Четыре «Фарка», взревев двигателями, легко оторвались от стартовой полосы базы, и уже через несколько мгновений знакомая до последних мелочей россыпь базовских построек пропала из глаз Олега.

Истребители шли боевым строем «звезды», прикрывая на разных уровнях четвертый корабль, в котором находился Олег вместе со своим неразлучным следователем.

Кабина истребителя, неприспособленная для перевозки пассажиров, оказалась слишком тесной для них двоих. Крутицкий, занявший место пилота, легко вел корабль, не нарушая общего строя. И его пилотский навык удивил Олега.

— Вам приходилось служить в космическом флоте? — спросил он в ларингофон стрелка, место которого ему пришлось занять. Уже одно то, что ему доверили это место, даже не потрудившись разрядить перед этим боевые излучатели истребителя, говорило о многом. По крайней мере, до прибытия в столицу он мог считать, что угроза ареста для него миновала.

— А ты думал, следователем становятся сразу после окончания школы?

Впервые Крутицкий обратился к нему на «ты», и это дружеское обращение лишний раз подтвердило, что худшее для Олега позади. Перед полетом его даже не лишили личного оружия, хотя это было уже прямым нарушением устава. Посторонним не полагалось находиться в кабине боевого истребителя вооруженными. Но Крутицкий хорошо понимал, насколько Олег взвинчен и напряжен, и не хотел лишний раз подвергать испытанию психику парня, ведь любое изъятие личного оружия у боевого офицера однозначно воспринималось как лишение доверия.

Неожиданно в боевом строю машин что-то едва заметно изменилось, и через секунду в рации раздался голос командира группы сопровождения:

— У меня на радаре шестерка ширанских фантомов, и, по-моему, они идут за нами. — Через минуту они услышали подтверждение. — Точно, база их не интересует, они только что сменили курс. Всем приготовиться к отражению атаки!

Теперь и на экране перед Крутицким появились шесть туманных пятен.

— Они, похоже, и в самом деле не собираются поворачивать к базе, их цель — наша группа. До сих пор ширанцы никогда не атаковали наши корабли! Всегда только наземные объекты!

Олег нахмурился, вспомнив сообщение, переданное ему через Чебурашку. Критерии странной войны изменились, и причина этого — он сам. Вернее, его успешная атака вблизи Глории. Сейчас ширанцев прежде всего интересовал человек, которому удалось тогда сбить их корабль. Но каким образом они узнали, что он находится на одном из уходящих от базы «Фарков»? Ответ напрашивался сам: на базе орудует хорошо законспирированный агент. Никому еще не удавалось обнаружить ни одного агента ширанцев, но слухи о них упорно продолжали циркулировать по всему флоту, а многочисленные факты упрямо свидетельствовали о том, что эти шпионы существуют на самом деле.

Неожиданно на Олега нахлынула знакомая по предыдущей схватке с ширанцами ледяная волна Предчувствия. Если он сейчас не вмешается в ход событий все кончится очень плохо.

— Пока они находятся в подпространстве, наши излучатели их не достанут. Но и они не смогут при чинить нам вреда. Они должны вынырнуть хоть на секунду для того, чтобы нанести удар. — Олег почувствовал, как изменился его голос: ощущение неотвратимо надвигавшейся гибели сдавило горло. Он говорил в ларингофон своего полетного скафандра и знал, что его переговоры с Крутицким слышны командиру группы. Он не знал другого — насколько серьезно отнесется командир к его предупреждениям, и все же продолжил: — В этом наша единственная надежда. Какое-то время широкополосные излучатели «Фарков» могут перекрыть им зону выхода.

Неожиданно Олег услышал ответ командира группы. Он не знал этого человека, даже не смог его увидеть перед стартом, но сейчас чувствовал благодарность и уважение к этому офицеру.

— К сожалению, мы не сможем долго перекрывать им выход из подпространства. Секунд двадцать непрерывного огня, и весь боезапас будет израсходован! Но вы правы — сейчас это наш единственный шанс. — Сразу же вслед за этим сообщением ведущий их группы включил излучатели.

