Сэр Джордж не был чересчур обнадежен тем, что эрцгерцог прислал такое вежливое приглашение. Просто именно таким путем дела обычно и происходили: с необычными преступниками обращались необычно вежливо. Как бывший рыцарь и нынешний торговец дорогими товарами он мог ожидать соответствующего уважения так долго, как он продолжал быть достойным его. Он знал, что они будут говорить "пожалуйста" и "благодарю вас", даже когда они поведут его в тюрьму или возможно на виселицу. Единственное преимущество в его положении состояло в том, что власти должны сначала выслушать все аргументы, которые он скажет в свою защиту.

Конечно, тот факт, что это было приглашение, а не ордер на арест, обнадеживал. Эрцгерцог мог бы решить, что самое лучшее в его положении поддерживать добрые отношения с гномами и их союзниками, дварфами, и быть великодушным. Если он, волшебники или герцоги конфискуют хотя бы часть сокровищ Провала Торкина, торговля металлами в Хайланде очень сильно пострадает. Он мог бы даже поздравить гномов со спасением сокровищ, и все, что он хочет от Сэра Джорджа, чтобы тот ответил на несколько трудных вопросов.

Сначала их отвели ко дворцу эрцгерцога, находившимся на другом конце города, который был даже более примитивным зданием, чем Академия, и попросили подождать ауедиенции. После весьма короткого ожидания,их проводили в личную приемную эрцгерцога, что дало Сэру Джорджу возможность предположить, что на ауедиенции будут только эрцгерцог и, возможно, кто-нибудь из его ближайших советников. Приемная оказалась довольно большой комнатой, богато украшенной темными панелями из темного дерева и обставленной той же массивной мебелью, как и библиотека, Академия и которая использовалась везде и всегда в истории Флэмов.

Эрцгерцог Маарстен был моложе, чем они ожидали, вероятно не старше Сольвейг. Он обладал характернутыми, даже подчеркнутыми чертами аристократии Флэмов, совершенно не походя на сухую, хищную внешность волшебников, которые чаще всего происходили из мелкой аристократии или старинных купеческих семей. У него были раскошные рыжие волосы, характерные для его расы, в его случае он носил настоящую львиную гриву, подчеркнутую сюртуком с жестким воротником, согласно традиции Флэмов. Он знал, как преподнести себя, так что казался выше и более величественнее, чем позволял его довольно скромный рост. Тельвин мгновенно осознал, что Маг Эддан из его родной деревни был бледной имитацией его.

Эрцгерцог сидел за массивным столом, но он был не один. В большом кресле за его спиной устроился высокий человек, по виду и одежде типичный волшебник Флэов. Тельвин занервничал, оказавшись в такой компании, вспомнив смутные, но постоянные несправедливости, от которых он всегда страдал, ограничения закона Флэмов, а также ту подозрительность, которую Эддан проявлял в отношении его. И еще хуже, волшебник уже обратил на него внимание и сейчас пристально рассматривал.

- Я эрцгерцог Джерридан Маарстен, - сказал юноша, затем указал на волшебника. - Маг Бвен Калестраан, Старший Волшебник Государственной Академии.

Сэр Джордж поклонился. - Я Сэр Джордж Кирби, бывший рыцарь Ордена Дороги из Даркина. Мой компаньон, Маг Перрантин, мой партнер по бизнесу. Наши помошники, Сольвейг Бело-Золотая и Коринн Убийца Медведей, Сын Дорика.

- Сольвейг Бело-Золотая, - задумчиво протянул Маарстен. - Это кажется мне скорее титулом чем именем, хотя я вижу, почему ты получила его. Ведь ты из Северных Пределов?

- Я происхожу из этого народа, - ответила она. - Но по настоящему я Валерия из Дома Дораниус, первого семейства Тиатиса, и возможно вы оцените, почему я выбрала это имя для себя, когда я путешествую за границей.

- Ты должна была взять у твоего отца серые волосы, - сказал он, улыбаясь. В этот момент он выглядел совсем мальчишкой. - Потом перевел взгляд на Тельвина. - Ты, кажется, не был представлен.

- Тельвин Лисий Глаз, мой юный подмастерье и наследник, - быстро объяснил Сэр Джордж.

- Еще одно замечательное имя. Ведь ты не Флэм, не правда ли, парень?

