Данила

Набрав у моих крестьян побольше еды, мы с троллем двинулись дальше на восток. Он заявил, что чувствует там большое скопление пахучих живых существ. Так мы и идем: сначала я хотел его отозвать, оказывается, у каждого юнита в подчинении игрока есть такая функция. Но потом вспомнил, что в призванном состоянии у моего носатого друга качаются навыки, а он уже почти поднялся до шестого уровня. Так что пусть бегает рядом: вести надоедливые разговоры он не очень-то стремится, а с его нюхом мы можем заметить то, что в одиночку я точно пропущу. Так, уже через полчаса она заявил, что пахучие существа движутся, и нам стоит сменить маршрут, чтобы их перехватить. Учитывая это, можно предположить, что это не игрок, а значит, стоит быть осторожнее. Не то, чтобы я опасался игроков меньше, чем искусственный интеллект игры: просто от них я знаю, чего сейчас можно ожидать, а вот от этой квазиживой штуки можно ждать чего угодно. Каждый, кто смотрел «Терминатора», знает, что роботам доверять нельзя.

Вообще, когда Клаус сказал, что мы уже почти пришли, я запретил ему бросаться в атаку, как в прошлый раз, а решил сначала все разведать. Естественно не сам, а отправив вперед тролля. Как ни странно, он двигается и тише, и незаметнее, чем я. А еще у него жизней больше, а мне умирать как-то не хочется. Вернулся Клаус очень быстро, минут через пять, не дольше.

— Там дикие кабаны, около сорока рыл, третий уровень. Рырг, — ага, он все-таки рыгает, а то уж больно интеллигентный тролль не вызывал у меня никакого доверия.

— А чего ты такой довольный? — уж слишком он сиял, так что я не удержался.

— Они меня заметили и бросились вдогонку. Я попытался оторваться. Но не вышло. Сейчас будут здесь, — Эх, что-то я не верю в его виноватую ухмылку, как бы он это не специально все устроил, решив, что я выберу вариант отступить. И, если честно, я бы так и сделал.

— Вдвоем справимся? — решил на всякий случай уточнить.

— Нет. Они нас за пару минут порвут, — и все равно доволен. Если тролли и существовали в реальном мире, то вымерли из-за своего авантюризма и безбашенности.

Гулкий топот и треск, до этого как-то в фоновом режиме доносящийся из леса, начал целенаправленно приближаться к нам. Тут же обратил внимание, что Клаус за эту разведку успел получить шестой уровень.

— А ты никого из них по дороге не стукал случайно?

— Нет, конечно, — и глаза честные-честные, сразу видно, что врет. А жаль, прокачаться на разведке было бы интересно. Даже представляю: вы подглядели за черным драконом и получаете десять уровней.

— Ладно, побежали, что ли, — в этот момент из-за деревьев вылетел матерый секач. В высоту с дога, правда, шире раз в пять и страшный, зараза. Я тролля, наверно, меньше испугался, видимо, сразу прочуял его интеллигентность.

В общем, мы опять бежим. Я присматриваю место поуже, хочу поиграть в «Триста спартанцев», Клаусу, видимо, нравится процесс, а кабаны, свирепо похрюкивают и с каждым намотанным километром, чувствую, повышают свою самооценку. Внезапно, хрюканье начало приближаться. Или они начали бегать быстрее, или я медленнее. И я склоняюсь ко второму варианты: чувствуется какая-то тяжесть в мышцах, в движениях — видимо, как раз та пресловутая усталость. Хоть бы шкалу какую для нее придумали. А то ведь так в самый неудачный момент не заметишь и свалишься без сил.

— Клаус, а ты мог бы повыть? — стараюсь, чтобы голос звучал спокойно. Все-таки игра, даже в самом крайнем случае ничего со мной не случится. На секунду в памяти всплыл холл гостиницы, заваленный мертвецами, но я сразу же затолкал это воспоминание в самые глубины своей памяти. Предпочел бы забыть, но никак.

