— Андрес… ой. — Я открыл глаза, вздрогнув, поднял голову. В двери торчала голова Анж. — Прости.

— Что ты хотела? — Остановил я ее, прикрывая Целесс покрывалом.

— Завтрак. — Пожала Анж плечами и прикрыла дверь.

Я посмотрел в окно. Солнце давно встало, но разбудить нас жаркими лучами ему не удалось. Целесс открыла глаза, с чуть припухшими веками. Увидев меня, улыбнулась. Я прикоснулся губами к ее лбу и сел, вертя головой в поисках какой-нибудь одежды.

— С нами позавтракаешь? — Спросил я, подходя к комоду.

— Ты смеешься? Как я Марго в глаза смотреть буду?

Я озадаченно обернулся.

— Дай им время привыкнуть…

Подумав, я решил, что она права.

— Когда ты научилась перемещаться?

— Когда ты утонул в книге Кам Ин Зара.

Я обернулся. Может, почаще тебя оставлять без своей компании? Глядишь…

— Только попробуй.

— Тебе мама в детстве не говорила, что очень неприлично читать мысли окружающих людей? — Улыбнулся я, натягивая штаны.

Целесс, наконец, поднялась с постели и подошла к окну, где лежало ее вчерашнее платье. Одевшись, я обернулся к подруге, смотрящей на меня хитрым высокомерным взглядом.

— Окружающих? Возможно… — Она подняла платье с пола, встав в середине. Натянула лямочки и подошла ко мне. — Но ты всегда был частью меня…

Я застегнул первую застежку, понимая, что руки не слушаются. Провел по плечу, как тогда, в яблоневом саду. Целую вечность назад. Глубоко вздохнул, привлекая ее к себе.

— Не хочешь ополоснуться? — Предложил я, расстегивая только что застегнутую застежку. Целесс легонько кивнула.

Когда я пришел в столовую, мамы уже не было. У окна стоял отец, явно дожидавшийся меня.

— Пап. — Поздоровался я привычно. — А где мама?

— В Гильдии.

Я сел за стол, налил себе молока. Отец не сводил с меня глаз. Я поднял взгляд, ожидая.

— Она ланит. — Начал он и я кивнул, отправляя ложку в рот. — О чем ты думал, Андрес?

Я поднял взгляд и пожал плечами. Я много о чем думал…

Отец сжал челюсти и отвернулся. Я поглощал завтрак. Нужно было возвращаться в школу. Обернувшись, отец подошел к столу и налил себе молока. Я замер. Отец не пил молоко. Никогда.

— Не волнуйся за меня, пап… — Я, даже, растерялся. — Мы с Целесс… Это было логичным продолжением наших отношений. Мы всегда были с ней одним целым.

Отец отпил несколько глотков молока. Мне казалось, что он сейчас поморщиться. Но папа, лишь, улыбнулся. Я отвернулся, пытаясь скрыть взаимную улыбку.

— Я забегу с тобой в Гильдию сегодня. — Сказал я через пару минут.

— Зачем? — Отец был искренне удивлен.

— Кларисс обещала дать мне свое колье. То самое, что было на ней вчера.

— Кларисс не будет в Гильдии.

— А завтра?

— И завтра тоже.

Я замолчал, пережевывая утреннюю кашу. Я мог бы сам догадаться… Поднял глаза на отца.

— А, если, я зайду за ним во дворец Императора?

— Почему нет, если никто тебе не мешает… — Ответил отец в своем духе, и я усмехнулся. Я не умел так. У отца всегда был один ответ: «Если ничто и никто не мешает — действуй». Правда, иногда мне все же мешал Тулис или мама, или земное притяжение, или отсутствие тех или иных способностей… Но чтобы отец мне сказал «нет», я не помнил.

Поднявшись, я пошел к выходу. Отец должен был спросить. Он не был бы собой…

— Андрес! — Начал он, тут же запнувшись.

Я изо всех сил сдержал улыбку, оборачиваясь. Взгляд его за секунды переметнулся с пола на дверь, на потолок, на меня… Я напряг лицо, чувствуя, что краснею от натуги: лишь бы не засмеяться.

— Есть разница?

Наклонив голову, я все же улыбнулся. Прикоснулся к лицу. Потом все же с каким-то ужасным хрюком засмеялся. Отец тоже засмеялся, отворачиваясь на пару мгновений и потирая глаза.

