Я вцепилась в льняную рубашку декана и не могла сделать и шага. Было ли мне страшно? Очень даже! Первый переход, а по близости нет папы и Лилы.

— Не бойся, с тобой ничего не произойдёт, — в который раз произнёс Рамиль.

— Не думал, что ты такая трусишка, — небрежно бросил Нельсон. — Ладно, Рамиль. Я пройду первым и буду ждать на той стороне, а ты берёшь её, — в меня ткнули пальцем, — и бросаешь в портал. Там я её и поймаю, и в чувства, если что, приведу.

— Не боишься, что Бенджамин тебе голову открутит за такое обращение с ней? — Усмехнулся декан.

— Ну не я же её буду бросать, — развёл руками мужчина.

— Э, не! В таком случае, раз ты предложил, то ты и бросай. А я на той стороне подожду.

— Поздно друг, — Нельсон махнул рукой и первый прошёл через светящуюся воронку.

— Вот гад! — Сплюнул декан и подхватил моё тельце на руки. — Не бойся, Кассандра, Ноэль позаботиться о тебе на той стороне. И не пугайся! Первый переход всегда страшный и тяжёлый. Со временем ты привыкнешь, — мне одобряюще улыбнулись и без предупреждения бросили.

И почему мой первый переход должен быть именно таким?! Всё тело скрутило. В глаза то бил ослепляющий свет, то всё разом меркло. Мышцы сводило судорогами, а в голове, будто всё тщательно перемешали. А ведь мне обещали сначала, что за ручку проведут!

Ближе к выходу стало легче, а в конце, меня будто вселенная пожевала и выплюнула в чьи-то руки. Голова кружилась, ноги ватные, тело трясёт. Надеюсь, что больше мне не предстоит испытывать такой букет не самых приятных чувств. И главное, длилось, может секунды две, а ощущений как за всю жизнь в пытках.

— Поздравляю с первым переходом, — радостно сообщили мне на ухо и подхватили.

От потери поверхности под ногами, голова закружилась ещё сильнее. Я даже не могла рискнуть и открыть глаза, что бы удостовериться, что все мои части тела вернулись со мной. Но голос я узнала. Он принадлежал тому, кто решил бросить меня, в этот чёртов портал!

— Я умираю, — протянула я, укладывая голову на предплечье мужчины.

— Твой отец некромант, — усмехнулся Нельсон. — Успеет прийти за минут пять-десять, считай, что спасли.

— А я не думала, что вы такой шутник, — я выдавила улыбку в ответ. Правда, я точно не знала, улыбается ли он или нет, но почему-то была уверена, что да.

Стихийник куда-то сел, усадив меня на коленки, приложил руку ко лбу и… мне полегчало. Головокружение начало отступать, а тело не казалось таким вялым и беспомощным. Почти сразу я открыла глаза, не боясь, что не переживу яркого света или очередной порции тошного головокружения.

— Лучше? — Спросил Снежный принц, заглядывая в моё лицо.

— Лучше, — я тихо кивнула.

— А у тебя не маленький такой домик, — меня прижали сильнее к телу и посмотрели поверх головы.

Я не стала изворачиваться. И так узнала свой сад, а поместье, за спиной, действительно было не маленьким. Правда, всё в тёмных тонах, как и положено некромантам. «Минимум веселья, максимум сосредоточенности!», — так всегда говорил мой отец. Но вопреки этому, моя комната как бельмо на глазу. Светлая, с горой мягких игрушек и подушек. А поместье… три этажа, большие комнаты, библиотека, приёмный зал, обеденный, огромная кухня… Мои предки любили жить в роскоши, а вот родители не так уж сильно. Им постоянно не нравилось бесконечное число ступенек или коридоров, не понимали, к чему столько гостевых комнат, приёмочный зал, где предки устраивали настоящие гулянья. И если бы не прислуга, тут всё наверняка заросло в пыли. А какие сады вокруг поместья! Не зря выбрали этот дом, по ближе к лесу и природе. Он как граница! С одной стороны шумный город, а с другой дремучий лес. Вот только, я ни разу не ходила, что с одной стороны, что с другой. Моя жизнь одна сплошная граница и построила её я сама.

