Он не знал, как тошнотворны могут быть плоские, травянистые, безликие степи до тех пор пока не вернулся в них. Его утешало только то, что что он никогда не был здесь ни зимой, когда в открытых всем ветрам степях было даже холоднее, чем на покрытых снегом высоты, ни в страшную летнюю жару. Но они собирались пересечь их как можно быстрее, пять дней быстрой езды с севера на юг через Ступени Этенгара.

После недолгого спора с самим собой, Сэр Джордж вытащил тотем безопасного прохода и вернул его на вершину длинного, тонкого шеста. Хотя их предыдущий поиск закончился, они все еще занимались делом которое, если они преуспеют, принесет Этенгару большую пользу. По оценке Сэра Джорджа это можно было принять в рассчет. А поскольку они несли тотем, кланы должны были разрешить им скакать без помех.

Время несется быстро, и у них было много загадок, которые было необходимо решить. Если число драконов, летающих вдоль Вендарианского кряжа, могло служить каким-нибудь знаком, северный Хайланд был уже под жестокой осадой. Другие страны скорее всего тоже уже страдали от атак драконов, и никто из них не сможет избавиться от них, пока они не поймут смысл Пророчества и не будут действовать согласно ему. Однако сейчас самой главной их проблемой была нехватка припасов. Своих замечательных лошадей они пасли на свежей весенней траве степей, чтобы сохранить корм для трудной дороги через горы Рокхольма.

Тельвину было чем занять свою голову во время этой долгой езды. Тем не менее он так и не сумел представить себе, какую роль он может сыграть в Пророчестве, которое предполагало, что у него есть сила, способная нарушить планы драконов. Быть может он должен снова подумать о своей неизвестной расе, которая стала теперь еще более загадочной, когда он узнал о своей невероятной способности быть одновременно магом и жрецом. Его мать обладала той же силой, а возможно и намного большей.

Он вспомнил тех немногих людей, которые ее знали. Мэр Аальстен, старый лесник и особенно Сэр Джордж, все они описывали его мать как настоящую леди. Хотя они и не поняли ни одного слова из ее речи, они настаивали, что все в ней доказывало ее достоинство, благородство и величие. Он спрашивал себя, не было ли такое отношение к ней следствием ее величавого достоинства высшей жрицы, в присутствии ее Бессмертного покровителя.

Тут было две мелких проблемки с идеей, что он может унаследовать такую силу. Во первых, нужно было много лет учебы чтобы стать либо квалифицированным волшебником, либо могущественным высшим жрецом, а еще больше, чтобы стать ими обоими, ведь если он не будет по меньшей мере так же могуществен, как его мать, ему не пережить свою собственную битву с драконами.

Во вторых необходимо узнать как можно больше о Пророчестве, как и о себе самом. В конце концов возможно, что его роль в Пророчестве вовсе не сводится к сражениям с драконами. Может быть он вообще должен делать что-то абсолютно другое. Сэр Джордж верил, что драконы чего-то хотят; может быть он найдет это для них.

Постепенно он пришел к выводу, что должен ждать, пока не узнает побольше, прежде чем гадать, чего ему ждать. О осознал, что ему может не понравиться то, что его ожидает, и спрашивал себя, есть ли у него право отказаться. Жрец должен решить, что он хочет служить, но потом его долг требует от него, что он должен сделать то, что от него ожидают, оставляя в стороне всякие личные обстоятельства, включая его собственную жизнь. Самый большой страх Тельвина был в том, что его долг, как жреца, уже решил все за него, не оставив ему выбора.

Он подумал, что он был великолепным дополнением к их компании: неудачливой высоченной женщине-варвару, воспитанной в одной из первых семей Тиатиса, юному дварфу, средних лет волшебнику, торговавшему антиквариатом и однорукому человеку-драку, вообразившему себя рыцарем. И добавлением к этой странной смеси был он, Тельвин, сирота неизвестной расы, ни маг ни жрец, но частично и то и это, и к тому же выбранный предствителем Бессмертного, который не объявил себя. Не удивительно, что волшебники Флэмов запудрили им мозги, накачав ложной информацией, и спроводили как можно дальше, радуясь, что избавились от такой банды эксцентриков.

- Не думаете ли вы, что волшебники огня знали о нас больше, чем мы сами о себе знаем? - спросил Тельвин, когда он и Сэр Джордж оказались рядом.

- Э? - спросил Сэр Джордж, отрываясь от своих собственных мыслей. Нет, я так не думаю. Да и еще, если бы они знали о Пророчестве, они бы сохранили тебя для своих собственных целей.