— У них глаза светятся… — Проговорил я, успокаиваясь.

Отец непонимающе мотнул головой. Если ты ждешь, что я скажу что все: прикосновения, поцелуи, энергия, вливающаяся в тебя… Все доставляет больше эмоций и наслаждения в десятки раз — ты ждешь напрасно. Никогда ты не узнаешь о том, что быть с ланитом — это умереть и родиться заново… Другим. В твоих руках — самая прекрасная из живущих женщин. И я не дам тебе повода сделать ей больно…

— У них глаза светятся. — Повторил я с улыбкой и быстро вышел.

Я беспрепятственно вышел из комнаты с порталом в Императорском дворце. Вокруг было пусто, лишь магические летуны под потолком защищали от магии, ярких отрицательных эмоций… В них много было накручено, еще вчера разобрался. Я более или менее знал дворец, мы иногда проводили тут целые дни с Целесс. Но где было искать Кларисс, я не предполагал.

Пройдя в главную залу, я увидел людей, убирающих столы. На меня не обращали внимания. Слева, прямо из Главной залы широкие створки дверей вели в соседнюю, меньше раз в десять, Бежевую залу. Впереди мягкими полукругами поднимались две лестницы. Я пошел к левой. Морские ковры были убраны. Зал был погружен в сумрак, несмотря на то, что на улице во всю сияло солнце. Со стен смотрели незнакомые лица с незамеченных вчера гобеленов.

Кларисс!

Мне захотелось крикнуть, но я лишь рассмеялся. Будь я псиоником, как Целесс, я нашел бы полукровку в одно мгновение… Поднявшись по лестнице, я пошел по узкому коридору, смотря на двери. Остановившись, понял, что дошел до кабинета Императора. Аккуратно прошел мимо. Снова замер. «Зайди» — послышался мягкий голос в голове и я сжал зубы. Вернулся, осторожно открывая дверь.

— Привет, Андрес. — Улыбнулся мне Император, и я зашел. Он сидел за столом, просматривая какие-то бумаги. Белые волосы струились по плечам, опускаясь до стола. Широченные плечи покрывала легкая рубаха. Он улыбался легонько, смотря одновременно и в бумаги и на меня, и в меня. Я сглотнул. — Кларисс предупредила, что ты просил колье. К сожалению, ни Кларисс, ни ее колье сейчас нет здесь.

Я открыл рот, но слова застряли в горле.

— Это колье принадлежит вашей общей знакомой — Андре, вернувшейся недавно в Объединенные земли. — Император отложил листок, устремив на меня прямой, ощутимый всем существом взгляд. — Его создал твой учитель, Сархат, очень давно. И Андра подарила безделицу Кларисс на ее двухсот пятидесятилетие.

Я сглотнул. Сархат? Безделицу?

— Подарила? — Вырвалось правильное слово. Император усмехнулся. Если она подарила, то колье принадлежит Кларисс!

— Ты поймал меня, мальчик. — Улыбнулся Император и я сжал за спиной вспотевшие кулаки. — Андру только что освободили из Гильдейской тюрьмы — Немого замка. У нее нет средств к существованию. Все что было у нее до заключение — изъяла Гильдия магов. Отец ее, твой Учитель, выкупил ее старую лавку… Но этого не достаточно. Поэтому она попросила когда-то подарено колье обратно. Ты же знаешь Кларисс. Она не могла отказать.

Я сглотнул. Андра только вышла из тюрьмы? Она — дочь Учителя? Все это не укладывалось в голове, но ведь Император не мог лгать!

Почему Андра не попросила денег? Почему колье? Зачем оно ей? Оно было создано специально для Кларисс — я уверен. Император кивнул.

— Это знает только Андра, я думаю.

Я не смел отвести взгляда от ланита, опустившего взгляд в бумаги. Нащупав за спиной ручку двери, я тихонько приоткрыл дверь.

— Целесс рассказывала, что ты нашел код к первой странице книги Кам Ин Зара?

Я обернулся. Неужели?

— На какой странице ты сейчас?

— На второй. — Сглотнул я, не понимая, что вызывает во мне нарастающий страх.

— Что же там? — Император поднял голову от бумаг и улыбнулся, заинтересованно. Мне же пришлось облокотиться о дверной косяк.

— Там пещера из Мертвых гор. Кажется, мне не хватает полноты знаний об энергиях земли, чтобы выстроить код. Я не знаю…

— А на третьей?