Портал хлопнул, вытянув меня из глубин воспоминаний.

После того, как вышел Рамиль, портал закрылся и вот теперь стало немного не комфортно. И не потому, что оба профессора пялиться на мой дом, а потому, что один из них держит меня на коленях, как маленького ребёнка при мужчине, который мне нравиться. Что он обо мне подумает?!

— Ну как себя чувствуешь, лучше? — К нам на лавочку присел декан.

Боги, а я даже не знала, что в саду есть лавочки! И это только перед домом, а что творится на заднем дворе?

— Вроде жива, — устало протянула я. Действительно резко потянуло в сон.

— Интересно, что всё-таки задумал наш старикан? — Вяло улыбнулся декан, взяв меня за руку. И стало так хорошо! Прямо легче! Он здесь, он держит меня за руку. И пусть я на руках у другого мужчины.

— Обычно он не устраивал что-то глобальное, — ответил Нельсон и поднялся прямо со мной на руках, а затем аккуратно опустил. — Идём, а то ещё влетит за то, что с его младшей дочуркой где-то бродим.

— Не возражаю!

По лицам мужчин я поняла, что их не так интересует отец, как попасть в поместье и всё там изучить.

Пока шли по каменной кладки, Нельсон придерживал меня за локоть, хотя, хотелось, чтобы это был Рамиль. Так ему ещё вновь кто-то позвонил по этой чёртовой серьга. Я уже ненавижу это приспособление для связи! Лучше бы его не изобретали!

— Ты сейчас дыру в нём прожжёшь, — шепнул мне на ухо профессор. — Рядом с тобой идёт вполне привлекательный мужчина, а ты всё на других заглядываешься.

— Очень смешно, — я иронически посмеялась. — Я всё никак не могу понять, как он ко мне относиться?

— Терпит, — выдал мужчина и усмехнулся.

Уверена, если бы Рамиль был рядом, то он бы вновь превратился в сосульку. Даже приятно от факта, что со мной он может вести себя нормально.

Мы так и не успели дойти до входа. Дверь резко открылась и к нам на встречу вышла мама. Вопреки всему, на её лице играла улыбка, а глаза сияли радостью.

— Касенька! — Мама крепко обняла меня. Она была одета по-домашнему: штаны, рубаха, мягкие тапочки и всё чёрное, как и всегда. От запаха родного человек стало как никогда хорошо на душе.

— Мама, — сдержанно кивнула я, приветствуя женщину.

Почему-то рядом с семьёй, во мне пробуждается девочка, которая всю жизнь провела взаперти. А в академии на её место приходила другая, любознательная моя сторона. Рядом с Рамилем, приходила влюблённая дурочка, а рядом с Нельсоном… жизнерадостная и весёлая. Неужели и у преподавателя точно также?

— А это кто с тобой? — Мама уже улыбалась более-менее сдержанно.

— Ой! Прости, — действительно стало неловко, что профессора до сих пор не представлены. — Мама, это мой преподаватель Нельсон Ноэль, — я аккуратно положила ладонь на предплечье мужчины. — Профессор, а это моя мама, Салин Франко. Она держит лавку артефактов в городе.

— Очень рад нашему знакомству, — холодно ответил мужчина. Так холодно, что улыбка мамы сползла с лица.

— Взаимно, — уже дрожащим голосом ответила она.

— А вон тот вечно занятой человек, — я взяла матушку за локоток и придвинула ближе, указывая на декана, стоящим к нам спиной и до сих пои о чем-то разговаривающем, — мой декан — Солонд Рамиль.

Когда говорила «Мой декан», улыбка чуть не скользнула на губах. Уж очень мило это звучало.

— А по какому поводу отец собрал профессоров? — Шепнула женщине.

— Он собирает не только все преподавателей академии, ещё и родственников и приближённых друзей, — ответила мама, а меня чуть удар не хватило. Сколько же будет гостей! — Он собирается незаметно для всех втянуть тебя в общество.