Прямо на бегу тролль сделал несколько глубоких вдохов, видимо готовился, а потом наконец-то завыл. Я сразу же подхватил, настраиваясь на нужную волну. Есть, бафф «дикая охота» получен, можно продолжать гонку. Странное, конечно, состояние, как будто ты в каком-то фоновом процессе, и наблюдаешь за всем со стороны. Вот мы проносимся по каким-то грядкам. И откуда, кстати, в лесу грядки? Так, не думать, а то чуть не сбился. Значит, бежим: впереди тролль, сбивающий редкие деревьица, попадающиеся ему на пути, потом человек, пытающийся препятствия, наоборот, обогнуть, но, видимо, из-за природной неловкости тоже врезающийся в них и сшибающий. Следом несутся свиньи: кажется, что они нахрюкивают какой-то злобный марш и втаптывают в землю все то, что мы пропустили. Наматываю пару кругов, чтобы подтянулись оставшиеся преследователи, и продолжаем бег.

Через час нам наконец-то попалось подходящее место: пещера, которую удалось заметить только благодаря гулкому эху, подхватившему наши завывания. В этот раз мы пробежали мимо, так что пришлось заложить небольшой круг, чтобы вернуться обратно. Прошли немного поглубже, чтобы на Клауса, загородившего проход, могли напасть только спереди. Вот теперь все прекрасно, кабаны смогут атаковать только по одному. Правда, если у тролля не хватит жизней, чтобы продержаться против них всех даже по очереди, будет как-то не очень хорошо. Что-то этот момент я не продумал и загнал нас в ловушку. На всякий случай оглядываюсь по сторонам: пещера уходит далеко внутрь горы, так что, может быть, в случае неблагоприятного исхода, нам удастся там оторваться от преследователей.

В этот момент в пещеру ворвался самый быстрый вепрь и тут же, получив дубиной по башке, отлетел в сторону. Убить его, правда, не удалось, Клаус снял с него только треть жизней, и сейчас тот стоял в сторонке, сосредоточенно тряся головой и не спеша снова к нам приближаться. Вот ведь, свинина, ждет, пока жизни восстановятся целиком, а тем временем найдется и еще кому постараться до нас добраться.

К счастью, у тролля получалось держать их на расстоянии, даже не давая к нам приблизиться. Только вот расклад все равно не в нашу пользу: они могут меняться и рано или поздно возьмут нас измором. Я же вижу — Клаус, хоть и не подает виду, но уже через двадцать минут начал понемногу выдыхаться. Я смотрел, как у него под нижней челюстью болтается кусочек забытой и уже засохшей слюны, и потихоньку впадал в панику. Что же делать? Нам бы только найти способ их добивать, но, как назло, ничего в голову так и не приходит. Похоже, не остается другого выбора, кроме как попробовать отступить вглубь пещеры. Или не стоит полагаться на удачу? Заменю ненадолго Клауса, он пробьет нам дорогу наружу, и опять в бега. Да, второй вариант надежнее, пожалуй, так и стоит поступить.

— Клаус, меняемся, — тролль тут же отпрыгнул мне за спину и прислонился к стене, зайдясь в хриплом кашле. А ведь не слабо он так устал, но нельзя отвлекаться, вот ко мне направляется и первый противник.

Как же не хочется умирать, — мелькнула мысль, но я сразу же загнал ее подальше, не дав захватить сознание. Только воспоминаний из прошлого мне сейчас и не хватало.

Кабан-людоед, уровень 3

Нет, я знал, конечно, что свиньи всеядные, но, чтобы тут жила целая стая, избравшая своим коронным блюдом человечинку — мне определенно везет. Видимо, уловив мою неуверенность, это парнокопытное хрюкнуло и ускорилось. Да, я, конечно, выгляжу гораздо слабее тролля, но мои двадцать четыре силы — это вам не хухры-мухры. Пробую размахнуться, как Клаус, и бью со всей мочи: жизней снял столько же, около трети, теперь понятно, почему тролль меня зауважал, почувствовал родственную душу. А вот с направлением удара получилось не так удачно: вместо того, чтобы откинуть эту свинью в сторону, я вбил ее в землю, чем сразу же воспользовался один из ее товарищей: вскарабкался той на спину, и вот теперь их сразу двое. Судорожно отталкиваясь от пола и от потолка одновременно, эта свиная пирамида приближалась ко мне. Хреново: да, так появляется шанс расправиться хоть с кем-то, но, учитывая количество жизней, они меня тоже достанут с немалой такой вероятностью.