- Нет, сир, - ответил Тельвин, вспоминая о разумной осторожности при упоминании своего происхождения. - Я сирота неизвестной расы, но родился в Хайланде и прожил здесь всю жизнь.

- Хорошо, вы все можете сесть, - сказал Маарстен, указывая на различные стулья, беспорядочно стоящие в комнате. - Сэр Джордж, если ты и маг не против, сядьте здесь, напротив меня, разговор будет в основном с вами обоими.

Все расселись, Сэр Джордж и Перрантин перед столом, там, где было им указано. Тельвин уселся как можно дальше от Мага Калестраан, в темном углу приемной.

- Полагаю, я должен перейти прямо к делу, - сказал Маарстен. - Мне рассказали, что ваши люди читают и немного изучают книги о драконах.

Сэр Джордж был так поражен, что чуть не свалился со стула. Он готовился отвечать на очень трудные вопросы о сокровищах гномов, и был совершенно не готов к такому повороту событий.

- Конечно, наша библиотека открыта для всех ученых вообще, и особенно для магов, - продолжал эрцгерцог. - Вы не совершили никакого преступления, и мы никоим образом не рассматриваем вас как преступников. Сэр Джордж, ты живешь на севере, и ты знаешь не хуже меня угрозу, которые драконы представляют для людей этой земли. Я даже приветствую твое желание сделать что-нибудь, чтобы решить эту проблему. Не сомневаюсь, что ты веришь в свою способность справиться с этой задачей, но ты должен понять и наше положение тоже. У нас нет никаких гарантий, что ты способен на это, и мы должны быть уверены, что ты не сделаешь ситуацию еще хуже.

- Да, я могу понять ваши резоны, - согласился Сэр Джордж. - Но как вы узнали, что мы ищем информацию о драконах?

- Мы отслеживаем, как люди используют библиотеку, что читают, для того, чтобы лучше помогать людям, приобретая новые книги, - объяснил Маг Калестраан. - Наши библиотекари, возвращая на полки книги, которые вы читали, использовали простое заклинание, которое заставляет книги раскрыться на последней прочитанной странице. Таким образом они и заметили весьма тревожную тенденцию в тех книгах, которые вы читали.

Тельвин запомнил этот комментарий, но при этом отметил, что Флэмы, как всегда, нашли замечательное извинение собственной низости. Однако в данных обстоятельствах, он едва ли мог проклинать их за излишнюю подозрительность.

- Я думаю, что теперь мы можем перейти к делу, - сказал Маарстен. - Что вы узнали? Конечно вы понимаете, что наши волшебники изучали те же самые тексты еще в прошлом году.

- Мы нашли в точности то, что искали, - спокойно ответил Сэр Джордж. Мы искали путь подчинить дракона при помощи магии, так чтобы с ним можно было бы поговорить, и понять, что происходит на самом деле. Мы можем предпологать все, что угодно, но драконы хотят чего-то, что не видно из их действий, и только они знают, чего именно.

Маарстен тщательно обдумал эту мысль. - Да, похоже есть что-то мудрое в том, что ты сказал. Нам и в голову не пришло, должен признаться, что мы могли бы вести переговоры с драконами.

- Ваш народ сравнительно недавно появился в этом мире, - добавил Сэр Джордж. - У вас нет большого опыта общения с драконами, и вы попросту не знаете, что большая часть того, что книги говорят вам, это легенды, слухи и ложные концепции. Драконы всегда были моей личной областью исследования, и я знаю о них больше, чем большинство из величайших магов и ученых, потому что я черпаю информацию прямо из источника. Я могу сказать вам, что если у вас было мало счастья в попытке справиться с драконами, это потому, что вы слушали тех, кого ошибочно считаете знатоком в этой области.

- Я готов согласиться, что все, что мы знаем о драконах - истории и легенды, и настоящих исторических фактов о реальных драконах у нас почти нет, - уступил Калестраан. - Но почему вы решили ввязаться в это дело?

- Ну, с практической точки зрения, драконы плохо влияют на бизнес, мой и любой другой. Но я к тому же и бывший странствующий рыцарь, и полагаю, во мне еще остался инстинкт защиты слабых. Зная так много о драконах, я нахожусь в лучшем положение, чем вы, и способен что-то сделать. Поэтому я чувствую, что это мой долг, моя обязанность: попытаться.

