Я просматривала свои записи в ожидании пары по биотранспорту, когда на стол упала чья-то тень. Подняв голову, я увидела перед собой студентку, в которой тут же узнала одну из девушек, пристально рассматривающих меня на первом занятие.

— Тесс Макманн, верно? Я Элейн Сан.

— Приятно познакомиться. — Я пожала ее руку, и девушка скользнула на стул рядом со мной. Место Дилана. Буквально на секунду подобная мысль успела пронестись у меня в голове, прежде чем я окончательно избавилась от нее. Ничто здесь не принадлежит Дилану.

— Как же здорово, что количество девушек на нашей кафедре увеличивается, — произнесла Элейн. Ее темные волосы были собраны в неряшливый пучок, а прядки пурпурного оттенка цеплялись за дужки очков. — Четное количество девушек значительно меняет ситуацию.

— Ну, — произнесла я, робко пожимая плечами, — рада помочь.

— Какие у тебя планы насчет симпозиума? — неожиданно спросила она.

Я моргнула.

— Я… еще не совсем уверена. Полагаю, что Дилан Кингсли…

— Дилан Кингсли? — ухмыльнулась она. — Только подумайте. Ты пробыла здесь лишь день, и он уже захапал в свои лапы свежее мясо.

— Прости? — переспросила я.

— У нас и так не хватает девчонок, — пояснила она. — Нам следует держаться вместе.

Мне захотелось побольше разузнать о Дилане. Его письмо по электронной почте звучало вполне искренне. Но мы не виделись два года, в то время как Элейн, вероятнее всего, посещала вместе с ним несколько предметов. Кто лучше нее знает, каким он стал? И что она подразумевала под «свежим мясом»?

— Еще ничего не решено, — попытала счастье я. — Я всего лишь сказала ему, что буду рада обсудить идеи.

— Вот что я тебе скажу, — заявила она. — Тебе не выиграть конкурс без биомедицины. Только не в Кантоне.

— Я не изучаю биомедицину, — сказала я. — С Диланом или без. Мой проект связан с окружающей средой.

Элейн так сильно фыркнула, что я поразилась, как это ей удалось не обрызгать соплями мой учебник.

— Ну, разве не идеальная парочка из вас выйдет?

— Идеальная парочка для чего? — раздался голос Дилана над нашими головами. Несмотря на непринужденную позу, улыбка не затронула его глаз. — Пытаешься перехватить моего партнера, Элейн?

Она закатила глаза, с грохотом стащила свои вещи со стола и зашагала прочь. Дилан уселся на свое место.

Ничто здесь не принадлежит Дилану, снова произнесла я про себя.

— И что это было? — спросила я его.

Он пожал плечами.

— Элейн не умеет проигрывать. Мой проект победил на первом году обучения, и она никак мне этого не простит.

Я поджала губы. Должно быть, прошлым вечером из-за злости на отца я поспешила дать Дилану ответ. Мне не следовало соглашаться на наше партнерство. По крайне мере, пока не услышу больше о его идеях или пока лучше не узнаю студентов в нашей группе.

Или пока не буду уверена, что смогу нормально с ним работать.

— Она сказала, что ты всегда охотишься на «свежее мясо». — Я внимательно посмотрела на него. — Что она имела в виду?

Дилан выглядел изумленным.

— Что она сказала? Без понятия, что Элейн имела в виду под словом «всегда», но, надо признать, она смышлёная. Должно быть, поняла, что, раз я так быстро тебя отхватил, у меня есть конфиденциальная информация о твоих талантах. — Он наклонился и понизил голос до шепота. — И, конечно же, она оказалась права. У меня есть такая информация.

Я сглотнула. Ну зачем он говорит подобные вещи?

— Ведь раньше мы работали вместе, Тесс. Блин, а ты, о чем подумала? — улыбаясь, произнес он. Я про себя взмолилась, чтобы лицо не выдало моего смущения. Дилан толкнул меня локтем. — Да ладно, не бери в голову. Либо мы сможем шутить на эту тему, либо будем чувствовать себя ужасно неловко.

Мое тело подсказывало, что «ужасно неловко» станет девизом этого дня независимо оттого, сколько шуток я выдам. Как бы мне хотелось, подобно Дилану, не обращать внимания на наше прошлое. Я хотела работать с ним, ведь он прав, из нас получилась отличная команда. Вот бы я была в состоянии вести себя по-взрослому профессионально.