Делаю шаг назад — нет идей. Ну же, мозг. Еще один — все равно нет ответа. Еще — и тут я замечаю, что свиньи перестали меня преследовать. Присмотрелся — так и есть, туннель, чуть дальше от входа начинал сужаться, и они, пытаясь до меня добраться, просто в нем застряли. И что теперь, добить их? Только вот кардинально это ничего не изменит: что сорок, что тридцать восемь противников, они нам пока не по зубам. Остается только пойти на военную хитрость.

— Клаус, как ты относишься к жареной свинине? — в ответ раздалось возмущенное хрюканье с одной стороны и вежливое покашливание с другой.

— Вообще, лучше сырую, так нажористей, но, если что, у нас тут гости, — оборачиваюсь и вижу, как из глубины пещеры к нам приближается десяток маленьких зеленых человечков. Не инопланетян, а других: с кривыми зубами, запахом изо рта и полным отсутствием манер. И это даже не подвыпившие сотрудники военкомата. Все из себя нескладные и такие безобидные на вид: глаза, потерявшие цвет от долгой жизни в темноте, и огромные уши, даже локаторы, скорее всего, подаренные эволюцией, чтобы первыми обнаруживать своих противников.

Пещерный гоблин, уровень 2

Судя по количеству шевелящихся фигур в темноте, их там не мало. Если нас сейчас зажмут с двух сторон, будет проблематично выбраться живыми. Хотя нельзя не отметить мои инстинкты, предостерегшие от того, чтобы лезть вглубь этого, как оказалось, обитаемого подземелья.

— Большой брат, — тут неожиданно заговоривший гоблин прервался, чтобы соблюсти приличия и смачно высморкаться в сторону. — Мы сразу узнали звук твоих шагов и пришли, чтобы служить тебе.

— Ну, и зачем вы мне? — сразу же выдал гордо приосанился Клаус, но получив от меня локтем в бок, сразу сменил политическую линию. — В смысле, а что вы умеете, чтобы мы с моим черным властелином обратили на вас внимание?

Я сразу на всякий случай помахал своей еле заметной в темноте дубиной, чтобы каждому сразу стало понятно, кто тут этот самый черный властелин. И почему он черный. В который раз убеждаюсь, что имидж решает. Выгодно ли помогать чужаку? Конечно, нет. А черному властелину? Уже так сразу и не ответишь: опасность, конечно, есть, но и выгода тоже.

— Мы тоже хотим служить черному властелину, — вот, даже свиньи прониклись моим величием. Стоп, они разговаривают? Все это становится похоже на добрую сказку дядюшки шизофреника.

— Всех не возьму, место есть пока только под один отряд, — и что они будут делать теперь?

— Бери нас, у нас выше уровень, больше силы, больше жизней, — свиньи сразу взяли быка за рога. Как бы пошло это ни звучало.

— Да их не прокормить, едят за пятерых, а мы с нашим слухом сможем заметить врага издалека, — как круто, гоблины начинают торговаться. Посмотрим, до чего поднимутся ставки, а то я и сам пока не могу решить, кто мне больше пригодится.

— У тебя есть тролль, он и так заметит любых врагов, зачем нужны эти недомерки? — похоже, свиней задели за живое, раз они перешли на личности.

