Мэриан напряглась, готовая ринуться на поиски и не зная, куда бежать.

– Лайонел, – тихо позвала она, вытягивая руки, чтобы не споткнуться и не упасть. – Лайонел! – крикнула она громче, переступая через груды обломков.

– Он мог убежать? – спросил Гриффит, едва опомнившись от потрясения и смертельно испугавшись за малыша, которого был послан защищать. За него и Мэриан.

Та взглянула на валлийца так, словно не помнила его имени.

– Возможно. Во всяком случае, мы учились это делать.

– Учились?

– Да, учились убегать и скрываться. Но ему еще нет и двух, и не знаю…

Мэриан не договорила, но Гриффит услышал непроизнесенные слова: если человек, сделавший это, позволил ему уйти. Стараясь говорить уверенно, Гриффит заявил:

– Пойди посмотри, может, он спрятался и боится выйти.

Перешагивая через кучи мусора, он начал поднимать стол и стулья, охапки одежды, обломки кровати, ища маленькое тельце, и вскоре уже стоял, покрытый перьями с головы до ног, держа единственный трофей – кошель с золотом, посланный королевой. Но Мэриан уже не было в доме. Слышался лишь ее голос, зовущий Лайонела.

Лишь завернув за угол. Гриффит снова услышал, как она окликает:

– Сесили!

– Слава Богу, это вы, миледи! – Послышался глубокий вздох.

– Клянусь всеми святыми, ты не посмеешь сейчас упасть в обморок!

Гриффит подоспел как раз вовремя, чтобы увидеть, как Мэриан с силой ударила камеристку по щеке. Та, сверкнув глазами, вскочила с земли, но Мэриан неумолимо продолжала допрос:

– Где мой сын? Кто сделал это? Где Лайонел?

– Я выхватила его из постели и побежала, как только увидела, как этот человек крадется во двор. – Платье камеристки все было в травяных пятнах, а высокий конусообразный головной убор сбился. – Сначала я добралась до замка, спрятала Лайонела в потайной комнате и только потом вернулась, чтобы понаблюдать.

– Он в безопасности? – спросил Гриффит, и Сесили, обернувшись, оценивающе взглянула на него. Но Мэриан, схватив девушку за руку, вновь повернула ее лицом к себе.

– Лайонел в безопасности?

– Да, я совершенно уверена в этом, – кивнула Сесили. Мэриан немедленно полетела в замок, бросив на бегу:

– Скорее, скорее!

Сесили, стараясь вести себя как воспитанная, изысканная леди, подающая пример хозяйке, медленно, грациозно пошла следом, но Мэриан бесцеремонно потащила ее за собой. Гриффит увидел презрительный взгляд Мэриан и торопливо огляделся.

Мэриан говорила об этой рощице как о месте, где любила уединяться. Между деревьями висел гамак, солнечные пятна лежали на стволах, траве, прогалинах. Как противоречит этот островок тишины живому вспыльчивому характеру Мэриан! Невольное подозрение вновь загорелось в нем, и Гриффит поклялся вернуться сюда и попытаться открыть тайны Мэриан. Женщины бежали напрямик, через клумбы, и он быстро догнал их. Головной убор Сесили окончательно сполз на спину, и она схватилась за бесполезную вуаль, но Мэриан ничего не замечала. По мере того как серые камни башни становились видны все яснее, Сесили постаралась замедлить шаг.

– Леди Мэриан, я не привыкла бегать по дому, словно уличные мальчишки!

– Тогда оставайся!

– Леди Мэриан! – Сесили умоляюще дернула хозяйку за рукав. – Вы хотите, чтобы все знали, что вы потеряли Лайонела?

Мэриан окинула ее уничтожающим взглядом, но Сесили поняла, что попала в точку.

– Хотите, чтобы все глазели, задавали вопросы, гадали, какое спрятанное сокровище заставило грабителя решиться на такое?

