Сэр Джордж объявил, что они проведут дополнительный день в Денгаре, чтобы отдохнуть, хотя он больше беспокоился о лошадях, а не об их всадниках. Лошади доскакали из Браера до Горы Мира, поднялись к руинам Провала Торкина, потом спустились через степи к центру Рокхольма. Они были хорошей породы, но еще более замечательно было то, что ни с одной из них не возникло никаких проблем. Король лично распорядился,чтобы за ними ухаживали лучшим образом. Коринн же предложил своему юному товарищу посмотреть нижний город Денгара, благо есть такая возможность. Сэр Джордж, Сольвейг и Перрантин уже бывали здесь раньше, по делам бизнеса, когда они впервые повстречали Коринна. Поскольку она была намного выше дварфов, Сольвейг чувствовала себя с ними неуютно, пока не познакомилась с ним. Коринн не возвращался домой два года, с тех пор, как присоединился к группе Сэра Джорджа.

- Коринн всегда восхищался Сольвейг, - объяснил Сэр Джордж во время завтрака, пока они обсуждали план посмотреть город. - Его всегда потрясает, что ее ноги также длинны, как он сам.

- Это не совсем точно, - прокомментировал Перрантин. - Он на четыре фута выше. Если они встанут рядом, его макушка будет прямо под ее грудью.

- Где он сможет насладиться замечательным зрелищем, - добавил Сэр Джордж, так как именно этой тактики он и Перрантин обычно придерживались, и она работала.

Коринн начал свою экскурсию прямо с внешней стороны дворцовой стены. Он объяснил, что пять из шести разных кланов владеют частями Денгара, так что те иногда похожи на вооруженные лагери. Основное сопротивление королевской политике идет из Сената, и здание Сената находится сразу на запад от королевского дворца. Все кланы имели своих представителей в Сенате, голосуя за новые законы, представляемые на рассмотрение королю и обсуждая законы, исходящие от короля. Хотя короли не слишком любили Сенат, они понимали,что разрешение кланам иметь голос и власть в Сенате - единственная вещь, отделявшая Рокхольм от гражданской войны. В своей собственной политике кланы предпочитали быть маленькой нацией внутри большой.

Самой непосредственной заботой Короля Дагобара и его наследников был могущественный Клан Эверест. Как объяснил Коринн, они более или менее владели Денгаром, как над, так и под землей. Первый король Рокхольма после легендарного Денварфа был из Клана Эверест, и с тех пор этот клан дал больше королей, чем все другие, вместе взятые. В результате весь северный конец основной пещеры был крепостью Эвереста в течении столетий. Огромные дома и особняки богатейших семей Эвереста стояли сразу на юг от дворца, очень похожие на линию вражеских укреплений. Принадлежавшие Эвересту насосные станции и комлекс зданий Королевской Стражи также располагались рядом с дворцом, и как по традиции, так и по закону Королевская Стража состояла целиком из юных дварфов Эвереста.

Все это заставляло короля и его семью чувствовать себя как на острове, окруженном морем недоброжелательности. Кланы Эверест и Сирклист не были в общем-то в оппозиции друг к другу, так как они оба были богатыми торговыми кланами, заинтересованные в коммерции и процветании нации. На самом деле, благодаря общим интересам и целям они часто объединялись с Кланом Скаррад против других кланов. Но дварфы Эвереста никак не могли забыть, что они занимали трон чаще, чем кто бы то ни было с начала истории дварфов, и хотели его обратно. Даробан I получил корону после голосования в Сенате, когда в Эвересте не было претендента на трон, способного внушать доверие, самый большой позор для Клана Эверест за многие века.

Военный Клан Торкрест, который доминировал в армии Рокхольма, имеет свою крепость в верхнем Денгаре и всегда старался держаться подальше от склок, сохраняя хорошие отношения со всеми кланами. Небольшой Клан Бухродер, в основном посвятивший себя служению Кагьяру в качестве жрецов, занимает район сразу за центром главной пещеры. Клан Хурварф занимает Пещеру Бегущей Реки к востоку от главной пещеры, Сердца Дварфа. Они консерватораторы,по большей части шахтеры и инженеры. Они всеми силами противятся контактам с другими расами и внешним миром, и таким образом находятся в оппозиции правлению Клана Сирклист и их политики экспансии и торговли. У Клана Скаррад вообще нет своей крепости в Денгаре. Они - кузнецы и механики нации дварфов, искуссные в науках, особенно в архитектуре и машинах. Из-за того, что они ценят торговлю с внешним миром как рынок для своих изделий и своих талантов, они поддерживают короля.