Олег видел, как фиолетовая радуга протянулась от истребителя и исчезла в темноте космоса. Лишь отдельные ослепительные вспышки случайно встретившейся на пути антипротонов атомов обычной материи свидетельствовали о том, что огонь ведется непрерывно.

— Это ничего не даст! — неожиданно понял Олег. — Израсходовав весь боезапас, мы останемся совершенно безоружными и превратимся для ширанцев в беззащитную мишень! Не надо включать излучатели остальных истребителей! Павел Сергеевич! — Олег не узнавал собственного голоса. К счастью, ларингофоны внутренней связи надежно маскировали его волнение.

— У тебя есть другое предложение?

Олегу удалось подавить нараставшее ощущение безнадежности, и его ответ прозвучал достаточно твердо, хотя он и не надеялся на то, что его просьба будет выполнена.

— На этих машинах предусмотрена возможность передачи управления стрелку на тот случай, если пилот погибнет или будет ранен. Вспомните мой рассказ о битве над Глорией. Я по-прежнему не знаю, как мне удалось уйти из нашего пространства в слой ширанцев, но я могу попробовать повторить этот трюк! Где-то на подсознательном уровне моя память должна была сохранить всю необходимую для этого последовательность действий. Передайте управление мне. В этом наша единственная надежда. Как только боезапас закончится, нас сожгут. Ширанцы прилетели сюда специально для того, чтобы уничтожить истребитель, на котором находится пилот, сумевший проникнуть в их подпространственный слой. Я не знаю, откуда им стало об этом известно. Но они об этом узнали, и это уже ваша задача — установить того, кто передал им это сообщение. Вот только для этого нам нужно остаться в живых.

— Интересно, откуда ты об этом знаешь? И не слишком ли много на себя берешь, лейтенант?

— У меня необычно развита интуиция. Иногда, в особо напряженные моменты, когда что-то угрожает моей жизни, я могу предугадать развитие событий. Сейчас у нас нет времени на долгие объяснения, доверьтесь мне, или мы все погибнем.

— «Беркут»! Через двадцать секунд ваша очередь! готовьте излучатели, сектор обстрела… — Далее по рации последовала длинная цепочка цифр, уточнявшая Пространственные координаты зоны обстрела, Олег заметил, как побледнел Крутицкий. «Беркут» позывным, и в эти секунды следователю предстояло принять решение, от которого зависела их дальнейшая судьба.

Секунду казалось, что его рука протянется к красной кнопке, открывающей выход потоку антипротонов, но в последний момент он передумал. Вместо этого раздался щелчок переключателя управления.

— Действуй, лейтенант. Покажи этим сволочам, что мы еще кое на что способны!

Олег почувствовал, как на него наваливается ватное спокойствие, заволакивает его, затягивает в неведомую бездну, отключая все посторонние ощущения, не имевшие отношения к вставшей перед ним задаче. Сейчас он, выполняя все необходимые действия, другой частью своего сознания словно наблюдал за собой со стороны. Руки сами собой делали всю нужную работу.

Истребитель, перешедший под его контроль, резко замедлил ход и вырвался из общего строя боевой группы. В динамике раздался похожий на рычание крик командира группы:

— «Беркут»! Немедленно вернитесь в строй! Вы что, с ума сошли? — Через мгновение этот голос превратился в беспомощный комариный писк. Олег резко завалил корабль на левый борт, уводя его в сторону от волны излучений. Это был первый выстрел, который произвели ширанские истребители по его машине, еще не успев полностью материализоваться в слое пространства, в котором находилась машина Олега.

Мгновения растягивались, как резиновые. Ощущение происходящего почему-то казалось иллюзорным, словно все стало каким-то ненастоящим, словно он спал и видел сон, из которого через какое-то время легко вернется в настоящую, реальную жизнь… И лишь на самом краешке сознания билась тревожная мысль о том, что, если он сейчас ошибется, еделает хотя бы одно неверное движение, из этого «сна» ему уже никогда не вернуться.

