Драконы могли отчетливо видеть Тельвина, как и он их, и он мог поклясться, что новость о том, с кем им предстоит сражаться, потрясла их. Поначалу они были сильно обескуражены, и он спросил себя, ответит ли их вожак на вызов или отступит, потеряв лицо. И то и другое годилось для их целей, так как Сэр Джордж настаивал, что вожак должен принять вызов, или все остальные потеряют желание сражаться. Но Кларендэн утверждала, что возвращение Повелителя Драконов делает все эти вещи непредсказуемыми. Они могут решить, например, воздать ему должное и полностью игнорировать его, продолжая атаки на армию Хайланда.

Через несколько минут самый большой из красных драконов медленно слетел с холмов, сопровождаемый двумя другими драконами. Они облетели дважды поле боя и армию Хайланда, прежде чем приземлились лицом к Тельвину, в нескольких сотнях ярдов от него. Они были огромны и выглядели угрожающи, плечи изогнуты, а головы они держали низко, в положении угрозы. Тельвин сглотнул, чтобы унять поднимающееся чувство паники, ведь теперь перед ним были три разгневанных дракона.

- Я - Джердар, лорд красных драконов, - объявил предводитель. - Ты называешь себя Повелителем Драконов, вернувшимся в мир через тысячи лет. Драконы не могут принять такого утверждения, пока ты не докажешь это в бою.

- Я бросаю тебе вызов, - ответил Тельвин, заставляя себя говорить дерзко. - Я буду биться с тобой и с твоими двумя товарищами одновременно, так что у тебя не будет вопросов о моем утверждении. С моей стороны это не будет бой насмерть. Я собираюсь не убить тебя, но только доказать, что могу победить, хотя я и не жду от тебя такой же любезности.

- А я тебе ее и не дам, - ответил Джердар. - Повелитель Драконов величайшее проклятие всех драконов, живущих или живших в этом мире, и я обязан убить тебя, если смогу.

- Я не собираюсь уничтожать или завоевывать Нацию драконов, - спокойно ответил Тельвин. - Я знаю, что не могу ожидать от тебя, что ты просто так примешь мои слова. Поэтому я должен подкрепить свои слова делами.

Джердар поднял голову, почти удивленный. - Чего же ты хочешь?

- Только мира.

Тельвин телепортировал на себя доспехи,пока Джердар мог рассмотреть их отчетливо. Потом он выхватил огромный меч Повелителя Драконов и приветствовал им противника. Волшебные доспехи ослабили его чувство незащищенности, теперь он был готов драться с драконами. Джердар помедлил какое-то мгновение, видимо не будучи уверен, не должен ли он тоже приветствовать противника. Как бы безнадежно не чувствовал себя Тельвин, он видел, что все идет по плану. И если он действительно каким-то образом ответственен за судьбу драконов,он должен вызывать у них нечто большее, чем страх. Он нуждается в в их уважении и доверии.

Джердар расправил крылья и устремился в небо, его два спутника последовали за ним. Тельвин быстро взвесил свою стратегию. Наблюдая за ними, он знал, что у драконов есть инстинкт охоты стаями, как у волков; они кружили над жертвой, утомляя ее, один неожиданно нырял сверху, беспокоя врага, пока другие держались позади. Так они не уставали сами и не давали врагу ни мгновения передышки. В такой же манере они начали свою атаку и сейчас, кружили над ним на разных орбитах, которые к тому же постоянно меняли.

Так как его взгляд был ограничен глазными пластинами шлема, Тельвин не мог видеть их всех сразу. Внезапно он понял, почему Джердар хотел, чтобы Тельвин дрался с ним и его сторонниками одновременно. Они слишком хорошо знали его слабость, знали, что шлем ограничивает ему обзор. Хотя воротник и был пристегнут, давая возможность крутить головой, он должен был посмотреть почти прямо на премет, чтобы увидеть его. Драконы будут стараться зайти сзади и броситься на него, пока его внимание будет сфокусировано в другом месте. И хотя броня Повелителя Драконов непобедима, сам Тельвин - нет. Его можно ударить сзади с такой силой, что он будет тяжело ранен, на что драконы и рассчитывают.

Карендэн много чего знала и о доспехах и о мече, и теперь хотел бы он узнать у нее, каждый ли дракон знает так много. Самое лучшее, что он мог сделать, держать драконов подальше от него, чтобы было достаточно времени, если один из них броситься в атаку. Он поднял меч и начал стрелять болтами ударяющей силы по драконам, не очень сильно, но добавляя достаточно тепловой силы, которая была самым эффективным оружием против драконьей брони. Как и раньше, держать меч за рукоятку, даже двумя руками, было неудобно, особенно при стрельбе по далекой, движущейся цели.

Первые выстрелы он полностью смазал, хотя драконы могли видеть и слышать, как огненные стрелы проносились мимо, и этого одного было достаточно, чтобы заставить их быть более осторожными. Тогда он решил попасть одному из драконов в крыло, в которое, как он знал по прошлым попыткам, было легче всего паразить летящего дракона, и рана будет весьма болезненной. Он добавил в свой болт больше силы , чем во время тренировок с Карендэн, так что дракон громко взревел от боли и почти потерял равновесие.

Но сконцентировшись на использовании меча, Тельвин на какой-то момент забыл оглянуться, и понял свою ошибку только почувствовав, как хвост дракона стегнул его по спине. Удар был такой силы, что он взлетел в воздух и пролетел больше тридцати ярдов над травянистыми холмами. Ему показалась, что он был в воздухе невероятно долгое время, достаточно долгое чтобы с внезапным ужасом осознать, что люди обычно не выживают после таких падений, которое ему предстояло. Фактически, он еще успел удивиться, почему удар драконьего хвоста не убил его прямо на месте, но тут он ударился о землю и закувыркался по ней с бока на бок.

В конце концов он перестал катиться, и оказалось, что он лежит на спине, глядя в небо. Первое, что он понял, - он не мертв, несмотря на все ожидания. И он даже не ранен, во всяком случае тяжело. Поначалу двигаясь медленно и неловко, он перекатился на живот и попробовал встать, и мешали ему скорее доспехи, чем боль. Да, теперь он узнал кое-что новое о допехах Повелителя Драконов, то, что он не мог проверить раньше. Они сами заботились о нем, каким-то образом защищая его и делая его почти непобедимым, как и они сами.

