Челнок доставил меня и других пассажиров к лайнеру, зависшему на орбите. Красивые проводницы, в изящных голубых комбинезонах, помогали новичкам, впервые попавшим в условия микрогравитации, выплыть из салона и через шлюз перебраться на борт лайнера. Я в помощи не нуждался. Полёты вроде нынешнего мне уже не в диковинку.

На выпученные глаза новичков и на судорожные движения, приводящие к неожиданным последствиям, я посматривал снисходительно.

Компания традиционно поскупилась: экономкласс.

Мой сосед, лысый толстячок, похожий на коммивояжёра, судя по всему, тоже не впервые в космосе. Он ловко занял ложемент, не менее ловко пристегнулся.

Я последовал его примеру.

— Вы по делам? — спросил толстячок, сложив руки на животе.

— Увы, — кивнул я. — Такие планы строил на праздник…

— Понимаю, — улыбнулся толстячок. — В ваши годы и я был — о-го-го!

В ею заявление как-то не очень верилось, но пусть тешит самолюбие.

Крутым мачо я себя не считал. Говорят, я обаятельный, хотя на шефа моё обаяние совсем не действует. У меня и работа — ничего особенного. Детектив, служу в отделе расследований одной крупной страховой компании. Сижу в офисе, перебираю скучные документы.

Сейчас же вынужден лететь в не очень приятную командировку. Толком подготовиться к поездке не успел.

В дальнем космосе пропал корабль. Исчезнувшее судно было застраховано, причём — на огромную сумму. Компания любит регулярно получать страховые взносы. Ну а выплачивать страховку — не любит. Юристы компании роют землю, ищут лазейки для отказа.

Мой шеф был реалистом. Он хорошо понимал — найти оснащённое гиперконтуром судно в пространстве, не имеющем границ, проблематично. И поставил задачу, по его мнению, решаемую — изыскать доказательства в пользу того, что случай этот страховым не является…

Прозвучало сообщение о близком старте. Проводница напомнила всем о необходимости пристегнуться. Лайнер чуть дрогнул. Коррекционные двигатели сориентировали корабль.

Началось плавное, щадящее ускорение.

Включили гравитацию, в треть земной. Давление привязных ремней ослабло, и ложемент стал ощущаться как нечто материальное.

— По рюмочке? — неожиданно предложил сосед.

— Ну что ж… С удовольствием.

— Я Руди Арндт, — несколько опережая события, представился толстячок.

Идя с ним к бару, я подумал, что, может, он и вправду был в мои годы — о-го-го: вон как стреляет карими глазками в сторону девушек.

Все места у стойки были заняты. Мы устроились в углу, за столиком.

Официант принёс заказанную бутылку и две рюмки:

— Что-нибудь ещё?

— Нет, спасибо, — улыбнулся мой сосед — Теперь у нас есть всё необходимое для жизни.

В баре звучала музыка И звенели кубики льда в высоких стаканах. Мы с Руди Арндтом выпивали по-простому, разговаривали. Так что одной рюмочкой не ограничилось. Где-то после третьей или четвёртой я пожаловался новому другу на шефа. И рассказал о своей беде.

— Частный корабль? — заинтересовался Арндт.

— Да, класса «драккар».

— Постойте… Но «драккар» — боевое судно… Я что-то путаю?

— Верно, боевое, разведывательно-ударное… Их выпустили немного… И все уцелевшие «драккары» сняты с вооружения лет сорок назад. Богатые коллекционеры за ними охотятся. Говорят, компоновка удачная. Ходовые качества отличные. У корабля есть стиль… В общем, «драккар» — это винтаж. Иметь «драккар» престижно. Владелец нашего очень состоятельный человек. К слову, бывший военный. Служил на «драккаре». Появилась возможность — купил «драккар». Переоборудовал в яхту и заменил узлы, выработавшие ресурс. Совершил на яхте несколько полётов. Его считают хорошим навигатором.

— Вы не помните имя владельца?

— Помню — Ли Хэш. Название корабля — «Фортуна».