Грудь Мэриан тяжело вздымалась. Она на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла, всякие следы тревоги исчезли. Чтобы не возбуждать излишнего любопытства гостей и слуг, она постаралась мгновенно превратиться в ту Мэриан, которую увидел Гриффит при первой встрече, – беззаботную, не связанную условностями.

Гриффит смотрел, как она взлетает по ступенькам, и гадал, сделано ли это специально, чтобы отвлечь внимание окружающих, или обман имеет иные, гораздо более глубоко скрытые причины?

Мэриан кивнула лакею, открывшему дверь, и гордо прошествовала через главный зал в своем мужском наряде, проведя Сесили и Гриффита мимо открывшего рот священника.

– Доброе утро, отец, – поздоровалась она, но не обернулась, когда тот окликнул ее, лишь поспешно завернула за угол и направилась по коридору туда, где находилась бывшая комната Гриффита.

– Где же Лайонел? – осведомился он.

Впереди показалась дверца в башню, и Мэриан ускорила шаги.

– Вон там, – показала Сесили. Странное предчувствие заставило Гриффита спросить:

– В покоях графини?

– Молюсь, чтобы так и было. – Истово прошептала Мэриан. Но Сесили только фыркнула:

– Еще много месяцев назад вы сами настаивали, чтобы мы сделали для него укрытие под лестницей и занавесили одеялом. Он никуда не денется.

Но когда они открыли дверь, мальчика нигде не оказалось.

– Лайонел! – позвала Мэриан, но ответом ей были лишь отзвуки эха, и она беспомощно охнула.

Грубое ругательство Сесили напомнило Гриффиту о долге, который та не позаботилась исполнить, и Мэриан тоже мгновенно встрепенулась:

– Как ты могла оставить его?! Ступеньки… – Мэриан бросилась на колени, шаря руками по полу, словно ожидая найти разбившееся о камни маленькое тельце. – Лайонел!

Гриффит легко взбежал по лестнице.

– Я хотела посмотреть, что происходит, – выпалила Сесили. – Хотела помочь. Увидеть, кто ворвался в наш дом.

– Я же столько раз говорила тебе, что главный твой долг – следить за Лайонелом, – панически озираясь, пробормотала Мэриан. Луч света, пробившийся в узкую бойницу, заплясал на ее лице. – Где теперь его искать? На верхней площадке? Во дворе, там, где он привык играть? В нашем доме?

Сесили разрыдалась.

– Что, если он попался негодяю, вломившемуся в дом? – Обшарив пол, Мэриан обессиленно прислонилась к стене. – Что, если кто-то похитил его? Сесили…

Откуда-то издалека донеслись слабые звуки детского смеха, и Гриффит прошипел сверху:

– Ш-ш…

Мэриан немедленно замолчала и прислушалась. Снова смех, на этот раз отчетливее. Мэриан ринулась вверх, перескакивая через две ступеньки. Но Гриффит успел добраться до комнаты графини первым и открыл ей дверь. Склонившиеся над серебряным мячом Арт и Лайонел подняли изумленные лица при виде ворвавшейся как вихрь Мэриан. И, когда она остановилась и окинула взглядом мирную сцену, Гриффит вновь заметил мгновенное превращение.

Вместо неукротимой дочери графа, вместо перепуганной матери Лайонела перед ним появился надежный оплот спокойной силы, могучая колонна, лишь слегка выщербленная временем и жизнью.

– Ну и ну! Вижу, ты неплохо проводишь время, Лайонел!

Притворялась она идеально, и только Гриффит мог бы разглядеть за этой улыбкой тревогу и облегчение.

Лайонел улыбнулся во весь рот, показывая крошечные молочные зубки и очаровательные ямочки.

– А вот и вы, – провозгласил Арт, огладывая вновь прибывших. – Он хороший парнишка, леди Мэриан. Вам следует им гордиться.

– Так оно и есть. – Мэриан опустилась на колени посреди пушистого ковра и протянула руки. Они дрожали, как и ее голос, несмотря на попытки успокоиться. – Лайонел, ты не обнимешь маму?