— К тому же, — продолжал уговаривать Дилан, — ты не захочешь работать с Элейн. Она биомедик до мозга костей, а это значит, что она и на пушечный выстрел не подойдет к морским водорослям.

— Я сказала ей, что я эколог.

— Видишь? — воскликнул Дилан, размахивая руками. — Элейн оказалась права только в одном: мы идеальная пара.

Прекрати так говорить. Просто перестань.

— Как я уже говорил тебе прошлым вечером, — продолжил он, — ты можешь поспрашивать окружающих, если захочешь. В любом случае, я, конечно же, не собираюсь давить на тебя. Но считаю, что, работая вместе, мы на самом деле сможем всех победить и надрать их биомедицинские задницы.

Я усмехнулась. Дилан просиял в ответ. Мимо нас через всё помещение промчалась нахмуренная Элейн Сан.

Я смогу работать с Диланом. Знаю, что смогу. Два года назад во время нашей совместной работы над проектом я как-то же смогла держаться подальше от Дилана. Два года назад мне хватило сил оставить его, поскольку я понимала: так будет лучше для моего будущего. Эта сила и сейчас живет во мне. Плюс, мне удалось совладать с собой в тот момент, когда Дилан желал меня. А уж сейчас, когда у него есть девушка... Хотя если бы ее не было... я бы точно его поимела.

Я разбила ему сердце. Бросила его. Да, он не выглядит озлобленным, но и интереса не проявляет. Я превратилась лишь в забытую историю, невозвратное прошлое. Да как не называй, всё сводится к тому, что сейчас Дилан может смеяться и поддразнивать меня, знакомить со своей девушкой, при которой он никогда не упоминал имя той, с кем потерял девственность.

Стоп… он же не говорил ей про меня? Я подумала о Джейсоне, своем бывшем парне, который рассказывал мне о своих бывших пассиях. Да и я сама рассказала Джейсону про Дилана. Разве не все так поступают? Но если бы Дилан рассказал Ханне обо мне, разве она не заинтересовалась бы моей персоной чуточку больше при нашем знакомстве?

Мой разум переполнился образами Дилана, который, лежа в постели с моей сестрой, рассказывает о том, как он потерял девственность… со мной. О, Боже.

— Мисс Макманн? — голос доктора Юэ вырвал меня из кошмарных видений. — Хотите поделиться своими мыслями по поводу элемента поверхностного плазменного резонанса?

— Да! — ответила я с облегчением. Перелистывать свои записи про химические уравнения было гораздо проще, чем разбираться в своих запутанных мыслях. — Когда сталкиваешься с константой диссоциацией16 выше ожидаемого значения K-дельта…

Дав ответ на вопрос профессора, я сосредоточила всё свое внимание на лекции, оставшиеся пятьдесят минут до конца пары записывая каждое слово. Для моего разума полезней будет чем-нибудь заняться, нежели беспокоиться о том, что Дилан рассказал Ханне. Уж лучше мечтать о возможности стать беспристрастным ученым или, например, продолжать вдыхать обалденный запах парня, сидящего слишком близко...

******

Этим же днем я сделала то, что каким-то образом мне удавалось избегать всю свою жизнь — открыла профиль Ханны Свифт на Фейсбуке. Информации там было не много. На аватарке стояла одна из тех обрезанных фотографий, на которых явно были запечатлены и другие люди. На ее плече лежала чья-то рука, которая, возможно, принадлежала отцу. Далее шел перечень учебных заведений: средняя школа в хорошей части города, университет Кантона. Она состояла в «отношениях» с Диланом, чьи фотографии также размещены на ее страничке. Стена была заполнена постами от друзей, селфи красивых девушек с вытянутыми губами а-ля «уточка», сообщениями, состоящими из восклицательных знаков, обнимашек и поцелуйчиков, постами из ее любимых ТВ-шоу и фильмов.