- Очень похвально, я полагаю, - согласился Эрцгерцог Маарстен. - Я прав, считая, что ваша основная цель вовсе не легендарные сокровища драконов. Или, кстати, это тоже только легенда?

- Нет, драконы весьма богаты, - ответил Сэр Джордж. - Однако, если мы подчиним дракона, это вовсе не означает, что мы завоевали право на его сокровища. Единственный путь заставить дракона поделиться сокровищем - убить его, и это случается очень часто в легендах и очень редко в жизни. Лично я не готов быть глупым до такой степени. Зарезать дракона или поговорить с ним - две совершенно разные вещи. Если мы не сможем найти приемлимый путь заставить дракона поговорить с нами, мы не собираемся устраивать охоту на него.

- Вы все выглядите умными, знающими и решительным людьми, - сказал эрцгерцог. - Я считаю, что мы можем извлечь пользу из твоего совета. В то же самое время я не могу разрешить вам идти охотиться на драконов до тех пор, пока есть возможность изучить все самым тщательным образом и решить, что лучше. До того времени, я не вижу причин, почему бы вам не остаться здесь. Во дворце хватит комнат на всех.

- Если это не затруднит вас, - осторожно сказал Сэр Джордж.

- Ни в малейшей степени, - настойчиво сказал Маарстен. - Ты и твой друг смогут работать вместе с нашими волшебниками, отделять фантазию от фактов и попытаться найти магические или дипломатические способы совладать с драконами.

План Маарстена не понравился кажется никому, кроме самого эрцгерцога. Сэр Джордж четко осознал, что они будут под домашним арестом, чтобы предохранить их от попытки недозволенной деятельности, но он был не в том положении, чтобы протестовать, так как альтернативой были тесные камеры в государственной тюрьме. Калестраану тоже это не понравилось, но он счел за благо не протестовать. При этом он, по всей видимости, думал, что они не более, чем банда авантюристов, которых надо гнать в три шеи. Эрцгерцог Маарстен быть может считал также, но все же сообразил, что они дали ценный совет, и решил не выбрасывать их на улицу, пока не поймет, можно ли им воспользоваться.

Делать нечего, пришлось сходить в гостиницу и перенести все свои вещи во дворец эрцгрцога. По меньшей мере они были избавлены от унизительного эскорта стражи. Действительно, они были свободны приходить и уходить когда захочется, лишь бы не пытались уйти все вместе. Их разместили в дипломатическом крыле дворца, в большой, хорошо оборудованной части дворца, предназначенной для приезжающих сановников. Тельвин получил отдельную комнату, более раскошную, чем у него когда нибудь была за всю его жизнь.

Было совсем неплохо, что за ними не следили, иначе они немедленно попали бы в неприятности из-за Сэра Джорджа. Он держался мнения, что здесь происходит больше, чем кажется. Волшебники огня действительно изучали те же самые тексты в прошлом году, но не было каких-нибудь свидетельств того, что они что-либо нашли. Они не сделали попытки контролировать даже одного дракона, по меньшей мере об этот никто не знал. Сэру Джорджу было интересно узнать, что именно они сделали. Он также хотел бы узнать, почему эрцгерцог практически отдал весь этот вопрос в их руки, хотя решение содержать всю компанию Сэра Джорджа под домашним арестом для получения совета, который они могли предложить, заставляло предположить, что Эрцгерцог Маарстен очень обеспокоен.

Единственной проблемой было то, что собственное исследование Сэра Джорджа не пошло далеко. У него никогда не было слишком много знакомств среди Флэмов. В свое время он решил поселиться в этой стране, так как она была слишком новой, слишком отдаленной и слишком бедной, чтобы что-нибудь серьезное могло случиться в ней, и была одной из тех немногих мест, про которые ты можешь быть уверен: за время твоего отсуствия там ничего не произойдет. Конечно, сейчас страна резко изменилась, не в лучшую сторону. Перрантин проводил дни в Академии, сравнивая свои заметки и находки с результатами поиска местных влшебников, но он допускал, что они не очень-то продвинулись, благодаря полному равнодушию большей части волшебников. Как заметил Сэр Джордж, у волшебников было много серьезных проблем, но очень мало желания их решать.