- Если только результат этого Пророчества не что-то такое, что они не хотят, - на лице Тельвина внезапно появилось удивленное выражение. - Вы знаете, мне это еще не удалось до сих пор, но может быть я найду, кто я и что я. Мой покровитель может быть мне скажет это, даже если Пророчество не исполнится.

- Это возможно, - осторожно согласился Сэр Джордж. - Вот почему мы должны держаться вместе, ты и я. Я не совсем человек, да я и не хочу им быть, но я уж точно не дракон. А ты даже не знаешь кто ты. У нас есть кое-что общее, видишь ли.

Так всю дорогу одни и те же мысли крутились в голове Тельвина.

Через какое то время он смог увидеть далекие очертания гор, поднявшихся над простиравшейся перед ними степью, высокие, заостренные пики северо-западного Рокхольма, которые были известны как Алтан Терес. Компаньоны еще раз свернули на восток и ехали суровыми, безлесыми предгорьями, пока не достигли берегов реки Стирдаль, которая втекала в степи через глубокий проход между горами, вытекая из холодных глубин Озера Стейл, одного из двух великих озер земли дварфов. Здесь они наконец вышли на тропу, которая должна была постепенно вывести их из степей, на первый взгляд больше похожую на след, оставленный бродячим стадом или прошедшим племенем.

Эта тропинка гордо именовалась Дорогой Стирдаль, и широкими петлями вела путешественников на юг через через голое предгорье в глубокое ущелье, из которого вытекала река. Этой ночью, вскоре после того, как они вышли на дорогу, они в последний раз расположились на ночевку на границе степей. На следующее утро они пересекли узкую ленту холмов и, пройдя узким проходом, оказались в довольно густом лесу. Сразу после полудня они пересекли реку по большому каменному мосту, построенному дварфами. Хотя торговля между дварфами и Этенгаром была невелика, так как дварфы мало чего хотели из степей, трудолюбивые дварфы сделали все возможное чтобы поддержать ее. Они вообще построили некоторые из лучших дорог и мостов в мире, и ухаживали за ними, не жалея сил и времени.

Дварфы очень зависели от торговли, намного больше, чем они хотели допустить. Не будучи ни фермерами ни владельцами стад, не имея ни земли ни подходящего склада характера, они были обязаны торговать, чтобы есть. Как нация кузнецов, работников по металлу и ювелиров, они отчаянно нуждались в сбыте продуктов своего труда, иначе их подземелья скоро были бы переполнены готовыми изделиями. Этенгардцы, напротив, не умели ни варить металл ни работать с ним, из-за своей кочевой жизни, так что они очень зависели от дварфов во всем, что касается оружия и вообще металлических предметов.

Остаток дня они скакали через холмистую и лесистую местность, которая привела их в проход между северными склонами Алтан Терез и Шпорой Дварфа на восточной стороне реки. Когда они выехали на небольшую лесную поляну, Тельвин смог взглянуть вперед и увидел большой форт из темного камня, горделиво возвышавшийся в высшей точке наиболее узкой части дороги. Проход Денварфа был слишком широк, чтобы дварфы могли построить крепость, которая перегородила бы весь проход, который был никак не менее пяти миль шириной. Тем не менее, Форт Денварф был так же велик, как и любой из фортов, стороживших три основные дороги в Рокхольм. И гарнизон здесь был ничуть не меньше, чем в Замке Каррак на юге, который сторожил единственную дорогу ведущую в дикие, опасные и пустынные земли Йалараума, хотя это место было намного легче защитить.

- Это должен быть Форт Денварф, - сказал ему Сэр Джордж. - Рак Денварф, на языке дварфов. Форт стережет проход в степи.Это не слишком касается этенгардцев, которые выучили давным-давно, что их тактика мало эффективна против дварфов. Но есть еще огры и хобгоблины в больших количествах в предгорьях и лесах перед фортом. Если им что-то взбредет в голову, они собираются и приходят прямо в горы, чтобы грабить шахтерские поселки и фермы вокруг Озера Стейл.

- Как выглядит здесь местность? - спросил Тельвин.

- Очень похоже на место твоего рождения, но не так холодно и слегка более цивилизовано. Огромные горы с маленькими деревнями, не похожих, правда, на твою, так как они обслуживают множество мелких шахт в горах, быстрые реки, текущие с высот и густые леса между небольшими скоплениями ферм.

- Я вообще не знал, что есть дварфы-фермеры, - сказал Тельвин.

