Все мы ищем того, чьи демоны споются с нашими.

Наклейка на бампер

Обратно в лагерь я припустила так, что даже не замечала, как по лицу беспощадно хлещут ветки и сосновые иголки. Легко перемахнув через поваленный ствол, я зигзагами неслась между деревьями, едва ли осознавая, что окружающий мир превратился в размытое пятно. А все потому, что сосредоточилась только на звуках. Точнее на одном конкретном звуке – на рычании, которое почему-то больше ни разу не слышала.

Рядом в нематериальном виде появился Рейес, окутав меня фирменным жаром, но на объяснения времени не было. Выскочив из леса, я пулей помчалась к домикам и заорала не своим голосом:

- Двигаем отсюда! Быстрее!!!

Чуть не врезавшись в крайне озадаченную Кит, я подхватила с земли папку, которую сама же там и оставила, и поскакала к джипу. Без малейших возражений Карсон двинула за мной, на бегу вытаскивая ключи.

- Медведь? – спросила она, когда все уже сели в машину.

- Типа того, - уклончиво ответила я и многозначительно покосилась на Рейеса.

Крепко стиснув зубы, он осматривался по сторонам, а Кит уже успела выполнить идеальный полицейский разворот, подняв столб пыли.

Было не по себе вот так, не попрощавшись, бросать девочек, но я пообещала себе, что обязательно вернусь, когда с этой лабудой по поводу Дюжины будет покончено.

- Итак, - начала я, когда мы выехали на дорогу, - на восток от построек, сразу за кромкой деревьев у здоровенного валуна похоронены как минимум восемь девочек.

- Что?! – обалдела Карсон.

- А Лидия Уикс в противоположном конце лагеря в неглубокой могиле. Там рядом дерево упало.

Кит притормозила у обочины, отчего я не на шутку разнервничалась. А если псы меня видели? Пойдут ли они по следу? И если да, то что дальше? Вытащат меня из машины и радостно разберут на составляющие?

- Нам не стоит останавливаться, - выпалила я, чувствуя, как вспотели ладони. Не то от неожиданных физических нагрузок, не то от нервов.

- О чем вообще речь? Какие еще девочки?

- Ах да! – Я взяла папку и нашла газетную статью. – Это ваш убийца. Лагерь для него был личным кладбищем. А люди, которые готовились к открытию, оказались там в неподходящее время. Может, все-таки поедем, а?

Кит не глядя взяла папку.

- Ну и как вы обо всем этом узнали?

Я беспомощно вздохнула, хорошо понимая, что не могу удовлетворить ее любопытство:

- Это моя работа, Кит. Просто поверьте мне на слово. Скажите коллегам, что мы хорошенько осмотрелись на местности и нашли тело. Могу даже карту нарисовать, где ее найти.

- А можете и показать.

Не успела я и глазом моргнуть, как Кит уже ехала обратно. Я коснулась ее руки:

- Не могу.

Мы стояли на нейтралке посреди дороги, как вдруг появилась еще одна машина. Не зная, что у нас на уме, водитель притормозил.

Секунду спустя Кит развернулась и поехала вниз с горы.

- Мне нужна карта.

- Будет сделано. – Я ткнула пальцем в копа на фоторафии. – Узнаете этого человека?

Наконец-то Карсон соизволила взглянуть на вырезку из газеты:

- Нет. А что?

- Он был в списке подозреваемых?

- Нет. Но один из агентов-оперативников рассказывал, как ссорился с помощником шерифа из Лос-Аламоса. Тот якобы задавал уйму вопросов, что, в принципе, вполне объяснимо, но наш парень утверждал, что помощник крайне изворотливо выуживал информацию и хотел знать все до мельчайших подробностей. Хотя дело и подавно не входило в его юрисдикцию.

- Это и есть ваш убийца.

Удивленно моргнув, Карсон снова сосредоточилась на дороге и только после того, как справилась с несколькими крутыми поворотами, заявила:

- Однажды вам придется мне рассказать, как вы это делаете.

- Согласна, - отозвалась я, по макушку переполненная радостью, что все-таки осталась жива и при всех конечностях. Бросив притворяться, будто ничего странного не происходит, я обернулась к Рейесу: - Как у нас дела?

