Справедливости ради должен заметить, что не все коммунисты отказались пожурить неандертальца. Один отщепенец все-таки нашелся. Им оказался Геннадий Селезнев. Спикер, извините. Геннадий Николаевич отдал свой голос, чтобы пожурить…Но тут как раз выяснилась любопытная подробность. Из воспоминаний еще одного неандертальца и тоже – генерал-депутата, Александра Коржакова, стало известно, что Селезнев обращался с запросом к президенту: почему это у него, у Ельцина, такое «проеврейское» правительство?

Остается выяснить, когда Геннадий Николаевич был искренним, а когда – .лицо сохранял.

И ради все той же справедливости не могу не сказать, что некоторые генералы (и даже – депутаты) высказывались по данному вопросу вполне адекватно. Вслед за мэром Москвы генерал Николаев определился в том смысле, что его коллегу по парламенту надлежит судить.

Да за что же судить-то? Неандерталец, он же не понимает, что он – неандерталец. Он искренне полагает себя борцом за пролетарский интернационализм.

И потом, мандат у него ж был, у неандертальца. На неприкасаемость, извините, личности. В соответствующей жиже уже и плакат появился: «Руки прочь от Макашова!». Да кто ж это трогать-то станет? Разве что по приговору суда.

Вот и у прокуратуры, по-моему, тогда такая же брезгливость обнаружилась. Поначалу-то Генеральный прокурор будто бы себя даже Генеральным прокурором возомнил: поручил вроде бы Московской городской прокуратуре заняться сим инцидентом, в коем были упомянуты жиды и прочая сионистская нечисть. Разобраться следовало в десятидневный срок. Но Московская прокуратура приказы начальства проигнорировала. Прошел, правда, слушок, будто столичные прокуроры отфутболили это дело в ФСБ – на тот предмет, не содержатся ли в речах вышеупомянутого неандертальца призывы к насильственному свержению конституционного строя. Хотя, если подумать, при чем тут ФСБ? Прокуроры и должны были все выяснить, на то они и стражи Закона. Но им – некогда: Московская прокуратура в то время с «МК» судилась. Вполне цивилизованно. За то, что в заявлении на имя всё того же Генерального прокурора я осмелился упрекнуть столичную прокуратуру в покровительстве отечественным нацистам. Тут не до отдельно взятого генерала.

Вернемся, однако, к коммунистам. Они и всегда-то нервными были, а тут совсем разнервничались. Большой ценитель «Лебединого озера», всегда такой милый и обаятельный, тов. Лукьянов, например, на телеоператора набросился. Волосы дыбом, глаза горят, руки ходуном ходят. Жуткая картина.

А все почему? Потому что порядочные СМИ не вытягивались в струнку перед партией победившего пролетариата, а попытались объяснить избирателям: ежели коммунист – неандерталец, то это надолго. И что КПРФ в целом – ничуть не лучше отдельных своих членов.

Коммунисты попытались обрести «консенсус». Тем более, что к тов. Зюганову на прием посол Израиля пожаловал. Небось, попенял. Мол, что ж это вы, а? Мы же с вами, можно сказать, начиная с Маркса и кончая Лазарем Моисеевичем… Словом, сильно Геннадия Андреевича скомпрометировал: как генсек в глаза потом смотрел своему единомышленнику-генералу, до сих пор не понимаю.

После такого нежелательного контакта тов. Зюганов с журналистами беседовал крайне неохотно. Но не краснел. Мы, говорил, уже сто раз поясняли относительно генеральской несдержанности. Между тем окружение Геннадия Андреевича по горячим следам высказывалось совсем иначе: «Не дадим, – заявляло окружение, – в обиду нашего товарища». Зюганов тогда, правда, промолчал. Но молчание – сами знаете, знак чего.

