Документы/в7/Временной-пейзаж-2019/МС-162

Кампус Ноттингемского университета, Англия, 2039

Всю дорогу до кампуса они вздрагивали при виде встречных фар, ожидая, что за ними последуют звуки полицейской сирены. К двум часам ночи они добрались до парковки у кампуса, где договорились встретиться с Томом. Том уже ждал их, и они быстро забрались в его гораздо менее приметный мини-купер.

К облегчению Кейт, Том управлял машиной гораздо увереннее брата, и вскоре они на опасной скорости неслись по шоссе в северо-западном направлении. Кейт быстро ввела Тома в курс дела:

– Мы хотим, чтобы ты помог нам распространить видео, которое мы нашли на моем… в смысле, на телефоне Кэтрин. Еще нам надо провести пресс-конференцию, чтобы рассказать, что собиралось сделать правительство. И мы, конечно, должны сообщить о запасах биологического оружия. У нас есть образец в качестве доказательства.

Мэтт, пристально смотревший на дорогу, повернулся к ней:

– Вообще, Кейт, думаю, нам лучше спрятать ампулу. Иначе ее могут конфисковать, когда мы будем пересекать границу.

– Положи ее в карман, – пожала плечами Кейт. – Они же не будут нас обыскивать.

Мэтт кивнул.

Они ехали, пока на горизонте не показалась красная полоска восхода. Кейт всю дорогу нервничала. И вовсе не из-за бактерий, а из-за них с Мэттом. Она чувствовала, что сходит с ума, не в силах найти рациональное объяснение тому, что происходит. После ЦНЛ они говорили так, словно это их убили двадцать лет назад, – но это было невозможно!

Они уже были недалеко от границы с Шотландией: дорожный знак сообщил, что следующий поворот ведет к границе. Рядом был указатель ближайших населенных пунктов.

– Стойте! – вдруг закричала Кейт, оглядываясь на указатель с растущей решимостью.

– Что-то не так? – спросил Том, а Мэтт лишь вздохнул, заранее зная, что она скажет.

– Можно нам ненадолго остановиться в Карлайле? – спросила она.

Внезапно ее сознание прояснилось. Ей нужно было увидеть Карлайл. Она хотела знать, было ли правдой то, что она помнит. Она никогда не была в этом городе, но откуда-то помнила многое о нем. Если она убедится, что Карлайл совсем не похож на ее воспоминания, значит, все это неправда и она действительно сходит с ума. Но если ее воспоминания верны, ей придется набраться мужества, чтобы обсудить это с Мэттом – раз и навсегда.

– Но у нас не так много времени! – сказал Том.

– Я знаю. Просто… я очень хочу есть. Пожалуйста!

– Мы можем что-нибудь заказать из маши…

– Я тоже хочу есть, – прервал его Мэтт. – Мы не спали почти сутки. Я больше не могу.

– Вы что? Ребята! Мы не можем остановиться из-за завтрака!

– Пожалуйста, это очень важно! – в панике взмолилась Кейт. Она не могла объяснить, но знала, что им нужно остановиться.

– Тормози, Том! – попросил Мэтт.

Том неодобрительно пробурчал что-то, но свернул к Карлайлу.

У Кейт сдавило грудь так, что она не могла дышать. Все станет ясно, как только они окажутся в Карлайле. После она поймет, что делать. Она не могла двигаться дальше, не поняв, что происходит у нее в голове.

Карлайл, Англия, 1745

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Кэтрин у Мэтью, когда он наконец проснулся, проспав почти двенадцать часов.

– Голова кружится. И в груди болит. – Он с трудом сел в кровати.

Кэтрин всю ночь провела в кресле, готовая в любую минуту прийти на помощь.

– Что у тебя за болезнь? Я никогда такого раньше не видела. Это что-то из будущего? – спросила она.

– Нет. Даже не знаю, что это. Я не был болен до того, как перенестись сюда.

При виде волдырей и язв, покрывших его тело, Кэтрин поморщилась. Возможно, это оспа, подумала она. Но, кажется, оспа протекает по-другому. Вчера этих язв еще не было… Может, поставить ему компресс?

– Послушай, давай позовем доктора.

– Не бери в голову, – ответил он, – со мной все в порядке…. Ну, будет в порядке. Вряд ли доктор из восемнадцатого века сможет помочь. Ваши врачи наверняка еще верят в целительность гуморов.

– Конечно верят! Они же врачи!

Он нашел в себе силы для гневной отповеди:

– Кэтрин, насколько я помню, гуморы в представлении древних эскулапов – это жидкости, или «жизненные соки», которые якобы влияют на все, от насморка до геморроя. Но, поверь, в этой пылью покрытой теории больше вреда, чем пользы. А кровопускание – так и вовсе варварская процедура!

Кэтрин нахмурилась:

– Ты, наверное, шутишь? Кровопускание всем помогает. Моя бабушка умерла бы намного раньше, если бы ей ежедневно не пускали кровь.

– Не думаю, что твоей бабушке помогло кровопускание. Оно помогает, но в редких случаях, когда, например, человеку грозит апоплексический удар. Уж не спорь со мной, а.

Она затихла, обдумывая его слова. Гуморы, кровопускание… Что еще из того, что она знала, было неправдой?