Олег не сразу понял, что произошло. Сразу после того как Емец по непонятной для него причине потеряла сознание, его самого вывернуло наизнанку. Голова готова была расколоться от боли, руки дрожали, словно у паралитика.

Справившись с рвотой, он затравленно огляделся. Если кто-то извне нанес по ним ментальный удар такой силы, он должен быть неподалеку.

Но лес вокруг неподвижно стоявшего на поляне жуколета выглядел совершенно безлюдным. Раньше Олег мог издали почувствовать приближение любого живого существа и даже не задумывался над тем, почему ему это удается, но сейчас подобная попытка вызвала лишь новый приступ головной боли.

Он перевернул на спину лежавшую ничком Елену и проверил ее пульс. Ей досталось намного больше, чем ему. Но пульс, слава богу, был, хотя и очень слабый. Используя свою универсальную аптечку, Олег попытался привести ее в сознание. Дыхание несколько стабилизировалось, но сознание к капралу не возвращалось. Должно было пройти какое-то время, прежде чем организм справится с последствиями ментального воздействия.

Придется ждать, хотя именно этого Олегу очень не хотелось. Вечер стремительно приближался, а Вместе с ним реальной становилась и новая опасность. Часа через два проснутся хорсты. А хуже всего что он так и не смог понять, кто нанес по ним этот удар. Олег не сомневался, что это было именно ментальное воздействие. Он хорошо умел распознавать любую ментальную активность и знал симптомы такого воздействия.

Пилоты отряда эвакуаторов, в котором он служил на Холере, иногда во время атак ширанцев подвергались ментальным ударам, но эти мерзавцы безжалостно уничтожавшие мирное население земных колоний, к счастью для людей, не обладали достаточным ментальным потенциалом, чтобы причинить своим жертвам ощутимый вред. Другое дело — фронтеры. Вся их странная цивилизация строилась на телепатическом управлении биологическими машинами, начиная от жуколетов и кончая гигантскими цветами. И именно здесь, на Фронте, его собственные ментальные способности обострились до такой степени, что он смог понимать ментальную речь.

Он успел узнать о цивилизации фронтеров слишком мало, чтобы делать какие-то выводы, да и не до выводов ему сейчас было. Следовало разобраться с ближайшими проблемами. И самое главное — понять, что собой представляет измененная Емец. Вначале он подумал, что ментальный удар нанесла именно Елена. Собственно, вначале она совершенно определенно попыталась это сделать. Но потом что-то произошло… Вмешался кто-то еще. Олег все еще не подозревал, что удар направил его собственный мозг.

Ему казалось важным, до того как Емец придет в себя, определить свое дальнейшее отношение к этой женщине. Но даже в этом он так и не смог прийти к определенному решению. Он не знал, кто обучил ее психотронике и какие отношения связывают ее с фронтерами. А ведь они определенно имели с ней какую-то тайную связь. В его памяти все время вертелась последняя фраза короля Голубого Цветка:

«Объект готов, вы можете приступать!»

Но, несмотря на это, и хотя он почти не сомневался, что она агент ширанцев, Олег не мог от нее отказаться. Емец наверняка располагала каналом какой-то связи со своими хозяевами, если ее хозяевами и в самом деле были ширанцы, если он не ошибся… Несомненно одно — Емец обладает бесценной для него информацией. Вопрос был лишь в том, сможет ли он держать под контролем психодела третьей ступени после того, как Елена придет в сознание.

Где-то глубоко внутри, почти на грани ощущений, Олег знал, что сможет, вот только не мог понять, откуда взялась эта уверенность и на чем она основана.

Несмотря на всю медлительность здешнего солнца, вечер постепенно вступал в свои права. И тягучее ожидание постепенно выматывало Северцеву нервы. Он не мог бросить Елену в ночном лесу, пусть она сто раз была предателем, она по-прежнему оставалась для него единственным соотечественником на этой планете. Но и двигаться дальше, таща на себе эту грузную женщину, он тоже не мог. Приходилось лишь надеяться на то, что Емец очнется до того, как здесь появятся хорсты.

Солнце скрылось за вершинами редких деревьев и окрасило небосклон в непривычные для землянина желтоватые тона. В лесу было очень тихо, словно Даже деревья притаились, замерли в ожидании приближавшейся ночи.

Только внутри жуколета что-то все время потрескивало, и с вершины ближайшего дерева на каждый такой щелчок отвечало длинной трелью какое- то насекомое.

Олег по-прежнему чувствовал себя одиноким, покинутым и никому не нужным. Его миссия провалилась, так и не успев начаться. Собственно, она с Самого начала была обречена на безусловный провал его забросили на чужую планету без всякой связи и поддержки, понадеявшись на «авось». Вдруг Удастся установить контакт с фронтерами? Вдруг произойдет чудо и Северцеву удастся подарить Федерации могущественного союзника в борьбе с ширанцами? Ну а если чуда не произойдет и Северцев попросту сгинет на чужой планете, никто об этом даже не пожалеет. Во всяком случае, не генералы, решавшие его судьбу в кабинете президента. Для них он был всего лишь безликой единицей «живой силы», одной из миллионов единиц, и ее потеря исчезающе мала по сравнению с жертвами, которые приносит безнадежная война с обитателями иного, недоступного земным кораблям пространства.