А вообще-то положение у генсека было непростое. Единства не то что в партии – даже во фракции не наблюдалось. Но это коммунисты тщательно скрывали. Как мне удалось тогда выяснить, думская фракция КПРФ разделилась минимум на три группы. Самая малочисленная – сторонники Геннадия Селезнева. По всей видимости, это те, кто надеялся узреть спикера в кресле президента. Но это, как говаривал незабвенный товарищ Сухов, вряд ли.

Другая группа, самая многочисленная, – у Зюганова. Она-то, надо полагать, и держала генсека в заложниках. Ну, вы знаете, об этом только и говорили: дескать, сам-то Геннадий Андреевич – замечательный человек, почти либерал, на худой конец – социал-демократ. Это окружение у него было такое плохое, а Зюганов у этого окружения в заложниках содержался. Мучался страшно…

По– моему, так бред. Ничего этого не было. Была и есть партноменклатура, которая любыми средствами пытается вернуть себе власть. Ради этой цели все средства хороши, в том числе – легенда о «заложнике» Зюганове.

И, наконец, еще одна группа, которая объединяла более трети думской фракции КПРФ. Лидерствовал в ней «гроза президентов» Виктор Илюхин – человек, явно одержимый идеей кого-нибудь обязательно посадить. Зуд у него такой. В этой-то группе пещерных радикалов и состоял вышеупомянутый бравый генерал. В час «X», когда генерала наконец-то прорвало, над его плечом монументально возвысился глава думского Комитета по безопасности Виктор Илюхин. По-видимому, о безопасности все тех же «жидов» пекся.

Кстати, Зюганова тогда на трибуне не было. Он тогда в массы ходил. А проще говоря, похитрее оказался. Зато после всего Геннадий Андреевич на голубом глазу утверждал: дескать, мнение одного члена вовсе не обязательно отражает мнение всей партии.

Еще как отражает.

Обязательно.

* * *

Спустя год после того как бравый генерал-коммунист Макашов выступил на Сенатской… извините, на Смоленской площади и приказал всем жидам долго жить, шум вокруг этого малозначительного события все еще не утихал. Генерала все еще склоняли – и так, и сяк, и еще по-разному. А тому хоть бы что: растер и забыл. По-моему, так его превосходительство даже довольны остались: рейтинг (прошу прощения) поднялся по самое никуда.

Однако некоторые наши товарищи из спецслужб попытались общественное мнение унять. УФСБ по г. Москве решило провести научную экспертизу: действительно ли генерал позволил себе «публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя РФ» (ст. 280 УК) или даже «возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды» (ст. 282 УК)? Общественное мнение – от такого к себе внимания – совсем забурлило. А потом булькнуло пару раз и заглохло: не до того ему, мнению, и без этого забот хватало.

Экспертиза между тем состоялась. Комиссия в составе двух весьма уважаемых ученых из Института русского языка Российской академии наук, составила заключение на 17 страницах. Конечно, отрицательный результат – он тоже важный, поэтому 30 тысяч рублей, затраченных на экспертизу, в любом случае было бы не жалко. Но самое интересное, что результат таки оказался положительный. Как реакция Перке. Или там Манту.

В своем заключении эксперты написали:

«Макашов вполне осознает оскорбительную сущность своих высказываний, содержащих слово „жид“. Словари указывают на то, что слово „жид“ стилистически окрашено, то есть не относится к лексике нейтральной. Слово „жид“ в значении „еврей“ – грубое, бранное и презрительное. Таким образом, слово „жид“ несомненно унижает национальное достоинство евреев, так же как унижает национальное достоинство кавказских народов словосочетание „лица кавказской национальности“ или слово „нацмен“ по отношению к малым народам России. В наши дни нейтральное значение слова „жид“ окончательно утрачено, а бранное употребление приобрело агрессивную окраску под влиянием социально-политических факторов, способствующих распространению антисемитизма в СССР. В высказываниях Макашова есть угрозы в отношении лиц еврейской национальности.