- Фермерами становятся только дварфы, изгнанные из клана, - объяснил Коринн. Сейчас он скакал впереди, так как часовые дварфов должны были заметить его и дать им проехать. - Это парии, часто преступники и предатели, или народ, изгнанный кланом за трусость, лень или коварство. Самые отпетые негодяи покидают Рокхольм, чтобы никогда не вернуться. Те же, которые все-таки возвращаются, должны заниматься работой, которую никто не хочет делать. Для дварфов это чаще всего означает фермерство.

- У каждого живого существа есть свои достоинства и недостатки, сказал ему Сэр Джордж. - Даже у Бессмертных.

Коринн коротко хохотнул. - Парень никогда не был в этой стране. Нужно рассказать ему, чего ждать, и что ожидает его, чтобы было поспокойнее. Вы хотите сказать ему?

- Тебе лучше знать чего ждать, если ты уже не рассказал этого.

- Тогда я попытаюсь рассказать все беспристрастно. - Он взглянул через плечо на своего юного компаньона. - Тебе не следует ожидать, что дварфы, и я в том числе, ведут себя в своей собственной стране так же, как дварфы в других местах. Дварфы, которые не знают тебя, будут холодны и недружелюбны. Говори с ними честно, доверчиво и вежливо, и все будет замечательно. Ты можешь говорить о бизнесе, или о вещах, касающихся их собственной профессии, но никогда не пытайся молиться. Помни, что тебя нет друзей в этой стране, так как здесь трудно найти друзей. Дварф должен знать и уважать другого дварфа долгое время, месяцы или даже годы,прежде чем он осмелится назвать его другом. И хотя мне больно говорить это, большинство дварфов презирает другие расы. В этом отношении мы очень похожи на эльфов.

- Не в точности как эльфы, - прервал его Сэр Джордж. - Эльфы меряют свое презрение, считая одни расы хуже, другие лучше, но всегда ставя себя на верхушку. Дварфы же презирают все расы без исключения. Они просто никогда не объединяются с иностранцами. Я подозреваю, что это своего рода инстинкт.

- Это правда, - согласился Коринн. - Но сейчас дварфы менее подозрительны и замкнуты, чем мы были в прошлом. Мы сейчас в процессе экспансии, основания поселений дварфов в других землях. В настоящее время правит Клан Сирклист. Даробан - Пятый король из Клана Сирклист. Сирклист клан торговцев, которые живо интересуются внешним миром. Не ради любопытства, но из-за неограниченных возможностей, которые есть у нас для торговли со внешним миром. Есть огромный спрос во внешнем мире для нашего сверхизобилия изделий, а в других странах есть камни и металлы, которые редки дома.

Быстро приближался вечер. Солнце уже садилось за восточными горами, когда они подъехали к небольшому, хорошо укрепленному аванпосту. Он располагался на вершине долгого,пологого подъема, так что наблюдатели с аванпоста могли видеть дорогу почти на милю, достаточно далеко для того, чтобы заранее понять кто едет и подготовиться к встрече, если понадобится. Тельвин решил, что аванпост стоит здесь только для наблюдения за дорогой, так как не было дороги через проход, которая была бы не видна из аванпоста. Судя по его размерам там не мог быть большой гарнизон, чтобы сопротивляться вторжению. Дело стражей было послать весть в главный форт, до которого было четыре мили на юг. Некоторые солдаты, вооруженные тяжеловесным оружием дварфов, стояли за воротами и молча смотрели на проезжающую компанию.

Когда уже стало темно,они увидели свет в окнах большой крепости прямо перед ними. Тельвин подумал, что он бы не отказался хорошо поесть и мягко поспать.

- Сегодня мы проведем ночь на настоящей кровати, в первый раз со времемени отъезда из Браера, - сказал Коринн.

- Здесь есть постоялый двор, - спросил Тельвин, - или нас пригласят в крепость?

- Здесь нет гостинницы, - ответил дварф. - Когда комендант Форта Денварфа узнает, что мы путешествуем по делам огромной важности, он не откажется принять нас.

- И мы должны рассказать ему все? - спросил Тельвин.

- Я не собираюсь рассказывать ему все, - возразил Коринн. - Возможно, более точно сказать, что он не откажет мне. Ты знаешь мое имя?

Тельвин кивнул. - Ты Коринн Убийца Медведей, сын Дорика.

Дварф повернулся к нему лицом. - Я второй сын Дорика, а Дорика, сына Къюрика, иначе называют Королем Даробаном Пятым. Я не распространяюсь об этом, когда путешествую за границей, но я младший сын короля Рокхольма. Другие знают об этом, хотя и хранят мою тайну.