В какое-то мгновение окружавшее их космическое пространство окрасилось неестественным лиловым светом, словно кто-то невидимый и огромный влил в него светящуюся краску.

По опыту своего предыдущего перехода Олег знал, что они уже находятся в соседнем слое пространства, в том самом, в котором все еще оставались ширанские корабли, и нельзя было терять ни мгновения.

Если ширанцы сообразят, что произошло, если успеют раньше него произвести хотя бы один выстрел, его кошмарный сон оборвется, и на этот раз — навсегда.

Ему еще нужно было успеть развернуть машину на сорок градусов вправо, чтобы поймать в перекрестие прицелов ширанские боевые машины, и как только они там появились, Олег левой рукой, свободной от ручного управления, протянулся к пульту стрелка и нажал красную кнопку излучателя…

Казалось, мир вокруг них разлетелся на тысячу огненных осколков, завернувшихся в гигантский смерч. А когда рев аннигиляции стих, космос вокруг оказался совершенно чистым. Не было ни ширанских истребителей, ни «Фарков» сопровождения. Зато прямо на них надвигалось огромное космическое тело планеты, расчерченное знакомыми очертаниями материков и океанов.

— Земля? — не веря собственным глазам, спросил Крутицкий. — Как мы здесь оказались? — И это была первая фраза, которую он произнес за все то время, пока кораблем управлял Олег.

Не знаю, Павел Сергеевич. Точку выхода из одного пространственного слоя в другой невозможно предсказать заранее. По крайней мере, я этого делать не умею.

Посадку им разрешили на центральном космодроме столицы без всякой очереди. Олега поразило обилие штабных машин на привокзальной площади и оцепление, выставленное вокруг всего космопорта.

— От кого они здесь обороняются? Или это часть оркестра для нашей встречи?

Крутицкий ничего не ответил, только скрипнул зубами. И лишь когда от здания космопорта к ним понеслась одна из штабных машин, коротко приказал:

— Ты вот что, о наших подвигах не распространяйся пока. Жди, я с тобой встречусь при первой возможности.

Олег не стал спрашивать, о какой возможности идет речь. Он уже понял, что сейчас ситуация запуталась еще больше. Следователя сразу же увезли в какой-то специальной, закрытой машине, и, видимо, самому Крутицкому теперь придется побывать в шкуре Олега.

К Северцеву моментально прицепился какой-то приторно вежливый штабной интендант. Из первых же его фраз Олег понял, что новый допрос в ближайшее время ему не грозит. Вообще вся встреча и эскорт машин, окруживших выделенный для него лимузин, напоминал прибытие главы какого-то государства, а не скромного лейтенанта эвакуационной службы.

Отель, в котором поселили Олега, оказался не менее роскошным, чем лимузин. Северцев все еще не мог прийти в себя от происходящего, от того, что он, вопреки всем своим опасениям, до сих пор оставался свободным, и ни один из высоких штабных чинов не проявил интереса к его прибытию. Но кто- то же организовал всю эту роскошную встречу!

И Олег понимал, что очень скоро ему придется за всё расплачиваться.

На прощание интендант выдал ему кредитную карту с открытым счетом и сказал, что он может знакомиться с достопримечательностями столицы.

— В расходах себя не ограничивайте. Военное ведомство все оплатит!

Оплатить-то оно оплатит, вот только те, кто неэкономное расходовал казенные деньги, очень скоро расставались со своими должностями. Правда, у самого Олега никакой должности во флотской иерархии не было, и помпезная встреча показалась ему наспех сымпровизированной постановкой, которая должна была показать молодому лейтенанту, неожиданно ставшему значительной фигурой, как армия умеет заботиться о нужных ей людях.

Интендант торопливо покинул Олега, не желая отвечать на его многочисленные вопросы, и впервые за последние несколько дней юноша остался один.