— Мы умеем делать парализующий яд, — гоблины явно возмущены напоминанием о их небольшом росте. Неужели, комплексы? Но пока стараются вести себя вежливо, если честно, мне это больше импонирует. И вообще, раз уж я собрался становиться черным властелином, у меня по любому должны быть в войске гоблины. Вот насчет свиней не уверен. Были бы они не кабанами, а волками, можно было попробовать завести волчьих всадников. Всегда впечатляла эта идея. Хотя, с другой стороны, чем эти свиньи для этого не подходят? И, может, тогда система их за один тип войск засчитает? А что — выглядит неплохо!

— Так, прекращаем, у меня появилась идея, — машу гоблинам, чтобы они помогли вытолкать застрявших хряков на свежий воздух. И когда мы все выбрались наружу, продолжил собрание.

— Мне нужно десять самый сильных вепрей, — похоже, еще не все узнали, что мы теперь союзники и поглядывали на меня со здоровым аппетитом, но мой бодрый тон не предполагал перерывов на обед, так что все прошло без эксцессов.

— Теперь десять самых сильных гоблинов, — и опять вперед выступили самые крупные и мускулистые. Приближался самый ответственный момент.

— Кабаны — замерли. Гоблины — сели верхом! — по какой-то инерции все послушались, и я быстрее, пока никто не передумал, чуть ли не кричу: — Нарекаю вас Свиными наездниками.

К вам присоединилось 10 свиных наездников, уровень 4

Лидерство +1, итого 2

Максимальное количество существ в отряде может быть увеличено до 20

Да ладно, получилось! Если честно, не ожидал. Обычные гоблины и кабаны тоже выглядели слегка ошарашенными, но тут один из моих всадников поднял голову кверху и завыл. После секундной задержки его вой подхватил и «конь». Не знал, что свиньи так могут, но звучит устрашающе. А потом, один за другим, эту первобытную песню подхватили и все остальные. Быстро переглянувшись, мы с Клаусом тоже к ним присоединились.

Получен бафф «Единение»

Сила и выносливость увеличены на 10 на 1 сутки

Вот и решение проблемы с количеством жизней на первое время появилось.

— Повелитель, — раздался голос седого гоблина, до этого скрывавшегося за спинами у остальных. — Мы тогда начнем тренировать новых всадников, и когда вы решите вернуться к нам за новой армией, мы вас не подведем.

— Рассчитываю на вас. Когда будут готовы еще десять наездников? — раз уж у меня появилась возможность увеличить размер отряда, грех будет этим не воспользоваться.

— Завтра к утру, властелин, — а мне нравится, как это звучит. Да и задержка по времени не критична, все равно сеанс скоро закончится.

— Хорошо. А пока нам нужна будет еда на всех, чтобы хотя бы на пару дней хватило, и информация. Есть ли тут поблизости поселения других игроков?

Старый гоблин тут же рассказал о странной активности в западных лесах, а я все еще с затаенным восторгом рассматривал свои ячейки отрядов. В первой у меня висит Клаус, тролль шестого уровня, занимая пять мест из возможных двадцати, эх, мне бы еще троллей где найти. Во второй — десять уникальных свиных наездников четвертого уровня. Очень неплохое начало: мне кажется, для первого дня я справился неплохо. До конца подключения осталось десять минут, их как раз хватило, чтобы раздать всем поручения и наказать тренироваться во время моего отсутствия.

Сеанс завершен. Через 60 секунд вы будете отключены, постарайтесь завершить к этому моменту все важные дела.

Интересно, а что было бы, если бы я в этот момент с кем-то сражался? Я бы исчез посреди боя или просто перестал двигаться и был бы мгновенно отправлен на тот свет? Надо срочно что-то делать с дефицитом информации.