— Боже, какая банальность…

Разговор прервался, когда по радио обловили, что лайнер вышел за пределы эклиптики и что в ближайшие десять минут корабль задействует гиперконтур. Пассажирам настоятельно рекомендовали занять свои места и пристегнуться.

Нам пришлось возвращаться в салон.

— И где исчезла «Форлуна»? — спросил по дороге Арндг.

— В окрестностях Шэги, в зоне шесть.

— Эго Пограничье. Вы бывали в Шэги?

— Пока не доводилось.

— Ничего страшного. У меня там бизнес. Я помогу освоиться.

— Правда?.. Спасибо вам. Гора с плеч.

— Сойти лучше на Эллис, её терраформирование почти завершено… И там легче нанять корабль, если вы надумаете лететь в зону шесть.

* * *

На Эллис в этих широтах было жаркое лето. Но в гостинице работали кондиционеры.

Впрочем, номер оказался во всех отношениях средним. Он роскошью не отличался. Я подключил свой ноут к терминалу. Выяснил, что земного посольства или консульства на Эллис нет, лишь торговое представительство.

Да, сепаратистские настроения в Пограничье всегда были сильны. И поэтому на помощь дипломатов рассчитывать нечего. Перешерстив новостные сайты и сводки Ллойда, я собрал информацию о «Фортуне», об исчезновении корабля. Сведения позволяли видеть картину отчётливо, с подробностями. Всё же — ни одного подающего надежду факта.

Корабль Хэша направлялся в систему Аранк, но туда не прибыл. Станция наблюдения в Шэги зафиксировала энергетический всплеск, характерный для входа космического судна в гипер. Необычны параметры всплеска. И, возможно, гиперконтур на яхте неисправен.

Это послужило основанием для тщательного анализа — к сожалению, пока не приведшего к установлению причин возможной аварии.

В систему Аранк «Фортуна» Хэша не прибыла. Контрольная служба забила тревогу. Начали искать, посылать запросы.

Ни в одном из миров, освоенных людьми, яхта Ли Хэша не появилась.

С той поры уже минула неделя.

У человечества нет кораблей, способных целую неделю провести в гипере. Нормальное пребывание там исчисляется миллисекундами. На таком фоне целая неделя — многовато.

Надеяться на благополучный исход, видимо, не следует.

Я загрустил.

Невыхождение судна из гипера случай как раз страховой. Компании тут не отвертеться.

И чего Хэшу не сиделось на Земле, с такими деньжищами…

От расстройства мне захотелось выпить. Номер встроенным баром оснащён не был. Я пошёл искать утешения за его пределами.

В баре я сел у стойки и, рассматривая своё мрачное лицо в зеркале, сделал заказ. Рыжий бармен смешал коктейль, вставил в бокал соломинку.

Я припал к источнику. Потом отстранился, дабы немного отдышаться.

Тут за моей спиной дробно зацокали острые каблучки. Их стук прозвучал волнующе. А в зеркале я заметил стройную блондинку в открытом платье.

Она тоже взглянула в зеркало. Наши глаза встретились.

Девушка споткнулась на ровном месте, испуганно вскрикнув. И непременно упала бы, но я, мгновенно развернувшись, подхватил её:

— Не ушиблись?

— Немного… — пролепетала она. Щёки девушки порозовели. — Спасибо…

Я подобрал с пола сумочку, вручил ей:

— Посидите со мной? Сегодня прилетел, никого не знаю…

— В благодарность за помощь, — смущённо улыбнулась девушка, оправив волны светлых волос, лежащих на восхитительных плечах.

У неё оказалось чудесное имя — Фрэн. Слово за слово. Улыбки. Взгляды. Первые, деликатные прикосновения— к руке, к плечу, к талии…

Выйдя из лифта, мы направились ко мне. Я весь трепетал, исполненный сладких предчувствий.

Коридорный, сидящий за полированным столом, покосился, но промолчал.

За порогом я нетерпеливо обнял Фрэн. Не глядя, попытался ногой закрыть дверь.

Не получилось.

Сильные руки довольно грубо схватили меня, крепко съездили по затылку. Пока из моих глаз сыпались разноцветные искры — залепили рот скотчем. И всё тем же скотчем надёжно стянули запястья, за спиной. Швырнули к дивану.