- Пока безопасно. Но нам нужен план.

- Какой еще план? В смысле они же… - Я в последний раз взглянула на Кит. Больше она никогда не посмотрит на меня так, как раньше. А если подумать, то, может быть, вообще больше никогда на меня не посмотрит. – Они же адские псы, - выдавила я, смирившись с тем, что могу потерять САК. – Что мы можем с ними сделать?

- Во-первых, сомневаюсь, что они так же чувствительны к свету, как их предшественники в этом измерении. И все же они не могут выйти под прямые солнечные лучи. Никому из ада такое не по зубам. По крайней мере без «защитного костюма».

- То есть без человека, внутри которого можно свободно расхаживать средь бела дня?

- Точно. Но не думаю, что они могут вселяться в людей.

- Не думаешь? То есть наверняка ты не знаешь?

- Наверняка – нет. Я никогда вплотную с псами не связывался. Зато знаю, кто частенько имел с ними дело.

Чтобы догадаться, мне хватило секунды:

- Дилер.

Дилер – наш новый приятель. В аду он был рабом, но, как и Рейес, сбежал в наш мир и теперь живет здесь как человек. Ему бог знает сколько веков, но на вид не больше девятнадцати лет.

- Да. Он даэва, а в их обязанности входит присматривать за другими рабами. Вроде псов.

- Хочешь ты этого или нет, но однажды тебе придется подробненько мне объяснить, что такое ад.

Кит так крепко сжимала руль, что побелели костяшки пальцев. Но сейчас я ничем не могла ей помочь.

- Я понимаю, что ты имела в виду, - вдруг сказал Рейес.

Только мне все еще ужасно хотелось побольше узнать о том, каков на самом деле ад, и о песиках, которых там вырастили.

- Даже не думай, что смена темы поможет тебе отвертеться от… Минуточку! Ты о чем?

- Об этом мире, - процедил сквозь зубы Рейес, глядя в окно на последние сосны и можжевельники, пока мы съезжали с гор в долину. – О том, чтобы дать здесь ребенку жизнь. И о том, что случилось с теми девочками.

Я обняла себя руками.

- Похоже, теперь это не важно, но сердце все равно кровью обливается. Особенно как подумаю, с чем придется столкнуться нашей дочери.

- Мое тоже, - не глядя на меня, сказал Рейес.

Надеясь, что Кит не выпишет мне штраф за то, что не пристегнута, я отстегнула ремень и перелезла на заднее сиденье к своему жениху. Он взял меня за руку, переплел наши пальцы и окутал живым согревающим жаром.

Ближе к городу я, как и обещала, позвонила Куки.

- Как все прошло? – спросила она вместо «Алло».

- Ну, мы не только выяснили, кто десять лет назад совершил все те убийства, но и вычислили серийного убийцу.

- Еще одного? Им тут медом, что ли, помазано?

- Вот и я о том же.

До сих пор я никогда толком об этом не задумывалась, но, похоже, наши места действительно привлекают всяких психопатов. В общем, я рассказала Куки о девочках. А не стоило. Ее, как и меня, тут же с головой захлестнуло глубокой черной депрессией. Вот только ее депрессия была куда более благородной, чем моя. Моя держалась скорее на отчаянном желании пожаловаться на жизнь.

Глядя на мою ладонь, Рейес провел пальцем по линии жизни, а Куки тем временем поинтересовалась:

- Что бы ты делала, если бы знала, что не облажаешься?

- Решала бы задачки на интегралы, наверное. А что?

- Просто любопытно. Если бы ты могла совершить идеальное во всех смыслах убийство, кого бы ты убила?

- Ну что ж, если бы я могла совершить идеальное убийство (а таких не бывает), то, наверное, смогла бы и во времени перемещаться. Тогда вернулась бы в прошлое и прикончила Гитлера.

- Интересненько, - протянула Куки.

- Почему? А ты бы кого убила?

Ей-богу, вести такие разговоры в машине агента ФБР как минимум не стоит.

- Бывшего мужа, - ответила Куки.