Затем он увидел, что дракон, который ударил его, уже приземлился и быстро движется по направлению к нему, чтобы закончить свое дело. Юный красный дракон был поражен, увидев, что Тельвин встал. Он приостановился на какой-то момент, осмысливая ситуацию, затем опустил голову пониже и опять бросился в атаку. Тут они оба осознали, что Повелитель Драконов остался безоружным, что давало дракону огромное преимущество. Тельвин бешенно оглянулся, ища потерянный меч. Наконец он увидел его, похороненного в траве всего в нескольких ярдах от того места, где он стоял.

Начался бешенный забег, так как дракон отчаянно стремился схватить его прежде, чем он мог достичь меча. Его доспехи, при всех их замечательных заклинаниях, не увеличивали его силу или скорость движений. Он двигался неловким полу-бегом, неся на себе тяжесть доспехов, и все, что он был способен видеть, был дракон, несущийся к нему быстрыми, мягкими прыжками, похожий на огромного кота. В отчаянии Тельвин бросился вперед и нырнул к мечу. Почувствовав, как рука сжала рукоятку, он перекатился и встал на колени, направив меч прямо в голову атакующего дракона.

Разряд, более сильный, чем он хотел, ударил дракона как молния прямо в голову. С этого расстояния он не мог промахнуться. Дракон закачался, отброшенный назад страшной силой, удара, сделал несколько неуверенных шагов и тяжело рухнул на землю, теряя сознание. Тельвин отпрыгнул в сторону, чтобы избежать огромного падающего тела. Он мгновенно собрался для дальнейшего боя, хорошо выучив урок не расслабляться даже на мгновение.

Второй юный дракон был на земле недалеко от него, разрываясь между желанием броситься на врага и инстинктивным стремлением убежать. Тельвин понял, что преимущество сейчас у него, и решил воспользоваться этим. Когда дракон раскрыл свои огромне крылья и подобрался, чтобы прыгнуть в небо, Тельвин ударил его очень сильно по массивным ягодицам, а затем по мышцам спины, не давая ему взлететь. Испуганный и теряющий надежду, дракон развернулся, в безнадежной попытке напасть на врага.

Именно этого Тельвин и добивался. Когда дракон повернулся к нему лицом, он аккуратно выпустил болт в центр его головы. Он вспомнил, как Карендэн говорила ему, что даже не слишком сильный удар между глаз ошеломляет ее, так что при помощи этого трюка можно было мгновенно завалить любого дракона. Второй дракон тяжелой, безжизненой массой простерся на земле рядом со своим товарищем.

Тельвин опустил меч и глубоко выдохнул, освобождаясь от страшного напряжения. То, что он победил в битве сразу двух драконов, и за такое короткое время, добавило ему уверенности, но он не забыл, что остался еще самый большой и без сомнения самый опасный его противник. Отдышавшись, он устремился в открытое поле так быстро, как только мог, для того чтобы тела двух драконов, лежавших без соанания, не мешали ему, если потребуется двигаться быстро.

- Интересно, - подумал он, не забывая глядеть по сторонам, - где Джердар был все это время? - Более старший и более мудрый дракон тщательно анализировал ситуацию, медленно кружась вне пределов досягаемости волшебного меча. Он смотрел и выжидал, решив не делать ошибки каким-нибудь опрометчивым действием. Тельвин знал, что он должен сейчас искать в своей долгой памяти способ, как можно сражаться с Повелителем Драконов. Тельвину оставалось надеяться, что он решится на грубую атаку, решив что лучшая стратегия против меча - грубая сила и подавляющие атаки. Драконы на северных холмах сосредоточенно глядели на бой, но похоже не горели желанием поучаствовать в нем сами.

Джердар продолжал свои медленные, широкие круги, смотря на своего врага холодным, изучающим взглядом. Острые глаза Тельвина прекрасно видели его. Чем дольше длилось тако положение дел, тем более неуверенно Тельвин чувствовал себя. У них обоих была та же самая проблема - как достать недосягаемого врага - но Тельвину пришлось признать, что преимущество сейчас у дракона. Пока Джердар оставался вне пределов досягаемости, ему не хватало скорости передвижения, чтобы сделать с ним что-нибудь. Оставалось только ждать, пока дракон выработает свою программу действий и сделает первый шаг, ждать и надеяться, что он будет способен использовать его.

Джердар был очень умный дракон, и ему не потребовалось слишком много времени для анализа ситуации. Его преимуществом была его замечательная способность летать. Но если он приблизится к Тельвину, то станет большой и соблазнительной целью для его страшного оружия. В этом отношении даже его размеры играют против него. Когда Джердар наконец начал действовать, у Тельвина не было ни малейшего понятия, что он задумал. Красный дракон расширил свои круги, забираясь все выше и выше, пока не оказался чересчур далеко даже для острых глаз Тельвина. Казалось, что он лениво парит там, не обращая внимания на битву двумя милями ниже.

Тельвин поторопился забраться на самую высокую точку поля, которую мог найти, откуда он мог бы видеть каждое движение дракона. И тут он понял, что ошибся, решив, что битва останется чисто физической, природное оружие дракона против меча и доспехов Повелителя Драконов. Ведь Джердар был старый дракон, мудрый и многое знающий, и очень искуссный в магии. Неспособный найти другой способ действия, он обратился к могущественным заклинаниям, которые знал во множестве. Внезапно легкие, белые облака весеннего дня начали на глазах уплотняться и расширяться, пока не собрались в одну огромную, темную массу, несущую в себе шторм. Утреннее солнце исчезло, а холодный, мокрый ветер заметался по полю.

Тельвин немедленно оценил опасность. Он не мог сражаться с тем, кого не видел. Джердар был способен напасть под прикрытием облаков. Страшный шторм продолжал разрастаться, в несколько минут заняв все небо, глубоко внутри темных облаков сверкали молнии,иногда вырываясь наружу из огромной, похожей на море массы. Затем ураган начал опускаться, пока почти не достиг земли. Тельвин потерял из виду сначала драконов, сидевших на северных холмах, а затем и армию Хайланда за собой. Внезапно он почувствовал себя очень одиноким и испуганным, когда тьма сомкнулась вокруг него, похожая на его растущее чувство ужаса.

Потом пришла первая атака, совершенно отличная от того, что Тельвин ожидал, и значительно более смертельная. Пылающее белое копье молнией вспыхнуло над вершиной небольшого холма, на котором он стоял, и затем охватило его со всех сторон в своем смертельном объятьи. Доспехи Повелителя Драконов выдержали и это, но полностью защитить его от этой ужасной разрушающей силы не могли даже они. Он был ослеплен вспышкой, и шок от какой-то смутной боли прошел через его тело, пока огромная тяжесть давила на него сверху. Какое-то время он мог только стоять и сжимать свой меч, борясь против растущей в нем паники.