Фрэн усадили в кресло.

— Ни звука, — предупредил её детина в свободном костюме. — И не шевелись.

Она растерянно кивнула, прижав к груди сумочку.

В мой номер вторглись двое здоровенных парней. Один был длинноволосый, а второй — стриженый. Я бы, конечно, выразил протест, но с заклеенным ртом это нелегко.

Стриженый приглядывал за мной и Фрэн. Длинноволосый немедленно сел к раскрытому ноутбуку и занялся просмотром файлов.

Видимо, он не нашёл того, что искал, потому что разразился тирадой на местном диалекте. Из его слов я понял лишь пару-другую, все — нецензурные.

— Поговорить надо, — бросил длинноволосый напарнику.

И посмотрел на меня.

Глаза у него цвета льда. Взгляд тот ещё.

Он вдруг оскалил зубы — улыбнулся. Но я не ответил ему тем же. Настроения что-то не было.

— Ничего сказать не хочешь?.. — спросил длинноволосый, когда его ретивый напарник с треском оторвал скотч от моих губ. От боли выступили слёзы. Я проморгался и вежливо произнёс:

— Спасибо, что заглянули.

Стриженый врезал мне.

Кажется, гостей интересовали дополнительные сведения об исчезновении «Фортуны».

Эксклюзивными сведениями я не располагаю. Скоро гости это выяснят. Тогда они меня ухлопают, как пить дать.

Неплохо для начала командировки.

* * *

Есть мнение, в таких ситуациях надо постоянно что-то говорить, не закрывая рта. Отчего же не попробовать:

— Я, кажется, у вас не вызываю тёплые чувства но…

— Тёплые чувства у меня вызывают только деньги! — отрезал длинноволосый. Дал распоряжение своему напарнику: — Обыщи кретина.

Стриженый подошёл к кретину и стал обыскивать.

Длинноволосый обшаривал то, что было в шкафу и в моей дорожной сумке.

В дверь постучали.

Гости переглянулись.

— Ждёшь кого-нибудь? — тихо спросил длинноволосый.

Подумав, я кивнул.

— У тебя назначена встреча?

Я снова кивнул.

— Врёт, — усомнился напарник — Он не привёл бы девчонку.

Стук повторился.

— Некоторые любят развлекаться втроём, — нахмурился длинноволосый.

Он подошёл к двери. Интерфона здесь не было, как не было и дверного глазка. Выяснить, кто пришёл с визитом, можно только одним способом.

— Что вам надо? — поинтересовался длинноволосый глухо, маскируя свой голос. Из-за двери отозвались не менее глухо:

— Вы заказывали обед с шампанским. Для вас сервирован мобильный столик на колёсах.

— Оставьте у порога я не совсем одет. Сам его заберу.

— Как скажете.

Негромкие шага удалились.

Парень хмурился.

Я понимал, о чём он думал. Столик, долго стоящий у дверей, привлечёт внимание. Сюда явится вооружённая охрана. Длинноволосый осторожно приоткрыл дверь, чтобы вкатить столик внутрь. Последовал хлёсткий удар.

Детина рухнул без сознания — как будто груда костей. Стриженый кинулся на помощь и тоже вытянулся на полу.

Вошёл Руди Арндт, лысенький, толстенький, невысокого роста. Видно, он действительно в мои годы был — о-го-го. Видно, он и сейчас вёл полнокровную жизнь.

— Вы слышали о Гвидо Люсе? — обратился ко мне супермен.

Я покрутил головой, отрицательно, разумеется.

Тем временем молчаливая Фрэн ножичком разрезала скотч на моих запястьях.

— Гвидо Люс — теневой хозяин планеты, — сказал Руда, собирая мои вещи в сумку. — Эти верзилы — его люди. С Гвидо встречаться я вам не советую.

— Разрешите представить Фрэн, — спохватился я, потирая освобождённые запястья.

— Очень приятно, Рудольф Арндт. — Толстячок вежливо улыбнулся.

— Как вы узнали, что я в беде?

— Фрэй моя сотрудница. У неё передатчик в сумочке.

— Правда?.. — Я был изумлён.