Чтобы как-то отвлечься от мрачных мыслей, Олег стал рассматривать по-прежнему лежавшую без сознания Елену. Сейчас, тихая и беспомощная, она казалась ему именно Еленой. Еленой Прекрасной. Жаль, что, придя в себя, эта женщина вновь превратится в фурию.

Он и не подозревал, что у нее такие длинные волосы, и не знал, каким образом ей удавалось их прятать под форменным беретом. Берет слетел с ее головы, когда она падала, потеряв сознание, и волосы рассыпались по плечам, оттеняя бледное, без единой кровинки лицо, теперь уже ничем не отличавшееся от высеченного из мрамора лица древней богини… Хотя, кажется, Елена была вовсе не богиней, а причиной… Причиной, из-за которой началась какая-то, уж совсем древняя, Троянская война.

Елена сказала, что его врожденный пси-потенциал очень высок. И поскольку она была психоделом третьей степени, вряд ли она в этом ошибалась. Жаль, что он не сумел воспользоваться этой скрытой внутри него силой. Говорят, настоящие психоделы могут устанавливать связь друг с другом на любом расстоянии, даже космос им не помеха. Не здесь ли скрыт столь необходимый ему канал связи с Землей?

Неожиданно его мысли вернулись к более насущным проблемам. Ночь уже совсем близко, и, если Елена не очнется в ближайшие пару часов, они станут легкой добычей для хорстов, оставаясь на этом открытом месте. Следовало хоть что-то предпринять, пока у него еще оставалось для этого время.

Олег в который уж раз беспомощно огляделся, но в окружавшем их лесу не было ничего похожего на укрытие, способное выдержать атаку хорстов. Единственной надеждой оставался их жуколет — в нем еще сохранился небольшой запас энергии, и если бы ему удалось заставить его, пусть ненадолго, подняться в воздух, он смог бы найти с высоты птичьего полета более подходящее для ночлега место.

После того как эта чертова баба прикончила пилота, она заявила ему, что для управления жуколетом он должен отдавать мысленные приказы, разбивая свои команды на мелкие детали…

Закончить она не успела, последовал ментальный удар, и сейчас ему показалось, что первая стадия этого удара исходила именно от Емец и была направлена на него… Она пыталась заставить его поднять жуколет в воздух, видимо решив, что будет Проще управлять Олегом, как послушной куклой, не Вдаваясь в сложные объяснения… И все же что-то от объяснений осталось в его памяти, и следовало Немедленно попытаться применить их на практике, хотя он не представлял, как можно управлять этой Летающей биологической махиной с помощью мел- команд. Не сможет же он мысленно контролировать движение крыльев, совершающих сотни колебаний в секунду, — и всё же следовало хотя бы попробовать. Причем немедленно. В лесу становилось темнее, и до появления хорстов, поклявшихся отомстить ему за гибель их сородичей, оставались уже не часы, а минуты.

— Приподними правый подкрылок! — отдал Олег мысленную команду, стараясь, чтобы в его мозгу она звучала как можно более четко и громко, как будто возможно заставить мысли звучать громче или тише…

Разумеется, ничего не произошло. Подкрылок даже не дрогнул, зато окончательно замолкло на вершине дерева насекомое, хоть как-то поддерживавшее живой звуковой фон затаившегося в тишине леса. Северцев подумал об этом неведомом ему насекомом, мельком, отвлеченно, и вдруг увидел окружающий мир рассыпавшимся на тысячи осколков.

Мгновенный испуг, возникший от этого непривычного видения мира, сразу же вернул ему прежнее зрение, и лишь секунду спустя он понял, что только что видел мир глазами сидевшего на вершине дерева насекомого.

Осознав это, Олег попытался понять, как ему удалось подключиться к зрительному каналу чужого биологического объекта: он не отдавал никаких мысленных команд… «Очевидно, их и не следовало отдавать!» — наконец понял он, человеческая речь, тем более русская речь, вряд ли доступна фронтерским насекомым.