- Теперь ты можешь оценить, почему так важно, чтобы я или мой брат занял трон после нашего отца, - сказал Коринн. - Поскольку наш клан получил власть относительно недавно, у нас нет веса традиции, которая поддержала бы нас. Я осмелюсь сказать, что Эверест вырастил целую конюшню своих кандидатов с того дня, как Доринн был ранен.

- Мне кажется, что Даробана уважают, даже любят, - заметила Сольвейг. Это тоже должно чего-то стоить.

- Не слишком много, - ответил Коринн. - Это правда, что Рокхольм процветает под долгим управлением моего отца, и это было время мира. Но возможность войны с драконами повредила престижу нашей семьи. Проблема с драконами может породить разнообразные последствия, каждое из которых может стать политической катастрофой для нас. Торкрест может потребовать выбрать военного короля, без сомнения одного из них, чтобы встать лицом к лицу с враждебным внешним миром. Хурварф может захотеть выслать всех иностранцев, закрыть ворота наших городов и зарыться под землю. И они могут сказать, что именно политика нашего клана привела к волнениям.

- Если только наследник из Клана Сирклист не сумеет сыграть важную роль в осуществлении Пророчества, которое обещает положить конец агрессии драконов, - хладнокровно заметила Сольвейг. - Я достаточно хорошо разбираюсь в политике. Я выросла как дочь в одном из первых семейств Тиатиса, где политика как искусство, так и религия.

- То, что ты сказала - правда, - согласился Коринн. - Если наш поход увенчается успехом, тогда честь, которую я заработаю за мое участие, гарантирует мое право быть наследником или право моего брата поддержать меня. Пророчество затрагивает Бессмертных, что означает, что наш поход получает безусловную поддержку жрецов, и всего клана Бухродер в придачу. А желания жрецов очень сильно влияют на политику других кланов, особенно Торкреста и Хурварфа,которые в противном случае предпочтут короля из Эвереста.

- То, что ты только что сказал, означает, что успех или неудача нашего путешествия может определить, кто будет следующим королем Рокхольма, сказал Тельвин, устрашенный этой мыслью.

- Поход - наш секрет, - сказал Коринн. - Самое лучшее для нашей компании, если наша цель останется неизвестной, как нашим врагам, так и нашим сюзникам. Мой отец сохранит нашу тайну. Помимо него, только члены королевской семьи и высшие жрецы будут знать о нем.

Тельвин выучил много нового о политике за это время, хотя и был напуган тем, что он узнал. Он не любил политику, когда жил с Флэмами. Их предрассудки и бесконечные ограничения убедили его, что нация Флэмов наиболее робкий и ограниченный народ в мире. Кланы дварфов и их борьба за власть почти сравняли их с Флэмами в этом отношении. Он всегда думал о дварфах, как о твердом и практичном народе, слишком занятом своими делами чтобы чересчур много думать о политических схемах.

Он начал думать, что в этом мире нет такого места, где честный народ относится друг к другу с прямотой и достоинством, где все свободно могут прожить свою жизнь в мире и безопасности. Дварфы разочаровали его. Он часто слышал, как Сольвейг рассказывала о безжалостной политике первых семей Тиатиса, Сэр Джордж говорил тоже самое о Даркине, и он знал, что эльфы были одержимы своей страстью к судам. Даже племена и кланы Этенгара постоянно воевали друг с другом, за почти однаковые части степей. Он уже начал вохищаться драконами, которые были по крайней мере честны.