- Почему я всегда все узнаю последним? - пожаловался Тельвин.

- Потому что это твое первое путешествие с нами, - сказал ему Сэр Джордж. - Каждые две недели в седле ты зарабатываешь на новую тайну.

Коринн усмехнулся. - Возможно вскоре ты узнаешь все, так как ты должен пойти со мной ко двору моего отца. Понимаешь, мой старший брат, Доринн, должен унаследовать трон отца, который уже очень стар. Но Доринн был тяжело ранен в битве два года назад в Сломанных Землях. Он еще не совсем здоров, а возможно он навсегда останется слишком слаб, чтобы получить поддержку, в которой он нуждается, чтобы стать королем. На тот случай, если он не сумеет полность оправиться, мой отец начал готовить меня для этой роли с тем, чтобы я был готов, если потребуется.

- Странствие в компании человека-драка, который торгует антиквариатом, и бледной женщины-варвара - подходящий способ подготовки для будущего короля дварфов? - недоверчиво спросил Тельвин.

Коринн усмехнулся опять. - Так получилось случайно. Но было задумано, что путешествие инкогнито в роли искателя приключений поможет мне лучше познакомиться с другими землями и расами. Так как торговля - основное занятие двафов Сирклиста, она исключительно важна для нас. Я знал Сэра Джорджа и Сольвейг по их прошлым визитам в Денгар, и я подумал, что было бы замечательно путешествовать вместе с ними. Их трудно назвать обычными путешественниками, и я многому научился в их компании. Я рассказал им, что мне предстоит время странствий, и они согласились хранить мою тайну.

Тельвин быстро оценил преимущества путешествия по стране дварфов вместе с наследным принцем. Когда комендант Форта Денварфа вышел на двор чтобы встретить их, Коринн по-секрету показал ему символ своей власти и потребовал приюта на ночь. Больше их никто ни о чем не спрашивал. Лошадей немедленно увели на конюшню, путешественникам предоставили ванны с теплой водой, горячую еду и мягкие кровати. Естественно, что в пограничной крепости было не слишком много комнат для приема гостей, хотя никто из компаньонов не имел повода для жалоб. Коринн и Тельвин получили одну комнату на двоих, дав Сольвейг редкую возможность пожить одной, и рыцарь с магом также поселились вместе.

- Я начинаю беспокоиться, - лениво заметил Тельвин попозже вечером. -У нас есть принц, дочь из одного из первых семейств Тиатиса, рыцарь, волшебник. А я, достоин ли я такой компании?

- Ты на своем месте, - успокоил его Коринн. - Но я должен предупредить тебя об одной вещи. Всегда была враждебность между дварфами и чужеземными магами, и волшебников совсем не жалуют здесь. Лучше всего не упоминать, что ты учишь магию. Ты не будешь в опасности, даже если об этом узнают, но на тебя будут глядеть с подозрением.

- А Перрантин?

- Его здесь знают, но как ученого, - объяснил Коринн. - Да , имей в виду, тот факт, что ты жрец - это плюс, особенно так как твой покровитель противостоит агрессии драконов.

- Жрецы Кагъяра, они могут нам помочь? - с любопытством спросил Тельвин.

- Я верю, что они сделают для нас все, что в их силах.

Тельвин никогда не видел, чтобы Коринн говорил так много и так откровенно. Хотя дварфы медленно заводят друзей, похоже что дружба крепнет, когда они делятся секретами. Конечно Тельвин понимал, что Коринн никогда не поделится своей тайной с кем бы то ни было, кроме друга. С ужасом Тельвин вспомнил их первую встречу в доме Сэра Джорджа, когда он по ошибке принял Коринна и Сольвейг за воров, и так ударил дварфа по голове, что тот потерял сознание на добрую пару минут. Смешно, но поражение в битве похоже вселило к нему уважение как в дварфе, так и в женщине-воине.

На следующий день они пересекли реку по каменному мосту сразу за Фортом Денварф и снова поехали на юг. Дорога привела их к подножию гор. Тельвин даже не понимал, почему дорога удалялась от реки так далеко вглубь страны, по меньшей мере на восемь миль, разве что это приводило дорогу поближе к маленьким горным деревням и шахтам, а также многим мелким постам и гарнизонам, расположенным на высотах. Он припомнил рассказ об особенно опасной области, Алтан Тепез, любимом месте для набегов огров и гоблинов и подумал, что, скорее всего, все эти дварфы - стража северо-западной границы.