— Что?! — Выкрикнула я, растеряв всю свою сдержанность. Даже декан изумлённо обернулся к нам, прекращая разговор с кем-то. — Нет-нет! Я не подписывалась на это.

— Так будет лучше для тебя самой, — Салин нахмурилась. — Ты же совсем не хочешь ни с кем общаться. Ты хоть в академии познакомилась хоть с кем-нибудь?

— Угу… — Я покосилась на профессора, который, не обращая внимания на нас, рассматривал фасада поместья. — Двоих уверенно могу назвать друзьями.

— И кто это? — Женщина скрестила руки на груди. Не верила мне.

— Мальчик с моего потока. Он тоже обладает всеми стихиями, и он, — я аккуратно ткнула пальцем в сторону Нельсона, что бы объект обсуждения не заметил.

— Ужас, — выдохнула мама. — Ладно, веди своего… приятеля, — на последнем слове Салин неодобрительно поджала губы. — В гостевые веди. И попроси служанку приготовить чай из лепестков с мёртвого дерева и ядом хапуса.

— А это не слишком? — Я насторожилась. Конечно, такой страшный отвар я просить подорвать не собиралась никак. Это он только для избранников смерти вкусный.

— Самое то! — Возразила она и кивнула на декана. — А я пока декана твоего подожду. Разговор видно важный.

— Не то слово, — поддержала в ответ. — В академии проблемы.

Оставив маму, я направилась к Нельсону, чтобы подхватить его под локоть и увести к входу.

— Так… что запланировал твой отец? — Уже на крыльце, спросил он.

— Отец пригласил всех профессоров, родную и друзей, чтобы раскрыть моё существование всем на свете, — небрежно бросила я. — Было бы лучше, если сбежала из дома в академию стихий, как и хотела. И фамилию сменила.

— И чем же? — Нельсон прошёлся вдоль коридора, осматривая поместье изнутри. А здесь было на что посмотреть.

Высокие потолки, картины, древние вазы, статуэтки… много чего.

— Солмонская академия имеет склонности военного училища, а академия магии в Монтеро учит пользоваться силой и применять её в быту, строительстве, красоте и здоровье, — я горько вздохнула.

— С четырьмя стихиями ты хочешь заниматься бытом и красотой? — Скривился стихийник. — Четыре стихии — это сила и власть.

— Она мне не нужна, — я двинулась в сторону гостевой. — И сила мне это не нужна. А этот гадкий приём подавно не нужен!

— И чего ты боишься? — Профессор поравнялся со мной.

Мы шли рядом и молчали. Я не знала, что ответить. Наверное, пауза слишком затянулась, а профессор ждал вразумительный ответ, поэтому и остановился у большого окна, закрывая мне дорогу.

— Это всё из-за семьи? — Хмуро спросил он, сложив руки на груди. — И что, что они некроманты? Ты должна понимать, что уникальна. Ты должна принять свой дар! Иначе никогда не сможешь подчинить его и слить все стихии.

— Но!.. — Сделала попытку возразить, но на мои губы легла ладонь профессора.

— Я часто видел, что в поколеньях только стихийников рождались другие расы. Это обыденность.

Ладонь убрали, давая мне шанс выговориться. А я… снова задумалась. Нельсон в чем-то прав. Если я не приму свою силу, то она не подчиниться мне.

— Вы правы, — я понуро опустила голову. — Правда, я не знаю, что делать или что говорить. А если я никому не понравлюсь?

— Это уже их проблемы, — профессор сел передо мной, взял за руки и заглянул в лицо. — Ты хороший, добрый, маленький человечек и я уверен, что только полный козёл посмеет сказать какую-нибудь гадость в твою сторону.

— Спасибо, профессор Нельсон, — я шмыгнула носом, сдерживая нахлынувшие слёзы.

Присев, я обняла мужчину за шею. В жизни не чувствовала себя лучше. Родители таких задушевных разговоров не заводили, а этот был таким милым. И профессор такой добрый! Прямо как старший братик! Заботливый, старший брат.