Коринн продолжал свои объяснения политических фракций и союзов кланов и как они помогают сохранить целым Денгар и даже сам Рокхольм. Когда он закончил, его экскурсия по городу стала более обыкновенной, такой, какую Тельвин и ожидал в первую очередь. Тур продолжился в крепости Клана Сирклист в Поющих Залах. Поначалу Тельвин был обманут этим именем и вообразил себе, что это из-за любви дварфов к йодлингу. Он даже увидел в своем воображении целые хоры дварфов, старательно поющих все мелодии из нотных томов, которые они сумели раздобыть.

Настоящая причина такого необычного названия оказалсь абсолютно иной. Пещера примыкала к горной стене, в камне которой были прорезаны длинные, узкие шахты. Сильные ветры с верхних откосов врываясь в эти тунелли порождали глухие, жуткие завывания, которые дварфы, дав волю своему воображению,называли пением. По той же причине Поющие Залы были самой холодной частью города, но дварфы Клана Сирклист не жаловались ни на холод, ни на шум, так как их пещера была совсем рядом с входом в нижний город, обеспечивая легкую траспортировку их товаров для торговли в Верхний Денгар.

Коринн сократил свою экскурсию через Денгар на пару мест. Пещеру Бегущей Реки они обошли как можно дальше, так как Клан Хурварф не любил, когда иноземцы оказывались рядом с их крепостью. Точно так же Пещера Черного Озера на западной стороне города была закрыта для посетителей. Эта небольшая пещера почти полностью была наполнена водами большого озера, питаемого подземными источниками. Пещера была собственностью Клана Эверест, который, используя избыток влаги, выращивал в ней гигантские грибы. Эти грибы росли исключительно быстро; Коринн утверждал, что, если необходимо, дварфы могут закрыть ворота и жить под землей многие годы, питаясь одними грибами.

Одной из проблем Денгара, по меньшей мере для Тельвина и Сольвейг,было то, что все магазины находились в верхнем городе. Поэтому, переходя из пещеры в пещеру, они видели одну и ту же картину - тяжело работающих дварфов, получающих истинное наслаждение от своей работы. Дварфы носили простую, темную одежду, так что Тельвина и Сольвейг оделись так же, надеясь избежать повышенного внимания. Напрасные усилия. Постоянные косые взгляды сопровождали их, как если бы они были экзотическими животными в зоопарке.

Во дворец они вернулись к обеду. Коринн пообещал, что северные пещеры Денгара, старый город и Кристаллическое Озеро будут более интересными. Но когда обед уже почти закончился, а он все еще не вернулся, она начали думать, что какое-то дело потребовало его присутствия.

Тельвин обедал вместе с Сольвейг на закрытой терассе в северной части дворца. Глядя с террассы, он скоро открыл, почему дварфы делают крыши в своих подземных домах. Потолок пещеры всегда был мокрым от воды, которая конденсировалась там и капля за каплей подала вниз, на дома. Эта часть Пещеры Сердце Дварфа имела высокий потолок, похожий на огромный купол, и Тельвин был удивлен увидев, что были дома, гнездившиеся на выступах выше них.

- Взгляни-ка на это, - воскликнул он. - Дварфы живут там, наверху.

Сольвейг подошла к перилам терассы и вгляделась. - Я полагаю, они научились быть осторожными. Но это определенно придает новое значение выражению: иметь соседей, падающих на тебя.

В этот момент появился Сэр Джордж, благосклонно поглядывая кругом. Коринн шлет свои извинения. Он сказал, что поведет вас в задние пещеры позже, если будет время. Кстати, есть какая-то причина, что вы шляетесь босиком?

- Это была идея Тельвина, - сказала Сольвейг. - Она помогла мне решить проблему с потолками. Сапоги делают тебя по крайней мере на дюйм выше.

- Для вас обоих дюйм похож на камень на вершине холма. И это помогло? спросил Сэр Джордж, усевшись за стол.

- Без сапог легче ходить согнувшись, - ответила Сольвейг. - И я не бьюсь головой в дверь так часто, как раньше.

- Что случилось с Коринном, - спросил Тельвин, меняя тему. - Произошло что-то важное?

- Да, я подозреваю, - ответил Сэр Джордж. - У меня сложилось впечатление, что король консультируется с жрецами Кагъяра по поводу Пророчества. Коринна позвали, по-видимому, чтобы он был свидетелем.