Затем разряд прошел, наконец-то освободив его. Он одеревенело выпрямился и поднял меч обоими руками, уверенный, что знает, чего ожидать дальше. Быстро крутясь на месте, он вглядывался в черные тучи, которые тяжело и угрожающе нависли над его головой. Внезапно он заметил какое-то движение, черный силуэт пронесся через туман облаков, он отчянно выбросил в направлении этой тени болт силы. Джердар взревел, больше от ярости, чем от боли, так как выстрел был довольно слабым. Чешуя дракона отразила большую часть силы удара, и вновь только щиты доспехов защитили его от ответного удара кончика хлыстообразного хвоста, который стегнул его по плечам, заставив упасть на колени.

Тельвин тут же вскочил на ноги, и снова обыскал взглядом темные тучи, подозревая, что Джердар может мгновенно вернуться, надеясь застать его врасплох. Облака над его головой были так плотны, то дракон мог быть прямо над ним спустя буквально мгновение после того, как он выскочит из темноты. То, что он не понимал, как это Джердар был способен найти дорогу через ослепляющую массу облаков. Джердар не мог видеть его быстрее, чем он видел дракона, а темные доспехи Повелителя Драконов должны были еще больше мешать ему.

Очевидно Джердар пользовался магией, чтобы найти его, но как это у него получалось Тельвин не понимал, а у него самого не было никакого способа отследить путь дракона. Список заклинаний, доступных ему, был разочарованно короток, и он не был еще достаточно хорошо знаком с необычными силами жрецов чтобы знать, могут ли они дать ему что-то хорошее. Сейчас он был не в состоянии проверять свои жреческие способности, а его покровитель не собирался помогать ему. Так что он решил полагаться только на себя, и к тому же он знал, что заклинания его доспехов настолько могущественны, то ему не о чем особенно беспокоиться. Единственное, что могло случиться, так это то, что Джердар мог бросится на него сверху, и вытащить его доспехов.

Прошло довольно много времени, он снова уловил движение и выпустил быструю очередь болтов. Хотя на этот раз он и не увидел дракона, ветер от его полета закрутился в облаках. Один из болтов сверкнул в темноте, и дракон опять взревел. Джердару не потребовалось других аргументов, чтобы прервать свою атаку и исчезнуть в облаках.

Опять Тельвин мог только ждать и смотреть. Его страх и растерянность начали расти, медленно, но неотвратимо, так как у него не было никакого способа определить, действительно ли его защита непробиваема или он только оттягивает неизбежное. Ему нужно было время, время чтобы научиться быть Повелителем Драконов, время чтобы инстинктивно пользоваться заклинаниями деспехов. Время чтобы научиться распоряжаться ужасной силой магии, время чтобы познать огромную мощь жреческий заклинаний. Было настоящим самоубийством встать против такого умелого, старого дракона в свой первой же битве, но у не было выбора.

Когда прошло несколько долгих минут, он осознал, что Джердар прекратил атаки, очевидно собираясь поменять тактику боя. Тельвин знал, что когда схватка возобновится, он снова столкнется с чем-то совершенно неожиданным. В этот момент молния ударила опять, ее страшная сила старалась вогнать его в землю, пока смутная,колющая боль пробегала через его тело. Он сражался с ней, зная, что не сдастся, но опасаясь, что Джердар может оказаться прямо над его головой, появившись из мрачнык облаков, пока он будет ослеплен вспышкой.

Потом пришла новая молния, и Тельвин опять был вынужден сражаться с болью, охватившей его спину и шею, зная, что он не сможет долго выдержать ее. Он мог видеть, как Джердар несется ниже облаков, скорее облетая его, а не летя напрямик, и на какое-то мгновение это запутало его. Но тут страшный удар обрушился на него сзади, бросив его на землю с такой силой, что у него потемнело в глазах, и он должен был бороться, чтобы вздохнуть. Но и в таком положении он осознал свою ошибку. Он повернул голову и увидел, что один дракон из когорты Джердара навис над ним, вдавливая его в землю своей огромной передней лапой и не давая ему вздохнуть. Юный дракон очнулся во время боя и подполз к нему из тьмы, пока Джердар отвлекал его.

Отчаяние Тельвина переросло его страх и он действовал не думая. Меч был выбит из его руки и лежал вне досягаемости. Почти инстиктивно он захотел встать, стараясь изо всех сил сбросить с себя дракона. Это было бы невозможно, но доспехи Повелителя Драконов ответили на его желание. Огромная сила их могущественных заклятий пересилила даже гигантский вес красного дракона, внезапно отбросив его назад. Усевшись на ягодицы, юный дракон почти опрокинулся на спину, и должен был изо всех сил замахать крыльями, удерживая равновесие.

Это дало Тельвину достаточное время чтобы дотянутся до рукоятки меча.Он заставил себя встать на колени,потом взял тяжелый меч обоими руками и шатаясь встал на ноги. Длинный клинок коротко вспыхнул, затем выпустил болт силы, ударивший невезучего дракона между глаз. Юный дракон захрипел и затряс головой. Потом силы ему изменили, и он рухнул прямо на Тельвина, заставив того в свою очередь упасть лицом в грязь.

Тельвин изо всех сил пытался освободиться, но не мог воспользоваться отталкивающим щитом доспехов, так как массивная грудь дракона лежала на его ногах и бедрах. Он заставил себя приподняться на руках и вновь похолодел от страха увидев, что Джердар уже на земле и огромными прыжками несется прямо к нему. Через несколько мгновений он будет здесь и битва закончится. Тельвин забыл о своих попытках освободиться и вытянул так далеко, как только мог, свою левую руку с мечом, неудобно удерживая себя правой. Он едва мог удерживать дрожащий клинок одной рукой, а мускулы другой горели от усталости, когда он выставил-таки оружие перед собой.

Снова клинок полыхнул огнем, выпуская сгустки энергии, болты понеслись через мокрый воздух. Первые два пролетели мимо, но третий попал точно в грудь Джердару. Дракон резко дернулся, потрясенный страшной болью, потом заревел с отчаянным вызовом и собрался для последнего прыжка. Тельвин ударил его опять в грудь, туда, где начиналась шея. Удар перебил дыхание. Джердар закрыл глаза и затряс головой, теряя силы от раздиравшей тело боли, но он остался стоять, удерживаемый только железной силой воли. И тогда Тельвин ударил опять, на этот раз между глаз с таким рассчетом, чтобы дракон почти потерял сознание. Джердар опустился на землю, терзаемый болью и слишком слабый, чтобы сражаться дальше.