За громадным зеркальным окном раскинулся город, в котором он не был ни разу. Столица великой Звездной Федерации. Город, побывать в котором мечтал каждый мальчишка, и Олег не был исключением.

Бесконечный лабиринт высотных зданий с высоты сорок третьего этажа гостиницы казался совершенно непроходимым.

«Интересно, как люди находят здесь дорогу?» — подумал Олег. Впрочем, если запомнить название отеля, с возвращением проблем не будет. Другой вопрос, выпустят ли его отсюда? Насколько слова интенданта о том, что он полностью свободен, соответствуют действительности? А вот это стоило проверить немедленно.

Северцев не успел дойти даже до холла, где располагались кабины гравитационных лифтов, как его тысячи червонов. Ничего, армейский бюджет выдержит подобный убыток без особого ущерба.

Когда Емец показалась из примерочной кабины, Олег не сразу узнал ее, настолько одежда преобразила женщину.

— Вы очаровательны в этом платье! — воскликнул он. Однако его комплимент вызвал реакцию обратную той, которую он ожидал.

— Прошу не забывать, что я на службе! И вынуждена потакать вашим извращенным вкусам! — Похоже, ее характер полностью соответствовал тому форменному облику, которого ныне, благодаря его стараниям, она частично лишилась. Даже тень улыбки не появилась на плотно сжатых губах капрала, когда они покидали магазин. И что самое удивительное, она даже не взглянула на огромное трюмо, стоявшее у выхода. Ну, да бог с ней, Олег не собирался продолжать знакомство с этой женщиной дольше необходимого.

— Куда теперь вы собираетесь направиться? — поджав полные губы, поинтересовалась капрал. — В ресторанах я не разбираюсь! У меня просто нет времени на подобную ерунду! Пообедать вы могли бы и в гостинице, а с меня вполне достаточно армейской столовой.

— Я не хочу обедать в гостинице. Я и так все последнее время был вынужден довольствоваться сухим пилотским рационом. Нет, нет! Ресторан, причем самый лучший. Найти его нам поможет любой водитель такси.

— Неужели вы еще и такси собираетесь заказывать?! Вам же выделена специальная служебная машина!

— В рестораны не принято ездить на служебных машинах. Во всяком случае, у нас на Зарнице, где я родился и вырос, это считается неприличным. К тому же в присутствии водителя этой машины мы не сможем предаться бездумному отдыху!

— Я не собираюсь предаваться с вами безумному отдыху! — залившись краской и буквально изрыгая пламя взглядом, провозгласила Емец.

— Слова бездумный и безумный — весьма отличаются по смыслу. Извините за мой плохой интерлект. Мне давно не представлялось случая попрактиковаться в произношении. Вообще-то безумный отдых — тоже вещь неплохая! — рискнул пошутить Олег и получил в ответ ледяной взгляд, внутри которого уже полностью замерзли отблески пламени, сверкавшие там минуту назад.

— Многие командировочные офицеры, прибывающие из окраинных поселений в столицу, так считают! Они там, в своих заброшенных гарнизонах, одичали и готовы наброситься на любую встречную женщину! — Похоже, эта тема казалась его сопровождающей чрезвычайно важной, поскольку она к ней охотно возвращалась. Олег подумал, что, несмотря на все полные показного возмущения фразы, она не будет против, если кто-нибудь решится предаться с ней именно безумному отдыху.

К сожалению, он не чувствовал в себе достаточного для этого случая запаса безумия. Хотя… Если посмотреть на нее со стороны, забыв ее глупые высказывания и показное солдафонство, она может Показаться вполне привлекательной… Высокая грудь упрямо не желала помещаться в вырезе вечернего платья, которым он снабдил даму. И невольно Привлекала взгляды Олега, к тайному удовольствию Капрала. Возможно, она считала, что это — ее своеобразная месть самоуверенному провинциальному офицерику, впервые попавшему в столицу.