Но малыш с детским упрямством покачал головой и, подхватив мяч запачканной ручонкой, прижал к себе так, что колокольчик, спрятанный внутри, зазвенел. Лайонел с восторгом начал трясти мяч, стараясь, чтобы игрушка издавала громкие мелодичные звуки.

Хлопоча, словно курица-наседка над заблудившимся цыпленком, Арт прокудахтал:

– Твоя мамочка не отберет мяч, и мы снова поиграем, когда ты поцелуешь ее.

Лайонел выпятил нижнюю губку, и слезы сжали горло Мэриан. Он не хотел быть намеренно жестоким – она понимала это, – и если и был напуган раньше, то уже успел забыть обо всем. Просто мать помешала игре, и у него не было времени отвлекаться. Но она так нуждалась в ласке сына, жаждала ощутить прикосновение пухлых ручонок и упругого тельца.

– Лайонел, – проворковал Арт, – почему бы тебе не покатить мяч к мамочке?

Лайонел с подозрением уставился на него.

– А мама покатит его обратно, – добавил Гриффит. Мэриан кивнула, не в состоянии вымолвить ни слова. Лайонел, гордый новой игрушкой, подхватил шар и изо всех силенок швырнул его, Арт вскрикнул. Гриффит попытался перехватить игрушку, но рука Мэриан молниеносно мелькнула в воздухе, и шар оказался в ее ладони.

– Да ты у меня очень меткий, сыночек. – Она подбросила мяч и вновь поймала его. – Подойди поближе, я научу тебя целиться.

Лайонел поковылял к матери, и Мэриан воспользовалась возможностью наконец обнять сына; она быстро стиснула его, отпустила и показала, как попадать в цель. Пока малыш старательно пыхтел, она спросила старика:

– Он сам вскарабкался по лестнице?

– Да, миледи.

Зубы Мэриан сами собой застучали при мысли о ребенке, поднимающемся по крутым, темным каменным ступенькам.

– Только два, – пробормотала она. – Пресвятая Дева, ему только два года.

Она вновь прижала сына к себе, но тот, нетерпеливо извиваясь, вырвался и быстро пополз к Арту.

– Ну, девушка, не так уж все плохо, – утешил ее слуга. – Если не считать испуга, он прошел испытание, как настоящий герой. Я нашел его спрятавшимся в постели, когда вернулся из прачечной. Красивый мальчик, ничего не скажешь, одни глаза и волосы чего стоят! Сначала я ему вроде как не по душе пришелся, но потом объяснил, что живу в этой комнате и принес мяч специально для него, вот все и уладилось.

Впервые с тех пор, как вошла в спальню, Мэриан заметила, как изменилось все вокруг. Ни пылинки на мебели и полу. Окна блестели в лучах заходящего солнца. В большом камине горел огонь, и гобелены выглядели совсем как новые.

– О, Арт, – воскликнула она, – тебе много пришлось потрудиться!

– Комната уж больно красивая, и ваших слуг потребовалось лишь немного подтолкнуть, чтобы они все тут прибрали. – Арт многозначительно ухмыльнулся. – Совсем немного подтолкнуть… И мне это удалось.

– Лучше Арта для этого дела не сыскать, – подтвердил Гриффит без тени шутки.

– Не стоит выставлять меня базарной торговкой, – обиделся Арт, подкатывая серебряный мячик поближе к Лайонелу.

– Но если это правда… то есть не в бровь, а в глаз.

Вспомнив давно прошедшие дни, Мэриан вздохнула:

– Я тоже играла здесь в детстве, совсем как Лайонел. Слушала звон колокольчика. Вдыхала запах летних роз и видела улыбку.

– Ваша мать, – понимающе кивнул Арт, – прелестная женщина.

Сесили, стоявшая у двери, взвизгнула. Все повернулись к девушке, и Мэриан неодобрительно уставилась на кузину:

– Что это с тобой, Сесили?

Сесили, вцепившись в косяк, испуганно показала на Арта:

– Значит, вы видели призрак графини Уэнтхейвен?