- Это плохо для нас? - спросила Сольвейг.

- Нет, я надеюсь, что нет. И если Кагъяр соизволит рассказать своим жрецам о Пророчестве, это избавит нас от поездки в Эльфхейм.

Тельвин не знал как иметь дело со жрецами. Он никогда не общался ни с одним жрецом, так как у них было мало дела в Хайланде, а Флэмы не хотели их видеть ни под каким предлогом. В тех немногих историях, которые он слышал о них, они всегда держали себя высокомерно и холодно, и постоянно стремились пожертвовать жизнями и имуществом других ради достижения своих целей. Ему самому они казались воплощением всего того, что он не любил в волшебниках, только еще хуже, и он еще не встречал волшебника, который бы ему понравился, за исключением Перрантина. Однако он тут же напомнил себе, что его мать была жрецом и, очень вероятно, он сам тоже.

Сейчас он надеялся, что жрецы дварфов могут рассказать ему о Пророчестве без его личного участия. Он надеялся, также, что такие мысли не трусость. Ему нужна была компания жрецов, имевших знания и опыт, которых у него не было, если он хочет когда-нибудь стать настоящим жрецом.

Коринн появился только к ужину, так что им не удалось увидеть остаток города. Было похоже, что в этот раз они его и не увидят, так как Сэр Джордж хотел уехать завтра рано утром. Вернувшись, Коринн долго извинялся, так как дварфы не любили не выполнять свои обещания, но Тельвин и Сольвейг дружно уверили его, что их поход и угроза драконов должны быть на первом месте.

Однако этой ночью они почувствовали себя более, чем утешенными, так как Король Даробан развлекал гостей на настоящий дварфский манер, вместе с членами своей семьи и своим кланом. Было много песен и танцев, в которых дварфы не очень то хороши, и также много пива, которое дварфы изготовляют с большим искусством. Тельвин больше ел, чем пил, но Коринн сумел улестить его и он показал, чему успел научиться в дварфском йодлинге. Для новичка Тельвин выполнил все неплохо, несмотря на недостаток практики, и дварфы были очень польщены и впечатлены. Праздник, однако, закончился довольно рано, так как путешественники должны были уехать на восходе.

Тельвин с удовольствием предвидел свою последнюю ночь в настоящей кровати, хотя и слишком короткой, так как он не знал, когда у него будет другой шанс. Однако, как только он улегся и заснул, ему послышался негромкий стук в дверь. Думая, что уже рассвет, он надел рубашку и пошел открывать дверь, ожидая увидеть Сэра Джорджа и Сольвейг, ждущих его. К его изумлению, это оказался Коринн вместе с женщиной-дварфом, которую он никогда раньше не встречал.

- Да, это скромнее, чем белое платье Сольвейг, - сказал ему Коринн, откровенно наслаждавшийся его внешним видом. Рубашка Тельвина была выбрана исходя из нереальных ожиданий скорости его роста. - Можем мы войти? Это очень важно.

- Да...конечно, - сонно ответил Тельвин. - Пожалуйта, извините меня на секунду.

Он заторопился в темный угол комнаты, чтобы натянуть штаны. Когда он вернулся, оба его посетителя сняли чехол с магической лампы, стоявшей на маленьком круглом столе. Лампа давала достаточно света, чтобы все отчетливо могли видеть друг друга. Женщина-дварф села за стол, а Коринн остался стоять. Тельвин почувствовал что он должен сесть на оставшийся стул, иначе он будет возвышаться над ними, как башня. Женщина была довольно худа для дварфа, с прямыми черными волосами,которые она заплетала в единственную косу, очень похоже на то, как Сольвейг заплетала свои волосы. Ее глаза были черны, она носила темно-желтое платье с капюшоном, сейчас откинутым назад.

- Тельвин Лисий Глаз, это Кари, - сказал Коринн. То, что он не назвал ее полное имя, было, по-видимому, не случайно.

