Хотелось, ужасно хотелось Позавтракать мылом, а после Отведать самую малость моркови, А потом, в окружении разнообразных зверей, Закатиться к друзьям, в бактериальный ларек, Что стоит на углу Между тем и другим. А потом, запрокинув кадык к восходящей Венере, Щедро втягивать в глотку Эмбрионы чумы. Далее, пить без антракта, настойку холеры, Заедая ее драже «бруцеллез» и еще чем-нибудь, Неприхотливо съедобным: Жизнь, жизнь! Что ж стоишь ты в унылой, Безропотной позе и тоскливо смотришь вокруг? Лучше уж съешь первоклассной Сибирской язвы! Из Канады ее привезли На пароме «Абдоминайзер и К»; Производят гвинейцы продукт деловито, Домовито стучат молотками в лобные кости Друг другу, Все они в тапочках, вытканных серой фланелью, В зимних костюмах трико, В бармадонских рубашках, В пальто из куриных ног, в свитерах из огня, В дырявых зеленых перчатках: Они в стены вбивают сваи, а потом Вешают фотопортреты первопроходцев пустыни, Говорят, что они – эти первопроходцы, Были все, как один и убоги, и бессмысленны В меру и во что-то там как бы одеты: Канадцы, малайцы, китайцы – все хороши, Все привозят из дома бациллы, Но сами читают чужие и ветхие книги, Кричат по ночам неприлично И славят Покойного сэра Ауронимо.