Арт высморкался в ладонь, то ли вместо ответа на вопрос, то ли потому, что привык обходиться без платка. Мэриан не хотелось докапываться до причин, поскольку сама чувствовала лишь раздражение по отношению к камеристке.

– Подойди и сядь, – резко велела она. – И скажи, что все-таки случилось в нашем доме.

Взъерошенная и задыхающаяся после быстрого подъема по крутой лестнице, Сесили рухнула на ближайшую скамейку.

– Какой-то светловолосый мужчина пришел и, постучав в дверь, сказал через окно, что должен войти. Я отказалась впустить его, но он так напугал меня, что пришлось взять Лайонела и скрыться через черный ход.

Гриффит поставил ногу на скамейку рядом с ней и наклонился вперед.

– Но почему ты не позвала на помощь?

Расстроенный вид Сесили мгновенно сменился негодующим.

– Кого? Почти все отправились на охоту, и, кроме того, я не знала, кто его послал!

– Ты правильно поступила, Сесили, – кивнула Мэриан.

– Почему? – вскинулся Гриффит.

Лайонел толкнул ногой мячик и, бросившись на пол, пополз за ним. Не обращая внимания на Гриффита, Мэриан наблюдала за сыном с неподдельным интересом, но Гриффит вплотную подошел к ней и снова потребовал ответа:

– Почему? Что ты подозреваешь такого, что твоя же камеристка не может попросить помощи у людей отца?

Мэриан запрокидывала голову, пока не заболела шея, разозлившись оттого, что он намеренно пользуется своим огромным ростом.

– Некоторые вопросы лучше в этом замке не задавать. И на некоторые вопросы я не желаю знать ответа. Зато хочу знать вот что. – Она изогнулась, чтобы лучше видеть Сесили. – Ты когда-нибудь раньше видела этого белокурого человека?

Гриффит медленно отошел и встал у камина. Сесили нервно перебирала вуаль, прикрепленную к остроконечному головному убору.

– Я не успела рассмотреть его. Не стала дожидаться, пока он войдет. Но что-то в нем было знакомое.

– Знакомое? – повторила Мэриан.

– Он высокий и красивый, с широкими плечами… – Сесили запнулась и развела руками, – как у рыцаря.

Гриффит мгновенно нашел разгадку, хотя понимал, что она скорее всего неверна.

– Харботтл.

– Да!

При звуках этого имени Сесили встрепенулась и насторожилась, словно охотничий пес, выслеживающий глухаря.

– Он был похож на Харботтла.

– Разве что его двойник или брат-близнец, – покачала головой Мэриан. – Харботтл был со мной.

– Все время? – вмешался Гриффит.

– Нет, но он тоже был на охоте и видел, куда я направилась.

Гриффит вел допрос, словно клерк церковного суда, и что-то в его голосе раздражало Мэриан.

– Я о нем и не думала! С чего бы это?

Он снова подошел к огню и, только вытянув руки над пламенем, ответил:

– Просто сомневаюсь, что он признается в намерении ограбить твой дом.

Она не могла спорить с Гриффитом, хотя сгорала от желания объяснить, что он не имеет никаких прав вмешиваться. Мужчины никогда не помогали женщинам бескорыстно, если не хотели от них чего-то. Она не могла положиться на их силу, поскольку приходилось разочаровываться каждый раз, когда они требовали награды.

– Леди Мэриан, вы говорили с ним? – вздохнула Сесили. Мэриан едва не рассмеялась при виде разочарованного лица девушки.

– Да, Харботтл как раз подходит для роли грабителя. Именно у него есть причины желать мне зла.

– Есть и другие.

Сесили сжала руки, не вытирая катившихся по щекам слез.

– О, миледи, я так боюсь!

– И правильно делаешь, – кивнул Гриффит, усаживаясь на стул перед камином. – Негодяй взял что-то?

– Откуда мне знать? – Сесили, нагнувшись, сняла с юбки приставшую нитку. – Я туда больше не заходила.