- Я - жрица Бессмертного Кагъяра, - объяснила женщина. - Когда мы действуем, как служители нашего ордена, мы не должны пользоваться полными именами. Чтобы показать, как я тебе доверяю, я скажу тебе мое полное имя: Кари, Дочь Гиласа, из Клана Бухродер.

- Я не могу сказать тебе мое настоящее имя, - сказал Тельвин. - Я сам его не знаю.

- Я понимаю, - заверила его Кари. - Мы пришли попросить тебя сделать кое-что, но только попросить. Ты можешь отказаться в любой момент, и не бойся оскорбить нас. Но я прошу тебя, чтобы наш визит остался в тайне, даже от твоих компаньонов.

- Сэр Джордж знает сущность того, что мы предложим тебе, - добавил Коринн.

- Я сохраню ваш секрет, - сказал Тельвин. Так как Сэр Джордж не возражал, то и он не видел причин отказываться. - На самом деле я подозреваю, что я знаю почему вы здесь.У вас есть какая-то причина думать, что Кагъяр может помочь решить загадку с Пророчеством.

- Ты прав, - согласилась Кари. - Твое Пророчество затрагивает безопасность как Рокхольма, так и дварфов в других странах. Это должно заботить Кагъяра. Он может ответить на твои вопросы . Хочешь ли ты попробовать?

- Конечно, - быстро ответил он. - Мне сказали, что я жрец, а я не знаю ничего об этом. Я хотел бы повстречать других жрецов и посмотреть, что они делают, хотя я знаю, что они не захотят посвящать меня в их секреты.

Кари не обиделась. - Я не знаю, кто твой покровитель, но он против разрушения, и это делает его союзником Кагъяра, по меньшей мере в этом деле. Мы поможем тебе всем, что в наших силах, если ты захочешь помочь нам. Может быть ты не знаешь, что все жрецы - воины. Мало кому из нас приходилось сражаться с оружием против врагов, но мы всегда готовы к защите своего народа. Правда, я говорю только о законных орденах, так как есть Бессмертные, приверженые злу и завоеваниям, и их жрецы действуют как главы армий и бандитских шаек. Тем не менее, насколько я могу судить о тебе, я готова поклясться, что ты принадлежишь к законному ордену. У тебя есть чувства защитника, даже великого вождя. Боишься ли ты Пророчества? Оно может потребовать от тебя весьма мужественных решений.

- У меня нет выбора, - сказал Тельвин. - Драконы знают меня. Я очень сомневаюсь, что могу вечно бегать от них. Как бы страшно не было это Пророчество, оно - моя лучшая защита.

- Боюсь, что ты прав, - согласилась Кари. - Ты должен понимать, что я не могу обещать тебе успех, но мы сделаем все, что в наших силах. - Если ты захочешь, мы отправимся в святое для Кагъяра место, где его присутствие очень сильно. Это длинное путешествие, и оно займет большую часть ночи. Когда мы вернемся, мы используем заклинание восстановления, так что утром ты будешь себя чувствовать так, как будто проспал всю ночь.

- Тогда вперед, - сказал Тельвин. - Я должен что-то взять с собой?

- Ничего, кроме себя, - сказала она ему. - Нельзя брать ни оружие, ни магические артефакты, ни любые другие артефакты, которые могут быть символом любого Бессмертного, кроме, конечно, Кагъяра. Мне сказали, что ты, к тому же, маг. Не бери, я тебя прошу, твою книгу заклинаний. Это, в общем-то, не опасно, но может разрушить все наши усилия.

Из дворца они вышли так тихо, как смогли. Хотя внимания стражи они и не избежали, но присутствие Коринна позволило избежать лишних вопросов.

Нижний Денгар спал. Лампы были притушены, и только отдаленное удары молота и другой техники дварфов можно было услышать в огромной пещере. Кари повела их тем путем, которым они уже шли, когда выходили из дворца - прямо по направлению ко второй великой пещере Нижнего Города, Пещере Кристаллического Озера. Из всех пещер города она была самой длинной, а ее потолок был раза в три выше, чем свод Пещеры Сердце Дварфа.

