Тремя днями позже Хоук постучал молотком в дверь дома своей тетки. Он стиснул зубы, зная, что пожалеет о своем решении. Но у него не было выбора.

Когда Хендерсон вышел из прихожей, оставив там Хоука, тот стал мерить комнату шагами. Тетка должна была бы сразу пригласить его в гостиную. Без сомнения, она намеренно заставила его ждать, чтобы показать, как она недовольна, что он наказал Джулиану за непослушание.

Он посмотрел на каминные часы и почувствовал, как в нем растет нетерпение. Разумеется, он не скучал о ней. Она была колючкой, засевшей в его теле, и из-за нее его жизнь стала такой невыносимой. А ведь сначала он был рад перерыву в исполнении им обязанностей опекуна. Два дня назад в клубе он распил с приятелями несколько бутылок кларета, но вскоре почему-то почувствовал скуку и раздражение.

Подумав, он предположил, что причина его плохого расположения духа кроется в долгом воздержании, и решил утолить свою плоть. С этой целью он отправился в театр, а точнее — в женскую уборную. Танцовщицы Нелл и Нэнси встретили его с раскрытыми объятиями и едва прикрытыми телами. Они снова предложили ему заняться любовью втроем. Он убеждал себя, что спокойно справится с этим делом, но его вожделение угасло, когда он поближе рассмотрел их накрашенные лица. От них к тому же несло потом и дешевой парфюмерией. Еще хуже ему стало, когда перед его мысленным взглядом возникли прекрасные голубые глаза Джулианы. Извинившись перед танцовщицами, Хоук ретировался с такой скоростью, будто за ним гнался Цербер из ада.

Позже ему пришлось познать другие адские муки. Две ночи подряд ему снилась Джулиана, и сны эти были полны похоти. Он просыпался полубезумным, испытывая огромное вожделение. Сколько бы он ни твердил себе, что она недоступна, он не мог избавиться от непреодолимой тяги к ней.

Черт побери! Он же, в конце концов, не каменный. Ее красота станет искушением для любого мужчины, а его ситуация напоминала заколдованный круг. Он страстно желал ее и понимал тщетность своего желания. Во всяком случае, он не получит ее, не женившись. А брак для него — запретная тема.

Хуже всего было то, что ему не давали забыть о ней даже в ее отсутствие. Накануне вечером в клубе его привела в исступление целая толпа мужчин и женщин, выражавших озабоченность здоровьем Джулианы. Этим утром в школе фехтования он столкнулся с ее поклонниками. Бофор хотел знать мельчайшие подробности ее болезни и заявил, что немедленно пошлет ей цветы. Осгуд пообещал написать в ее честь стихотворение. Портфри и Бентон собирались послать ей сладости. Карутерс сказал, что договорится, чтобы ей доставили корзину фруктов.

Все пятеро горестно вздыхали и соглашались, что вечерние развлечения потеряли без Джулианы свою прелесть. По их мнению, проводить с ней время «весело и приятно» и она самая живая девушка в великосветском обществе.

Но это не шло ни в какое сравнение с появившимся в желтой прессе упоминанием о ее «таинственном» заболевании. Меньше всего хотелось, чтобы об этом якобы заболевании сестры узнал Тристан. Ему и так хватает волнений с беременной женой.

Хоук еще раз взглянул на часы и застонал. Он ничем не лучше этих юнцов. Его возвращение к прежней жизни провалилось, и он не переставал думать о Джулиане. Дьявол, он чувствует себя виновным в том, что ограничил ее в передвижениях. Но больше всего он соскучился по ее смеху и язвительным замечаниям.

Хорошо, сегодня он подарит ей радость.

Вернулся Хендерсон и сообщил, что дамы готовы принять его. Хоук сказал, что сам доберется до гостиной. Он взлетел по ступеням, взволнованный предстоящим сообщением о хорошей новости.

Несмотря на усталость, Джулиана едва сдерживала волнение. Издатель накануне попросил остальную часть книжки. Его заинтересованность подстегивала Джулиану. Если она сохранит темп, то закончит работу еще до конца недели.

Она достала чистый лист, обмакнула перо в чернила и вывела заголовок следующей главы: «Как сохранить и удержать поклонника».

«Если у вас появился постоянный воздыхатель, то может возникнуть искушение выяснить его планы на вечер. Сделайте это на свой страх и риск, но учтите, он может принять это за попытку потащить его к алтарю.