Как только заказанное Олегом такси отошло от отеля, он сразу же заметил черную машину с затемненными стеклами, неотступно следовавшую за ними.

— Вам не кажется, что мои конвоиры должны соблюдать большую дистанцию, чтобы так не бросаться в глаза? Или вы скажете, что ничего о них не знаете?

— Отчего же. Я о них знаю. Это не конвоиры, а ваша охрана. Они должны показать возможным злоумышленникам, что вас хорошо охраняют, и отбить у них желание пойти на возможную провокацию еще до того, как те решатся выкинуть один из своих гнусных фокусов.

— Что, у вас в столице постоянно нападают на простых командировочных офицеров?

Емец в ответ возмущенно фыркнула.

— Вы не простой командировочный офицер! Мне поручено отвечать за вашу безопасность, а в столице за последнее время участились нападения на офицеров космофлота. — Она поправила ремень с плоской кобурой игольника, которую ухитрилась засунуть под облегающее вечернее платье. — Многие в штабе флота считают, что активность террористов возросла из-за изменений в странной войне.

Эта тема сразу же заинтересовала Олега.

— Я на своей провинциальной базе оторван от столичных новостей. Не будете ли вы так любезны просветить меня относительно этих изменений? И, кстати, я до сих пор не знаю вашего имени. Неудобно все время обращаться к вам так официально.

— В этом нет ничего неудобного! Любой офицер обязан гордиться своим званием, но если вам так больше нравится, можете называть меня Еленой… — ответила Емец чуточку смущенно, и Олег не смог бы придумать ей более неподходящее имя.

— Так как насчет изменений в странной войне? Что вы о них знаете, Елена?

Ей явно понравилось подобное обращение, и впервые Олег заметил, что капрал умеет улыбаться.

— Эти изменения начались после того, как какому-то сумасшедшему офицеру пришла в голову мысль прорваться сквозь пространственный слой к ширанским кораблям и даже взорвать один из них. С этого момента на всех наших базах участились диверсионные акты, а похищения штабных офицеров происходят практически ежедневно. Возможно, ширанские агенты пытаются найти того, кто сумел провести подобную операцию, а исчезают ни в чем не повинные люди, и никого из пропавших, несмотря на все усилия безопасности, так и не удалось найти. Даже трупов от них не остается.

— Это говорит о том, что у нас развелось слишком много ширанских агентов, а мы до сих пор даже не знаем, как выглядят ширанцы в своем подлинном обличье! И не таким уж сумасшедшим был тот офицер, который сумел нанести нашим врагам хотя бы один-единственный ответный удар! — возразил Олег.

— И вы еще защищаете этого негодяя, виновного в гибели стольких людей?!

— Идет война. На наших дальних колониях пылают города и гибнут тысячи мирных граждан. Я там был, Елена. И хорошо знаю, что, если наш флот не научится противостоять врагу, от былой мощи Звездной Федерации не останется и следа. Мы уже потеряли больше десятка колоний и в ближайшие три-четыре года потеряем остальные.  Ширанские корабли проводят свои операции в Ж десятке световых лет от столицы. Вполне возможно,  что в недалеком будущем прекрасные здания, которые нас окружают, превратятся в пылающие руины.

— Армия этого не допустит! Информационные каналы полны сообщений о разработках нового оружия, способного остановить врага! — воскликнула Емец.

— Ну, разумеется! Подобные сообщения появлялись каждый раз на протяжении всей нашей истории, как только начинало пахнуть жареным.

Шофер, всю дорогу с интересом прислушивавшийся к их разговору, остановил машину у странного здания, напоминавшего космический корабль, который совершил весьма неудачную посадку.

Под самой крышей строения аршинными буквами сверкало его название: «КОСМОАРТ».

— Этот ресторан считается самым модным! — сообщил таксист, помогая даме покинуть салон машины.