— А на третьей какое-то дерево, возможно невидимое. Я не разбирался пока с кодом. Просмотрел одним глазком.

— А на четвертой? — Не унимался Император и я подумал, что он и так уделил мне слишком много времени…

— Я не листал дальше. Думаю, что все страницы связаны, и пока не открою вторую, не стоит и пытаться идти дальше.

— Как скучно. — Пожал плечами ланит. Я почувствовал, как тяжелеет голова. Коленки подгибались под весом собственного тела. — Пещеры, деревья… Зачем зацикливаться на том, что не хочет (пока) перед тобой открываться? Позволь мне предположить… Я думаю, коды последующих страниц связаны лишь с первой — страницей о самом Кам Ин Заре. Если ты примешь совет от меня…

Я пытался сфокусировать взгляд на Императоре, но он расплывался. Голова стала свинцовой. Тысячи глаз смотрели мне внутрь… Я лишь защищался, стараясь не упасть.

— Я бы отложил эти две страницы, как ты мудро, (на время) поступил с крыльями Им Каруса. Возможно, на четвертой странице тебя ждет что-то более занимательное и доступное?

Почувствовав влагу на губах, я провел рукой. Кровь… Ноги подогнулись, когда я сделал шаг за дверь, так и не попрощавшись. Пытаясь подняться по стенке, я оставил кровавую пятерню на нежно-голубом покрытии. Запрокинул голову, пытаясь не терять сознание. Медленно, стараясь не упасть снова, побрел к порталу. Но когда передо мной оказалась лестница, мир закружился и исчез.

— Мальчик…

Я открыл глаза. Постепенно три фигуры надо мной слились в одну женщину. Я поднял руку к голове. Кровь не останавливалась, а в голове… Я помнил подобное от Целесс, еще в детстве. Тысяча потоков вливалась в мозг: мысли, образы, голоса… Зажмурившись, я сел. Что он хочет? Зачем?

— Тебя проводить? — Женщина беспокойно подала мне руку, и я оперся об ее плечо. Как во сне, мы спустились по лестнице. Я не открывал глаз, падая, сдаваясь, открываясь… Прошли по коридору. Я зашел в портал и, с трудом открыв глаза уже дома, закричал от боли.

— Андрес?! — Это был мамин голос. Я лежал в странной позе, в лужице крови, с куском ваты вместо мозга.

Она повторила мое имя, спрыгивая с портала и подскакивая ко мне. Подняла, усаживая.

— Что с тобой? — Закинула голову назад. — Дай лед.

— Что? — Не понял я.

— Лед!

Вытянув ладонь, я напрягся. Даже мысли меня не слушались. Я прикрыл глаза, отыскивая в сухой комнате влагу, собирая ее, преобразовывая связи… Почувствовал холод на переносице.

— Кто это сделал?

— Император.

— Что он хотел?

Я скосил взгляд на маму. Ну посмотри сама, ты же можешь. Я отдохну… пару минут.

— Андрес, что хотел Император? — Раздельно и жестко повторила мама.

— Что случилось? — Это было отец. Капельки пота стекали по его лицу, он тяжело дышал…

— Он говорил с Ранцессом.

— Эмм…? — Отец подхватил меня под руку, поднимая.

— Он был у Ранцесса! И пришел вот таким! И я ничего, ничего не вижу!

Я лежал на диване в библиотеке отца. Мама сидела напротив меня, в левом кресле. Смотрела не отрываясь, а руки тряслись крупной дрожью.

— Саш, это карточный домик… — Проговорила она, и я почувствовал, увидел ее страх.

— Ну… Может, Целесс?

— Она его племянница!

— Она моя… — Проговорил я тихо, вытирая кровь с лица влажным полотенцем. Не знаю, что я хотел этим сказать, просто вырвалось. В голове было пусто, как в вакууме. Казалось, что весь я, все знания, эмоции, мысли — все ушло куда-то вглубь, куда я сам не имел доступа.

Из подставки иллюзора возникла Целесс. Оглядев нас, она остановила взгляд на мне, с полотенцем, пропитанным кровью в руке. Не сказав ни слова — исчезла.

— Рассказывай пока. — Проговорила мама.

— Что именно?

— Все. Зачем ты пошел во дворец, о чем говорили. И… — Она выдохнула, посмотрев на отца.

