйму времени!.. — запротестовала Дана. — Я…

— Кейн Уильямс занят не меньше тебя, однако вчера выкроил время, чтобы пообедать со мной, — ответил отец.

— Кейн? Ты виделся с Кейном?

— Жду тебя в ресторане башни.

— Но, папа…

Генри уже повесил трубку. И перезванивать бесполезно — не ответит. Он забросил наживку, не сомневаясь, что Дана проглотит крючок, — и был прав. Бальное платье подождет: гораздо важнее узнать, что произошло между отцом и Кейном.

Сообщение отца не только удивило ее, но и встревожило. Чего он добивается? Снова, как в старые времена, пытается все решать за нее?

Дана стиснула зубы, проклиная самоуверенность отца. Неужели он не понимает, что ее отношения с Кейном еще очень хрупкие и не прошеное вмешательство может все испортить? Быть может, он, пусть и с опозданием, решил попросить прощения? И если так, что ответил на это Кейн?

Сердце Даны трепетало пойманной птичкой, в голове вертелись самые дикие предположения. Она гнала машину как сумасшедшая, хотя понимала, что это глупо — все, что могло произойти, уже произошло и волноваться поздно.

Только этого не хватало! — думала она. Едва-едва разобралась с Глэдис Уильямс, «благородные намерения» которой грозили разрушить их с Кейном союз, — и теперь, пожалуйста, неприятности с отцом!

Дана могла только надеяться, что после откровенного разговора в воскресенье Глэдис осознала свою ошибку. После возвращения Кейна и Джессики она вела себя как радушная хозяйка, всячески старалась, чтобы Дана чувствовала себя как дома, — но кто знает, что стояло за таким поведением: искреннее стремление протянуть руку дружбы или желание угодить сыну и внучке?

Кейн остался доволен встречей: он не сомневался, что Дана и Глэдис сделали первый шаг навстречу друг другу. И Дана не собиралась его разочаровывать. Всей душой она надеялась, что он прав. Теперь вопрос в другом: удастся ли перебросить мост между Кейном и ее отцом?

В будний день машин на улицах немного, и до Спейс-нидл Дана добралась даже быстрее, чем ожидала. Оставив машину на стоянке, она поднялась в лифте на «летающую тарелку» — так прозвали венчающую башню смотровую площадку-ресторан. Она почти вбежала в зал — и увидела сидящего за одним из столиков отца, который с аппетитом ел. Это добрый знак, решила Дана.

— А, вот и ты! — Генри улыбнулся, заметив дочь.

— Что ты сказал Кейну?! — выпалила Дана, не помня себя от волнения.

— Подожди, все в свое время. — Генри поднял руку, и к столику подлетел официант. — Два черных кофе и фруктовые пирожные.

Дана с трудом сдерживала нетерпение. Едва официант отошел от столика, она снова бросилась в атаку.

— Как ты мог?

— Что я мог? — невинно поинтересовался Генри.

— Совать нос в мои дела! — рявкнула Дана, чувствуя, что готова придушить отца.

Генри недоуменно вскинул брови.

— Ты предпочла бы, чтобы я отверг приглашение Кейна?

— Кейна?..

— Дана, это он мне позвонил. Если ты хотела, чтобы я послал его подальше, стоило предупредить меня заранее…

— Нет-нет, конечно нет, — пробормотала она, совершенно сбитая с толку. — И чего он от тебя хотел?

— Знаешь, произошла трогательная сцена, — с легкой иронией ответил Генри. — Кейн дипломатично дал понять, что прошлое осталось в прошлом. Я столь же дипломатично извинился. Словом, оба мы проявили себя настоящими джентльменами.

— И не ссорились?

— Дана! — упрекнул Генри. — Я же обещал, что больше не сделаю ни одного неверного шага!

Она с облегчением перевела дыхание.

— Твой Кейн, кажется, был готов к драке — словесной драке, я имею в виду, — продолжал Генри, — но я не предоставил ему такой возможности. Мы быстро пришли к взаимопониманию и вполне мирно отобедали вместе.