Мурчание. Мне показалось или Нельсон замурчал? Я нахмурилась, посмотрев на мужчину, насколько позволяли объятья.

Стихийник обнял меня в ответ и, как-то странно, потёрся носом о мою шею. И он мурчал! Теперь это точно! Но такого быть не может! Не умеет человек издавать звуки, как котёнок.

— Касенька! — Позвала мама где-то совсем близко и неожиданно пронеслась мимо нас. — Касенька, ты где? — Позвала снова.

— Она нас не увидела? — Прошептала я, прижавшись сильнее к магу.

— Нет, — в тон мне прошептал стихийник, вызвав у меня смешок, а затем и сам усмехнулся.

Я отстранилась. Воздух вокруг нас поблёскивал и, как будто, уплотнился. Но дышали мы спокойно.

Мы вновь переглянулись и хихикнули. Да, было смешно наблюдать, как мама ходит и ищет нас. Интересно, а где ходит Рамиль?

— Хороший дом, — протянул какой-то старик позади.

Нельсон отреагировал быстрее меня, поднялся, взял меня за руку и оттащил к стене. Хорошо, что коридоры в поместье широкие, большие.

— Эти некроманты, — сплюнул второй старик. Оба одеты богато, чёрные костюмы, белые рубахи, галстуки. Волосы уложены назад, будто жиром зализали, и аккуратные бороды. По глазам могу сказать, что один стихийник огня, а второй с четырьмя стихиями — глаза серые. — Из-за их чёртовых блокираторов, государство им отстёгивает столько денег! А вот я не вижу смысла! Не вижу! И что, что их заставляют носить эти ошейники? Сами виноваты, что родились такими и не могут овладеть эмоциями!

— И не говорите! — Поддержал сероглазый толстяк. — А если у Кармена получиться охомутать младшую дочь Бенджамина, то часть его богатств точно достанется мне… точнее моему дорогому сыночку.

— А девка-то хоть красивая?

— Говорит, что страхолюдина несусветная, — рассмеялся старикан. — Костлявая, на рожу страшная, замкнутая в себе и постоянно с мужиками посторонними шатается.

То, что говорили обо мне, я догадалась.

А вот, то, что меня унижают и используют… вот это повергло меня в ужас. Хотелось сжечь заживо и этих двоих, и моего… бывшего друга, Кармена. Во рту появился привкус горечи от злости и обиды, а глаза защипали от слез.

Старики прошли в гостевую, обсуждая, как именно распорядиться богатством отца, а вот я еле сдерживала слёзы. Так обидно! Я действительно думала, что нашла друга. Всю неделю мы общались. Я ему душу раскрыла, а он! Страхолюдина? Это же надо было сказать про меня такое.

— А я говорил, — подал голос Нельсон и, взяв под руку, повёл всё в ту же сторону, что и старики. — Торчащие кости девушек не украшают.

— А я, правда, такая страшная? — Осипшим голосом пробормотала я.

— На любителя, — ответил мне, подарив белоснежную улыбку. Шутит. И так понятно.

— Вы такой шутник, но почему-то только при мне. А ещё, я и предположить не могла, что вы умеете мурчать. Вы оборотень? — Я хитро прищурилась.

— А ты видела у меня что-то от животных? — Мужчина развёл руками.

Осмотрела. И правда, ничего.

— А с какими мужчинами я постоянно хожу? — Я нахмурилась.

— Со мной.

Ноэль снова заставил меня улыбнуться в ответ. А ведь и правда, я и профессора постоянно пересекались всю эту неделю.

— Ладно, идём, — Нельсон вновь направился дальше. — И помни, что все эти старые жмоты только языками часть могут. Да и тот жердей мне сразу не понравился. А ты его защищала, — укоризненно сообщил профессор, покачав головой. В этот момент мы переступили порог гостиной, где уже сидели и стояли какие-то люди. Среди них был и мой отец. — Заранее прости за моё поведение, — шепнул Нельсон и в момент превратился в бесчувственную статую. Впрочем, как и я.