Следовало транслировать не словесные команды, а образы, представления, причем не думать об этом слишком явно…

Вот, например, он отчетливо видит, как это неизвестное ему насекомое поднимается с дерева и летит навстречу протянутой к нему человеческой ладони… Жаль, что он не может даже представить, как выглядит это насекомое, поскольку никогда его не видел, но в данном случае важнее всего сам факт полета в нужном ему направлении…

Чтобы лучше представить, как это происходит, Олег закрыл глаза и через несколько секунд почувствовал, что на его ладонь опустилось колючее тельце…

Насекомое оказалось довольно большим, не менее десяти сантиметров в длину, и, если не считать радужной расцветки, во всем остальном представляло собой почти точную копию их жуколета. Возможно даже, представители его вида и были прародителями жуколета. Тем биологическим материалом, из которого местные психоделы создали свой летающий аппарат. Не зря жук все время откликался на трескотню жуколета…

Но отвлекаться на посторонние мысли Олег сейчас не мог. Он только что нащупал едва заметную тропинку, ведущую в неведомую для него область психотроники, и, если ему удастся закрепить достигнутый успех, в руках у него может появиться могущественное оружие…

* * *

Емец открыла глаза и осмотрелась. Она с трудом ощущала собственное тело, словно только что получила хороший разряд парализатора. Слава богу, на состояние ее головы полученный удар не повлиял. Она отчетливо помнила все, что произошло, и не сомневалась в причинах происшедшего. Лишь одного она не знала, что психоудар Олега был результатом Подсознательного ответного импульса, все еще не Осознанного до конца им самим.

Виновник ее нынешнего состояния забавлялся с Каким-то жуком. Он не должен догадаться о том, что Сознание к ней уже вернулось. Полученную передышку необходимо использовать, чтобы подготовиться к предстоящему поединку.

В том, что он состоится, Емец не сомневалась ни на минуту. Сквозь полуприкрытые веки она следила за своим противником и думала о том, что это психотронное чудовище совсем недавно ей почти нравилось и она с большой неохотой согласилась с последним заданием, в котором должна была его уничтожить.

Впрочем, она собиралась внести в полученное задание некоторые коррективы. Было весьма заманчиво приобрести власть над этим могущественным человеком, даже не подозревавшим о своем потенциале.

Постепенно обучая Олега простейшим приемам психотроники и руководя его мысленным воздействием, она надеялась многократно увеличить свои возможности. Она даже была готова за укрепление связи с «объектом» расплатиться собственным телом, — причем эта перспектива не вызывала у нее внутреннего протеста. Больше того, для полного подчинения Олега это было просто необходимо.

— Проснулась? — спросил Олег, не оборачиваясь и продолжая играть с жуком.

«Вот дьявол! — подумала Емец. — Не исключено, что он может слышать мои мысли!»

— Самое время поговорить! — Олег отпустил жука и уселся рядом с ней в опасной близости, лишая ее возможности броска из положения лежа. — Давай начнем с того, как и почему ты оказалась на этой планете.

— Не собираюсь я ничего начинать!

— Да неужели? А ведь придется! — Он лишь слегка надавил на ее психику, и Елена скорчилась от нестерпимой боли. Она пыталась сопротивляться, используя весь свой опыт психодела третьей ступени, но ничего не смогла поделать, у нее почти не осталось псиэнергии, израсходованной в недавней схватке с Олегом. И тот, даже не замечая, походя, обходил все ее слабые попытки поставить мысленный блок. Пройдет несколько дней, прежде чем она обретет прежнюю силу и сможет снова разговаривать с ним на равных, а пока…

— Прекрати! — прохрипела Елена, старательно изображая свое полное поражение. — Я расскажу все, что тебя интересует!

Он отпустил ее и уселся поудобней, скрестив под собой ноги, сам удивляясь прорезавшимся у него способностям и думая о том, что еще ему теперь станет доступно. Психодел третьей ступени должен об этом знать. И когда он ее полностью расколет…

— Начинай с самого начала. С того момента, когда ты решила предать Звездную Федерацию и перешла на службу к инопланетным убийцам, обрушившимся на наши колонии из чужого измерения.

— Это займет много времени. Солнце уже почти село…

— Я вижу. Жуколет нам не поможет. Минут через десять он уже не сможет летать. Так что давай. Спешить нам теперь некуда, и прежде, чем нами поужинают хорсты, я хочу узнать, почему ты здесь очутилась и как это стало возможно?

— У тебя есть дети, Олег? — Разжалобить, что ли, она его хочет историей о бедных детках?

— Нет у меня детей! — буркнул он мрачно в ответ.

— А у меня есть. Двое. Мальчик и девочка. — Елена замолчала, словно это сообщение объясняло все остальное.

Продолжай! — рявкнул Олег, не испытывая ни малейшего снисхождения к этой женщине, предавшей все, что было для него свято и дорого.

— Их похитили. А потом предложили мне подписать договор о сотрудничестве.

— С кем именно?

— С ширанцами, разумеется. До настоящего момента фронтеры не хотели иметь с нами дела, а значит, и для щиранцев путь на Фронту был заказан. Ведь только с нашей помощью они могли сюда проникнуть. Мы первые из людей, попавших на эту планету… — Она замолкла, словно у нее не хватало сил продолжать.

— Дальше! — И Олег снова попробовал чуть-чуть коснуться ее сознания, проверяя, не лжет ли она.