Ханна оказалась любительницей фильмов ужасов. Неожиданно. Она много читала или, по крайней мере, хотела, чтобы все так думали. Я попыталась представить себе Ханну, уткнувшуюся в книгу в доме отца. Такой образ явно не вязался с ней. Или, возможно, не вязался именно тот образ, который я себе воссоздала: Ханна — красивая богатая девушка, живущая в доме моего отца, тратящая его деньги, чья фотография в серебряной рамке с сияющей улыбкой на лице стоит у папочки на рабочем столе. Мне хотелось узнать эту девушку, сумевшую привлечь внимание Дилана. Насколько я знала, он не был поклонником гламурных девиц. Так что же он в ней нашел? Быть может, ему понравилась девчонка, в чьем списке любимых книг значилась книга «Сто лет одиночества»? Сама я никогда ее не читала, но слышала о ней. Или, может, ему понравилось то, что она не визжит во время фильмов ужасов, когда маньяк выпускает кишки студенткам колледжа? Или его впечатлили ее достижения в теннисе?

Я ничего не знаю об этой девушке, несмотря на то, что она моя сестра. Я взглянула на список ее друзей — друзья из Кантона и средней школы. Интересно, среди них есть ее бывшие? Спутник на выпускном, тот, с кем состоялся первый поцелуй, парень с которым она потеряла девственность? Боже, надеюсь, последним был не Дилан. Такого ведь не может быть? Нет, они же начали встречаться лишь полгода назад.

Да не может быть, Тесс. Ей же двадцать. Вероятнее всего, Ханна не стала ждать так долго, как, например, мы с Диланом, чтобы начать заниматься сексом. Для этого она слишком общительная, слишком красивая и популярная. Еще бы, ведь она Свифт.

Что ж, подобную информацию вряд ли кто-нибудь выставит на всеобщее обозрение в Фейсбуке.

******

Тем же вечером в «Верде» я помогала Сильвии готовиться к открытию ресторана. Я передала ей последнюю ложечку, после чего она принялась нарезать лимоны, нанизывать оливки и виноградный лук на зубочистки, терпеливо выслушивая мои излияния.

— Знаешь, Тесс, — в конце концов, произнесла она, — для того, кто не интересуется подружками Дилана, ты слишком переживаешь о том, как много он рассказал о тебе своей девушке.

Я не удостоила ее ответом. К тому же, мои переживания касались не Дилана. Я беспокоилась из-за Ханны.

— Но если бы он рассказал ей о нашей ночи, разве ей не захотелось бы узнать обо мне несколько больше? Тебе бы, например, не захотелось?

— Захотелось бы, — согласилась Сильвия. — Значит, он, скорее всего, не сказал ей.

Я помотала головой. Он бы рассказал ей. Дилан — искренний, честный, открытый Дилан — назвал бы ей имена девушек, с которыми переспал. Опять же, это мог сделать Дилан-подросток. А с тех пор, судя по его словам, он переспал со множеством девчонок. Не исключено, что его список настолько длинный, что всех и не перечислить.

Но свою первую, наверное, стоило бы упомянуть, верно? Я бы точно так сделала. Произошедшее между нами много значило для меня, даже несмотря на то, что я так и не перезвонила Дилану. И я всегда полагала, что, раз он хотел сохранить наши отношения, значит, они для него тоже много значили.

О, Боже, а может, я была совсем плоха в постели? Возможно, дело было не в тех парнях?

— И всё равно, кого это волнует? — спросила Сильвия, вырывая меня из постепенно ускоряющегося состояния невроза. — Боишься, что если Ханна узнает, то начнет психовать из-за вашей совместной работы?

— Да. — По крайней мере, этот вариант походил на правду. Быть под пристальным вниманием Ханны Свифт в любом случае плохо. Плюс, мне не избежать встреч с ней, если мы с Диланом будем вместе работать над проектом. А если, не дай бог, он рассказал ей о нашем прошлом... Хм, сложившаяся ситуация определенно выходит за рамки отцовских правил.

— Разумеется, ты и так знаешь, что тебе делать, — начала Сильвия. Я с надеждой ждала продолжения ее фразы. Девушка смахнула прядь волос с глаз, взялась за подносы с орехами и продолжила: — Можешь спросить у него.

— Извини?

— Привет, Дилан, — произнесла она делано небрежным тоном, — прежде чем мы приступим к проекту для симпозиума, не мог бы ты сказать мне, как много твоя подружка знает о природе наших прошлых отношений, а если не знает, нормально ли она отнесется к нашей совместной работе? Потому что я не горю желанием быть облитой кислотой из мензурки. — Она пожала плечами. — Как-то так.