Но эта пещера не была так обжита, как остальные, так как большую ее часть занимало обширное озеро с ледяной горной водой, Кристаллическое Озеро, питавшееся из подземной реки, протекавшей в самом дальнем, темном конце пещеры. В центре озера располагался "остров", который был на самом деле огромной колонной из природного камня, поддерживающей свод пещеры. Цепочка литейных мастерских лежала слева от них, где руда из шахт превращалась в различные металлы. Тельвин с удовольствием побывал бы там, вспомнив свою собственную работу в литейной его родной деревни, так как они работали даже среди ночи. Но Кари поторопилась вдоль кромки озера в противоположном направлении, стремясь пройти жилые места как можно быстрее и незаметнее. В городе дварфов Тельвин мог быть кем угодно, но не незаметным.

За озером находился кусок Старого Города, большие, темные здания, собравшиеся в углу пещеры, уже давно превращенные в склады.

Основная часть Старого Города лежала на противоположном берегу озера,путаница узких проходов и грубых комнат, построенных еще в дни первых королей, а нынче используемая только шахтерами, чьи туннели вели на север и запад внутрь горы. В целом в пещере было холодно и сыро от ледяной воды озера. Кари вела их длинным боковым коридором, который постепенно становился все уже, пока она наконец не привела их к месту, где река, питающая Кристаллическое Озеро, вырывалась из темного прохода.

Здесь Кари остановилась и повернулась лицом к своим спутникам. - Все, кроме некоторых, жителей этого города знают, что Пещера Кристаллического Озера кончается здесь. Но есть дорога, которая ведет на север, в сердце горы. Только высшие жрецы знают ее, и мы договорились хранить это в тайне, так как этот путь веет к наиболее священному месту Бессмертного Кагъяра. Мы верим, что сам Денварф ушел этим путем, когда покидал нас, хотя и не можем быть уверенны.

- Мы сохраним тайну, - пообещал ей Коринн. - Еще далеко?

- Пещера тянется еще три мили - сказала она, потом повернулась к Тельвину. - Там нет света и я взяла с с обой маленькую лампу.

- Тельвин видит в темноте не хуже дварфов, - сказал Коринн. - Но он не так сложен, чтобы лазать через естественные проходы.

- Не беспокойся - сказала ему Кари. - Лазать надо будет только по скалам.

Кари предупредила его еще до выхода из дворца и Тельвин не надел свои тяжелые сапоги для верховой езды. Он был молод и большую часть своей жизни ходил босиком. Кари привела их к самому входу в туннель, по которому неслись темные воды реки. Там они спустились по крутой набережной озера прямо в реку и пошли по воде, пока не очутились внутри темного тоннеля. Кари скомандовала им подождать, пока она не вернется. Через мгновение тусклый свет ее лампы появился где-то впереди, за большим камнем, находившемся прямо перед ними.

Тельвину было не так просто проскользнуть в узкую щель между рекой и камнем, но затем он оказался в еще более маленьком туннеле, который сначала повел их от реки, а затем, повернув, пошел параллельно ей. По дну этого маленького тоннеля бежал поток, но вдоль него были уложены плоские камни, специально для ходьбы. Расстояние между камнями было рассчитано на короткий шаг дварфа, что было не очень-то удобно для Тельвина. К счастью через пару сотен ярдов туннель начал подниматься, и стал сухой дорогой, камни которой были отполированы водой до блеска.

- Камни находятся под водой,когда вода реки стоит высоко, - объяснила Кари. - Поэтому здесь все так гладко, вода к тому же уносит весь гравий и песок. Без обуви идти досаточно просто, хотя есть несколько крутых подъемов.

- Почему жрецы не улучшили дорогу? - спросил Коринн, быстро идя за ней.

- Место, посвященное Кагъяру, должно оставаться таким, как он сотворил его.

Это, похоже, больше удивило Коринна, чем Тельвина. Одной из основ философии дварфов было то, что почти все может быть улучшено, а особенно дары Кагъяра. И первым даром Кагъяра дварфы считали пещеры Рокхольма.