Удовлетворенный тем, что красный дракон на несколько минут отключился, Тельвин снова занялся своим освобождением. Он никак не мог найти способ использовать силу отталкивающего щита, чтобы сбросить с себя огромное тело юного дракона. Но в конце концов, вывернув сапоги в одну сторону, он вытащил сначала одну ногу, потом другую. Медленно и с усилием он встал на ноги, ощущая боль во всем теле, голова кружилась от изнемождения, но он упрямо поднял меч и потащился туда, где лежал Джердар. Дракон все еще пытался подняться на ноги, когда Тельвин появился перед ним с мечом, направленным прямо ему в голову.

Джердар прекратил борьбу и яростно взглянул на Тельвина, дрожа всем телом. Тельвин поначалу решил, что это от боли или гнева, но потом с удивлением осознал, что дракон боится, боится его до смерти. Глубочайший страх, который его раса питала к Повелителям Драконов, овладел им сейчас, он был лицом к лицу и совешенно беспомощный перед своим злейшим врагом, самый великий и самый ужасный из всех драконов-негодяев, которые когда бы то ни было существовали. Это открытие шокировало Тельвина. Самый великий и самый ужасный из всех драконов-негодяев боится его так же, как и он сам боится драконов. Он то знал, как себя чувствуешь, когда перед тобой твой злейший враг, а ты не можешь с ним биться, и в нем пробудилось неожиданное сострадание. Он опустил меч.

Джердар был удивлен. Он был уверен, что Повелитель Драконов сейчас убъет его. Он опустил свою голову и вздохнул. - Я побежден и сдаюсь. Скажи, что ты хочешь от меня.

- Я хочу говорить с драконами мире, - сказал Тельвин. - Я хочу, чтобы атаки закончились, но не поражением драконов, а мирным договором, которому обе стороны могут доверять.

Теперь, когда Джердар больше не мог использовать заклинания, шторм начал стихать и постепенно прекратился. Угнетающая темнота начала светлеть, а холодный ветер разогнал тяжелые тучи. Тельвин вернул меч в ножны на поясе и снял шлем.

Джердар пришел в себя и смог усесться на задние ноги. - Я могу обещать тебе только то, что я сам и те, кто подчиняются мне, не будут продолжать атаки. Я не могу говорить за всех драконов.

- А я и не прошу тебя об этом, - ответил Тельвин. - То, что я еще хочу, чтобы ты передал мои слова Парламенту и попросил их прислать представителей, которые будут вести переговоры со мной.

- Я не могу обещать, что они придут, - возразил Джердар. - Нация Драконов не только не воюет, но и не одобряет наши атаки. Поэтому они могут не захотеть вести с тобой переговоры.

- Я думаю, что они захотят, когда ты скажешь им, что именно я хочу обсудить с ними. Драконы боятся моего возвращения. Я готов пообещать никогда не использовать силу Повелителя Драконов против них без повода, если сами драконы возьмут на себя определенные обязательства об их собственном поведении.

Джердар задумался. - Возможно, они будут заинтересованы и захотят поговорить с тобой. Я, признаться, не хотел возвращения Повелителя Драконов, и мы были готовы на все, чтобы помешать этому. Но ты уже здесь, и лучше говорить о мирном договоре, чем сражаться с тобой.

- Драконы поймут, что я не настолько страшен, как они считают, - сказал Тельвин. - Что бы там не случилось много лет назад, я здесь не для того, чтобы убивать или завоевывать драконов.

- Тогда ты доверяешь мне передать твое послание? - спросил дракон.

- Если ты дашь мне свое слово, этого достаточно. Драконья честь вне подозрений.

Джердар был не слишком доволен таким поворотом судьбы, и Тельвин мог оценить неудобное положение, в которое тот попал. Он был не одним из юных хулиганов, но взрослым драконом и членом Парламента Драконов, он вел за собой юных красных драконов, атакуя чужие страны и народы, в противовес позиции Парламента. Он и так уже поимел достаточно неприятностей, а теперь, когда все его планы потерпели полный крах, похороненые в битве, его еще посылают домой, как беглого мальчишку к своему новому хозяину. А теперь он должен поклясться честью, и кому - Повелителю Драконов. Ему не понравилось упоминание об этом, но свое слово он сдержит.

Джердар вынес все это со свойственным драконам так-том. Как только он занялся лечением ближайшего из своих павших товарищей, юный дракон начал шевелиться, его лоб покрылся морщинами, было видно, что он пробудился со страшной головной болью. Тельвин с облегчением увидел, что не убил этих двух юных драконов, так как он не уверен, насколько тяжелы их раны.

Тельвин повернулся, чтобы присоединиться к своим собственным товарищам. Шторм, который вызвал дракон, ушел над полями и лесом на восток, сопровождаемый потоками дождя, падавшими на далекие холмы, и редкими ударами грома. Как только Тельвин отошел от дракона, он избавился от доспехов, пренебрегая возможностью, что Джердар нарушит слово чести и атакует его сзади. Его рубашка вся смялась под доспехами, он весь пропотел и надо было освежиться, хотя доспехи и делали все, чтобы ему было не слишком жарко. Кажется, он не слишком пострадал во время полета через поле после удара хвоста дракона. В целом его первый день, как Повелителя Драконов, прошел хорошо.

Его товарищи были вместе с армией на краю леса, чтобы очистить поле и не мешать ему, но сейчас они возвращались. Они не разрешали своим страхам и неуверенности пробиться наружу, но теперь они сбросили с души страшную тяжесть и были просто счастливы видеть его целым и невредимым. Хотя Сэр Джордж никогда не говорил об этом, Тельвин знал, что старый рыцарь, который всегда любил и уважал драконов, был особенно доволен, что он сохранил как жизнь, так и достоинство своих соперников.

- Я не была уверена, что происходит, когда ураган накрыл тебя, воскликнула Сольвейг. - Мы не могли ничего видеть, пока облака не поднялись.

- Этот большой парень оказался умелым старым волшебником, - сказал Перрантин. - Его магический щит немного помогал ему, но ты сумел пробить его. Он пытался использовать заклинание, которое должно было разрушить твою магию, но вообще ничего не добился, и мы теперь знаем из первых рук, что заклинания доспехов могут противостоять любой магии.

- Я не хочу выглядеть старым ворчуном, парень, но почему ты согласился сражаться со всеми тремя сразу? - спросил Сэр Джордж. - Драконье право было бы на твоей стороне, если бы ты отказался сражаться больше чем с одним за раз.