Так получилось, что Коринну удалось найти ответы на их личные проблемы. Дварфы не быстро заводят друзей, даже среди своих, и они могут быть подозрительны и недоверчивы один к другому. Но эта ситуация очень быстро меняется за границей, и два дварфа, путешествующие вместе по чужим странам, могут немедленно стать настоящими братьями перед лицом враждебных иностранцев, даже если они из двух соперничающих кланов.

Все, что он должен быть сделать - поискать посла из Рокхольма под предлогом, что ему нужно послать письмо домой со следующим дипломатическим курьером. Договариваясь, Коринн отпустил несколько нелестных выражений в адрес Флэмов. Все дела были немедленно позабыты, посол принес бутылку, два стакана и коробочку с печеньем, после чего они приятно провели весь полдень, обсуждая политику, Флэмов и различные ограничения дя иностранцев.

Тем же вечером после ужина, когда в дворце эрцгерцога было темно и спокойно, все собрались, как обычно, в комнате Сэра Джорджа, чтобы обсудить события дня. И Коринну было чего рассказать друзьям.

- Все это довольно интересно, если вы,конечно, любите политику, - начал он, глядя на Сольвейг. - Я подозреваю, что драконы не могли найти худшего времени для своих атак с точки зрения волшебников. Есть слух, что они сформировали команду, во главе с эрцгерцогом и собой, и собирались захватить власть. Атаки драконов разрушили все их планы и застали их настолько врасплох, что они до сих пор не могут придти в себя.

- Быть может это просто умная теория посла дварфов? - спросил Сэр Джордж. - Эрцгерцог Маарстен должен был бы знать об этом.

- Он и знал, - подтвердил Коринн. - Он был в курсе плана, потому что власть должна была быть передана в его собственные руки, как этого и хотели волшебники. Вы рассказывали нам раньше, что волшебники хотят, чтобы Хайланд стал богатым, влиятельным государством для достижения своих собственных целей, и Маарстен полностью согласен с ними. Посол сказал, что Маарстен по своему честный и открытый человек, но вы должны разделять его идеалы. Он не очень-то хочет власти для себя, но верит, что Хайланду нужен король, и его личная цель - сделать Хайланд настоящим королевством еще при жизни.

- Все это не очень связано с нашими нынешними проблемами, но вы должны быть в курсе дела, чтобы понять происходящуе события, - продолжал он. Посол сказал несколько слов о том, что в Хайланде должно было стать неспокойно, но драконы сумели это сделать первыми. Волшебники не делали ничего против драконьих рейдов в прошлом году потому, что они заключили, что драконы просто немного выбились из колеи. После обсуждения дела они пришли к выводу, что за зиму драконы забудут о своих намереньях, а любые действия против них только спровоцируют настоящую войну. Сейчас драконы вернулись, но волшебники то ли не хотят, то ли неспособны что-то сделать против них.

- Может ли посол предположить, почему они себя так ведут? - спросила Сольвейг. - И какое объяснение они предлагают эрцгерцогу?

- Нет, это остается абсолютной загадкой, - ответил Коринн. - Наиболее популярное предположение среди простого народа, герцогов и даже иностранных посланников то, что волшебники пытались сделать все, чтобы найти ответ, но они просто не в состоянии.

- Ну, мы можем быть уверены, что Эрцгерцог Маарстен хочет найти ответ, - задумчиво сказал Перрантин. - Я подозреваю, что дела дошли до такой точки, что Маарстен может требовать все, что он хочет, и герцоги должны подчиняться.Если он действительно такой сознательный человек и заботится о процветании Хайланда, тогда он должен что-то сделать и предохранить свой народ от дальнейшего разорения страны.

- Если он не почувствует, что нуждется в спасении репутации волшебников для того, чтобы завершить свою попытку стать королем, - добавил Сэр Джордж. - Откровенно говоря, волшебники - его единственные союзники. За исключением Браера и Браастера, которые не контролируются герцогами, люди Хайланда приносят присягу на верность своему собственному герцогу.

- В этом то все и дело, - сказал Коринн, немного нервничая. - Кажется Калестраан прибежал к Маарстену в бешенном гневе позавчера ночью, когда ему донесли, чем мы занимаемся. Вероятно,он объяснил ему, почему нас надо остановить раз и навсегда.

- Ну и почему? - спросила Сольвейг. - Если мы можем спасти репутацию их волшебников, что же в этом такого?