— Кася, — кивнул мужчина, приветствуя меня. — Ноэль, рад видеть. А где Рамиль? Он сказал, будто лично проведёт мою дочь через портал.

— Он на улице, — влезла мама, войдя в комнату и неся перед собой пиалку с конфетами. Странно, что она принесла это, а не прислуга. — Всё ещё говорит с ректором академии. Кася, а где вы были? Я искала вас.

Все присутствующие переглянулись и захихикали. И о чём они все подумали?

— Переход для Кассандры прошёл слишком тяжело, — сухо произнёс Нельсон, медленно шагая к окну. Я пошла следом, потому что, он был единственным, нормальным человеком. — Вашей дочери стало хуже и нам пришлось отойти в уборную, иначе… — выдержав паузу, профессор повернул голову от окна к присутствующим. — Не в первый раз маги не переносили сжатия в межмире и умирали по другую сторону.

— Не слова больше, — с трудом выговорил отец, подняв ладонь.

Все залились краской — почувствовали вину за свои скверные мысли.

— Господа! — К нам вошёл Рамиль, здороваясь с мужчинами. — Бенджамин, как поживаешь?

— Первая неделя всегда оставляет после себя больше подпорченных нервов, чем обычно, — горько произнёс отец. — Ничего. Не впервые.

— Ужасно признавать, но я тебя понимаю, — закивал мужчина, оперевшись на подоконник возле меня и Нельсона. — Хотя, уверен, что один из нас получает большое удовольствие, показывая новичкам, куда они попали и где их место.

Все разом посмотрели на Нельсона. Даже я неосознанно посмотрела на Снежного принца.

— Это не удовольствие, это пытка, — ответил на это мужчина.

— А как моя дочь? Достаточно вымотала нервов? А кстати! — Бенджамин поднялся с кресла. — Я многим говорил о младшей дочери, но некоторые так и не увидели её. Вот, — взмах рукой в мою сторону, — моя дочь — Кассандра. Маг всех стихий.

— Стихийник? — Вздёрнул бровь старик с серыми глазами, который буквально минут пять назад меня обливал грязью. — Стихийник в семье некромантов? — Вновь спросил он ни у кого. — И на тебя совсем не похожа, Бенджамин. Она вообще, твой ребёнок? Проверял?

— Моя-моя! — Закивала отец. — Прошла через проверку крови где-то в год.

Я подавилась воздухом, еле-еле сдерживая слёзы. Случилось именно то, чего я так боялась! Эти презрительные взгляды, сомнения, так ещё отец признался, что сомневался в отцовстве!

Хотелось убежать в свою комнату, но стоило отцу договорить, как Нельсон, стоявший чуть позади, крепко схватил меня за куртку, а декан за плечо.

— Какие же вы все мерзкие, — медленно, протягиваю каждую гласную, проговорил стихийник.

— Бенджамин, правда, — добавил декан. — Как можно говорить такое в присутствии родной дочери, зная, как ей не нравиться эта тема.

— Не вижу ничего такого, — пожал плечами отец.

— А я вижу! — Прорычали от двери.

Энди! Стоял в дверях, как сама смерть. Чёрные, короткие волосы, аккуратно уложены назад, чёрные, блестящие глаза, мундир истребителей. Тоже чёрный, с эмблемой птицы и двух мечей.

Парень прошагал в глубь комнаты, взял меня за руку и увёл из гостевой. На порожках, я окинула в последний раз комнату, уловив холодные взгляды гостей и два тоскливых, от профессоров. Один из них усердно скрывал своё огорчение, что меня похитили, а второй ещё и печальный вздох проронил.

— Что за уроды, — без капли чувств пробормотала Лила. Она стояла возле дверей, а стоило нам выйти, последовала за нами. — Не огорчайся Кася, там по большей части некроманты. Они все бесчувственные сухари.

— Энди, — раздалось нам в спину. Мы резко остановились и обернулись.