Мяч Лайонела снова зазвенел и подкатился к Гриффиту. Малыш последовал за игрушкой, и Гриффит протянул руки:

– Хочешь посидеть у меня на коленях, парень?

Мальчик долго изучал Гриффита и наконец ткнулся головенкой в его ноги.

– Лайонел! – вскрикнула Мэриан, пытаясь подняться.

– Не волнуйся. – Гриффит предостерегающе махнул рукой, но голос звучал напряженно, а лицо побледнело. – Он просто выказывает симпатию ко мне.

– Такая симпатия может убить человека, – заверил Арт, и Мэриан прикрыла рот рукой. Смех, пусть даже сочувственный, был здесь крайне неуместен. – Все же, – продолжал Арт, – можешь не прикрывать свои бубенчики, Гриффит, все равно тебе от них никакой пользы.

– Бубенчики? – хихикнула Сесили.

Но веселость Мэриан внезапно улетучилась. Гриффит собирался воспользоваться своими «бубенчиками» не дольше часа назад, когда вместе с ней искал уединенное местечко.

Но если Гриффит и вспомнил, то не подал виду. Вместо этого глубоко вздохнув, он усадил Лайонела на колени, стараясь, чтобы брыкающиеся ножонки не задели его. Потом вытер пот со лба и сказал:

– Сесили, ты говорила, что видела, как он уходил. И при этом что-то держал в руках?

– Я не говорила, что видела, как он уходил.

Лайонел заерзал, усаживаясь поудобнее, и Гриффит осторожно прижал малыша к себе.

– Ты сказала, что оставила Лайонела и вернулась, чтобы проследить за домом. Это означает…

– Он не взял ничего… что бы я заметила. – Щеки Сесили побагровели, и Мэриан обменялась с Гриффитом многозначительными взглядами. Мэриан поняла, что оба невольно задавались вопросом, действительно ли девушка подсматривала за грабителем. Как похоже на Сесили: она всегда так искренне хочет помочь, но не имеет мужества сделать это. Не сводя глаз с камеристки, Мэриан спросила:

– Откуда ты наблюдала?

– Из сада, – пробормотала Сесили, обиженно выпятив губку.

– Оттуда много не увидишь, – не отступала Мэриан. – Слишком далеко.

– Где же вы предлагаете мне стоять в следующий раз? – отпарировала Сесили, слишком раздраженная, чтобы вспомнить о такте и собственном положении. – На заборе?

Арт встал между женщинами и показал на деревянную лестницу, ведущую к люку в потолке.

– Тебе лучше подняться и приготовить постель для госпожи и маленького хозяина, прежде чем скажешь то, о чем потом пожалеешь, – предупредил он.

Сесили побледнела.

– Мы не останемся здесь, правда, миледи?

Мэриан развела руками.

– Переночуем в одной из спален внизу! В конце концов…

– Ты будешь спать здесь, – перебил Гриффит.

– Что может со мной случиться в доме отца?

Гриффит, еще более, чем обычно, похожий на опасного зверя, тряхнул темной гривой и нахмурился так зловеще, что густые брови сошлись.

– То же, что случилось бы с тобой, останься ты сегодня дома.

– Возможно, ничего, – пожала плечами Мэриан.

– Женщина, ты не понимаешь. – Голос Гриффита становился все настойчивее. – Тот, кто разорил твой дом, вовсе не добрый слуга, стремившийся угодить твоему отцу. Кто-то отчаянно желал что-то найти или получить. И попадись ты на пути, он мог бы постараться избавиться от препятствия.

– Мой отец…

– Не знаю, почему ты считаешь, что это твой отец. Что он хотел украсть? Что искал? – осведомился Гриффит.

Мэриан смотрела на все, что угодно, только не на него.

– Я не могу знать, что на уме у отца и каковы его намерения.

– Даже если это он отдавал приказ, можешь ли ты чувствовать себя в безопасности с одним из его лакеев? – И, заметив, как сжалась Мэриан, безжалостно добавил: – Ага, вот теперь мы начинаем докапываться до правды. И пока не найдем ответов на свои вопросы, ты ни на шаг от нас не отойдешь и будешь держаться поблизости.