Дорога снова нырнула с высот обратно на равнину где-то через десять миль, спустившись в приятную местность негустых рощ и полян с мягкой травой. Еще через полчаса езды Дорога Стирдаль внезапно уперлась в поросший лесом перекресток и объединилась с Дорогой Стайл. Сделав еще нескольких миль на восток они в последний раз пересекли Реку Стирдаль. Дорога Стайл соединяла два самых больших города в Рокхольме, начинаясь в городе Стайл на северо-восточном побережье великого Озера Стайл и заканчиваясь в Денгаре. Единственным большим городом, стоящим прямо на дороге, был Эвемур, далеко на юге, но вдоль нее было разбросано много мелких деревушек.

Они скакали так долго, как только могли через ночь, в надежде уехать достаточно далеко, с тем, чтобы оказаться в Денгаре на следующий день. Ночь они провели в маленькой чистой гостинице в одной из деревень. Широкая, плоская местность на восток от озера была одним из лучших мест для фермерства во всем Рокхольме. После утверждения Коринна, что фермеры были изгнанниками и преступниками нации дварфов, Тельвин ожидал найти запущенную, больную и возможно опасную местность. Вместо этого он обнаружил маленькие, аккуратные деревни и фермерские дома, идеально ухоженные поля, окруженные изгородями из камня и дерева, и разделенные узкими полосками леса. Вероятно, даже отбросы общества дварфов не могли подавить свое природные стремления к аккуратности и эффективности, и они работали изо всех сил даже выполняя самые презренные дела.

К середине дня они достигли Эвемура, задержавшись там на час, чтобы поесть и дать отдохнуть лошадям. В первый раз в своей жизни Тельвин видел город дварфов. Эвемур был даже меньше, чем небольшой городок фермеров, и он был почти разочарован обнаружив что, за исключением нескольких складов, город был построенен на земле. Он был просто поражен открыв что, значительно чаще чем утверждали легенды, дварфы жили на поверхности земли, как и другие народы.

Покинув Эвемур, Дорога Стайл повела их на север через последние поля и пастбища , прежде чем достигла гор. Тельвин не мог дождаться, когда же они будут в Денгаре, так как Коринн сказал ему, что они собираются посетить нижний город. Верхний город он мог видеть уже за пять миль от него, хотя послеполуденный свет уже начал исчезать в тени гор. Верхний Денгар, как называлась надземная часть города, выстроенный на поверхности низкого плато, удобно устроился напротив одного из самых крутых и величественных пиков, которые Тельвин когда либо видел. Единственный подход к нему вел через длинный, извилистый подъем.

- Это Вершина Эверест, - сказал ему Коринн, когда они ехали вместе. - В то далекое время сразу вслед за Огненным Дождем, Кагъяр пробудил первых дварфов на высоких склонах Вершины Эверест. Там они повстречали Денварфа, который был послан, чтобы быть их первым учителем и защитником. Он был первым королем нашего народа в течении четырех сотен лет.

- Долгое время даже для дварфа, - заметил Тельвин.

- Денварф был не такой, как другие дварфы. Сила и мудрость Кагъяра жила в нем, и он оставался с нами до тех пор, пока наш народ не окреп и мы не стали готовы сами позаботиться о себе.

Все три великие торговые дороги Рокхольма, Дорога Стайл с запада, Дорога Стирдаль с юга и Дорога Эвекарр с востока объединялись вместе не доходя до подъема, ведущего в единственные ворота Денгара, которые поэтому именовались Ворота Трех Дорог. Форт у ворот показался Тельвину невероятно большим, но Коринн объяснил, что внутренность форта служит как огромная ловушка для любого врага, который сумеет ворваться во внешние ворота. Коринн представился страже у ворот, предъявив знаки своего клана, и тут же их лошади были помещены в стойла, а три молодых,сильных солдата были отряжены нести их дорожные мешки, и они начали спускаться в нижний город.

Пройдя через весь верхний город, они очутились на площади, называемой Гранд Плаза, которая была последним форпостом перед входом в пещеры. Длинный, извилистый туннель, больше чем полмили длиной, привел их из верхнего города к входу в верхнюю пещеру. Это была первая из основных пещер города, Сердце Дварфа, просторное естественное помещение, больше полутора миль в длину. Оно и было основой нижнего города.