Как по волшебству, в шаге от нас стоял Нельсон.

— Ноэль? — Брови брата взлетели вверх. — А откуда ты… опять наложил отвод глаз? — Понял брат и… обнял профессора?! А тот ответил! Что происходит в этом мире?!

— Сколько лет… — Протянул стихийник, стрельнув на миг глазами в меня. — Как на Гиблых землях?

— Всё так же несёт серой, как и всегда, — брат выдавил улыбку. Так неестественно для него. — Ах, да! Кася, ты же не знаешь, — Энди обернулся ко мне. — Я и Ноэль вместе проходили практику на Гиблых землях и, скажем так, очень породнились, когда эти трёхметровые ящеры пытались откусить нам головы.

— Как мило, — я улыбнулась одними уголками губ.

— Жаль, что я знаком лично лишь с двумя детьми Бенджамина, — сказал профессор и посмотрел на Лилу. — Знаю, ты очень способная магиня. Твой отец не перестаёт нахваливать тебя.

— Благодарю, профессор Нельсон, — пробормотала девушка.

— Так, что там случилось, в гостевой? — Спросил брат, приобняв меня за плечи.

— Кто-то хочет откусить часть вашего состояния от женитьбы с Касей, — все посмотрели на меня. — Но, на мой взгляд, это бесполезное занятия и мы с тобой знаем почему, правда, Кася? — Хитро договорил мужчина и вот-вот хотел улыбнуться, но не улыбнулся. Значит, всё-таки дело во мне.

— Правда, — буркнула я и насупилась.

Это он про мою симпатию к Рамилю говорит. При брате и сестре!

— Я пойду к отцу, — пробормотала сестра и быстро направилась к гостевой.

Мужчины проводили Лилу взглядом и с облегчением выдохнули. И почему с облегчением? Или я чего-то не знаю?

— Прямо легче стало, — выдохнул стихийник, с лёгкой ухмылкой, посмотрев на меня. — Всё-таки, неплохое у вас жилище. Пожалуй, останусь на ночь.

И направился по коридору. Я и Энди переглянулись. Это что было?! Явно что-то из разряда вон, потому что Нельсон снова оттаял и улыбался, как ни в чём не бывало, не только при мне! Почему-то, я уверенна, что брат думает также.

— А он всегда был таким? — Шёпотом спросила я, наклонившись к брату.

— Можешь не стараться, — снова улыбнулся брат и двинулся за профессором. — Он может услышать даже жужжание комара на другом конце полигона, каждый твой вдох за стеной, шёпот, — перечислил он. А у меня аж волосы на затылке зашевелились.

— Правда? — Тихо спросила у Нельсона.

— Правда, — через плечо ответил мужчина, успевший отойти от нас на три метра.

— А как? — Снова обратилась к брату. Тот лишь загадочно улыбнулся.

— Ага! Значит, Энди вы всё рассказали, а мне нет?! — Обиделась я.

— Я не рассказывал, — возразил мужчина, обернувшись ко мне. — Он сам увидел.

— Что? — Я прищурилась, всматриваясь во внешность белоснежного мужчины.

— Может быть, когда-нибудь, — мечтательно произнёс профессор, посмотрев в потолок. — В один прекрасный день ты узнаешь, но он вряд ли настанет, — печально закончил он.

— А ваша жена знает? — Не унималась я.

— Нет, не знает, — отрицательно махнул головой Нельсон.

— Потому что её нет, — рассмеялся мой брат, похлопав по плечу профессора.

— Я думала, вы женаты, — пробормотала, чувствуя, как румянец расцветает на щеках.

— Как насчёт экскурсии? — Предложил Энди, приглашая Снежного принца в бальный зал.

— Почему бы и нет? — Пожал плечами профессор, взял меня за локоток и потянул за собой. — Мои хоромы в четыре раза меньше.

— Не удивительно, если учесть, что твои предки жмоты.

Энди хлопнул в ладоши и огромный зал в миг преобразился: золотые стены заискрились, люстра потускнела, окна, под потолок, зашторились тёмными гобеленами и из неоткуда заиграла тихая мелодия.