— Кислотой из мензурки? — сухо переспросила я. — Ты серьезно?

— Точно, ты права, — ответила Сильвия. — Гламурные девочки недостаточно сообразительны для того, чтобы ослепить тебя с помощью науки. Она просто-напросто поцарапает тебе машину или что-то в этом духе.

— Ну, тогда хорошо, — сказала я. — Краска на машине настолько плоха, что я даже не знаю, удастся ли ей поцарапать ее.

Подруга рассмеялась, и мы закончили нашу подготовку к рабочему дню.

Сегодня Сильвия обучала меня работе за барной стойкой. Вскоре моя голова была забита рецептами различных коктейлей, отличительными характеристиками сладкого и сухого вермута, временем, которое требуется на взбалтывание коктейлей в соответствии с буклетом рецептов за стойкой бара. Сильвия, будучи опытным барменом, смешивала большую часть напитков, мне же была отведена роль помощника, который разливал пиво, вино и оказывал помощь, когда вокруг поднималась суматоха.

— Для тебя это должно быть несложно, — произнесла Сильвия, как только стали появляться первые посетители. — Просто представь, что ты в лаборатории.

— В лаборатории гораздо тише, — заметила я. — И она не заполнена заигрывающими с тобой парнями.

— Серьезно? Разве не так ты познакомилась с Диланом?

— Верно подмечено. — Этими словами я положила конец сегодняшним разговорам, за исключением просьб налить «два разливных пива и пино-гриджио» или «передать лимонный сок».

После окончания смены я поехала домой, зевая и задаваясь вопросом, сколько чашек кофе мне придется сегодня выпить, чтобы суметь закончить домашнюю работу. А вот чего я совсем не ожидала, так это обнаружить ожидающую меня маму, которая сидела за кухонным столом, читала журнал и пила чай.

— Знаю-знаю, — произнесла она, слегка махнув мне рукой, — ты уже взрослая, но, так или иначе, теперь, когда ты живешь здесь, стало тяжело успокаивать себя мыслью, что ты уже в постели, как я делала это последние два года.

Я улыбнулась.

— Есть еще кофе?

— В полночь? — Она щелкнула языком. — Тесс, так продолжаться не может. Ты же сгоришь.

— Это единственный вариант, если я хочу остаться в Кантоне. Отец же не поможет.

Мама поджала губы и опустила взгляд на журнал. Я знаю этот взгляд. Она пытается выставить последний приказ отца в более выгодном свете.

— В конце концов, он изменит свое мнение. Полагаю, что в тот вечер он просто разозлился на то, что ты всё провернула за его спиной. Ты его дочь, Тесс. Он хочет участвовать в принятии важных для тебя решений.

Больше похоже на то, что ему хочется принимать эти серьезные решения за меня.

— Трудно чувствовать себя его дочерью, когда всего лишь упоминание о существование моей сестры приводит его в бешенство.

Мама посмотрела на меня долгим задумчивым взглядом.

— Тесс, для него это тоже тяжело. Он так гордиться тобой и всеми твоими достижениями. Он бы с удовольствие хвастался тобой перед всеми.

Тяжело. Для него.

— Ты этого не знаешь, но много раз, когда мы были моложе, он все пытался заставить… Ханну... быть более ответственной и хотя бы немного сосредоточиться на школе и своих целях.

Ну, по крайней мере, счастливица Ханна была избавлена от лекций типичного родителя с нотациями вроде «почему ты не можешь быть похожа на свою сестру».

— И что ты хочешь этим сказать, мам? То, что это связано с твоими превосходными навыками воспитания детей, и он, возможно, женился не на той женщине?

Мама улыбнулась.

— Что ж, ты права, — произнесла она, склонив голову на бок. — Неужели ты так думаешь? Я всегда считала, что мне просто повезло. Явно же, что ты получила свои амбициозные качества не благодаря моим генам. Я никогда не была ученым, меньше всего в школе меня заботила наука.

— Но ты никогда и не отговаривали меня от попыток достичь большего, — ответила я. В отличие от моего отца.