- Из страха, что мы можем преуспеть, как не невероятно это звучит, сказал Коринн. - Волшебникам необходимо что-то сделать для спасения их репутации, но им необходимо это сделать самим. Если вдруг банда торговцев антиквариатом сможет добиться того, чего вся великая Академия не смогла, несмотря на все ее усилия, они будут выглядеть не очень-то хорошо.

- Да, я вижу, - сказал Сэр Джордж, почесывая голову своим протезом. -Эрцгерцогу нужно шило, чтобы заставить волшебников что-то сделать. Он позвал нас надеясь, что мы и будем таким шилом, возможно даже рассчитывая, что мы действительно можем преложить что-либо полезное. Приказав нам помогать волшебникам, он теперь способен приказать и волшебникам искать решение, нравится это им или нет.

Сольвейг кивнула. - А привлекая волшебников, он не только заставляет их передать нам все нужные книги, но и дает им возможность завоевать доверие народа, если мы преуспеем.

- И избежать проклятий, если мы не сумеем, - добавил Сэр Джордж. - Ну, теперь я точно знаю, что нужно сделать в такой ситуации.

- Посол дварфов сказал, что в дипломатических кругах хорошо известно, что волшебники верят, что они контролируют Эрцгерцога Маарстена, - сказал Коринн. - Вероятно это так в некоторых вопросах, но только до известной степени, так что они могут советовать ему только то, что он и сам хочет. Так что теперь мы видим сами, что это он контролирует их, и очень неплохо.

На следующее утро Сэр Джордж был еще более уверен в том, что он знет, что нужно делать. Когда Перрантин был готов к визиту в Академию для продолжения исследования, Сэр Джордж решил идти с ним. Это казалось совершенно естественным, ведь он был экспертом в области драконов, но у него была совсем другая цель. Он настоял, чтобы Тельвин пошел пошел с ним, хотя это не слишком понравилось его юному наследнику. Тельвин предпочитал держаться подальше от волшебников огня, особенно от Калестраана.

Получилось так, что Сэр Джордж почти не угадал уже второй раз подряд. Калестраан хотел сравнить заметки о драконах и уже послал за ним, хотя старый рыцарь покинул свою комнату до того, как прибежал посланец. И даже прежде, чем Сэр Джордж мог спросить, его проводили в личную комнату Калестраана в основном здании Школы Магии.

Флэмы всегда все строили одинаково. И личная комната Калестраана была как две капли воды похожа на личную комнату Маарстена. Как и у эрцгерцога, она была широка и украшена деревянными панелями. Основное отличие было в том, что в комнате мага было больше книг, исторических вещей и мистических предметом, в беспорядке разбросанных на каждой полке, столе и вообще на любой ровной поверхности. Сэр Джордж подумал, что он легко найдет много таких-же мест, хотя у Тельвина комната вызвала смутный страх. Калестраан сидел за своим столом, выглядя загадочно и угрожающе в своем черном комзоле с тугим высоким воротником.

- Твой друг рассказал нам совершенно замечательные вещи о драконах, причем он утверждает, что узнал их от тебя, - сказал волшебник. - Я хотел бы знать, каким образом ты стал обладателем такого знания.

- Ну, раньше я был странствующим рыцарем, - сказал Сэр Джордж, как если бы это что-то объясняло. - У рыцарей профессиональный интерес к драконам.

- Достаточно справедливо, - согласился Калестраан, - но твоя информация о драконах выходит далеко за рамки обычного или даже профессионального интереса. Я не хочу произвести на тебя впечатления, что сомневаюсь в твоей честности и искренности, но прежде, чем я смогу полностью довериться этой информации, я должен знать, как ты добыл такое знание о драконах, каким не обладают даже эксперты.

- Да, это разумно, - согласился Сэр Джордж. - Видишь ли, я получил всю информацию из одного источника, к которому был близок. Слышал ли ты когда-нибудь о драконьих родственниках.

- Ты имеешь в виду циввернов?

- Нет, я говорю о драках.

Калестраан выглядел удивленным. - Я слышал кое-что об этом, но это были только слухи об их существовании.

- Нет, они существуют на самом деле, - твердо сказал Сэр Джордж. - В этой стране их никогда не видели по двум причинам, и первая из них - их вообще трудно увидеть в их природном виде. Они - метаморфы, способны принимать форму человека, эльфа или дварфа. Флэмы люди, но у них также есть нечто особенное, присущее только им, и драки не могут принять их облик. Обычно они живут среди людей, чей облик они любят принимать, что остаться неузнанными. Они редко злы по настоящему, но всегда достаточно аморальны, и многие из них становятся профессиональными ворами. И они невероятно умны.