- Я подумал,что важно показать им, что я могу сделать это, - объяснил Тельвин. - Драконы хотели знать, могу ли я использовать полную мощь Повелителя Драконов. Каренден сказала мне, что драконы должны почувствовать ее на себе и только тогда будут полностью удовлетворены. Но победив их предводителя и двух его телохранителей, я снял все вопросы.

- О, согласен, это было умно и дальновидно, - сказал Сэр Джордж. - Но я очень волновался, когда видел, как ты делаешь это.

Подошли эрцгерцог Маарстен и его капитаны. Тельвин телепортировал на себя доспехи, чтобы предстать перед ними одетым более формально. Он взял поводья Каденс у Сольвейг и вскарабкался в седло, хотя лошадь и начала громко жаловаться на добавочную тяжесть. Если он собирается скакать в доспехах, ему нужна более сильная, более крупная лошадь.

Когда компаньоны направились к армии Хайланда, ряды солдат издали громкий приветственный крик. Хотя они не полностью понимали, что случилось, они видели, что драконы бились и были побеждены, и угроза битвы прошла.

Эрцгерцог придержал лошадь и ждал, чтобы приветствовать их. Он был в доспехах, которые так любили его люди: прочный панцирь из твердой кожи, на которую были нашиты небольшие золотистые металлические пластинки в форме рыбы, и поверх него красный плащ. Рядом с ним,одетые в похожие доспехи, стояли Рыцари Ордена Пламени, единственного рыцарского ордена в Хайланде. Их рота состояла ровно из тридцати шести человек.

- Твои товарищи рассказали мне все, что я хотел знать об этом деле, сказал Маарстен. - Признаю, что должен уступить тебя руководство во всем, что касается драконов. Я не питаю иллюзий, что мог бы победить сегодня без тебя.

- Этот вопрос касается не столько драконов, сколько всего Хайланда, сказал ему Тельвин. - Джердар уже дал мне клятву, что драконы-бунтари прекратят свои атаки. Он также должен пригласить представителей Парламента Драконов обсудить мирный договор между Хайландом и Нацией Драконов. Моя рекомендация - оставить все это Сэру Джорджу, так как он лучше всех знает драконов.

- Да, я уверен, так будет лучше, - согласился эрцгерцог. Сейчас он был больше всего рад тому, что вернется домой живым.

Тельвин оглянулся назад, беспокоясь о двух юных драконах, которых он победил. Другие драконы слетели с холмов помочь им, и они оба уже сидели, напоминая двух больших, очень несчастливых ящериц. Все они о чем-то переговаривались между собой, поглядывая на армию Хайланда. Тельвину очень хотелось бы слышать что они говорят.

- Им это не слишком понравилось, не правда ли? - негромко спросил его Маарстен, подьезжая к нему почти вплотную.

- Они этого не ожидали, - объяснил Тельвин. - Они знали, что я где-то там, но надеялись, что я не вмешаюсь в их планы. Они рассчитывали, что сегодняшняя битва будет просто небольшим спортивным соревнованием. Им нужно время, чтобы принять то, что произошло.

- Тогда ты ожидаешь, что они будут в настроении вести переговоры через день-два? - спосил эрцгерцог.

- Им нужно время, чтобы принять удар, нанесенный по их чести, вмешался Сэр Джордж. - Единственная вещь в мире, которой дракон дорожит больше своей чести, его жизнь. Как ни странно это может показаться, древние узы, которые наложили на них Бессмертные, ведомые Террой, заставляют их дорожить собственнй жизнью. Собственная жизнь дракона священна, жизнь другого дракона почти священна, а все остальное далеко ниже этого уровня.

- Тогда об этом договоре, вы имете в виду договор между Повелителем Драконов и драконами. И наш собственный договор, договор между Хайландом и драконами, становится ненужным.

- Вы можете включить этот вопрос в формальный договор, если хотите, сказал Тельвин. - Вы можете остаться здесь, или вернуться в Браер, как вам лучше. Но я прошу, чтобы ваша армия осталась. Я хотел бы иметь армию у меня за спиной, хотя бы ради внешнего вида.

Драконы остались на холмах и северных горах, похожие на армию, готовую ударить, хотя они и постарались остаться в необитаемых приграничных районах. Только один, два раза, да и то как будто случайно, кто-то из них медленно пролетел над полем боя, рассматривая армию Флэмов. Никто не пролетел над самим лагерем. Их жесты больше не были угрожающими. Тельвин вспомнил, что эти забияки были очень молодыми драконами. Он решил, что им просто любопытно посмотреть на все это, а особенно на него самого. Он ведь не просил, чтобы драконы улетели совсем, думая, что они будут более склонны принять договор, если он даст им несколько уступок с самого начала.

Представители драконов прибыли на следующее утро. Тельвин подозревал, что Карендэн что-то сделала, чтобы обеспечить такое быстрое пребытие. Джердар, верный своему слову, вернулся на поле за лагерем хайландцев, приведя с собой пару золотых драконов. Тельвин вышел, чтобы приветствовать его, вместе со своими компаньонами и эрцгерцогом. Он телепортировал на себя доспехи, и помахал рукой, чтобы драконы могли узнать его. Драконы делали медленные, широкие круги над лагерем, ожидая какого-то знака. Как только они увидели его, то начали спускаться, сделав последний круг перед приземлением. Когда они подлетели поближе, Тельвин увидел, что меньший из двух золотых драконов - сама Карендэн.

Самый большой из золотых драконов приземлился первым, спокойно встал в стороне с гордо изогнутой шеей, поглядывая сверху на Повелителя Драконов и стал ждать приземления остальных. Джердар приземлился следующим, за ним Карендэн. Затем они сложили крылья и уселись на задние ноги, выглядя благородно и спокойно. Они прилетели вести переговоры, а не сдаваться.

- Я Мартэн, Первый Спикер Парламента Драконов, - сказал больший золотой, представляясь. - Это моя младшая сестра, Карендэн, жрица. И вы уже знаете Джердара, Спикера Красных Драконов.

Тельвин сделал шаг вперед. Он предпочел бы оставить все переговоры Сэру Джорджу, но знал, что должен начать сам. - Я Тельвин Лисий Глаз, по воле Бессмертных новый Повелитель Драконов. Мои товарищи: Сэр Джордж Кирби, бывший рыцарь Даркина; Сольвейг Бело-Золотая с севера; Коринн, Убийца Медведей, и Маг Перрантин из Даркина. А это эрцгерцог Джерридан Маарстен, глава Хайланда.