Щёки девушки вновь порозовели. Наверное, чтобы скрыть от меня смущение. она склонилась над телами громил и забрала у них оружие.

— Все на выход, — скомандовал Арндт.

Я поморгал:

— Куда направимся?

— В космопорт. Там нас ждёт корабль.

На мой взгляд, самое лучшее для меня — ехать в представительство и просить убежища.

— Послушайте, Арндт. — Я старательно выговаривал согласные в фамилии. — Конечно, это всё очень заманчиво, но вряд ли я приму ваше предложение, в связи с тем, что…

— Вас убьют, как только вы покажетесь на крыльце гостиницы. Если не покажетесь — вас убьют в номере.

Хорошая планета— Эллис.

Прочистив горло, я спросил:

— Что бы вы посоветовали?

— На корабле у вас будет шанс.

— А гарантии?

— Моё личное присутствие.

Н-да.

Взяв сумку из рук толстячка-супермена, я пошёл за ним к выходу. Лица парней, лежащих на полу, выражали полную умиротворённость.

Я всё норовил пропустить вперёд девушку.

Мою любезность как будто не замечали. Фрэн держалась сзади. Я решил напомнить:

— Леди — в первую очередь.

— Леди — прикрывает наш отход, — возразил толстячок.

Мы вошли в лифт, но поехали не вниз, а вверх. Затем поднялись на крышу по внутренней лестнице. Фрэн осталась у двери, с оружием в своих нежных ручках.

Над огромным городом, над лесом высотных зданий ярко сияло закатное солнце. В его лучах венчик седых волос, окружавших лысину Арндта, вспыхнул червонным золотом.

Руди вынул из кармана пульт, нажал кнопку-сенсор.

Несколько секунд ожидания — и к нам пожаловал гравилёт, в режиме автопилота.

Распахнулась дверца Я увидел мягкое нутро комфортабельной машины.

— Садитесь. — Арндт сделал приглашающий жест.

Последней села Фрэн.

Я подмигнул ей подбитым глазом. И щёки девушки порозовели.

* * *

Корабль стартовал благополучно.

Я вздохнул с облегчением, расслабился. Арндт тоже повеселел. Усадил меня в кают-компании, достал бутылку, две рюмки. Опрокинули по первой. Обоим хотелось поговорить.

Начал Руди:

— Вряд ли вы слышали— гиперконтур на «драккарах» имел конструктивный дефект.

— Правда?..

Это ценная информация. Гиперконтуры на космических судах обычно работают, как часы — ни сбоев, ни отклонений. Все договоры страхования базируются на таком положении.

Конструктивный дефект…

Юристы на таком основании мигом соорудят мотивированное заключение для отказа в выплате страховки.

Я вернусь триумфатором. И шеф будет доволен моей работой.

Глядишь — замаячит повышение…

— Впрочем, гиперконтуры заменили, — продолжил Руди.

Вот чёрт…

— Заменили на всех? — спросил я с робкой надеждой.

— На всех. Кроме одного.

Я навострил уши:

— Вы имеете в виду — прототип?..

— Верно. Его-то и купил Ли Хэш. «Драккары» первой серии комплектовались специально разработанным гиперконтуром — нестандартной конфигурации. Во время испытаний всё шло нормально. А потом начались странности. И несколько «драккаров», уйдя в гипер, исчезли… Пришлось с этим разбираться. Причиной комиссия посчитала нестандартный гиперконтур. К тому же он вызывал аномально сильное возмущение ординар-пространства… Гиперконтуры поставили другие; надёжные. С той поры «драккары» больше не пропадали. Хэш что-то знал о возможностях гиперконтура, стоявшего на «драккарах» первой серии, он служил на таком. Регулярно приезжал на распродажи и неоднократно получал возможность купить «драккар», но, побывав на судне, осмотрев ходовую часть, всегда от покупки отказывался… Хэш искал «драккар» первой серии, с нестандартным гиперконтуром. И — нашёл.

— Как же на распродажу был выставлен «драккар» с ненадёжным гиперконтуром?