- Наверное, своему адвокату лучше об этом не говори.

Бывший Куки, с которым я, кстати, за три года так и не успела познакомиться, покоя ей не давал по поводу того, что она подвергла дочь опасности. Каким-то макаром он прознал о прискорбном нападении на меня у меня же в квартире, чему была свидетельницей Эмбер. Вот только тогда она спросонок вряд ли что-то поняла. И все же ей, видимо, не составило труда сложить два и два и нечаянно упомянуть об этом в разговоре с отцом. Знай Эмбер, чем это аукнется Куки, держала бы язык за зубами. Что тут скажешь? Эмбер не знала своего отца так хорошо, как знала его Куки.

- Но если ты еще выбираешь, на ком остановиться, то у меня есть друг, у которого тоже есть друг, который…

- Да нет, обойдусь. Но спасибо. – Видимо, Куки решила забыть об этой идее. Что, наверное, к лучшему. – И все-таки, если бы я могла убивать безнаказанно, то выслеживала бы серийных убийц и мочила одного за другим. Стала бы серийной убийцей серийных убийц. Типа Декстером в юбке.

- Ага, поняла. Слушай! А я бы тогда стала твоей правой рукой! Крутой помощницей Серийной Убийцы Конченных Ублюдков. То бишь Крутой СУК… Минуточку, а можно заменить «У» на «А»? А то с «У» не так круто звучит.

Куки с хитрецой хихикнула:

- По поводу записки, которую ты оставила у меня на столе, ничего не хочешь уточнить?

- Это набор слов.

- Который ввел меня в полное замешательство. А слова эти хоть что-то значат?

- А слова вообще хоть что-то значат? Меня тут недавно осенило: если к началу слова приписать букву «А», то она превратит слово в его же антоним. Например, аморальный или ассиметричный.

- Да, но…

- Само собой, мне это и раньше было известно, но, кажется, мы с тобой не извлекаем из прецедента всей пользы.

- Теперь ясно. Суть уловила. Но вряд ли слово «асообразительный» на самом деле существует.

- Так в том-то и дело! Оно должно существовать! Куда приятнее услышать «асообразительный», чем «тупой».

- Кстати, ты дяде Бобу звонила?

- Еще нет. Но зарплата бы мне не помешала. Тем более что я плачу зарплату тебе.

- Какая здравая мысль! В этом месяце я могла бы поесть.

- Не беги впереди паровоза. Я не обещала заплатить тебе столько, чтобы хватило на еду на целый месяц. Наверное, тебе, барышня, придется завязать поясок потуже. И избавиться от прицепа. Этот твой отпрыск ест как не в себя, с тех пор как ему стукнуло тринадцать.

Чего я не упомянула, так это того, что Эмбер – размером с хворостинку в январе.

- Сама не знаю, что с ней делать, - в тон отозвалась Куки.

- Вот только не начинай, а то меня понесет! – Я вырвала руку из пальцев Рейеса, чтобы как можно драматичнее взмахнуть, но он поймал ее в воздухе и снова крепко сжал. – От твоей дочки одни проблемы. Еда, вода… Опомниться не успеешь, как она попросит снимать цепь всякий раз, когда ей в туалет приспичит.

- Не дождется! – фыркнула Куки. – Короче говоря, сегодня после обеда Роберт будет в суде, но он просил тебя перезвонить.

- Сдается мне, весь этот фарс с предсмертными записками придуман только для того, чтобы я позвонила дяде Бобу.

- Солнце, - мягко рассмеялась Куки, - тебе придется с ним поговорить.

- Ты так говоришь только потому, что вы встречаетесь. А значит, ты вынуждена принимать его сторону.

- Я вообще ничью сторону не принимаю.

- Да неужели? Две недели назад ты сама бы попросила меня выбросить его из машины на обочину.

- Ничего подобного. И ты это знаешь.

- Ну и фиг с тобой, - раздраженно вздохнула я. – Поеду через здание суда и поговорю с ним с глазу на глаз. Пусть пеной поплюется, как бешеная собака. А он, между прочим, заслуживает сравнений и похуже.

- Видишь ли, - неуверенно начала Куки, - это не самая лучшая затея.