- Ты знаешь, как отличить их? - спросил Калестраан.

- Надо знать куда смотреть. Теперь, есть три типа драков, которые являются родственниками драконов. Чаще всего в цивилизованных странах встречаются люди-драки, которые могут принимать облик человека. Лесные драки могут превращаться в эльфов, и обычно живут в эльфийских лесах. И, конечно, есть еще холодные или ледяные драки, которые не любят дневного света. Они прикидываются дварфами и гномами.

- Редкие, одинокие создания, насколько я могу себе представить, сказал волшебник.

- Действительно редкие, но едва ли одинокие, - объяснил Сэр Джордж. Ведь они драконы, и принадлежат великой Нации Драконов, хотя и чувствуют себя неуютно среди своих двоюродных братьев. Будучи по природе очень общительными, они очень часто, почти всегда меняют вид, и тайно живут среди приютивших их рас. Обычно они ведут тихую, зачастую скрытную жизнь, опасаясь разоблачения. Как я уже сказал, многие из них становятся замечательными профессиональными ворами, или работают в тавернах, или выдают себя за путешественников и искателей приключений. А люди-драки часто работают в конюшнях, так как хорошо понимают лошадей.

- Все это очень интересно, - протянул Калестраан. - Случалось ли тебе распознать драка?

Сэр Джордж взглянул немного смущенно. - Ты должен понять,конечно, что я не могу предать существо, доверившееся мне.

- Естественно. Кто он был мне совершенно все равно.

Старый рыцарь кивнул. - Много лет назад я познакомился с богатым рыцарем Даркина, который был драком. Он был, ты мог бы сказать, особым драком, так как он не просто жил между людей, но на самом деле стал частью этого мира.То, что он был человеко-драком ни коим образом не уменьшало его возможностей или рыцарской чести, и ты мог доверять ему также, как и остальным рыцарям.

- Ну, слово драка это почти слово самого дракона, - согласился Калестраан. -Я не хочу казаться враждебным, но откровенно говоря, мы не добились большого успеха в попытке найти заклинание, которое было бы эффективно против драконов.

- Мне очень странно и удивительно слышать это, - сказал Сэр Джордж. - Я прожил в этой стране достаточно долго, чтобы знать, что ваш народ специализируется в магии огня, которая, естественно предположить, является эффективным оружием против любого дракона. Прав ли я предполагая, что ваши волшебники на самом деле пытались сразиться с драконом в прошлом году?

На этот раз пришел черед смутиться Калестраану. - Да, мы пытались. Мы сильно опасались за эффективность нашей магии, так что мы не объявляли публично о том, что мы попытаемся сразиться с драконом, только о том, что мы ... собираем информацию о них. Мы не хотели давать народу обещания, которые, быть может, не способны выполнить. Самое лучшее, что я могу сказать о случившемся, - драконы разрешили нашим волшебникам ретироваться. Как я понимаю, с их стороны это был был жест не милосердия, но горделивого превосходства.

- Так и есть, частично, - согласился Сэр Джордж. - Но такой жест вполне укладывается в границы драконьих законов. Драконы сражаются только тогда, когда попытки решить какой-нибудь важный вопрос другими путями не удаются. Они очень высоко ценят свою жизнь и не слишком часто бьются насмерть. Но то, что ты сказал, очень интересно. Это первый знак того, что эти драконы подчиняются своим законам, а отсюда немедленно следует,что они может быть и бунтари, но не полные ренегаты, а это хороший признак. Это означает, что ними можно договориться.

- Что возвращает нас обратно к тому, что ты хочешь подчинить дракона, заключил Калестраан. - Теперь это кажется еще более обещающим.

- Возможно. Так ты сказал что волшебники ничего не добились?

Калестраан выглядел крайне недовольно, когда такой щекотливый вопрос выплыл снова. - Я не хочу, чтобы чтобы это вышло из этой комнаты.

- Разумеется.