— Я хотел взять колье Кларисс. То, в котором она была на свадьбе. Пришел во дворец и как-то сам дошел до двери Императора. Он сказал «зайди». — Разлив по бокалам вино, отец передал один мне. Я кивнул. — Император сказал, что Кларисс нет и колье тоже. Что она отдала его Андре…

— Андре?! — Воскликнул отец, перебивая. Я обернулся.

— Она вернулась из тюрьмы и теперь работает в лавке магических безделушек в северной части…

Я замолчал, наблюдая за меняющимся лицом матери. Потом она и вовсе открыла рот.

— Я не мог тебе рассказать. — Проговорил отец. — Тогда ты испугалась бы еще больше.

Мама отвернулась, прикрыв вмиг наполнившиеся слезами глаза рукой.

— Что ни смотря на то, что ее отец — мой Учитель — вернул ей лавку, денег все равно нет.

— Сархат — отец Андры? — Отец встал.

— Да это, как раз, вполне логично… — Проговорила мама гундосо, вытирая нос.

Отец залпом выпил вино и налил себе снова. Я посмотрел на свой бокал. Значит отец знает Андру?

— Погоди, сын… А ты-то откуда знаешь ее? — Спросил он, усаживаясь обратно в кресло и пропадая из поля зрения.

— Я был в лавке за день перед школой. Она там была. — Ее не было пятнадцать лет… — повторил я, оборачиваясь. — Значит, вы знакомы?

Отец посмотрел на маму и кивнул.

— Она была в тюрьме за попытку убийства… меня.

Я сглотнул. Дочь Учителя пыталась убить моего отца? И все эти годы он был мне другом, не смотря на то, что хотел убить отца? И из-за этого его дочь сидела в тюрьме… Я не понимал.

— Андрес! — Как свежий, беспокойный вихрь в комнату ворвалась Целесс.

— Целесс, нам нужен щит. — Быстро проговорила мама.

— От кого? Какая ступень?

— Максимально возможный. — Вывернулась мама и отвела взгляд. Целесс перевела взгляд на меня и отступила на шаг.

— Как дядя? Он не мог…

— Ты сделаешь или нет? — Я поднялся, уступая ей место и усаживаясь с краю.

Целесс села рядом и закрыла глаза, сверкнувшие влагой. Через несколько минут тишины, она прошептала:

— Это самое сильное, что я могу…

Мама замерла.

— Хорошо. — Проговорила она еще через минуту.

Я не разбирался в их псионических вещах, ничего не чувствовал и разве что немножко понимал.

— У тебя есть идеи, зачем Ранцесс натравливает твоего сына на Сархата с дочерью? — Спросила в лоб мама, посмотрев на отца.

Отец молчал.

— И ты никогда не думал о том, почему сильнейший псионик, Император, тогда, в Мертвых горах — не притронулся к убийце своего предшественника? К тому времени он натворил достаточно и помимо этого… Просто отпустил его? И позволял все это время быть рядом с Андресом?

Я сглотнул. Если они говорили об Учителе, то значит он… он убил Императора? Отец встал и отошел чуть дальше, к стеллажу с книгами. Облокотился.

— Мертвые горы. — Вспомнил я. Мама обернулась. — Потом он начал спрашивать о книге Кам Ин Зара. На какой я странице, что на второй, что на третьей… И потом началось это. Я почувствовал что падаю, голова налилась свинцом, потом пошло давление… Я защищался как мог, как учила ты и Целесс…

— Что он пытался тебе внушить?

— Не разбираться со второй и третьей страницей… — Понял я так просто, будто Император мне сам это и сказал. Хотя, так ведь и было.

— Где книга? — Отец оторвался от стеллажа.

— В школе.

— Я не могу… — Прошептала Целесс и мы обернулись к ней. — Я больше не могу.

— Потому он и дал тебе так просто уйти. — Мама встала. — Даже не смотря на то, что он не смог…

Я вскочил.

— Она ведь, как всегда, лежит на столе, раскрытая и ждущая твоего возвращения? — Улыбнулась мама. Я уже шел к двери.

— Не торопись, сынок.

Я открыл дверь и услышал стон Целесс. Быстро вернулся. Из полуоткрытых глаз лелись слезы, под носом появилась капелька крови. Она сидела, мокрая, напряженная всем телом, руки сжимались в кулаки и разжимались, оставляя глубокие следы от ногтей.

