Я только что посетил гостиную, где А смотрит телевизор. «Ну что, „потворил?“» — спросила она. «Да, — ответил я и добавил, — что-то у меня какое-то ощущение двойственности», имея в виду то, что с некоторых пор, после того, как я заканчиваю писать, я минуты три спрашиваю себя: «Зачем ты это всё сейчас сделал? Для чего ты опять понаписал несколько страниц какой-то полной собачины, которая, если уж начистоту, не имеет к тебе ни малейшего отношения? И ведь заставил себя! Зачем? Ведь тебе же не хотелось! Но всё-таки затащил себя за стол, раскрыл тетрадочку и понаписал какой-то хуйни! И зачем? Ведь сам же понимаешь! Да и действительно ли ты думаешь так, как ты пишешь? Ведь нет! Или да? Или нет? Или как же тогда, позволь тебя спросить?!»

«Да, — ответил я и добавил, — у меня какое-то ощущение двойственности». «Ну, хорошо, что не тройственности! — сказала А и добавила, — во всём есть свои плюсы!»

Я опять пошёл на кухню и написал эту главку. Зачем?