— Предки вложили в это старьё целое состояние, — сказал Энди, идя по позолоченному полу, уложенной плиткой. — Раньше они каждый день устраивали празднества в этом зале.

— Будь он в раз пять больше, точь-в-точь, как бальный зал во дворце, — проговорил стихийник, направляясь прямо в центр зала. А главное, так и не отпустил меня. Хорошо, что брат рядом, а то совсем не комфортно.

— Энди, — к нам подбежала Лила. — Отец желает вернуть Касю. Говорит, что с ней хочет серьёзно поговорить Кармен Хоз.

— Я не пойду! Господин Хоз явно дал понять, что его сын станет мне женихом! А я не желаю ни слушать это, ни участвовать, — грубо отозвалась я.

— В таком случае, я скажу, что, просто, не нашла вас, — закивала сестра и уже было собралась уходить, как Энди схватил её за запястье.

— Не стоит с ними говорить! — Отмахнулся он и поклонился. — Не забыла еще, как вальс танцуют? — Спросил, протянув руку.

— Не забыла! — Она приняла руку и слегка поклонилась.

Энди и Лила закружили в чарующем танце. А вот если бы сестра была в платье, а не в бриджах и растянутой кофте, смотрелось эффектнее.

Они часто танцевали вальс и не только дома. На приемах, балах или просто в гостях. Смотреть, как они плавно движутся под тихую музыку, смотреть одно удовольствие.

— Кася, — протянул стихийник, покосившись на меня.

— Нет и нет! — Возразила, отходя от мужчины. — Я не умею.

— Да, ладно тебе! — За один шаг профессор достиг меня, схватив за руку. — Как ты собираешься танцевать вальс на своей свадьбе?

— Свадьбе? — Почти прошептала я. — В моих мечтах, я ещё не заходила так далеко.

Нельсон усмехнулся, притянув меня ближе. Одну руку он положил мне на бок, а вторую так и не отпустил, а потом и вовсе приподнялась над полом и начал делать вид, что мы танцуем.

Было забавно… наблюдать за нами со стороны. А мне просто смешно. Правда, так хотелось, чтобы на месте белокурого профессора был полудемон, но для первого танца и так сойдёт.

— А вы, правда, думаете, что декан позовёт меня замуж? — Я зарумянилась. — А если нет? Если я ему не нравлюсь? Вы пошли следом, а не он.

— Я терпеть не могу всех этих самодуров, поэтому и пошёл, — возразил он. — А Рамиль должен остаться ради приличия. А насчёт свадьбы… всё вполне может быть.

— А если нет?

Нельсон остановился, сильнее прижав меня.

— А если нет, в любом случае можно взять у ведьм приворотное зелье, — прошептал мне на ухо.

— Это незаконно, — прошептала в ответ.

— Зато эффективно. Или можно заставить его ревновать, — меня медленно опустили на пол.

— И как?

— Вот так, — профессор отодвинулся и мне предстал вид всех гостей, отца, ну и Солонда. И все они были, мягко говоря, в шоке.

— Ревновать к вам? — Тихо уточнила я, зная, что этот ушастый услышит.

— Нет, если ты знакома ещё каким-нибудь мужчиной, который знает, что ты влюблена в своего декана и сможет подыграть, то, пожалуйста! — Отмахнулся профессор.

Энди и Лила тоже, не сразу заметили гостей и остановили танец только сейчас, чуть не врезавшись в нас.

— Что здесь происходит? — Спросила мама, пролезая сквозь толпу. — На что вы смотрите?

— Не на что, — рыкнул господин Хоз и вышел. А следом и все остальные потянулись на выход.

— К тому же, — продолжил Нельсон, когда зал опустел. — Это неплохая возможность избавиться от надоедливых поклонников. Или, можно попросит Рамиля подыграть тебе и притвориться ухажёром, — закончил стихийник.

— Последнее мне понравилось больше, — кивнула на слова мужчины и направилась к выходу.