Прошло двадцать лет.

В урасе Семена Тарабикина попрежнему горел огонь, попрежнему над ним висел котел, в котором варилось оленье мясо. Вокруг огня сидели ламуты.

Семен Тарабикин сильно постарел. Он глядел на огонь подслеповатыми глазами и время от времени перемешивал угли палкой.

Жизнь в урасе шла почти без перемен до памятного года, когда по всей России произошла революция. В этот год Семен Тарабикин приехал в Средне-Колымск и был поражен переменой. Он узнал, что все политические ссыльные получили свободу и уехали, куда хотели. Ушли казаки, и не стало начальника округа.

В Средне-Колымске образовался совет, который стал управлять всеми делами. Новая жизнь проникла и к ламутам. Теперь у них были свои делегаты. В урасе, где жил Тарабикин, делегатом выбрали Семена. Он часто ездил на с‘езд в Средне-Колымск, на который съезжались делегаты и от других урас.

— Послушай, Семен, — сказал Амукзан. — Вот ты говоришь, что наша жизнь улучшится. Когда же это будет? Наши олени падают да падают. Ты бы спросил в совете, отчего падают наши олени.

Семен помолчал, потом он глухо проговорил:

— Спрашивал. В совете сказали, что шаманы обманывают нас… Тут заклинания не помогут. Велели делать оленям прививки.

— Прививки? — спросили ламуты.

Семен молчал. Ламуты смотрели на него и ждали ответа. Но Семен молчал. Он помнил, что приезжий человек, который откапывал мамонта, говорил ему о каких-то прививках, но что такое прививки, Семен не знал.

— Что молчишь? — допрашивали ламуты.

— В совете сказали, олени падают от заразной болезни. «Сибирская язва» называется. Люди умирают от заразной болезни. «Оспа» называется. Велят делать прививки. Как сделаешь прививки, олени и люди немного похворают, но не умрут, останутся в живых. Мы не можем делать прививок. Только доктор может, фельдшер может. Совет постановил просить правительство Якутской республики, чтобы к нам прислали доктора.

Ламуты задумались.

— Умер Тейтшин… Шаман не помог, — сказал Амукзан, — А спросили шамана, почему умер Тейтшин, он сказал — «духи решили наказать Тейтшина и послали ему смерть»…

— А, если так, — сказал Семен, — если шаман не мог спасти Тейтшина от смерти, тогда зачем нам шаман?

В это время около урасы неистово залаяли собаки. Ламуты тревожно переглянулись, а Семен быстро вышел наружу.

Какой-то незнакомый человек под'ехал к урасе и спросил Семена:

Череп ископаемого носорога, найденного около Верхоянска.

— Здесь живет Семен Тарабикин?

— Я самый, — ответил Семен.

Незнакомец спрыгнул с саней, вынул небольшой саквояж и подошел к Семену.

— Я фельдшер. Приехал делать прививки вашим оленям. Как, все еще дохнут?

Мужчины, женщины и дети окружили незнакомца, с любопытством и страхом осматривали его со всех сторон.

Потом ламуты повели гостя в урасу. Все уселись вокруг огня.

Незнакомец пил кирпичный чай и рассказывал ламутам о заразных болезнях и о прививке.

Потом, когда он уехал, ламуты долго качали головами и говорили об оленях и прививке.