- Джердар решил поучаствовать в волнениях среди юных красных драконов и повел их в рейды на ваш народ и на все остальные, - начал Мартэн. - Это целиком лежит на его совести, и кажется разрешилось в споре между вами. Может показаться, что он действовал как представитель Нации Драконов, но это не так.

- Я признаю это, - согласился Тельвин. - Но я просил вас прилететь сюда для того, чтобы обсуждать не прошлое, а будущее, я предлагаю забыть о прошлом, если ты хочешь со мной говорить.

Мартэн склонил свою голову, поднеся ее ближе к Тельвину. - Джердар передал нам твое настойчивое утверждение, что ты пришел не убивать или подчинять драконов, и что ты желаешь дать тожественное обещание мира с нами, если мы в свою очередь торжественно поклянемся соблюдать мир.

- Да, это так. - Тельвин избавился от доспехов Повелителя Драконов и сразу стал казаться не таким грозным. - Мне сказали, что сейчас среди драконов происходят волнения, вызванные неуверенностью в будущем по причинам, которые я не хочу раскрывать перед посторонними. Драконы сами должны выбрать свое будущее, как им и надлежит, но Бессмертные повелели, чтобы они не были завоевателями. Повелитель Драконов вернулся не для того, чтобы убивать или подчинять драконов, но чтобы гарантировать, что они не выберут путь насилия и жестокости.

- Ты очень много знаешь о желаниях Бессмертных, - заметил Мартэн.

- Я не только волшебник и воин, но и жрец, - ответил Тельвин.

Они провели в переговорах весь день, потом продолжили, хотя солнце село и наступила ночь. Слуги из лагеря принесли лампы вместе с едой и напитками. Для драконов приготовили целого лося. В основном переговоры вел Сэр Джордж. Тельвин и эрцгерцог с удовольствием оставили это ему, так как он очевидно был мастером этого искусства. Карендэн и Джердар также в основном молчали. Мартэн был мудр и коварен, тверд как скала и стремился командовать. Тельвин подозревал, что причиной этому - долг перед своим собственным народом, и что этакое поведение типично для любого, даже самого добросердечного дракона. Золотые, несмотря на всю свою мудрость, могли быть так же жестоки, как и остальные.

Несмотря на такие длинные переговоры, условие мира были, в сущности, совсем просты. Драконы клянуться не воевать, пока Повелитель Драконов не воюет против них. Обе стороны выполняют соглашения, но каждая идет своей отдельной дорогой. Война с Повелителем Драконов была самым страшным и ужасным событием за всю историю драконов, и их страх перед ним выходил далеко за пределы здравого смысла. Поэтому драконы потребовали, чтобы Повелитель Драконов держался как можно дальше от их жизней, дел и территории. В то же самое время драконы настаивали на том, чтобы всегда знать, где находится Повелитель Драконов и что он делает. Тельвин осознавал, что драконы так боятся его, что не могут оставить без присмотра.

Мартэн предложил решить проблему довольно простым способом. Тельвин подчинил Джердара и теперь красный дракон что-то вроде его вассала. Если Тельвин не против, Карендэн останется и займет место Джердара, чтобы служить Повелителю Драконов. Это устроило обе стороны, так как она была способна представлять драконов, а также быть неформальным послом, советчиком и наблюдателем, и в тоже время Тельвин имел бы представителя драконов, которому он доверял.

- Тогда, так тому и быть, - заключил Мартэн официальным тоном. Согласно условиям договора ты можешь вступать в бой, подчинять и даже уничтожать любого дракона-хулигана или ренегата, когда он нарушает законы драконов и не находится под защитой данного договора. Но если ты предпримешь несправедливую атаку на любого дракона или родственника драконов, служба Карендэн на этом заканчивается, и она обязана оповестить о проступке золотых драконов. После этого ты обязан выступить перед Парламентом Драконов и объясниться, иначе условия действия этого договора прекращаются.

- Согласен, - сказал Тельвин.

- В соответсвии с условиями договора, мы обязуемся сделать все, что в наших силах, чтобы любой дракон, который будет уличен в атаке на другую нацию или расу, предстанет перед Парламентом. Если дракон будет признан виновным, он будет наказан. Согласно условиям договора мы не отвечаем за действия драконов-ренегатов, не несем ответственности за их преступления, но будем помогать в их поимке. Как Первый Спикер, я использую всю свою силу чтобы утвердить этот договор в Парламенте Драконов.

Тельвин кивнул. - Я удовлетворен.

Мартэн поднялся, готовясь улететь. - Теперь, я должен проконсультироваться со своими товарищами. Завтра утром мы снова встретимся. Завтра же Карендэн вернется и останется с тобой.

Мартэн отправился первым, быстро шагнув в ночь, прежде чем расправил свои крылья и устремился в небо. Карендэн последовала за ним. В последний момент Джердар заколебался и повернулся к Тельвину, опустив свою голову настолько близко, что они могли поговорить, никем не услышанные. Тельвин должен был сдержать себя, чтобы не отпрыгнуть назад.

- Я хочу, чтобы ты знал одну вещь, - сказал Джердар. - Я не участвовал в убийстве твоей матери. Это было сделано без моего одобрения или согласия. И я даже не знаю, кто ответственен за это.

- Я понимаю, - уверил его Тельвин. - Я уже говорил, что хотел бы забыть все, совершенное в прошлом, включая и это.

Он знал, что дракон говорил правду, и оценил тот факт, что дракон до такой степени доверился ему.

На следующий день рано утром Мартэн и Карендэн вернулись на край леса рядом с лагерем, чтобы поговорить с Повелителем Драконов наедине. Тельвину было приятно видеть их вместе, так как он никак не ожидал, что брат и сестра драконы могут быть настолько похожи. Мартэн был сравнительно молод для дракона, особенно настолько авторитетного, хотя и был на пару сотен лет старше сестры. Он был ученый и одновременно могущественный волшебник, очень уважаемый за мудрость, и очень способный третейский судья, с невероятной способностью заставить даже наиболее жестоких и твердоголовых драконов прислушаться к доводам разума. Хотя он и не был жрецом, он обладал их спокойствием, терпением и самоотверженностью.

- Я не боюсь тебя, - сказал ему Мартэн. - Это не тоже самое, как сказать, что я могу победить тебя. Я знаю лучше. Но ты честен и справедлив, и достаточно мудр, несмотря на отсутствие опыта. Ты хочешь защитить то, что считаешь лучшим для всех, а я хочу защитить то, что считаю лучшим для драконов. Я знаю, что ты пришел не уничтожать нас, как это делал первый Повелитель Драконов.

