«Здравствуйте, девушка! Пройдёмте-ка с нами!» — сказали бестыжие оккупанты одной из красивых кукол по имени, скажем, Настенька.

Девушка, как водится, весьма обаятельно испугалась и по гражданской привычке предложила было продемонстрировать им свой паспорт.

«Вы нас, верно, с кем-то путаете, дамочка. — ответили ей. — Мы, видите ли, не менты. Мы — потомки фашистов! Впрочем, продемонстрировать Вам придётся многое». И с этими словами они ввели Настеньку в «кабинет».

Там семеро дюжих солдат обступили девушку и, как по команде, принялись поцокивать языками. Настенька, пытаясь обратить всё в шутку, попыталась блядски хихикнуть и спросила, широко улыбнувшись:

— Ну и что я теперь должна делать? Научите меня, добрые гномы!

— Для начала ты должна медленно и красиво раздеться! — сказал наиболее рыжий фашистский потомок.

— Да-да! — подхватил чуть менее рыжий, и глаза его наполнились похотливою поволокой, — А потом ты ляжешь на этот письменный стол и кончишь вот от этой бутылки! — и он извлёк из-за пазухи двухлитровую «кока-колу».

— Если ты не кончишь — мы тебя расстреляем, красотка! — восторженно взвизгнул каштановый немец с поперечной залысиной.

Настенька тяжело вздохнула и постепенно сделала почти всё, что ей приказали. Проблема возникла лишь с тем, чтобы кончить от пластиковой бутылки. Она уже приготовилась к расстрелу, но тут на помощь ей пришёл самый рыжий. Он вставил ей в анус свой голубой резиновый член и тогда, от всепоглощающей жалости к себе, девушка сначала горько заплакала, а потом и вовсе взорвалась небывалым по силе оргазмом.

Потомки фашистов одновременно с ней выпустили пар себе в ладошки, и встали в очередь за истинным коитусом.

Уже ближе к шести утра немец-брюнет связался по рации со штабом и усталым голосом доложил: «Товарищ Паулюс! Четвёртая рота успешно овладела своей первой женщиной безусловного противника! Докладывал лейтенант Зигфрид!».

В это время добротно отлюбленная во все отверстия Настенька уже крепко спала. Она заснула в ту же секунду, когда из неё вышел последний, трёхсот тридцать третий, немецкий резиновый член.

Сначала ей приснился песок, а потом — первобытная свадьба.