Тельвин следом за остальными прошел по длинной прямой дорожке в центр пещеры к длинным рядам домов дварфов, с их странной формой и низкими дверьми. Это место было совершенно непохоже на аккуратные залы и проходы Провала Торкина, а было подземным городом с улицами и домами, заполнившим всю площадь огромной пещеры, в точности как в тех историях, которые Тельвин читал и слышал еще маленьким мальчиком. Множество жителей стояло, наблюдая за ними. Тельвин заметил, что среди них не было ни одного не-дварфа, и вообразил себе, что они, наверное, должны быть замечательным зрелищем для народа, который крайне редко видит иностранцев.

Наконец они добрались до королевского дворца, еще одного странного, тяжеловесного строения, двор которого между внешней и внутренней стеной был замечательным садом камней, наполненным мостиками через маленькие ручейки и гротами с невиданными грибами. Коринна узнали еще раньше, чем он смог представиться. Он что-то коротко сказал камергеру на языке дварфов, и немедленно появились слуги, которые отвели их в предназначенные им комнаты.

Никто не сказал Тельвину, что его ждет или что сейчас произойдет. Он решил, что его могут вскоре позвать на ужин, или возможно на встречу с семьей Коринна. Поэтому он помылся как можно быстрее,хотя не думал, что сможет когда-нибудь избавиться от дорожной пыли в волосах, потом одел куртку и штаны, которые хранил на дне своего дорожного мешка для особых случаев. Слуга появился вскоре после этого, чтобы проводить его к ужину.

Этой ночью ужин был подан в личной комнате короля, так как Коринн уже попросил передать своему отцу, что им надо поговорить конфиденциально. Сэр Джордж и Сольвейг уже были там, хотя Перрантин еще не появился. Король Даробан сидел во главе единственного в комнате длинного стола, престарелый дварф, почти лысый, с бородой, белой как снег. Коринн сидел слева от него. Напротив сидел дварф, который несомненно был его братом. Доринн был слегка старше брата, дварф, только что вошедший в возраст зрелости. До своего ранения он был высоким и сильным, полная противоположность Коринну, который был весьма среднего роста, даже по стандартам своего племени. Однако сейчас спина Доринна была согнута даже когда он сидел, а левой рукой он вообще не мог пользоваться. К тому же за время своей долгой болезни он стал худым и слабым.

- Так это и есть тот парень, что страшит драконов, - сказал Король Даробан, когда Тельвин вошел. Его голос не был ни насмешивым, ни неприветливым. - Как ты и сказал, он не принадлежит ни к одной расе, которую я знаю.

- Я и сам этого не знаю, - согласился Тельвин, занимая предложенное ему место. - У меня есть смутное подозрение, что я каким-то боком связан с эльфами.

- У тебе есть какие-то свойства общие с эльфами? - слегка настороженно спросил Даробан.

- Ну, помимо моего острого зрения, только слегка похожая внешность, объяснил он. - Я не верю, что обладаю какими-то эльфийскими качествами, которые могли бы обеспокоить дварфов.

Дварфы от души засмеялись, и Даробан громче всех. - Хорошо сказано. Признаюсь, в твоей внешности есть что-то эльфийское, но только те черты, которые наиболее благородны. У эльфов есть свои добродетели; я же не слепой, и не важно, что они много в чем ошибаются. Но вернемся к Пророчеству, которое упомянул мой сын. Что ты сам думаешь об этом?

- Ну, я действительно не знаю, что и думать, - вынужден был признаться Тельвин. Он пытался выглядеть естественно и свободно, хотя стул был слишком мал, а стол слишком низок. - Когда я узнаю больше о Пророчестве, тогда у меня будет мысль получше, а сейчас я знаю только то, что оно выводит из себя драконов. И я думаю, что у меня нет выбора в этом деле.

- Ты боишься? - спросил дварф.

- Я боюсь драконов, но это естестественно. Но я не боюсь Пророчества, потому что оно скажет мне кто я или откуда я взялся. Я очень хотел бы однажды вернуться домой, если бы я только знал, где мой дом.

Даробан какое-то время посидел, откинувшись на спинку стула и взвешивая возможности. - Я уважаю твою позицию. Насколько я вижу ты чувствуешь, что должен сделать все что ты в состоянии, при условии что у тебя есть способность прекратить атаки драконов. Теперь ты можешь полностью посвятить себя этой цели, или ты хочешь сначала узнать, какое будущее тебя ждет по этому Пророчеству и что оно потребует от тебя?

- Да, тут есть над чем подумать, - сказал Тельвин. - Я бы оценил ваше отношение к этой дилемме.

