Документы/в7/Временной-пейзаж-2019/МС-160

Карлайл, Англия, 1745

Мэтью лежал в кровати. Он выглядел больным, но Кэтрин все равно засыпала его вопросами о восстании 1745 года.

– Мне стыдно, но я не так хорошо знаю историю. Кажется, когда мятежники наступали на Англию, армия не готова была защищать Лондон. Чтобы остановить восстание, правительство в панике согласилось подписать соглашение, которое давало Красавчику Чарли права на Шотландию. И хотя потом он был разбит при… при Каллодене, его потомки причинили Англии много неприятностей. Нынешний король Шотландии все еще пытается завоевать Англию. Он отказался сражаться против русских, так что Англии не хватает солдат. Я знаю, что должен поддерживать своих соотечественников, ведь я шотландец, но наш король ведет себя как капризный ребенок. Шотландские короли нанесли своей стране большой урон жадностью и легкомыслием. Многие годы в Шотландии был ужасный голод – погибла почти половина населения. Мне кажется, что для обычных людей вроде меня было бы лучше, если бы Шотландия была частью Британской империи.

– Так ты говоришь, что в 1745 году Англия была не готова сразиться с мятежниками?

– Наверное. Прости, я бы охотно рассказал тебе как можно больше о восстании, но мало что помню. Битва при Каллодене состоится весной 1746 года… Да, кажется, так.

– Так ты не уверен в этом? Тогда нам нужно найти способ задержать повстанцев! Дюранд поклялся не сдавать город. Если мы сможем хоть ненадолго удержать Карлайл, у англичан будет больше времени на то, чтобы собрать войска и защитить страну.

– Но, насколько я понял, этот ваш Дюранд пошел наперекор мнению горожан. Если жители Карлайла хотят сдаться, что тут можно сделать?

– А ты не хочешь снова пожертвовать собой? – усмехнулась она. – Вдруг сработает?

– О нет, пожалуй, нет.

– Если завтра тебе будет получше, мы можем пойти в замок и посмотреть, что там происходит. Они закрыли ворота, но нам, думаю, откроют. Возможно, мы сможем придумать что-нибудь на месте. Так и скажем им – пусть держатся.

* * *

– Мэтью, какой жизни ты бы хотел для своей Кейти? – спросила Кэтрин по дороге к замку. – Ну, если бы ты умер, как бы ты хотел, чтобы она поступила? Тебя бы возмутило, если бы она нашла кого-нибудь другого?

Он испытывающе посмотрел на нее.

– Скажи, а вы с Мэтью были близки?

– Конечно, – с удивлением ответила она. – А разве ты не был близок с Кейти?

– Нет. Я… я думаю, что в конце концов мы были бы вместе, но она предала меня, и я долго не мог ее простить.

– Что она сделала?

– Она шпионила за мной. Следила, чтобы я не отсылал в газету опасных данных.

– Вот как… И я тоже шпионила за Мэтью, – тихо призналась она. – Я думала, что он мятежник, и боялась, что он выдаст наши секреты. Думаю, мы только поэтому и сблизились. Иначе я бы не стала тратить время на то, чтобы получше узнать простого слугу.

– Так что, он действительно готов был выдать ваши секреты?

– Нет. Я ошибалась. Он простил меня.

Мэтью промолчал, и некоторое время они шли в тишине. Кэтрин размышляла о том, что совпадало в их жизнях, а что отличалось, и вдруг Мэтью ответил на ее вопрос:

– Ты спрашивала, какой жизни я бы хотел для Кейти… Я бы хотел, чтобы она встретила кого-нибудь. Я бы хотел, чтобы кто-то сейчас был рядом с Кейти, если бы она не погибла… Это лучше, чем остаться одинокой, но верной мне. Думаю, твой Мэтью хотел бы того же. Я знаю, что для тебя все иначе, ведь у тебя есть дом и семья, но этого мало для счастья. Незачем оплакивать того, кого уже нет рядом. Тому, кто ушел, все равно, его дни на этой земле закончились.