Уровень интереса по шкале от одного до десяти: десять.

- Заинтриговала. И в чем же дело?

- Он официальный наблюдатель на суде по одному из своих дел. 

- И что с того?

- А то, что председательствующий судья, скажем так, не самый большой твой поклонник.

- Железная Кулачина?! – взвизгнула я. – О да, я там точно нарисуюсь!

- Чарли, - насторожилась Куки, - ты же знаешь, что произошло, когда вы с ней виделись в последний раз.

- Пф-ф! Что было, то прошло, Кук. Теперь это асущественно.

- Разве нормального слова для этой ситуации нет?

- Повторяю: асущественно. Но ты жжешь, детка.

***

Кит подбросила нас до «Вороны» – бара, который Рейес купил у моего отца. И без того бледная САК совсем побелела, но сказала, что как можно скорее вышлет в лагерь команду агентов. Я верила, что она что-нибудь придумает. Как-нибудь объяснит, где и как мы нашли останки.

Очень хотелось помочь ей освоиться с тем, что она услышала, но нас обеих ждали дела. С объяснениями придется подождать. Было рано, и «Вороне» предстояло открыться только через час, но Рейесу до этого предстояло переделать кучу дел. О чем я и решила ему напомнить:

- У тебя работы непочатый край.

Мы свернули за угол бара и шли к дому через стоянку, где меня дожидалась Развалюха – моя машинка, она же вишневый джип «вранглер».

- Говорил же, я нанял управляющего, - сказал Рейес беспечным тоном, но я чувствовала, как напряжено все его тело.

Мало того, я это видела. От каждого звука сильные руки бугрились мышцами с узором из крепких сухожилий. Учитывая, что звуков на Сентрал пруд пруди, мышцам и сухожилиям пришлось несладко. Зато выражение лица Рейеса ни на йоту не менялось. Походка оставалась все такой же расслабленной, улыбка – все такой же умопомрачительной.

- Ну да, все время забываю, - пробормотала я и застыла как вкопанная. – Минуточку! А кого конкретно ты нанял?

- Тери, - пожал плечами Рейес.

- Не может быть!

Я пошла дальше, на ходу выискивая ключи в подержанной сумке от «Луи Виттон», которую оторвала на «еБэй» (потому что даже подержанный «Луи Виттон» лучше, чем вообще никакого), и обдумывая тот факт, что Тери – новый управляющий «Вороны». Лично мне казалось, что Тери работала барменом у папы целую вечность. И пусть эта женщина была порой грубовата, но лучшей кандидатуры на должность я и представить себе не могла.

- Она же супер!

- Ага.

- И честная.

- Знаю.

- И не пила уже пять лет. Хотя это дикость, конечно. Зачем алкоголику идти работать барменом? Разве это не все равно что пустить козла в огород? Заодно и порядок там навести. По-моему, метафора прозрачная, - поиграла бровями я.

- Наверное, по той же причине, по какой твоя сестра с серьезным ОКР стала психотерапевтом. Чтобы помогать людям.

- Ну да, есть такое дело. Тери на раз определяет, кому уже за глаза. Ее даже прозвали обломщицей. – Я вставила ключ в замок и открыла дверь Развалюхи. – Ну а ты в ближайшее время собираешься хоть немного расслабиться?

Захлопнув дверь и придерживая ее рукой, Рейес прижался ко мне сзади:

- Это предложение? Я не против, чтобы мне размяли плечи.

Я развернулась к нему лицом:

- Ты же, кажется, на меня злился.

- Я и сейчас злюсь.

- Ну что ж, а у меня есть правило: не заниматься сексом с тем, кто на меня злится.

Он изогнул бровь:

- Тогда удивительно, что ты вообще когда-то занималась сексом.

- Согласна. Ну ладно. Мне надо в суд. Дело есть. Да и дяде Бобу надо выписать по первое число.

- И что он натворил?

- Он… он… - Я покачала головой. Нет у меня сил произнести такое вслух. – Я не могу об этом говорить. Слишком больно.

На щеке Рейеса появилась ямочка, которую до смерти захотелось поцеловать.

- Неужели все так плохо?