- Ну что ж, как король дварфов я должен в первую очередь учитывать интересы нашего народа, - задумчиво сказал Даробан. - Если ты на самом деле объект Пророчества, которое спасет мое королевство от атак драконов, тогда твои интересы - мои интересы. Как твой компаньон и друг, мой сын поклялся в твоем стремлении к добру, и я удовлетворен. Поэтому я и вся нация дварфов сделаем все, чтобы помочь тебе открыть значени этого Пророчества.

- Мы высоко ценим это, - сказал Сэр Джордж, заговорив в первый раз. Нам очень нужна помощь. Если перейти прямо к сути дела, не будете ли вы возражать против нашей поездки в Эльфхейм для консультации со жрецом, который может помочь нам?

Король постарался не вздрогнуть. - Если это необходимо, я не возражаю. Как я уже сказал, я не слеп к достоинстам эльфов. Сказано, что обязанности жреца могут заставить его переступить через его долг к расе или народу, если он стремится к еще большему добру. Я должен рассказать тебе, что красные драконы пролетают над нашей страной каждые несколько дней, осматривая наши города и наши дороги. Есть ли у тебя идеи, когда нам ждать первых атак?

Сэр Джордж покачал головой. - Я должен честно признаться, что не знаю. Самое пристальное внимание драконов сосредоточено сейчас на северном Хайланде. Теперь, когда они знают о Тельвине и смысле Пророчества, они боятся, что оно может исполниться, и они должны буквально вылезти из кожи, но найти его. А если это так, то они могут возобновить поиски в последнем месте, где они видели его мать, далеко на запад отсюда.

- Так что чья-та злая судьба работает на нас? - спросил король. - Из всех земель в этой части света Рокхольм лучше всех приспособлен для защиты от атак драконов. Но после того, как я услышал твой рассказ об осаде Провала Торкина, я уже не так уверен в этом. Время от времени мы имели дело с ренегатом или двумя, соблазненными слухами о наших сокровищах., и обнаружили, что нам достаточно просто защитититься от них. Я подозреваю, что мы сами сбили себя с толку, вообразив, что равны драконам. Эта ошибка может дорого стоить нам.

- Драконы имеют более чем достаточно силы, чтобы уничтожить любую нацию в мире, - сказал Сэр Джордж. - Если они захотят, они могут пролететь ураганом через Рокхольм или Тиатис за неделю, оставляя за собой развалины городов и разбитые армии. Вот почему я утверждаю, что драконы пока еще не воюют с нами, если они вообще намерены воевать.

- Тогда что мы можем сделать? - спросил Даробан.

- В точности то, что вы делаете сейчас, - ответил ему рыцарь. Готовтесь, делайте запасы, обучайтесь и надейтесь на Пророчество. Только Бессмертные могут встать против ярости драконов, и я могу вас уверить, что Кагъяр и покровители других рас не собираются стоять в сторонке и разрешить драконам уничтожить этот мир. Пророчество - это ответ Бессмертных. Я подозреваю что это единственный шанс заключить мир с драконами, не доводя дело до войны.

- Их внимание сосредоточено главным образом на Хайланде, - сказал Перрантин, наконец-то входя и занимая свое место. Он присоединился к разговору, как если бы он был здесь все время. - Я все более и более убеждаюсь, что это не случайное совпадение. Флэмы - новый народ в этом мире, и они принесли с собой свою собственную магию. Когда мы были в Браере, я получил достаточно намеков чтобы подозревать, что эти волшебники огня обладают магией, весьма могущественной и возможно более опасной, чем они сами думают. Это могло настроить драконов против них.

Разговор прервался, когда слуги внесли ужин. Тельвин взглянул на еду с подозрением. Он любил приключения и всегда был готов попробовать что-нибудь новенькое, но он обрадовался, когда увидел, что не было этих странных грибов, которых дварфы, по-видимому, обожали.

После ужина Тельвин решил прогуляться по дворцу. Это было не так то просто из-за маленьких размеров всего в городе дварфов, особенно потолков, которые были только чуть-чуть выше его головы, и дверей, которые были так низки, что ему приходилось сгибаться, входя в них. Он знал, впрочем, что Сольвейг было еще хуже, так как она не могла стоять прямо нигде, кроме самых больших залов.

В пещерах Денгара было ни темно ни светло, но вечные сумерки от сияния факелов и магических ламп. Для остальных здесь было темно, даже сумрачно и угнетающе. Но способность Тельвина видеть в темноте была по меньшей мере такая же, как у дварфов, и поэтому у него не было с этим проблем.

- Тельвин!