Стоило мне выйти из игры, как ко мне заглянул неприметный парень в стандартной униформе «Пантеона» и попросил для продолжения отбора подписать еще одни бумаги. Быстро просматриваю: много букв, написанных по всем правилам юридического искусства, но основной смысл можно легко свести к одной фразе: ни с кем не общаться по игровым вопросам, не просить помощи, любые личные вопросы о самих участниках тоже запрещены. Единственное исключение — официальная информация от организаторов, вот ее обсуждать можно. А это стопроцентно говорит только об одном: скоро я познакомлюсь в другими игроками. Похоже, нас всех собрали в одном месте: и пусть в виртуальности мы сражаемся не на жизнь, а на смерть, но в реальности нам придется научиться ладить друг с другом. Что ж, пойдем знакомиться: быстро принимаю душ, одеваюсь в приготовленную специально для меня униформу и неспешно иду за желтой полосой. Куда она меня приведет на этот раз?

Вскоре моему взгляду предстал огромный зал с прозрачными окнами, за которыми раскинулись живописные пейзажи. Впрочем, учитывая, что открытой природы в мире больше нет, то это всего лишь экраны, хотя их размер и впечатляет. Зал был разбит на несколько секций, в каждой из которых находилось несколько фуршетных столов. Моя дорожка привела меня в самую маленькую из них: интересно, это случайность или в этом есть какой-то смысл? Параллельно попробовал хотя бы примерно прикинуть количество человек, находящихся здесь. В этом мне помогут неистребимые плакаты по пожарной безопасности, с помощью которых можно посчитать площадь помещения, и мой глазомер. Судя по тому, что я вижу, можно заложить одного человека на квадратный метр, и не потому, что так проще считать, а потому, что это действительно так. Итого, чуть больше шести тысяч человек. Немного для целой планеты, но, если учесть, что это элита, то и этого вполне достаточно.

Пока я стою и подкрепляюсь у первого попавшегося столика, ловлю на себе два не очень дружелюбных взгляда. Один — это та девушка, блондинка, с которой мы пересеклись в коридоре. И чего она меня невзлюбила? А вот со вторым еще страннее: этого человека я точно вижу первый раз в жизни. Молодой, ухоженный, правда, с еле заметным брюшком, но про него забываешь, стоит поймать на себе его взгляд, резкий, пронзительный. Нет, такого бы я точно запомнил, если встретил раньше. И ведь тоже смотрит с каким-то странным нездоровым интересом. И чем бы я мог эти двоим насолить?

В этот момент на один из экранов-стен вывели картинку: курчавый загорелый парень, стоящий рядом с ангелом. А не переоцениваю ли я свои успехи?

— Зря заносится, — рядом раздались голоса двух азиаток с детскими личиками. — Я рассматривала такой вариант: построить храм, целый день медитировать, освящая его в надежде, что все получится. Ему повезло, хоть шанс был и не так велик, но при этом он полностью застопорил свое экономическое развитие.

— Да, в будущем ему это еще аукнется, — странно, а нельзя ли считать этот разговор обсуждением игры, которое строго запрещено? Но, учитывая, что девушек никто не спешит выгонять, скорее всего, это засчитывается как обсуждение официальной информации. Или, что мне совсем не нравится, правила тут едины не для всех.

В этот момент картинка на экране сменилась: теперь отряд лучников во главе со жгучей латиноамериканкой расстреливал прорывающихся к ним кентавров. Сначала казалось, что у людей нет и шанса, что вот сейчас, в любой момент человеколошади доберутся до них и порвут на куски, но этого все не происходило. То один, то другой рвущийся вперед кентавр падал: кто-то от меткой стрелы, а кто-то просто так. Хотя нет, вот оно: все поле было усыпано узкими глубокими ямками: кентавры попадали в них копытами и ломали ноги, так и не сумев добраться до спокойно посылающих в них стрелы людей.

— Кэти Гомес, — до меня опять долетели слова разговаривающих рядом девушек, правда, на этот раз информация там была не очень полезная. — Тебе не кажется, что у нее кривые ноги?

— Точно, рада, что ты тоже смогла это заметить.

Интересно, а кого покажут на следующем ролике? И он не заставил себя долго ждать — там какой-то нескладный парень с сумасшедшими глазами в компании тролля, свиней и гоблинов выл на луну. Черт, да ведь это же я! Интересно, а обо мне что скажут эти две сплетницы? Но подслушать ничего не удалось, так как с другой стороны ко мне кто-то подошел и что-то вежливо спросил.