- Это еще слабо сказано! Даже не знаю, удастся ли нам это преодолеть.

- А то, что он уйму раз бежал к тебе по первому зову, спасал твою задницу и помогал с делами…

- Аннулировано и не имеет законной силы. – Я еще раз попыталась открыть дверь, но Рейес опять ее захлопнул. – Рейес, так я до конца дней своих внутрь не попаду.

- Ты собираешься куда-то без меня?

- Так ведь день на дворе. Ты сам говорил, что если Дюжина и пробралась в наш мир, то выйти на солнечный свет песикам не по зубам.

- На тебя чуть не напал один из них.

- Говорила же, я ничего не видела. Только слышала какое-то рычание. Между прочим, у меня мог желудок урчать.

Выражение лица Рейеса стало суровым.

- Они не какие-нибудь заурядные демоны, Датч. Я не знаю наверняка, что им подвластно, а что нет. И поэтому, - он отобрал у меня ключи, - я за рулем.

- Фигушки! – отозвалась я и запрыгала, пытаясь вернуть себе ключи, которые Рейес поднял высоко над головой.

Честное слово, я как будто снова попала во второй класс, а Дэйви Крезап отнял у меня упаковку сока и держал высоко-высоко. Пока я не саданула ему коленом в пах. После этого он больше никогда не вел себя так по-скотски.

Я попыталась повторить успех с Рейесом, но он, увы, был быстрее – без труда перехватил мое колено и поднял, обернув себя моей ногой. Блин, как же все-таки мы друг другу подходим!

Снова толкнув меня спиной на Развалюху, Рейес прижался ко мне, положил ладонь мне на попу и тихо сказал прямо в ухо:

- Если еще раз попробуешь улизнуть без меня, у нас будет долгий и нудный разговор на тему благополучного существования твоей задницы.

Он сжал пальцы, и в животе волной разлилось тепло. Я обеими руками схватилась за стальные ягодицы, прижала Рейеса к себе еще теснее и тем же тоном заявила:

- Если еще раз захочешь поугрожать моей заднице, убедись, что твоя собственная в безопасности. И не таких укрощали.

Он отступил на шаг.

- Неужели ты только что пригрозила меня отшлепать?

Я рассмеялась:

- Видишь ли, это не угроза, а…

Нарочно не договорив, я игриво похлопала по крепкой заднице. Оставалось лишь надеяться, что Рейес это почувствовал. С этими гадскими силами сына Сатаны ничего нельзя знать наверняка. Ей-богу, Рейес как несокрушимый булыжник с полным отсутствием болевых рецепторов. Зато я суперпрофи по части отрицания. Убедив себя, что он хоть как-то отметил мой маневр, я весомо проговорила:

- Наверное, лучше тебе об этом не забывать, когда опять начнешь сыпать угрозами в мой адрес. – Тут я прикусила губу и добавила: - Или в адрес моей восхитительной задницы.

Несколько долгих мгновений Рейес смотрел на мой рот, а я впала в транс, глядя на золотые искорки в его глазах.

- Могу тебя заверить, Датч, - хрипло сказал он, - что никогда об этом не забуду. Чур, я впереди! – вдруг добавил он, бросил мне ключи, обошел Развалюху и остановился у пассажирской двери.

Еще пару секунд я стояла на месте, не в силах отвести от него взгляд и вообще не понимая, что он только что сказал. Господи, когда же я на него насмотрюсь? Забравшись в Развалюху, я глянула на своего умопомрачительно сексуального суженого, который явно ждал, когда я открою дверь. Изобразив самую злорадную на свете ухмылку, я завела двигатель и врубила заднюю скорость.

- Ты же понимаешь, - сказал Рейес сквозь закрытое окно, - что я могу с корнями вырвать эту хренову дверь?

- Не посмеешь! – ахнула я.

Темные глаза с вызовом сощурились, и моя суперпуперухмылочка испарилась. Увяла, как бегония в Сахаре. Открыв пассажирскую дверь, я злобно уставилась на Рейеса. Но ему было наплевать. Он смеялся. Весело и беззаботно.

Черт бы побрал сына Сатаны!