Мэриан быстро взглянула на него и отвернулась.

– Я не могу остаться здесь, с тобой.

– Хочешь сказать, из-за своей репутации?

Снова собирается язвить? Она не знала, да и не заботилась об этом. По крайней мере не очень заботилась.

– Не позволю, чтобы они говорили, будто я согреваю твою постель.

– Сесили будет спать с тобой, – решил он.

– Ни за что! – вскинулась камеристка.

Но прежде чем Гриффит открыл рот, Арт подошел к девушке и дал ей затрещину.

– Будешь!

Потревоженный остроконечный головной убор пошатнулся и снова сбился набок, удерживаемый только вуалью. Камеристка протестующе взвыла и уже была готова что-то крикнуть, но Арт повелительно указал на винтовую лестницу:

– Ни одна английская лизоблюдка не посмеет спорить с моим хозяином! Наверх, или получишь еще гостинца!

Мэриан начала было упрекать слугу, но Сесили, не дожидаясь, пока хозяйка защитит ее, побрела к лестнице, заливаясь слезами. Окинув Мэриан долгим взглядом, она проговорила, всхлипнув:

– Я все равно не могу покинуть вас. – И начала подниматься по ступенькам.

Мэриан всплеснула руками:

– Посмотри, что ты наделал! Заставил ее плакать.

– Должно быть, глупая девчонка все время хнычет, – презрительно фыркнул Арт.

– Да, и потом меняется со мной подушками, оставляя мне мокрую.

– Значит, ты поживешь наверху, – удовлетворенно кивнул Гриффит.

Мэриан набрала в грудь побольше воздуха, чтобы начать спорить, но Арт объявил:

– Охотники вернулись.

Мэриан встала и отряхнула лосины.

– Тогда я пойду поговорю с Уэнтхейвеном.

Гриффит попытался встать, но Лайонел вцепился в него, и пришлось немедленно опуститься обратно.

– Ты не можешь идти одна!

– А ты не можешь идти со мной. – Гриффит хотел было запротестовать, но Мэриан резко оборвала: – Ты же не полный глупец! Я должна точно знать, направил ли Уэнтхейвен этого посланника ада в мой дом. Если да, то почему. Если же нет…

– Если нет? – вмешался Арт.

– Если нет – значит, теряет нюх. Он привык хвастаться, будто знает все, что происходит в округе.

Мэриан весело подняла брови.

– Представляешь, какое удовольствие доставило бы мне высказать ему все это!

– Мэриан! – окликнул ее Гриффит глубоким, звучным голосом.

– Что? – сварливо откликнулась она, понимая, что похожа сейчас на базарную торговку, но ей совсем не хотелось выслушивать еще наставления. Почему этот человек так настойчиво желает нести за нее ответственность?

Гриффит помахал кошелем:

– У меня твое золото.

– Золото! Я и забыла.

– Забыла? Как ты могла забыть о деньгах? Ведь именно их искали воры, не так ли?

Гриффит, похоже, подозревал правду, а ей казалось, что открыться ему будет слишком легко. Мэриан никогда и никому не хотела исповедаться раньше и не понимала, какое волшебство употребил этот слуга короля, чтобы искушать ее.

Она, не отвечая, пересекла комнату, но когда хотела взять тяжелый мешочек, Гриффит отдернул его.

– Я позволю тебе поговорить с отцом наедине, но с одним условием.

– Каким именно?

– Ты проведешь ночь здесь. И дашь мне в этом слово. – Мэриан пыталась что-то возразить, но он властно поднял руку. – Дай слово или не получишь денег.

Мэриан мятежным взором окинула соблазнительный кошелек.