Маг нахмурился. - Если быть абсолютно честным, у нас всегда возникают большие проблемы, когда мы адаптируем магию для этого мира. Самые разнообразные заклинания и магические артефакты из нашего родного мира здесь действуют как-то не так, если действуют вообще. Мы делаем все, что возможно, мы основали Браер, как центр нашей силы, и здесь мы можем очень много, как мы и привыкли. Но как только мы покидаем центр магии, наша сила падает. Северная граница очень далеко, и наши заклинания тем менее эффективны, чем дальше на север. Мы не состоянии сражаться с драконами там, где они находятся, и тем более мы не можем позволить себе ждать, когда они придут к нам. Вот почему мы неспособны действовать.

- Да, я понимаю, - задумчиво прокомментировал Сэр Джордж. - Это касается только вашей магии огня, или вообще любой магии, которую вы пытались использовать?

- Естественно, нашей собственной огненной маги, - твердо сказал волшебник. - Мы уделяем все на внимание совершенствованию нашей природной магии, а не изучению других магических систем.

- Тогда я не понимаю, зачем вы собрали одну из величайших библиотек в известном мире, если отбросить идею о том, что вы просто любите книги, объявил Сэр Джордж. - Здесь у вас имеется огромное знание. И, я могу добавить, волшебник, больше любого другого способный помочь вам. Перрантин может и не величайший маг на свете, но он невероятно хорош в решении проблем магического характера, в основном потому, что он обладает огромными знаниями в самых разных областях, в то время как большинство волшебников специализируются только на их собственном виде магии.

Маг Калестраан нахмурился и ничего не ответил.

- Вперед, старина! - воскликнул Сэр Джордж. - Я полностью понимаю твое положение. Ты должен сделать что-то, чтобы сохранить вашу репутацию среди народа Хайланда незапятнанной и возместить уже нанесенный ущерб. Естественно, ты хочешь также вернуть те области, которые вы с таким трудом обустроили за эти годы, и которые драконы отбирают у вас, кусок за куском. Говоря совершенно откровенно, между мной и тобой, разве это не так?

Калестраан медленно кивнул.

- Ну, теперь все не так уж плохо, - заверил его старый рыцарь. - Все, что нужно сделать - заставить ваших самых лучших волшебников помочь Перри найти хороший способ подчинить дракона, а потом послать нас сделать это. Если мы преуспеем, вы сможете приписать себе большую часть славы, и ваша репутация будет значительно лучше, чем сейчас. Если у нас ничего не получиться, самое вероятное, что никто не услышит о нас всех снова, и вам не будет причинен ни малейший вред.

Калестраан какое-то мгновение переваривал эту идею, затем проницательно взглянул на старого рыцаря. - Я думаю, что должен принять твое предложение, так как я ничего не теряю и могу много выиграть. Но я все еще хочу знать, что ты хочешь заработать на этом деле. Ведь вы были готовы сделать все сами, не заключая с нами никаких сделок.

- Ответ, который я дал эрцгерцогу, абсолютно честен, - стоял на своем Сэр Джордж. - Я могу быть дураком, так сильно рискуя, и дважды дураком, ведя моих друзей навстречу такой опасности. Они знают, что могут пойти со мной или нет, как им захочется, но и я никуда не пойду, пока у меня не будет план с большими шансами на успех. Ты определенно можешь понять такое чувства долга. Это, я уверен, твое собственное чувство долга, которое заставляет тебя отбросить в сторону твою уязвленную гордость за свои возможности и возможности твоего ордена, и принять помощь иносттранцев. Я не могу вообразить дварфа или эльфа, поставившего долг выше гордости, и большая часть людей точно такие же.

Калестраан каким-то образом выглядел одновременно польщенным и смущенным, слишком поздно осознав, что его мотивы может быть и не так благородны. Но какими бы не были его мотивы, Сэр Джордж был убежден, что волшебник оценил его план. После этого разговора дела сразу пошли лучше. Все ресурсы Академии были брошены на решение проблемы, лучшие волшебники и ученые Флэмов были призваны на помощь Перрантину, который неожиданно оказался слегка обалдевшим капитаном дружной, пышущей рвением команды, и они изо всех сил углубились в работу.

Уже на следующий день после полудня в решении проблемы произошел сильный рывок вперед. Когда Перрантин вернулся во дворец эрцгерцога этим вечером, чобы поужинать вместе с компаньонами, он все еще мигал после часов напряженного изучения старинных текстов. Было трудно сказать, доволен он или нет, так как почти всегда он думал о чем-то другом.

