Вечером позвонил Вовка и рассказал про бедлам на уроках. Сначала донимали Дину Алексеевну. Кондратьева начинала, Тузов и остальные подхватывали. Легонько так, Мочалке уже под семьдесят — не дай Бог перенервничает, удар хватит там. А все потому, что она за последние две недели прожужжала все уши своим единым госэкзаменом.Собственно, она сказала, что уйдет на пенсию только тогда, когда выпустит девятые классы — «А», «Б» и «В». У десятых-одиннадцатых алгебру и геометрию вела завуч. Строгая тетка, с такой не забалуешь. У нее все классы с медалистами.— Шуля пришел ужратый. С бутылкой водки еще, с остатками. Вол тоже выпил, а остальные чисто ха-ха ловили. Ну, Мочала чуть с ума не сошла. Визжала, слюной плевалась. Водовозов все уворачивался на первой парте — от ее руки в меле, от слюней и размахиваний, — смеялся по телефону Вова. Турка валялся на диване, на столе горела лампа. Он слушал и понимал, что в другое время тоже поржал бы. Но сейчас мысли были совсем другими, и он лишь угукал и фыркал в ответ.— И вот, пошли мы потом на общество. Ну, там тоже чисто шумели. Как обычно, орали, бесились. Бумажками кидались. Эти козлы на меня полезли, но до драки не дошло, и стрелку забивать не стали. Тузов что-то шепнул Рамису, и тот быстро отстал. Хотя я уже не обращаю особого внимания на них, и если только что-то серьезное, то бычусь. Правильно, как думаешь?— Правильно, — машинально ответил Турка.— Короче, облили они портфель Муравья водкой. Вол внутрь прямо вылил, чуть ли не полбутылки. Морда красная, как помидор, мать его! Сидит, хихикает.— Как же они портфель у него забрали? Он же всегда с ним таскается.— Да отобрали, лямку с мясом вырвали. Потом Вол поджег его зажигалкой. Нормально? Синий ранец его, обоссаный, окурки еще об него тушили… Полыхнул как, будто бензином облили, я тебе отвечаю! Уж не знаю, из-за водки, или материал такой, горючий. Сейчас китайцы знаешь, из какого дерьма штампуют? У меня тип, ну, друг — купил зарядное за сотку, на радиорынке. И что ты думаешь? Расплавилось! Хорошо, выключить успел, и розетка хотя бы не загорелась. Обои чисто немного потемнели, закоптились...— А с портфелем Муравья чо?— Да ничо. Сбросили с окна. Ну, он как всегда сквозь зубы пробормотал, что убьет всех, тряхнул своими волосиками и сбежал. Его матушка опять походу обкорнала, ну подстригла типа, ты понял.— Осколком стекла? — спросил Турка, и они в унисон захохотали.— Вообще-то жалко его. А что… Мария Владимировна?— Ничего. Тихая. Ну, сиськами трясет, как обычно. Эти-то с ее урока отпросились, приколи. Говорят, можно нам уйти, у нас там тренировка. Какая к чертям тренировка? Она и отпустила всю шайку. Только Шуля и остался, бухой. Храпел на уроке. Короче, веселый день. Хазова еще эта… Как думаешь, получится развести? Она нормальная на самом деле. И симпатичная. Гуляли с ней тогда, щупал везде, под майку залез ладонью, а она без лифана — нормал? Сидит такая на лавочке, будто не при делах. Поцеловать с языком только себя не дала, скромница фигова.Турка хотел было рассказать о сегодняшнем приключении, но промолчал. А вообще-то он и сам до конца не верил в то, что произошло. Как во сне. Как тогда с Ленкой.— Да, так всегда и бывает. Только пропустишь день-два — сразу движуха начинается.— Ты завтра придешь?— А фиг его знает.***Прошло еще некоторое время, и наступил дождливый, пасмурный октябрь. В этом году осень накрыла город своим цепким, влажным одеялом слишком уж рано. Затылок Турки подзажил, мазью пользоваться он перестал и нехотя пошел к врачу за справкой.— О, а я уж думаю — куда вы запропастились! Как там наше сотрясение?— Вроде здоров уже.— Головокружения были? Рвота? Может, просто голова болит? — сыпал вопросами врач.Турка потихоньку выложил ему, как и что. Врач хмурился, веселье с него слетело. Вышел зачем-то из кабинета, вернулся:— Вам бы магнитно-резонансную томографию сделать. Шуточное ли дело! Конечно, о внутреннем кровоизлиянии речь не идет, но для профилактики… Сейчас всякое бывает. Вот пришел человек с болями, и что думаете, нашли у него? Опухоль, почти с грецкий орех! В мозгу. Ладно-ладно, вам-то такое не грозит. Делаем томографию-то?— А дорого? — спросил Турка.— Две тысячи. Плюс-минус. Что, много? Но ведь это здоровье! — всплеснул руками врач.— Я подумаю, у родителей спрошу. Вы напишите, куда идти…Врач еще долго распространялся на тему того, насколько опасными могут оказаться последствия, и что даже МРТ не всегда выявляет, есть ли патология, повреждены ли сосуды.— У трех процентов из тех, кто переносит сотрясение на ногах, развивается хроника. Что это значит? Эпилепсия, например. Хотите такую радость?Как-то в школе у одного типа был припадок эпилепсии. Физкультура, два класса. И вот бегали все, прыгали, а он упал и забился в конвульсиях, а изо рта побежали клочки пены. В начальной школе еще было дело.— Да ну. Эпилепсия?— Да. Посему я от всей души советую вам сделать томографию. Кроме того, хотите неплохие витамины, а? Любой невропатолог вам скажет, что это только в плюс! Сейчас эта фирма потихоньку набирает обороты, пока еще препараты не такие уж дорогие. Но организм держат в тонусе. Я сам принимаю.Тут врач нагнулся, выдвинул ящик стола. Потряс в воздухе колбочку — пластиковую, с зелеными надписями и веточками какого-то растения, похожего на шиповник. Внутри — капсулки с порошком.— Всего триста восемьдесят рублей. Со скидкой отдаю, у меня купон есть. Ну, как? — он поставил баночку на стол и резво кивнул Турке. Тот нехотя улыбнулся, а доктор затеребил бороду.