- Я думаю, что первый Повелитель Драконов был создан, чтобы защитить другие расы от агрессии драконов, - сказал Тельвин. - Легенда гласит, что драконы решили воевать, чтобы покорить весь мир.

- Честно говоря, я считаю, что первая Война с Повелителем Драконов была чистой воды недоразумением, - ответил Мартэн. - Люди Блэкмура вообще были очень заносчивы; в этом согласны все историки. Они верили, что мир был бы намного лучше, если бы все нации и все расы объединились в одну большую нацию, и естественно они верили, что этой нацией должна стать их собственная. Драконы же вообще не хотели участвовать в этих планах. Они начали сражаться, и вскоре выяснилось, что они сильнее, чем считали люди Блэкмура.

- Тогда люди Блэкмура, напуганные открытием, что они не могут победить драконов, создали Повелителя Драконов. Когда Повелитель Драконов начал побеждать драконов, те стали сражаться еще смелее и еще отчаяннее, боясь что иначе Повелитель Драконов уничтожит их всех.

- Но ведь Повелитель Драконов не извел всех драконов под корень.

- Нет. В конце концов люди Блэкмура пошли на мир, - сказал Мартэн. Как доказательство своей доброй воли, они дали драконам их величайшее сокровище, Ожерелье Драконов, артефакт огромной магической силы и сказочной красоты. Возможно, недоразумения первой Войны с Повелителем Драконов послужат уроком для нас обоих, и мы будем лучше понимать друг друга.

Он поднял голову, взглянув на мгновение на северные горы и на юных драконов, ждущих там. - Драконы боятся тебя до потери пульса, и, как Первый Спикер, я должен был как-то успокоить их. Вот почему наша торжественная клятва так важна. Я не хочу видеть, как драконы, из страха, решат что они должны напасть на тебя раньше, чем ты нападешь на них. Такое недоразумение может привести только к катастрофе.

- Поверят ли драконе моей торжственной клятве? - спросил Тельвин.

- Они должны, со временем. Слышал ли ты когда-нибудь, что только сумашедший дракон может лгать? Драконы очень доверяют словам. Я принял твою клятву в доверии, и это очень много значит для большинства драконов. Они также узнают, что я согласился разрешить моей собственной сестре остаться на службе тебе, и это тоже свидетельствует об огромном доверии. Ты должен знать, что Карендэн - одна из наиболее уважаемых жриц Великого. Драконы от нее без ума.

- Я не предам твоего доверия, - возразил Тельвин.

- Я знаю, что она была с тобой во время последней части твоего похода, - сказал Мартэн. - Она очень любит тебя. Если бы не политика, у меня было бы искушение назвать тебя своим другом. Бессмертные решили, что ты должен быть Повелителем Драконов, и я одобряю их выбор.

Тельвин замялся, не зная что сказать.

- Для всей расы драконов пришло время больших перемен, - добавил Мартэн. - Я верю, что еще ничего не кончено. Мы снова встретимся, и я могу только надеяться, что это не будет война. Конфликты и недопонимания практически неизбежны, несмотря на вся наши усилия.

С этими последними словами Мартэн расправил свои крылья и взмыл в утреннее небо. Он направился на север, в горы, где драконы ждали его. Тельвин все еще смотрел ему вслед, когда Карендэн наклонила свою голову и потерлась носом о его грудь. Он рефлекторно отпрянул.

- Так вот почему ты хотела, чтобы я напомнил о Джердару его долге мне, - сказал Тельвин. - Так ты смогла получить место у меня на службе.

- Ты - Повелитель Драконов, - сказала она ему. - Тебе нужен дракон, и я подумала, что ты предпочел бы кого-то, кто уже твой друг. А для меня это хороший способ остаться в вашей компании.

- Итак, теперь у меня есть свой собственный дракон, - заметил Тельвин. - Теперь я должен искать работу, чтобы прокормить тебя.

В душе Тельвин знал, что он нуждается в Карендэн. Она могла помочь ему как своим знанием драконов, так и как быстрый способ связи с Парламентом Драконов. К тому же она была жрицей, связанной с Бессмертными, которые выбрали для него такую странную судьбу. В таких вопросах он мог положиться только на нее.

Более того, хотя к нему ее привел долг перед ее Бессмертным, она доказала свою преданность, как друг и компаньон, и не колеблясь пообещала, что всегда будет на его стороне. У Тельвина были товарищи, и они были рядом с ним в течении всего похода, но каждый из них жил своей жизнью. Вскоре они пойдут своими, отдельными от него путями. А в Карендэн он имел друга, чья служба Бессмертным привязала ее к нему навсегда, и он нашел, что это здорово успокаивает.

Конечно Тельвин никогда не забудет своих старых друзей. С такими мыслями в голове он решил найти Сэра Джорджа. Старого рыцаря никогда не было трудно найти. Компаньоны жили все вместе в одной палатке, так как найти другое жилье здесь было не так-то просто. Тельвин никогда не выходил куда бы то ни было, не предупредив Сэра Джорджа, Коринна или Сольвейг, и не попросив понаблюдать за ним, на всякий случай. Как только Тельвин вернулся в лагерь, он обнаружил, что Сэр Джордж ждет его, притаившись на опушке леса.

- Я не спускал с тебя глаз, парень, - сказал он.

- Я в этом не сомневался, - уверил его Тельвин. - Откровенно говоря, так как вы сами родственник драконов, хотел бы я знать, думали ли вы, что дела пойдут таким образом?

- Ты имеешь в виду, будут ли драконы честны с тобой? - спросил Сэр Джордж. - Как Мартэн сказал тебе, только сумашедший дракон умеет лгать. Должен признаться, что я не понимаю, почему Карендэн изо всех сил старается стать твоим другом, но фактически она относится к тебе в точности так, как драконы относятся к своим друзьям. Ты можешь смело сказать, что они не знают меры ни в чем, и особенно это верно для их чувств. Я думаю, что причина, по которой Бессмертные выбрали тебя на роль Повелителя Драконов, в том, что драконы уважают тебя. Ты ухитрился завоевать уважение даже у Джерарда.

- Да, тот редкий жест доверия, который он сделал прошлой ночью, говорит о многом, - согласился Тельвин. - Однако то, что я хотел бы знать, едем ли мы наконец домой или нет?

- Сейчас? - спросил Сэр Джордж. - Нет, я так не думаю. После того, через что мы прошли, хотелось бы увидеть, как дела пойдут дальше. Я знаю, что ни один из нас не пошел в этот поход ради денег, но эрцгерцог кажется в очень благодарственном настроении и мне интересно, насколько далеко зайдет его благодарность.