— Хватит! — Схватил я ее за плечи. — Все уже ясно, Целесс! Убери щит!

Она открыла глаза.

— Домой. — Проговорил знакомый голос за спиной, и я вздрогнул, оборачиваясь.

Арханцель.

Целесс смотрела на меня виноватым взглядом. Все молчали. Арханцель была частью Ранцесса, его половинкой. Все что знала она — знал он. И скорее всего, наоборот. А значит… И если Арханцель позволила брату…

Я обернулся к Целесс, поднимающейся с дивана. Девочка моя… Вытер застывшую капельку крови под носом. Поцеловал. Чтобы не творили твои мать с братом, ты не станешь жертвой их тайн. Целесс вышла в тот момент, когда исчезла иллюзия ее матери.

— Она позволила брату ломать щит Целесс… — Озвучил отец мои мысли.

Мама отрицательно качала головой.

— Она позволила ему намного больше, Саш. Он мог сломать девочку… совсем.

Во мне разгоралась ярость. Таким беспомощным я не чувствовал себя ни разу в жизни.

— Принеси последний подарок отца. — Проговорила мама тихо. Я обернулся, не понимая.

— Ты хочешь продолжить этот разговор без защиты?

— Какая разница, Саш. Ранцесс знает, Арханцель знает. Если они захотят заткнуть нас, для любого из них это… — Мама щелкнула пальцами. Я посмотрел на свою ладонь, пытаясь сообразить как она это сделала…

— Андрес! — Засмеялась она. В эти минуты смех казался диким. — Принеси иллюзор.

Я вышел из кабинета и замер, оглядываясь. Мир вокруг изменился, став враждебным, серым, злым. Расправив ладони, я пошел в кабинет. Есть… Что-то новое, незнакомое появилось в доме, я чувствовал это. Как разреженный, развеянный в доме креацин, в который я вкладывал маленькие бытовые программки. Только сейчас это была незнакомая, не ощущаемая никогда ранее в жизни, чужая магия.

В кабинете было прохладно, как я настроил несколько лет назад и не менял. Взяв подставку, я быстро вернулся в библиотеку.

— Что так долго?

— Что-то новое… — Я оглянулся, испытывая дискомфорт. В голове все еще шумело.

— Андрес. — Отец снова сидел в кресле, подперев рукой лоб. — Я наблюдал как-то ваш разговор с Целесс.

Я сел на диван, удивленно.

— На три ее предложения ты произносишь два слова. Пойми, что даже мать не всегда может понять обрывки твоих фраз. А я — и тем более.

Я смущенно пожал плечами.

— Новая магия в доме. Не стихийная, вообще не похожая на стихийную. Не преобразованная, не тайная. Я не сталкивался с подобным прежде… Я вышел в коридор и почувствовал ее. Не понимаю… Не могу объяснить.

— Ну, я тем более. — Вздохнул отец.

Тем временем мама устроила подставку на столе, и из нее вырос земной шар.

— Сынок, ты знаешь, где образовалась Воронка?

Я наклонился, развернув глобус, ткнул пальцем в одну из деревенек в Северных землях.

— Саш, помнишь, где пещера в Мертвых горах?

— Марго, ты знаешь… Я с картами не дружу.

— Вот тут. — Ткнула палец в глобус мама, и я увидел ее ноготок внутри шара.

— И?

— Они максимально удалены друг от друга. — Догадался я.

— Пещера — единственное место, которое останется ко времени, когда Воронка распространится на всю Землю.

— У меня появилось странное чувство, что я живу последние минуты… — Проговорил с иронией отец. Я терялся в их догадках, не понимая.

— Вы хотите сказать, что были в той пещере?

— Пятнадцать лет назад.

— Почему все, о чем бы мы не начали говорить — произошло пятнадцать лет назад? Даже Императоры сменились тогда. Воронка появилась — тогда. Андра пыталась убить папу — пятнадцать лет назад. Опять же я родился… Мама?

— Нам с отцом нужно подумать кое о чем, Андрес. — Проговорила мама тихо.

Я замотал головой. Если я сейчас уйду… Что угодно может случиться!

— Ранцесс не тронет нас, сынок.

— Почему ты так уверена?

Мама подняла голову и странная, незнакомая эмоция пробежала на ее лице.

— Не знаю. Возможно, ему так интереснее…