– Учитывая, что вы похожи, мне от тебя никак не избавиться, – пошутила она. Ей плохо удавались серьезные разговоры, и она не знала, как сказать ему, что значат для нее его слова. Она чувствовала угрызения совести от того, что так быстро нашла замену своему Мэтью, но в конце концов она и не искала ее. Этот Мэтью был всего лишь другой версией погибшего. Но… Неужели их короткое совместное прошлое с погибшим Мэтью Гэллоуэем значило для нее так мало, что она готова была все забыть и начать с начала? Стоп, готова ли? У нее не было слов, чтобы объяснить все это, и поэтому она предпочла отшучиваться. Но Мэтью был серьезен.

– Я бы ни за что не бросил мою Кейти, если бы мог остаться с ней. Клянусь. Если бы все было наоборот, если бы я умер, а твой Мэтью заменил меня в моем мире, я бы хотел, чтобы моя Кейти любила его и была с ним. Поскольку мы с ним похожи, скажу, что твой Мэтью хотел бы того же для тебя.

– Спасибо, – только и выдавила она в ответ.

– А ты? Ты бы хотела, чтобы Мэтью нашел кого-то после твоей гибели? – спросил он через несколько шагов.

Кэтрин задумалась и вдруг поняла, что не хочет. Она бы хотела, чтобы Мэтью принадлежал только ей. Но вот какой Мэтью, она не знала.

– Ты спросил о себе? Я слишком эгоистична, чтобы позволить Мэтью Гэллоуэю быть счастливым с кем-то еще, – ответила она с улыбкой. – Прости, но у тебя нет выбора – ты можешь быть только со мной.

Он тихо рассмеялся:

– Что ж, думаю, я смогу найти в себе силы, чтобы тебя простить.

– Если речь идет о другой версии меня, – продолжила Кэтрин, – то у меня есть одно условие.

– Вот как? И какое же?

– Ее прическа не должна быть лучше моей. Я бы хотела, чтобы ты с тоской вспоминал меня, глядя на ее дурацкую шевелюру. Мне бы этого было достаточно.

Мэтью испытующе взглянул на ее волосы.

– Имей в виду, что сейчас у меня нет служанки, чтобы помогать причесываться, – торопливо добавила она.

– Понимаю. Что ж, я тщательно обдумаю твое условие.

– И что же ты скажешь? Ну, забегая вперед?

– Думаю, что дипломатичнее промолчать. Что бы я ни сказал, кто-то из вас обязательно обидится. Зная, как мне везет, я бы не удивился, появись передо мной сейчас десять разных Кэтрин, которые потребуют, чтобы я оценил их прически в порядке убывания.

– И это, разумеется, правильный ответ. Благодарю за комплимент.

– Я был честен, а кто скажет иначе – бессовестный лжец, – ответил он с лукавым блеском в глазах.

Она подтолкнула его плечом, закусив губу, чтобы не рассмеяться.

Мэтью остановился, и Кэтрин заметила, насколько плохо он выглядит.

– С тобой все в порядке?

– Не знаю, как я раньше этого не заметил, – сказал он. – Любому ясно, что мы не в девятнадцатом веке. Кругом ведь сплошные поля!

О своем самочувствии он говорить явно не хотел.

– Ах вот как, тебе не нравится наш город! – воскликнула она, чувствуя себя немного обиженной за Карлайл. – Ну, сейчас не лучшее время. Эти баррикады… Но ведь ты, кажется, говорил, что жил в палатке в этом твоем светлом будущем?

– Да полно тебе! По правде сказать, я удивлен тем, как мало все изменилось, учитывая, что прошло больше века. Это даже немного обескураживает.

– То есть у вас все еще нет самоходных экипажей? – спросила Кэтрин.

– Ха! Не думаю, что когда-нибудь мы обойдемся без лошадей.

– И люди, значит, все еще не летают?

– Ох, – сказал он. – Разве я не показывал тебе свои крылья?

Пораженная, она открыла рот, как вдруг увидела его лицо.

– Мэтью! Ничего смешного!

– Напротив. Ты так легко поверила!