- О, неужели ? - невинно спросил Тельвин. - А я и не заметил.

- Это и есть еще одна причина, по которой ты должен остаться.

Драконы улетели этим же утром. Мартэн летел впереди улетающей стаи, единственный золотой дракон, больше любого другого, он вел стаю по направлению к горам. Остальные следовали за ним широкой колонной, почти две сотни молодых красных драконов. Они слетали с северных холмов, делали круг над лагерем Хайланда и скользили на своих огромных крыльях на северо-восток, к Последнему Пределу. Зрелище такого количества драконов, пролетающих над головами, было настолько величественно и прекрасно, что все в лагере застыли, с восхищением глядя на них.

Теперь, когда договор был торжественно провозглашен и драконы улетели из Хайланда, армия готовилась к уходу. Эльфы с радостью возвращались в свои леса на юге, Флэмам нужна была помощь в востановлении всего, разрушенного драконами. Эрцгерцог торопился вернуться в Браер, поэтому решил оставить армии капитанам и поскакать на юг только в сопровождении своей личной стражи и, конечно, Повелителя Драконов и его замечательных компаньонов.

Хотя Тельвин никак не ожидал такого завершения своих собственных усилий, он внезапно обнаружил. что по пути в Браер превратился в капитана и помошника эрцгерцога. У него создалось впечатление, что эрцгерцог хотел, чтобы он всегда был под рукой, как гарантия от нападения драконов. Собственная судьба эрцгерцога решительно переменилась за последние несколько недель. Власть волшебников существенно уменьшилась из-за их неспособности сделать хоть что-нибудь с драконами и эрцгерцог сумел получить настоящую власть в королевстве, после того, как герцоги не смогли объединиться даже для защиты Хайланда. Маарстену нужно было вернуться в Браер, чтобы упрочить свою новообретенную власть.

Тельвину дали замечательный дом в Браере, с большим закрытым двором и пристройкой, где могла поместиться Карендэн, брошенный дом иностранного купца, сбежавшего из Хайланда, когда пришли драконы. Как Тельвин и ожидал, Сэр Джордж нашел несколько замечательных причин, по которым они должны были жить вместе.

В целом все произошло слишком быстро, чтобы Тельвин мог легко это переварить. У его не было времени подумать о то, что будет после борьбы с драконами. Он нашел, что немного странно думать о том, что совсем недавно, в конце зимы, он был просто сиротой в далекой деревне Норланда, неуверенный в своем будущем и не слишком любившим этот народ, хотя и чувствовал себя обязанным им за то, что они вырастили его. А теперь он стал волшебником и жрецом, не говоря уже о том, что он стал воином из легенды.

Но пройдя через все это, у него никогда не было времени спросить себя, что он чувствует при этом. Теперь когда у него было время, он понял, судьба бросила ему вызов и он выдержал его, приведя все к благополучному завершению. К тому он сумел никому особенно не навредить по ходу дела.

Когда он обдумал это, он решил, что ему очень понравилось то, что произошло. То, что случилось, произошло неожиданно. Он всегда был неловким, неподходящим, неспособным сделать ничего правильно. Жизнь никогда не давала ему возможность чувствовать себя хорошо. И теперь то, что он ценил больше всего, было уважение, которое ему выказывали друзья и компаньоны.

Тем не менее, он еще не был полностью удовлетворен. Он повстречался с духом своей мамы, но до сих пор не знал, кем она была. Его собственная раса осталась загадкой для него, и только теперь он понял, как сильно он надеялся, что их поход приведет его в настоящий дом. Он был могущественный жрец, принадлежавший к своему собственному ордену, служащий покровителю, который защищал и вел его, но отказывал ему даже в самых элементарных подтверждениях о себе. Так много было того, что он отчаянно желал знать, и он не был уверен, что когда-нибудь узнает это.

В то утро, после того как драконы улетели, Карендэн приготовила сюрприз для Тельвина. Когда он вышел в поле за лагерем, чтобы встретиться с ней, он увидел, что на ней было драконье седло, привязанное к основанию шеи.

- Теперь ты можешь ездить на мне без страха упасть или поцарапаться о чешуйки моего гребня, - объяснила она. - Я могу за пару часов перенести тебя в любое место в Хайланде, и в любую часть этого мира за пару дней.

Тельвин колебался, слишком хорошо помня ужас, охвативший его во время первого полета. Он не столько боялся полета, сколько опасался полностью довериться дракону. Ему было стыдно за свою неспособность полностью подавить этот нерассуждающий страх, особенно когда он увидел, что Карендэн внимательно смотрит на него.

- Никогда не было просто справиться с глубоким страхом, - сказала она ему. -Драконы были величайшей опасностью для тебя всю жизнь. Я понимаю.

- Я не собираюсь разрешать этому инстинктивному страху управлять моей волей и рассудком, - жестко сказал он. - У меня есть сила, чтобы управлять драконами, но я должен научиться управлять собой. Так что летим.

Карендэн наклонилась как можно ниже, давая Тельвину возможность взобраться в седло, используя одно из стремян. Седло находилось на короткой пластинке ее гребня у основания шеи, прямо над крыльями. Широкий чехол из выдубленной кожи полностью закрывал ее броню. Сидение было больше, чем в обычном лошадином седле, и дополнено изогнутыми спинкой и ремнями, которые удержат его даже если Карендэн перевернется.

- Будешь ли ты чувствовать себя безопаснее, если наденешь твои доспехи? - спросила она. Он был одет, как всегда, в рубашку и короткие штаны, босой и без оружия, так что мог мгновенно телепортировать на себя доспехи. Сэр Джордж предупредил его об убийцах, и не обязательно драконах.

- Нет, не думаю, - ответил Тельвин. - Я хочу доказать самому себе, что могу доверять тебе. Я не скроюсь за Повелителем Драконов. Ты никогда не будешь бояться меня.

- На самом деле однажды я испугалась, когда ты в первый раз надел на себя эти доспехи, - сказала она ему, поворачивая голову назад, чтобы посмотреть на него своим гигантским глазом.

Карендэн расправила свои широкие крылья, потом низко присела и бросила себя в небо своими могучими задними ногами. Сильный толчок, и вот она уже летит в утреннем небе.

Ее широкие, длинные крылья усиленно заработали, набирая скорость. Потом, повинуясь игривому импульсу, она сделала полный круг над лагерем. Множество людей Хайланда прекратили свои обычные утренние дела и громкими криками приветствовали их. Потом она повернула, заложила крутой вираж и растаяла в небе.