В высказывании Макашова («Армия и флот, ты вспомни, что у тебя есть ружье!») содержится призыв к армии и флоту использовать оружие для противодействия нынешней власти».

Стало быть, согласно экспертизе, всё имелось: и «возбуждение вражды», и даже «призывы к насильственному изменению». И что же УФСБ?

Поначалу-то оно, УФСБ, даже уголовное дело против Макашова завело, № 693. Однако, несмотря на заключение экспертов, наши славные чекисты преподнесли генералу подарок: дело было прекращено «за отсутствием состава преступления».

Эстафету подхватила Московская прокуратура. Оперативно подхватила. Потому как на страже закона стоит. Кому же, как не ей?

Короче говоря, приняли московские прокуроры дело № 693 к своему производству. СМИ сообщили об этом замечательном факте вполне благожелательно и даже восторженно. После чего наступила тишина.

Нет, я понимаю: тайна следствия. Понимаю: щекотливость ситуации, генеральские лампасы, депутатская неприкосновенность. И вообще: непонятно, как оно там в дальнейшем всё обернется. В смысле неустойчивости политического климата.

Словом, завеса тайны, всегда окутывающая деятельность Московской прокуратуры, на тогда была особенно плотной. Однако нашелся все-таки один нетерпеливый гражданин. Председатель Союза евреев-инвалидов и ветеранов Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза Моисей Марьяновский (легендарный танкист, прошедший всю войну) направил письмо прокурору Москвы;

«Продолжается гнусная антисемитская пропаганда небезызвестного генерала Макашова, уголовное дело в отношении которого прокуратурой Москвы до сих пор не завершено. Результаты попустительства фашиствующим антисемитам со стороны прокуратуры Москвы налицо: в здании Московской хоральной синагоги совершен очередной террористический акт. Преступник, схваченный на месте преступления, заявил, что „хотел привлечь внимание к проблеме геноцида евреями русских“, повторив тем самым гнусные измышления, распространяемые Макашовым.

Прошу Вас сообщить мне, намерена ли прокуратура Москвы завершить, наконец, следствие по делу Макашова предъявлением ему обвинительного заключения и направлением в суд».

Прокурор Москвы – персона важная. Кто такой для него какой-то там фронтовик? Ну, пусть даже не просто фронтовик, а Герой Советского Союза? Так, мелкая сошка. К тому же еще и еврей. Поэтому прокурор Москвы Марьяновскому не ответил. Не снизошел. Ответ поступил от прокурора Отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности и межнациональных отношениях:

«Уголовное дело, возбужденное в отношении А. Макашова, расследовано в полном объеме, по делу вынесено постановление о его прекращении».

Дело– то, оказывается, давно было прекращено. Судя по всему, в этом и заключалась главная тайна проводившегося следствия.

Остается только извиниться перед генералом. Невинный он.

И чтобы мэр Москвы, несправедливо и публично обозвавший генерала «неандертальцем», тоже извинился. И тоже публично.

И поздравить: бравый антисемит – нумер второй в избирательном списке «Движение в поддержку армии». Каковое сам же Макашов предложил переименовать в «Движение против жидов».

* * *

«Есть в идиоте дух отваги, Присущий именно ему, Способна глупость на зигзаги, Непостижимые уму».

Вслед за СМИ на заявление Макашова откликнулись деятели отечественной культуры. Из их отклика следовало, что генерал проявил «невоспитанность». До того, значит, был вполне благовоспитанный товарищ. А тут – на тебе! Проговорился, что ли? Хотя и раньше. было известно: что у Зюганова на уме, то у Макашова на языке…

Лево-коричневое думское большинство обидеть генерала не разрешило. Не то, чтобы неприкосновенности его лишить, или еще чего. Даже порицания не записали. Да и за что порицать? Третья Дума по большей части вся была такая (Иосифа Кобзона, Станислава Говорухина и фракцию «Яблоко» прошу не обижаться). Один из депутатов-коммунистов вообще заявлял, что, поскольку, дескать, в Сибири якобы «очень сильные антисемитские настроения, это событие, развертывающееся вокруг высказываний генерала Макашова, они подливают бензин вот в те головешки костра, который давно уже разгорается». Кто подливает? Куда? Какие такие «они»? А слово «развертывающееся» народный избранник и вовсе выговорить не смог, сократил сильно.