– Сто с лишним лет – немалый срок, – парировала она. – Как ты думаешь, какой будет жизнь в тысяча девятьсот сорок пятом году? Если бы тебе сказали, что люди смогут летать, ты бы поверил?

– Разумеется, нет! Не смеши меня.

– Разумеется, милый, – фыркнула она.

Он покосился на нее, удивленный неожиданной фамильярностью, и Кэтрин покраснела. Она слишком быстро привыкла к новому Мэтью. Ей не следует так себя вести – ведь они только что встретились. Между ними повисла неловкая тишина.

Центральная научная лаборатория, Уэст-Мидлендс, Англия, 2039

Шаги слышались в некотором отдалении, но быстро приближались.

– Бежим, – прошептала Кейт.

Мэтт кивнул и, сорвав со стены тетрадь, последовал за ней. Она захлопнула дверь, не потрудившись закрыть замок.

– Они наверняка увидели разбитое стекло в холле, – сказал Мэтт с ужасом. – Они знают, что кто-то проник внутрь.

– Быстрее. – Кейт вгляделась в темноту коридора. Пока там было пусто, но звук шагов нарастал. – Сюда.

Она бросилась бежать, наобум сворачивая в новые и новые коридоры. Она надеялась найти другой выход. В голове стучало одно: только бы они не оказались в тупике. Мэтт бежал следом, она чувствовала его теплое дыхание на своей шее. Свет фонарика метался, и Кейт шарахалась от каждой тени. В руке она крепко сжимала ампулу, опасаясь случайно уронить ее.

Впереди показалась тяжелая железная дверь, но на ней висел замок. Сначала она подумала, что это и есть тупик, но затем поняла, что коридор сворачивает, и с облегчением увидела ведущие вверх ступени.

Перепрыгивая через две ступеньки, Кейт взлетела по лестнице. Но… Дверь наверху была заперта.

Она оглянулась на Мэтта и выдохнула:

– Закрыто.

Мэтт передал ей фонарик и налег на дверь плечом, но та не сдвинулась ни на сантиметр.

Кейт вдруг увидела пляшущий по стенам луч:

– Они идут сюда! Попробуй еще раз.

Мэтт снова навалился на дверь, глухо застонав от боли. В этот раз дверь поддалась, и он, чуть не упав, по инерции влетел в открывшийся проем.

– Быстрее, – прошипела Кейт, и они снова побежали по нескончаемому коридору.

Наконец, шаги позади сменились тишиной.

Мэтт на секунду остановился, чтобы перевести дух, а потом снова побежал. Кейт и не думала останавливаться: она знала, что, если они и оторвались от преследователей, их все равно ищут.

Снова оказавшись в холле, они застыли как вкопанные, хрустя осколками разбитого стекла: их освещали фары припаркованной рядом со входом машины.

Однако ни криков, ни выстрелов не последовало, и Кейт заставила себя выйти и подойти к машине.

– В салоне никого нет, – с облегчением сказала она.

– Наверное, это машина охранника. Выходит, он здесь один, – кивнул Мэтт. – Отлично.

Он открыл переднюю дверь и скользнул на водительское сиденье. Кейт уставилась на него, раскрыв рот.

– Ну же! – Мэтт нетерпеливо дернул головой, и она торопливо забралась в машину.

Мэтт повернул ключ зажигания и начал разворачиваться как раз в тот момент, когда их преследователь выбежал в холл. В свете фар Кейт увидела мужчину, одетого в военную форму. Мужчина выхватил пистолет. Преследуемая выстрелами, машина выехала в открытые ворота. Багажник зазвенел от удачного выстрела, но они успели свернуть на шоссе и вскоре были далеко.

Мэтт с облегчением выдохнул, а Кейт испустила радостный вопль.

– Надеюсь, нас не остановят, – нервно сказал Мэтт.

– Да уж. Машина принадлежит военному. У нас могут быть большие проблемы из-за того, что мы ее угнали.

– Не только поэтому. Я еще не получил права.

Кейт засмеялась. Слезы катились у нее по щекам, и она не знала, смех это или истерика.