- Вы знаете, я действительно должен найти заклинание для усталых глаз, - сказал он, когда они все собрались на ужин в комнате Сэра Джорджа.

- Мне кажется, ты должен позаботиться о своем зрении, - заметил Коринн.

- О, для этого у меня есть заклинание, - ответил маг. - При той жизни, что я веду, я вынужден использовать его каждые три года.

- Не слишком ли рано спросить тебя, добились ли вы какого-либо прогресса, - поинтересовался Сэр Джордж.

- Нет, совсем не рано, - ответил Перрантин, мигая в два раза быстрее. Фактически, я полагаю, мы будем готовы к отъезду через три дня. Когда мы стали спрашивать себя, как именно магическое устройство может напугать дракона, возможный ответ привел нас назад, к эльфам Эльфхейма, которые использовали магию, чтобы сражаться с монстрами, которые были бы иначе неуязвимы. Ответ стал очевидным, как только мы осознали, что именно мы ищем. Эльфы использовали артефакты, которые являются инструментами энтропии, и это единственная вещь, которая может испугать дракона.

- А также и меня, - проворчал Сэр Джордж. Сольвейг и Коринн были согласны с ним, и Тельвин мог понять почему. Сфера энтропии была абсолютным аружием для разрушения, существуя только для того, чтобы разрушать. По этой причине энтропия была наиболее опасной из всех сил, которые поддавались контролю, так как ее способность к разрушению могла легко обратиться на того, кто использовал ее. Маг должен был быть настоящим порождением зла и полностью сумашедшим, чтобы изучать и использовать магию, основанную на силах энтропии, хотя результаты такого исследования можно было иногда использовать и в добрых целях, но с величайшей осторожностью.

- Хорошо, мне это тоже не слишком нравится, - ответил Перрантин. - Я никогда не работал с силой энтропии раньше. Самое лучшее - предоставить эти вещи самим себе, если у тебя есть выбор. Но у нас нет другой возможности. Так что так тому и быть. Я хочу попробовать это средство, так как у меня есть все основания верить, что оно сработает. Как я говорил, эльфы используют его время от времени.

- Тогда я тоже желаю попробовать, - добавил Сэр Джордж. - Но что скажут остальные? Вы все были приглашены быть частью этого, и я желаю, чтобы вы остались, но я могу понять, почему вы могли бы возражать против драконов, или инструментов энтропии, или их обоих вместе.

Сольвейг нахмурилась. - Если Перри думает,что его устройство сработает, тогда я хочу верить ему. Никаких обид, Джордж, но в этом вопросе его мнение для меня важнее. Я могу видеть, что при всех своих храбрых разговора о победах над старинным врагом, у Флэмов нет достаточно мужества, чтобы сделать что-то самим. И кто-то другой должен действовать, пока еще не поздно, пока их собственным землям еще ничего не угрожает. Откровенно говоря, если это подчинит дракона, я не хотела бы упустить возможность помочь миру.

Коринн только кивнул.

Тельвин был поражен, когда Сэр Джордж повернулся к нему. - Я полагаю, что я всегда иду туда же, куда и вы, - сказал он.

- У тебя есть серьезные причины опасаться встречи с драконом, напомнил ему старый рыцарь.

- Я знаю, - согласился он, - и тем не менее иду.

- А что с эрцгерцогом? - внезапно спросила Сольвейг. - Калестраан посоветовал ему задержать нас из страха того, что может случиться.

- И посоветует ему отпустить нас, - сказал Сэр Джордж. - Те же доводы, которые сработали с магом, сработают и с его хозяином. Ты должна помнить, что он уже потерял надежду, что кто-нибудь сможет хоть что-то сделать с драконами. В настоящий момент мы - его единственный шанс.

- Но он может потребовать от своих волшебников выполнить эту работу, настаивала на своем Сольвейг. - Флэмы знамениты своей подозрительностью и высокомерием по отношению к иностранцам. Мне кажется, что он хотел бы, чтобы его люди сделали это.

- Ну, если он этого захочет, добро пожаловать, - заявил Сэр Джордж. - Я хочу, чтобы это было сделано, и не обязательно мной. Однако я опасаюсь, что мы будем виноваты, если эти некомпетентные волшебники огня все перепутают.

- Есть ли у вас еще опасения? - спросил Коринн.

- Да...эрцгерцог может послать с нами своих собственных волшебников. Это создаст нам много проблем.