— Я говорю, добрый день, Данила, — это же та блондинка, которая совсем недавно прожигала меня взглядом. И что ей надо?

— Добрый день. К сожалению, не знаю вашего имени, — так, надо быть повежливее, а то найти неприятности на ровном месте что-то не хочется.

— Меня зовут Саманта. Хочу поздравить с попаданием на вершину рейтинга, — и мило улыбается. Что-то знакомое есть в ее имени, не могу вспомнить. Стоп, какого рейтинга? Похоже, последние слова я произнес вслух, и ей явно не нравится, что я так мало знаю о турнире.

— Пойдем, я тебе покажу, — и меня ждало небольшое знакомство с новыми технологиями. Дотронувшись, как мне показалось, до произвольного места в стене, Саманта активировала отдельный, висящий в воздухе экран. — Смотри, вот рейтинг по силе армии, тут ты третий, поэтому тебя и показали на общем экране. Вот рейтинг по силе героя, тут ты уже девяносто первый, но все равно, попадание в первую сотню — неплохой результат.

— А тебе не кажется, что такое разглашение информации о лидерах не совсем корректно? — все-таки не смог удержаться я от вопроса. Хотя с гораздо большим интересом послушал бы о том, что же ей от меня надо.

— Закон бизнеса — если ты впереди, то о тебе и знают больше, только и всего. Ну и, конечно, у тебя есть окно. Всегда можно посмотреть пять минут игрового процесса любого соперника по заказу — но только одного в день, и эти пять минут выбираются случайным образом.

— Тоже все, как в жизни? Что-то глобальное, например, размер армии утаить будет сложно, ведь время просмотра будет взято случайно, а такое не предусмотреть. А вот мелочи и нюансы — пожалуйста. Я прав?

— Точно. Кстати, готова поспорить, твое видео сегодня будет популярно: все-таки ты новичок, а учитывая, что ты ни с кем не общаешься, могу сделать вывод, что знакомых у тебя тут нет. Так что многим будет интересно попытаться оценить твой потенциал.

— А что это за деление на зоны? — надо попытаться перевести тему разговора, хотя она и не нарушает правила и не задает прямые вопросы, но ведь даже по реакции можно много чего узнать о человеке. А мне было бы лучше продержать завесу тайны вокруг себя как можно дольше.

— Мы сейчас в элитной зоне. Как ты видишь, она самая маленькая, тут собраны лидеры рейтингов и самые сильные претенденты. Потом идет зона преследователей — те, кто близко, но еще не добрался до элиты. Потом идут середнячки — они тут особо ни на что и не рассчитывают, но вписав в резюме участие в турнире, смогут поднять зарплату раза в два точно. За такое отношение их называют хомяками. И последние, самые слабые, с минимумом знаний и подготовки — это мясо. Их участь быть массовкой, на большее они не способны.

— Саманта, а раз ты в элите, у тебя какое место? — мне показалось или она покраснела?

— Я в третьей тысяче, — понятно, слабовато, похоже. Но не у всех же получается хорошо играть. А девушки, мне кажется, к этому генетически не особо предрасположены. Саманта выглядела в этот момент так жалко, что захотелось ее как-то подбодрить.

— Не расстраивайся, для девушки очень даже неплохо. Уверен, потом ты сможешь подняться и во вторую, а может даже и в первую тысячу, — и чего она на меня так смотрит, как будто убить готова? Странный она все-таки человек. Или я просто давно не общался с живыми людьми.

Так ничего и не сказав в ответ, только что-то неразборчиво прошипев, Саманта резко развернулась и ушла в другой конец зала. Ну и ладно, не больно-то и хотелось общаться.