С другой стороны, он может попытаться узнать о ваших планах. Если хотите, чтобы его интерес к вам не угасал, отвечайте туманно. Не лгите о том, где будете, но учтите, что не обязаны докладывать, чье приглашение намерены принять».

— Можно, я прерву тебя? — В комнату вошла Хестер.

— О, вы как раз вовремя. Я только что закончила главу. Может быть, прочтете и выскажете свое мнение?

— Пришел мой племянник, но он может подождать. — Хестер вставила в глаз монокль и внимательно прочла написанное. — Отлично! Но сейчас надо встретиться с Хоуком. Ты же не хочешь усилить его подозрения? Пойдем-ка поздороваемся с ним.

Джулиана наморщила нос.

— Я надеялась, он не появится до конца недели. Мне осталось написать совсем немного.

— Похоже, он пришел ненадолго.

— Ну хорошо, — вздохнула Джулиана.

Когда они вошли в гостиную, Хоук приказывал собакам сидеть. Они послушались, и Хоук угостил их крошками.

— А говорят, ты не можешь научить старых собак новым трюкам, — сказала Хестер, глядя на эту сцену в монокль.

Каро и Байрон бросились к хозяйке. Она села, позволила им вскочить на диван, расположиться рядом с ней и взъерошила им шерсть. Джулиана села напротив и в нетерпении стала постукивать о пол носком туфли, чем привлекла внимание Хоука.

Заметив это, она замерла.

— У меня есть новость, которая тебя обрадует, — начал Хоук.

— Да? — Неужели он собирается уехать из города? Она спрятала руку в складках юбки и скрестила пальцы.

— За хорошее поведение я решил помиловать тебя.

— Помиловать? — эхом повторила она.

— С сегодняшнего дня, — кивнул он, — можешь принимать посетителей и участвовать в празднествах.

— Неожиданная новость, не правда ли, Джулиана? — Хестер бросила на нее многозначительный взгляд.

— О да, — ответила Джулиана. — Ничего подобного я не ожидала. — Пропади он пропадом! Почему он отменил заключение именно сейчас, когда оно ей больше всего нужно?

— Я думал, ты больше обрадуешься. — Он с недоумением посмотрел на Джулиану.

— Ну конечно, она счастлива, — вмешалась Хестер.

Джулиана судорожно искала выход из положения. Она хотела бы сослаться на заболевшее горло, но испугалась, что он пошлет за врачом.

— Она уже привыкла к покою, — объяснила Хестер. — Думаю, будет лучше, если она несколько дней станет посещать только вечерние мероприятия — так она сбережет силы.

Слова Хестер вызвали у Джулианы вздох облегчения. Хотя бы днем она сможет работать над книжкой.

— Она только что постукивала ногой об пол. — Хоук удивленно поднял брови. — Это очевидный признак того, что ей необходимы физические нагрузки. Ей принесет пользу прогулка по парку. Я отвезу ее туда в своей коляске.

У Джулианы отвисла челюсть.

— Вы собираетесь водить меня на поводке? — спросила она, словно была одной из собачек.

— Отличная идея, — заметил Хоук, подмигнув.

— Я бы осталась дома, — сказала Джулиана. Будь он неладен! Ей дорога каждая минута, которую она может посвятить книжке.

— Я думал, ты обрадуешься, что можешь вырваться из четырех стен, — нахмурился Хоук.

— Мне нужно подготовиться к вечеру, — сказала она. — Я еще не знаю, что надеть. — Увидев на его лице сомнение, она придумала еще одну причину: — Проведя столько времени взаперти, я должна подгримироваться.

— Шутишь? — нахмурился он.

— Вы не представляете себе, на что идут женщины, чтобы иметь свежий цвет лица. — Джулиана посмотрела на Хестер. — Я приобрела новый крем. Называется «Молоко девственницы». Он считается одним из лучших средств улучшить цвет лица.

Хоук расхохотался, да так, что сполз со стула.

— Чем можно объяснить ваше веселье?

Он продолжал хохотать, пока на глазах не выступили слезы. Наконец он замолчал и вытер глаза.

— Сколько бы ты ни заплатила за этот крем с абсурдным названием, считай, что выбросила деньги на ветер.

— Я не выбрасываю денег на ветер. А вы своими словами оскорбили меня.

Его светло-карие глаза блестели, когда он посмотрел на нее.

— Я вовсе не хотел оскорблять тебя. Наоборот. Ты самая прекрасная женщина в королевстве.

