Грустил новобранец о Грузии, Прижав автомата весло, Когда циркулярка контузии Заваливала горизонт. Без боя, стремительно оторопь Брала в плен, как древний инстинкт, Когда на посадку вдруг подали И дальше в Сибирь повезли. И долго с кастрюлькой, конфоркою Во след коммуналка плыла — Со шкафом, с тахтою комфортною, С бумажной иконой битла. И эти гражданка и армия, И каждое утро лицо, И эта любовь сериальная С почти мексиканским концом, И кросс по проселку и городу, И лычки минут без пяти, — Вставали неровными волнами, Рекой, Чтобы дважды войти.