– Пока ты не будешь по ночам покидать свою постель наверху, – продолжал Гриффит, столь же обольстительный, как змей в раю, – твоя репутация в безопасности. И никаких затруднений у тебя не будет, поскольку я тебе не нравлюсь. Я – уродливое чудовище, верное, словно пес, Генриху Тюдору, и думаю, что король должен задать твоей госпоже Элизабет хорошую трепку за ее предательство во времена правления Ричарда, и, кроме того, считаю, что тебя нужно выдать замуж за человека, который станет бить тебя дважды в день, чтобы не смотрела на других мужчин.

Мэриан повторила фразу, которую повторяла со дня возвращения в замок Уэнтхейвен:

– Я никогда не выйду замуж.

Но слова ничего не значили для него.

– Ошибаешься.

Значит, он решил бросить ей вызов. Все, что он сказал, было лишь вызовом, еще больше подчеркнутым теплотой взгляда. Глаза Гриффита отливали чистым золотом, словно солнечное сияние, как огонь, напоминая ей о том, как она постыдно сдалась в саду.

Гриффит ничего не забыл, как она надеялась. И вместо этого выглядел как мужчина, который ожидает подходящего момента.

– Я вернусь, – наконец сказала она.

Гриффит, не улыбнувшись, вручил ей мешочек с золотом, но Мэриан почувствовала, как волны удовлетворенности захлестывают ее. Но прежде чем она успела раскаяться в собственной глупости. Арт выхватил кошелек из ее пальцев.

– Я положу его сюда, – объявил он, показывая на высокий поставец, – и вы можете забрать его позднее. И, миледи, не волнуйтесь ни о чем. Гриффит в самом деле уродливое чудовище и недостоин вас. Да что там, клянусь, вы даже не знаете, какого цвета у него глаза!

Мэриан, прищурившись, взглянула на Арта.

– Думаю… скорее… желтые.

– Коричневые, как грязь, – фыркнул Арт. – Это когда он не волнуется.

– Никогда не видала его таким, – возразила Мэриан. – Они золотые, как корона Англии.

Арт ехидно ухмыльнулся сначала ей, потом Гриффиту. Мэриан переводила взгляд с одного на другого, сконфуженная безмолвным пониманием между ними. Но, видя, что они ничего не собираются объяснять, резко повернулась, взмахнув плащом, и ушла.

Массивную дубовую дверь нельзя захлопнуть с грохотом – для этого она слишком тяжела. Но все-таки по комнате разнесся глухой стук, словно Мэриан очень постаралась, и Гриффит слегка прижал палец к синяку, расплывшемуся по носу.

– Думаешь, я смог убедить Мэриан в том, что ей грозит опасность?

– Вероятно, но, по-моему, она считает, что самая большая опасность ожидает ее в этой комнате, – заметил Арт.

Лайонел снова бросил мяч, и Гриффит спустил малыша на пол, разрешая поползти за игрушкой.

– Я чертовски плохо выполнил поручение короля и не смог защитить ее.

– Генрих будет недоволен.

– Генрих может идти ко всем чертям, – отрезал Гриффит, слишком раздраженный, чтобы помнить о почтении к монарху. – Никак не пойму, откуда ждать беды! Мы прибыли только вчера. Может, и набег на ее дом – следствие нашего появления?

– Или, наоборот, мы приехали как раз вовремя?

Печальный вопрос словно проник в истинную причину тревог Гриффита.

– Может, кто-то осведомлен о наших истинных намерениях, понял, какую путаницу мы сможем внести в их планы, или просто знал о цели нашего приезда?

– Кто-то вроде Уэнтхейвена? – подхватил Арт.

– Вот именно.

Арт, криво улыбнувшись, спросил:

– Хочешь, чтобы я спустился в прачечную и поухаживал за вдовушкой Джейн?

– Совершенно верно. – Гриффит встал и подхватил на руки Лайонела. – Кроме того, я обещал мальчику прогулку с утра. Сейчас день, но, может, мы с Лайонелом успеем навестить наемников. Они разрешат ему посмотреть оружие и доспехи, пока я потолкую с их капитаном.

– И заодно последишь за леди Мэриан и Уэнтхейвеном?

– Да, и заодно послежу за леди Мэриан и Уэнтхейвеном…