Джулиана была настолько поражена, что едва не открыла рот. Многие мужчины делали ей комплименты, но Хоук — никогда. Надо относиться к его словам спокойно, ведь это обычная лесть.

— Тетушка, куда вы намерены пойти вечером? — спросил Хоук.

— Леди Дануорти устраивает музыкальный вечер, — ответила Хестер, — но мы еще пока не решили, идти или не идти.

— Я буду сопровождать вас с Джулианой, — сказал Хоук. Затем подошел к Джулиане и поправил ей волосы за ухом. — Если захочешь сегодня сыграть, я буду переворачивать ноты.

Он ее даже не спросил, уверенный, что она безумно обрадуется его предложению. Его высокомерие рассердило ее, и она решила дать ему сдачи.

— Может быть, это сделает другой джентльмен.

— Прекрати огонь, Джулиана. — В его взгляде появилось неудовольствие. — Я предлагаю мир.

Она едва не сказала ему, чтобы в будущем он обращался с ней с большим уважением, но затем сообразила, что не знает истинной причины, которая привела его сюда сегодня.

— Вы отменили свое решение о моем заключении вовсе не потому, о чем говорили. У меня все равно нет выбора, поэтому вы уверены в моем согласии. — Она смотрела ему в глаза. — Хоук, скажите откровенно, почему вы выпускаете меня?

Несколько мгновений он выглядел ошарашенным, но быстро пришел в себя.

— Почему ты столь подозрительна? Я думал, ты обрадуешься.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Я хотел сделать тебе добро, а ты не желаешь принять его. Не знай я тебя, подумал бы, что ты специально провоцируешь меня продлить твое заключение.

Она должна была тут же заставить его изменить точку зрения.

— Если бы вы относились ко мне вежливо, как к воспитанной леди, я бы не злилась.

— Хорошо воспитанная — да, — усмехнулся он. — Но ты отнюдь не оранжерейное растение.

— Марк, — вмешалась Хестер, — держись в рамках.

Он повернулся к тетке:

— Я приду к вечеру.

— Марк, — вздохнула Хестер, — глупо все время быть рядом с ней. Я сама сопровожу Джулиану.

— Это моя обязанность, — возразил Хоук. — Я буду ровно в восемь. — Он взглянул на Джулиану: — Готовься.

— Марк, ты забываешься.

Хоук, не обращая внимания на Хестер, посмотрел на Джулиану:

— Подозреваю, ты держишь что-то в своем пышном рукаве, но я советую забыть обо всех уловках, которые ты придумала.

Когда за ним закрылась дверь, Джулиана пожалела, что не бросила ему в голову одну из египетских статуэток.

— Я с удовольствием ударила бы его.

— Ну-ну, не надо так расстраиваться.

— До чего же он груб! — Джулиана посмотрела на Хестер. — Он ведет себя так, словно я марионетка. Я устала дергаться на его ниточках.

— Ну, тогда нужно придумать способ расстроить его планы. Мы последуем твоему совету из книжки: никогда не оказываться там, где он ожидает тебя увидеть.

Вечером Хоук приехал в дом тетки.

— Можете не беспокоиться, — сказал он старому дворецкому, — я сам пройду в гостиную.

— Но леди Рутледж нет дома, — ответил Хендерсон, откашлявшись.

— Ее нет дома, — нахмурился Хоук, — или она действительно ушла?

— Милорд, мне было велено сообщить вам, что ее светлости нет дома.

Хоук стукнул себя кулаком по ноге.

— Полагаю, леди Джулианы тоже нет дома?

— Мне приказали сообщить, что леди Рутледж нет дома.

Хоук порылся в карманах сюртука и достал кошелек.

— Милорд! — Хендерсон отпрянул. — Я не могу принять ваш… подарок.

— Мы оба знаем, что это взятка. Сколько за полную откровенность?

— Я не имею права что-либо открывать. — И через несколько мгновений Хендерсон добавил: — Милорд.

Хоук почувствовал уважение к дворецкому, когда тот отверг взятку, и положил кошелек обратно в карман.

— Хендерсон, если я скажу, что дело срочное, тогда вы ответите на мои вопросы?

На лбу у старика выступили капельки пота.

— Если срочное, я сделаю исключение.

— Я считаю, что срочное, — ответил Хоук. — Давно доказано, что у женщин меньше мозгов, и иногда их слабая способность прислушиваться к доводам рассудка мешает им мыслить.