— Я просил не модный, а лучший! — проворчал Олег, однако возражать не стал и, рассчитавшись с водителем, последовал вслед за капралом к стоявшему у входа портье, одетому в форму звездного гвардейца.

Гвардию расформировали лет двести тому назад, но форма до сих пор смотрелась весьма колоритно.

В ресторане было немного посетителей. Очевидно, здешние цены не слишком устраивали публику среднего класса. Те же, кто был побогаче, предпочитали пользоваться клубными заведениями более высокого класса.

Принесли меню, и Елена Емец с удовольствием погрузилась в его изучение. Она выбрала гондолианские устрицы под острым соусом и клубнику со сливками — сочетание, требующее для своего усвоения изрядного мужества, помноженного на луженый желудок.

Олег усмехнулся, однако возражать не стал и, в свою очередь, заказал бутылку Венерианского хорошей выдержки.

— Я не пью, а во время выполнения служебного задания пить вообще запрещено! — сразу же завелась капрал.

— Вы не на служебном задании. Забудьте об этом, считайте, что я пригласил вас на свидание, и перестаньте портить несчастному провинциальному лейтенанту его первое знакомство со столицей!

— Ну что же, если посмотреть на это с такой точки зрения, то посещение этого заведения тоже является частью моего служебного задания! — соблаговолила согласиться Елена Емец.

— Вот именно! И раз уж вы здесь оказались, вы обязаны выполнять все традиционные правила этого места!

— Это какие еще правила? — с подозрением осведомилась Емец. Вино уже успело оказать на нее действие, и это неудивительно, потому что она, несмотря на все свои возражения, уже успела осушить второй бокал.

— Их совсем немного. Вы должны улыбаться как можно чаще и смотреть на своего спутника с предельным обожанием, особенно в тех случаях, когда к нашему столику подходит официант.

— Вы издеваетесь надо мной?

— Ну что вы! Конечно, нет!

— Тогда оставьте при себе свои провинциальные Шуточки! Мы сюда не развлекаться пришли!

— А для чего же? — ехидно поинтересовался Олег.

— Обедать! — отрезала капрал, полностью погрузившись в клубнику со сливками, которая помешала ей заметить появившуюся у входа в зал странную компанию.

Трое молодых людей, украшенных стальными Цепями и пластмассовыми черепами, не обращая Внимания на робкие протесты метрдотеля, направились прямиком к их столику.

— В то время, когда флот проливает кровь на наших границах, тыловые крысы вроде тебя, спрятавшись за военную форму, водят девок по ресторанам! — заявил прыщеватый молодой человек, выдвигаясь вперед и не отрывая от Олега ненавидящего взгляда.

Северцев пожалел о том, что, занявшись гардеробом Емец, не сменил собственную форму на гражданскую одежду. Было похоже, что форма космофлота не пользовалась уважением у столичных жителей, если, конечно, все происходящее не заранее подготовленная кем-то провокация.

— С таким подонком, как ты, я бы никогда не пошла в ресторан! — самоуверенно заявила Емец, разглядывая предводителя панков с нескрываемым презрением и явно напрашиваясь на продолжение ссоры.

А Олег вдруг остро ощутил надвигавшуюся на них смертельную опасность. Может быть, причиной тому была шевельнувшаяся в его нагрудном кармане Чебурашка, а может, просто под влиянием угрозы, исходившей от этих панков, его мысли понеслись вскачь…

Как вообще эта троица смогла беспрепятственно войти в пятизвездочный ресторан? Куда подевались все местные вышибалы и куда исчезла их собственная охрана, неотступно сопровождавшая такси от самого отеля?

Что-то здесь было не так… Происходило нечто гораздо более серьезное, чем хулиганство распоясавшихся юнцов… Олег окончательно убедился в этом, когда заметил армейский станер, выпиравший из- под куртки одного из молодчиков.

Между тем события перед их столиком разворачивались настолько стремительно, что даже хвале ной пилотской реакции Олега не хватило на то, чтобы отследить все детали.