— О, милая, не думаю, что у меня бы получилось. Ты всегда добиваешься желаемого.

— Не всегда, мама, — произнесла я, прикусив губу. Однажды я ушла от Дилана, и мне придется постараться изо всех сил, чтобы снова поступить также.

******

Первая запланированная встреча с Диланом должна была состояться на следующей неделе после уроков в лаборатории фотоники17. К тому моменту я уже поняла, что Сильвия подкинула стоящую идею. Чтобы следующие пару месяцев вместо выведения формул не волноваться о нашем «секрете», я решила выяснить у Дилана, что именно он сказал обо мне Ханне.

— Прежде чем мы дадим нашему сотрудничеству зайти слишком далеко, — начала я, громко постукивая карандашом по странице книги, — я должна кое-что у тебя спросить.

— Ладно… — медленно произнес Дилан, подняв на меня слегка взволнованные глаза.

— Что именно ты рассказал Ханне о нас? — выпалила я.

— О том, что мы вместе работали над проектом?

— Нет, о нас.

— Оу.

— Потому что, как правило, о таких вещах рассказывают, — промусолила я. — Девушкам. О прошлом...

— Разве? — Я подняла голову от завораживающих записей в тетради.

— А разве нет?

— Не знаю, Тесс, — поддразнил он меня. — Ты же это утверждаешь. Я лишь предположил, что у тебя есть факты, подтверждающие твою гипотезу.

— Ну, из нас двоих у тебя одного такой большой опыт! — парировала я. — Множество девушек, не забыл?

— Верно. Мои слова, — рассмеялся Дилан.

Мой рот приоткрылся.

— Это что, неправда?

— Ну... — пожал он плечами. — Множество — это не конкретное число, мадам Ученый. Какое точное число «множества»?

Я выпрямилась и посмотрела ему в глаза.

— Десять.

Дилан виновато моргнул.

— Я так и знала! — воскликнула я и бросила в него карандаш, но он увернулся.

— Тесс, что ты хочешь от меня услышать? Я был на приеме, занимался своими делами, как вдруг неожиданно девушка, с которой я не разговаривал два года, появляется у подноса с сыром, словно какая-то галлюцинация в серой юбке.

— На мне было платье.

— Шок, вот что это было, — произнес Дилан, сложив руки на груди. — Ладно, прекрасно. Трое. Не считая Ханны.

Я ничего не ответила, отчасти потому что число три во многом меняло мое восприятие ситуации, а уж слова «не считая Ханны» и вовсе заставили меня почувствовать себя неловко.

Дилан не сводил с меня пристального взгляда. Когда он снова заговорил, его голос звучал гораздо мягче.

— Что ж, теперь ты знаешь о моем сексуальном опыте гораздо больше моей девушки. Я ответил на твой вопрос?

Не доверяя своему голосу, я просто кивнула, приложив все усилия, чтобы не задать все те вопросы, которые крутились у меня в голове, включая самый главный — почему? Почему он не рассказал Ханне обо мне, если наши отношения навсегда остались в прошлом?

— Теперь твоя очередь. У подноса с сыром ты сказала, что встречалась с девчонками, это правда? Потому что, как я полагаю, это помогло бы моему эго понять, что ты решила, будто парни не в твоем вкусе.

Ну ладно, то, что я сказала ему, тоже не было правдой. Сделав глубокий вдох, я призналась:

— Не было никаких свиданий с девушками.

— Плакала моя фантазия. И моя заготовленная речь о том, что я, как твой друг, считаю, что ты можешь остановить свой выбор на ком-то получше Элейн Сан.

— Я не западаю на девчонок, Дилан, — заставила я себя улыбнуться.

Он промолчал, но за его молчанием повис немой вопрос. Я видела это в его бездонных голубых глазах. И поняла, что после всех этих лет задолжала Дилану ответ.

— Я... не была готова к отношениям, — призналась я. — По правде говоря, я немного боялась того, куда они нас заведут. Мне было всего восемнадцать и... Я просто не была готова.

Казалось, Дилан задумался над моими словами.

— Это я понимаю, — наконец ответил он. — В любом случае... всё было к лучшему.

— Да! — с облегчением согласилась я. — Теперь мы будем партнерами и друзьями. Это здорово.

— Да.

Какие же мы лгуны.