Он услышал, как голос Коринна зовет его. Он взглянул и увидел двух сыновей Дорика вместе в той части сада, которая была частично скрыта абстрактыми каменными формами. Коринн стоял, а его брат Доринн сидел на каменной скамье.

- Я вижу, ты пережил первую встречу с нашим отцом, - сказал Коринн. Ну, что ты думаешь?

- Я нашел, что король - человек с открытым умом и замечательно рассудительный, - ответил Тельвин. - Признаюсь, я слышал много нелестных отзывов о дварфах, что они могут быть холодными и подозрительными к иностранцам, но я не заметил ничего такого.

- Наш отец очень расположен к тебе, - сказал Доринн. - И я могу добавить, что мой брат поклялся, что ты был ему добрым другом и храбрым товарищем, два качества, которые дварфы ценят больше всего. И все это нужно было сказать отцу, чтобы он принял тебя.

- Я польщен, - сказал Тельвин.

- Даже если так, ты заслужил это, - настойчиво сказал Коринн. - Я снова буду сопровождать нашу команду, когда мы выедем. Мой отец согласился с этим.

- Мне казалось, что ты не останешься с нами, - удивленно сказал Тельвин.

- И мне тоже, - сказал Коринн. - У меня была одна цель попутешествовать в других странах как обыкновенный искатель приключений. Это был способ поездить и посмотреть другие страны и других людей самому. Очевидно, что совсем другое дело - участвовать в походе для того, чтобы открыть и выполнить Пророчество такого огромного значения. Как у сына короля, у меня есть долг перед моим королевством и моим народом. Сейчас мой долг требует от меня помогать тебе изо всех сил.

- Я польщен, - сказал Тельвин и Коринн понял это.

- Брат, не мог бы ты принести мне что-нибудь выпить из погреба? попросил Доринн.

- Конечно, - сказал Коринн с поклоном, потом усмехнулся Тельвину. - Но я боюсь, что у нас нет вишневого ликера.

Доринн подождал, пока его брат не изчез во дворце, потом повернулся к Тельвину. - Я боюсь, что мой брат найдет меня слишком откровенным, но это не важно. Есть кое-что что ты должен знать о Коринне, а он не сможет вот так запросто сказать тебе. Ты сам видел, что наш отец очень стар. Хотя его здоровье по-прежнему остается очень хорошим, он должен быть в форме по меньшей мере еще девять лет, чтобы быть сильным королем. Ты знаешь, я ведь не старший сын Дорика. У меня был старший брат, который конечно должен был стать следующим королем. Когда он погиб бою сорок лет назад, я стал наследником. Но мой отец пожелал еще одного ребенка, на случай, если что-нибудь случится со мной. Жизнь сына короля в Рокхольме - опасная жизнь.

- Да, я начинаю это понимать, - отозвался Тельвин.

- Наши родители были уже стары, и они уже не надеялись иметь иметь еще одного ребенка, - продолжал Доринн. - Но когда родился Коринн, все казалось замечательно. Потом я был ранен в бою в Сломанных Землях, и мы стали лицом к лицу с возможностью, что я никогда не буду способен стать королем. Я не могу быть королем сейчас, так как король Рокхольма должен быть готов служить. Но он должен быть взрослым, а Коринну только сорок один. Дварф не считается совершеннолетним, пока ему не исполнится пятьдесят лет. До этого возраста его не будут рассматривать всерьез, если будет необходимо выбрать нового короля.

- Вероятно ли, что это будет проблемой? - спросил Тельвин. - У тебя еще есть время восстановиться.

- Почти наверняка. Я говорю тебе по секрету, что мои шансы на восстановление, на то, чтобы стать королем, близки к нулю. Мы должны быть готовы. Если никто из сыновей Дорика не будет признан достойным, королевский сан будет передан в другой клан. Мы наслаждались временем экспансии и преуспевания, в основном потому, что Клан Сирклист посвятил себя торговле. Все может закончиться , если Клан Эверест получит королевский сан.

- Я понимаю твои опасения, - согласился с ним Тельвин. - Разве ничего не может помочь? Ты пытался обратиться к целителям из других стран?

Доринн нахмурился. - Мы не говорим об этом с иностранцами, но дварфы не поддаются магии, включая магическое целительство. Маги не в состоянии помочь мне. Наши жрецы сделали все возможное и, если будет на то воля Кагъяра, я выздоровлю. Но у Кагъяра могут быть и другие планы. Вот почему Коринн должен вернуться к нам целым и невредимым. Я прошу тебя, как его друга, чтобы ты присмотрел за ним.

- Я это сделаю, - пообещал Тельвин, - если он разрешит мне.