Предводитель панков, сделавший вид, что его смертельно оскорбили, выхватил из кармана энергетический кастет и попытался без лишних слов нанести им смертельно опасный удар в лицо молодой женщины. Однако ему это не удалось. За секунду до этого Емец нагнулась и что-то сделала с подолом платья, Олег отчетливо услышал треск разрываемой материи.

Затем капрал выпрямилась, успела перехватить руку с кастетом и, вывернув ее, ухитрилась, не прерывая стремительного движения, вскочить на ноги и нанести сокрушительный удар пяткой в солнечное сплетение второго молодчика.

Третьим, тем, у которого в руках уже сверкнул станер, пришлось заняться Олегу. Сбив его с ног и падая вместе с ним на пол, он успел отметить, что обнаженная нога Емец оказалась довольно изящной. К тому же она заканчивалась очаровательной остроносой туфелькой, глубоко погрузившейся в живот предводителя нападавших.

Олегу удалось обезоружить противника в тот момент, когда от входной двери зала раздалась очередь станера, разнесшая вдребезги их стол.

Если бы не его стремительный бросок в сторону третьего нападавшего и их взаимное падение — этот Выстрел пришелся бы ему в голову.

Предположение Олега о том, что эта инсценированная драка — всего лишь прикрытие хорошо организованной попытки покончить с ним, полностью Подтвердилось. Теперь ему, действуя очень быстро, необходимо было вырваться из ловушки, в которой он очутился вместе со своей не слишком очаровательной, но зато хорошо знакомой с приемами рукопашного боя спутницей. Которая, как ему показа лось, не была предупреждена о подготовленной в ресторане засаде.

Очередь станера ее не зацепила, и Олег, не дожидаясь повторного выстрела и не поднимаясь с пола, выхватил свой неразлучный игольник. Поблагодарив неведомых богов за то, что у него до сих пор не отобрали армейское оружие, он послал в проем двери веер смертельных разрывных игл. Хорошо понимая, что у его противников не останется ни одного шанса остаться в живых, и не чувствуя по этому поводу ни малейшего сожаления. Его только что попытались убить, и он вынужден был защищаться.

Короткий смертельный вопль, донесшийся от двери, подтвердил эффективность выстрела. А вид грозного армейского пистолета в руках лейтенанта мгновенно утихомирил тех из панков, кто еще способен был двигаться.

Никто не попытался помешать им выбраться из разгромленного ресторана. И это тоже было необычно. Хозяева подобных заведений всегда принимают меры к тому, чтобы виновники пьяных разборок, по крайней мере, возмещали убытки, причиненные заведению. Но все служащие мгновенно, как только началась стрельба, куда-то испарились, и даже встречавшего их портье у выхода не оказалось.

— К вам или ко мне? — коротко осведомилась Емец, едва они оказались в вагончике городского монорельсового транспорта. Олег решил, что пользоваться такси в их положении слишком рискованно, а краткий вопрос его спутницы произвел на него самое благоприятное впечатление. Эта женщина прекрасно владела собой и, теперь он в этом не сомневался, не принадлежала к его тайным врагам.

— Вы знаете, кто на нас напал?

— Во всяком случае, догадываюсь. Один из этих переодетых комедиантов, что первыми подошли к нашему столику, раньше служил в нашей конторе, и я не понимаю смысла их действий. Ведь мне приказано было вас охранять!

— Начальство само не всегда понимает, чего оно хочет. В любом случае, учитывая все происшедшее, возвращаться в отель мне не стоит.

— Я полностью с вами согласна! Даже если вы смените отель, службе безопасности станет об этом известно через несколько минут! Какое-то время вам безопасней будет находиться в квартире, о которой никто не знает.

— А там имеется информационный терминал?

— Он есть в каждой столичной квартире!

— В таком случае, если вы не возражаете, я воспользуюсь вашим любезным предложением и попытаюсь кое с кем связаться, чтобы выяснить, что здесь, черт возьми, происходит!