Им действительно повстречалось несколько крутых подъемов. В первом из них проход внезапно шел через три огромных, округлых валуна, каждый из которых был выше Тельвина. Позже они пришли к месту, где проход вилял и крутил, в то же время прыгая со ступеньки на ступеньку. Все камни были гладкие и округлые, без выступов, за которые можно было бы ухватиться. У дварфов была природная способность носиться по камням, как ящерицы, хотя Тельвин никогда не подозревал, что его невысокие, крепко-сколоченные компаньоны могут так ловко взбираться на скалы. У него самого хватало проблем. К тому же он понял, что в своих сапогах для верховой езды ему не удалось бы пройти эти места.

Проход внезапно привел их на широкий выступ, за которым подземная река несла свои ледяные воды в Кристаллическое Озеро. Несколькими ярдами дальше, где сходились вместе два туннеля, начиналась небольшая пещера, круглая комната возможно тридцать ярдов в длину и меньше пятнадцати в ширину. Из магического шара лил мягкий свет, порождая множество глубоких теней среди куч округлых валунов и упавших каменных блоков. Сама река бежала по одну сторону пещеры, образуя что-то похожее на округлый выступ или альков на ближней к ней стороне. Упавшие блоки образовывали крепкий естественный мост над рекой.

Тельвин знал, что это было святилище Кагьяра, так как здесь у него возникло чувство чьего-то сверхестественного присутстствия. Когда они вошли в комнату, пять престарелых дварфов вышли приветствовать их, все в одеждах того же темно-желтого цвета, как и Кари, однако по краям их капюшонов вился какой-то странный узор, искуссно вышитый серебрянными нитками. Тельвин решил для себя что они старшие жрецы своего ордена. Кари подошла к женщине, самой старой среди дварфов, выглядевшей слабой и худой, но чьи черные глаза ярко сверкали.

- Хорошо, что ты пришла, Фила, - сказала Кари, по-настоящему тронутая. - Я знаю, что тебе было непросто придти.

- Нужда велика, - ответила Фила. Она взглянула на Тельвина и тепло улыбнулась. - Так вот он каков, жрец, который не знает, кому он служит. Неловкое положение, я уверена. Однако ты вроде не шибко расстаиваешься, хотя на тебе висит огромная ответственность.

- Расстройство или обида не помогут мне, - оветил Тельвин.

- Твоя мудрость делает тебе честь, - сказала ему Фила. - Я знаю, что ты пытался поговорить с твоим покровителем. Получил ли ты какое-нибудь послание или намек любого рода, быть может во сне?

- Нет, насколько я знаю, - признался Тельвин. - Я боюсь, что еще не пришло время мне знать, и поэтому все ваши усилия , которые я очень ценю, будут напрасны.

- Сейчас увидим.

Фила подвела его к маленькому алькову, где они могли сесть на разные валуны, разбросанные повсюду. Дварфы просто обожали камень, и им казалось совершенно естественным использовать его как мебель. Фила откинула свой капюшон и расположилась поудобнее. Хотя Тельвин был новичком в этом деле, он был убежден, что она готовится медитировать.

- Возможно ты прав, - сказала она. - Возможно,что ты не можешь ничего узнать, потому что еще не пришло время тебе знать. Если окажется, что это так, мы не сможем помочь тебе. Однако ты должен также учитывать, что бывают времена, когда Бессмертные должны быть крайне осмотрительны, все их действия должны быть крайне деликатны, а иногда они вообще не в состоянии действовать.

- Я ничего не знаю о таких вещах, - сказал Тельвин. - Всю свою жизнь я прожил как сирота среди Флэмов Хайланда. Они сравнительно новы в этом мире и полагаются на волшебников больше, чем на жрецов. Он почти ничего не знают о Бессмертных и не хотят знать. О таких вещах они не говорят никогда.

- Никто по-настоящему не понимает Бессмертных или их мотивы, - ответила Фила. - Тем не менее, у нас есть веская причина надеяться на лучшее. Политика есть и среди богов, может быть твой покровитель не в состоянии говорить с тобой открыто. Если это так, возможно другой Бессмертный, дружески настроеный к нему, скажет нам то, что мы хотим знать.

- Да, будем надеяться на это, - согласился Тельвин.