Что же до депутатской логики, то она радовала воображение. Навзничь. Согласно ей, логике депутатской, об антисемитах говорить не следовало, чтобы антисемитизм не прогрессировал. Стало быть, если болезнь не называть, она пройдет сама собой.

После столь мощной поддержки генерал ходил гоголем. Интервью и автографы раздавал направо и налево. Мои коллеги из ТВ-6 на программу его пригласили. Героем, так сказать. И Макашов, ясное дело, развернулся.

«Что же там, было ли упоминание хоть про одного еврея (цитирую дословно, так что на стиль, если его можно таковым назвать, внимания не обращайте: стиль генеральский. – М.Д.) пофамильно или… было сказано слово «жид». «Жид» – это, ну, по-моему, вы все со мной сейчас согласитесь, это не национальность, это профессия ростовщика, банкира, кровопийцы, жулики. Ну так принято, вот такое слово у нас. Ну хотите, будем глубже копать».

Куда же глубже. Глубже некуда. В словаре русского языка, между прочим, говорится: «Жид – презрительное, бранное название еврея».

Впрочем, словари – это не для Макашова. У него свой словарный запас. Из подворотни.

«Так на митинге речь шла о литературоведческих понятиях или все-таки о конкретных людях?» – спросила ведущая.

«Шел о тех, которые сегодня сосут кровь из народа России. Фамилии? Возьмите список те которые правительств с 92-го года и по сегодняшний день. Они все кровопийцы.

Депутат, он всегда выражает то, что говорят его избиратели. Если он будет говорить другого, его не поймут. Послушайте, что говорят в курилках… Не перебивать, сейчас я говорю!… Вот Горбачев пишется русский, а для меня он жид, потому что он разорил страну, он начал ее разорять перестройкой и сегодняшними реформами. И те, которые сегодня… ну они ж засветились, которые подписали обращение осудить меня. Они ж сознались в этом (в том, что жиды. – М.Д.)

Слово «еврей» Макашов ни разу не произнес. Это вы сами вот его сейчас произнесли. Вы проводите аналогию с жидами и евреями. Не будьте тогда жидами, вас никто не будет обзывать».

Во время этой весьма откровенной беседы выяснилось, что перебираться в другую партию – националистическую или национал-социалистическую – генерал не собирается. Коммунисты-интернационалисты его вполне устраивают:

«Коммунистическая партия, она наиболее связана со всем народом. И мы действительно интернационалисты. Для нас что татарин, что чуваш, что мордвин – мы все равны. И тот же еврей, который стоит у кульмана. Мы все равны. И когда кто-то начинает выпендриватъся, мы можем поставить его в общий строй».

«Поставить в общий строй» – это да. И – шаг вправо, шаг влево… Между тем слово «антисемит» генералу Макашову, оказывается, не нравится:

«Оно не правильно, не научно. Евреи – это одно из племен огромного арабского народа. Я не могу быть антисемитом, потому что я член арабо-российской дружбы. Не я же этот вопрос начал говорить. Я сказал о плохих людях. Не каждый еврей – жид, и вы это знаете.

И это не я первый начал. Об этом говорят в бане, в курилке, на заводе, везде. На базарах. Вы ходите на базар? Послушайте, что там говорят».

Оно конечно: ежели генерал – «член арабо-российской дружбы», то антисемитом он быть никак не может. И уж насчет того, что евреи – одно из племен арабского народа, – за одно это открытие генералу Макашову Нобелевская премия полагается. Мира.