— И никаких столкновений?

— Я сказал бы, мы немного походили друг вокруг друга кругами, уяснили свои позиции и этим ограничились. — В глазах Генри засветился лукавый огонек. — Сошлись на том, что уважаем друг друга и что делить нам нечего.

— Уважаете друг друга… — эхом повторила Дана.

Она не могла понять, почему Кейн взял инициативу на себя. Что помешало ему подождать, пока она организует встречу? Но, с другой стороны, возможно, такие проблемы лучше решаются в мужском разговоре с глазу на глаз, чем в присутствии женщины.

— Очень незаурядный молодой человек из него получился, — заметил Генри.

— Кейн всегда был незаурядным.

— Хорошо, не буду спорить. Не сомневайся, Дана, я хочу одного: чтобы ты была счастлива. Если ты выбрала Кейна Уильямса — отлично, значит, это и мой выбор.

Дана неуверенно подняла глаза на отца.

— Папа, он и вправду тебе понравился?

Генри кивнул.

— Если бы я выбирал тебе жениха, лучше не нашел бы.

Дана расплылась в широкой улыбке — она почувствовала, что отец говорит искренне.

— А теперь расскажи, что это за бал, для которого ты подыскиваешь платье.

— Кейн пригласил меня сопровождать его на ежегодный бал, устраиваемый владельцами инвестиционных компаний. Это важно для его карьеры: там встречаются крупные финансисты и завязываются деловые контакты.

— Когда?

— Завтра вечером в оперном театре.

— Угу…

Появился официант с заказом. Теперь, когда тревога Даны улеглась, она почувствовала аппетит и с удовольствием воздала должное пирожным и ароматному черному кофе.

— Как вкусно! — воскликнула она наконец, откинувшись на спинку стула и довольно улыбаясь, — Спасибо, папочка!

— Тебе спасибо, что пришла. И еще большее спасибо скажу, если ты позволишь мне купить тебе платье.

Дана осторожно взглянула на отца.

— Папа, если ты хочешь снова начать управлять моей жизнью… пожалуйста, не надо!

— Ну, Дана, ты так давно не позволяла делать себе подарков! — Генри нахмурился. — Неужели отец не вправе купить дочери безделушку?

— Бальное платье — не безделушка.

Отец только рукой махнул. Дана и сама знала, что деньги для него не имеют значения: он готов не моргнув глазом выложить несколько тысяч за наряд, который дочь и наденет-то всего раз. Не слишком ли она цепляется за свою независимость? Отец ясно показал: он готов на все, чтобы преодолеть разделяющее их отчуждение. Может быть, и для нее настало время уступить… хоть немного.

— Нельзя сопровождать Кейна на такой бал в прокатном платье! — настаивал Генри. — Он должен произвести впечатление и… черт побери, Дана! Ты же моя дочь! Он будет представлять тебя всем этим финансовым воротилам, будет называть твое имя — Дана Андервуд! Я не позволю тебе появиться перед ними в поношенном платье!

Опять гордыня!

Что ж, быть взрослой означает принимать людей такими, какие они есть. Разве она — не дочь своего отца? Разве ей незнакомо чувство гордости?

— Я согласен, что совершил ошибку, не поддержав тебя деньгами, когда ты попросила, — потихоньку закипая, продолжал Генри. — Согласен, что совершил по отношению к тебе целую кучу ошибок. Но, Дана…

— Хорошо, папа.

— Что «хорошо»? — непонимающе переспросил Генри.

Дана широко улыбнулась.

— Буду очень рада, если ты подаришь мне платье. Только давай пойдем в магазин поскорее — ведь мне скоро на работу.

Лицо Генри просияло радостью и торжеством: он вскочил, не в силах усидеть на месте.

— Официант! Официант! Счет! Дана, допивай быстрее свой кофе! Идем, сладкая моя, скорее идем в магазин! Купим что-нибудь такое, чтобы при одном взгляде на тебя Кейн Уильямс просто умер на месте!