— Милорд, я никогда не думал о мозгах леди Рутледж.

— Возможно, это и к лучшему, Хендерсон. Теперь ответьте: мою тетушку и леди Джулиану сопровождает мистер Пекэм?

— Да, милорд.

Хестер говорила, что они еще не решили, пойдут ли на музыкальный вечер.

— Тетушка не сказала, куда они отправились?

— Нет, милорд.

— Вы можете сделать еще что-нибудь полезное для меня? — вздохнул Хоук.

— Нет, милорд.

— Вы уверены, что не хотите принять компенсацию за вашу помощь?

— Уверен, милорд. — Дворецкий достал носовой платок и вытер лоб. — Еще что-нибудь, милорд?

— Только одно. Этого разговора не было. Мы ведь понимаем друг друга, Хендерсон?

— Да, милорд.

Хоук надел шляпу и, подойдя к экипажу, продиктовал кучеру адрес леди Дануорти. Когда он приехал на вечер и вошел в гостиную, то невольно поморщился, услышав, как фальшивит Генриетта Бэнкрофт. Она набрала полную грудь воздуха и стала выкрикивать высокие ноты. Он готов был к тому, что даже люстра заплачет горючими слезами.

К счастью, номер быстро закончился. Хоук оглядел гостиную и, как ожидал, нигде не увидел ни тетки, ни Джулианы, ни мистера Пекэма.

К нему направилась леди Дануорти.

— Хоук, какой приятный сюрприз! Не ожидала вас увидеть после того, как леди Рутледж поспешно покинула вечер.

— Жаль, — сказал Хоук. — Что-нибудь случилось?

— Ваша тетушка сказала, — прямо в ухо тихо проговорила леди Дануорти, — что не хочет терзать свой слух пением Генриетты Бэнкрофт. — Леди Дануорти вздохнула. — У нее ужасный голос, но она непоколебима. Но раз уж вы пришли, не могли бы вы переворачивать ноты другим молодым дамам?

— Пожалуй, придется отказаться, — ответил он. — У меня для тети новость, которая не может ждать.

— Боже! Надеюсь, здоровье вашей бабушки не ухудшилось? В ее возрасте тахикардия может быть опасна.

По правде говоря, мать написала, что бабушкина тахикардия прошла.

— Я должен проинформировать тетушку. Она не упоминала, куда думает направиться?

— Нет, но сегодня среда. Вы можете найти ее в «Олмаке».

— Спасибо, леди Дануорти. Вы оказали мне неоценимую услугу.

Ему помогает сам Господь. «Олмак» — одно из самых захудалых мест. Выстояв огромную очередь, его экипаж остановился перед старым залом. Шагая к дверям, он вспомнил, что патронессы требуют, чтобы мужчины приходили в бриджах. Наплевать! Он бы вошел, даже если бы ему пришлось флиртовать с леди Джерси.

Леди Джерси встретила его и покачала головой, увидев его наряд:

— Хоукфилд, вы же знаете, что полагается приходить в бриджах, пусть даже вы не были здесь целую вечность. Что привело вас к нам?

— Моя тетушка и леди Джулиана.

— А их здесь нет, — рассмеялась она. — Какая прелесть! Вы потеряли не только тетю, но и подопечную!

— Видимо, из-за склероза моя тетушка дала мне неверные сведения.

— Желаю вам удачи в поиске, — лукаво посмотрела она на него. — Надеюсь увидеть вас на следующей неделе — разумеется, соответственно одетым. Слишком долго вы не были на седьмом небе.

— Скорее, в седьмом круге ада, — пробормотал Хоук. Затем откланялся и зашагал прочь.

Когда Хоук подошел к экипажу, кучер посмотрел на него с жалостью:

— Куда теперь, милорд?

— Если бы я знал, — ответил он.

— Милорд, я слышал, нынче будет фейерверк в Воксхолле.

— Лучше, если нас там не будет. — Он сообразил, что тетка и мистер Пекэм отправились куда-нибудь поужинать, если на самом деле это являлось их целью. Но даже если так, он не мог полностью доверять Хестер, надеясь, что та будет внимательно присматривать за Джулианой. Мысль, что та прогуливается по улице со своими глупыми приятелями, привела его в бешенство. Подонки только и ждут, чтобы встретить беззащитных девушек. Его сердце взволнованно билось, он чувствовал, что Джулиане угрожает опасность.