- Тогда начнем, - сказала Фила,усаживаясь поудобнее и скрестив ноги. Я попытаюсь поговорить с Кагъяром, хотя в такой необычной ситуации я не могу гарантировать успех. Если мне удасться связаться с ним, нам можно задать три вопроса, на которые он может ответить да или нет. В очень редких случаях мне было позволено задать шесть вопросов, но на это не стоит надеться. Если Кагъяр захочет сказать нам значение Пророчества, тогда он будет говорит через меня, или появится сам в форме тени. Кари, ты готова помочь мне?

- Конечно.

Кари усадила Тельвина перед старой жрицей так, что между ними было около двух ярдов. Фила сидела молча, ее глаза были закрыты, как отметил Тельвин, внимательно наблюдавший за ней в надежде выучить какой-нибудь трюк, который поможет ему самому делать это. Он всегда подозревал, что его проблемы с жреческими заклинаниями вызваны в основном тем, что не было никого, кто мог бы научить его. Через несколько минут он ощутил чье-то присутствие в пещере.

Кари взглянула на него и знаком велела молчать, затем в ее взгляд обратился к старой жрице. - Мы ищем значение Пророчества, которое касается Тельвина Лисий Глаз и драконов. Такое Пророчество существует?

Фила посидела молча какое-то время, затем глубоко вздохнула - Да.

Тельвин едва удержался от крика. Как бы он не был уверен, что такое Пророчество есть, у него не было возможности удостовериться в этом. Теперь наконец он знал.

- Можешь ли ты сказать нам значение Пророчества? - спросила Кари.

Опять Фила молчала несколько минут, прежде чем прошептала - Нет.

На этот раз Тельвин не был так убежден, должен ли он почувствовать облегчение. Он не был уверен, готов ли он знать. Кари повернулась к нему.

- Если бы он сказал да, я могла бы спросить его, когда он придет и поговорит с тобой, - мягко сказала она. - Но теперь может быть лучше спросить, может ли жрец одного из других Бессмертных рассказать тебе.

Тельвин улыбнулся. - Так что ж ты посоветуешь?

- Я не уверена, - призналась она. - Если я спрошу, пришло ли время и ответ будет нет, тогда ты будешь знать, что должен ждать, пока время придет. Если же ответ будет да, тогда ты должен продолжать искать, но ты не будешь знать кого спросить.

- Давайте подумаем, - сказал Тельвин. - То, чего мы не можем узнать сами, надо ли нам искать ответ, или стоит подождать. Кажется мне, что ответ на этот вопрос скажет мне очень много, так как Кагъяр сам не может сазать мне, где искать. Я, конечно, могу спросить его, стоит ли идти в Эльфхейм, но ответ на такой вопрос не слишком много мне даст.

- Я следую за твоей логикой, - сказала Кари, потом опять повернулась к старой жрице. - Пришло ли время для Тельвина узнать значение Пророчества?

- Да, - сказала Фила. Затем она задвигалась и открыла глаза. - Ну, похоже это конец. Мне жаль, что ты узнал так мало.

Тельвин встал на ноги, и Коринн появился позади него.

- Что ты будешь делать теперь? - Кари спросила Тельвина. - Искать помощи эльфийских жрецов?

- Да, я так думаю, - сказал Тельвин. - Сэр Джордж так думает, а он знает о драконах больше всех на свете. По его мнению Терра была покровителем Великого много лет назад, и она вряд ли довольна тем, как драконы ведут себя сейчас.

- Похоже, это твоя лучшая возможность. Если ты должен идти в Эльфхейм, тогда ты должен, - сказала Фила, вздохнув, как если бы она считала, что ничего хуже этого нет. Тельвин знал, что одной из основных причин, почему дварфы решили помочь ему, было желание уберечь его от необходимости иметь дело с эльфами.

- Тогда, если вы уходите завтра рано утром, я должна проводить вас обоих обратно, к вашим кроватям, - сказала Кари. - Как я и обещала, я использую заклинание, которое вернет вам силы. Мне жаль, что это все, чем мы можем помочь вам.

- Нет, все это было не напрасно, - возразил Тельвин. - Теперь я знаю кое-что, о чем раньше только догадывался.