Василий Мамонтов

Достойный сын всегда должен оправдывать возложенные на него ожидания родителей. Особенно, если он, как я, сын министра финансов. Сейчас я не просто играю ради своего будущего, я на практике доказываю эффективность отечественного образования. Уже лет пять никто обычные рейтинги и не смотрит: главное, чьи выпускники добьются большего успеха в «Империи». Так что проигрывать мне нельзя: придется выкладываться по полной.

В любой игре главное сыграть на опережение. И чем больше твоих ударов будут нацелены не в настоящее, а в будущее, тем сложнее их будет остановить и тем больше будет твой отрыв от преследователей. Большинство, как ни странно, старается просчитать вероятности лишь на пару шагов вперед, ссылается на множество возможных вариантов, бесперспективность стратегического планирования в динамичной среде. Бред. Просто выбери свою линию развития и подстраивай под нее обстоятельства.

Первый день уже движется к концу, а я не подготовил ни одного боевого юнита. И горжусь этим, ведь зато у леса уже отвоеваны огромные поля и засажены картошкой, у которой самый большой выхлоп по количеству потенциальной еды с одного квадратного метра обрабатываемой площади. Уже завтра у меня будет достаточно еды, чтобы солдат можно было не отзывать, а тренировать целыми днями, так что уже к вечеру я наверстаю упущенное, а послезавтра начну отрываться. Главное, чтобы все обошлось без сюрпризов.

В этот момент из леса донесся страшный вой. Волки? Игроки? Как бы там ни было, надо уводить крестьян, мне их не защитить, но сохранить можно попытаться. Еле успел — из леса вылетел тролль пятого уровня, за которым гнался игрок. И как он только смог такую махину испугать? Вот было бы наоборот, все стало бы сразу понятно. К счастью, по сторонам они особо не смотрят, так что ни меня, ни мои поля, по которым, кстати, топчутся, они не замечают. В этот момент сквозь вой этот парочки донеслось хоровое хрюканье и из леса вырвалось стадо кабанов. Меньше чем за минуту они уничтожили плоды всех моих усилий за день. Вся моя овощная плантация оказалась перерыта и истоптана вдоль и поперек. Теперь все придется начинать сначала.

И как этот Данила меня просчитал? На бой бы я не пошел: напади на меня кто, просто водил бы его кругами, пока врагу не надоело бы тратить зря время, ведь сейчас, на старте, это самое ценное, что у нас есть. А вот такая диверсия — это просто высший пилотаж. Минимум затраченного времени для него, максимум вреда для меня — идеально. Закончится день, поищу о нем информацию. А пока осталось еще немного времени, надо постараться хоть как-то компенсировать урон.

А вот и ужин: настроение ни к черту. Еще и эта одинаковая одежда — хоть качество и неплохое, а я все равно чувствую себя заключенным. Но все желание жаловаться на жизнь пропало, когда я заметил его, парня, что сегодня разрушил все мои планы. Эх, было бы можно с ним напрямую поговорить и задать все вопросы, что у меня успели накопиться! Так, а кто это еще на него смотрит? Саманта Холлинз? Неужели, парень успел насолить не только мне, но и этой нормандской принцессе? А он не боится рисковать. Так, а кто у нас в лидерах: первый — О’Коннор, вторая — Гомес, пока без сюрпризов. В споре, кто займет третье место, в обычных обстоятельствах я бы поставил на Холлинз, но вот теперь, кажется, что у нее не все так гладко.

Ого, так на третьем месте этот парень. Тролль, свиньи, еще и гоблины. Если сначала была мысль, что может он от них просто убегал, то теперь, увидев их вместе, становится понятно, что это все-таки запланированный саботаж. Так, к нему идет Холлинз, надо подойти поближе и послушать.

А парень — красавец, как играет непонимание! Я бы на месте Холлинз тоже бы кипел от гнева, а уж последняя фраза просто блеск: пожелать одному из фаворитов место в первой тысяче, потрепать по плечу и сказать, что все наладится. Да еще и по ее полу пройтись. Да, с таким нужно держать ухо востро, а то ведь пройдется катком, и не заметишь.

Интересно, откуда же ты взялся, Данила Корнев?