Не исключаю, что сравнение с нацистом может генерала покоробить. Ну да что поделаешь. Хотя, с другой стороны, отличие имеется. У немцев «орднунг» был. Порядок. Еврей у них – этот тот, который полностью или наполовину. В крайнем случае – на четверть. А в ком осьмушка, тот уже, можно сказать, полноценный ариец.

А теперь представьте себе, что к власти пришел тов. Макашов с соратниками по КПРФ. Еврейский вопрос будет решен окончательно и быстро, поскольку евреев в России осталось меньше 700 тысяч. Потом соратники возьмутся за циркули и родословные и вычислят «жидовствующих» до десятого колена. Но и их хватит ненадолго. А потом что? Правильно: возьмутся за всех прочих. И не в последнюю очередь, как показывает недавний печальный опыт, за русских. При этом жидов окажется ровно столько, сколько нужно будет Макашову со товарищи. Потому как «жид» для них – термин временный и не стойкий. У них под это определение попадает всякий, кто с ними не согласен. Собственно, генерал это и сам признал:

«Плохой человек любой национальности, его зовут жидом. И татарина, и везде у нас в России так было и так будет».

Крепко завернул. Я ж говорю – стилист. А кто у нас «плохой», определят коммунисты. Не сомневайтесь – никому не доверят.

И не надейтесь: Альберт Макашов – вовсе не уникум. Вслед за ним еще один генерал-депутат решил по национальному вопросу высказаться. Бывший главный охранник государева тела Александр Коржаков. Вот фрагмент из его новых «разоблачений»:

«Речь зашла о Наине Иосифовне. Ельцин всем говорит, что – она русская. Хотя уже само имя сомнительно: в русской семье, где знают „Руслана и Людмилу“ Пушкина, никогда таким именем девочку не назовут, ибо Наина там – гений зла, колдунья, ведьма, подлая бабенка, главная сионистка, так сказать. Я сначала не мог понять Таню (Дьяченко. – М.Д.): как она часами могла выслушивать того же Бориса Абрамовича. Меня от его запаха только выворачивает наизнанку, а она его часами слушать готова. Увы, материнские гены. Родное окружение».

Никак не пойму: какое ж это место генерал Коржаков у Березовского нюхал?

А уж знаток Пушкина!… «Главная сионистка» – на такое у великого поэта фантазии бы не хватило.

И ведь никто, как в случае с Макашовым, в барабаны не бил. Хотя дух кирзы в Охотном ряду совсем плотный стал. Липкий. Коржаков – он ведь тоже генерал.

Впрочем, оба они генералы. И депутаты.

Но в первую очередь, понятное дело, – настоящие коммунисты.

«Большевизм – это не политика, это заболевание».

У. Черчилль

Пора перейти на коммунистические личности.

«Боже, ЦК храни!» – сказал умница и прекрасный режиссер Андрей Кончаловский. И вовсе не к очередной годовщине «Великой Октябрьской». Просто так вышло, что – в канун.

Любопытно, что практически одновременно младший брат Андрея, Никита Михалков, говоря о набивших оскомину «требованиях левой оппозиции», назвал коммунистическую психологию «рабской».

Вообще-то они всегда очень разные – братья Михалковы. А тут как-то в унисон выступили. Наверное, обоих допекли наши зияющие высоты, куда целиком рухнул пик коммунизма. Вместе с призраком.

Рухнуть-то рухнул. Но медным тазом еще не накрылся. Бодрится. Особенно в ежегодном преддверии «красного дня календаря».

В последнее время мы к 7 ноября обычно теорией занимаемся. Дескать, коммунизм такой, коммунизм сякой, и посему ничего хорошего ждать от него не приходится. При этом мы почему-то забываем, что у этого такого и сякого имеются вполне конкретные фамилии. И не какие-то исторические, которые понемногу забываться стали (и слава богу!), а вполне современные.