16-27 июля [1771]

Милостивый государь, я, кажется, уже писала вам о взятии штурмом Перекопских линий, о бегстве хана крымского с шестьюдесятью тысячами человек и о взятии флота Орка, сдавшегося по уговору 16 июня. Затем мое войско тремя колоннами вошло в Крым: правая завладела Козловым, портом на Черном море; средняя, под начальством самого князя Долгоруковаcxcv, направилась в Карасбазару, где была встречена депутацией начальников духовных чиновников Крыма, предположивших капитуляцию всего полуострова. Но так как возвращение депутатов замедлилось, то князь Долгорукий приблизился к Каффе, другому порту на Черном море. Там он атаковал турецкий лагерь, в котором было двадцать пять тысяч человек, убежавших и спасшихся на судах, которые привезли их.

Стр. 766

Остался один только сераскер Ибрагим-паша; он предложил капитуляцию, но князь послал сказать ему, что он должен сдаться военнопленным, что тот и сделал.

Итак, 29-го июня наши войска вошли в Каффу, с барабанным боем. Между тем левая колонна, перейдя полоску земли, лежащую между Азовским морем и Крымом, отправила отряд, завладевший Керчью и Сеникалем, что произошло сейчас же; так что наш Азовский флот, стоявший в проливе и готовый перейти его, должен теперь быть в Каффе. Князь Долгорукий пишет мне, что в виду порта крейсируют три русских флага.

Тороплюсь сообщить вам эти хорошие новости, зная, какое участие вы примете в них. Они заставят вас извинить беспорядочность этого письма, которое я пишу второпях.

У врага нашего остается в Крыму всего две или три несчастных гавани: более значительные места взяты, и я вскоре должна получить капитуляцию, подписанную татарами.

Если, после всего этого, султан не удовлетворится, то ему можно будет дать еще что-нибудь в другом роде.

Будьте уверены в моей дружбе и в моем полном уважении к вам.

Екатерина