— За всем не уследишь. Вооружение снято и ладно. В общем, решение принимал человек, не располагавший нужной информацией… Поначалу Хэш летал на «драккаре», не выходя в гипер. Затем он совершал недалёкие перемещения… Использовал стандартные маршруты, не включая контур на всю мощность. И пытался откалибровать контур. Ещё, вероятно, уповал па систему возврата, которая появилась на рынке. Она повторяет гиперскачок, но в обратном порядке. — Арндт помолчал. — Говорят, пропавшие «драккары» первой серии достигали иных галактик. Показалось, что Руди шутит:

— Вы серьёзно?..

— Хэш верил.

— Так, может, «Фортуна» цела, просто она — в иной галактике?

— Не исключено. Люс не зря так заинтересовался Хэшем, его «драккаром». Монопольная торговля с другими галактиками!.. А? При хорошей постановке дела это — миллиарды.

— Наверняка.

Я лихорадочно просчитывал оптимальные варианты. Если «Фортуна» цела, то…

Арндт взглянул по-отечески.

— Жаль вас разочаровывать, мой друг, — сказал он. — Но использовать в отчёте сведения о «драккарах» первой серии, вы не можете. Высший уровень секретности.

У меня отвисла челюсть:

— Кто вы, Руди? Служба контрразведки?..

— Вы симпатичны мне. Вы как я, в молодости. Ват поэтому я и расчувствовался, поэтому рассказал вам историю «драккаров», в которую вы были втянуты… Но вам — не положено её знать. Я вынужден стереть в вашей памяти всё, что вы услышали. Боюсь — заодно исчезнет и что-нибудь ещё, но тут ничего не поделаешь, увы, технология пока несовершенна.

Арндт вытащил из кармана чёрный приборчик с широким никелированным раструбом и стал настраивать.

Я был не в силах шевельнутся. Похоже, Руди подсыпал какое-то снадобье в мою рюмку.

— Что-нибудь ещё?.. — переспросил я. — Вы не способны контролировать изъятие липшей информации?..

— К сожалению. Говорю же, технология несовершенна.

— Я рискую потерять свои профессиональные знания?.. Рискую не узнать в лицо шефа?..

— Мой друг, издержки в нашем деле неизбежны. Смиритесь.

Ох!

Мысли закопошились в голове. Должен быть выход, должен.

Пока же надо говорить, непрерывно:

— Втянут был не только я. Ну а двое парней, что остались в моём номере?

— Вы наивны… Парней обработала Фрэн. Даже имя своё не вспомнят.

— А Гвидо Люс? К нему вряд ли подберёшься.

— Да, стереть память Люсу не удастся. В данный момент… — Руди скосил глаз на часы, — его собирают по частям. Несчастный случай — авария гравилёта… Редко сегодня происходит такое, но — происходит, когда необходимо. Я всё подчистил.

— А вы сами, наконец?

— У меня допуск — я на работе.

В кают-компанию тихо вошла Фрэн с подносом:

— Не хотите ли солёных орешков? — предложила она.

— Поставьте на стол и возвращайтесь в рубку, — строго ответил Руди.

Фрэн поставила, с сожалением взглянув мне в глаза.

Помощи от неё ждать было глупо.

Я страшно удивился, когда Фрэн, оказавшись за спиной Руди, вынула из кармана чёрный приборчик и приложила его к розовой лысине босса.

На лице Арндта появилось недоумение. Он сидел, хлопал глазами. Явно лишился куска памяти. А затем и вовсе отключился.

Фрэн едва слышно вздохнула.

— Появление земных «драккаров» в моей галактике восторга не вызвало. Им не позволят вернуться. Устранить потенциальную опасность велели мне. Я файлы уничтожила в главной базе данных, во всех резервных. Людей, знавших о нестандартном гиперконтуре, обработали мы с Арндтом — по заданию.

— Из иной галактики вы оба?..

— Только я… Преуспела в земной контрразведке, в особо секретом отделе. Пользовалась доверием. — Она грустно улыбнулась. — Вы милый, но… Право, так жалко… Я вынуждена.

И милая Фрэн шагнула ко мне, с чёрным приборчиком. Я пальцем не мог шевельнуть.

До чего же скверная история. Шеф меня размажет по полу. А я даже не пойму — за что. ТМ